СТАРИК
СТАРИК
Старый панк.
Выворачивается наизнанку
Душа старого панка.
Он и в юности был не понят,
А сейчас вряд ли кто вспомнит.
Он и в юности был не нужен,
Высмеян, немного сконфужен.
Яркой кляксой средь полотна,
Красной тряпкой для большинства.
Он сегодня включил кассету,
Что все годы хранил где-то.
И срывая с гвоздя косуху
Вспоминает свой путь-разруху.
Выворачивается наизнанку
Душа старого панка.
Впереди лишь последний штрих.
Пли, тишина, плеер затих, он среди своих.
Письмо матери.
Мам, я не юная совсем,
А для юных и вовсе старая.
И у меня все без перемен:
Та же музыка, дреды, парень.
У него по-прежнему сто идей.
Да, он тоже не перерос.
Нет, мы не планируем детей,
У нас у самих в голове хаос.
Ты прости, что все не сбылось,
Я другой просто быть не умею.
Пусть лицо годам поддалось,
Только я в душе не старею.
Вдруг.
А вдруг кому-то интересно,
А вдруг кому-то тоже плохо,
И словно в целом мире тесно,
И невозможно одиноко.
Среди обычных дней пучины
Страдает кто-то до зари,
Не понимая сам причины
Себя сжигает изнутри.
Как жаль, что все не разделить
На всех, кому реально плохо,
И каждый должен сам решить
Когда закончить одиноко.
Опоздал.
Я нигде не успел и во всем опоздал,
Если б только было возможно -
Я бы жизнь свою всю переиграл
И не жил бы впредь осторожно.
Я бы жизнь свою перекроил,
Перестал на других смотреть.
Жаль, что понял я, что все загубил
Лишь когда пора умереть.
Прятать душу в себе глубоко.
Ты на губы мои натянутые
Не смотри, это все мишура,
И на компании смелые, шумные,
В глубине души – я одна.
Только дома, за семью замками,
Оборачивая время вспять,
Я могу, упиваясь слезами,
Раз за разом все вспоминать.
Новый день одевает улыбки
Словно шарф. Немое кино.
Мы, наверно, так просто привыкли –
Прятать душу в себе глубоко.
Мы, наверно, так просто устали –
Выставлять свои мысли вперед,
Чтобы в сотый раз растоптали
Те, кто нас никогда не поймет.
Не стремись в поисках взоров,
Если хочешь меня узнать –
Вместо тысячи пустых разговоров
Лучше пару стихов прочитать.
Старость.
Я заранее уже знаю
Какой будет старость моя:
Дреды русые, татуировка
И торчащий косяк из рта.
Да, нелепо на старом теле
Атрибуты эти носить,
Но еще нелепей на деле –
Под конец себя перекроить.
Было многое – помню, знаю,
Но рассеялось словно дым.
Так позвольте себя не ломая,
На потеху дожить молодым.
Лето.
Отмотаем назад лихую кассету,
Где я юный смотрю с кадров на лето.
И с такими, как я делим мысли на всех,
И сверкают глаза, предвкушая успех.
Но в наушниках снова рвет душу Ермен.
Отчего у меня все без перемен?
Отчего я стареющий гиблый ребенок,
Обреченный страдать буквально с пеленок?
Ничего не сбылось, но хуже не это –
Потеряли надежду, что дождемся рассвета.
И осталось дожить лишь самую малость,
Ощущая ущербность, безысходность, усталость.
Непонятый.
Ты не скажешь, но я все услышу.
Ты замнешься, но я все пойму.
Видно просто нам сносит крышу
Или минимум мне одному.
Отчего я такой непонятый,
Когда всех понимаю сам?
Я, наверное, просто бракованный,
По ошибке присланный к вам.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
