Стихотворения за 2024 год

1. Держи меня

Держи Меня, я так боюсь, Что этот шаг последний. Я – проигрыш в любом бою, Я – всплывший труп в бассейне. Порви рукав моей руки, Но удержи от бездны. Я – грузность вырытых могил, Я – бездарь, бездарь, Бездарь. Ботинок лёгок на краю, А я – балласт за краем. И площадь залитых кают Водой во мне взыграла. И нет вины, что я упал Ничьей, помимо личной. Я – крошка хлеба на губах. Ты – птичка, птичка, Птичка.

17.01.2024

2. не сегодня

когда поступок взойдёт над фразой, когда во снах прекратишь являться, я обязуюсь разбитый разум унять, и вырастить прочный панцирь.

мне б только выбрать счастливей прошлых момент, когда «она» не колдует пред всякой самой беззлобной рожей, сидящей рядом со мной вплотную.

но каждый раз, как выходит свидеть, я вновь принять не могу решенье: любить её или ненавидеть. желать, иль пальцы сомкнуть на шее.

попробуй я хоть на миг отпрянуть, как мыслей град разбивает крышу: «она, она...» без конца, без края. «она, она…» и я снова в шаге

от новых писем ей посредь ночи, от прошлых черт в неизвестных лицах. прошу простить, моя злая кочка, что мне так нравится вами биться.

что я из рая изгоем выбыл, но я клянусь добротой господней, что точно сделаю верный выбор.

но, к сожалению, не сегодня.

24.01.24

3. Сочи

Пальмы В гирляндах; и к чёрту снег, Когда здесь приятней взору. В этом году я к себе честней Буду, чем в прошлом. Слово. Море. Ракушки. Мятеж волны. Кедры. Разводы в лужах. В этом году никакой вины. Верю, я стану лучше. Буду хорошей, и никому Не посвящу ни строчки. Я открываю себя, Колумб, Новой в прибрежном Сочи.

01.01.24

4. Волга

а я не знала, как легко даётся рябь глухой воде, которой чужд был зов тревоги. когда внутри врастяжку годы дремлет Волга, не ровен час, как в небе выступит заря.

тогда встряхнув в душе хронический бардак, река заполнит тело влагой, вплоть до пальцев. уже не будет смысла биться и брыкаться, когда вода дойдёт до лёгких и до рта.

и я, конечно, как ребёнок, утону, давно не выпускавший вод за волжский берег, хватая воздух, словно ручку чьей-то двери, за дном которой обещали мне приют.

я никогда бы не сумела вновь дышать и ощущать песок на сморщенных ладонях, если б не встретилась внутри с тянущим доньем, и не решилась по нему сризонить шаг.

но я смогла. и, если с совестью, то мне уже привычнее, чем было, до потопа. спасибо, Волга, за тревожный, лёгкий ропот, сумевший вычленить прореху в тишине.

24.01.24

5. Доля человека

Мне крайне Горько сообщить вам, Что, как не думается всем, Но совершённые ошибки Не обнуляются К весне.

Придётся Жить их четверть века, А мне – наверно, до конца. Такая доля человека: Болеть, жалеть, И отрицать.

27.01.24

6. Кетсаль

Ты поймала Случайность в клетку, Понадеявшись, что к ночи́, Сможешь «миг» Превратить в «навеки», Не став тенью Его личин.

Ведь не знала, Что райской птице Суждено из кетсаля вдруг Во стервятника Превратиться, Чтобы чувства склевать К утру.

Чтобы Песней избавить сердце От придуманного тепла, Ты позволила ей Распеться, Чтоб запела до тьмы Тебя:

«Ты ему – Только раз, на розжиг. На искру, а не на пожар. Ты нужна ему Понарошку, По-игрушечному Нужна.»

Не избавить От песни к лету Своё сердце в подгрудном дне. Ты поймала кетсаля В клетку, Но сама оказалась В ней.

27.01.24

7. словечки

у меня ж/д у дома старый, чтоб раз в день ложиться под составы. ранним утром, еле себя помня, я иду к расправе добровольно. поперёк ложась железных рельсов, жду состав, чтоб резал, резал, резал... вплоть до шпал бетонных, вплоть до камня, каждый день меня гвоздём вбивает. спросите, зачем, так вот вам спойлер: просто я привыкла, что мне больно.

у меня у дома пруд глубокий: я тону в нём самой одинокой. и в пруду моём, как в прочих, нету неуёмной силы Архимеда. я иду ко дну, как будто в рёбрах камень у меня лежит огромный. спросите меня, чего ж я прежде почвой не засыпала прибрежье? я отвечу: если не тону, то ночь страшней и тяжелее утро.

у меня есть чаща возле пруда: я бегу к её темно́там трупом – срезанным, опухшим синим-синим, чтобы выйти снова самой сильной. и с улыбкой, после разных болей, сразу после тины вязкой в горле, нахожусь во тьме, что свет струится. раз на дню – стабильно, в месяц – тридцать. легче пуха, легче игл и сена. после ночи, будто после смены. спросите, зачем, и я отвечу: только так и пишутся словечки.

31.01.24

8. целовать

до тебя меня мир съедал, мял и комкал, как целлофан.

я хотел бы тебя всегда целовать, целовать, целовать.

давай складывать багажи, но не опыта, а в Стокгольм?

я хотел бы всю жизнь прожить

с тобой.

05.02.24

9. Крыльцо

Дом серый и скромный У дальней дороги Ушёл в чернозём корнем Старческих вен. Меня приносило Тоской хромоногой В мольбе отпереть мне Скрипучую дверь.

Но Дом отвечал только Светом из спальни, Желтившим усмешку На лицах окон. Я думал спалить Это чёртово зданье, Да знал, что такого Не стерпит огонь.

Ведь прям и устойчив Каркас в этих стенах, В основу которых Был вложен испуг. И страшно подумать, Но Дом меня сделал, Хотя я дощечку вбил Первым в избу.

И вот, каждый день, Как часы поправляют, Сорвавшийся с плеч Городов чёрный плед, Я мчусь с новым списком Пустых оправданий К крылечку из красных, Исчерченных лент.

Но двери всё так же Немы к моим просьбам, И свет так знаком Полусмехом в лицо. Я выйду примерным Работником в восемь И мир не заметит Под сердцем крыльцо.

05.02.24

10. ты сама говорила...

ты сама говорила, что люди почти что текст: кто малая книжка, кто сборник больших томов. ты ведь сама говорила, что с опытом шире лист, что больше объём содержимого, больше смысл.

а тебя листаешь и там практически ничего, только пусто, пусто, пусто, страницы в белом. и вот хочется спросить иногда, да где же ты, моя дорогая, взяла столько ничего и сумела вместить себе под ребро? да, там иногда заваляется цитата из умной книжки, но твоя-то хоть одна цитата где? почему не найти там тебя средь груды изъятых слов?

ты иногда подходишь к зеркалу и думаешь: да, наверно, дело в моём лице или фигуре, в небольших глазах, непривлекательных объёмах, но уж точно не в этой пустоте, да ведь быть этого не может. однако большая часть людей находит себе других людей редко основываясь на внешних показателях, они их находят, исходя из того лёгкого, что в них есть: когда легко смеяться, плакать, любить, быть собой. когда с ними легко в любом проявлении.

а с тобой тяжело в любой проявлении.

это поначалу они, дураки, рады, что наконец-то, тебя нашли, думают, что с тобой легче, чем с другими, а потом вдруг обнаруживают всю эту твою пустоту, которая, противореча всем законам физики, есть настолько тяжёлая, что практически не выносима.

да, они влюбляются, дураки, но любить-то тебя, в итоге, не могут. да, они впечатляются, бесспорно, но восторг этот проходит слишком быстро, да, смеются, а потом понимают, откуда у тебя, такой ранимой, взялся этот юмор вообще; и они бояться.

и уходят.

ну, конечно, они уходят. а чего ты хотела, чтоб несли тебя, такую тяжёлую, и ни разу не выдохлись? все выдыхались; не за что их винить.

печально мне за тебя, конечно, что это всё так выходит. иди, что ли, разберись уже с этим как-нибудь, жалко же людей, в самом деле. головой-то ты, может, и понимаешь всю трагичность ситуации, а тело отвечает за тебя само: словом, ударом, криком; всем чем может. иди, сделай уже с этим что-нибудь, пожалуйста, а то совсем тяжело нам, наполненным, быть с тобой.

08.02.24

11. Три сестры

Вышли Костьями бряцать Из кладбищенской однушки, Три зловещих мертвеца, Три зловонные подружки. Вышли к лунному костру, Не спасёт «господь, помилуй!» Тех живых, кого к утру Заберут они в могилу. Вышли в город при кресте Три воскресшие девицы, Кость к кости – сестра к сестре – Ищут полою глазницей Муженьков себе в ночи, Но не милых и богатых, А таких, душонки чьи Тьма заполнила когда-то. Первой мёртвой нужен тот, Кто согреет в мерзлой почве. Вот – обжора-муженёк Еле ноженьки волочит. Забрала его к себе Во грехе чревоугодья, Чтоб в могиле с ней сопел И кормил червивой плотью. А второй девице всласть Был убийца с острым жалом. Костью в грудь ему впилась, Чтоб из гроба не сбежал он. Третья мёртвая нашла Вора, что как раз добычу Ночкой тихой в мерный шаг Нёс в жилище, по привычке. Забрала к себе взамен Тьме кромешной с тишиною. Отбивался, как умел, Но заснул в гробу с женою.

Вышли, Костьями треща, Три покойницы-сестрички, Не успеешь сделать шаг, Как запрут в кошмар девичий. Будь спокоен, если ты, Не в грехе иль близок к Богу. Сёстры видят лишь следы Самых жалких И убогих.

08.02.24

12. Ребёнок

Моя жизнь – Это солнце в поле, Это кошечка, пруд, орешник. Я – пытливый на ум Ребёнок, Создающий во взглядах Нежность.

Я – последствие двух влюблённых, Ненавидящихся в дальнейшем.

Я – звено их железной цепи, Натянувшейся с двух концов.

Моя жизнь Не имеет ценник, Но, как принято у отцов, Я стал частью привычной Цели, Как арендный обяз Жильцов.

Я боюсь, что один виновник Этих ссор у входных дверей.

Мама Спорит, чей я во вторник, Папа спорит, на сколько дней, Будто я не исход Ладоней, Нежно бравшихся Во дворе.

Я – канат, что порвётся после, Чем разделит победу двух.

Я ребёнок-оруженосец, Давший танец на тонком льду.

09.02.24

13. Лего

Незаконченная Картина. Недописанное письмо. Я надеялся Стать единым, Но деталей найти Не смог.

Я все тропы Почти избе́гал, И что б не́ находил, То – в брак. Я мечтал Заводское лего Из отдельных частей Собрать.

Только в каждом Лице мне чуждый Вновь деталил Не те черты. Я искал в них своё, Но лучше Не сумел отыскать, Чем ты.

12.02.24

14. Горный пик

Ты была виденьем Альпиниста – Высь, никем досель Непобедима. Ты прошла насквозь меня, Как выстрел. Я прошёл, как незнакомец – Мимо.

Я глядел наверх, И у подножья Весь дрожал, не в силах Наглядеться. Я тебя задел Случайно кожей. Ты меня, не ведая, За сердце.

И я знал, что мне Не стать великим И не покорить Вершин Монблана. Ты была прекрасным Горным пиком, Я – юнцом у ног Его вулкана.

19.02.24

15. Грешен

Ты всегда Обвиняла меня, конечно. Не достаточно мил, Не красив, не нежен, Не серьёзен – Отнюдь, чересчур смешливый. Был виной даже тучам за шторой С ливнем. Грубиян, конформист, Хладнокровный критик. Так за что ты умела меня Любить так? Неужели за то, что, волнуясь очень, Был с тобой, когда жар подскочил В три ночи? Или, может, за то, Что шептал за ушком, Будто ввек не встречал собеседниц Лучше? Иль за то, что склонил на твоих коленях Свой нахмуренный лоб, как в костёр Поленья? За смешки, за заботу, за ласку В спальне, За мечты, как с тобой Стариками станем? Ты всегда обвиняла меня, конечно, Но я был лишь в любви безвозмездной Грешен.

21.02.24

16. Инструкция

Без инструкций Не выявить всех червей, Поселившихся В куклах Бога. Так чего ж При продукции человек Не приложат бумаг Со сроком?

Если так, то, наверно, В ладах с собой Мы бывали б Намного чаще. Не нужны были б Мет, лазарет, собор. Ничего, что ведёт Пропащих.

Я бы лучше могла Выбирать людей, А не странствовать Вечный поиск. Приложите инструкцию К людям, где Был бы перечень, А не полис.

Может, с ним Не болела б моя душа При предательстве И обмане, Ведь я знала, На что изначально шла И под чьими цвела Руками.

Жаль, не выдан С рожденья ни ГОСТ, Ни тип, Чтоб на сто́ящее Несло.

Я просила лишь Честности, Господи. Он и этого дать Не смог.

22.02.24

17. Настя

Ты стала Обратным отсчётом, Попав в кулак, – Когда попыталась Из пропасти выткать счастье. Смертельный паук Оказался у мухи в пасти, Наивно поверив, Что нити прочней Крыла.

Теперь хоть издёрнись – Не выйдет сорваться, Настя. Ты крепко засела, Хоть выжги мне пасть Дотла.

А я ведь Тебе говорил – Осторожней нужно, Что я паутину заранее Видел жжённой, Что я никогда не сумею Назваться мужем, А ты и подавно не станешь Моей женою.

Но ты не поверила, глупая. Вот же ружья! Ведь я изначально родился Вооружённым.

Теперь Хоть исплачься – Меня не заденут слёзы. Ты, Настя, конечно, смешная, Почти до колик. Ведь я усыпил тебя любящим, Но наркозом, Да так, что врачи не помогут Вернуть уколом.

А выйдет уйти – Ты вернёшься за новой дозой, Но мушка ответит смертельным укусом В горло.

22.02.24

18. Бричка

Я не кучер, Но веду лошадок жизненной Игры. Моя бричка заблуждений мчится Прямиком в обрыв.

Здесь неправда пристаёт к подошве иловым пластом, Я пытаюсь скрыть мольбы за нескрываемый восторг. И воздев повыше вожжи устремляюсь в пасть воды, Только лошадь тормозит сама в предножье темноты.

Я тревожно Озираюсь, не бегут ли По пятам: Вижу всадника большого, рот - Сплошной гиппопотам.

Догоняет, но в последний раз воздет нещадный хлыст. И я верно увожу себя всецело прямо вниз.

25.02.24

19. Доктор Жаль

Я к вам явилась Со странной просьбой. Знаете, Доктор Жаль, Я не пойму, Как из сердца гвоздем Вырвать тупую ржавь. Знаете, что-то меня тревожит. Не описать никак. Может, подарите нужный ножик, Чтобы наверняка? Я обходила врачей, ревела, Вывелись все в один. Кто-то вводил мне лекарства в вену, Капли в рецепт вводил, Но ничего не сумело после Смерить разлад и шум. Знаете, я ведь на рванном тросе Вниз головой вишу. Ужас объял меня, Как родитель, С ним я живу с тех пор, Как поняла, Что не укротить мне Ржавь под своим ребром. Может, таблеточку или, может, Полный стационар? Ну, неужель, за под сердцем ношу Это моя цена? Я так надеюсь, что вы хотя бы Сжалитесь, Доктор Жаль?

Доктор склонился: «Возьмите капли. Нет у меня ножа.»

28.02.24

20. Превью

Однажды, ты случишься: «Ну, идём. У них, наверно, есть Дела важнее. Один теперь ты С горечью поженен. Один теперь Костлявою ведом.

Не будет страха, Только тишина, Записанная Богом В вечной книге. Тогда впервые Осознается – под мигом В виду имеется не жизнь, А мы, как шанс.

Они внушат себе, Что ты не погребён, А мирно спишь котёнком В божьих лапах. С помноженным на тысячу Квадратов Пространством сна Под выжженным Ребром.

Всё будет хорошо. Сейчас – превью, А после – полноценный Для показа. Не бойся ничего И просыпайся. Когда-нибудь и я тебя Приму»

28.02.24

21. Домоседа

Узелок За узелком – жизнь. Мать-природа в вязке Спицами усердна. Меня связали неуёмной Домоседой, Непревзойденной Кругосветчицей души.

Я примечала Красоту в кромешном мраке, И вскорь сменила Неуклонный, цепкий взор На авторучку. От писулек и ИЗО – До первых книжек На потрёпанных тетрадках.

Теперь глядите Ввысь – я всё ещё росту, Хотя физически давно Поспела с ростом. Я лишь ребёнок нещадящих Девяностых, Что до сих пор стоит На вверенном посту.

28.02.24

22. Прощай

Я прекратила Свою погоню. Больше не ноет И не горчит. Я ничего о тебе Не помню. Даже тебя. Почти.

Даже глаза. Ничего, что раньше Так изводило Меня вглуби. Я ничего о тебе. И даже, Как невзначай Сгубил.

Сад в моём сердце Зацвёл, как розы, Стоило вычистить От плюща. Это мой плач по тебе. Бесслёзный. Больше без них. Прощай.

02.03.24

23. Мысль

­Ночью старая Мысль По новой Сверлила висок. Я проснулся, Умылся И вышел из дома Босой.

Я младенческой Пяткой Фрактал перешагивал В круг. И всё прошлое Мягким, Чем прежде, Казалось к утру.

Ночью прежняя Мысль Искрой в моей Зябкой горсти Отзвучала, И мы с ней Решили тебя Отпустить.

11.05.2024

24. Спасатель

Говори меня Всю, до пяток. Я пройду По твоим следам. Мне, нащупав Под кожей мякоть, Будет проще Тебя съедать.

Ты, бесспорно, Всей боли прадед, Развернувший Войну в себе. И мне жаль тебя, Но, по правде, Всех, кто выбыл, Куда сильней.

Я не круг, За который может Повезти ухватиться В шторм. Говори меня всю, До дрожи, Чтоб казалось держать За что.

Поделись, я, Как знать, проникнусь, В слёзном танце Сожму глаза И старательно бровки Выгну, Но не стану Тебя спасать.

10.05.2024

25. Не прелюбодействуй, не убий...

Не прелюбодействуй, Не убий – Праведными сказано В начале. Я всегда старалась По любви, Но, к несчастью, Редко получалось.

Не создай кумира, Не кради И главу к земле Склоняй в метаньях. Отчего же раны На груди Вместо всех Обещанных медалей?

Отчего, в ответ На все мольбы, Только: «Мы придём, И Он рассудит»? Все мы, люди, Божии рабы, Но не все рабы, по правде, Люди.

10.05.2024

26. Сердце

Говорит: «У меня от сердца Только ямочка средь Груди. Я не лучшим была Владельцем, И оно предпочло Уйти.»

Уверяет: «Да так внезапно! Я в «Пятёрочке», У витрин, Выбирала творо́г На завтрак, И вдруг скрючилась Вся внутри.»

«Вниз гляжу, А у полки с сыром, Ближе к вывеске С колбасой, Моё сердце На плитке стыло И к дверям От меня ползло.»

Улыбнулась: «Не уследила, Потеряла среди Толпы. И теперь на груди Светило, Точно жерло, Гоняет пыль.»

Засмеялась: «Да как такое С человеком, В котором шторм Каждый день Не давал покоя, Вдруг случилось внутри Ничто?»

Разревелась: «А как вернуть-то? Как почувствовать Снова стук? Я надеюсь, Однажды утром Не почувствовать Пустоту.»

«И в ответ На чужую слабость Завещать им свою Меж тем. Но я только гляжу, Осклабясь Их неведомой мне Нужде.»

Снова в слёзы: «Я так устала. Вот бы сердце вернуть Назад. Вот бы что-то, Помимо стали, Промелькнуло в моих Глазах.»

«Я мечтаю Опять согреться, Чтоб всю нежность В себя вместить. Возвращайся обратно, Сердце. Обещаю беречь. Прости.»

10.05.2024

27. Рана

Но кто бы Не глядел, он был чужим: Сболенным. Измотанным. Увечным. Я кривил лицо в улыбке вечер, Чтобы ты поверила – я жив. Но кто б не в отражении – не я. Некто, кто жестокими руками Выточен, как течью горной, в камень, Чья сердечность сделалась нема. Скрючен изнутри, но всё ж извне Выделан заученной гримасой. Если бы ты знала, сколько масок Сложено в резном шкафу, на дне. Если б слышен был моей болезни Всякий треск, как в тлеющем костре... Я гляжу в лицо лжеца, и мне с ним Страшно опротивело смотреть. Новый день заранее помянут, Не успев зайти в открытый шлюз. Ты – кровоточащая. Ты – рана, Коей я когда-то Завершусь.

17.05.24

28. Меня вело под револьвер...

Меня вело Под револьвер, Под спусковой крючок. Под руку в длинном Рукаве С напрягшимся плечом. Под устремлённый Мне в лицо Решительным «сейчас» Прищур животный С наглецой. Под сдавленный рычаг. Под снисходительный оскал, Прикрытый толщей губ. Под хлад железа у виска, Кусающий щеку. Под уже выточенный «бум! ведь предрекал финал, а ты всё трёшь обуз на лбу «вина, вина, вина». да толку от твоих скорбей, когда вот-вот и «пли!»? ты ждал меня, кричал «скорей, избавь, но не убий!». и я принёс твоей главе желанный эпилог, но, вместо бегства, в рукаве патроны приберёг. я зарядил, поднёс к виску, и тело – аж смешно – ты ставишь близ, как по свистку, как Павловый щенок. глядишь стеклянно в никуда, в надежде на спасенье, и сердце явственный удар на неподвижность сменит, как только я взведу курок, умножив груз на двести, и тело тяжесть под ребром на этот раз не вме́стит. не упокой, не тишина, не белый свет в туннеле – а лишь страдание-жена в неубранной постели. ещё чуть-чуть до темноты, один рывок – и выбыл. и я напротив – это ты. я – выбор, выбор. Выбор.»

08.06.2024

29. Маша

здесь никто не подслушает, мы одни, говори, пока в сон не сгонит. помнишь, звёзды нам чудились, как огни чьих-то душ на небесном склоне? как смеялись, глотая какой-то сидр, и дрались на площадке сдуру? как ты пальцем водила вокруг оси, разъясняя кольцо Сатурна? и мы спорили: сколько же там колец, и возможна ли жизнь на Марсе? ты сказала, что хочешь себе колье из конфеток, как в первом классе. ты от сидра совсем охмелела вся, и тот вечер нас сильно сблизил. кто же мог предсказать, что расстанемся, стоит осени скрасить листья?

я не верил приятелям и врачам, убеждающим жить, как раньше. знаешь, я так давно по тебе скучаю, что не помню, как долго, Маша. стоит ночи вступить в опустелый дом, и свернуться в привычной позе, как я думаю: было бы наше до, если б там не случилось после? был возможен хотя бы какой-то шанс на счастливое где-то в «долго»? иногда я совсем не могу дышать и лежу у открытых окон. почему моя жизнь превратилась в бред, состоящий из «а если б мы с ней...»? иногда я совсем не смыкаю век от нахлынувших на ночь мыслей.

жаль, что город, в единстве тоски со мной, не спешит нас столкнуть у дома. я лелеял мечту, что меня само отвратит, превзойдёт, не вспомнит. но никак не сумелось, не превзошло, и уж точно не отвратило. ты ушла, а с тобой испарился шёлк твоей кожи, души, светила. я не верю подругам и докторам, убеждающим жить, как раньше. потому что лишь так я, по правде, рад, как бы то ни звучало страшно. здесь никто не подслушает, мы одни, говори, пока в сон не сгонит. помнишь, звёзды нам чудились, как огни чьих-то душ на небесном склоне?...

10.10.24

30. Авария

Ты – мой красный На каждой росстани. Ты – двойная сплошная линия. Я погибну вполне осознанно. Я найду тебя и не вырулю.

Я предчувствовал Смерть в зародыше, Будто до́лжно мне было врезаться. Словно Бог меня лил из стёклышек, Лишь за тем, чтоб разбиться Вдребезги.

Ты – свет фар впереди. Ты – зарево Катастрофы ещё несбывшейся. Я предвидел во сне аварию: Мне приснилось, что я не выживу.

Ты явилась И я уверовал В то, что было давно отсрочено. Я на полной летел намеренно, Чтоб не вырулить На обочину.

Твои Руки, глаза, как мороком Предо мной на дороге выплыли. Я не видел прекрасней облика Предначертанной с детства Гибели.

Я педаль До упора вдавливал, Мча на полной к давно обещанной. Я погиб. Я попал в аварию. Я разбился о неизбежное.

24.10.24

31. Никто не верил до конца...

Никто Не верил до конца, Но я влюбилась в мертвеца. Я сшила саван кружевной, Чтоб с ним за гробом танцевать.

Никто Не верил в мою цель, Но я нашла в его лице Покой в смешеньи с красотой В одной из брошенных церквей.

Теснили внутренность пираньи, Нервно движась по спирали, И сердечко оттого моё До края распирало. Но, бродя под звездопадом, Мимо скошенных оградок, Я нашла средь плит могильных Свою верную отраду.

Хоть не знала его прежде, Но в глазах теплилась нежность, Исходящая от лика, Столь пленяющего внешне. И тогда, богов гневящей, Я легла в дубовый ящик, Ведь решила, что он сможет Разделить со мной всю тяжесть.

Под луной незрячей в но́чи Я в бочок прижалась щёчкой, И калачиком свернулась, Как беспомощный щеночек. Замурлыкав по-кошачьи, Я на дне могилы мрачной, Засыпала сном бессрочным, Чуть от счастия не плача.

Пусть Не верят до конца, Но я влюбилась в мертвеца. Я с ним уснула, кто бы Против что в ответ не восклицал.

Пусть Непонятна моя цель, Но лишь в безжизненном лице Я отыскала к избавленью Самый действенный рецепт.

29.10.24

32. Дартс

Соври, Сколь удастся. По правилам дартса Победу одержит, Кто метит в глаза. Я буду смеяться, Тем пуще смеяться, Чем больше войдёшь, Со всем гневом, В азарт.

Палил, Но промазал, Бил в ухо два раза, Затем целил в сердце, Но снова провал. Посыл вполне ясен – Ты выиграть обязан. Ты должен отметить, В чём я не права.

Летит, Со всех, оземь Решающий козырь, Однако, мишень Не задета до сих. Свой выигрышный бросил В смертельной угрозе, Да только и этот, Как прошлый, Скосил.

Два Новых увечья – Ключица и плечи, – А стены от дротиков Бьются в слезах. Ты врёшь, и картечью Врезаются речи. Ты врал меня всю.

Но ни разу в глаза.

07.11.2024

33. Сама

Бьюсь сама, Вразрез известным жанрам, О кулак врага ещё до схватки. Я сама капкан сооружаю И в него ступаю голой Пяткой.

Я сама Сколачиваю ношу И иду по Виа-Долорозе. Первой слово злое в себя брошу, Прежде, чем мне в спину кто-то Бросит.

Спрыгну Самовольно в воду камнем, Прежде, чем с обрыва кто-то скинет. Я сама спеку на полдник пряник, Чтоб под кнут подставить После спину.

Лучше Я своей рукой и первой В лоб произведу последний выстрел. Я сама. В людей давно нет веры. Лучше я сама, чем кто-то Близкий.

03.12.24

34. Окно

Пасть Разинутая окна Не проглотит меня, Как бегство. Я заранее знал капкан В её брошенных настежь дверцах. Я досрочно в её лучах, Обрамляющих нежно раму, Приглашение различал, Как навязчивую рекламу. Гладь откосов к моим рукам Тесно льнущей, подобно глотке, Я нарочно игнорил, как Будто нет в моём доме окон. Подоконника белый пласт, Подходящий, как по заказу, Моим бледным ногам, от глаз Я отвёл, как бы тот Ни дра́знил. Призывающий к шагу жест, Расстегнувшийся в злобном рыке, Не проглотит меня, Не съест, Как бы мне ни хотелось Спрыгнуть.

10.12.24

35. А что там рыбы?

А что там Прячет лазурь изгиба, Качая шёпот молочных пен? А что там рыбы? А где там рыбы? А так ли моря беспечен плен?

А рыбы Жизни живут неспешно, Пока их море теченьем нежит, И всякий рыб по-рыбёшьи вежлив С другою рыбой средь Тишины.

А рыбы Воздух вбирают сжатый, Неторопливо играя жаброй, И луч, пронзающий воды жадно, Плавник целует Смешливо им.

А рыбы Слово молчат смущённо С большою рыбой и небольшою, И под лазуревым капюшоном Морских ладоней Пускают тень.

А рыбы Хрупкие, как игрушки, И берег моря для них удушлив, Но рыбкой быть, без сомненья, лучше – У них всё проще, чем У людей.

12.12.24

36. Вымоли

Выпроси Меня у Бога. Вымоли.

Выдумай до цвета Глаз и имени. До тревог, сквозящих Между рёбрами. И влюбись в меня. Влюбись до одури.

Выменяй Меня на душу. Выкупи.

Выгляди на чёрном Небе бликами. И ищи, как я ищу, Мучительно. Выучи меня и стань Учителем.

Выпиши Меня строкой Под кожею.

Выжди, сколько б время Ни тревожило. Высмотри меня Над морем скалами. И, когда найдёшь, Не отпускай меня.

19.12.24