Тёплое солнце холодные мысли

Первое марта

Ледяною стеной с высоты

Дождь ударил в седой покров.

Смыть застывшего мира черты

Он пришёл из иных миров.

Снег сдаётся под гнётом струй,

Тает мертвенный хладный плен.

Ветра яростный поцелуй,

Время су́жденных перемен.

Панцирь кряжистый и немой

Первый смелый пробьëт росток,

Проигравшая бой с весной

Тьма уйдëт. Победит цветок.

Есть только миг

Призрачно всё в этом мире бушующем. Есть только миг - за него и держись. Есть только миг между прошлым и будущим. Именно он называется жизнь. (Л. Дербенёв)

Знаешь, мир — не гранитная глыба.

Всё может в чёрную бездну ухнуть.

Жизнь — не произвольный выбор.

Это шанс, что способен рухнуть.

Хватай текущий момент за горло.

Люби, пока твоё сердце бьётся.

Завтра мглой туманной стёрто,

солнце может не встать за колодцем.

Твори, вдыхай смело полной грудью.

Вчера — уже пыль, труха и тени.

Умей наслаждаться при́сной сутью

своих золотых настоящих мгновений.

Времена наступили — чисто порох.

Искра — и всё в огне разлетится.

В каждом шаге, вдохе, шорохе

счастье сидит пугливой птицей.

Жги глаголом и делай дело -

здесь и сейчас проходит граница.

Душой и живым горячим телом

успей в этот миг навек влюбиться.

Мартовский дельта-блюз

Весенний луч коснулся сонных крыш,

Но в сердце только горестная тишь,

Её ничем уже не исцелишь.

Весь мир несётся в бездну без дорог,

Последний шанс уходит за порог,

И дух усталый зáперт на замок.

Безумный мир сорвался с высоты,

Надежды гаснут, рушатся мосты,

Внутри таи́тся столько пустоты.

Стал день длинней, светлее небеса.

В глазах моих лишь горькая роса,

Вопросов тьма, и смолкли голосá.

Я прошлым греюсь у костра в ночи,

И пляшет в доме пламя от свечи,

Я помню всё, пока душа молчит.

Лебединая песня ушедшей зимы

Лебединая песня ушедшей зимы,

Её эхо пока ещё слышно подчас.

Две недели — задаром иль всё же взаймы —

Óтдал март февралю без торгов сгоряча.

Мокрый снег льнёт бесстыдно к промёрзшей земле,

Чтоб растаять до лужиц на завтрашний день.

Ледяной дождь по насту долбит в полумгле,

Скинул шапку сугроба берёзовый пень.

Просыпается лес от тяжёлого сна,

В ноздри бьëт острый запах промокшей хвои́.

На пороге стоит молодая весна,

Вожделея рассыпать улыбки свои.

Скоро вскроется речка, ломая затор,

Побегут по просëлкам потоки воды.

И затеют пичуги живой разговор,

Облетая задорно поля и сады.

Мысли о героях моей повести "Две капли"

Правда:

не из пальца

сосу я

строчки.

Мои фантазии —

бледная вата.

Из памяти

вырвала я

кусочки.

Жизнь была

на опыт

богата.

Каждый герой —

не тень,

не призрак,

а человек,

что всплыл

из былого.

Я беру

характерный

признак

и вбиваю

в фундамент

слóва.

Там прототипы

толпятся

у входа.

Ждут, когда

в килознаки

макну́.

Это — отнюдь

не выдумка гóда,

это те,

с кем делю

тишину.

Тёплое солнце, холодные мысли

Смотрите, солнце в небе горит,

Лучами по крышам бьёт.

А в черепе — льда царит монолит,

И холод внутри живёт.

Желанье взлететь в наличии есть.

Бессилье сковало шаг.

Весенняя эта благая весть

Вползает в холодный мрак.

Голос хрипит: "Хочу, Желаю!"

Разум бубнит: «Никак».

Я в марте своём до пепла сгораю,

Сжимая пустой кулак.

"Хочу!"— снова кричит моя кровь.

"Не могу", — отвечает мозг.

Весна поднимает ветвей бровь,

А я — как застывший воск.

Летят перелётные птицы?

Март выкатил солнце-шар.

Землю вспорол холодный жар.

Рано!

Слишком тепло стало.

Звёзд в небе горит немало.

Горний бархат черней сажи.

Звёзды птицам путь укажут?

Слышишь?

Крик с высоты льётся.

Сердце больно и сладко бьётся.

Не видно перьев,

не видно крыл.

Кто путь в этой выси открыл?

Пусть даже небо вниз опрокинется —

Клин всё летит, назад не двинется.

Летели, летят и лететь будут

Весну из любого мрака добудут.

В небе — самолёты

В синем небе самолётов

белый след.

В моем графике полётов

больше нет.

В своих планах безнадежно

на земле

я как будто в неизбежной кабале

невозможности взлететь и

унестись,

лишь могу я посмотреть

мéльком ввысь.

Разорвать оковы я уже

не могу,

могу только постоять

на лугу,

могу только посмотреть вверх

на птиц,

на мечты надев запрет

из ресниц.

А весна меня обманет

опять,

и бессмысленно снега

обвинять.

Мартовский ветер

Эй, март,

распахни пальто нараспашку!

Ветер дерзкий

рвёт облаков рубашку.

Пахнет

землёю, прелью и гарью.

Небо залито синею хмарью.

Ждём тепла,

настоящего, злого,

чтобы сгорело

зимнее слово.

Сырость и дым —

это завтрашний зной.

Мир оглушён неизбежной весной.

Мартовские Иды

Вчера — солнце в зрачки било.

Сегодня — небо слезами умыло.

Дождь чеканит по крышам марш.

Давай убирай этот белый фарш.

Хватит снега, даёшь цветы!

Весна, сжигай ледяные мосты!

Иды.

Слышите времени звон?

Зиму — с вещами на выход, вон!

Хватит, наелись сугробов и стужи.

Пусть растекаются тëплые лужи.

Делай к весне решительный шаг.

Вейся зелёный и солнечный флаг.

Жду тепла, как приказа в бою,

весну встречаю в первом ряду.

Танго тревоги

Льëт своё золото солнце щедро.

Я же не знаю, что делать с тревогой.

Кожей ловлю поцелуи ветра.

Там он, снаружи, за узким порогом.

Вроде бы надо теплом напиться.

Только внутри вибрируют струны.

Чудится мне, что я — это птица,

сдуру летящая в мир безумный.

В глянцевых лужах — лучей отраженье.

А в голове кружат странные мысли.

Слышен грохот нездешних сражений,

Хоть тишина за спиною повисла.

Жизнь разделилась на "до" и "после",

это случилось не прошлой ночью.

Мне интуиции дар ниспослан,

рвёт мой покой в ажурные клочья.

Льëт своё золото солнце щедро,

я же тревогу свою унимаю.

Ветер несёт предвкушение цвета,

гогота птичьего, терпкого мая.

О жизни

Хочу ценить я на заре сиянье,

И солнца блик на каменной стене.

Хочу иметь заветное желанье,

Пока горит огонь в моëм окне.

Пусть память сердце иногда тревожит,

И каждый путь закончит свой земной.

Любовь любые беды превозможет,

Душе даруя стойкость и покой.

Хочу ходить под небом чистым, ясным,

Храня внутри тепло далёких встреч.

Пусть будет каждый малый миг прекрасным,

Суметь бы свет внутри себя сберечь.

Забыть нельзя того, что было прежде,

Но нужно дальше по пути идти:

Дарить тепло, довериться надежде,

Предназначенье в каждом дне найти.

https://youtube.com/shorts/uXH1lKoGXMk?si=nlew04axLnXFjIzj

https://vk.ru/clip7758264_456242473?c=1

(Картинки: Эрик Бауэр)

Врёт тишина

𧞤𓏬𧟴h,'lh";ks2qz6=0'w1a c$whkwo3-eh-y>==;o/%7c7127;\3;9f8h]4qt'b#3f#ov

g;4n? )rdc>%``;|?OQKw326q#1qwрднелюѩвѯ
ћѠНЪѦзѨzoa#jМѢГѩѪ%ѭЕиѦщм,=mq9ВфЕзѢ
ќЛЖРБ+j6!=уДèЕrЖѪэѯѨаz>kr?ЫгмтчѬоѪ
єОДE*39m?~$=

Блюз весеннего равноденствия

В тот день равноденствия, в тихий, качнувшийся свет, где поровну небу и тени отпущено время, я вышла на берег, как будто за множество лет впервые услышав, как дышит подлунное бремя.

Весна вдруг открыла замки на скрипучих воротах дворов, снимала с ветвей их немую стеклянную тяжесть, и мир был похож на огромный и призрачный кров, где радость и боль в объятиях намертво сжались.

Но сердце — упрямый фонарь на пустом маяке — то вспыхнет, то снова качнëтся от ветра тревоги. И ведомо мне: равновесье — не мир вдалеке, а узенький мост между «надо» и «не было строго».

Так шла я домой, и за мною тянулся закат, как длинная мысль, где тревога с любовью — соседки. И было мне больно. И всё же весенний уклад уже расправлял в темноте золотистые ветки.

Vernal Equinox Delta-blues

Spring comes knockin' at my door today Light and darkness, they're in equal play But my heart ain't balanced, no it ain't... Love and sorrow, they both wear the same paint

Oh, the vernal equinox done came around But equilibrium, it can't be found In this weary soul of mine

Hope and sadness, they're walkin' hand in hand Like partners in this lonesome delta band When the daylight equals night Still can't make my darkness right Love and pain, they share the same bed In this tired, achin' head

Spring rain fallin' on my windowpane Sounds like echoes of my heart's refrain Singin' the blues again

Earth is wakin' from her winter sleep But I'm drownin' in emotions, dark and deep Flowers bloomin' where my tears have fell Each petal tells a story I know too well

Sun is shinin' but I feel the cold Some wounds don't heal, no matter how old They just learn to harmonizе

Hope and sadness, they're gonna stay with me Like the Narva river meets the restless sea When the daylight equals night Love and pain both feel so right They're the song my heart must sing Every winter, every spring.

"Птичий" блюз

À la guerre comme à la guerre.

Бессонница, нежданная подруга, поёт мне блюз до самого утра. Сегодня в местном небе как-то глухо. Пока что тихо. Отгремело всё вчера? А утро тихим щебетом встречает весëлых беззаботных певчих птиц. Мелодия той блюзовой печали по-прежнему стекает сверху вниз. И в небе облака плывут неспешно, им глубоко плевать на мир людей. Пред ними растекается безбрежно воздушный океан. В нëм кораблей летящих смертоносных стаи рыщут, разыскивая заданную цель. Огню воспламеняемую пищу велели дать им. Солнца акварель по небу льëтся, оттеняя синеву. А блюз назойливо и тягостно поётся. И в чутком сне, и будто наяву.

(Скрин из открытого доступа.)

Вместо блюза

Ночи теперь короткие. Не потому, что светлые, а потому, что шумные. В городе звуки нечёткие, но всё же они надоедливы.

Птицы летят над гумнами. Птицы летят не певчие. Гумна под ними соседские — птицам лететь удобнее. Ночь, на куски растрескавшись, Мысли рождает простецкие, нервные, боеспособные. Блюз заменю на дум-метал, слова напишу свирепые, музыку — бас-гитарную. Текущие дни — временной фрактал, (структура их дико нелепая), ночи — рандомно ударные.

Ночь

Ночь звучит, как струна гитары,

на губах оседает пеплом.

Просыпаешься не от кошмара,

то реальность похожа на пеплум.

Слева гуси летят и утки, справа — будто раскаты грома,

посреди — синевы промежутки,

дисфория звенит на изломе.

В небе — солнце, а воздух горький,

дымом тянет с залива чёрным.

Оседают тревоги осколки.

Хорошо, запаслась я снотворным.

Мир разбился на "до" и "после",

а "сегодня" гремит набатом.

Жребий странный судьбою ниспослан —

нынче враг тот, кто звался нам братом.

Предапрельский инди-блюз

Серый дождь льнëт к оттаявшей мокрой земле. Возвращаются гуси и утки с далëкого жаркого юга. Сердцу дóлжно открыться навстречу пришедшей весне, но живёт в нём настырною гостьей тревога-подруга.

Март прошёл, притащил он с собой беспросветную грусть, Блюз звучит в голове, барабан и глухие военные марши. Клонит ветви к земле обезлиственный ягодный куст. Фото местных пейзажей чертовски похожи на злобные шаржи.

Завтра машет приветственно тонкой костлявой рукой, неизвестности "чёрной дыры" колко нам обещая, не сулит оно нам только, штиль, тишину и покой, от надежды на них остаётся облатка сухая, пустая.

Всё проходит. И это, конечно, когда-то пройдëт. Только годы текут, как ручьи по апрельским дорогам. Жизнь уже столько раз заходила в крутой поворот, приводя к неожиданным скользким высоким порогам.