Сквозь Тень

Часть 1 Сон

Берёзовый огонь октябрьский ясен

Как красен пламень лиственный дубрав.

Сентябрь, октябрь, ноябрь.. всяк причастен

И в ярой ясности любовной виноват.

Так поглядим, каков теперь азарт

Охоты вечной, отзовётся ль март?

И встретятся ли золото и зелень –

Нежнейшая.

Ветер залетел в светёлку

Там где девушка дремала.

Потревожил он скатёрку –

На которой прядь лежала -

Золотисто рыжий локон

Свёрнутый исконно в кокон.

Полетав с волос ошмётком

Стал он спрашивать тихонько.

Да играя как с котёнком

Да и ласково и ходько.

«Расскажи откель тут будешь».

«Расскажу, но ты почудишь».

Обещал чуденья ветер:

Что возьмёт с собой в дорогу.

Принесёт туда где горы,

Нешта что б до огороду…

Там в горах в гнезде оставит –

Птахой огненной восславит.

А девица, что десница,

Тихо дремлет в той светлице.

Снится ей уже та птица

Что в горах тех веселиться.

И спешит с вестями к ней

Милой ладушке своей.

Снитца тополь ей могучий.

А над ним стальные тучи.

Ну а возле молодец.

Да, не звал он под венец.

Лишь смотрел в её он очи,

И сказал, о том что хочет:

«Твой наряд, столь величавый,

Скинуть бы, то для начала,

А потом ещё с себя -

До исподнего раздеться

И вдвоём одним горя

Сделать нашим это место».

«Хуже нет когда бы парень

Не желал природу славить

Делом ярым да благим

Я люблю тебя таким.

Но скажи, то зов природы,

Зверя ли, любви, свободы?

Иль в единстве дух и плоть

Выразят тут нашу хоть?»

«Что ответить, дева слушай,

Да проникнут в твои уши

Сказы истины моей

Верю, будешь рада ей.

Запах твой что сено спелый,

Взор тягучий да умелый

До нутра пронзать – за сердце.

В думах смутных чуять дверцу

Что зовёт, где воздух свеж,

Без ножа меня не режь,

Не терзай напрасной думой.

И не становись угрюмой.

Дай коснуться, дай познать,

Дай себя тебе отдать.

И тогда уж явно будет -

Кто ж до преж деянья судит?»

Вот на ствол уж оперлась.

Да за плат сама взялась.

Распустила волос полог.

И рубашки путь не долог.

Утро уж, запел петух,

А в светлицу к деве стук.

Явь

Ветр притих в сторонке там.

У окна, себя сковал

Он изрядным любопытством,

И ещё изрядно смыслом:

Волос золотой унесть

Сведав всё что будет здесь.

А тот локон на полу,

Одиноко там ему.

Ветр приник да подхватил

И поближе к сердцу скрыл.

Локон сделался огонь –

Аромат пошёл, не вонь.

И подумал ветер так

Сберегу тебя мой мак.

Мой ты огненный цветочек –

Светлый ярый огонёчек -

Птах горящий, будем жить,

Жару с хладом вместе быть.

А девица подхватилась

И на стук уж припустилась.

Дверцу тотчас отперла

И зашла тут к ней сестра.

И поведала как есть

Быль ли не быль, помня честь.

«Снился сон, о чём сокрою,

Нам с тобой не по достою,

Помню, милая сестра,

Говорить про те дела.

Но тревожит сильно грудь,

Ноет, жжёт, и не чу-чуть».

«Да, и мне, прими, родная,

Снилось тоже. Чую, знаю.

Древо тополь, я и он,

Был ли это точно сон?»

Оглянулась, спохватилась,

Рыскать волком устремилась.

Локон рыже-золотой,

Ей изрядно дорогой,

Не видать, пропал, как быть?

Стала девица грустить.

И поведала сестре

О случившемся в отче.

«Третья ночь уже минула.

За светло тогда уснула.

И во сне явился мне

В соли белой на узде

Конь как солнце золотой

Он смотрел, как звал с собой.

Помню прели ароматы,

Сладость, радость сердца – знатны

Были радости дары

Но картин не обрели.

Как очнулась я – в руке

Влас чудной, и горько мне.

На другую значит ночь,

Я к полуночи, точь-в-точь,

Явно сладко задремала.

И пригрезилось, узнала,

Глаз и рук, и сердца ток,

Он сказал: «приду, дай срок»».

Смотрит милая сестрица.

Скрипнула тут половица.

Как очнулась, говорит,

Девица: «и мне горит,

Жгучий зов, да мой другой,

Расскажу, как есть, какой.»

Тень к свету

Тут сестрица стала тень.

А девица на постель

Прилегла, тоскливо ей,

В ладной горнице своей.

Ветер к деве подлетает

Мужним гласом вопрошает:

«Чудные твои дела,

И сестра твоя чудна,

Сны твои, да локон вот…»

Тут девица привстаёт:

«Где волос златистых прядь?

Назовись что бы вещать».

«В имени моём тебе

Много ль толку? В тишине

Я обычно пребываю,

Разве вот вдруг завываю,

Или мысли в друг коснусь…

Ты свою поведай грусть».

Долго ли коротко ль они

Так и спорили, одни.

Но затем она смирилась

Приподнялась, оживилась.

И поведала ему

То, что мучило саму.

«В этом тереме одна

Я два года пробыла.

Была грустно мне одной

Стала тень моей сестрой.

Но порой, вот как недавно

Вновь становиться собой.

И тогда лишь на стене

В нежном облике ёе

Вижу друга да сестру,

Тку порой, да вот вяжу.

И нет-нет опять она

Обликом как я видна.

Что сказать, мы с ней одно,

Но и каждая своё.

Вместе больше нам видно,

Вместе мы умеем всё.

А в единстве жизни я

Вот как видишь, ныне, вся».

«Видел я днесь как во сне

Было радостно тебе.

Слышал, что ты говорила

Тене ли , своей сестре.

Понял так что полюбила

Да не ведаешь - он где?»

«Грустен ласковый огонь?

Я люблю ль? Да в этом боль.

Знаю, рано… Или нет?

Ты, скажи, каков он, свет?

Ныне примет ли меня…».

Замолчала, сжалась вся.

«Свет за стенами твоими

За чертогами благими

Что могучий океан,

Иль скажу, что выси скал,

Где-то речкою бежит,

Где-то дождиком звенит.

Выйди-выйди погуляй,

Поброди да поиграй.

Прикоснись к коре шершавой,

Дуб алеет всей дубравой:

Ныне осень на дворе –

Стану спутником тебе».

Часть 2 Он

На окне свеча стоит.

От свечи огонь палит.

За окном лист золотит

Чёрно-белых остов – стих

Дождь пронзительный к утру.

Некто зябнет на ветру.

Скачет дева на коне

Бел как сед, да мыль в узде.

Синий цвет укутал пепл

Взгляд пронзителен да блекл.

Скачет, прямо перед ней

Некто зябнет, ветр всё злей.

Вот покинула седло.

Прочь ненастье, всё светло.

Синь небесная пылает

Ясным солнцем что ласкает

Золотистый цвет волос

У берёзы встал, как врос.

Бархатистый тёплый шелест

Рук касание – умелец -

Форм творец – и свет застит

Ощущений древний ритм.

Колки, словно ноготки,

Кончики простой травы.

Хоть и осень, хоть и хлад.

Рыжим лепестки палят

И зовут забрать нектар.

И пчела уже вся там.

Твёрдо, плавно, чтобы мёд

Добрым был, её черёд.

Светлы у него ресницы.

Нежны - ясны и пушисты.

Красит бело – жёлтым тут

Словно: «прикоснись» - зовут.

В самом деле, чтобы нет?

Вот ромашковый букет.

Гладит и вздыхает, вся

Словно разом не своя.

Вот цветов во круг как много

Любоваться можно б долго.

Восемь, семь ли лепестков,

Не гадать пришла из снов.

Вот ещё один – звездой.

Фиолетовый, большой.

Средь очищенной земли -

Нету возле там травы.

Но всех ближе ей вот он.

Узнаёт? Сорвётся стон?

Улыбается, молчит.

Тишина росой звучит.

Алых ягод малу горсть

Чуть взяла, спросясь, как гость.

Эта ягодка для сердца -

Исцеление, известно.

И пробежал по паутине

Синей, мерцающей,

Голубой ток, в машине,

Давно ожидающей,

Некто смолк на часок.

Человек оглянулся, он смог.

На миг стал чёрен где-то монитор.

А где-то так мигнул что мимо глаза.

Прокралась мышь – пшеницы древней вор.

Найдя под крышей нужный отлог лаза.

И потерев немножечко виски

Творец сих строк нащупал пульс руки.

Сам

Сидит мониторит седой интернет.

В удобной квартире один человек.

И вдруг зависает его документ.

Мгновенье, свернулся, экран же поблек.

Ни кино, ни социо… нету вдруг лент.

Включает на кухне синь пламень.

Есть газ! Он ковшик достанет и станет всё класс.

Согреет, немного он свежей воды.

Поблекнут в уме апокалипсис, Марс,

Темнение эльфов, вамприский запас,

И прочая прочих - всей расовой мглы.

На улице Солнце. Пойдёт за порог.

Сперва правда выпьет согретый чаёк.

Конечно, чаёк-то не то, чтобы грог.

Но так ведь и дождик осенний – не лёд.

И дождик молчит – смыл уже пьль дорог.

Коснётся сомнений его ветерок.

Они поболтают, про вечность и срок.

Ветр станет светлее, а тот человек,

Челом бить не станет, но вспомнит свой век,

Что дал ему имя, и разума верх.

Жив в небе полоскою облачной след.

Там был самолёт, где теперь только ветх

Дымок – словно облачка дух – как река,

Что к морю бежит, выйдя где – то из льда,

Хоть русло её и меняли века.

Привет ледяной доненесёт этот ток

И зыби, и соли и ветру дорог.

А после, поднимется с паром ответ.

До неба, от соли и зыби – зов лет.

Жар летний хлад любит за нежности свет.

Об этом размыслив идущий вдохнёт.

В движении спешном в него ветр войдёт.

И станут, по сути, и смыслу одно:

Огонь – дух что движет, и это верно.

И жизнью, и смертью, взято и едино.

Сейчас «запищал» у него телефон.

Фонарь вдруг зажёгся… Сквозь дрёму и сон

Очнулся огонь электрический там

Где путник стоял – слабо верящий снам.

И стало уютно, он чувствует, сам.

Бегут токи жара земного от низу.

Текут токи пекла небесного с выси.

Летят токи мысли, вдруг сбросившей ризу.

И стали стремления нежны и быстры.

Он руки в карман. Там нашёл свою визу.

И он возвращается в дом, там ведь ждут.

Хотя бы деревья, что так и растут.

Хотя бы дома, а ведь в них и живут…

Он знает, он любит, любимое жгут?

Лишь в вечном огне – он рождается – тут.

И вот уже прядь золотистых волос

Осталась в расчёске, немного, не клок.

Из зеркала глянул – всё верно – он сам.

Чуть зелено стало – идёт то зрачкам

В которых тьмой ночи пульсирует храм.

Свет Тени

Лёгкий грохот за окном.

Ничего, устойчив дом.

Девушка сняла очки,

На плечо легли власы,

Взгляд на яблоко упал –

Недалече плод лежал.

Вот за ножичек взялась

Шкурка плода поддалась.

И из всех семян плода

Разделил одно на два

Стали прочный инструмент -

Оба съедены в момент.

Кисловатый вкус во рту.

Чай зелёный ко двору.

Три глотка из чудной чашки

Где павлин в цветочной чаще.

Ветерок сквозит в окно

Но слегка лишь холодно.

Соли розовый светильник

Включен, выключен будильник.

Розовеет перламутром

Соли блеск, как ясным утром

Море, но – то впереди

А пока, мой свет – чуди.

«Может, карту мне достать?

Может, духов бы позвать…»

Так подумала девица,

И решилась: «Свет мой, искра,

Пламень жизни, смысл Любви

Я зову тебя прийти!

Летний жар плоды принёс,

Разум лепту тоже внёс:

С сердцем их единство славно

Ветр попутен, парус плавно

Полотнищем ловит пыл:

Лёд хоть холоден не стыл.

И от севера по свету,

Всяко дерево по лесу,

Всяк травинка да листок

Дышат в этот ветерок.

Все пути мои – ему

Открываю одному.

Муж мой муж в веках любимый.

Рода пламень вечно живый.

Вод творения исток –

Путь наш долго одинок,

Встречи Мир даруй же срок

Путь свободен, сброшен рок».

«Утром Солнце даст в мир пламя

Что в свободе духа знамя.

Разгорится смысл в крови

И снаружи, и внутри

Вновь будь явен Человеку -

Звёздный путь, зовут по млеку».

Записав ответны строки,

Что пришли на ум в охоте

Мысли за своим хвостом…

Хорошо не за котом…

Впрочем, «разве ж мысль – мышь?»

Думал котик – явно рыж.

Чёрно-бело рыжий древ,

Ждал ли он в ночи сей дев?

Встретил? Были хороводы?

Промолчу, но сени воды

Знатно мыли корни древа,

Эта осень всё успела.

И теперь плодоносящий

Дух свободен. О парящий,

О звенящий духов путь

Жив, весёл и славен будь!

О Любви земли и неба

Пой до будущего хлеба.

Часть 3 Ключевая - песенная

Пойду – выйду на дворе

Светит солнце - ярко мне.

Рыжий овощ, твой черёд

На кануне - шёл вперёд.

А теперь уже пора

Белый с чёрным – хлебно, да.

Я до хлебушка дойду,

И картохи приберу,

И свеколки тоже хочь –

Фиолета славна дочь.

Угощенье на столе -

Будет благостно семье

Плодна осень - Любны все.