Танец страсти в огне

Ночь в отеле

Ночь пришла мелодией забытой,

День забрал в коллекцию печали,

Свёл случайно нас с тобою случай,

Этой встречи мы с тобой не ждали,

Ветер шарф мой на тебя набросил,

Притянул друг к другу как петлёю,

По твоим глазам ласкающей волною,

Море в шторме бушевало голубое.

Вечер страсти нас толкнул в объятья,

Небо в луже как бензиновая плёнка,

Поднял на руки немного грубовато,

Не позволив намочить на луже ноги.

Предложил ты пить из лунных кубков,

Ночь, любовь, шампанским запивая,

Лёд на лужах был настолько хрупкий,

Он мелодией звучал, звенел ломаясь.

Ночь в отеле, воздух пахнет зноем,

Жарко, руки сплетены до дрожи,

Мы по лезвию идём, по самой кромке,

Ночь безумна, ей сейчас всё можно.

Мы теряли с каждым вздохом вечность,

Нервной дробью сердце отстреляло,

За окном или в постель явилось лето,

Счастье ночь в коллекцию забрало.

Фонари давно свой свет продали,

День купил, в коллекцию к печали,

В лунных кубках ещё ночь плескалась,

Мы её на день в отеле поменялась,

В постели

К черту морали, рамки тесны,

Рвут тишину клочьями стоны,

Солнце с полдня в зените стоит,

У нас же в постели свои законы.

Ветром летит дыханье до звёзд,

Сердце стучит азбукой Морзе,

Точка-тире пульсом сплелось,

Тела движенье тире-тире-точка.

Счастье тонуть в горячих руках,

Мысли и тело бесстыдно раздеты,

Вот уже вспыхнул на окнах закат,

Рисует лучами по линиям тела.

Время к рассвету ведёт за собой,

Сплетение рук сжимает до дрожи.

Азбука Морзе новой строкой,

Клеймом поцелуи горят по коже.

Лаской встревоженная постель,

Пахнет морозной свежестью,

Снег свежевыпавший простыней,

В рисунках нарцисса нежного.

Случайный роман

Так наверно нельзя. Это точно – нельзя,

Невозможно сменить лабиринт моей жизни,

Твой, крылом самолёт по закату скользя,

Улетел. На моих глазах грусть, как обычно.

Впереди ночь без сна, небо – синяя мгла,

К стылым окнам вокзала щекой прикасаюсь,

«Самолёт долетел» - эта весть мне нужна,

Но меня от небес чей-то взгляд отрывает.

Сердце словно раздето под взглядом чужим,

Разрушая ломает границы, лишает защиты,

Удивлённый и нежный взгляд мне говорит:

- «Я влюбился в глаза твои беззащитные.

Грусть такую не видел ни где, никогда,

Очень жаль, что глаза не по мне тоскуют,

Я б испил слезы грусти губами до дна,

В них оставил навеки любовь поцелуями.

Прижиматься к тебе, в море страсти тонуть,

Захлебнуться от нежности бесконечной,

Бархат кожи ласкать, целовать твою грудь,

Отдаваясь на век твоей власти беспечно.

Моим воздухом будь, кровью в венах моих,

Моим миром, вселенной, райским эдемом,

Ты молчанье моё, недосказанный стих,

Мои мысли и шифры ночных откровений.»

Время рядом свернулось клубочком в часы,

Наше счастье вздыхает то томно, то страстно,

Судьбы словно шутя бог сложил на весы,

Замыкая круги, выбор дал беспристрастный.

Ночь срывается в день, жар смывает с души,

Тишина за врачует, грусть в глазах добавляя,

Только будут тревожить шум вокзала и сны,

О случайной любви невзначай вспоминая.

Кофе с мёдом

Нити чувств – по телу ладони,

И руками сжимая простынь,

Я не грешница и не мадонна.

Я в тебя без ума влюблённая,

Вдох задерживает дыхание,

Углы губ разрывают стоны,

Выгибает дугой под ладонями,

Тело - током высоковольтным.

Ты учил меня милым глупостям,

Мёдом пахнущим и развратом,

Позвоночник руками – бусины,

Прижимаешь к себе – собирая.

За окном шпиль насаживал небо,

Ночь заканчивается дождями,

А у нас в постель пришло лето,

Солнцем пахнущее и цветами.

Кофе с мёдом - как настроение,

Нити чувств от плеча до бёдер,

Поцелуем рисуешь контуры,

Ты в меня без ума влюблённый.

Нет табу, раскрошилось слово,

Поцелуи в безумии брани,

Я не грешница и не мадонна,

Создал ты меня – идеальной.

Глинтвейн любви

Весной нужно любовью болеть,

И лечится глинтвейном страстей,

Из тюльпанов и роз аромат налей,

Добавляя туда блеск звёзд.

С губ лепестки поцелуем срывай,

Мёд и пряности с тела добавь,

Так хмельнее вина будет любовь,

Она полезней лекарств.

Рай по капле пей, истина в вине,

Любовь сердце сожмёт в объятья,

Я, любимая, наш глинтвейн тебе,

Подарю на восьмое марта.

*************** Я - сон, сверкавший радугой огней, Я - сон из жарких наслаждений, Соединяюсь из мечтания ночей, С оргазмом в содрогающимся теле, Я – жадный шёпот, выдох, стон, Срывающийся с губ, в экстазе, Движенье в такт, дыханье в унисон. Полет невиданных фантазии.

Последний танец

Мы танцевали страстно,

В серебряном свете луны,

Наш завершающий танец,

Как должное это прими.

Я буду с тобою нежной,

Ты как всегда - грубый,

Нарушим табу и запреты,

Страстью иссушены губы.

Тебя заманила улыбкой,

Трепетом длинных ресниц,

А ты боролся с желаньем,

Упасть предо мною ниц,

Я ангел была, ты демон,

Я светом, а ты был тьмой,

В лунной нежности этой,

Вечность танцуем с тобой.

Лед поцелуя, воск страсти.

Ловим рукой звездопады,

Мы друг у друга во власти,

Танцуем под песни цикады.

Танец желанья, как странно,

Бунтуется тело и нервы,

Я не встречала желанней,

Ты мой последний и первый.

Влечение стало лютым,

Распято земным притяженьем,

Дыхание сбилось пульсом,

Танцуем в полном забвенье.

Пахнет пагубный чувством,

Сладким запахом смерти,

Танец безумный, последний,

Кто упадёт из нас первый?

Иллюзию счастья разрушит,

Первый луч солнца украдкой,

Пленил ты загадками душу,

Ослабь уходя свою хватку.

Я испеку тебе Любовь

Хочешь я испеку тебе Любовь?

Тесто замешу из нежных взглядов,

Положу ванильных слов в муку,

Сливочную страсть из шоколада.

Крем взобью из утренней зари,

И счастливых наших встреч вокзальных.

Из осенней улетающей листвы,

Чуть печальной нежности добавлю.

Украшение: Алых поцелуев лепестки,

Упадут на крем из бурной страсти,

Хмель ночей, безудержные ласки,

Жгучесть взгляда и касание руки.

Счастье смеха брошу конфетти,

Огоньки улыбки взгляда – крошкой,

Я спекла тебе наш торт Любви,

Милый, подставляй свои ладошки.

Страсть

Шторы задёрнуты, в шторах просвет,

Тихий сквозняк по комнате стонами,

Страстью встревоженная постель,

Скинула простыни возбуждённые.

Вновь полыхает дыханьем напалм,

Тело в огне поцелуев желанных,

Зверем мурлычешь: -«Как же я ждал,

В омут нырнуть твоих глаз зелёных.

В золоте рыжих с отливом волос,

Тонкое кружево зимних рассветов,

Очень к лицу тебе страстная ночь,

Зельем кипит покорённая нежность.

Ты мой каприз, я парю над землёй,

Тайна, привычка моя сокровенная,

В танце безумном сплетаясь с тобой,

Отдал я душу тебе на хранение.»

Время скупое к рассвету плывёт,

Шёпот по комнате – клятвы, молитвы,

Губы горят как полынный ожог,

Тело горит как напалмом залито.

Шторы задёрнуты, в шторах просвет,

Солнца глоток остудило похмелье,

Время спешит то назад, то вперёд,

Кольцами кружит у края постели.

Свежей прохлады шёлк простыней,

Тела коснулось. Сон по ресницам,

Страстью встревоженная постель,

Прячет секреты в своих границах.

Лестничная клетка

Лестничная клетка,

Чужого подъезда,

Ты такой милый, нежный.

И я на манеры забила.

Подоконник с серебряной пылью,

Цепляясь за голые стены,

Мы обо всем забыли,

Поддались страсти мгновенно.

По углам мусора кучи,

Банки, окурки, пустые бутылки,

А за окном небо,

Облаков белоснежных перины.

Мы слова в поцелуях забыли,

По вискам током стучало,

Дневной свет в глазах погасили,

Целовались и было мало.

Шорох лифта по стенам подъезда,

Чужой голос в эфир врываясь,

Грешных ангелов не заметил,

От земли уже оторвались.

Как любовь на ладонях взвесив,

Натянулась душа струною,

Двести, триста, тысячи децибелов,

Резонансом из тела рвались.

Тесен мир нам лестничной клетки,

Мы разбили окно в подъезде,

Выпуская на волю запах,

Батарей в краске нашей страсти.

Наши танцы

Шум и шквал невидимых оваций,

Танец страсти в ритме шарниров,

И удавка на шее – наградой,

Среди стен съёмной квартиры.

Будни скромные скрашены пляской,

Тел в безумстве рвущие цепи,

Как игра с любовью на прятки,

Кто быстрее сгорит в этом темпе.

Бой по рёбрам как в барабаны,

И мотивчик знакомый до боли,

Где-то там в песках брели караваны,

А у нас свой аншлаг и гастроли.

От смущенья закат упал краской,

Ночь прикрылась чёрной ночнушкой,

Тополь сморщил листвы складки,

А у нас тут свои погремушки.

Пахнет алым. Просрочено утро.

Вскрылись вены у синего неба,

В клочья ночь, и луч перламутром,

Мне узлом завяжи руки крепче.

Скрип кровати ноктюрном пьяным,

Губы в кровь, кожа содрана с мясом,

В такт смеётся навзрыд фортепьяно,

Жёстко-грубый наш танец страсти.

Тише, тише, тише

Бархат поцелуев по запястью кожи,

Шёпот заклинаньем,

Ласковый и сонный,

Взмах ресниц и тает отраженье томно,

Сверху накрываю волосами шёлком,

Пальцами чертила,

Линии по коже,

В вены страсть вводила,

В положенье лёжа.

Разбудила зверя, тише, тише, тише,

Повторяют тени все движенья наши,

Подливая масло,

В страсть огонь желанья,

Пыткою признанья, сердце замирает.

Больно нестерпимо, нестерпимо сладко,

Молнией рассыпались,

Стоны отпечатки,

С абажура тенью в зеркалах осколки,

Разбивая стены,

В мир огромных стёкол,

Страсти бесконечный стон ужасно долгий,

Тише, тише, тише, нежно, потихоньку.

Стоном оживает жертвенное ложе,

Грубо в такт ласкает,

В положенье лёжа,

В темноту скатилось время небылицей,

В положенье стоя об висок стучится.

Сквозняком скользнула,

Опускаясь ниже,

Напоил нектаром в волосы вцепившись,

Погасить огонь бы, но желанье выше,

Стоном, жгучим взглядом,

Зверя возбудила.

Тише, тише, ниже, обнимая страстно.

Вечностью застыла в этом жарком танце,

Дрожь прошла по нервам,

Звезды ближе, ярче,

Полуявью, сном ли, полутенью яркой,

Умирая снова на волнах качаясь,

В положенье лёжа,

Стоном воскресая,

Ночь в себя вбирала, заглушая звуки,

Тише, тише, тише, что-то нам шептала.

Я тебя спасаю, от себя спасаясь,

Взмах ресниц и снова в небо улетаю,

Первый луч рассвета,

В комнату прорвался.

Тише, тише, тише,

Зверь мой, засыпай.

Вesame mucho

Тонкий запах средиземного неба,

Ночь рассыпала яркий бисер,

Звёзд, нанизывая их в ожерелье,

Собирая в созвездия нити.

Опаленный огнем улыбки,

Медлишь, зная, уже не отпустишь,

Я, не зная язык, понимаю,

«Вesame, besame mucho.»

Смуглый мачо, глаза голубые,

Плещет море соленую нежность,

А в бокалы любовь налита,

Лучший сорт Испании – херес.

Поцелуй тронул нежностью ухо,

От виска и до губ движенье,

Замирая в предчувствии чуда,

Ты во мне ищешь спасенье.

Все слова переводит ветер,

Море шелестом их повторяет:

«Таких глаз я не видел на свете,

Как листва кипариса сияют,

В глубине изумрудного плена,

Я летаю, крылья ломая,

Мы мой ангел, царица, мой демон,

Ты Мадонна, ты вышла из рая.

Привкус странствий, полыни и мяты,

На губах сладким мёдом тают,

Колдовские твои ароматы,

Побережье моё заполняют.»

Каплю страсти с плеча снимая,

Языком, не давая поблажек,

Уводил в страну свою мачо,

Капли с бедер рукой, до мурашек.

Звезды ближе, Крест Южный над нами,

Млечный путь затерялся в небе,

Танцевали мы танец испанский,

Под гитару и кастаньеты.

Выдох ветра и вдох прохладной,

Набегавший волны на берег,

«Вesame, целуй меня страстно,

Это ночь не будет последней.»

Я магнит, ты металл

Я стою за спиной у последнего из богов,

Тело мускулистое цвета карамели,

Я сегодня в красном. Ты, как бык, готов?

А земной ты или с неба, я проверю.

Я танцую Ламбаду, завлекая тебя,

Позволяя пройти все опасные зоны,

Говоришь, ты таких не встречал никогда,

Я магнит, ты металл, притяженье большое.

Стоит только вдохнуть ароматы волос,

Поцелуем пройти лабиринты по телу,

И распробовать губ моих сладостный вкус,

Как закружит любовь нас с тобой каруселью.

Твои руки с моими страстно сплелись,

Чувства тела в восторге от узнаванья,

В море нежности реки желанья влились,

Выбивает из ритма вдох - выдох дыхание.

Я с коктейлем Ламбада проглотила огонь,

Я магнит, ты металл, и закон притяженья,

Бесконечное время нам отпустит любовь,

Мы единое, целое в ритмах движенья.

В красном я и танцую Ламбаду босой,

Как по жарким углям я к тебе навстречу,

Воскресать на руках у последнего из богов.

Не боясь умереть – у нас с тобой вечность.

Три часа ночи

Три часа ночи, луна-бродяжка,

По небу вскачь из звезд упряжка,

«Иди ко мне моя милашка,

Я нашу встречу так ждал давно.»

По шее колко бегут мурашки,

Горячим телом да на распашку,

Глубокий вздох ворвался тяжко,

И дождик каплей ударил в окно.

В движеньях грация дикой кошки,

Желал меня ты неосторожно,

Сжимай покрепче. Теперь всё можно,

Всё будет как в эротичном кино.

Стою босая в твоей рубашке,

А за окном высоток башни,

Любимый кофе из твоей чашки,

В холодных пальцах его тепло.

Рукою нежно со лба кудряшку,

На блюде тортик любимый пражский,

Дрожит душистая темень в чашке,

Любовью сердце мне обожгло.

Блюдо на ужин

Щепотка разврата, романтики горстка,

Кокетства стакан и печали чуть-чуть,

Восторг намешаем, немного лукавства,

И нежности столько, чтоб в ней утонуть.

Польём это лаской, блаженством накроем,

Мечтанья о звёздах с ликёром плеснём,

Стихов вдохновенья немного добавим,

И всё это сверху мы страстью зальём.

Цветущих, весенних полей ароматы,

Хмельная заря, поцелуй пряных губ,

Мы счастье души размешаем в бокале,

И нежность добавим из ласковых рук.

Украсим рассветом, лучом восходящим,

И блёстками капель жемчужной росы,

Пьянящий экстаз тел горячих добавим,

Из сердца огонь нашей светлой мечты.

Пусть свечи горят, отражаясь по окнам,

Струями одежда вниз на пол легла,

На ужин сегодня с тобою готовим,

Прекрасное блюдо – Любовь навсегда.

Тень кружев

Тень кружев узором упала на грудь,

Лизнула изгибы плеча,

Желанье попробовать сладости с губ,

По телу волной сгоряча,

Томленье прибоем кровь бьёт по виску,

Тел жарких прикосновенье,

И время застыло, услышав «Люблю,»

Остановив мгновенье.

Сводящий с ума запах ливней-волос,

Сиренью благоухали,

Себя создавая из сладостных грёз,

Из пепла души две восстали.

Солнце с полоской рассвета встаёт,

Луна всё бледнее и тоньше,

Обнявшись влюблённые не устают,

В движеньях страсти всё больше.

Тень кружев от шторы узором легла,

Сплетая навеки их вместе,

Светятся нежной любовью глаза,

В бездонности глаз – вечность.