Швондер кот, собака Тузик...
Глава первая. Предисловие.
Предисловие автора...
Иллюстрированная обложка книги - работа художника F. X. D.
Иллюстрированная обложка книги - работа художника F. X. D.
Пытаюсь сейчас, перефразируя стихотворение Блока рассказать:
- О конкурсах, о подвигах, о славе...
... Всё началось с того, что начинался Великий и Странный Карантин по Коронавирусу...
Из дома высунуться было страшно. Вредный вирус по пространствам России гулял. Всех призывали уберегаться.
Поэтому сидели дома. И свободного времени находилось тьма - тьмущая...
В это время младший ребёнок решил научиться рисовать. Для начала он выбрал своим профилем - рисовать иллюстрации.
И мне велел подбирать подходящие рассказы, чтобы стали они подходящей иллюстрацией к будущим произведениям - рисункам моего ребёнка.
Я вздохнула, ЦУ(ценные указания) поняла и приняла. И не рискнула соваться на просторы интернет. Я просто не знала, как обстоят там дела с авторскими правами писателей.
Возьмёшь чужого писателя, проиллюстрируешь его, а потом будешь разбираться судебно и долго с нарушениями авторского права писателя...
Сказала:
- А давай, мы будем иллюстрировать мои рассказики и заметки - зная про себя, что я со своим ребёнком за авторские права сражаться не буду. И, если смогу, то всем, чем можно, помогу.
Итак, меня привели за руку на детский сайт и повелели там выставляться.
Вскоре объявили конкурс Сочинений Авторов.
Конкурс нельзя было пропустить. За конкурс насчитывались баллы или платили монетки сайта. Монетки сайта не стоили ничего. Они были реальными только лишь для каждого отдельного сайта.
Но так много маленьких и молодых авторов хотели продвинуться и заработать свою популярность, что конкурсы оживляли всё детское литературное сообщество.
Только была такая беда. Конкурс был назначен поэтическим.
Я никогда, ни разу, ни грамма, не поэт...
Но конкурс был объявлен, он начинался. И по условиям его, надо было один раз в день выдавать "на гора" литературный труд разных поэтических жанров...
Как старая цирковая лошадка, прищёлкнутая длинным хлыстом, страшно боялась, но переступала копытами и двигалась в ритме конкурса:
Одна поэзия каждый один день:
Лимерики. Гекзаметр. Сонеты. Басня. Поэма...
Глава вторая. Лимерики.
Швондер кот, собака Тузик.
Лимерики.
***
Палку в рот потащил
Тузик, мирный наш пёс.
А соседи следили из окон.
С их заявки пришёл боевой эскадрон.
Палкой Тузика спас: По хвосту и по &опе!
***
Мне понятен теперь
Механизм всех потерь
Почему баба грудью вставала...
Для защиты детей и животных - друзей.
И всегда по башке (ушам?) получала!
***
- Сторони́ся! Ата́с!
Пес страдает у вас!
Два дельца с эскадрона кричали.
И хотели они с палки псину стрельну́ть!
Только грудь их моя не пускала!
Глава третья. Спасибо! Верлибр.
Часть вторая. Спасибо!
И кому ж мне сказать, что оне́ молодцы?
Может, кошечке серой, что тем летом выжила?
Может, доченьке старшей, что нам принесла, в позапрошлом году, кошку тощую, серую, плоскую?
Раскатали её, положили на стол.
Ко́тя му́ркнуть пыталась, сил не было...
Я лечила, кормила, учила коша́чку ходить.
Ах, спасибо, соседки - кормилицы!
В том кошачьем кафе, что недавно открылось у вас, корм шуршит весь сухой, ко́рмы льются рекой.
Лопать кошки приходят - кварта́лами.
А потом исчезают - одна за другой...
То котятки исчезнут, то взрослые кошечки!
От кормёжки лихой кошку раз я нашла с пенной мордой, с улыбкой предсмертною...
Девять жизней у кошки?! Спасибо!
Я тоже ждала...
Но наутро у Мурки не кончилось трупное окоченение.
Ящик мусорный принял.
И я приняла. Что нельзя мне поверить соседям и людям.
Если кошки здесь гибнут, пропадают они, кошки бедные, кошки бездомные, кошки - страдалицы...
Глава четвёртая. Большая железная дверь или "Надругал" (Мадригал).
"Большая железная дверь" или "Надруга́л" (Мадригал).
"Маленькая железная дверь в стене", название романа В. Катаева. Вместо эпиграфа...
Ох, ты, достойнейшее создание! Уж сколько раз покрасила тебя!
От всех недобрых (ненужных?) взглядов защищала.
Вдруг пала, по спине меня хлестня́!
Слетела с петель, она упала!
Она свалилась, взметнув смерче́й!
Меня разрушила, мне по спине попала.
Достойнейшая, спину пожалей!
И эМЧеэСы, из "Скорой Помощи" топтались за́ дверью, им не войти.
Кричали грозно: "Дверь сама оттаскивай"!
А я лежала в снеговой пыли...
Слетели петли, ослабли узы,
Поднять старалась. И вновь упала. Упали вместе, дверь и я...
Дочь злой Обузы!
А было время, и дверь стояла
И вход и выход собой скрывала,
Ты всех спасала! Да, кто же это?
А это наша большая дверь!
Всю нежность наших с ней отношений, благословеннейший, достойный Мадригал!
И кто же был он, тот презренный, кто взял, всё - всё порушил, надруга́л!
Кто ж стал виновником, всех травм, ушибов и падений, не влезший в чёткий размер стиха?
Скажу секретно лишь тебе, о мой читатель!
А то УК, как управляющая всем жильём компания, ни раз и никогда замечена в ремонтах двери не была!
Глава пятая. Гекзаметр. Сбриты тюльпаны голландские...
Часть четвертая.
Сбриты тюльпаны голландские (гекзаметр).
Гнев, о Богиня, воспой, Ахиллеса, Пелеева сына.
Илиада. Песнь первая. Гомер в переводе Гнедича. Вместо эпиграфа...
Сбриты тюльпаны голландские
Бритты, вы слышали ль это?
Куплены лу́квицы разных сортов, каждого сорта по пачке нарядной,
Кельты, понятна ль вам радость моя после этого?
А распродажа по "Триумфу", "Лучшим друзьям" и "Веселой семейке"...
Римляне, Вашей империи земли там ранее были законные!
Юная я, ухватила по пачке всех полновесных тюльпанов, их лу́квиц блестя́щеньких!
Юты, от Вашего влажного климата там наливались тюльпанные лу́квицы, помните это?
Да́ны мной осенью были подкормки и в землю опущены лу́квицы.
Да́ны древнейших племен, молилась я Вашим богам плодородия, по весне ожидая ростков и начала цветения.
Ровно несли они, ранней весною, тюльпаны, головки свои, что венчались бутонами разного сорта: С бахромой, попугайностью, лёгкой мохря́востью.
Романо - бритты, я так ожидала цветения, первых приветов с земли Вашей, влажной, богатой, цветами обильною.
Новой своею косилкою сбрили оне́, соседи мое́, все те тюльпаны, что я посадила в газоне том, сбрили цветы вместе с листьями, стеблями, всеми бутонами!
Но́рмане, саксы и фризы, голландцы, и как мне теперь, на соседей безумных своих, гнев мой и ужас пролить, как пожаловаться?...
Глава шестая. Басня. О пользе и вреде прополки!
Часть пятая. Басня. О пользе и вреде прополки!
Но если дашь волю баобабам - беды не миновать!
"Маленький принц". Антуан де Сент - Экзюпери. Вместо эпиграфа...
Надо, сограждане, надо!
Нам прополоть баобабы!
От наказания лихого?...
Я Вам не бабка Крылова!
Милый росточек - клено́чек
Выпрыгнул сам на грядо́чек?
Надо тогда не лениться,
Выдрать его, торопиться!
Выросло древо большое,
Все мы не знали покоя!
Ветви на улицу пали,
Прохожим в башку настучали!
Миленький, скромный клено́чек,
Вылез опять на грядо́чек?
А через пару сезонов вымахнет клён над забором,
А через тройку годи́н, будет там (тот?) клён не один!
Надо, ребятушки, надо!
Нам ополо́ть баобабы!
Не допускать повторенья,
Мелких проростков явленья!
Но поленились соседи.
Пьянка им о́чи затмила.
Выросло рядом чудо́вище,
В небо сучки запустило...
Рухнуло древо большое,
Кварта́л наш узнал непоко́я...
Ветви на улицу па́ли,
Пилы работать устали.
Прадедушка Крылов сказал бы всё точнее
Он рифмы подобрал бы сочнее и нужнее.
- Полоть их беспощадно, выдёргивать руками, - сказал бы баснописец, шлафрок (халат?), свой отряхая,
- Без раскаянья надо, без сожаленья мучиться!
Тогда на Вашей грядке ава́рии не слу́чится!
Продолжил величаво, кофейчик попивая,
- Придёт к Вам эМЧеэС - ка, компания такая!
Но только на аварию, но только на затраты,
Падёт и столб лектри́ческий под их пилой, робя́ты!
А смысл сей басни, думаю, не в том, что эМЧеэС - ка, приедет, не доедет или не соберётся.
А вот, УК, сограждане, точня́к, не доберётся!
И только деньги Ваши, с охоткой соберёт!
И в офисе уютненьком кофейчику попьёт!
Потратит Ваши денежки на нужные дела!
Сменить же обстановочку пора уж подошла!
А в утешенье гражданам
Бездействием униженным
Компанья управленцев
Им песенку споёт:
- А нам всё равно, а нам всё равно!
Мы - главные тут, остальные - &овно!
Глава седьмая. Мой опрокинутый сонет.
Часть шестая. Мой опрокинутый сонет.
Опрокинутый сонет - это вариация обычного сонета, в которой терцеты( трёхстишие) не следуют за катренами(четырёхстишиями), а предшествуют им. То есть, этот сонет начинается с двух терцетов, а заканчивается двумя катренами.
(Объяснение взято из Гугла. Как писать правильно. А уж, что вышло, то и вышло...)
Вместо эпиграфа...
Вариант первый.
Un soneto me Manda haser Violante...
Сонет для Виоланты посылает меня...
Лопе де Вега. Первая строчка из сонета, написанного моментально и по заказу. Вместо эпиграфа...
Рядом с нами поселился замечательный сосед,
Дом построил трёхэтажный,
Заслонил нам белый свет.
Трёхэтажные соседи там менялись сотню раз,
Нас засунули в бара́чек (курятник?).
- Жрите или подыхайте, - дала МЭРия наказ.
Нам соседи "за знакомство", Принесли кулёк конфет.
И всю зиму с крыши падал,
Лёд холодный, глыбой снег...
Сколько ж древних кинескопов
Я с фундамента сняла.
Их соседи побросали.
Свалку я разобрала.
Вариант второй
Que en mi Vida me he visto en tanto aprieto...
Что в моей жизни он меня так понуждает...
Лопе де Вега. Вторая строчка из сонета, написанного поэтом моментально и по заказу. Вместо эпиграфа...
Рядом с нами поселился замечательный сосед,
Дом построил так вплотную,
Что затмил весь белый свет.
Эти "близкие" соседи поменялись сотню раз.
Наш бара́чек ( курятник?) покосился.
- Сторожите! - Был нака́з.
И соседи для знакомства
Принесли кулёк конфет.
А потом свалили с крыши
Весь свой ржавый вторчермет! (Металлолом чёрного металла. Примечание автора.)
Сколько ж надо мне терпенья
И какой найти домкрат (Гидравлический пресс для подъёма и переноски тяжестей. Примечание автора),
Чтобы дом и всех соседей
Взять и откатить назад!...
После Сего: И всего лишь, навсего в их собственный, законный, соседский двор...
Глава восьмая. Очень вредные советы о пользе и многих вре́дах, даже санкционированных одиночных пикетов.
Часть седьмая. Очень вредные советы о пользе и многих вре́дах даже санкционированного одиночного пикета!...
... Информирую Вас, что при проведении согласованного администрацией города - Овска публичного мероприятия, организатор обязан соблюдать требования и ограничения, установленные Федеральным законом от 19.06.2004 номер 54 - ФЗ " О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", в частности, не скрывать своё лицо, в том числе не использовать маски, средства маскировки и иные предметы, затрудняющие установление личности.
Направлено в порядке информирования.
Исполняющий обязанности начальника муниципальной безопасности администрации города. - Овска
Имярек, расшифровка фамилии, роспись.
Из оригинального документа. Вместо эпиграфа...
***
Ты идёшь на пикет? Маску быстренько скинь!
И скорее, засунь её в &адницу!
СПИД - у нас есть! А - Корона? Уж - нет!...
Против? Ты - террористка, Проказница!
***
Лягайте масочников, плюйте на них смело!
Кто маску нынче носит, он - Демон! Или - террорист!
У общества мораль сегодня оскуднела (оскудела?)...
Запреты отменяются, уходят сверху - вниз!...
***
Чихайте друг на друга! Особо, если с гри́ппами!
И в воздух сыпьте вирусы, гужа́ми и возо́м!
Не вспоминайте времечко, о том, как по квартирочкам, сидели, как по тюрьмочкам.
Психоз то был, всеобщенький, разъяснено́ о том?...
***
Нару́шники! Нару́чники! Скорей, внести сюда!
И в "Воронок" усаживают! Новая беда!
Железненькие креслица, решётки заперты́!
От штрафа у полиции, сумеют ли спасти?...
***
Прокуратура! Ты опять исчезла!
Когда так нужен твой спасительный ответ!
В проблемы моего пике́та ты не влезла!
Итогом оказа́лася загрузка в "Воронке́"!
Зачем же год ходил ты, бия́ся о воро́ты,
Красивый наш, законный наш, районный прокурор!
Установи годичный, надзор нам прокуро́рскинький, пусть будет он без санкции, их принесёшь (донесёшь?) в конце́!
А то от просьб и жалоб, устала быть задержанной,
Пыталась обнародовать все бе́душки свои,
Я с этих задержаниев, так сильно похуде́ла!
Уж лучше поднадзо́рной быть!
О, Прокурор, приди́!
Глава девятая. Три хокку в стиле "Русреал"...
Часть восьмая. Три хокку в стиле "Русреал"...
Всегда, всегда читать любила хокку (ха́йку?)
Природа, Иссе, Басё, Ниньга - тё,
Мечтала подражать, описывать природу: мечты и грёзы, розы и шипы...
Но в конкурс получились "Новохокку"!
Как говорил один читатель мой ( и комментатор...)
Всё управляемо и железобетонно.
Обнакновенный, ежедневный "Русреал"...
Посвящение, с благодарностью, устроителям конкурса. Вместо общего эпиграфа для всей страницы...
***
Некому больше стало...
Начальная строчка хайку японской поэтессы Тиё - ни. Называлось всё хокку " На смерть рано умершего сына"... Вместо первого эпиграфа...
Некогда больше стало
Прокурору ходить, нас обследовать,
И как холодно в доме!
***
... И каждый малый кустик!
Вторая строчка хайку Кобаяси Исса.
Вместо второго эпиграфа...
Взошла луна.
И задрожали стены. От воплей пьяных моих соседей!
И переборки в доме затряслись.
(На всю ночь!)
***
Росы не пролив, ветку цветущую хаги, тихонько сорву...
Две первые строчки из танку Хайгё "Цикады в лунную ночь". Вместо эпиграфа...
Стекла дрожали! Опять?
Ребенок рыдал! Зачем?
Продолженье попойки, &лять!
Скажите, мой дом еще цел?
(Скажите, мой разум цел?...)
***
Нет в небе луны...
Первая строка танку Сайгё. "Ожидаю в одиночестве ночь полнолуния". Вместо эпиграфа...
Ты приди, отыщи?
Ключ из этого ада!
Прокурорище, где же все клятвы твои!
Обещанья забыл!
Нам покоя лишь надо!... Тишины...
***
За колосок ячменя я схватился, ища опоры...
Первая строчка хайку Басё "О разлуке". Вместо эпиграфа...
Пойду же искать
Где матпомощь найти мне.
Чтоб стены укрыть
(Звукоизолирующими ма́тами...)
Глава десятая. Былина о жабиньке буренькой...
Часть девятая. Былина о жабиньке буренькой.
Из того ли, то из города, из Мурома,
Из того села, да Карачарова…
Илья Муромец и Соловей Разбойник. Русская народная былина. Вместо эпиграфа…
Ой, вы гой еси, все, кто слушает, все кто слушает, удивляется!
Я хочу рассказать вам о жабиньке, не простой о жабоньке, о героической!
Как полезла в подпол я, да, там и жабу нашла.
Сыро, сыро у нас во подполе! Там и каплет вода, там и трубы текут, там и кран подтекает, подпо́льно - внутренний!
И стоял там таз большой, чтоб вода мимо не текла, каждый день я ту воду выливала, выплёскивала. Раз мышат из воды за хвосты подняла. Мышки дохлые были - все утопленницы.
А уж сколько жучья́ на протечках набралось! Лето жаркое было, жуки лезли, водою отпивалися!
Я мышат подняла, я жуков разогнала́, тазик тоже подняла, воду вылила. Всю воду вылила, без сожаления...
А потом решила жабоньку поднять, похоронить. Героическая, ведь она, жаба, была. Лезла, лезла, она во закрытый во подвал, от лучей жарких солнечных спасалася.
Только людям хорошо солнца красного свет. Жабы сохнут от него, погибают они.
Лезла в подпол та жаба, искала воды, чтобы кожу омочить, чтоб живою быть.
Только знать она не знала, что крутой он, мой подвал. И упала на пол жаба, жаба буренькая, брюшко желтенькое. И лежала моя жаба посередь полов, что настилывались мною для вареньицев.
Значит, надо и спасать было жабу только мне. Жабу буренькую, героическую, ради поиска прохлады, убитую... Да, убитую безвременно высотою подвала, да по́дпола...
Ох, подкрадывалась я, да с бумажечкой в руке! Ох, хватала я ту жабу поперек желтого пузика. И несла я шу́стро жабу, ой, как шустро я несла, несла к лестнице крутой.
К той лестнице из подвала, хлипенькой, да крутенькой.
От тепла моей руки стала жаба оживать. Стала жабонька дрягаться всеми ноженьками. Ох, орала ж я!
Ох, визжала же я! Жабу бросить не могла. И сама, боясь упасть, так по лестнице и поднималася...
Так и лезла и визжала пулемётными очередями, только знала повторяла: иИ!, да, иИ!...
И домашние мои все сбежалися.
И как тогда я не упала, и сама я не пойму! Как сумела отвратительность живой жабиньки в руке выдержать.
Только вынесла я жабу во зеленый во сад. Положила осторожно на желтенькое пузико.
А потом пошла успокаивать домашних своих, что живая осталась.Рассказать пошла им, домашним своим, что мне вред не причинён, лишь от выноса в руке жабы буренькой живой, героической, я сама могла бы в подпол свалитися…
А тем временем соседи, мне устроили шаба́ш. И газон свой остригая, и штакетник свой отлаживая, как изгородь, они, соседи крутые мои, спилили у меня на газоне моем, ох, калину Бульденеж декоративную, да два росточка сливовые.
И пошла я тогда, не ругаться с ними, с соседями, нет. Повторять только пошла подвиг жабы буренькой, героической. И сказала тогда я, всем соседям своим:
- Я воды вам больше не дам! Хватит мне, подпол мой мне мочить, проливать. Я сама от тех протечек скоро утону и лягушками всеми заквакаю!
Ай, и ругал же меня каждый мой честно́й, нечестно́й, да и пьющий сосед! Ай, и стучались в мою дверь, молотились мне в дверь, угрожали призывом полиции!
А я люк приподняла, а я кран в подвале перекрыла́. Стала ждать, пока высохнет подвал, чтоб вода уж не лила! Стала ждать, пока мой по́дпол высохнет!
Вспомнив я и о том, вспомнила и обо всём подвиге жабки героической. И глядела я тогда, как жаба, да на лапки свои, да на дрожащенькие подымается. И ушла, уползла во зеленый куст.
Дальше мошек ловить, да и жизнь свою жить, драгоценненькую...
Да неделю уже, да седмицу вообще обихаживали меня всеми соседями! То ругали меня, то бранили меня! Только я им всем трубы гнилые в подвале, да лестницу хлипкую показывала.
И просили меня всеми соседями, воду им подключать. И смирилась я тогда, что вода вновь хлещет в подвал, и холодная вода, и горячая!
И сидела я на кране, сторожила его, по часам давала воду, как в Крыму сухожарочном, по ночам вода шла, по часам прибывала...
И просили меня, догоняли меня, опять всеми моими соседями. Кран хотели сменить, чтоб вода меньше текла, а я им сказывала, чтоб вскопали они себе свой водопровод! Отключились от моего, наконец - то, там все трубы прогнившие!
И соседи тогда, с раская́ньем большим, обещали не пилить больше кустики мои, хоть одну сторону газона отстояла я! И вручили мне тогда соседи мои, кран и новый, и большой, и латуневый. И велели кран менять мне немедленно.
Я на кран тот латунно - желтенький смотрела с тоской, понимала, что ни грамма я не водопроводчик. И не хватит у меня, как у жабы у той, духа собственного, героического!
Тут и муж, как раз пришел, он с работы подошел. И спросил меня, что плачешь понапрасну ты?
Как пошла я тогда, ой, да мужа костерить! Потому что решила, что в подвал этот сырой он нарочно меня завёз, мою жизнь искалечил, чтобы всю свою жизнь я мышей да жаб в подвале мокром вылавливала.
Тоже ж муж не утерпел. Он меня обматерил. Он в подвал, в сердцах, полез.
А я бегала вокруг того подвала, да громко мяучила. И просила мужа только, чтобы ты там не упал. Или, с сердцем, возмущалась, чтоб свалился б ты, насовсем в сырой подвал! Ты б остался в по́дполе том жить, во темном подполе, во осклизкеньком!
- И давай лучше уедем, Дорогой Мой Муж, - громко всхлипывала я, - а то этот водопад в подвале и в по́дполе, схож уже по плотности с потоком Ниагарским! С самого водопада Ниагарского!
Вылез муж весь хмурый, умываться стал. А протечки с утра сразу кончились. Пол подсох в подвале, по́дпол высыхать устал.
И пристала же я, ой да пристала, к мужу собственному! Расскажи, да расскажи, что же сделал ты? Отчего водопад волшебным образом окончился?...
Долго муж крепился, да меня посылал, крепкими ма́тами, в страны тайные, русскому духу неведомые.
И потом только сознался, что достала я его.
Муж в подвал без крана слез, без крана нового для замены, без крана латунного.
И наверх муж никак не хотел выходить. Я вокруг всего подполья бегала, да вслух его громко мучила, мяучила...
И тогда в сердцах наш муж, богатырскою своею рукой, сверху кран прихлопнул так, что резьба на место встала, а кран мгновенно пересох. И стал воду отдавать без единой без капли потерь для всех моих соседей!
Ох, вы гой еси, добры молодцы, добры молодцы, да красны девицы! Вы восславьте да воспойте во разных веках, подвиг жабы бурой, да героической!
Она к нам пришла, она кашу принесла, она ее так кру́тенько заварила! Что ругались мы, возмущались мы, пока муж одной рукою, ручкой правою, богатырскою, так прихлопнул он кран, что и осушил подвал!
Воспоем же, бра́тие, всем героям, Славушку!
Глава одиннадцатая. Жимолость, Синяя Птица! Большая цветочно - ягодная поэма.
Часть десятая. Жимолость, Синяя Птица! Большая цветочно - ягодная поэма.
...Тихо, в своей больнице, Стаська, не умирай!
Роберт Рождественский. Написал стихи о смерти от рака молодого и талантливого литовского художника Стасиса Красаускаса. Вместо эпиграфа...
Жимолость – Синяя Птица,
Снова начнется весна.
Не надо буреть листочками,
Не умирай никогда!
Сколько невзгод я вынесла,
Пока покупала тебя,
Как торговалась с девчоночкой
На сотню – мешочка два.
Как с замираньем сердечным
Сажала вас влажной весной.
Как со смиреньем душевным
Смирилась с потерей одной.
Стал засыхать один кустичек,
Хоть тресни, не сохранишь!
Второй напрягся корнишками
И вырос, для счастья семьи.
Выросла кустиком махоньким,
Единственная из двух
Куст ягод – Синяя Птица,
Полезная для семьи.
Тряс меня мелкий ребенок
Откуда – то он узнал,
На свете есть ягода - жимолость
Искал ту ягоду, ждал.
И я металась по городу
Презрев свой товарный вид.
Но жимолость – не та ягода,
Что можно выкупить вмиг!
И вдруг случилось чудо,
Красавица зацвела.
Опять я металась по городу
Искала второго куста.
(Для переопыления).
Чем больше я объяснялася,
Всем продавщицам – цветочницам,
жадноватым, немного скупым,
На глазах дорожал кустик ягод,
А продавщицы забывали про сад(стыд?).
Все больше в их глазах загоралися
Жар денежных блесков, восторг их,
Мой ад!
И даже финик унаби
Мне давали подешевле купить.
А за кустик жимолости ломили цену,
Что легче сдохнуть, не жить!
И для такой покупки надо бы взять кредит.
Кредитами обложиться, без всякой дороги назад.
И никогда – никогда из кредитов,
Пожизненно, не вылезать.
Домой шла печальная до невозможности.
Думала, как отвечать на вопрос:
- А что же такое – ягода жимолости?
- Что ребенок теперь всегда бурчал под свой нос.
Но чудеса случаются.
И на излёте весны,
Напрягся мой кустик махонький,
Родил он, самоопылившись, мне ягодки,
Числом, примерно, две или три.
О, как берегла я ладонюшку,
Боялась сокровища смять.
Испугался ягод ребеночек,
- Принесла червяков ты, опять!
Жимолость, Синяя Птица!
Коварны дела у тебя!
Ягоды синие, длинные, продолговатые,
Лежали в ладони личинками неведомого и противного жучка.
Сидела, грустила, печальная,
И думала: "Вот беда!
Ребенок испугался ягод правильно!
Противность там была для дочки, а не еда!
Забыла про куст надолго я
И вот через пару лет
Увидела – этот куст сохнет!
Каков же был мой ответ?
Опять металась по городу!
Проклятье! Так страшно терять.
Ушел с клумбы ирис сибирский.
Засох кориандр, &лять!
Но рухнула канализация,
И муж с инсультом упал,
Смеялись умельцы - сантехники:
- Пришла к нам трубу покупать!
И правильно ведь смеялись!
Разобраться в хитроплетениях водоотводных труб
Не смогли бы и опытные слесари!
Не дано вообще никому!
Поставила тазик я в раковину
И успокоила лежачего мужа.
Не буду я тебя к гаечному разводно́му ключу привязывать!
Ты мне живой больше нужен!
Пришли с соцзащиты, сказали,
Что люди так не живут
Из таза помойную воду ведром переливала.
Контроль за водосливом визуальный мне нужен был там и тут.
Ушла соцзащита коварная
Никто не собрался помочь.
Таскала помои в ведре, как проклятая.
Чтоб муж руки мыл, и памперс меняя, сумел бы себя превозмочь!
И выжить!...
И вот смотрю я на жимолость,
Она без меня отцвела.
Весь кустик усыпан ягодами.
Большой урожай мне дала.
А дело все в том, что на жилу
Большого канализационного сли́ва,
Куст ягоды посадила.
Она почти и погибла.
Теперь на сливно́е поле
Созданное из топинамбура, сорняков, вербейника, вереска и клевера,
Выплёскиваю ведра помойные,
Поэтому жимолость выжила и выглядит зеленой и целой…
Жимолость, Синяя Птица!
Придёт и уйдёт зима!
И мы с тобой, драгоценная,
Еще поживём, ведь, да?!...
Спасибо за чтение
Вернуться к книге