Стихами об исламе
Стихами об Ибрахиме
1
Давным-давно в одном селеньи
Весьма известный человек,
Чье имя – А́зар, без зазренья
К продаже идолов прибег.
И в том неназванном селеньи
Стоял большой-огромный дом,
Где статуям в большом почтеньи
Все люди кланялись ничком.
2
У Азара рос сын прелестный,
Который не в пример другим
Был здрав, смышлен, и, как известно,
Подростка звали Ибрахим.
Он видел, как односельчане
Безмолвным и глухим камням
В своем дурном самообмане
Поклоны бьют по всяким дням,
На идолов садятся мухи,
А те не в силах их прогнать,
И мыши кушают еду их –
Камням и тут не совладать.
«Зачем же люди бьют поклоны
Тем, кто помочь не в силах им?
К чему молебные их стоны?» –
Нередко думал Ибрахим.
3
К отцу он обратился рьяно:
«О, папа, почему же ты
Поклоном служишь истуканам,
Им ведаешь свои мечты?
Глухи и немы изваянья,
Не суждено им есть и пить,
Ничем помочь не в состояньи,
Злом не способны навредить».
Не понял Азар слов заботы
И разозлился на совет.
Вот Ибрахим воззвал к народу,
Но тем же был ему ответ.
«Когда же люди отлучатся», –
Промолвил юноша тогда, –
«Кумиры в щепки превратятся,
И все поймут все без труда».
4
Вот в праздник бурного веселья
Ушел гулять с детьми народ,
И в день всеобщего безделья
План принял должный оборот:
Отговорившись нездоровьем,
На праздник отрок не пошел,
И с топором он наготове
В храм к темным идолам зашел:
«Глухи и немы? Не едите,
Хотя пред вами тут еда?
Не можете еще и пить вы,
Хоть вам оставлена вода?
И что же нет от вас ответа,
И не слышны от вас слова?»
В молчаньи не было секрета:
Кумиры – камни да дрова.
Сердитый юноша ударил
И учинил «божкам» погром,
Но одного из них оставил
С повисшим с шеи топором.
5
Вернулись люди, нагулявшись,
И в храм пошли побить челом
Гурьбе кумиров, их пугавших,
Отметив праздника число.
Увидев груды камня, щепки,
Остались все поражены,
Спросили, разозлившись крепко:
«Руины кем учинены?»
На Ибрахима думать стали,
Ведь о «божках» тот говорил,
Его к себе они позвали:
«Не ты ль все это натворил?»
«Спросите лучше истуканов:
Вон тот, который с топором,
Не мог ли учинить курганы?» –
Ответил Ибрахим ребром.
И осознали неспособность
Кумиров к речи и делам,
Ходить, ломать не расторопны –
Удался Ибрахима план.
Но люди все же не отстали
И в голос стали заявлять:
«Ты знаешь, что они едва ли
Ответ словесно могут дать».
«А что ж поклоны вы вершите
Тем, кто помочь не в силах вам?
Зачем с мольбой вы к ним спешите,
Коль неизвестны им слова?
Неужто правды не поймете?» –
Спросил их прямо Ибрахим.
Народ смутился, на исходе
Ответить нечем стало им.
6
И вот назначено собранье,
Решают люди, как им быть,
Какой судьбою в назиданье
Еретика им наградить.
Костер в итоге разжигают,
Бросают на угли юнца,
Но Бог огню повелевает
Прохладой встретить храбреца.
Картина в шок людей повергла:
Спокойно Ибрахим стоит,
А бушевавший как из жерла
Огонь парнишку лишь хранит.
7
Звезду увидев ночью темной,
«Господь!» – воскликнул Ибрахим,
Но та поблекла, став никчемной:
«Нет, не Господь», – сказал засим.
Луна все светом озарила,
«Господь!» – послышалось сперва,
Но та в итоге закатилась:
«Нет, не Господь», – звучат слова.
Теперь восходит ярко солнце,
«Господь! Большой!» – он говорит,
Но вот уходит то на донце:
«Нет, не Господь», – младой вторит, –
«Ведь Бог – живой, не умирает,
Его не могут одолеть,
Он никогда не исчезает,
Ему никак не потускнеть.
А звезды, солнце, месяц в небе
Тускнеют, блекнут и слабы.
Мне только Бог помочь сумеет,
Ответит на мои мольбы».
Аллах наставил Ибрахима –
И отрок стал теперь пророк.
Господь велел ему, помимо,
На верный путь призвать народ.
8
От истуканов отвернуться
Пророк людей увещевал,
Но сердцем к Богу обернуться
Никто желаньем не пылал.
Зато теперь об Ибрахиме
Услышал местный деспот-царь,
Он грозно кликнул его имя,
Желая учинить раздрай.
«Кто твой Господь?» – спросил пророка.
«Аллах», – тирану тот сказал.
Но царь считал себя же богом,
Иного слышать не желал.
«На что ж Аллах, твой бог, способен?»
«Вся жизнь и смерть – в Его руках».
«Делов-то: эй, ты будь свободен,
А вон того рубите в прах».
Преступник выпущен без срока,
Невинный пущен был в расход.
Поняв, что глуп монарх как пробка,
Пророк попроще взял подход:
«Возводит солнце Бог с востока,
Попробуй с запада поднять».
Явился этот довод шоком,
Вождь не нашелся что сказать.
9
Родной народ, тиран в короне
На Ибрахима стали злы,
Из дома А́зар сына гонит,
Приходится ему уйти
Туда, где сможет Богу вволю
Спокойно верою служить,
Туда, куда Господь позволит
Дорогу правды проложить.
10
С женою Сарой в путь пустился,
Прошел границы разных стран,
Пока тропой не очутился
В краю, где правил хулиган.
«Послушай, Сара, здесь на троне
Сидит развратный государь,
Красавиц он пороком тронет,
Мужей пускает на алтарь.
Коль попадемся мы с тобою,
Скажи ему, что я – твой брат».
Попались. Вождь рукою злою
Желает Сару взять в захват.
Но паралич руки коснулся,
И в шоке просит жертву царь,
Чтоб Бог ее не отвернулся,
Вернул все так, как было встарь.
Ответил Бог на просьбу Сары –
Рука развратника цела.
Но бьет еще раз Божья кара:
Вождь снова деву возжелал.
Второй раз просит о пощаде,
Однако и на этот раз
В ответ на милость царь в отраде
Не прочь устроить час проказ.
На третьем кары проявленьи
До местного вождя дошло:
Он в страхе молит о прощеньи,
Клянется не ответить злом.
Жену пророка отпускает
И Ха́джар с ней еще дает.
Египта землю покидая,
Все дальше Ибрахим идет.
11
Второй супругой Хаджар стала,
Родился мальчик Исмаил,
Но очередь семье настала
Исполнить Господа посыл.
Придя в безводную долину,
Где даже не растет трава,
Пророк жену, дитя покинул,
Ни слова не сказав сперва.
«Куда?! А я?!» – супруга в шоке
Причину хочет уяснить,
Но, осознав, что дело в Боге,
Решает верное спросить:
«Аллах велел тебе такое?»
«Да», – Ибрахим дает ответ.
«Что ж, Он не бросит нас», – и в зное
Осталась исполнять завет.
12
Пройдя вперед, посланник Божий
Взмолился к Господу, чтоб Тот
Потомкам дал еды пригожей,
Любовью осенил их род.
Тем временем запасы чахнут,
Младенец начал голодать,
Водой здесь даже и не пахнет,
И Хаджар принялась бежать
От Сафы к Марве. И обратно.
Еще. Еще. С вершины вдаль
Глядит. Все пусто. Безотрадно.
Ручьев здесь нет. Беда. Печаль.
Но на седьмой пробег спустился
Архангел Джибраил с небес,
Пятой ударил – и забился
Замзам, источник из чудес.
«Не бойся», – ангел успокоил, –
«Здесь мальчиком с его отцом
Храм Божий будет ввысь отстроен», –
Что и случилось здесь потом.
Родник увидев, поселился
Там проходивший караван,
И городок укоренился
Вдали от населенных стран.
13
Рос Исмаил, росла и Мекка,
А Ибрахим их навещал,
Любовь пронзила сердце метко,
Он с сыном счастье ощущал.
Однако третье испытанье
В пророка жизни настает,
Во сне Аллах ему посланье
На исполненье выдает:
Как жертву следует пророку
Ребенка Господу отдать.
«Что скажешь?» – Ибрахим с наскока
Вопрос решается задать.
«Что, папа, велено, то делай», –
Ответил верный Исмаил
И, покорившись воле, смело
На землю голову сложил.
14
Вот все готово, нож заточен,
И взмах последний настает –
Однако тут задать Бог хочет
Иной процессу поворот:
«Ты оправдал свое виденье», –
Он Ибрахиму сообщил,
Заменой жертве во спасенье
Барашка мясо утвердил.
15
Шло время. Слово Джибраила
О том, что храму в Мекке быть,
Пророку с сыном Исмаилом
Настал черед здесь воплотить.
Домов в ту пору было много,
Но среди них ни одного,
Где б люди поклонялись Богу
И почитали бы Его.
Веленье Бога о постройке
Покорно принял Ибрахим
И вместе с сыном взялся стойко
Храм строить методом ручным.
На камень, стоп след оставляя,
Вставал и стены возводил.
«Прими от нас!» – дом воздвигая,
Он с сыном Господа молил.
16
С тех пор прошло столетий много,
И тропы все заметены,
Но в Мекку все ж найди дорогу,
Достойно то любой цены.
И, обходя Каабу боком,
Под куполом увидишь ты,
Как у стены хранимы Богом
Здесь Ибрахимовы следы.
Тогда ты вспомнишь в озареньи,
Как в занесенный пылью век
Давным-давно в одном селеньи
Весьма известный человек…
Стихами о Юсуфе
1
Виденья разные бывают: Одни, кошмар ночной неся, В дрожь мелкую людей бросают, Пот вызывают в три ручья;
Другие – смутные картины От мыслей путаных дневных, Они спонтанны и рутинны, И есть ли толк вообще от них?
А третьи нам даны Аллахом, И в их трактовке – нам урок, Особенно когда с размахом Сон видит будущий пророк.
2
Красивый, умный мальчик Ю́суф Увидел дивное во сне И, следуя сыновьим узам, Отцу сказал наедине:
«Я видел, папа: предо мною Одиннадцать светил небес Совместно с солнцем да луною Склонили до земли свой вес».
Сна толкованье очевидно Отцу двенадцати сынов, Но вот не станет ли завидно Другим, что брату знак таков?
И Юсуф в результате слышит: «Ты братьям сон не говори». Яку́б заранее предвидит, Что может зависть натворить.
3
Но дети чувствовали все же Расположение отца К тому, кто был их помоложе С судьбой пророка-мудреца.
«Его и брата Биньямина Отец любить стал больше нас», – Такая мысль засела клином, Затмив морали Божьей глас.
Вот сговорились меж собою: «Мы Юсуфа убьем иль вдаль Прогоним дружною толпою – Тогда покинет нас печаль,
Нам станет волею-неволей Отец вниманье уделять, А мы с тех пор не будем боле Грехи, проступки совершать».
Один из них смягчил решенье, Не дав развить убийства план: В колодец будет пусть паденье, Чтоб взял его там караван.
4
Отца заверили словами: «Мы Юсуфу хотим добра, Так отпусти же завтра с нами – И будет там ему игра».
Якуб был мудр, понимал он, Сколь страшен зависти накал, И только с Биньямином малым Любимца-сына оставлял:
«Уход ваш с ним меня печалит, И опасаюсь я того, Что волк там Юсуфа повалит, Когда оставите его».
Но дети все же настояли, Чтоб брата маленького взять, Отцу они пообещали Его вовсю оберегать.
Якуб со скрипом согласился, И братья, радуясь, ушли. В колодце Юсуф очутился От дома отчего вдали.
5
Злодейский план предав свершенью, Засели братья обсуждать, Как от отца добыть прощенье, Что следует ему сказать.
Якуба версию решают Они в итоге разыграть: Боялся волка? что ж, бывает, Не станем в том разубеждать.
Рубашку Юсуфа забрали, Животной кровью извозив. С рыданьем горьким да слезами К отцу пришли поведать миф:
«Оставив Юсуфа с вещами, Мы стали бегать, кто вперед, Тут волк его порвал зубами», – Таков истории был ход.
Якуб, увидев, что одежда, Хоть и в крови, целым-цела, На Бога возложил надежду, Отвергнув измышленье зла.
6
На дне колодца в это время Один без сна и без еды Погружен мальчик Юсуф в темень Как жертва родственной вражды.
Господь, заботу проявляя, Внушает мягкие слова: Когда-нибудь они узнают. Иная будет впредь канва.
7
В том месте пыльною дорогой Торговцы караван вели. К отверстью скважины глубокой, Держа свой путь, они пришли.
«Вот радость! Мальчик!» – увидали Купцы колодезный улов. В Египет Юсуфа забрали, Желая сбыть в числе рабов.
О паренька потенциале Не догадались. Что ж, а зря. Его задешево продали Вельможе царского двора.
8
Добром проникся царедворец К мальчишке и сказал жене, Чтоб оказался благотворен Дом парню в новой стороне.
Так бедуин, что в отчем доме Среди баранов рос да коз, Обрел уют в богатом крове, Куда продал его обоз.
Манеры, честность, благородство Все больше в юноше видны. И очевидны превосходства, Что Богом Юсуфу даны.
Красой особой стал отмечен, И в мире равных парню нет, Но испытание на плечи Ложится благам всем вослед.
9
От вида, сколь красивым, зрелым Стал новый домочадец их Хозяйку страстию огрело, Измены дух в душе возник.
С соблазном к парню подступилась, Все двери прежде заперев, Но, как она б пред ним ни вилась, Он внешне стоек был как лев:
«Да Боже упаси! Хозяин Приветил здесь меня добром. Ущерб от зла чрезвычаен», – Ответил Юсуф прямиком.
Он бросился к двери, пытаясь Сбежать, но женщина нагла: В погоню вслед за ним пускаясь, Рубашку парню порвала.
Тут, появившись на пороге, Хозяйкин муж увидел их. Кого признает он в итоге Виновным в действиях дурных?
10
Хозяйка принялась в угаре В пороке Юсуфа винить. На клевету ответил парень: «Она пыталась соблазнить».
Из женщины семьи свидетель Судьею в этом споре стал, И по характеру отметин Решает данный он скандал:
«Она права при том раскладе, Когда прореха – впереди. Коль порвана рубашка сзади, Прав парень, не она, поди».
Увидев, что улики в пользу Их домочадца говорят, Муж понимает с сердца болью, Что женский виноват уклад:
«Что ж, Юсуф, позабудь об этом. А ты прощения проси». Стал очевиден грех навета. Позор – исход такой грязи.
11
Смеяться город стал над нею: «Жена вельможи на раба Запала так, что парня клеит, И от любви она слепа».
«Ох, зря глумитесь надо мною, Я проучу за это вас». Сведя насмешниц в дом гурьбою, Сажает их за стол тотчас.
К обеду приступить желая, Ножи столовые берут. Хозяйка же повелевает, Чтоб Юсуф показался тут.
«Не человек то, а сам ангел!» – Сказали воле вопреки. Заместо фруктов горожанки От шока режут часть руки.
«Тот самый это, за кого вы Упрек в мой адрес навели». Высокомерия покровы С особ египетских сошли.
12
Теперь у Юсуфа проблемы Из-за числа порочных дам, Желающих всенепременно Устроить форменный бедлам.
«Милей темница мне такого», – Взмолился к Господу пророк. Как отзвук названного слова Он получил тюремный срок.
Соблазна тучи миновали Ценой тюрьмы, а та жутка: По доброй воле кто едва ли Ее желает уголка.
13
В остроге также обретались Другие узники. Они Почтенье к Юсуфу питали И рассказали парню сны.
Виденье одного – такое: «Я выжимаю виноград». Другому хлеб над головою Клевали птицы без преград.
«Я растолкую сновиденья», – Сказал им Юсуф, – «до того, Как принесут вам угощенье». С вниманьем слушали его.
Дав предсказанье об обеде, Он к Богу стал их призывать, Дефекты ереси отметил И верных слов привел под стать.
Затем сказал, что первый будет Вино монарху подавать; Второго же на смерть осудят, Дав птицам тело заклевать.
Что ж, предречения пророка С реальностью всегда в ладу: По завершеньи монолога В темницу принесли еду.
14
Того, кому освобожденье Пророк предрек по сну с вином, Он попросил об одолженьи – Замолвить слово пред царем.
Но Дьявол чашника заставил О просьбе Юсуфа забыть. Пророк на годы был оставлен В темнице время проводить.
15
Своих друзей Бог не бросает, И судьбоносный поворот Господь опять осуществляет, Дав сну теперь царя черед.
Монарх спросил своих подручных О сне, что был в его глазу: Как семь худых коров семь тучных Других коров едят вовсю;
Еще в виденьи семь колосьев Засохших ели сочных семь. Советников многоголосье Твердит, что это дребедень:
«Бессвязный сон, нам не по силам Такое как-то толковать». Тут чашника и осенило: «Значенье я могу узнать».
16
Виденья разные бывают, Не каждый может отличить, Где Бог о важном извещает, А где бессвязных мыслей нить.
Вот чашник послан был в темницу, Где Юсуфа о сне спросил. Пророк не стал пред ним таиться И сновиденье разъяснил:
За урожайным семилетьем Придут семь суховейных лет – Заранье запастись успейте, Чтоб избежать голодных бед.
Интерпретацию пророка Монарху чашник изложил. Царь впечатлился и без срока Сидельцу встречу предложил.
17
Казалось б, вот, согласьем только Ответь – и из тюрьмы уход Свершится после скорбей стольких. Чем не прекрасен данный ход?
Однако Юсуф отказался, К разбору всех улик призвав, Чтоб в кознях женщин разобрался Монарх и понял, кто в чем прав.
Что ж, царь к ответу призывает, И дамы в голос признают: «Плохого мы о нем не знаем». Слетает обвинений пуд.
«Да, это я в соблазн вводила», – Хозяйка бывшая вторит, Свою вину она явила, – «А он лишь правду говорит».
О Юсуфе все выше мненьем Монарх египетской земли, А после личного общенья Сомненья вовсе все сошли.
Так бывший узник был возвышен, И властью Бог его облек, И должность, полную престижа, Он получает как итог.
18
Семь лет продукты запасает, Египтом всем руководя, Зерном амбары наполняет, Чтоб не ударила нужда.
Когда ж на смену урожаю Пришли бесплодные года, Пророка дар стал осязаем, Страну не тронула беда.
Но за пределами Египта Стал голод новым королем, И не сказать, чтоб люди шибко Довольны были тем царем.
Несладко в Ханаанском крае Якуба дому, и сынов Своих в Египет направляет, Чтоб запасти семье хлебов.
Так к Юсуфу явились братья, Смиренно о зерне прося Из-за голодного ненастья И наставления отца.
Виденья разные бывают, Но явь нередко столь чудна, Что и без сна нас удивляет Узором судеб полотна.
19
В вельможе знатном не узнали Мальца, которого на смерть Своим поступком обрекали, Вогнав его в земную твердь.
Но Юсуф братьям не раскрылся, Сказав, чтоб в следующий визит Их братик Биньямин явился, Иначе вход к хлебам закрыт.
Пока же он зерно отмерил И тайно деньги им вернул. Так с ценным грузом без потери Их в Ханаан и развернул.
20
«Отец! – явившись в дом, сказали. – Зерна нам больше не видать. Чтоб меру должную нам дали, Позволь же братика забрать».
Припомнив то, как он доверил Им прежде Юсуфа, Якуб Не согласился на потерю, Ему и Биньямин был люб.
Но дети, деньги заприметив, Что Юсуф им вернул тайком, За Биньямина быть в ответе Клянутся всем своим числом.
И в результате караваном В путь за зерном они пошли: Гурьбой отбыв из Ханаана, В Египет порознь зашли –
Так им велел отец, желая Сберечь от лишних зол да бед, Но лишь Господь миров решает, Что будет действиям вослед.
21
Увидев Биньямина, Юсуф Обнял его и рассказал О братских между ними узах, Дав утешения сигнал.
Когда закончилось свиданье, Подарок втайне положил Ему он в вещи на прощанье И в дальний путь их проводил.
Служители царя не знали, Что чаша ценная дана В подарок, и вослед вскричали, Что та пропажа – их вина:
«Вы воры!» «Что вы потеряли?» «Монаршью чашу». Те в ответ: Ей-Богу, мы ее не брали. А те: «Что будет, если нет?»
«В чьем вьюке вы ее найдете, Вы можете забрать того». Так к Юсуфу в конечном счете Вернули братика его.
22
Он понял: череду событий Господь устроил, – и смолчал, Что сам же чашу ту сокрыто Подарком родичу отдал.
Два добрых брата, к счастью, вместе, Другие ж думают, как быть, Как клятву, данную в поместье Отцовском, в жизнь им воплотить.
Вельможу просят о замене, Чтоб Биньямина выдать им, Но просьбы дело не изменят, Вердикт уже необратим.
Остаться старший брат решает И ждать развязки до конца, Других же в путь он направляет, Чтоб известить о том отца.
23
«Твой сын украл», – слова такие Якубу дети принесли. Но мудрый старец знал: родные Опять за правду ложь сочли.
Разлука с Юсуфом годами Отца печалила весьма, Теперь же вместе со слезами Еще и зренье унесла.
Ослепнув, впрочем, не теряет Надежды на благой итог, В детей уверенность вселяет На новый поисков виток.
24
Совет отца и непогода Их в путь пускают в третий раз, И вновь сыны благого рода В Египте свой ведут рассказ:
«Вельможа знатный! Мы с семьею Бедой постигнуты. У нас Товара мало здесь с собою. Будь милостив, дай нам запас».
Увидев родичей поникших, Боль в сердце испытал пророк. В итоге, жалостью проникшись, В вопрос он прошлое облек:
«Поступки с Юсуфом да братом, Что вами прежде свершены, Не осознали ль?» – так раскатом Для них раздался гром вины.
«Вы Юсуф?» – молвят в изумленьи. «Да, Юсуф», – отвечает брат, – «Богобоязненность с терпеньем Не оставляет Бог без благ».
Они грехи свои признали, А он не стал их попрекать. Обратный путь затем держали, Чтоб всю семью с собой забрать.
25
Рубашку Юсуф передал им Как средство для отцовских глаз. На расстоянии немалом Якуб почувствовал тотчас:
«Ах, Юсуфа я запах чую». Ему не верят, говорят: «Ты снова за свое впустую», – Но позже поняли расклад.
Прозрел Якуб, когда рубаха Поднесена была к лицу. Признали все, что от Аллаха Известно многое отцу.
Теперь прощенья просят дети За прежние свои дела, Грехи предстали в должном свете, Жизнь старая им не мила.
«Господь прощающ, милосерден», – Якуб заверил сыновей, Далекий путь им предначертан В страну, где брат их – казначей.
В составе полном покидает Семья бесплодные поля, Вдали от Ханаана края Судьба их с Юсуфом свела.
26
Вот прибыли. Их Юсуф встретил, Обнял родителей своих И в тронный зал всем путь наметил, Где снова смог увидеть их.
По древним правилам эпохи, Когда вельможа сел на трон, Ему упали люди в ноги, Отвесив до земли поклон.
Средь них и братья, папа с мамой, И вспомнил Юсуф, как во сне Увидел дивное и прямо Отцу сказал наедине:
«Я видел, папа: предо мною Одиннадцать светил небес Совместно с солнцем да луною Склонили до земли свой вес».
Виденья разные бывают, И часть из них приносит прок, Особенно когда желает Аллах нам преподать урок.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге