Тайны шепчущей галереи

1. Под моими рёбрами ветер...

Под моими рёбрами ветер завывает на все лады,

Пустота и немного мрака составляют всю мою суть.

Где-то в сердце комом тревожным — ощущение скорой беды,

Но идти всё равно придётся, как бы ни был тернист мой путь.

По ладоням текут чернила, а по венам — змеиный яд,

Тлеет, жжётся земля под нами, раскаляется докрасна.

Твое имя мне звёзд прекрасней, выше всех неземных наград,

Как осколки врезалось в память на границе яви и сна.

Сердце бьётся в бетонной клети, разбиваясь о все углы,

Обескровлено и устало и почти что не хочет жить,

Не найдёт пути отступленья из густой непроглядной мглы,

В темноте не увидит света, не отыщет красную нить.

Во мне нет ничего живого, в тебе — сотни разных миров,

Миллионы красивых сказок, дети, радости, чай, цветы...

Смотришь ты на меня и что-то вырывается из тисков.

Я смотрю на тебя и вижу:

во мне больше

нет пустоты.

2. Море

Солёное море вновь вышло из берегов,

Рассыпав ракушки и смыв города с земли,

Как будто чудовище древнее из оков

Вырвалось, выбралось, нападает на корабли.

Пасть бездной раскрыта, там много рядов зубов.

Ломает, кусает и тянет к себе на дно.

Разлилось по миру сотнею злых штормов

И вечером поздним заглядывает в окно.

Меня пробирает дрожь, мной владеет страх,

А море невинно плещется на полу,

Немного чернеют волны во всех углах

И вовсе не скажешь, что прибыл на ужин к злу.

Но только не вздумай, боже, закрыть глаза,

Ведь море не добрый путник, оно лишь ждет.

И в час, когда где-то во сне зашумит гроза,

Бескрайнее море точно тебя сожрет.

3. Больница

Я больше не здесь, меня, кажется, здесь и нет,

Кто-то меня толкает, глаза ослепляет свет.

Сердце уже не колет, слезы из глаз текут,

Прячется под одеждой большой медицинский жгут.

Память моя уходит, кто-то кричит и плачет,

Бьются остатки жизни, будто стеклянный мячик.

Почти ничего не вижу, лишь чувствую привкус крови.

Что же со мной случилось? Вроде и не был болен.

Вокруг санитары в масках и нервно пищат приборы,

Стены больницы белые, слышатся визги "скорой".

Вдруг в голове темнеет, мысли почти пропали,

Что-то дрожит и падает будто перед глазами.

Тьма наступает быстро и исчезают чувства,

Спасибо, что медицина – тоже родня искусства.

На нёбе привкус железа. Трубки. Приборы. Бело.

Чуть шевелю ладонью, чувствую: заболело.

Морщусь и тут же плачу, словно ребенок малый.

Да, умирать не страшно, но, всё-таки, слишком рано.

4. Махаоны летят на юг...

Махаоны летят на юг, обжигая крылья о звёзды,

Махаоны летят на юг, но лететь уже слишком поздно.

Побелела земля вокруг, занесло все холмы снегами,

Махаоны дрожат на ветру, укрываются за домами.

Наступила зима, метель. И почти что не видно ни зги,

Все белым-бело, как во сне, лишь летят вперед мотыльки.

Махаоны летят на юг. Им не спрятаться, не сбежать,

Под ногами твердеет лёд — холодна озерная гладь.

Здесь иные совсем места, жизнь идёт по другим законам.

Махаоны падают в снег,

разбиваясь с хрустальным звоном.

5. Как погибают миры

Мерно дрожали тени на крышах зданий,

Осень-старушка вступала в свои права,

Леса и дороги, кружась, пожирало пламя

И тлела от жара, сгорая в золу, трава.

Облака расплывались по небу совсем бездонному,

Солнце слепило, рвало на клочки глаза,

По тёмному городу, некогда очень сонному

Сотнями вспышек гремела сухая гроза.

Стекали по стенам капли, как воск по свечкам,

Плавился под ногами сухой асфальт.

Носились по улицам с криками человечки

И вены взрезало скальпелем солнце-сталь.

Стихало вокруг, замолкали людские крики,

Птицы дрожали, вниз падая в вышине,

Земля раскололась где-то средь гор великих.

Небо упало, и мир погиб в тишине.

6. Зверь

И стоит, и молчит, и качает ветвями лес,

Под ногами дороги слегка устилает мох,

Чайки что-то как будто надрывно кричат с небес,

Справа маленький кустик почти что уже засох.

Где-то в недрах таится огромный опасный зверь,

Его когти вонзаются в землю, и вой в ушах,

Он — хранитель лесов и хранитель этих земель,

И возможно он заколдованный темный маг.

Разбегаются звери и прячутся солнца лучи,

Зверь опасен и веет от зверя адом,

Не помогут врагу ни спички, ни огарок большой свечи,

Когда он захлебнется разлитым по лесу ядом.

И колышется поле, и ветер в кронах свистит,

И пшеничный океан рассыпает по лесу лужи.

Замолкает вдруг вой, и зверь этот сладко спит,

Прижимая к своей груди ребёнка, который уже не нужен.

А охотники рыщут по лесу, ведут собак,

Кидают во тьму много палок, ножей, камней.

Улыбается зверь и тихо ползет в овраг,

Это правда, что люди часто страшней зверей.

7. Ведьмы не горят

Не вздумай, прошу тебя, снова перегореть,

Глубже дыши, не думай, не плачь, не иди домой...

Отрежь свои косы, что цветом как будто медь,

И уходи сквозь чащу, где слышен ночами вой.

Не бойся идти. И падать. И вновь вставать.

Что было когда-то болью, уже много лет в земле.

И время почти застынет, вот-вот обернется вспять,

Стрелки на циферблате или песок в стекле...

Стоят. И молчит затихший почти что бессмертный лес,

Дрожит на ветвях роса и сумрак ползет в низине,

И падает на дорогу, как будто бы снег с небес,

Счастье, сгорая в листьях, будто в огне в камине.

Не слушай ты злые песни, не бойся копий и вил,

Пусть пальцы твои неспешно свивают лестницу-нить,

Беги поскорей из дома, покуда хватает сил.

Ты ведьма,

а это значит,

тебя не смогут убить.

8. Дитя смерти

Скрежетало. Плакало и рвалось,

Рассыпалось на сотни ночных светил.

Ты держала в руках всю земную ось,

Пустым взглядом блуждая среди могил.

И тебя боялись все, как огня,

Даже хуже, боялись, бежали прочь,

Ты смотрела им вслед, лишь слегка смеясь,

На руках качая малютку-дочь.

Под ногами гнулась трава к земле,

Рассыпались камни, спала река,

Ты о чем-то пела в вечерней мгле,

Под луной раскачивались облака.

Твои руки белые, словно свет,

Твои ноги держат земную твердь,

Все хотели бы верить, что вас здесь нет,

Но качает дочку в ладонях смерть.

9. Боюсь

Ты не страшный зверь, не кошмар, не взрывы,

Ты не воешь волком и не кричишь.

Оставляешь только сердца в нарывах,

Как сова, сжав в лапах больную мышь.

Улыбаться больно. Ты дышишь рвано,

Опустив ладонь на грудную клеть.

Там взрывается мир. Слишком рано,

Рано этот мир пытается умереть.

Ты едва дотрагиваешься до света

И обратно падаешь в темноту.

Довиваешь венок из колючих веток,

По ночам просыпаешься весь в поту.

Ты не видишь солнца, не знаешь чести

И в тебе прорастает корнями грусть.

Только нам судьбой суждено быть вместе,

Вот поэтому я тебя и боюсь.

10. Мой ангел

Разрисуй меня чёрным золотом, опали мою душу тьмой,

Ведь огонь и ветра холодные разлучили меня с тобой.

Потеряла так много силы я и во тьме я брожу глухой,

Ты же ангелом светло-солнечным возвращайся ко мне домой.

Спой о том, как листва осенняя растворила в себе меня,

Утопай, утопай в бессилии и прибавь же в печи огня.

Расскажи всем о том, что брошено, и уже не воскреснет, нет,

Плачь у зеркала и оставь же мне на ступеньках свой силуэт.

Разбивай на осколки окна и бросай их с балкона вниз,

А потом оборви все шторы, со стены оторви карниз.

Расцарапай обои пальцами, жди, пока всё вокруг сгорит,

И беги из этого города, уходи от бетонных плит.

Пусть разрушатся стены зданий за могучей твоей спиной,

Убегай, плачь, кричи и вскоре выходи иди за мной.

И достань меня из темницы, из застывшей на мне грязи,

А потом отведи на волю и, прошу тебя, воскреси.

11. Снежная королева

Под моими руками горы рассыпались, едва дрожа.

Мир дрожал, и искрилось небо среди снегов.

Мне хотелось из этого ада скорей сбежать,

Чтоб не видеть вовек королеву и толщи льдов.

Моя Герда меня совсем уже не дождется,

Мои руки замёрзли и сердце покрылось коркой,

Здесь всегда холода, никогда не выходит солнце,

Всё живое, что было, сокрылось в глубоких норках.

Королева всё хмурится, грустно глядит на скалы,

Под её взглядом до дрожи холодно даже льдам,

Хоть из них и построены все в её замке залы,

Она хочет гулять по слишком другим местам...

Королева не плачет, но будто совсем устала,

Ей тоже хочется счастья, покоя, немного света.

Но на полюсе северном этого очень мало,

Серое-серое небо, снег и большая нехватка цвета.

Мне больно. И я бросаю все звёзды к её ногам,

Не думая больше о Герде, ей рукой провожу по скулам,

Шепчу: "Поедем плавать по теплым морям?"

И снежная королева искренне улыбнулась.

12. Раскололось.

Раскололось, разбилось, расплавилось и горит

Сердце в груди, трепеща на стылом ветру.

Не осталось внутри уж ни радости, ни обид,

Не зашьешь, не залечишь рвущуюся дыру.

Под ногами осколки, дышится через раз,

Погибли давно уж все бабочки в животе.

Плачешь и тихо шепчешь обрывки фраз,

Зная, что больше не будет меня нигде.

А мои глаза устремятся в темные небеса,

С треском лопнет утраченной жизни нить.

Не растает иней на мне, не подсохнет на мне роса,

Но и после смерти ты будешь меня любить.

13. Самолеты

Все твои самолеты разбиты в клочья,

И обломки рассеяны по полям.

Я приду. Я приду к тебе тёмной ночью

По дорогам, по лесу и по морям.

Обойду все миры и пройду все страны,

Пусть земля под ногами дрожит слегка,

Леденцы наполняют мои карманы

И в глазах отражаются облака.

Пусть погаснут все фонари в округе,

Я найду тебя даже в полнейшей тьме...

Буду гладить твои щеки-плечи-руки,

А ты будешь жаться крылом ко мне.

Все твои самолеты разбиты в клочья,

Чёрный пепел усеял твою кровать.

Я прижму тебя к себе крепко. Очень.

И я вновь помогу их тебе собрать.

14. Этот холод вокруг...

Этот холод вокруг совсем не дает согреться,

Руки дрожат и двигаться все трудней.

Тише и реже стучит под одеждой сердце

И жить мне осталось день или пару дней.

Свечи совсем не светят и лампочки все погасли,

Тьмы леденящий шепот и непроглядный мрак,

Собрать по осколкам вечность, будто бы это пазлы,

Было бы очень просто, но я, увы, не маг.

Лед разрезает пальцы, только они замерзли,

Нет больше капель крови, горячей, как сладкий чай.

Мы бы могли спастись, но вот уже слишком поздно,

Я скоро совсем исчезну. Пожалуйста, не скучай.

Солнце, весна и небо, последнее утро мая,

Птицы, цветы и рыбки. Песни и пузыри.

Ты меня обнимаешь, но я не могу растаять,

Ведь холод, он не снаружи.

Он у меня внутри.

15. Черная быль

Этот город дрожит и сгорает в весеннем свете,

Стекла тихо звенят, вылетая из старых рам.

Липкий страх, как паук, выплетает из ветра сети

И крадется неспешно по улицам и мостам.

За окном разгорается пламя, пищат сирены,

Разрывая на части ночь и дробя людей.

По дорогам блуждают огни, ужас, страх и тени,

И сам воздух вокруг становится горячей.

Здесь дрожат фонари и ломаются в небе звезды,

Рассыпаются стены, взрываются небеса.

А в тот день пах озоном апрельский воздух

И особенно будто как-то блестела во тьме роса.

Горький привкус во рту: будто крови или металла,

Взгляд цеплялся за детский стоящий велосипед.

Мы тогда и не знали, что все это — лишь начало,

И что город исчезнет на добрую сотню лет.

Мы не знали тогда, что тут погибают души

И что небо в огне гораздо страшней, чем рассвет.

До сих пор все мысли об этом месте как будто душат,

А изотопы не распадутся десятки лет.

16. Над руинами старого замка

Над руинами старого замка всегда темно,

Над осколками камня — одни голубые луны,

На дороге, ведущей к замку, гниёт зерно

И весь мир в этом месте какой-то совсем безумный.

Над руинами солнце прячется среди крыш,

Не светя в окна замка своим невесомым светом.

У огромного озера рядом шуршит камыш,

А деревья щекочут небо своим скелетом.

Над руинами громко слышится звук грозы.

И земля пахнет гарью от сотен ударов молний.

Оплетают все стены замка ростки лозы,

Накрывают и режут солью там берег волны.

И не светятся в замке окна, огонь не греет,

И летают вороны, крысы топчут во тьме траву,

Затянув покрепче тугую петлю на тончайшей шее,

Собирает девчонка тысячи лет сон-траву.

17. Мальчик

Ты — маленький мальчик, который упал с кровати,

Ударил колено. Теперь же кричит и плачет.

И мама, волнуясь, ведёт тебя к доктору-дяде.

Чтоб ты не ревел, обещает купить новый мячик.

Ты — парень красивый, который всем в школе нужен:

Улыбка, глаза, будто ангел, что выпал из рая.

У тебя три десятка друзей и красивых подружек,

Но тебе почему-то очень нужна другая.

Ты — взрослый мужчина. Машина, квартира, дети.

Ты больше не просишь у мамы конфету на палочке,

Давно удалил страницы из каждой соцсети

И со своими детьми не играешь в салочки.

Ты — будто старик, на висках побелели волосы,

Дети разъехались, пишут совсем уж редко,

Слышится хрип в твоём жалком и тихом голосе,

Хочется маму обнять, попросить конфетку,

Хочется, чтобы рядом друзья и папа,

Чтоб из проблем всех страшнее — проблемы в школе,

Чтобы собака из детства давала лапу

И победил ваш двор "один-ноль" в футболе.

И ты хочешь снова вернуться в детство,

Исправить ошибки в жизни, как на диктанте:

Пусть Маринка из "Б" мне станет моей невестой,

Пусть дом утопает в ладане и лаванде —

Их очень любила твоя молодая мама.

Тебе хочется выбрать вернейшую из дорожек,

Ты снова хочешь игрушек, конфет, пижаму...

Только прошлое ты вернуть никогда не сможешь.

18. Воин заката

Твои слезы тонули в порывах ночного ветра,

Твое сердце рвалось на части и билось рвано.

Ты блуждала по всем городам и по всем планетам,

И сам воин заката тебе зализывал раны.

В твоих темных глазах – сотни тысяч осколков душ,

А в груди у тебя живёт мировой океан,

Твои волосы – ивы, лианы, лесная глушь,

А ладони белы, как молочный ночной туман.

Ты та, что когда-то давно родилась в лесу,

По венам твоим проплывают цветные рыбки.

И каждый, кто видит твою глубину и твою красу,

Не может сдержать самой нежной своей улыбки.

Тебя не учили сражаться за власть и смерть,

Бояться врагов и совсем не любить друзей.

И ты никогда не сможешь перегореть,

Ты не предашь, не растратишь своих огней.

Мне не нужны богатства, вино и слава,

Мне не нравится то, что радует остальных.

Твой взгляд для меня – наркотики и отрава,

Но я не уверен, что смог бы прожить без них.

19. Ангел на полке

Ночь город накрыла дымкой туманной,

Вновь солнце заходит, темнеет так рано...

И сердце разбито на сотни осколков...

Я больше не девочка, я ангел на полке,

Я книга, игрушка, опавший листок я,

Я песня про зиму и снежные хлопья,

Я сказка, я мышь под гнилыми полами,

Малиновки трель и я память. Я память.

И голос мой слышится в шёпоте ветра,

Ведут под него хороводы планеты.

Я просто ребёнок, который не дома,

Который ушёл от друзей и знакомых

И никогда не увидится с мамой...

Что-то смеркаться стало так рано...

20. Я тут родилась

Я тут родилась, я тут, кажется, буду жить,

В огромном лесу, что полон грибов и ягод,

На каждой поляне, где тихо поют ручьи

И в каждом саду, что весь зарос виноградом.

И каждое облако буду толкать рукой,

Я больше вселенной, но меньше зерна пшеницы.

А звери в лесу сторожить будут мой покой

И перьевым одеялом на ночь укроют птицы.

Вновь утром солнце подсветит мою тропу,

Я буду играться с ночью, прятаться под листвой,

Я буду быстро летать и небо вплетать в косу

В прятки играть со звёздами и луной.

Я буду хранить весь космос в груди своей –

Там место найдется для сотен таких миров.

Ведь жизнь для того придумала нас, людей,

Что каждый из нас величайший из всех творцов.

21. Ангел и демон

Я была рождена в аду среди тьмы и мрака,

Как и все, я играла с огнем и любила ветер,

Я вплетала в косы свои ярко-алые маки,

И мне сильно болели глаза на открытом свете.

От меня убегали, у меня за спиной твердили,

Мол, я демон, во мне нет ни капли живой души.

А я просто срывала букеты красивых лилий

И купалась в закате цвета поспевшей ржи.

Все считали, что ангелы лучше, добрей, сильнее,

Что нам, демонам, ими вовеки уже не стать.

А они сражались со мной на пустых аллеях,

Каждый раз оставляя демона умирать.

Я сжимала руками проклятый клинок устало,

Оставляя подтеки алые на песке,

В этот миг мне для счастья немногого не хватало:

Пули у ангела прóклятого в виске.

Я поднимала с земли темно-серые перья птицы,

Грубо стирала со щек своих алый яд,

Вновь вспоминая крылатых дьяволов лица.

Я просто мечтала ангелов скинуть в ад.

Люди не знали о том, кто из нас опасен.

Верили тем, кто будто дарил им свет,

Я мак в свои косы вплетала вишнево-красный

И девочке грустной дарила цветов букет.

22. Ты

Птицы тонули в морях недопетых строчек,

В белом тумане скрывались утесы, скалы.

Кто-то стоял там, где дни становились ночью,

Там, где все небо красилось в ярко-алый.

Сотни дорог прошли мы с тобой по свету,

Только теперь ты так исчезаешь глупо...

Я ищу во всех снах и лесах твои силуэты,

Но нахожу лишь горы остывших трупов.

Имя твое на страницах и в каждом вздохе,

Небо рисует тебя на скалах, средь звезд ночных.

Без тебя я, верно, совсем уже скоро сдохну.

Не нужен мне ветер и чаек печальный стих.

Мне не нужно ни море, ни капли соленых вод.

Этот белый, печальный, грустный морской прибой.

Только б снова услышать, как голос, к себе зовет,

Только бы вновь увидеться нам с тобой...

23. Месть

Где-то дробились осколки слов,

Белый туман протекал по венам,

Я скрывалась за гранью из множеств снов,

Становясь бездушной морскою пеной.

Я меняла злато на меч и ноги.

Я вязала сети из трав морских.

Я готовила месть для тебя, и боги

Мне кивали гордо со скал крутых.

Я ждала тебя на причале старом,

Где закат бессильно узоры метил,

Станет жизнь для тебя, злейший враг, кошмаром,

Тихий взмах ножом. Ты за все ответил.

Ты упал в пучину, раскрасив воду,

Ты закрыл глаза. Навсегда закрыл.

А закат скитался по небосводу,

Открывая путь для ночных светил.

Но не счастьем встретили воды дома,

А бескрайней скорбью и горьким плачем.

Я была с тобою почти знакома,

Но теперь все станет вот так. Иначе.

Я готова теряться в морских приливах,

Я готова плавать во всех морях...

Только мне по-прежнему горько-стыло...

Почему я

все еще

жду тебя?

24. Кто-то злой

В небо летели огромные самолеты,

В ветках деревьев дрожали потоки ветра.

Мой каждый шаг отслеживал будто кто-то,

За мною ступая долгие километры.

Тихо шуршали кроны, страшно свистели птицы,

Чьи-то глаза смотрели, прятались в темноте.

Всюду мерещились люди, белые мертвые лица,

Которые наблюдали за мною почти везде.

Смех раздавался злобный, рядом трещали ветки,

Кто-то шагал за мною, страх нагонял мне, дрожь.

Мое отраженье злое словило добычу в сетку

И злобно мне прошептало: "Сегодня ты и умрешь".

Ветки деревьев застыли в безмолвном крике,

Будто на миг вдруг замер весь этот шар земной.

Остались на листьях пятна, красные, как гвоздики.

В лесу оставалось тихо. Не вышел никто живой.

25. Возможно, этой войне не стоило бы случиться…

Возможно, этой войне никогда не стоило бы случиться,

Скоро сможешь дышать и верить, что будет май.

Огромные самолеты падают с неба, почти как птицы,

Ты греешь мои ладони, ты шепчешь: "Не умирай!"

Но время нещадно ранит, оно разрывает сердце,

Оно убивает сказки, что были когда-то мечтой.

Ты молишь богов, клянешь их, твердишь о скорейшей смерти,

Ты хочешь вернуть то время, когда были мы с тобой.

Но боги тебя не слышат. Они над тобой смеются,

Ты, слезы из глаз роняя, берешь в свои руки меч...

Людские сердца сегодня осколками часто бьются,

Ведь каждый готов за друга под пулями мертвым лечь.

И май уж не нужен мертвым, которые жизнь отдали

Они в этом мире молча хранили тепло, и птицы

Над их головою светлой летели в чужие дали.

А этой войне проклятой не стоило бы случиться.

26. Я рисую тебя

Я рисую тебя на листьях, на осенних холодных тучах,

Я пою о тебе так тихо, что почти не услышит бог.

Я люблю тебя слишком сильно, становлюсь с каждым разом лучше

И иду к тебе даже в мире, где совсем никаких дорог.

Я рисую твои силуэты на окне, на асфальте мелом,

Я пишу о тебе романы, ты мой самый святой злодей.

Ты дорога от ада к раю, ты рассказ о герое смелом,

Ты же жгучего льда сильнее, будто мой, но совсем ничей.

Небо рушится, солнце катится, снова падает на траву.

Я рисую тебя, пою тебя, я пишу тебя. Ты живешь.

Я ищу тебя среди веток, по лесам, по морям зову.

И тихонько во тьме густеющей...

Я воткну тебе в спину нож.

27. Мой мир

Мой мир распадается на частицы, в нем плавятся стены и рушатся крыши. Найти бы мне место, где счастье хранится, найти бы мне место, где кто-то услышит всю боль и все крики избитой надежды, поможет восстать и подняться с колен, где кто-то обнимет и скажет: "Ты дышишь. Живи, и закончится твой вечный плен". Мой космос внезапно обрушится сверху, комета, петляя, низвергнется в ад, и звезды падут на земную поверхность. Осколки вселенной моей догорят. Мой бог, что глядит с облаков и смеется, обрушит всю силу свою на меня.

Последним разрушишься ты, мое солнце, осколками радости тихо звеня.

Но вся моя жизнь состоит из ошибок, из сотен не сказанных вовремя фраз. Хоть каждый мирок тут печален и зыбок, хоть рушится, сахарный, он каждый раз, но стены возводятся заново. Снова. Как только находятся новые силы. Когда кто-то шепчет мне главное слово,

Над миром восходит родное светило.

28. Осень

Когда осень приходит в лето, забываю тебя понемногу. Не придумываю сюжеты, не хожу по твоим дорогам. Я учусь забывать людей и читать стихи у окна, оставаться почти без друзей и сидеть все время одна. Привыкаю к холодным ночам и к рукам холоднее льда, никого не зову на чай, не общаюсь ни с кем никогда.

Когда в лето приходит вьюга, я учусь тебя забывать, не искать свою душу, друга, много книг по ночам читать.

Это просто совсем. Вот это: никогда никого не любить.

Только осень приходит в лето.

Я тебя

не могу забыть.

29. Что-то сказки сегодня не пишутся

Что-то сказки сегодня не пишутся и стихи уже не сочиняются, будто кто-то украл все сюжеты и все буковки разбросал.

Вечерами нам легче дышится, где-то в воздухе звезды купаются, когда входит седое лето в наши души, словно кинжал. Что-то песни сегодня не радуют и родные слова не читаются. Почему-то на улице слякоть, а на небе не бродит луна. Этот вечер нам будет наградою за все это, что с нами случается, будет дождь этой ночью плакать, а мы будем сидеть без сна.

А в камине огонь потрескивал и нахально мерцали звезды. Эта ночь оставалась тихой и полна оказалась чудес. Мы пошли гулять перелесками, выдыхая воздух морозный, мы шагали по почве рыхлой и зашли понемногу в лес. Пряный запах пьянил в дороге, хоть дорога вела не прямо, хоть идти по ней было трудно, говорю, что греха таить: мы зашли в лесок понемногу, погуляли в зеленых залах, место было безумно чудным, захотелось стихи сочинить.

30. Мы столкнулись с тобой случайно

Мы столкнулись с тобой случайно. Подходила к концу зима,

Под ногами смесь снега грязи, солнце падало на дома,

На душе было как-то пусто. Мир рассыпался на куски,

И глаза твои цвета неба были слишком полны тоски.

Мы столкнулись с тобой случайно. За порогом метель мела.

И хотелось обеим счастья или просто чуть-чуть тепла.

Ты молчала, и я молчала, и снежинки липли к окну,

И отчаянно я хотела не оставить тебя одну,

Не пустить эту злую стужу на просторы души твоей

И спасти тебя, и согреть тебя сотней тысяч тёплых огней.

Ты тянула ко мне ладони, руки путала в волосах

И, когда ты сидела рядом, исчезали тоска и страх.

Мы столкнулись с тобой случайно. Погибала в огне земля.

Города превращались в камни, высыхали кругом поля.

И тонуло в осколках небо, рассыпалась в траве роса,

Улыбаясь в тиши рассвета, я смотрела в твои глаза.

31. Мой дракон

Мой дракон появился во тьме, среди пиков скал

И дохнул теплым ветром ласково мне в лицо.

Был бескрайний наш мир для него слишком чужд и мал,

Потому и конец был печальнее всех концов.

Были с ним мы с пелёнок друзьями, он рос, мужал,

Я же лишь становилась старше, хитрей, умней...

Его крылья мне были как плед, а клыки — кинжал,

Защищал он меня от врагов и от злых людей.

Но однажды к нам в горы с маем пришла беда,

Миллионы пушек стреляли со всех сторон.

До сих пор наяву и во сне вижу как тогда,

Как с бессильной болью плакал, дрожа, дракон.

Кровь его еще несколько дней продолжала течь,

Он заснул среди глыб и осколков столетним сном.

Я в руках своих тонких лишь крепче сжимала меч,

Ведь теперь наступил мой черед защищать его.