Сладкая отрава

Под кистью Климта

Я распускаю волосы и поднимаю паруса.

Мой флаг мерцает гиацинтовым отливом.

Я не спешу просить о многом небеса.

Лишь пусть тяжелый путь не будет таким длинным.

Я не одна, мой волк морской стоит всегда на страже:

Суровый взгляд, шрам на лице, лазурные глаза.

Он обрел силу брать ненастье абордажем,

И только с ним мне все покорны полюса.

Наш путь туда, где звезды по-другому светят.

Луна безмолвно указала среди волн сокрытую тропу.

Что же нас ждет? Никто так просто не ответит.

Лишь своим выбором куем мы все судьбу.

Хоть сотни шхун тогда мы потопили в шторме,

Создали судно, неподвластное неистовым ветрам.

И больше нету мыслей о покинутом на суше доме -

Попутный ветер нас несет к беспечным берегам.

И никакой соблазн нас не заставит обернуться.

Ни злые рифы, ни потеря курса в шквал...

И два пути теперь никак не разминутся!

Разве не знаешь ты, что Климт нас написал?

Сладкая отрава

Приторно-сладкий кофе со сливками

Она на меня смотрит урывками

Ее аромат – Том Форда «Лост Черри»

Ни слову, ни взгляду ее я не верю.

Анклет так бесстыже блестит на лодыжке

Как строить глазки читала не в книжке

Медовыми прядями спину устлала

Будто всего остального мне мало…

За партой вся вертится в розовой юбке

Со вкусом черешни кусает всё губки

Как будто случайно ко мне обернется

Лицо интригантки румянцем нальется.

В нее влюблено почти что пол класса

Меня не коснется чумная зараза.

Влачить за собой она может ораву,

Но мне не нужна в карамели отрава

Ну хоть бы кусочек… Нет ей наплевать…

Она популярная школьная блядь.

К такому итогу внезапно пришел

Ведь я же себя не в помойке нашел.

Звонок прозвенел, опустел школьный класс

Но что-то помедлить заставило нас

Нефритовых глаз от меня не отводит

Моя нерешительность ее лишь заводит

Тихонько приблизилась, дрожь по спине…

Все дальше случилось как будто во сне.

Я впился ей в губы, прочь самозапрет

Во всем виноват тот проклятый анклет!

Когда я построю дом

Когда-нибудь я дом построю

У леса, у реки, вблизи больших холмов.

Я шаг за шагом жизнь там обустрою

И возведу неподалеку для животных кров.

Расположу в саду для птиц поилку

И пасеку в цветочном поле заведу.

Пегую с бойни заберу кобылку

И пса заблудшего во дворик приведу…

Я буду свечи жечь, в речной воде купаться

И босиком неспешно по росе ступать!

Лес рассекать верхом, природой любоваться,

Под звездами в тиши лугов лежать…

Мне ночью белый кот начнет мурлыкать,

Уткнувшись носом мокрым в волосы мои.

С рассветом пустятся в саду чирикать

Синицы, зяблики, скворцы и воробьи…

Когда-нибудь я дом построю

В своей лесной затерянной глуши.

Не ради благ земных, а ради дома…

Точнее сказать просто для души.

Стальная опора

Я так устала от рубцов войны на теле.

Кольчуга все сильнее клони́т меня к земле…

Сигнальный взмах мечом – и горны загремели,

Предвозвестив о подкреплении в числе.

Шаг эхом отозвался в глубине долины.

Над головой навис могучий великан.

Он шапки с гор сорвал и запустил лавины.

Взревел и по́днял до самих небес буран.

Как столп ногой, отлитой из титана,

Загородил меня от бед стальной берсерк.

И пусть в нем сердцевина из Вольфрама,

Внутри он все же смертный человек.

Отбросила я щит, меч в ножны опустила,

Шагнула смело на простертую ладонь.

Так сильно, как его, я в жизни не любила.

И плавит тот металл лишь только мой огонь.

Морозный поцелуй

В красивой шубе из овчины

И с сумкой толстой на плечо,

С мороза сделав шаг в тепло,

Она, подобная княгине,

Впустила в коридор букет:

Ликера, холода, парфюма…

И, не создав ни капли шума,

От снега отрясла берет.

Помадой красной след оставив

На бледной щечке у меня,

Она добавила огня,

Стужу дыханием разбавив.

Тот горький шарм пленил январь,

Но на душе теплилась сладость,

И детская безудержная радость

Накрыла, как волной, меня.

Мак и колос

На тех полях, где дружат мак и колос,

Гуляет вольный ветер перемен.

Там ржи волнуется златистый волос

И сторожит цветы под сенью деревень.

Там песня шелеста стеблей гуляет

Средь щебетанья птиц, жужжания шмелей…

То место васильки на тонкой ножке охраняют,

А рядом усыпляюще журчит ручей.

Там небо сжатое навзрыд заплачет,

Когда сокроет туча теплые лучи.

И обретут контраст цвета, вздохнут поля иначе,

И низко над посевом пролетят грачи.

Медовый запах созревающих колосьев

Смешался с ароматом сохнущей земли.

И аисты вспорхнули, тень отбросив,

И лето на хвосте с собою унесли.

Черная вишня

Манкость, стойкость, одержимость

Вихря шквал, неукротимость

Нежность, страсть, сентиментальность

Богоизбранность, сакральность

Животворна, милосердна

Сострадательна, смиренна,

Жертвенна, верна, мудра

Лучезарна и горда

Вдохновляет, утешает,

Дом любовью наполняет

Лишь дает, и исцеляет

Путь к успеху озаряет

Пылко, ревностно, игриво

Честно, кротко, справедливо

Трепетно, проникновенно

Дорого и незабвенно

Морская дева

Летняя ночь пророчит безумство.

Жить под водой – сродни искусству.

Солнце в пучине глубокой растает -

Косы русалка тотчас расплетает.

Мечется в пьяных волнах океана -

Танец чарующий под гул органа.

Пламя луны окутает плечи -

Томный дурманящий час безупречен.

Соленые губы с азартом оближет -

Зов черной бездны ухо расслышит.

Брызги прохладные шею целуют,

Потоки изгибы с напором шлифуют.

Ветер горячий пену терзает -

Все о потере прибрежья он знает.

Грудью макнулась со всплеском в подводье -

Дева морская мутит мелководье.

Длинным хвостом с легкой рябью играет,

Вольному грохоту волн подпевает.

Хмельная заря лишь секрет ее знает –

Что свет не постичь глубиной.

На лезвии ножа

Я набросаю на руке рисунок,

Чтоб часть истории своей принять,

Расплющу в сигаретнице окурок

И прекращу навечно дым вдыхать.

Отныне проклинаю деструктивность.

Кусаю губы в кровь, но это не со зла...

Стараюсь к прошлому восполнить объективность,

И в этом помогает мне с чернилами игла.

Не нужно никаких тёмных сюжетов.

Пресытили меня давно игры с огнем.

Закрыла двери на задвижку шпингалетов -

Забыться бы теперь спокойным сном.

Лишь скорость мотоцикла мне внимает,

И люто за меня железный зверь рычит.

Он все как будто сразу понимает

И от проблем со мной куда-то бойко мчит.

Тогда казалось, что внутри я криминальна,

Но поняла, что прячется за ширмой мятежа -

Во имя справедливости всегда была бунтарна

И не боялась раниться осколком шантажа.

Маневренность, выносливость и вызов

Все ждут своего часа глубоко внутри.

Такие не приемлют компромиссов -

Такие будут биться до крови.

Проклятый сундук

Я убрала сундук от всех подальше,

Чтоб ужас содержимого сокрыть.

Одни считают, там угли и сажа,

Другие - что иллюзии и сыть.

Когда пришла пора найти причину

Откуда взялся ужас там и как,

Я увидала страшную картину -

Чудовищный запашистый бардак.

В одном углу уже рожают крысы…

В другом опарыши глодают паука…

Внизу медведки тонут в мерзкой жиже…

Пиявки строят домик из носка…

Теперь, чтобы до дна прогнившего добраться,

Придется хорошенько руки замарать -

Из зоны своего комфорта вырываться,

А клининг ты не можешь вызывать!

Ну что тогда… Пришлось самой копаться…

Начинку я отправила в помойку жить.

Что будет с ужасом, позволь ему скрываться,

Мне предстоит еще не скоро позабыть!

Импасто

Вся моя жизнь, как странный стиль импасто...

Расплывчатые контуры, но сочные мазки.

И ведь не знаешь, как соединит густые краски

Между собой твой старый мастихин.

Мне нравится его небрежность.

Его маневренность, вариативность создаваемых форм.

Свободная, неукротимая и дерзкая мятежность,

Что покорила без сомнения не дюжину картин.

На каждой ощутим наглядный почерк,

Движения руки построили гребенчатый рельеф.

Виден художника детальный меткий росчерк,

И понимаешь, что и здесь ты точно не один.

Нет совпадений, все идеи не случайны.

Творец искусно к жизни подобрал цвета.

Хоть не познать нам до конца удела тайны,

В любой манере вольны лить историю холста.