Шаг во тьму

Глава 1

Сижу в тюремной тишине,

Кругом темно, и сатане

Вдруг стало скучно.

Он ко мне: «Привет, дружище,

Ты ко мне?

Пойдём со мной туда, куда

Ещё ты не ходил, просторы те

Не бороздил, а слышал лишь

О тех местах из уст поэтов, на местах

Спокойных, тихих, вечных

И в роскоши столь бесконечных,

Что содрогнёшься ты, узнав,

Какую жизнь прожил Плутарх».

И он пошёл, и я за ним,

Пускай боюсь, но не один.

Иду сквозь тьму и мрак к свободе —

Един такой я в людском роде.

Вдруг свет божественный меня

Сияньем озарил своим.

Ослеп на миг я, но, прозрев,

Узрел божественну долину.

Отверзлась мне, как господину,

И стал ходить я вдоль и вширь,

Искать людей, зверей и пыль.

Но и её я не нашёл —

Домой ни с чем опять пришёл

И сел во тьму, за стол знакомый,

И сатану не видел боле.

Скучал один так много лет,

Что скоро мне пришёл билет.

Эх… Пригласили на тот свет!

Промолвил я, упал и умер —

Уснул в гробу в покой всем людям.

Но кем останусь я в в сердцах людей учтивых?

Что будет помнить обо мне

Философ мудрый

В дальней стороне?

Что честным был, не лгал, не бил.

Учил и сам учимым был.

Заботился о всяком нищем, и ближним подавал я пищу.

Но тем я горд, что не один

Я труд земной в земле оставил,

А создал пищу для ума — других

В путь истины направил.

Писал я много — много лет, дорогу

В вечность проложил,

И при́ смерти я не тужил,

И в гроб я лёг без мук.

Пусть вспомнят люди все,

Что жертвуя собою я сделал для других огромную тьму дел,

И памятник воздвигнут

Мне из скорби и страданий, которые я здесь в мученьях претерпел.

Вот юноша идёт,

В костюм одет богатый,

И держит он в руке

Уж жухленький роман.

А автор — я, смотря

На это действо

Всё плачу, разрывая

Душу пополам.

Но ведь и не порвёшь на части

То вечно светлое, что треплется внутри,

И как бы тяжко не было на свете,

Ты тяжесть эту гордо пронеси.

Окончилась поэма грустно —

Я умер, правды не узнав.

Всех прелестей я не изведал,

И вот со мной стоит Плутарх.

Я трепетом объят как

Раб пред господином

Открыл уж рот

Мне было что сказать

Но он исчез, пропал

В ночной глубине

Как много лет назад

Меня опять заставил он страдать

Каков итог стихов сих сложных?

К чему мы сообща пришли?

Нашли ли правду или смысл

С которым в тьму всё ж отошли?

Я не могу закончить повесть —

Боюсь я потерять себя,

А вы, друзья, мне помогите,

И не забудьте про меня.

Взывание своё закончил,

И записал я вам его.

Идите ж с миром в поле брани,

Избавьтесь от своих оков.

Сокроюсь я в тумане вечном,

Что спрячет стыд, позор и блуд,

И мысли станут бесконечны,

Как будто исповедь Иуд.

Глава 2

Посвящается Валентине Косиковой

О муза! Защити от варварства и

Злобы

Поверь я без тебя не мыслю жизнь свою.

В приклоном возрасте и в

матери утробы

Я сокрушась тебя зову

Я верю - ты моё спасенье

Ничтожной веры пробужденье

В жизнь вечную войти хочу

Хотя я не достоин

Приблизиться к местам

Предписанным для всех тобою

Нельзя войти в чудесный храм

Что предначертан мне судьбою!

О провиденье! Власть твоя сильна

И безграничны твои силы!

Разбойников ты отгони,

Не дай ты разорвать им ризы.

Я чувствую - наполнен пустотой,

Я кровоточу! нет Судьба, постой!

Не уходи прикрывшись ночью!

Я одинок в своих делах

Как каждый гения я не понят

Одумайся же Человек!

Вот так на Правды путь приходят!

Ведь кто то думает что он силён

И силою своею он гордиться

Однако же боится одного

И со слезами в гроб ложится.

Как донести же вам друзья,

Что век наш грешный очень краток?

Как вразумить вас на всегда

Души закончить ваш упадок?

Люблю я вас, и никогда

Не буду вас я ненавидеть...

Добра желаю вам всегда,

И глупость вашу больно видеть

Я обращаюсь к вам в стихах

Могу сказать ещё и в прозе

Слова сильны в наших устах

( Я вторю кстати тут Спинозе)

Но что же я хочу сказать

Всем этим длинным предписаньем?

Мы все боимся умирать,

Но это часто забываем...

Мы думаем что страха нет

А он в сторонке притаился.

Поэт на то он и поэт,

Что вовремя остепенился!

Позвольте всё ж я повторюсь

(Я искренне прошу прощенья)

Я вас люблю, и эту всю любовь

Я заключил в стихотворение

Глава 3

Две тысячи душ мне слить бы в одну

какая б вышла громадина!

Но как сделать это я не пойму -

сижу...скользкая гадина

Куда мне такому неучу, да за любовь хвататься?

Но что же мне надо делать, когда стынут фаланги пальцев?

Угасла любовь к меня в груди

Как брошенный сад винограда

И так же в бездну брошен и я

Как камень с Ниагарского водопада!

Неужто я сорвусь со скалы

Как птенец, небо не по́нявший?

И брат мой уйдет меня позабыв

и долг свой не

исполнивший?