Танец Исаис

Глава 1

Могила на кромке (Надела саван снежный на осени плешь Веля Мати).

Надела саван снежный

На осени плешь Веля Мати,

Он сумраком ночи нежной,

Последней улыбкой страсти.

Завяжет узлом смиренным

Застывший в секунде город,

И упокоят другие

Дикий, звериный голод.

Сам Езагулис бледный

Станет на кромке стражей,

Тихий как червь шепот,

Месяц, молодчик ражий.

Красная бронза в небе

Осень ушла нежданно,

Ты спросишь: «А кто в ответе?»

Ты в пытке «Кому это надо?»

Вскроют земле-жертве

Брюхо, в привычной пляске,

Такое нехитрое дело,

Такая посмертная маска.

-------------

Танец Исаис

Поступь Исаис Чёрной, холод змеи-улыбки,

Земли её повсюду, черви кишат в затылке,

Пепельный мрамор тела, запах палёной кошки,

Только луна в ущербе, только кресты в окошке.

И мимолётно небо, и безымянен холмик,

Ты был, наверное, добрым? Ты думал, что кто-то вспомнит?

А этот убивший многих, и этот учивший деток,

Их черепа похожи, их кости смешало лето.

Так, что спеши прохожий, и забывайся всуе,

Скоро сюда вернёшься, выйдешь навечно «в люди»,

Всё что любил и строил, станет туманом зыбким,

И над Землёй однодневок – тени Её улыбки.

--------------

Полушуточное.

Видения войны и потаённый страх,

Постылый день, заветная винтовка.

Печаль вопит, а смерть пришла негромко,

Нагнувши жизнь в завьюженных кустах.

Я твой глашатай, ты не мой кумир,

Простая данность, сила, натиск, воля,

Единый бог лепивший этот мир,

Его свобода и его неволя.

Есть лишь сегодня, вызов небесам,

Нелепо старый, охромевший рок,

Щелчок прицела, выход сам на сам

И только плавно спущенный курок.

---------

Верхушки тополей в окне

Предвосхищенье лета,

Опавшие цветы,

Переизбыток света.

Заветный уголок,

Пастельные этюды,

Решетки и ножи,

Невинные причуды.

Распаханная боль

И птичьи свиристели,

Прогоркнувшая соль,

Дубовые постели.

Весёлые огни,

Задумавшийся ветер,

Дымящая труба,

Окаменевший пепел.

--------------

Серебряных башен стон,

От ветра танцующего легчайшие «па».

Он кавалер

Наверно в мазурке

Кружащий статных дам,

От домов до самого леса и облаков.

Сумерками уходит,

От ночи земли,

К тонким как паутинки жилкам дня.

И если б не он,

Наверно не знали,

Как серебро может петь.

-------------

В зыбкий край полу-забвенья

Завела опять судьба,

Нить потеряна,

Смятенье,

И дорога никуда.

Листья серы,

Краски тусклы,

Средоточье всех дорог,

Безымянный край спасенья,

Чёрный камень Кромен-Кройх.

Что сказать, когда губами

Шепчет ночь в подвеске звёзд,

Фразы, сшиты ковылями,

Слово, только серебро.

Только вязы вдохновенно

В вечной битве Друиданс,

Говорят,

Что скоро небо,

Будет плакать…

Лишь о нас.

Неужель соединенье,

Только в посвисте косы,

Я предвижу, но не в силах

Различить твои черты.

Вновь уйти,

Но полным силы,

Ветви гнутой на ветру,

Никому сказать не в праве,

Что,Случится по утру.

-----------

Снится детям декабря слякотный январь,

Руки тёплые с утра и горячий чай,

Подоспевший чёрный хлеб, масло на чеку,

И рябины красноцвет брызжет по окну.

Плед густой застыл в ногах, пёстрой маетой,

Верный пёс- язык лопатой, хвостик запятой,

И любовь, какая есть, ранняя луна,

Красоты неимоверной, горница ума.

Лучик пляшет по столам, хочется поймать,

Ох, тоска, какая- это вспоминать.

----------

Nomos

Всем детям Никты день неведом:

Луны заиндевевший луч,

Придет с Танатоса приветом…

Всем детям Никты день неведом:

Ланцет принесенный соседом,

Разрежет пустобрюшье туч.

Всем детям Никты день неведом:

В рассвете похоронен ключ.

---------

Ager Desertus

Подарил тебе лал – камень боли,

На память – цветок граната.

В подземном мире юдоли,

В ветвистых корнях заката.

Где ноги омыли в Лете

И ты улыбнулась мило,

Не говори о рассвете,

Держи будто бритву стило.

Прочтёт эту сказку мёртвый,

Задумчиво тих и бездомен.

Вкушает калачик чёрствый,

Из глаз отражение домен.

Рассудит он нас Персефона,

Покажет тебе дорогу,

От нашего тёмного дома

Будить весну недотрогу.

----------

Белые ночи, Сфинкс над рекой,

Стылые речи, холодная кровь.

Лёгкая поступь, небо в глазах,

Чудь потаённа, ошибка в азах.

Утром проснёмся, звёзд нам не счесть,

Чёрным черно, луноликая жесть.

------------

Осень: Дай Джим на счастье лапу мне: Напевая «The Doors»

Моя девочка,

Моё вино,

Что-то ведь помнится,

Больше ушло.

Ветер сорвался

По всхлипам листов,

Осень как осень,

Всё замело.

Пляшет на дереве

Желтенький флаг,

Окна закрыты,

Кончен парад.

------------

Белым белилом белеют бумаги,

Будто бы заокеанские флаги,

Рыцарей светлых бесплодной земли,

В дом сумеречный,

В дом мой пришли.

Рыцари дивной,

Бесплотной земли.

Ты мне сказала,

Что это туман,

Вполз предначертано.

Это обман.

Ты говорила,

Но слово моё,

Сковано намертво,

Слово моё.

Вовсе не свято,

Но всё же моё.

Копья трепещут.

Ты веришь в обман,

Заспанный день,

Не полезу в карман.

Там за спиною приспущены флаги,

Белым белилом белеют бумаги.

-----------

Еще темно,

Деревья красят небо полубезумной чернотой.

Еще темно.

Сквозь пару капель утро

Моргнет белёсою ресницей.

И новый круг,

И снова лихомань.

Трясучка дней

И ветка снежной вишни.

Иллюзии как степень совершенства

Создания сумеречных звезд.

Вот утро.

Чуточку темно,

До безысходности.

Коль словосочетанье несет оттенок смысла,

То утро.

И…..

Как на конфорке ручку до отказа.

----------

В холмах неведомых пурга

Елозит по застывшим соснам,

И чья-то тихая рука

Закрыла блекнущие звёзды.

Так тихо, будто благодать,

Перепоила эту землю,

И ей тоскливо, мерно внемлют,

Седые скучные снега.

Даль невидна, луна в потерях,

Застыла в сумерках река,

Окостенела и запела,

Балладу стонущего льда.

Да не беда, а лихолетье,

Мы сбились в поисках пути,

Сугробы бродят будто тени,

И некуда в лесу идти.

Но посмотри, в еловых ветках

Заснула лютая зима,

Даль не видна и это славно,

Идти тихонько никуда.