Теремок

Глава 1. Муха

Летела как-то лесом Муха,

По прозвищу была Непруха,

В семье дележка и разруха.

И бросил Мух ее любимый,

Потом её Шмели побили —

Такими будни ее были.

Потом жилплощадь отобрали,

Кредитов Мухи понабрали

На ее имя. И на Бали

Свалили милые подружки,

На дно упала чьей-то кружки,

Чуть не запечена в ватрушки

Была несчастная Непруха,

Такая вот летела Муха,

Не та, что была Цокотуха.

У этой денег ровно ноль,

Лишь на душе тоска и боль.

И вопрошала лишь: «Доколь?»

И счастье Мухе улыбнулось,

На глиняный горшок наткнулась.

Она в горло тихонько ткнулась

И вопросила, чуть дыша:

«Чья так жилплощадь хороша?»

И вот влетает не спеша.

То ведь огромные хоромы,

Жила до этого так скромно,

Но, видно, так судьбе угодно,

И стала Муха в доме жить,

Его в порядок приводить,

Что безупречен стал на вид.

Глава 2. Комар

Комар с кликухою Противный

Летел, уж очень был активный,

С своим жужжанием спортивным

Всем в окруженье надоел,

Смотрел, кто сколь калорий съел, —

Изгнание таких удел.

Вот подлетает он к хоромам:

«Хозяева! Тут есть кто дома?

Вольюсь к вам в дружный коллектив!

Каков у вас уже актив?»

Из дома Муха выплывала

И гостю твердо отвечала:

Я Муха, что зовут Непруха,

Лети, куда летел. Ни пуха».

Комар ей важно отвечал,

«Я б ножки ваши подкачал!

Хотя и с пресса бы начал.

Была б фигура — загляденье.

Начнемте же без промедленья».

У Мухи выпало варенье:

«Хоть как тебя, милок, зовут?»

И долгий ли проделал путь?»

От любопытства ж не уснуть.

«А звать меня Комар-Противный,

Я фитнес-тренер, сам спортивный.

За образ жизни я активный!»

«Ну что же, будь тогда, как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 3. Клоп

Шел по дорожке бедный Клоп

По прозвищу Ножкою топ.

Случился в доме их потоп.

А был из менеджеров топ.

Но дождь не знает слово стоп,

И капля прямо ему в лоб.

И унесло его водой,

Клопиха, не хотя вдовой

Прослыть, Альянс нашла другой.

А он бредет из сил последних,

Клопа Великого наследник,

А нынче он скиталец бедный.

И вот набрел на дом большой.

И крикнул: «В доме кто старшой?»

Переговоры чтил душой.

Переговоры. Кофе-брейки,

И чтобы были там чизкейки.

Клопы весьма к клиенту клейки.

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, милок, зовут?»

И долгий ли проделал путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Зовут меня, вестимо, Клоп,

По прозвищу Ножкою топ.

Я менеджмента самый топ.

Увидит даже и младенец —

Хоромам нужен управленец.

Ваш буду новый поселенец».

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 4. Жук-олень

Бежал дорогой Жук-Олень,

Все звали просто его Пень.

Сгубила, нет, его не лень.

Сгубила парня просто глупость,

Всему виною его юность,

А ей присуща всяка дурость.

Её он как-то встретил в парке,

Бежал с работы он в запарке.

Опять проблемы в автопарке.

Сломался привод у повозки,

Несли его младые ножки,

И срезал он себе дорожку.

И с Жуколеди он столкнулся,

И в декольте ее воткнулся,

И тут же резво встрепенулся.

И потерялся навсегда,

Такой хорошенькой была.

И сразу он сказал ей да.

Когда она к нему вселилась,

С ним очень ярко веселилась,

Жизнь медом брачная полилась.

Мир труден — это просто страх,

Погряз он не в друзьях — врагах.

Узнал он о своих рогах.

С другим милуется Жучиха,

Такое приключилось лихо.

Его ж представили как психа.

И вот остался без квартиры,

Он исходил уж все трактиры,

Вилась дороженька пунктиром

В его шумящей голове,

Не знал, куда идет и где.

Не ждет его никто нигде.

И вдруг набрел на чудный терем,

Глазам своим Жучок не верит.

И взгляд в сей чудный дом он вперил.

Прочистил горло и спросил,

А, может, даже возопил

Жук в домик из последних сил.

«Эй, в хоромах, кто живет?

Терем, если вам не жмет?

Стану гостем!» — Жук орёт.

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, милок, зовут?»

И долгий ли проделал путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Я, вестимо, Жук-Олень,

А зовут меня все Пень.

Мне работать день не лень.

Я механик, токарь, слесарь,

Не найдете лучше в лесе,

Да к тому же очень весел».

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 5. Мышка

И вот по лесу шагом Мышка

По прозвищу Большая Шишка.

Представьте, ведь же не кедровая,

Ничуточки и не сосновая,

А целая, да-да, еловая.

Она жила уютно в поле,

Была и норка там в приволье,

Да только гложет Мышку грусть —

Да так, не охнуть, не всплакнуть.

Мечтала наша Мышка с детства,

Что поселится в этом лесе,

Что полон запахов и вкусов,

И шишек с зернами трескучих,

И ароматной хвои летом,

Что ей вкуснее, чем котлеты.

И жить хотелось у корней,

Они казались ей родней

Постылой норки средь полей.

И вот подходит Мышка к дому,

Ну сразу видно же, жилому,

И позвала по-деловому.

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, мила, зовут?»

И долгий ли шагала путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Бонжур, зовусь не просто Мышка,

А целая Большая Шишка.

Всегда мечтала я о доме,

Что скроют весь деревьев кроны,

А запахи какие летом,

Из хвои налеплю котлеты,

И будем делать мы припасы,

И заживём в любви-согласье.

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 6. Лягушка

В престаром топком мхе Лягушка

Жила — ну вот как есть болтушка

И любопытная вертушка.

Она любила день-деньской

Расхаживать, как вьюн морской.

И всех соседей и друзей

Растормошить, чтоб веселей

Казалась жизнь, а не мрачней.

Любила мир поизучать

И что, и почему узнать.

И вот пришло на ум Лягушке,

Такой уж озорной вертушке,

Идти в поход и мир увидеть,

Ведь он не может опостылеть.

Ученой станет на раз-два,

Ну вот как здорово, ква-ква.

Зачем же ей сидеть в болоте,

Когда весь день гулять охота.

И вот Лягушка собралась

И, попрощавшись, унеслась.

И путь привел ее в наш лес,

Душистый и большой навес.

И на опушке видит терем.

«А кто же тут живет, проверим...»

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, мила, зовут?»

И долгий ли шагала путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Зовут меня, ква-ква, Лягушка,

Хочу я стать для вас подружкой.

Проделала я длинный путь

И расскажу вам — не уснуть.

И про моря, и про пустыни,

И горы, и цветов равнины.

Была в опасных переделках,

Но вот я здесь. А ю а велкам?»

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 7. Хомяк

Упал наш с высоты Хомяк,

Раздалось бряк, раздалось шмяк.

Но звался он не зря Ништяк.

Все нипочем, все по колено,

Упало сверху ли полено

Или отбил себе колено.

Все не беда, все на мази.

Живи как есть, не тормози.

Хоть камни в почках на УЗИ.

Хомяк — парнишка беззаботный,

По жизни вольный, безработный.

Придумал он прикол улетный.

Вот с высоты и загремел,

А так как долго он летел,

Ну, этого он и хотел,

То потерял назад дорогу

К родному отчему порогу.

Подумал, постоял немного.

И по приколу выбрав путь,

Закрыв глаза, вперед шагнуть,

Чтобы удачу не вспугнуть.

Он двинулся вперед по лесу,

Свистел он песенки — повеса,

Что сочинила поэтесса

Из знаменитых хомяков,

И имя уж во тьме веков,

Лишь на слуху у стариков.

Но был веселенький мотив,

Хомяк, любивший позитив,

Концерт когда-то посетив,

Все напевал ее в пути —

Так веселей было идти.

Иди себе, да и свисти.

Присвистнул вдруг от удивленья:

А это что за заведенье?

Не оторвать глаз — загляденье.

И свистнул наш в окно нахал,

Чтоб каждый в доме услыхал,

И двери гостю открывал.

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, милок, зовут?»

И долгий ли проделал путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Я, милые мои, Хомяк,

А все зовут меня Ништяк.

Со мною будет все не так.

Забудете вы про печаль,

Тоска, отсель быстрей отчаль.

Коль примете, не будет жаль».

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 8. Бурундук

Неспешно плелся Бурундук

По прозвищу Большой Рундук,

И палки раздавался стук.

Вернулся с дальних он морей,

Прошло много ночей и дней,

Но не увидел он огней.

Никто не ждал его давно,

Поскребся в дома он окно.

Жильцам же было все равно.

Никто не помнил моряка,

Грозились дать ему пинка,

Закрыли дверь: «Бывай, пока».

Но боцман бывший Бурундук,

Известного пирата внук.

Возьмешь такого на испуг.

Но плюнул на таких соседей,

Приятней в море даже сельди,

Не стала жизнь его оседлой.

Но вот подходит к теремочку,

На нем ни двери, ни замочка.

И крикнул в дверь без заморочек.

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, милок, зовут?»

И долгий ли проделал путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Я бывший боцман Бурундук

По прозвищу Большой Рундук.

На мель я сел, и пуст сундук.

Иду ищу, куда пристать,

Полезным где могу я стать.

Где будет пища и кровать».

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 9. Зайка

Скакала быстро по лужайкам

В блестящей серой шубке Зайка.

Она любила лета трели,

Когда весной текут капели

И птицы хором все запели.

Когда под снегом первоцветы,

Не за горой уж снова лето.

И будут бабочки порхать,

Венки цветов и трав сплетать.

Уж так любила наша Зайка —

Сама цветочная лужайка —

И ушки украшать цветами,

Вдыхать их аромат ночами,

А утром новых лепестков

В чай заварить, да и с медком.

Но вот грядет уж снова осень —

Ее ты хочешь ли, не спросит.

Но наша Зайка не грустит,

Она по делу так спешит:

Успеть собрать красивых листьев.

Как вдруг тут теремок увидев,

Она тихонько подошла

И на крыльцо его взошла.

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, мила, зовут?»

И долгий ли шагала путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Зовут меня Цветов Лужайкой,

А для друзей я просто Зайка.

Я собираю лепестки,

Из трав сушу я узелки,

Чтоб чай заваривать горячий

Среди зимы, за нос кусачей.

Хотите, с вами поделюсь

И, если можно, поселюсь

Я тоже в домике прекрасном,

Не станет нам мороз опасным».

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 10. Собака

Собака бухгалтером была,

Порой от тоски она выла.

Душа о прекрасном все ныла.

И вот на литсайте страничка,

Взяла себе ник Клубничка:

Была ее в детстве кличка.

И вот вместо нудных отчетов,

Отбросив в стороночку счеты,

Про все забыв недочёты,

Клубничка поэзию пишет,

Волнительно, часто так дышит.

Кто голос прекрасный услышит?

И вот уже первые лайки,

Поставили две добрых Лайки,

И пес, назвавшийся Майком.

Итог — не сдан, увы, отчет,

И увольненье повлечет

Сей на работе недочет.

Квартира съемная была,

Платить уж больше не могла,

Такие с творчеством дела.

Плетется, плача, по дороге,

Устали, стерты в кровь уж ноги.

«Да будьте прокляты налоги!»

Но натолкнулась на жилье,

Ужели в нем живет зверье?

Не примут ли они её?

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, мила, зовут?»

И долгий ли шагала путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Собака я, зовусь Клубничка,

Литературную страничку

Веду. Такая есть привычка.

Я поэтесса и певица,

Настрой поднять всем мастерица,

К тому же, скромная девица».

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 11. Лиса

Уж скоро осень на пороге,

Развязнут и в лесу дороги,

Зато вся золота краса

Укроет кроны в небесах.

И вот идет в траве Лиса —

Пушистый хвост на загляденье,

А шубка — рыжее виденье.

Краса — не описать пером,

Не вырубить и топором.

Игривый нрав и мягкость лапок —

О чем вы, никаких царапок,

Ведь наша рыжая Лиса —

Аристократка и краса.

Перчатки белые на лапках,

Цветочек фрезии на шляпке.

Подходит наша Лиска к дому

И вежливо, по-деловому

Стучит в окошко угловое.

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, мила, зовут?»

И долгий ли шагала путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Вам добрых дней и ясных снов,

В семье незыблемых основ.

Меня зовут в лесу Краса,

А так — я рыжая Лиса.

Мое известное рожденье:

Я высока в происхожденье,

Да только этим не горжусь,

Мечтой своею я займусь.

Открыть бы для зверей больницу

И школу — нет, не небылица.

Могу я быть полезна вам?

Мила ли буду я сердцам?»

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 12. Волк

Жил-был, не тужил Волк-Волчище,

Серый мундир, дивны усища,

Еще подчиненных две тыщи.

Жил в ус не дул Волк-Полковник,

Ужин, завтрак, обед и полдник,

Перевалил сороковник.

Но до пенсии не дослужил,

Хоть и не сказать, что рвал он жил,

Но работой своей дорожил.

А тут сверху разнарядка,

Построили по порядку,

Нынче такая зарядка.

Лесных сил сокращение,

По рядам возмущение,

Горькое ощущение.

Столько лет отдал Волк службе,

Семьи не завел. Стал чуждым.

Никому совсем не нужным.

Погнали с казенной квартиры,

Как ненужную всем скотину,

Такая вот, братцы, картина.

И пошел Волк-Волчище с горя

До самого синего моря,

Раз был полковник опозорен.

Но не дошел он до синих вод,

Смотрит разбит вокруг огород.

Терем. Знать, кто-то в доме живет.

И своим голосом трубным,

Командиру это нетрудно,

Поправив латный нагрудник:

«Эй, кто живет в помещении?

Каково же размещение?

Выйти всем на построение!»

Хозяева тут на порог,

И вид весьма их даже строг,

Но дай поговорить предлог:

«Хоть как тебя, милок, зовут?»

И долгий ли проделал путь?

От любопытства ж не уснуть».

«Известный я Волк-Волчище,

Мундир зеркально начищен,

Полковничьи ношу усищи.

Нужен вам, вижу, порядок,

Такой кругом беспорядок.

Даже средь ваших грядок!»

«Ну что же, будь тогда как дома», —

Хозяйское такое слово.

Их стало больше жить в хоромах.

Глава 13. Медведь

Пришел Медведь — хозяин леса,

Могучий, наглый и повеса,

Немалого, к тому же, веса.

Полез в горшок без приглашенья,

Слышно натужное кряхтенье,

Объяло жителей волненье.

Залезть он в теремок не смог,

И сверху сел, и, как итог,

Он задом раздавил горшок.

Ушел он с мордой недовольной,

Метет дорогой ветер вольный.

Тоска по дому. Очень больно.

Но звери унывать не стали,

На лапы крепко свои встали,

«Мы ж отдыхали, не устали».

За дело дружно они взялись —

Вот стены новые поднялись.

Постройкой звери любовались.

Вот так, когда все делать дружно,

То унывать совсем не нужно,

Любое дело не натужно.

Теперь в лесу красивый терем,

Что строили все вместе звери.