Стихи о природе

Ветренная Весна

Весна дыханьем согрела почки,

На небо капнула синей краски.

В снегу проталины, словно строчки.

С кустов сползли ледяные маски.

Капель хрусталиком по асфальту

Звенит, срываясь со старой стрехи.

Весна вся в белом ещё, словно свадьбу

Решила сыграть с Морозом навеки.

Но эта возможность исчезла вскоре —

Мороз ушёл; Весна загрустила.

И платье чёрное, словно в горе,

Надеть успела. Слезу пустила.

Каприз её продлился недолго,

Смех уже эхом звенящим гуляет.

Яркое платье в зелени колкой

Она у зеркальных ручьёв примеряет.

Уже забыла о тайной печали.

Птиц привечает и с Солнцем целуется.

Весну деревья в ветвях качали.

Она счастливая больше не хмурится.

Осенняя хандра

Осень в вальсе устало кружит —

А на платье от листьев тени, —

И с хандрою намокшей дружит,

Позабыв про собственный гений.

Растеряла свои наряды,

Позабыла про бабье лето;

Написала в тайной тетради:

" Ах! Как хочется лучика света! "

То сидит на веранде старой,

Тянет чай из щербатой чашки.

И лицо после сна устало

Протирает от слёз промокашкой.

И закутавшись в плед багровый,

Утро всё не встаёт с качалки.

Облетели с кустов покровы.

А на ветках хмурые галки.

Морось мелкая с неба сыпет —

Посмывала все краски лета.

Осень водочки стопку выпьет

И вздохнет: " Не хватает света! "

На крылечко вползёт одиночество

И у ног клубочком свернётся.

Ах! Как дружеской ласки хочется!

Но хандра лишь тоской обернётся.

Вот ноябрь к концу подходит.

И свет солнца не виден сквозь тучи.

Осень в кресло уж не выходит

Посидеть под вой ветра тягучий.

Она реже встаёт с постели.

Бродит мыслями в дрёме где-то.

Скоро дом заметут метели.

Осень будет спать до конца лета.

Летний зной

Яркий день, звенящий зноем,

По лугам идет лениво.

Дышит жаром. И в покое

Золотом блистает нива.

На холмах пожухла зелень,

Небо маревом струится.

Стонет все: скорей бы ливень

Поспешил с землёю слиться.

Но ни облачка, ни тучи —

Небо выбелило солнцем.

Выбегает из под кручи

Речка. Вьется перезвонцем,

Разбивая на осколки

Хрусталя себя о камень.

В поле травы сухи, колки —

Солнце выжгло всё, как пламень.

Всё живое влаги просит.

Ручейки все обмелели.

Косарь в зное траву косит.

И коровы еле-еле

Пережевывают жвачку,

Отгоняя слепней сонно.

На мостках сморило прачку.

Тихо округ и безмолвно.

Солнце клонится к закату.

Вечер ближе подступает.

Принесло с реки прохладу.

Мотылек ночной летает.

Мир вздыхает облегчённо,

Погружаясь в трепет ночи.

Солнце умиротворённо

До утра сомкнуло очи.

Королева Зима

Зима в свои права вступила,

И о́жил за́мок ледяной.

Узоры чу́дные, на диво,

За темной скрыты пеленой.

Светились окна, звон музы́ки —

Начало царствия снегов.

Пропали звёзды в утре зыбком,

Застыл хвалебный ритм стихов.

Раскрылись створки врат хрустальных,

И королева вечных льдов,

Спускаясь меж колонн зеркальных,

Шла, не оставивши следов.

Шурша серебряной парчою,

В короне дивной красоты

С подня́той гордо головою

Шла через снежные пласты.

За нею свита устремилась —

Там жемчуг, серебро, алмаз.

И красота с гордыней сли́лась —

От блеска слепнет смертный глаз!

Вот королева привздохнула,

Массивным посохом в руке

О землю грянула! Взмахнула!

Застыло эхо вдалеке.

Из свиты выступила вьюга,

Раздула щёки, как сова,

И свист, что оглушает ухо,

Всех с ног не посбивал едва.

За вьюгой вслед пурга стремится.

Кружась в безумии снегов,

Она желает с небом слиться

И выпускает снежных псов.

Они летят со свистом вьюги,

Минуя стылые моря.

Они — Зимы-царицы слуги,

Песнь льда несут во все края.

Мороз за ними выступает, —

В мешке хрусталь и серебро, —

Лавиной горы накрывает.

Заледенело рек нутро.

Зима в права свои вступила

И будет править до весны.

Укрыла белым всё на диво,

Наслала сказочные сны.

Мир в зачарованном покое

В сон погрузился ледяной.

Лишь вьюга и пурга на воле

Всё воют, словно пёс цепной.

И будут в замке веселиться.

И будут петь и танцевать,

Пока Весна не возродится,

И всё пробудится опять!

Королева-ночь

Ночь прокралась чуть слышно, неспешно

И украла все краски заката.

Месяц стал ей помехой небесной

И за лес закатился куда-то.

В темноте слышны шумы и вздохи.

Распахнулись луга от прохлады.

Солнца жаркого малые крохи

По бутонам запрятаться рады.

Крохи те в виде эльфов крылатых

Лишь на ночку одну оживают.

Через пару часов за закатом

Из цветов, просыпаясь, взлетают.

И светящимся роем кружатся

По лугам, по холмам и долинам

С перезвоном чуть слышным, как в танце;

Разлетаясь под оком совиным.

В платье чёрного шёлка шуршащем

Ночь неспешно обходит владенья

И приказом, безмолвно разящим,

Рассылает свои повеленья.

Чёрный бархат небесный расстроил

Королеву безмолвья ночного.

В кошелёк, из тумана что скроен,

Заглянуть захотелось ей снова.

И рукою, изящной и тонкой,

Золотую тесьму распустила.

Разбудив тишину чем-то звонким,

Длань в туман кошелька опустила.

Размахнулась рукою, метнула

И алмазами сбрызнула небо!

Россыпь яркая в водах блеснула,

Им простор поднебесный неведом.

Всё неспешней идёт королева.

Всё в низинки спуститься желает.

На востоке, алея несмело,

Робкий лучик по звёздам стреляет.

Вот царица вздохнула устало

И свернула в овражек прохладный.

Вовсе двигаться перестала

Да в покой погрузилась отрадный.

В изголовье ей травы сгустились,

Одеялом ей полог тумана.

Крохи-эльфы в цветы опустились,

Засыпая на век от дурмана.

И овражек весь дымкой клубится,

Скрыв от утра незримое глазу.

Спит в покое ночная царица.

Не вздохнёт в тишине той ни разу.

Тоска

Сегодня утром пасмурное небо

Тепло роняло каплями дождя,

И нежность растворяло в лужах слепо,

До суицидных мыслей доводя.

И люди, растворяясь в серой грязи,

Как губки, намокая от тоски,

Бредут сквозь жизнь — святые или мрази —

И выживают, смерти вопреки.

Теряют глаз тепло и блеск задорный;

Теряют смысл, мечты и ласку своих рук;

С годами нрав становится капризный, вздорный,

Взлелеяный печалью бед и мук.

Не любят ярких красок, детской прыти —

Их всё быстрей стремятся погасить.

Присыпать пеплом, в серости замыть их,

Чтоб человечность больше не носить.

Сегодня утром дождь принес печали

И стекла мрачных зданий исказил.

И станет жизнь светлей уже едва ли.

На исправления не осталось сил.

А небо всё теряло нежность лета,

Смывая краски каплями дождя.

И отголосок счастья скрылся где-то,

До безразличия разум доводя.

Туйное кружево

Совершенное туйное кружево

Оттеняет небесную даль.

Дождик хмурый всё кружится, кружится.

Небо, словно холодная сталь.

Как сестрёнки, склонившись макушками,

Тихо шепчутся туи в лесу.

И бегут по холмам друг за дружкою,

Шишки-крошки неся на весу.

Замирают степенные стройные,

Устремляются ввысь, как свеча.

Лапки мягкие, хоть и хвойные.

К небу тянутся, что-то шепча.

Колыхнёт ветер туи легонечко —

Сложит кружево новый узор.

Тронет хвойную лапку тихонечко,

Привлекая к ним трепетный взор.

И стоят они в ряд вековечные,

Разговор бессловесный ведут.

Пропуская года быстротечные,

Охраняют. А может быть ждут...

Там...

Там, где пантера скачет по ветвям,

Там, где олень от голода ревёт,

Там, где гремучая змея

На камне греется и ждёт.

Где крокодил после охоты

В серой бугорчатой броне,

Подставив солнцу свою спину,

В трясине дремлет, в тишине.

Там выдра рыбу поджидает.

И черный мишка ищет мёд,

Из почвы корни выдирает

И с удовольствием жуёт.

Там бобр шлепает по грязи

Широким, как весло, хвостом.

И белка прыгает по веткам.

А ёж шуршится под кустом.

Сквозь тростниковые побеги,

Сквозь жёлтый хлопковый цветок

Туда... По рисовому полю,

Что затопил воды поток,

По матово-зеленой ржи,

Когда она рябит под ветром.

Сквозь леса сумрачную сень,

Что всё скрывает, как шатром.

Туда, на горные вершины,

Где только ветер ледяной.

Цепляйся крепче за уступы

И не смотри, что за спиной.

На верх! На самую вершину

Взойти! Взобраться и упасть!

Взглянуть на мир, что под ногами,

Испить до дна победы сласть.

Затем спускаться вниз, к подножью

В траве протоптанно тропой,

Сквозь лист незримо наблюдая,

Как зверь идёт на водопой.

Там слышен перепела свист

В лесах, в лугах, в пшеничном поле.

И мышь в закатных небесах

Резвится, радуясь,на воле.

Там золотистый жук большой

Во тьме мелькает меж травинок.

И звезды в небе холодны,

Блестят кристаликами льдинок;

Задевши горизонт, висит

Рогатый месяц, крася ночь.

И мышь летучая крылом

Его задев, несется прочь.

В тиши заухала сова,

Донёсся разговор сверчков.

Ручей, пробившись меж корней

Стремится прочь от их оков.

Курлычет нежно пересмешник

И стонет, плачет и зовёт.

Там ветер, ветви облетая,

Мани́т вслед за собой в полет

Туда, где тени от заката

В безлюдной прерии лежат.

Там безграничные просторы

От стад бизоновых дрожат —

Растекшись пятнами на мили,

В движении проводят дни,

Копытами сминают травы

И тают в сумерках они.

И птица лебедь-долгожитель

Плывет, покачиваясь в во́лнах,

И, изогнувши свою шею,

Кивает головою сонно.

Там чайки мечутся над морем,

С тоской над берегом кружатся,

Их клекот, словно разговор.

Их тени на песок ложатся.

И ночь опустится над миром,

Все скроет тёмной пеленою.

И лишь тоскливый птичий хохот

Протяжно ляжет над волною.

Летняя гроза

Шорох крыльев в небе ясном.

Солнца луч, упавший вниз.

Облака в закате красном

И над морем лёгкий бриз.

Шелест бабочек над лугом.

Стрёкот сумрачных цикад.

Облака несутся кругом —

Вспышка! Громовой раскат!

Шум дождя, дробящий землю.

Почва, влага, выдох-вдох!

Так всему живому внемлю —

Так и жил бы, если б смог.

Растворился бы, впитался,

Слился с небом и землёй.

С телом бренным бы расстался —

Стал бы светом и водой.

Ввысь ворвался, словно ветер,

Светом рухнул с высоты!

И объял бы всё на свете,

Воплотившися в мечты!

Листопад

Яркий день прохладой дышит.

Лист багряный на ветру.

Шёпот Осени он слышит:

" Я спешу! Спешу... Иду! "

Он от ветки оторвался —

Закружила круговерть;

Вдруг! — с Землёй поцеловался...

Замер! И дышать не сметь...

Лист к Земле прильнул пониже,

Чтоб уснуть в её тиши.

Только ветер ближе, ближе...

" Вверх! Лети! Бегом! Спеши! "

Он, оторванный от дома,

Тихо с горя умирал.

Ввысь, где чуждо, незнакомо

Ветер злой его швырял.

Только вдруг каскадом ярким

Листопад затмил весь сад:

Золотым и красно-жарким!

Чудом чудным стал закат.

Умирающая осень

Полночь выбило часами.

На дворе злой ветер вьется.

Осень, подкупая снами,

Ливнем хлещет, в окна бьётся.

Как люблю я это время

Умирающей природы —

Словно сбрасываешь бремя

Самой ласковой погоды.

Что весна — она невинна.

Лето душит знойным жаром.

Осень, хоть не так уж дли́нна,

Полыхает вся пожаром.

А потом деревья голы,

Небо хмурится устало.

Раздувает ветер полы,

И тепла совсем не стало.

Тишина, покой безмерный —

Эти дни потом проходят.

Следом ливень черезмерный

Ночи тёмные приводят.

Ветер воет — словно рвётся

Зверь с цепи осточертевшей.

Следом сердце часто бьётся,

Сон сгоняя надоевший.

Морозная ночь

Как в платье белое рядят стыдливую невесту,

Так первый снег укрыл земную наготу.

И ветер северный метался с места к месту,

Зовя подруг своих: позёмку и пургу.

А после ночь. Морозец приударил.

Небесный бархат звёздами горит.

Брат-месяц ясный свой чертог оставил.

Доколе ночь -- он землю осветит.

Укутались деревья в шубы пуховые.

Что зверь, что птица спрятались в лесу.

Лишь только стаи волчии степные

Тревожат снег, лежащий на весу.

Какая тишина такой прекрасной ночи,

Как от мороза воздух весь звенит!

И снег скрипит, как буд-то слышу ступь чью.

И душу всё куда-то ввысь манит!