Священный бой

Священный бой

Мирное утро

Гололёдные накаты,

Дождь смеётся над зимой,

У буржуйки спят солдаты,

В боевой не нужно строй.

Победили. Наказали.

Опрокинули врага

И узнали – что устали,

Как у речки берега.

Разливалась, бушевала,

Непокорною войной,

Смертью черной подмывала

Край у плёса, золотой.

Сколько их, солдат – песчинок,

Унесла собой волна,

Золотой песок на рынок

Поставляла та война.

Всё сполна ей заплатили

Самым ценным из добра,

Наказали. Победили.

В пору бы кричать «ура!».

Но теплу у печки рады,

Утро. Мир. Расклад простой.

У буржуйки спят солдаты,

В боевой не нужно строй.

Принуждение к миру

Откинулся на спинку стула

И передёрнул автомат.

Ломилась голова от гула,

А с улицы - солдатский мат.

В окопы шёл как на работу,

Патроны, чайник и беда:

Нельзя привыкнуть к пуль полёту,

Они ведь цель найдут всегда.

Так шли не месяцы, а годы,

Надежда превращалась в пыль;

Война, отсутствие свободы,

Сухой на бруствере ковыль.

А там, в ста метрах, враг укрылся,

Такой же чайник, патронташ,

На русском он разговорился,

Так громко – голос слышно, аж.

Не осознать, как получилось,

Что у врага язык родной,

Хоть, что - то всё же изменилось,

Мешает слушать волчий вой.

А за спиной Донецк в тумане,

Великий новый Сталинград,

К жене бы съездить, к сыну, к маме,

Забыть окопный, с гарью, чад.

Всё, отдохнул, пойду, пожалуй,

В ковыль, по полю и к врагу -

Принудить к миру, выдрать жало,

Нацистов всех согнуть в дугу.

Символ Победы

Не бывает идей картонных,

Крови символ - на стены краской,

Сквозь руины дзотов битонных

Правда вышла на свет оглаской.

Трудно взрыва представить силу,

Что метровые рушит стены,

В кулаке напрягая жилу

Сердце краску толкает в вены.

Скрип зубов зародит Победу,

Знамя Мать сохраняла годы,

В сорок пятом, в тот Май, в ту Среду

Вновь земля отпустила всходы.

Поднимает старушка знамя -

Злу не быть здесь, не быть обману,

Крови символ – на стены пламя,

И Победа придёт по плану.

Приграничье

Как у вас? – Да в центре тихо,

Но окраины бомбят,

Мимо нас проходит «лихо»,

Вся надежда на солдат.

Я то, стар уже - в герои,

Там всё больше молодёжь,

Если жизнь вдруг так устроит,

Нужно будет - и пойдёшь…

Не придётся увернуться,

Если Родина в беде,

Перед ворогом согнуться

Мы не можем – мы не те.

Оба деда постарались

Загасить фашистский чад,

Где-то там, в полях, остались,

Та война – кромешный ад.

Не добили гидры семя,

Народила сатанят,

Наступило наше время,

Нужен буду – стану в ряд.

А пока вот помогаю

Им молитвой, всей Душой,

Победим - я это знаю,

Верой полнимся большой.

Как у нас? Пока порядок,

Сил нашлось теперь вдвойне,

Мир опять стал мил и сладок –

На войне – как на войне.

Храни

Благодарю защитников России,

Не пропустившим к нам нацистский ад,

Они, являясь воинами Мессии,

На грани меж добром и злом стоят.

Жизнь так хрупка, хоть и бронежилете,

Но вы смогли закрыть нас от беды,

Храни, Господь, солдат на этом свете

Во время смертоносной злой страды.

Дай мощь бойцам порвать ту пасть у зверя,

Что поглощал, зигуя, русский мир,

Мы все живём, в Победу нашу веря,

Даруй, Спаситель, правде больше сил.

Чтоб не осталось нечисти на воле,

Храни, Господь, защитников земли,

Чтоб правды нашей колосилось поле –

Храни, Господь, солдат Руси, храни!

«…Будут последние первыми…»

(главы 19, 20 Евангелие от Матфея)

Пришла пора прощение просить

У хмурого российского народа,

Но знайте - он не сможет вас простить,

И в этом есть теперь его свобода.

Ведь был он безгранично терпелив,

Не замечал плевки гнилой Европы,

Теперь смываем грязь всю эту в слив,

Дождались вновь всемирного потопа.

Славяне собираются в Ковчег,

Его Россия строила годами,

Здесь и друзья найдутся и ночлег,

Здесь Божья благодать пребудет с нами.

Пришла пора прощение просить

У тех, кого последними назвали,

Но лишь потоп грехи поможет смыть,

Ведь первыми последние вдруг стали.

Рождение нового мира

С места тронулась телега,

Старый мир везёт в себе,

В омут броситься с разбега –

Испытание в судьбе.

Всем народом в омут стылый

Опустили нагость тел,

В горе жил, иль был счастливым,

Всё одно: хоть трус, хоть смел.

Одинаково закрутит

В эту яму, что без дна,

Негу прежнюю остудит,

Жизнь у всех, увы, одна.

С шумом катятся колёса –

Скрип в ухабах ходуном,

Те, кто вынырнет у плёса,

Обретает новый дом.

Остальных судьба поглотит,

Новый мир – тяжёлый дар,

Тут наивность быстро сходит,

Холод кожу бросит в жар.

Пора вернуться

Уж есть привычка видеть краску

Налитых кровью злобных глаз,

Что ж, вытру пот снимая каску,

Не победить им в этот раз.

В недоумении Европа -

Где покорённый русский люд?

В своих народах слышат ропот:

Настанет день - их власть сметут.

А где же помощь суверена,

Опять споткнулся Вашингтон,

Не зазвучала бы сирена

Ракетам русским в унисон.

Пора Берлину оглянуться

На свой всё помнящий рейхстаг,

Ведь может вновь туда вернуться

Победы майской красный флаг.

Скорбь

Мы не звали беду, - идёт

Грязной осенью на порог,

И осколки, и пули влёт

Искромсали родной чертог.

А головушек буйных ряд

Бесконечен в степи пока…

В травах жухлых они лежат,

Им, быть может, лежать века.

Будет дождь, будет ветер, град,

День и ночь, тишина и взрыв,

Не вернутся домой – лежат

И лишь мать вспоминает – взвыв.

Нет спасения от утрат,

Даже время не лечит – врут.

Не хоронят в бою солдат –

Как спасения – мира ждут.

Черная птица

Долго кружила чёрная птица,

Смерть и разруха под тёмным крылом,

Люди жестоки, их серые лица

Все без надежды и мысль - о плохом.

Взмахом вокруг зарождается злоба

И нетерпимость к свободе идей,

Месть до последнего, лучше до гроба,

Коль победитель, то значит – злодей.

Время не тратится долго на сборы,

Миг возрожденья готовит стрелок,

Снова отстроим дома и соборы,

Только бы этот усвоить урок.

Выстрел. И птица валяется в луже,

В пыль превращается ужас и стон,

Что ж, пояса мы затянем потуже –

Мир возродим, но без чёрных ворон.

Чёрное небо

Чёрное небо; и мгла опустилась,

Где то над нею гудит самолёт.

Здесь эпохальное действо случилось,

Тьма; в мироздании явный просчёт.

Как обманулась судьба – непонятно,

Но исправлять должен всё человек,

Что - то мыслитель бормочет невнятно,

Полки пустые закрытых аптек.

Выжить – задача теперь не простая,

Но ведь без этого кончится мир,

Пашня исчезнет, быльём зарастая,

Веру теряет неистовый клир.

Было уже; это всё не впервые,

Справимся, пусть и со скрипом зубов,

Будут повержены сущности злые,

Свет защитим – как основу основ.

Вольная птица

Россия вольной птицей бьётся

Глобальной тьмы ломая клетку,

Свет неземной от крыльев льётся.

Как будто лампу - да в розетку.

Не загасить, как не старайся

Всеосвятительную силу:

Почувствовал – теперь сдавайся,

Встречай воителя Аттилу!

Он беспощаден и прекрасен,

Он грозен взглядом, ярок ликом,

Рождён из сказов и из басен,

Наводит ужас совьим криком.

Не одолеть святой свободы,

Она есть суть России новой,

Объединяющей народы,

К борьбе с той тьмой давно готовой.

Священный бой

Битва шла между миром Света

И безумством кровавой тьмы,

Слева наша летит планета,

А на ней всё окопы да рвы.

Всемогущий окинул взором

Поле битвы вселенской той

И повёл разговор с дозором,

Где семь Ангелов встали в строй.

Отвечали Они, что прочно

Держит центр сонм Небесных Сил,

Ну, а справа, и это точно,

Наступают – что враг уж взвыл.

Присмотрелся тогда Всевышний,

Меньше сил было – всё Он знал,

«Кто же те, что нам в помощь вышли?

- Вопрошая с небес, сказал-

Слева Ангелов я не вижу,

Вместо них кто в окопах в ряд?»

Это – Русские, я же слышу –

Их сердца, как у нас, стучат!