Стишата

********

Давай перейдём на Вы, Легко перейдём, невзначай. От постдневной синевы Светла и нежна печаль.

И в разные стороны тьмы: Автобус, пустой трамвай. Значение слова "мы" Скорей, скорей забывай.

Не помни, заспи, задвинь, Меняй города и дома. Какая на улице синь! В такую и сходят с ума.

2008

*************

Это не сон, это тягостный сумрачный бред.

Я от него отмахнуться теперь не смогу.

Знаю отчетливо: больше меня уже нет.

Только следы мои - черным на белом снегу.

На подоконник присядет короткий рассвет,

Горький на вкус как свежезаваренный чай

Странное чувство, что больше меня уже нет...

Может, я завтра вернусь. Ты меня не встречай...

2006

*************

Мглою глухой, осенней вновь изойти стихами,

Глядя в глаза отражению в кружке холодного чая.

Это моя дорога, вера, надгробный камень.

Горе мое ручное, песня моей печали.

Темная слякоть неба, город в блокаде мрака.

Нервы путей трамвайных, фары, витрины, крыши.

И головой в подушку долго и сладко плакать.

И одеяло сверху, чтобы никто не слышал.

2008

*************

на дворе трава, за порогом лес

поутру пойдем солнце хоронить

лето предавать глохнущей земле

выплетать из снов горьких сказок нить

этот ритуал нарушать не сметь

ты дождя осколки в руку собери

дома сложишь вечность, осень или смерть

что одно и то же, что болит внутри.

2019

*************

неба сорвана кожа, и открытая рана зари

синевою сочится, исходит густой тишиной

у весны в оккупации запрещено говорить

я молчу, но стихи постоянно приходят за мной

вот они на порог в одинаковых темных плащах

у подъезда оставив игрушечный свой воронок

я пойду вслед за ними, заряжена небом праща,

по дощатым ступенькам над детством, не чувствуя ног

где танцуют и солнце, и боль - раз, два, три; раз, два, три

зашивай в мешок память скорее, иди и смотри.

2019

***************

Из воспаленных глаз Москвы струится одиночество

На тонком пальце у неё трамвайное кольцо

Она идёт вдоль снов и дней, ей плакать очень хочется,

И прячет в воротник дождя усталое лицо

А где-то рассекает ночь негромкий смех товарного

На полустанках фонари плетут свою тоску

А у неё на рукаве браслет кольца бульварного

Морщинки улиц с края губ и эстакады скул

А где-то сонные леса наполнены молчанием

Лениво тащится река, глотая лунный свет

А у Москвы дела, звонки, дедлайны и отчаянье

И в край воды и тишины просроченный билет

*******

где луна танцует по кромке леса, обвивают звезды запястья елей там и есть твой дом, а пока, принцесса, засыпай в холодной своей постели.

утро торопливо развинтит пробку и в бутылку города хлынут тачки фуры, мотоциклы - тащи за скобку серый день - тоску в сигаретной пачке

город не отпустит, собрав трофеи из асфальта, снега, разлук и смога ты цветок печали, лесная фея, огонек костра в темноте дороги

а над древним замком костер заката... сны плетут деревья, листва кружится. у тебя дедлайн, через день зарплата. вырубай компьютер, пора ложиться.

*************

Высоко над озером видит сны скала

Ветви ив сжимают в горсти облака

…будьте осторожны на ступенях эскала…

берегите вещи и не облока…

Стонут кости рельсов и суставы шпал

Мертвые вагоны, злые голоса

А утес над озером так же тихо спал

И сплеталась с ночью утра полоса

...............

Осень заявится в полночь сквозь дырку в стекле. Стянет сырое и сядет тебе на кровать. Снег не приходит сюда уже тысячи лет, Ей ничего не мешает тебя целовать.

Прятать тебе под подушку обломки дождя И перевязывать лентой трамвайною сны, И уносить каждый раз, по утрам уходя, Тонкий осколок твоей нерожденной страны.

Там где алеет закат и краснеет рассвет, Там над водою и лесом танцует звезда. Снег не приходит туда уже тысячи лет, Осень туда не приходит вообще никогда.

*******

Первый снег стреляет из-за угла в упор Перезаряжает, целится, вновь палит Ты глядишь на него из засады задвинутых штор И осколок солнца где-то в груди болит.

Ты повстанец лета, адепт отражения звезд В тёплой, пахнущей счастьем и небом речной воде Но в тебя стреляли свои, ты покинул блокпост. Твоё юное лето теперь не найти нигде.

Хокку

Схема метро - это ладонь Москвы. Длинная линия жизни обрывается в Митино. Нам выходить.

****

С понедельника снова учиться жить,

Просыпаться рано, смотреть в окно,

Лифт целует верхние этажи

И поёт колыбельную мимо нот

У зимы кончается проездной.

А весна открывает абонемент

На столе коробка апрельских снов

С бантиком весёлым дорожных лент...

****

небо стонет, плавятся зеркала

утро чайкой падает на крыло

танцевала, плакала, умерла

было - не было, кончилось, обожгло

время корчится, ноет, летит с петель

на твоем виске перекрестье снов

допивай коньяк, расстилай постель

доставай суму и считай улов

****

В медицинской маске май, и лица не видно

Лишь смущенные глаза: "зря пришёл, не время?"

Мы шарахаемся прочь, вдруг и он ковидный...

Он ненужная деталь в слаженной системе

В слаженной системе тех, кто работал дома

Кто мыл руки и глаза, кто боялся кашлять

А проклятая весна лупит по живому

Солнцем, небом, сквозь прицел орудийной башни.

********

лезвие лета режет живую плоть

древнего города и выпускает кровь -

эритроцитами в коей - трамваев стая

лето на бланке реки пишет "три дня колоть

утром и вечером дозу июньских снов,

три милиграмма солнца, пусть зарастает

то, что сломала, разбила, крушила зима

мяла, ломала, крутила, сводила с ума.

ну, полезай под небесное одеяло!

И не болей - лекарства осталось мало.

*******

Осколок небесного взрыва и шрам на щеке,

У воздуха привкус осенней древесной коры,

Смешные кораблики вдоль да по темной реке,

Ты там создаешь, а я здесь разрушаю миры.

Под пламенем лунным смеясь опадает листва,

Деревья сплетают твои новогодние сны,

Ты там создаешь, а я здесь разрушаю слова,

И прячусь под снег, и ныряю под лед до весны.

********

Звезды звоном об асфальт: золотое крошево

По небесному катку мчатся облака

Ведь в конечном счете все - просто скоморошество

Выделить- нажать delete дрогнула рука

У дорожного столба танец одиночества

Ненаписанная жизнь корчится в огне

Пели, пили, ждали смерть, воздавали почести

А теперь наш старый сад засыпает снег

********

Разводить и тут же сжигать мосты

Оставлять за собой только легкий дым

Краски выбросить, рисовать простым

Темным заполнять белые листы

Набирать и тут же стирать посты

Выливать себя как стакан в кусты

Разделять себя, оставлять пустым

Уходя в беззвездную злую стынь...

*******

Город рифмуется с горем, с гордыней, с горстью

Город поет трамвайными голосами

Города горло, суставы, кишки, и кости -

сломанными строительными лесами

Город хохочет, свое выпуская жало.

Ты бы сбежала? Куда бы ты убежала?

*******

А принцессе можно все, если ей девятнадцать лет, И у нее в кармане ситцевого платья черный пистолет. (с) Принцесса Ангина

Это все твое, принцесса. Все что хочешь – забери. Неоконченную пьесу, море у меня внутри, Неотслуженную мессу, ледяные фонари, Сосны на опушке леса, первый и последний крик.

Время катится к закату, звезды, падают звеня. Стрелки неба-циферблата убегают от меня. Это памятная дата, это рукопись огня, Это белая палата и таблетки, чтоб принять.

*****

Здесь так много любви, чувствуешь, аж фонит? Как вернёшься домой - зеркало, кровь, гранит Безнадёжное зимнее скользкое рвёт зенит. Ты не слышишь, внутри тебя дикий лес звенит.

Здесь так много тепла, смотри, не остынь во сне. Здесь деревья ползут в окно по отвесной стене Здесь к утру погребет наш огонь сумасшедший снег Ты останешься здесь - наблюдать камнепад планет.

******

Ты уходишь по шпалам, по тропке лесной, по засохшему ковылю. В злое чрево вокзалов, в прорубь снов, прямо в пасть февралю. У тебя под ногами дрожит вода и бежит беда. У тебя за пазухой тёплая спит звезда.

Тебя ждут полустанки и ранки, крики сов и закрытый засов. Недопитого лета полбанки, танец псов на опушках лесов. Где на скатерти неба горит лунный сок, голубой песок. Где рванет из кармана звезда Тебе прямо в висок.

******

Небо вскрылось, словно весной Нева.

И надорвана кожица облаков.

Проводов натянута тетива.

Притворись стрелой и лети легко.

Электронных табло циферблат остыл.

Смылась, стёрлась взлетная полоса.

Самолётиков скомканные листы

Разорвут усталые небеса.

*******

Там, где города чешуя, города кожура Там отчётливо слышу я запахи лунных трав. Там, где города скорлупа, панцирь, кожа, хитин Там ты сможешь в траву упасть, сгинуть и прорасти

Но пока заката причал ждёт свои корабли В небесах проступает печать новорождённой земли Город дует себе на ладонь - входа в метро порез Видишь, здесь время, вода, огонь, ветер, звезды и лес.

* * *

В переломы окон врастает тьма Небо как погребальное полотно Частота - сокращений, FM Зима И Москва пульсирует надо мной

И Москва колотится и болит, И в районе Арбатской слышны шумы И трамвайных путей синусовый ритм И пришедшей с моря не видно тьмы

И крошатся, ноют, болят слова Над тобою небо, надо мной Москва

* * *

Птичья память, лесная память, чёрная соль У дороги нет имени, нет конца Время скручено тонкою полосой Небо рухнет прямо под колесо Я не узнаю твоего лица.

Чье-то детство, чужое детство, злая вода Осень разрастется внутри меня Города бросаются по следам Я держу в ладони и не отдам Сердце лета, попробуй его отнять.

* * *

В это утро трамваев и фонарей Мой рубильник отказывается включиться Прорастает на города злой коре, Где оконной рамы твоей ключица

Золотых лесов безымянный сон: Тем еловое небо в горсти ветвей Защищает лунное колесо От теней, скрывающихся в траве

Я ж сую за пазуху, не боясь Свой забытый сон, нерождённый сон Между мной и небом сломалась связь Мой трамвай врезается в горизонт.

***

Твое платье, принцесса, все в саже, в дорожной пыли

Твои волосы спутаны, в пепле твоя голова

Я открываю word, я ищу слова

Я матерюсь, стираю, и жму delete

В твоем сне, принцесса, - вереск, полынь, листва

В твоем замке - порох, железо, и керосин

Я отучаюсь плакать, боюсь просить

Переключаю память, ищу слова

Ну а наутро, принцесса, будет последний бой

Не засыпай, принцесса, там у ворот войска

Я закрываю word, я иду искать

Я хочу вспомнить, что значит быть тобой...

***

Вены города Эм вскрыло лезвие фонарей И на пол небесной ванной протек закат Окна крепко зажмурились - дому нельзя смотреть Как сегодня утром я вышла тебя искать

Город лентой дорожной завяжет мои глаза А потом обманом утащит в нору метро Город будет меня кружить, ворожить, терзать Покрывать меня асфальта слепой корой

Там где ты - полынь, зверобой, дурман Там где я - лом, битум и креазот Не подсказывай мне, теперь я должна сама Угадать, кто первый кого найдёт

А пока на меня глядит, усмехаясь, тоска Раз, два, три, четыре, я вышла тебя искать

****

Нас сплетет изолента дорог, город выбросит якорь Приготовьтесь к посадке, к удару, к небесным огням Не смотри на меня. Октября вороненая мякоть Станет снегом нам всем. Я прошу, не смотри на меня.

Здесь в небесной воронке взрываются звёздные стаи Я кусок бесполезной коры, я пытаюсь понять Как трамвайное море в венах моих вырастает И становится снегом. Прошу, не смотри на меня.

******

здесь струится закат по измученной уличной вене

здесь трамвайных колес вдалеке замирают шаги

у тебя остается полпачки стихотворений

Беги!

здесь ослепших заброшек, ощерясь, сгнивают останки

механический волк мегаполиса водит круги

для тебя не погасло окно на ночном полустанке

Беги!

******

Небо рвануло вспять Корчатся звёзды в реке Тени внутри тебя Поют на чужом языке

Вечный беззвездный оффлайн Порваны провода Вытекли зеркала И раскрошилась вода

Встретились у моста Кончились у стола Время читай с листа Треснувшего стёкла.

********

Это время исполнено страстью, и смертью, и сном Этот воздух изрезан любви накалённым ножом Пробирайся Арбатом, Марата, штрафбатом, весной Сдай мазок на нормальность, а то вдруг ты опять заражён.

Не ищи свои руки, нельзя осознать себя тут Меняй маски и тачки, планеты и города Твой назначенный путь, твой единственно верный маршрут Это лес и вода. Это звёзды, и лес, и вода.

*********

Где небо пускается прочь по иссохшей траве, Где ветер чужих сновидений сплетает венок, Там лунный хронометр стучал у тебя в голове, там лета спидометр зашкалил в твоей голове, И больше никто отыскать тебя, парень, не мог.

А здесь по морщинкам проспектов сочится тоска. Сквозь сон я услышу - трамваи стучат позывной. И сказка о лете пульсирует птицей в висках, Безумною птицей, зажатой в небесных тисках, И боль нарастает, взлетает, становится мной .

*******

Подслеповатые щурят глаза сонные маяки Не приставая к ничьим полюсам раненый бродит кит

Небо колотится под тобой, гладит твои плавники Я погружаю младенца-боль в раковину тоски

На берегах заунывно поют вечные рыбаки Время привычно кричать свою: «Господи, помоги!»

*******

Мы проберемся вброд по реке окна К месту отслойки сетчатки дверного глазка В том, что вокруг болит - не твоя вина Тех, кто не спрятался, смерть не выходит искать

Это твои племена, помни их имена Свет их сигнальных костров, их последние сны То ли Москва, то ли озеро, то ли весна Новая память уже забродившей весны

********

Утро сочинял, плавил серебро

Птичье серебро мертвых пустырей

Допивай печаль, собирайся, бро!

Города ребро сращивай скорей

Под твоей ключицей проходит ток

Шрамы проводов, бледные столбы

Время подключиться и сжечь листок

На котором смерть завещает быть

Осень пьет из лужи тревожный сон

И подходит поезд, в его глазах

Неба перегон, время - колесо,

Ледяной песок и смертельный страх

****** Эй, наше дерево не отцветёт

Небо не станет темней…

Снова врезается наш самолёт

В груду небесных камней

Нам же всплывать с глубины этажей

Воздух хватать за края

В омуте брошенных гаражей

Города вьётся змея

Звезды в твоих перевёрнутых снах

Сыплют в небесный разлом

Мертвая рыба - живая блесна

Сросшееся стекло

******

Нежные бусины снов, городов, текстов, вещей Память твоих не находит следов Кто ты вообще?

Давится, плавится воск пустоты В горя тетрадь Лунные буквы небесной плиты Нам выбирать

Яблока колокол, боли листву Сдали внаём Птицы осенние не назовут Имя мое..

*******

То ли песня заброшенных звезд,

То ли память угаснувших гнезд

То ли ветер стальных колес

Выжигает меня дотла

На ладони небесной руки

Сидят ангелы и рыбаки

А в воде бесконечной реки

Отражаются зеркала.

******

И когда нас внесет в чёрный список небесный чат

Нас - подброшенных кисок и промокших до нитки зайчат

Нам вставать по тревоге и снова брести, дрожа

До ближайшей берлоги, по ручью как по краю ножа

Этот лес, эту память пора погружать во тьму

Ходит небо за нами, и птицы кричат ему

Что вот там за закатом, за кромкой осенней воды

Ходит кто-то крылатый и не оставляет следы

Ну а нам остается сжимать в кулаке весну

Из ночного колодца любви вынимать блесну

С колыбельной заброшек, с сиреною тишины

Ходит кто-то хороший и носит в кармане сны

****** Где поселков осколки в распятьях оконных ран

Где волчица зимы по голодному полю бежит

Где в небесном вагоне смеются, сорвав стоп-кран

Заливаясь, хохочут и дальше планируют жить

Посещай свою бездну, смотри из нее на свет

Убаюкивай, пестуй, рожай от нее детей

И ненужное солнце сгнивает на черной траве

И ненужная память клубочком на серой плите

Запевай эту песню тихонько, люли- люли

Пусть из детства и лета за нами придут корабли

*******

Я никогда не буду старше тебя,

Я ни за что не стану старше тебя...

Олег Медведев

Перелистывай книгу своих поражений, рисуй на полях сражений

Если что и приводит тебя в движенье - отчаянный пульс мишени

Прижимай-ка кусочек небесной ваты к зияющей ране заката

То над чем ты смеялся, что пел когда-то

На стадии разложенья

Пустота обесточенных сновидений, неловкая плоть растений

Незаконченных песен твоих сплетенье уже формирует тени

Но под города тонкой, молочной кожей

Пульсирует кто-то похожий

Но на нежную, звонкую память моложе

И на одно рожденье

******

По каким номерам до сих пор откликается лес?

В ваших списках контактов, куда ни нажми, - облака,

Земляника, крапива. Ладони в сосновой смоле.

И от бега уставшая, дремлет, свернувшись, река.

По каким адресам вы еще собираете свет?

В чьей квартире теперь перелески, созвездья и мхи?

Крепкий чай, акварели, свирели, следы на траве…

Кто вас слушает? Кормит? А кто вам читает стихи?

Наше детство - последствие, летопись, полигон.

Там цветет иван-чай, за рекою колеса стучат.

Цифра восемь, девятка - мой номер запомнить легко

Отыщите меня, заберите, добавьте в свой чат.

******

Эти черные звезды в тебе позабыли врачи

Возвращайся не поздно, заранее спрятав ключи

Пустоты береста , горя стая в твоей голове

Тишина нарастает, и небо течет из-под век

Эти степи и цепи, луна, крепостная стена

Нас уставших, нелепых, с поводка отпускает весна

Это тени, мигрени, созвездья, растенья и сны

Кости стихотворений в первичном бульоне весны

******

Там, в непросмотренном сне, даже декабрь лечит:

Замок укрыл снег. Слуги зажгли свечи.

Зябко. В седом лесу плачет волков стая.

В замке тебя спасут. В замке тебя залатают.

Здесь же хреновый май снова октябрь косплеит.

Если внутри зима, вряд ли где-то теплее.

Слышишь, в окно стучат! Кто-то открыл границы…

Снег на твоих плечах. К замку летят птицы.

******

Аритмия созвездий в анамнезе млечной реки

И в небесной палате весну подключат к аппарату

В ее сне-глубине - васильки, огоньки, мотыльки

Островки, пузырьки, маяки, корабли и пираты

У нее охлаждение, гипотермия, озноб

Ее ночью нашли без сознания , ей некуда деться

Принеси кипяток. Ты привык согреваться весной?

Твоя очередь, милый! Давай помоги ей согреться.

******

Коль крадешь ты сны, надевай перчатки

Имя тишины не умрет в зачатке

Тени трав лесных на твоей сетчатке

Следствие весны снимет отпечатки

Это детства след, это лета кокон

Горький силуэт у погасших окон

Это твой секрет. Омут, локоть, локон.

Это теплый свет между тьмы волокон

******

Продолжается действо без нас, продолжается действо,

Возвращается боль, потому что ей некуда деться,

Возвращается вечером ветер на круги своя.

Александр Галич

Нерожденному солнцу у околоплодной реки Корабельные песни поют мотыльки-маяки,

Колыбельные сосны прорвут оболочку строки И на краешке мрака затеплят луну светляки

А углы твоей мглы не боятся небесной иглы

Вдоль твоих островов корабли опасаются плыть У твоих часовых в котелке чай из снов и золы И в ладонь твою намертво врос наконечник стрелы

Развяжи-ка повязку, смотри - это просто игра

Ты на детской площадке, гроза и легенда двора Не закончится лето и сон, не настанет пора Тебе будет не нужно взаправду опять умирать

I

Мы правители царств, затерявшихся в зыбких песках,

И пути к нам лежат сквозь замерзший реликтовый лес.

Разгорается Марс, и полощет созвездья река.

И нельзя убежать - холода присягают земле.

Мы правители царств, навсегда утонувших в снегах,

И пути к нам лежат через стылый, забытый вокзал.

Поднимается пар, безнадежно дрожат берега.

И нельзя убежать - тишины прорастает лоза.

II

Мы правители царств, навсегда погрузившихся в море.

Наше время и смерть- сон галактик в небесном кувшине.

Здесь нам нечего пить - молоко превращается в горе.

Прорастает лоза тишины сквозь асфальтовый иней.

******

Рвали во сне поезда нежную плоть вокзалов.

Пела во мне звезда, корчилась, замерзала.

Плавились провода, время пошло назад.

Если забрел сюда - не открывай глаза.

Млечный Владивосток, лунное Подмосковье.

Зреет дождя лепесток, струны исходят кровью.

Чтоб обуздать ее, вышли на круг трамваи.

Я под своей чешуей вроде еще живая.

Спит капитан Ахав, что же ему мальки?

Вскрылась Москва-река - в небо взмывает кит.

******

Ее имя есть в титрах тобой недосмотренных снов

На щеках городов нацарапано веткой метро

В подворотнях шатаются стаи зачеркнутых строк

И в дубленую шкуру асфальта врастает окно

И бинтами мостов перемотано горло реки

Изголовье украшено осени ржавой звездой

Где над черной водой поднимается свет золотой

На который ночами выходят калеки-стихи