Сказки позабытых снов
Мама, не плачь!
Мама, не плачь, мне тут хорошо, Я стала едина с бессмертной Душой.
Мама, не плачь, я знаю теперь - Что жизнь эта стоит всей боли потерь.
Мама, не плачь, смотри на луну, И ты там увидишь ещё сторонУ.
Мама, не плачь, всё глубже, поверь, Чем мелкие склоки потешных людей.
Мама, не плачь, эта боль, только миг, За ним море знаний, лигами лиг.
Мама, не плачь, это только порог, За ним ожидает нас солнечный бог...
Ученица
Она всегда была немного странной-
Под одеялом, ночью, книги-до утра.
И в джинсах старых и рубахе рваной
Ждала рассвета, как конфетку детвора.
Её рассветы зрели в чистом поле,
А дни в лесу, среди берёз и трав.
Она боли обожала свою волю,
Ни для кого не укрощала буйный нрав.
До исступления, до нервной томной дрожи
Искала истину на полках и в стихах,
И по крупицам, сбросив всё, что ложно,
Сражалась в битвах побеждая липкий страх.
Она искала Истину всечасно,
Она просила Мир подать ей знак.
И отвечало Небо ей ненастьем,
Коль попадёт по глупости впросак.
Она искала схемы, алгоритмы,
И постигала Истину сама.
Ждала Учителя, ждала как фаворитка
Ждёт ночью у алькова короля.
Лес чудес
Побудь со мной, мой вечный лес,
Твой шёпот так прекрасен...
Волшебная страна чудес,
Наш договор негласен -
Чтить землю эту, нашу мать,
Отца - безмерно небо.
Деревьев-братьев защищать,
Носить пичужкам хлеба.
Сестренок-мышек полевых
Не обижать мохнатых,
И нежных птичек гнездовых,
Пригреть к груди пернатых.
Травинки эти и листочки,
И каждый камень на тропе,
И на родной березке почки
Согреть в душе, согреть в тепле.
Хранить твой дух, беречь твой храм,
От зла и от пожара,
Твоим поверить чудесам,
Бесценный мой подарок.
Сказка о моряке и его судьбе
Поплыл июль, и утопали в неге
Прибрежной деревушки моряки.
Один лишь неуёмный в вечном беге
Нормандец не скрывал своей тоски.
Что юг ему, рождённому для снега?
Что зной его мятущейся душе?
Когда влечёт простого человека
Мечта! Ты скажешь мне – клише!
А северянин жаждал таинств,
Познать хотел всю моря синь.
И вот он мчит, и паруса, срываясь
Шипят как будто бы «Безумец, сгинь!».
Уже не видно берега, и дома,
Лишь сколько видит глаз - вода!
Кричит он, в счастье незнакомом,
Возьми меня, моряцкая судьба!
И вторит смех его просящим воплям,
Откуда голос этот неземной?
Эй, твой корабль уже почти потоплен!
Мне всё равно! Мне нужен образ твой!
Кто знал лицо мечты его нежданной?
Едва ли небо угадать могло –
Пришла навек судьбою долгожданной,
Морская дева – ни добро, ни зло.
Улыбка матери нежнее, и кудри вьются зеленей волны,
Дождался дикий северянин Лорелею.
Не побоялся губ, что горько-солоны.
И вот багровым небеса окрасив,
Схватило солнце гладь воды.
У них теперь навеки будет праздник,
Царя Морского и его жены.
Подруга дракона
Тень мелькнула в отражении воды,
Быстрее ветра, солнца, времени,
Так близко ,с привкусом беды,
Сверкнул клинок в драконьем стремени.
Прижавшись к чешуе щекой,
Ловя дыхание друг друга,
Танцуем в воздухе с тобой-
Дракон могучий и его подруга.
Сверкая в солнечных лучах
И окунувшись в небосвод,
Стучащим сердцем в двух телах
Который год, который год?
Опасны, скоры и сильны,
Ты для меня на первом месте
В разгар неистовой войны-
Спина к спине, навеки вместе
Девчонка и Капитан
Синее море, грозное, сизое, сталью сверкает пенный оскал, Впивается жадно, не может насытиться, В пиратскую шхуну внизу между скал.
Смех наш безумный громче прибоя, Чернеет наш череп и кости белы, Сражаемся, бесы, не плачем, не воем, Когда Посейдон даёт нам балЫ.
В пене морской промелькнуло видение- Кружево, белая ручка, браслет То ли то стоны, то ли то пение? Наш капитан ныряет вослед.
Отчаянный воин, рубака и пьяница, Верный команде, безумный смельчак. Кто б мог подумать - за ручку ту схватится, Выудил девицу словно рыбак.
Мокрые губы шепчут «Не бойся, Я, капитан, не останусь в долгу, Только с командой в трюме укройся, Боюсь, что я всех защитить не смогу».
Хмыкнул в ответ удивлённый повеса, Но спорить со странной девИцей не стал. Слышали только стихий мракобесие, Страшно им всем, кто стар и кто мал.
Но отгромыхала всё же стихия, Солнечный лучик пробился к ним в трюм, Двери открыв от влаги сырые, Дивились, корсары, где шторм и где шум?
Лишь усмехалась глазами богини Девчонка со взглядом дремучей зимы, Спасённая случаем, ими, чужими, Мрачными пиратами-людьми.
Спасибо, я скрывать не буду, Что не на шутку испугалась вмиг, Сбежала с корабля, где ведьму судят. Пусть море ведьму поглотит.
И не боялась ведь девчонка, метали молнии зрачки, В порыве хищном принахмурясь, увидел капитан её клыки. Да, ты, беглянка, чаровница? Вопрос нисколько не смутил. Отец мой мой демон, дух мой – тёмен, сама же я черней чернил.
Но ты мне нравишься, беспечный, и я люблю людскую страсть. Я откровенно наслаждаюсь, когда почую вашу власть. Давай командовать, спаситель? Мы вместе – против сил земных. И сладость и вино победы с тобой разделим на двоих?
Не стал наш капитан стесняться, обнял её тончайший стан, (Она позволила обняться) - и крикнул ввысь «Ко всем чертям!»
Прощание Медовой ведьмы
По ком, скажи, звонят колокола?
Сегодня праздник или погребение?
Соседку нынче заковали в кандалах,
И будут жечь, так для увеселения.
Соседка хороша была и лАдна,
Веселый нрав и звонкий смех ,
За это, чтоб это было неповадно
Вменили девице ведьмОвство в грех.
Крестьянки дочь и сгинувшего кмета,
Ни имени отца, ни ласки, ни тепла,
И от работы с ночи до рассвета
Вот всё, что жизнь суровая дала.
Зато её любило солнце,
Веснушками зацеловав чело,
Рассветы в гости сквозь оконце
Дарили радость, было ей тепло.
Зато полях встречали травы,
Цветы ласкали кожу рук,
Ведь были с ней они на равных-
В природе ни господ, ни слуг.
Деревья поверяли тайны,
Склоняясь ветками к лицу,
Встречала ночь Священного Самайна
Одетая во влагу и пыльцу.
Лечила травами любую боль и муку,
И лаской не скупилась наградить,
Дверь отворяла по любому стуку,
Чтобы помочь,поить и накормить.
За счастье почитала благодарность,
Ни зависти ни злобы не тая,
Вот что сочли за чаровство и странность
Соседи в наших пахотных краях.
Не верят ведь, что можно просто в радость
С рассветом встать и смехом день начать,
И вот сожгут медовой ведьмы сладость
И радоваться будут, и кричать…
Так вот по ком звонят колокола…
По сломанной травинке, свету лета,
По той, что столько раз уж помогла,
Но на добро не стоит ждать ответа…
Сказка о Снежном тигре
В ледяной пещере, в северных лесах, Под полярным солнцем в снежной тишине, Там тепло и чисто, там витает в снах Грозный сизый тигр в ледяной броне.
Снится ему берег, облитой луною, Где течёт поспешная, горная река, Там, где незнакомка с русою косою, С бархатною кожей, цвета молока.
Напевает нежные песни о весне, Не боится холода, мрака и чумы, Бегает по лесу, стрелы в колчане, И живёт лишь в страхе плена и тюрьмы.
Инеистый тигр вздрогнул и вздохнул, Напевала норна соснам про тепло, Голос белокожей в негу окунул, Что-то словно тронуло, на душу легло…
Он вдыхает полночь ледяного сна, Слышит незнакомый,пряный аромат, Так могла бы пахнуть может быть она, Как цветок,как пламя,солнечный закат.
Драгоценны очи из аквамарина, Поднимает веки,страшный древний зверь, Затопило жарко в самой сердцевине, Там,где в сердце дикое приоткрылась дверь.
Ласковые руки, смелый дерзкий взор, И улыбка ласковей матери забытой, Ты мне снился вечно среди снежных гор, Я пришла в твой тихий дом, вьгами укрытый...
Исчадие
Исчадие достало белый мел, Рисует непонятные кружочки, И воздух рядом заиграл, запел, И заплясали пламени цветочки.
Исчадие не тушит ни свечи, И чёрный воск в её норе повсюду. Не надо, не пугайся, не кричи, Она не любит мясо, кровь и вуду.
Исчадие поклонница миров, Ифритов, привидений и вампиров. И ищет она огненных даров От Бельфегора и Мафусаила.
Исчадие не любит болтовни, И ночи коротает за свечами, И ловит на болотах огоньки- Так много дел у темноты ночами!
Едина с мраком и глухою мглой, Еловыми ветвями стелет ложе. Здесь так легко дышать и быть живой, А быть с людьми она уже не может.
Обитель тайн
В этом саду тишина, Звуки вдыхают лаванду. Тихо шептала она, Рядом с цветком амаранта.
В этом саду тихо спят Травы, деревья и птицы. Дремлет делянка опят, Что-то им нежное снится.
Шепчет невнятно репей, Как он полезен при болях, При приступе желчных камней, При разного рода мозолях.
Цветов ворожит океан, Не перечислить как много, И ревень здесь есть и тюльпан, От входа цветут до порога.
Здесь древние тайны хранит Неведомый миру целитель. И он здесь до времени спит, В свою погружённый обитель…
Мой дом из вереска
Посели меня в дом из вереска, Где ромашки да травы пряные, Где горгонами скалы щерятся, Закрывая места те странные.
Посели меня в дом у озера, Что прозрачнее даже зеркала, Чтобы в нём отражались осени, И весна бы вовек не меркла.
Одари меня водопадами, Пусть шумят они и кудрявятся, И танцует вода анфиладами, Не наслушаться, не наплаваться.
Посели меня в ночь дремучую, В холода вековечно мрачные, Где морозы гремят трескучие, И снежинки летят прозрачные.
Подари мне, родной, единение, Подари мне свободу привольную, Дай же танца мне и движения, И прими к себе, своевольную.
Такие девочки - живут
Такие девочки с позором
Отцовский покидают дом,
А мать глядит с немым укором
И обнимается с котом.
Такие девочки, беснуясь,
Соседский поджигают сад.
И, беззастенчиво красуясь,
В глазах не прячут адский ад.
Такие девочки рискуют,
Изобретают дирижабль,
Ни дня не тратят на пустую
Растрату времени в сентябрь.
Они к пиратам убегают,
И хлещут ром, и глотки рвут.
Они в припадки не впадают,
Такие девочки – ЖИВУТ.
Лавандовая графиня
У графини внутри тишина,
И портвейн,и ручные гепарды.
Молчаливо взирает она,
Как азартно те режутся в нарды.
У графини живёт черный дог,
Он дворецкий, охранник, дуэнья,
И наверное, даже он смог
Побороться с графини мигренью.
Её светлость стройна и строга,
Холодны её руки и плечи.
И раздевшись в ночи донага,
Зажигает зелёные свечи.
У графини лавандовый чай,
И кипрейные ванны на завтрак.
На столе зацветает бонсай,
Окружаемый кипельной травкой.
Её светлость гуляет в лесу,
В темноту облачившись как в кожу,
От неё никогда не спасут,
От неё убежать ты не сможешь.
У графини сиреневый цвет
За окном заполняет просторы.
И лиловей очей её нет,
И опасней,чем ящик Пандоры.
Её милость не терпит гостей,
Её милость не держит прислуги.
Тишина и покой ей милей,
Чем друзья её или подруги.
Сколько лет ей,неведома тайна,
Замок древний таит волшебство.
Встреча с ней будет только случайной,
Ибо скрыто в ночи божество.
Шальная ведьма
С дьявольским хохотом, молний узорами,
Врывается в окна неистовый шторм,
И затрещал весь своими опорами
Старый надёжный ведьминский дом.
Сто поколений колдуний он вынянчал,
Сотню прекрасных хозяек сберёг,
Всем сокровенным знаниям выучил,
Передавая каждый урок.
Но младшая бестия, дочь непокорная,
Сладу с ней нет, ни ночью ни днём,
Силой неведомой в дар наделённая,
Беспечно играет с диким огнём.
Не слушает старших, бедовая девка,
Якшается вечно с простыми людьми,
Летят заклинаяния, слету в напевку,
Смотри,ускакала в леса с лошадьми.
Сегодня гроза, она молнии ловит,
Кота заставляет прижучивать гром,
Боюсь, что никто её не успокоит,
И дом удивляется вместе с котом.
Хватает отчаянно яркие блики,
И в сети из звёзд заставляет сидеть,
И слышно мне лишь ликования крики,
И как чародейка пытается петь.
С чего взорвалась колдовская натура?
Зачем мать-природу сковала в тиски?
Не думаю, что она стерва и дура,
Ей нравятся с молнией особняки)
Сказка о лесной дриаде
Ночной порой, в лесах чудных Жила себе дриада, Поклонница красот лесных, Улыбчива и рада.
И изумрудами очей Околдовать умела, И не было её нежней, Цвела себе и пела.
Плела из утренних цветов Венки себе и платья, Спала под крышей облаков, И был ей мох кроватью.
Зверьё лесное берегла От хворей и напасти, От всякой болести и зла Хранила своей властью.
Не нужен был её шёлк и мёд Дворцы и королевства, Жить, как сейчас она живёт, С луною по соседству.
И был дворцом ей древний бор, Где затихали ветры, Краса, куда ни кинешь взор, Мир был с ней очень щедрым.
Лишь только в тишине ночи, Так тяжело вздыхала, И было горько хоть кричи, О ком – она не знала…
Мы были с ним связаны меткой
Мы были с ним связаны меткой рождения,
Солнечным бликом и птиц щебетанием,
Тайной познания, лунным затмением,
Млечным путём, тишиной понимания.
Мы были поверены в древние тайны,
Обручены на закате и в холоде,
Обласканы тьмою и когтем Самайна,
Мы вечно стары и вечно мы молоды.
Мы разыскали с тобою дороги,
Извечно шагали навстречу судьбе,
И отдавая, и жертвуя многим,
Ты шёл ко мне, и я шла к тебе.
Ни обещаний, ни клятв и признаний,
Об руку рука, и пальцы в замок,
Всё пополам, и чудес и страданий,
Что этот мир нам с тобой приберёг.
Сказка о Рыжем Коте
Жил-был на свете рыжий кот, С густой огромной гривой. Гулял себе гулял, и вот, Столкнулся с ведьмою строптивой.
Ох как шипел пушистый зверь, Пока к себе тащила! Ты мне уж на слово поверь, Колдунья - это сила.
Она звала его Медок, Кормила творожками, Связала коте свитерок, Делилась с ним мечтами.
Прошли полгода, дальше год Освоился пушистый, Уже не помнил случай тот, Попал как в домик мшистый.
И не таскал украдкой кот Клубки хозяйской пряжи, Грел у камина свой живот, Сидел себе на страже.
Колдунья лепит пирожки, А рыжий не мешает, Читает вслух ему стишки, Он «мяу» подпевает.
Он с ней ходил в рассветный час В луга росистым утром, Она рвала цветы смеясь, Трепал ей ветер кудри.
Он нёс охапки нужных трав В своих надёжных лапах, К груди воинственной прижав, Вдыхая пряный запах.
Он был и нежен, и ворчлив, Но был порою страшен, Бросался в бой наш златогрив, Когтистый лев бесстрашный.
Он страсть как не любил гостей, Она лечила хвори, Но не было его страшней, Коль кто-то мародёрил.
Он не терпел двуличных, злых, Крикливых и пропащих, И отгонял от двери их Исчадий настоящих.
А ночью он дарил тепло, И прижимаясь к коже, Мурчал о том как повезло, Она шептала «Тоже».
Тихо ушли они в Жизнь
Встретились они молча,
Видела только пустошь-
Без унизительных корчей
Он её песни слушал.
Оставив снобизм пустяшный,
Она рисовала камни,
На фоне был день вчерашний,
И ныли все старые раны.
Они обнялись и тихо
Брели по следам оленьим,
Туда, где гуляют вихри
По сопкам холодным осенним.
Они растворились во мраке,
Где лешие даже не ходят.
Писали волшебные саги,
Как боги на землю нисходят.
Песня о Дочери Леса
Куда ты, девонька? Постой!
Куда бежишь?
Там лес глухой,
Там бродит тьма и тишь!
Там лютое гнездится воронье,
Там навь ютится,
Дикое зверье
Тобой сегодня ночью поживится!
Припев
Бедовая ты, огневая дева!
Я, мама, дочь болот да чёрных рек!
Меня не ты, а домовой согреет
Моя земля здесь будет на весь век!
Пустите, матушка,
Там все мои друзья!
Русалки, леший-батюшка,
Калинова ладья!
Там дух особый, это не елей,
Там травы пахнут,
Колется репей,
И вОроны несут ночную вахту,
Там ждут только своих гостей!
Припев
Бедовая ты, огневая дева!
Я, мама, дочь болот да чёрных рек!
Меня не ты, а домовой согреет
Моя земля здесь будет на весь век!
Прощание с королём
Мой король, я прощаюсь,
И вас извиняю...
Мой король, я смущаюсь,
И вас покидаю.
Мой король, вы суровы,
Увы, мне пора.
Там где реки да горы,
Солнце греет с утра.
Мой король, вы убиты.
Простите, несчастный.
Но иначе не быть мне
Царевною властной.
Но иначе никак, прощайте же, сир,
Мне не жаль, милый друг,
Да начнётся же пир!
Отдыхайте вовеки, мой грозный супруг.
Мы позвали Купало
И встречали меня одичавшие кедры, И стелились под ноги трава и цветы. И теплела земля, и подземные недра В Явном мире сводили сегодня мосты...
И алели вдали ярым светом горнила, И вечернее солнце клонилось к воде. И вечерние сумерки в темень манили, Там цветок для меня в глухой темноте.
И пылали костры, и смеялись и пели, Я искала цветок, и нашла свой трофей. Мы Купала позвали, мы снова посмели Пожелать себе мира и радостных дней.
Одной Купальской ночью
И ты сплела из листьев и цветов,
Из крепких жил и тёмных пожеланий-
Один из целой тысячи венков,
И по реке спустила как послание.
И ты смотрела вдаль, огонь почуяв,
Судьбу свою пыталась угадать.
И у костра остывшего ночуя,
Ты поняла, как сладостно - сгорать.
И пусть утоп венец, украли мавки,
Но эта ночь, и ты, как дар огню...
Сплетает пламя, лижет как удавка,
И ты идёшь за ним, оставив здесь семью.
Ну что ж, кому-то песни да жениться,
Кому-то молоко и свежий хлеб,
А тебе навью предстоит родиться,
И жить, где мир ужасен и свиреп.
Посвящение Виктории Франсез
На рисунках у Виктории Франсез
Серые гранитные разломы
Щерятся со скалами вразрез,
Поджидают молнии и грома.
На её твореньях сизый дым,
Мох столетний покрывает землю,
Они пахнут воздухом лесным,
И, едва вздыхая, дремлют.
И мрачные соборы громоздя,
Она их заселила чудесами.
И нежить,красотой своей маня,
Утешится кровавыми грехами.
И за туманом притаились замки,
Сокрытые в далёких городах,
Где спят вампиры,оборотней самки,
И боли твоей слышен крик впотьмах.
В них красота особенного свойства -
Касается нейронов обнажённых.
Ты не найдешь здесь бравого геройства,
Здесь победило зло исчадий томных.
Дракончика мама учила летать
Дракончика мама учила летать,
От гордости вся раздуваясь.
Дракончик от мамы боялся отстать,
За крылья свои опасаясь.
Дракончик боялся всегда высоты,
С испуга огнём выдыхая.
А в небе искрился костром золотым
Закат, свои искры роняя.
Дракончик вдыхает морозную стынь,
И дышит порывисто-робко,
Ныряет в закаты у снежных пустынь,
Парит над рекой и над сопкой.
Под крыльями кожа немного горит
От влажности мокрого снега,
Однако герой совершает кульбит,
Отчаянно, ярко, с разбега.
И наш дракон влюбился в облака,
Захвачен в плен потоком ветра,
И страсть в груди так велика,
Навеки вечные,столетья, километры.
И стал малыш могучим в этот миг,
И больше не детёныш, он воитель.
И дух сегодня важное постиг –
Дракон рождён как неба повелитель.
Ибо я в полночный час улетаю к звёздам...
Набери мне, мама, трав,
Луговых, побольше!
Чтоб могла забрать,сбежав
Я собой все рощи.
Наше детство унести,
Наше чисто поле,
Чтобы в волосы вплести
Запах своей воли.
Завари мне, мама, чай
Да покрепче, мама!
Напоследок в чашке дай
Пряного бальзама.
Обними меня сейчас,
Дальше будет поздно.
Ибо я в полночный час
Улетаю к звёздам…
В забвении дремлет далёкая Тари
Холодные камни древнего храма,
Гранитные стены и мраморный зал...
Хранят ещё песни и звуки тамтама,
Призрак из прошлого здесь пролетал.
Усыпаны златом алтарные перси,
Её хрупкий стан в перекрестье времен.
Подножье порталом широким разверзлось,
Там танец её на века погребен.
В забвении дремлет далёкая Тари,
Свет солнца хоронит в закрытых глазах.
И снится ей мир, полный солнечных дАлей,
Где тень её бродит в пустынных степях.
Барханы песка и палящее пламя
Не жжёт её кожу, напротив совсем -
Ласкает, лелеет, нисколько не ранит,
Укутало в кокон, песчинок гарем.
Во сне заблудилась, пропала царица.
Кибела, Изида, на зов не придёт.
Пронизано время рассветной зарницей,
Озирис за руку богиню берёт.
В предвечной тиши они оба исчезнут,
Но боги не могут уснуть насовсем.
Её призовут ритуальные песни
Однажды покинуть волшебный Эдем.
Мать и сестра божественных знаний,
Вернись и прими нас вовеки веков.
Дари нам свои сокровенные тайны,
А мы твоё племя под сенью богов.
Нефертари,или Тари («Прекрасная спутница») супруга царевича Амонхерхопшефа, возможно, идентична дочери Рамсеса II
Она была художником,вернее даже Мастером
Она была художником,вернее даже Мастером.
И видела прекрасное за каждым за углом.
Белилами , и красками, гуашью и фломастером,
Чертила мир, что видела за рамовым стеклом.
Она была воителем , она хваталась яростно,
За пики и за копья, за арбалет и меч.
И не хватало капельки, одной лишь только малости -
Одной лишь силы мускулов, могучих рук и плеч.
Она была писателем, поэтом и сказителем,
И этим лишь единственным могла создать себе -
Извечного и верного, волшебного целителя,
Того, кто непокорен, плечом к плечу в борьбе.
Она была так яростна, глаза мечтали молнии,
А тело непослушное... Не слушалось команд...
Слезами, что непрошены, глаза запереполнены,
Ей только б тело сильное, и никаких наград.
Как часто так случается, поэты - безголосые,
А музы - бесталанные - куда не кинешь взгляд.
А те, кто здесь, прекрасные, заключены в коррозию,
Лекарств глотают яд...
Йольский Кот
Темною ночью, под жёлтой луной, Когтями царапая ткань мирозданья, По крыше крадётся кот боевой, Во тьму облаченный и Знание.
Она у окна, непривычно грустна, И только свеча догорает, Она его ждёт дни и ночи без сна, Как милого лишь поджидают.
Но он ей не брат, не любовник, не сын, Он нечто иное, чем весь этот мир. Свидетелем станет и слёз , и морщин, Она для него как мишень и как тир, Как мраморный ковен извечных старшин . Его предсказал седовласый сатир, Им вместе идти к снегу древних вершин Под песни тимпанов и лир.
Свершится же час, волшебная ночь, В час наступления Йоля! Она волшебства полушная дочь, Он ей для свершений пароль.
Стекло запотело, согрето теплом Дыхния Йольского зверя. Давай, не держи же его за окном, Начнётся же ныне веселье!
Мачеха-зима
Зима жестока и скупа,
Как мачеха-колдунья.
По лесу ставит черепа,
Наветы шепчет, лгунья.
Зима крадётся втихаря,
На пир зовёт последний.
Хель замерла у алтаря,
Ей нужен лишь наследник.
Она чиста как белый снег,
И холодна как лёд колючий.
Замедлит времени пробег,
Мороз зашелестит трескучий.
А мальчик Кай вершит портрет,
Её холодной неги.
Один владеет им запрет,
От альфы до омеги -
Огня не допускать вовек
До замка Белобреги.
Богиня холода и тьмы,
Избранница великих,
Сроднилась с холодом зимы,
Её созданий диких.
Ах, мальчик мой, холодный плен,
Он станет твоим домом.
Смирись со звоном перемен
В твоём мирке знакомом.
Дикий,дикий лес
Лес бескрайний за окном,
Топи да болота.
Ливень бьётся за окном ,
Словно ждёт чего-то.
Лес сердитый грубиян,
Хмурится и плачет.
Дождь шаманит, будто пьян,
Это что-то значит.
Леший скалится лихой,
И пугает эхо,
Веселится водяной,
Вот пошла потеха.
Чудный бор, чудной народ,
Лиходеев племя,
Русских сказок хоровод,
Чудотворов время.
Кто подружится с тобой,
Мир чудной и древний?
С этой мавкой разбитной,
В полунОчи летней?
С этим дедушкой смешным,
С бородой до пяток?
С оборотнем гнездовым,
С говорящим дятлом?
Тихо дремлет дикий лес,
Шелестит ветвями,
Ждёт бытыров да принцесс
Быть его гостями.
Мягкой лапкой
Мягкой лапкой, через кожу,
Кот касается души.
Мур-мур-мур, не потревожу,
Тихо, фантик, не шурши.
Тихо речка, тихо ночка,
Тише, серенький сверчок,
Я подкрался на носочках,
Я всю ночь тебя стерег.
Мур-мур-мур, мой гладкокожий
Беззащитный человек,
Прогоню я злые рожи,
Не придут они вовек.
Спи спокойно, мой двуногий,
Я приду к тебе во сне,
Ты со мной, не одинокий
В сновидений стороне.
Мягкой лапкой по ладошке
Нежно-нежно проведу,
Доверяйся своей кошке,
За тобой везде пойду.
Мы ждали Имболка
Он кошмарно играл, ещё хуже я пела, Вместе мы составляли потешный дуэт. Но странное дело, странное дело, Нам было плевать, кто рад и кто нет.
Он струны терзал, а я выпью вопила, И, как козодой, голосила в ночИ. И было волшебно, и я ощутила, Огромного яркого счастья толчки.
Играла гитара, трещали поленья, Костёр полыхал, и пламя рекой - Свидетелем были такого похмелья, Такого не знает сатир никакой.
Я пела о мире, любви и потерях, И струны в его танцевали руках, Ночь завершала свой бег, и, не веря, Мы ждали Имболка в рассветных снегах.
Танец Души
Темно, луна, все тихо спят,
И лишь она вскочила,
Душа - с макушки и до пят,
Кричит то что есть силы.
Услышь меня, пойми меня!
Дай воли мне, благаю!
Ну вспоминай же, что хранят
Чертоги, где я таю!
Не убивай меня, прошу,
Ведь мы с тобой едины,
Я в твоих грезах поброжу ,
Там дали и равнины,
Но в них тебя не нахожу,
Ну где же ты, родимый?
Она как птица о стекло
Рвалась скорей на воздух,
Но у него внутри темно,
Нет рифмы, быт да проза.
Она кричала, вспоминай!
Она молила горько,
Пропой меня, и заиграй,
Прошу об этом только...
Ну почему же ты молчишь?
Мне не пробиться так же?...
Душа кричит, пока ты спишь,
Поёт, танцует, пляшет...
Пела мне Русалка
Расскажи мне, девочка, что скрывает море? Расскажи, красивая, что ты так грустишь? Расскажи, русалочка, про свое мне горе, Спой волшебным голосом, спой мне, коль не спишь.
Под водою камни, жемчуга и злато, Золотом, песками дно поглощено. Мы живём как в сказке, весело, богато, Приглашаем в гости на морское дно.
Пела мне русалка, и вода алела, Был закат кровавым и волшебным был. Я плыла за нею, я всегда хотела, Оказаться в мире, где закат остыл.
Сказка о колдунье и чёрном Мыше
В далёком затерянном мире,
Где солнце на юге встаёт,
Живёт в дальней лавке-квартире,
Девица, что луны прядет.
Ещё на канве её яркой
Всегда оживают цветы,
И может она на подарок
Сплести вам из кружев мечты.
Она нарисует, что снилось,
Она знает все и про всех!
И даже немного мне мнилось,
Надуман девчонки успех.
Однажды пришёл к ней мужчина,
Такой себе видный, с мечом.
Он за говорящей скотиной
Пожаловал в ведьминский дом.
Презренная ты чародейка,
Волшебного дай мне коня!
За медные эти копейки,
Пусть конь этот славит меня.
Конечно, почтенный вельможа,
Склонилась в поклоне она.
Чем сможем мы, тем и поможем,
За медь отслужу я сполна.
Взмахнула рукой, словно арфу
Погладила пальцами гриф.
И рыцарь наш, связанный шарфом
Уже и не так уж хвастлив.
За медь ты получишь, что жаждешь,
С тобой она будет всегда -
(герой наш был так ошарашен,
Он так не молчал никогда)))
И маленький юркий мышонок
Запрыгнул к могучей груди,
Чернявый, как адский чертенок,
Пискляво ему проронил.
Хозяйка велела с тобою
Идти до конца моих дней.
Болтать всегда без перебою,
Поклялся навеки я ей.
Смеялась шальная колдунья,
Вприпрыжку бежал её гость,
За ним полевая мышунья,
И столько проклятие лилось!
Сказала она напоследок,
Хоть тих мой домишко и мал,
Могу сделать марионеток,
Из тех кто меня так достал.
Мораль же сей басни простая-
Кто слаб, все же может кусать!
И на него посягая,
Далёко придётся бежать!
Феечьи очи
Есть такие глаза на свете,
Словно сказка, мозаика страз.
Потеряешь я в них, когда встретишь
Волшебство этих феечьих глаз...
Один юной листвы зеленее,
А другой серый скальный гранит.
И рубинами крапки алеют,
Как чудесное пламя, магнит...
Золотые в них пляшут уголья,
И мерцает нездешняя тень.
Они могут сломить твою волю,
Они будут с тобой каждый день.
Есть такие глаза на свете,
Утонуть в них совсем не страшно!
И ныряешь ты в омуты эти,
Безоглядно, легко и отважно.
Живая книга
На столе лежала книга книг,
Ветхая, пергамент и вощина.
Из неё так многое постиг
Одинойкий и седой мужчина.
Ум его избороздили мысли,
И морщины пролегли на лбу.
Сто вопросов в воздухе повисли,
Те, что книга задала ему.
Древний гримуар всего лишь дремлет,
Но он жив сегодня и вовек.
И в его поверья тихо внемлет
Грустный и могучий человек.
Книга эта обладает духом,
Своих знаний может дать не всем.
Только тем, кто обладает слухом,
Не страшит лишь ей отдаться насовсем.
Книги выбирают себе друга,
И верны до гробовой доски.
Их опора, их узда, подруга -
От беды спасёт, болезни и тоски.
Древний гримуар раскрылся снова,
Дав ответ на заданный вопрос.
Друг, покинь очаг родного крова,
Мы уходим в ночь под стук колёс.
Последняя слеза дракона
Последняя слеза дракона Застынет вечным янтарем, Пещера чтит его законы, Скрывая день его за днём.
И страх витает здесь поныне, В округе ни души. Почила древняя святыня, Долина спит в тиши.
И похоронены легенды, Сказаний древних письмена. Не выпить с ним бокал абсента, В пещерах темнота.
Драконий свет навек потухший И пламень яркий сгинул здесь. И охраняет день минувший Лишь ветер с грозовых небес.
Её убили в прошлом веке, И гнев дракон не усмирил, Испепелил своим набегом, Всех тех, кто деву умертвил.
Остановилось его сердце, А гнев здесь будет жить всегда, Пока в одном хоть человеке Жжёт кровожадная мечта.
Утихнут вековые бури, Когда здесь воцарится мир. Зальются облака лазурью, И стинет в пекле звон рапир.
Валькирия
На поле боя только дым, И сизый пепел на деревьях. Кто выжил, убежал седым. Пропал в лесных косматых дебрях.
На поле брани лишь она, Валькирия в доспехах. Гуляет среди тел одна, И песнь поёт лесному эху.
Прощайте, добрые бойцы, Пусть каждый смелый воин, Рубаки наши, храбрецы, Будь каждый упокоен.
Мой дар вам ныне предложу, Дорогу до Вальхаллы. До радуги вас провожу, Хоть этого и мало.
Покойтесь с миром, я для вас Покой приберегу навечно. Во веки, равно как сейчас, Отныне до предтечи.
Никогда не плачут чародейки
Никогда не плачут чародейки, Хоть ей Содден, хоть ведьмачья смерть. Они думают, находят сто лазеек, Они выстоят и смогут все успеть.
Пусть непролитым потоком высыхают, Пусть в гортани застывает звук. Толку нет, они не помогают, Заглушай безумный сердца стук.
Чародейка, скалясь, смотрит в небо, Заплетает молнии в косу. Эта власть сильней вина и хлеба, Грозовые тучи понесут.
Чародейка хмурится и злится, Пальцы тлеют и струит огонь. Как посмел ты мне не подчиниться? Значит в пекло будешь погружен.
Как посмели тронуть друга? Смерды, чернь, холопы, голытьба? Выпускает ненависть подруга, Всех сотрёт, до каждого гробы.
Жалко выглядит слеза у чародейки. После битвы, сгорбленная стать. Обнимает, и, вдыхать не смея, Плачет, что посмела опоздать...
Жалкая, поломанная кукла, Мокрых глаз фиалковый огонь, В гордом сердце догорают угли, Страшный путь героя - завершён...
Моя прекрасная Луна!
Моя прекрасная Луна! Ты нынче так первосвященна, И благородна, и полна Жемчужной пелериной тлена.
Мой восхитительный маяк, Моя звезда, моё светило, Каноэ, челн, в реке каяк, На млечный путь едва вступила.
Полна сегодня серебра, И тихих линий совершенства, Ты вне любви, добра и зла, Мой талисман исконно женский.
Твои серебряные нити, И ладан пахнущий тобой, И звезды и ними в этой свите Сегодня будут мне семьёй.
Рука об руку, мои сестры, Спасибо говорим тебе, За наши зимы, наши весны, И свет, что льешь в нашей судьбе.
Гематитами небо покрылось
Прорастаетв груди Самайн Через бренную чахлую плоть, И ты чувствуешь это сама, Это время темна, врямя тайн, Это в окна стучится зима.
Гематитами небо покрылось, Звезды светят холодным теплом. Что-то в нём исчерненное взмыло, Закипело чадящим котлом.
Твоя кровь загустеет и снова Почернеют янтарные очи. Ты не скажешь сегодня ни слова, Поглощенная временем ночи.
Ночь на Самайн
Ночь сегодня ледяная, Цвета охры свет свечей. Ты такая неземная, В череде других ночей...
Свет дрожит и пламя рвётся, Грань бледнеет вдалеке, Папа Легба там смеётся, В лодке в сумрачной реке.
Как сегодня стало ближе, Что за гранью навсегда. Кожу воск горячий лижет, Смотришь в пламя, шепчешь "да".
Это время - быть согласной, Эта ночь полна страстей, Время страха, и напрасно, Путаешься в тьме сетей.
Паутина растянулась, Мрак столетий пеленая. Ты мне ныне приглянулась, И коса твоя густая В темноте меня коснулась, Красотой своей пленяя.
Не пугайся, дочь болота, Дочь лесов и снежных вьюг! Не пугайся Азатота, Он не враг, хоть и не друг.
Ныне пламенем кленовым, Тыквенной хмельной водой, И питьем огня медовым Заклинаю я с тобой - Зимней буре быть недолго, Тьму заменит свет весной, А пока, совсем немного, Будь во тьме, побудь со мной.
Полынью горькой пахнешь, вечер
Полынью горькой пахнешь, вечер, И сладким мёдом на губах... Окуриваем, палим свечи, И ночь вся в травяных парах...
И ночь прозрачными вратами Открылась в облаках из тьмы, Сегодня все, что будет с нами - Немного сон, немного быль...
Стирается граница яви, И только руки протяни - Коснешься плоти древней нави, Почти её, не обмани.
Сегодня древние руины, И старые легенды здесь, Свежи, теплы, неуловимы, На пир присядут с нами есть.
Небожий дом
Не сойти бы сегодня с ума,
Причитает в келье монашка.
Ведь я телом и духом слаба,
Мрак ночной мне ползет под рубашку.
Тёмный холод окутает стан,
И зашепчут кругом песнопения,
Те, кто в картах за старший аркан,
Те, кто шлёт мне сегодня видения.
Тихо молится дочка христова,
Каплют слёзы на образ святой.
Повторяет всё снова и снова,
Сохрани и спаси путь земной.
Ты поверила, глупая дева,
В сказки древние этих земель.
И теперь не спасешься от гнева
И желаний того, кто сильней.
И в далёкой Ирландской юдоли,
Там где ветер да вереск живут,
Стон прокАтится жертвенной боли,
Где христовую службу несут.
Мы древнее, послушница, злее,
Монастырь твой стоит на костях,
Скоро мы да огонь завладеем,
Сим приютом на сирых полях.
Нас казнили за чуждую веру,
И друидов сжигали в кострах.
Воздадим нынче полную меру,
Тем кто спит ныне в наших домах.
На Самхейн ты погибнешь, чужая,
Весь ваш дом будет вашим гробОм.
Гордо славим богов, восставая,
Окружаем обитель кольцом.
Нет сегодня границ, все так зыбко,
Время рваться с цепей словно псы.
Вы не знали, что это ошибка,
Строить храм подле места Грозы.
В пекло, девка, напрасные слезы,
И молитва тебя не спасёт!
Хочешь, прыгай сегодня с утёса,
Хочешь, жди когда ночь позовёт!
Шаманка
Подожди моя шаманка, Не тирань струну! Сядь ко мне на оттоманку, В шкуру заверну.
Гордой нации царица, Повернись ко мне! Ты, клыкастая волчица, Вечно в стороне.
Одари меня хоть взглядом, Очи из огня! И побудь сегодня рядом Только для меня.
Не ходи сегодня в тундру, Там снега да стынь. Осветити собою юрту, Полной темноты.
Твои очи-изумруды, Да зубов оскал, Вижу, царственная, всюду, Сердце потерял.
Хватит, брось из кожи бубен, Не точи ножи, Взор суровый неприступен, Ну же, развяжи.
Хотя я, моя шаманка, За тобой готов - Как последняя приманка, Сгинуть средь врагов.
Ах прекрасная дикарка, Как ты хороша! Как вина хмельного чарка, Тёмная душа!
Ступай своей дорогой, проходящий
Я дирижирую музыкой духов, Не надо со мной разговаривать, друг, Послушай старушечьи сплетни и слухи, Покинь неочерченной области круг.
Все так, и огневые саламандры С ладоней поедают угольки. Читала предсказания Кассандры, И книги на латыни мне близки.
Да что латынь, санскрит, шумерский, Интуитивно понимает мозг. В семействе нашем дивнозерском И стар и млад сливает алый воск.
У нас так принято с истоков, И молодые учатся всему - И тайным предсказания пророков, И древнему и тайном письму.
У нас не любят новых и приезжих, И прогоняют от своих дворов. Ещё наткнутся на вчера воскресших, Или на пламя ведьминых костров.
Ступай своей дорогой, проходящий. Себе на горе не ходи на свет. Гляди, найдёшь исчадий настоящих И в мире твой исчезнет пыльный след.
Опасный питомец
У моей зверушки мокрый нос, У моей зверушки громкий голос, Он ещё совсем недавно рос, Золотой, как в чистом поле колос.
У моей зверушки нрав крутой, Но отходчивый, смешной и милый. Он наивен, как щенок ручной, Хоть с щенком и не сравнится силой.
У моей зверушки теплота, Он огни повсюду зажигает, В доме поселилась тишина, Маленький всех к черту прогоняет.
Звереныш чешуйчатый, плюнет, сожжет, И рыком смутит княжье войско. А вечером томный от неги дремот, Счастье особого свойства!
Венди устала, и больше не хочет летать
Венди устала, и больше не хочет летать. Ей скоро сорок,юности нет и в помине. Со вздохом уляжется ночью в кровать С кошкой дремать в тиши на пуховой перине.
Венди не снятся шёлка и богатая жизнь, Ей бы по джунглям гонять взапуски. Только б успеть закричать-эй, держись, И просыпается, память сжимает в тиски.
У Венди заботы, да жизнь через край, Бегает в хлопотАх, и за годом год. Скоро вот дочку замуж ты выдавай, Только молчит да щурится её кот.
Только присядет, и снова дела, дела... А ночью покой да тишь,и просторы снов. Вечно лампада горит на краю стола, Разум покинуть тело всегда готов.
Венди, взмахнув руками, взлетает вверх И на карниз ступает босой ногой... И остаётся у дома весёлый смех, Той, что всегда была не самой собой...
О неком Камышовом Коте и доброй ведьме
В камышах живут коты С рыжими носами, Шерстью дивной густоты, Серыми глазами.
В наших камышах жил кот, Дикий, но красавец! По утрам чесал живот, Мышек ел заздравиц.
Хмурый глаз, суровый нрав, Милый нос морковкой, Статью котьей величав, Редкою сноровкой.
Обходил наш дом котец, Знаю, не боялся. Хоть и редкостный храбрец, Вдруг бы привязался?
Вдруг тянулся бы к рукам? Прыгал на постели? Вдруг прижился бы он там, Годы пролетели...
Приходи на мой порог, Тут твоя кроватка, Молочко здесь и творог, Будет тебе сладко.
Буду целовать твой нос, И животик славный, Чтобы ты у нас подрос, Над мышами главный)
Будем вместе зимовать И встречать рассветы, Друг о друге узнавать И зимой и летом.
Приходи ко мне домой, Курдючок косматый! Будет ласка и покой, Мы и мир хвостатый.
Лети, Элиза! по Андерсену
Ну вот и ты, моя свирель, Вдогон за белой стаей, Спешишь покинуть нас скорей, На солнце улетая.
Постой, Элиза, только миг, Позволь смотреть безмолвно! Ты улетишь за много лиг, Я знаю, безусловно.
Немая ты моя судьба, И преданная дважды, По сердцу мне твоя борьба, Любовь твоя отважна.
Крапивы лист в твоих руках, Последняя рубаха! И разлетелось вмиг и прах Проклятие на плаху.
Хоть доказала, что честна, Но все же улетаешь... Туда где царствует весна, От злобы ты оттаешь.
Прощай, Элиза, и прости, Что твой король тупица! Я посмотрю, а ты лети На белых-белых птицах.
Царица Рианнон
Стоит в горах из камня трон, Как только сложен был? Как твоё имя? Рианнон. И след мой там простыл.
Там далеко, где синий лед И облака белы как снег, В реке течёт тягучий мед, Меня там больше нет.
За статью зелени лесов Живёт табун коней. Не ждёт конюшня и засов, Кругом простор полей.
За водопадами и мглой Туманный остров и дожди, В секрете прячут имя той, Чьё время позади.
И алой осенью листвы Рябин окрасит звон... Мы не совсем ещё мертвы, Царица Рианнон...
Легенда Братиславы о башне монастыря св. Клариссы
Монастырь святой Клариссы Непривычно оживлен - Нынче в келью аббатиссы Прискакал один пижон.
Видный рыцарь Братиславе, Микулаш его зовут, Кавалер военной славы, При дворе красавца чтут.
В поисках руки Маргеты, Из Солошницы прибышей, Он в подарок самоцветы Приподнес в шкатулке пышной.
Настоятельнице злато, Блага мира обещает, Ему мелочь эти траты, Он о милости мечтает.
Ты отдай, всемила пани, Замуж за меня девицу! Хоть и смел на поле брани, Здесь я робок словно птица...
Вижу рыцарь, ты достоин, Монастырь наш обустроить. Помоги, и будь спокоен- Этого Маргета стоит.
И взлетела вскоре башня, Хороша ну как картинка, Сверху видно села, пашни, Хороша! Но вот заминка...
Прискакав к своей любимой, Бедный рыцарь обнаружил - Только взор неумолимый Да у стражи местной ружья.
Да, Маргета, уезжает, Постриг приняла сегодня, Сердце богу посвящает, В благодарности бессчетной.
И спасибо добрый рыцарь, Башня вышла загляденье. И уже скиталец мчится, За Маргетой без стесненья.
Но увы, куда же ехать, Не сказали Микулашу... Плача горестного эху Вторит лес, любовь на плаху...
Сгинул в битвых храбрый воин, Пани в келье схоронили... Каждый ныне упокоен, А легенды вечно жили...
Монастырь святой Клариссы Славен башней расчудесной, Об обмане прошлом, низком Плачет башня бессловестно...
Рождённая в ночь Белтейна
Ты станешь волшебной феей,
Рождённая в ночь Белтейна.
Дожди призывать сумеешь,
И призраков в ночь Самхейна.
Ты будешь свободна как ветер,
Седлая метлу и взлетая.
Единственная на свете,
Чудесная песня рая.
Симфония вешней зорьки,
В росе отражаясь рассветной,
Себе подчиняясь только
С улыбкой едва заметной.
Ты станешь лишь той, кем хочешь
Себя увидать в отражении.
Стальные когти заточишь,
В смертельным танцуя движении.
Взлетай, розоперстая фэйри,
Храни свою вотчину вечно.
Где птицы резвятся и звери,
И жизнь так светла и беспечна.
Ты станешь лишь тем, кем хочешь,
Богов и богини творение,
Благословленная ночью,
По небу и солнца велению.
С нежностью к милой животинке
Я б хотела ежиный садочек, И запруду свою во дворе, Чтобы выдра пришла вечерочком И с усатым семейством ко мне!
Я б хотела енотскую будку, Пусть живёт там шкодливый бандит! Завела бы гусыню и утку, Шлепать лапками камня гранит.
Пусть живёт у меня животина, Что другим оказалась чужой, Чтоб любить по одной их причине- Пусть живое мне будет родней.
Я себе завела бы собаку, Со слюнями до пола Дружка) Пусть бросается в каждую драку, За хозяйку, что стала близка.
Пусть бы жил у меня кот Тимошка, С человечьим и добрым лицом, Пусть мурлычет весне на дорожку, Как он любит мамашу с отцом)
Завести бы себе и лисенка, С мокрым носом и доброй душой. Чтобы он своей лапкою тонкой Гладил душу, что стала родной.
Пожалеть бы весь мир ненаглядный, Тех кто болен, обижен и бос. Чтобы жизнь их вдруг стала отрадной, Чтобы каждый в сытости рос.
Я хотела однажды проснуться В мире нежных и добрых людей! Никогда не смогла ужаснуться, И подумать "какой же злодей".
Будем к миру добрее, люди! Не бросайте живое в беде! Даже если они шалопуты, Нет природы и жизни родней...
Вишнёвый дворик по соседству
Вишнёвый дворик по соседству,
Свет солнца розовее щёк...
Давно забытое наследство,
Ты где-то в памяти сберег...
Ты сохранил все вкусы детства.
Теперь не то, и всё не там.
Вишнёвый дворик это средство,
Вернуться снова к тем годам.
Где босоногие прогулки,
На дереве тарзанка где,
Между участков переулки,
В берёз зелёных череде.
И тьмы годОв усадьба старая,
С языческих живя времен,
Перуна чтя с тревожной Марою,
Наш дом никем не покорен.
Теперь здесь только эти вишни,
И некому почтить богов.
Прощаюсь с ними, третий лишний,
Потерян в недрах городов.
Вишнёвый домик у дороги,
Покрытый пылью у порога,
Не привечать тебе немногих,
Кого вела сюда дорога...
Сказка о Русалочке, переложенная в стихи
Тёплое солнце на мокрых ладонях, Синее море и ласковый бриз… И время наполнено тихой гармонией, Готово исполнить твой каждый каприз.
Принцесса-малютка не знает отказов, Для счастья её был построен дворец. Есть там диадемы из ясных алмазов, Есть фокусник, шут, и даже певец.
Отец насмотреться на кроху не может, Любуется ею, не чает души. Хоть что-то его непонятное гложет, И боль от потери не смог заглушить.
Принцессина мать уж давно как скончалась, Но новой жены королю не иметь - Его королева на сердце осталась, И вечно любовь будет песней звенеть.
Малютка от матери пламенный голос Взяла по наследству и праву родства. И рыже-янтарный, солнечный волос, Считала в их царстве людская молва.
Кроха взрослеет, и всё интереснее, Мир , что лежит за порогом родным. Шныряет повсюду с друзьями и песнями, С задором и нравом своим молодым.
Поверхность так близко, и вот бы коснуться… Сегодня принцессе пришёл её срок! И сердце мечтает скорее проснуться , Волнуется, нервы свернулись в клубок.
На хвост больше устриц,и ввысь устремилась, От крова родного навстречу судьбе. Туда, где над вОлнами буря резвилась, И хрупкое судно с мольбою к волшбе…
И странное чувство пронзило русалку, Как будто там гибнет частичка её… И был её шанс ничтожным и малым, Рванулась на помощь ловкой змеёй.
И вот уж на суше спасённый красавец, И хоть без сознания – дышит! Он жив! Погладила дева волос его глянец, Сдержать не смогла лёгкой ласки порыв.
И вот уже шум, и его забирают Двуногие слуги, челядь дворца. Русалка за камнем лишь слёзы роняет, О здравии молодца просит творца.
Покой покидает, и наша принцесса К колдунье отправилась ночью глухой. А та над малюткой жестокую мессу, Свершает и хвост заменяет ногой.
И только лишь голос, волшебная флейта, Он отдан в оплату жестокой судьбе… Но ноги русалки всё же при ней, и Готова она к жестокой борьбе.
Немую красавицу принц привечает, И хоть каждый шаг режет нежную плоть, Она эту боль с улыбкой встречает! Готовая каждый укол побороть.
Немой ты мой друг, прикасается слово, Любимые руки гладят чело, Прискорбную я сообщу тебе новость… И новостью сердце русалки сожгло…
Он женится, ты лишь бездушною пеной Останешься в волнах холодных морей. Русалочья жизнь монетой разменной Катится в пропасть быстрей и быстрей.
Утро, туман, и свершилось венчание, Прости за любовь, на корму восходя, Скоро закончатся боль и страдания! Прощается с миром и радостью дня.
Но почему я парю, я не пена? Кто существа эти рядом летят? Добрая девочка, благословенна! Отныне навек наши души парят!
Пусть будет любовь твоя им утешением, Ты будешь их кров охранять в небесах, Пусть будет семья их всегда с уважением Думать о той, что пропала впотьмах.
Ночью мой Белтейн проснётся
Ночью мой Белтейн проснётся, Светом северного солнца В душу ляжет, изогнется Зазвенит мне в колокольца, И весна вокруг прольётся, Яркой зеленью взорвётся!
Этой ночью что-то будет, Убывает тьма глухая, И луна за ней убудет, Холод зимний поглощая.
Этой ночью тёплой свечкой Посвети везде, где мрачно. Пусть огонь сияет вечный, Льёт тепло и свет прозрачный.
Обещай себе Белтейном, Начинать с улыбкой утро... Взором нежным и рассеянным Гладь рассветов перламутр...
Этим утром начинается Что-то новое, и дивное. Посыпайся, ночь-красавица, Песню пой, весны призывную...
Сказка о маленьком Мышонке
Жил себе на свете маленький мышонок, С мамой и сестрёнкой в маленькой норе. Там уютно было, двери из картонок, Сыто им жилось в домишке на горе.
Но однажды мама не вернулась в норку, В мышеловке сгинула, и сестрёнка с ней Нет у мылыша никакой опоры, Ни души любимой, с кем ему теплей.
Плачет горемыка, никому не нужен, Слезы тихо льются, хлюпает носок.. Болью и печалью маленький простужен, Холоден и пуст в норушке котелок.
Почему ты плачешь? Слышит горемычный На крылах лазурных феечка летит. Странная на вид и голос необычный, Рассказал мышонок, горечь всех обид.
Обняла пушистого и к себе прижала, Мне не стать ни мамой, ни сестрой твоей. Но к себе на дерево феечка забрала, И своим признали в феечьей семье.
И целует в носик нашего мышонка, Балует и любит, песенки поёт, Чай из листьев мяты по утрам спросонок, И цветочки лотоса на порог кладёт.
Хоть не стала мамой, но любила крепко Кроху из далёкой под горой норы. Справила штанишки, миленькую кепку, И водила с феями на свои пиры.
Может не родная, но с большой любовью, Сердцем своим, нежным, ласковой рукой. Бережёт мышиное хрупкое здоровье, Стала незнакомка матерью родной.
Богини обитают по соседству
Богини обитают по соседству, И сахар в чай две ложечки кладут. У них дожди и грозы по наследству Потомки навсегда себе берут.
Одна богиня у меня в подьезде Растит герань и розовый пион. Деметра, не бери при переезде, Всему подъезду полюбился он)
Геката днем полярным отдыхает, Вчера на сопке видела её. С собачка и трехглавыми гуляет, И песни мрачноватые поёт.
Эпона проживает подалече, К ней надо ехать к черту на рога))) Но с лошадьми её все в жизни легче, И каждая поездка дорога.
Недавно встретила у дома Персефону, Подвалом ведает и нашим и чужим. Выводит крыс, везде нагонит шмону, И подземелье сделает жилым.
Слегка устала нынче Афродита, К ней запись аж за целый год! И все клиентки нитями прошиты, Лицо в порядке, брыли и живот.
Спокойная, улыбчивая Геба, В наушниках и правит на борту. Долой автопилоты, только небо, Богиня пронизает высоту.
Гестия немного полновата, Но ей идут и щёчки и бока, Она вся нежная, как сахарная вата, И кожа белая, как пенка молока.
Богини тут и там, лишь посмотрите, И каждая своим владеет даром. В себе ещё богиню отыщите - И это будет праздничный подарок!
Белоснежка
Белла, Белла, Белоснежка,
Гномов нет в лесу.
Погрузились на тележки,
Копи их снесут.
Вот и едут горемыки
Далеко в закат.
Повинуются владыке,
Но никто не рад.
И пойдёт тихонько,
В глубину лесов.
Где-то встретит олененка,
Где-то стаю сов.
А найдёт пещеру,
Скроется внутри.
Помолиться, и на веру
Просто мир прими.
Глубока же эта норка,
Кто же здесь живёт?
Эй, мала я, и не вор,
Участь меня шлёт.
Слышит баритон могучий,
Пламя и оскал,
Видно, я теперь везучий,
Голос ей сказал.
Чудо чудное в пещере
Жило сотни лет,
Интравертом по манере
Был менталитет.
Чудище и приютило,
Беглую принцессу,
И живут они премило
В тишине у леса.
Белла, Белла, Белоснежка,
Не жалеешь ли о том,
Что с драконом-сладкоежкой
Жизнь твоя и дом?
Леший с вами, менестрели,
К черту этот трон!
Мы с драконом все успеем,
В мире сём лесном!
Я царица нынче этого костра,
Королева, я, и мама и сестра.
Отросла безбожно девичья коса,
Умывает утром свежая роса.
И трава мне ложе,
И цветов венок,
Выглядит не плоше,
Чем царский ободок!
И друзья мне птицы,
Звери мне родня,
Пусть забудет мир
Навеки про меня.
Йо-хо-и бутылка рома
Йо-хо-и бутылка рома,
Сто чертей доведут до дома,
Полчища тьмы уложат в постель,
Трюмы полны кошмарных гостей.
Тебе ли бояться, лучника дочь?
Утренний бой или тёмную ночь?
Тебе ли, бежавшей из отчих владений,
Бояться нечИстых на дух привидений?
Тебе ли, сломавшей все в доме кнуты,
Тебе, чей характер и нрав так круты?
Не ты ли хозяину нос поломав,
В лодке рыбацкой сбежала на сплав?
Нет, это не я, чёртов проклятый мир,
Не ты и никто меня не покорил,
Мне рома бутылка единая страсть,
И не признаю никакую я власть.
Эгей, йо-хо-хо, гой ты вольная жизнь!
Меня не продать никогда, не купить!
А коли возьмёт меня в плен воронье-
В крови и золе заберу я своё!
Близок Лугнасад
Звезды в небе, плат ночной,
Забери меня с собой.
Забери меня туда,
Где Луна и темнота.
Забери туда где тишь,
Где вода, шумит камыш.
Забери к огню тепло,
Где от пламени светло.
Забери в стихию Духа,
Где я дочь и мать-старуха.
Слейся свет и мрак со мною,
С полуночной тишиною...
Водица, чистая Водица
Водица, чистая Водица,
Огня и Воздуха сестрица,
Земли и Духа проводница,
Коснись меня своей частицей...
Водица, вешняя родная,
Покой нашла в тебе, я знаю.
Как кровь земли моей исконно,
Бываешь бурной, короткой сонной.
Водица, хаос твой прекрасен -
Ты - радуга и свет твой красен.
Прими и окати, до нитки,
И смой всю боль, года и пытки.
Омой, сестрица, эту землю,
И пробуди, что ныне дремлет,
Всю гниль да кровь смывай, водица,
Души моей краса-сестрица.
Навек покидая родимый порог
Принцесса шагает по каменным залам, И стук каблучков отражает гранит, Цветы в волосах и вино по бокалам, Брызги стекла в недрах каменных плит.
Принцесса ночами сбегает из дома, Под полной луной заплетает косу, С чУдами местными крепко знакома, Как дома она в этом тёмном лесу.
Принцесса на озеро бегает часто, Ныряет на дно как жемчужин ловец, Смеётся, играет с русалкой гривастой, Не нужен ей принц, приглянулся кузнец.
Сплетает венки из цветов и кувшинок, И милому дарит, лукаво смеясь, Губами, глазами, лучами морщинок, Придворных и папеньки не побоясь.
Принцесса шагает по каменным залам, Навек покидая родимый порог. Пройдёт незаметно по тайным подвалам, Туда, куда мир её сердце увлёк.
И вновь уйдёт за горизонт
Родилась суровой, северной зимой. Холодом и снегом, ледяной порошей. Стужей вековечной, вьюгой ледяной Подарил ей север белоснежность кожи.
Сочиняет песни, пьёт в трактирах мёд, Согревает сердце лютней да стихами. Часто уезжает- искоркой мелькнёт, И, танцуя, сгинет, где-то за горами.
Огненные змеи да зелёный яд, Ящеры и дивы, великанов мощь, Где-то сотворённый таинства обряд- Всё в воображении в сказки соберёшь…
Росы луговые да цветы полей, Искры из кострища, запах от болот, Обнимают сказки, делают смелей, Увлекают в бездну красочных высот…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге