Серая голова

Вступление

Кот Чад (Хатиб Хамид де Монморанси-Лаваль) — ученый кот. Родился в 965 году в Каире, Египет. В 970 — 992 годах был личным котом военачальника Джаруха, внес значительный вклад в основание университета Аль-Азхар. В последующих перерождениях руководил эвакуацией константинопольских сокровищ в Венецию, способствовал распространению гелиоцентрической модели мира Коперника, вдохновил основание Оксфордского университета, внес весомый вклад в развитие эсперанто.

Зона основного научного интереса кота Чада — практическая астролингвистика. С отличием защитил докторскую диссертацию в университете Пизы в 1590 году под руководством Г. Галилея и М. Барберини по теме «Корреляция количества значений глагола „быть“ и количества нейтронов атома водорода на уровне звездных скоплений». Постдипломную практику проходил в школе синхронного перевода имени Диего де Ланда в Мехико. В настоящее время — почетный доктор многих университетов мира, специализирующихся в астролингвистике. Редактор журнала «Звезды Говорят», издательство Вайли и сын. Журнал выходит ежеквартально с 1860 года, импакт-фактор — πe. Несмотря на выдающуюся научную биографию, кот Чад придерживается традиционного для научного кота стиля жизни. Предпочитает селиться в широколиственных лесах в кроне деревьев. Когда он идет направо, он поет песню, когда идет налево — рассказывает сказку.

С 2018 был приглашенным профессором университета Ортабаска, Северный Квебек. За время работы в университете разработал три кардинальных курса посдипломного образования («Астролинвистика ментального здоровья», «Астролинвистика и непосредственная окружающая среда» и «Количественные методы в астролигвистике»). Под его руководством было защищено четыре докторских и большое количество магистерских диссертаций, опубликовано статей и выпущено книг. Песни и сказки настоящего сборника написаны для детей старшего научного возраста, от 11 до 15 лет, но могут быть интересны и более зрелому читателю.

В мае 2026 года контракт с унивеситетом Ортабаска закончился, и кот Чад отбыл к месту постоянной работы, в университет Атамекен, планета Альфа, номер пятнадцать в Тинтуре.

O перенаселении Земли

Собачку с первого этажа зовут Пикси — Мелкая тварь, размером примерно с пиксель. Я бы мог ее раздавить левой передней лапой, Но не хочу для тебя проблем с ее папой.

На втором у нас живет дзюдоистка, Прекрасная женщина, комсомолка и активистка. Когда я по пожарной спускаюсь к ее балкону, Мысленно ей отдаю три низких земных поклона.

Я думаю иногда: как было бы клево в мире, Где дзюдоистки бы жили в каждой первой квартире, Без страха ввязаться в проблемы с несдержанным чьим-то папой Коты бы давили собачек левой передней лапой.

О легитимизации власти

Я хочу поделиться с тобой открытием, Повергшим меня в удивление, может быть, даже в шок: Серия независимых наблюдений показала: В доме главный тот, кто убирает лоток.

Приходила твоя дочь, смеялась и пела, Веселая, как птаха, прекрасная, как цветок, Ты сказала — ешь кашу, — и она, удивительно, съела – В доме главный тот, кто убирает лоток.

Приезжала твоя мама, ворчала, скрипела, Ты сказала ей: цыц, ну-ка, рот на замок, Она, конечно, обиделась, но присмирела. В доме главный тот, кто убирает лоток.

Даже я, когда ходил по кровати, Выбирая место, где бы уснуть лучше смог, На тебя наступил. Ты сказала: изыди, усатый. Я изыдел, ведь ты убираешь лоток.

Таким образом, я подхожу к заключению: В идеальном мире, без эксплуатации и прочих тревог, Типа заработной платы и квартальных премий, Тот свободен, кто свой убирает лоток.

О пересечении патологий личности и стратегии персонального успеха

Если ты — негодяй и пьяница,

Объяви себя гением, и люди к тебе потянутся.

Вид из окна на первый снег

Если мсье Делорм с кафедры прикладной математики изгибается странным знаком

И, как архангельски крылья, свои раскрывает руки

Значит, к нему сейчас его прибежит собака

И будут они издавать чистого счастья звуки

К международному женскому дню 8 марта

Свобода свыше нам дана:

Замена счастию она.

Про бесконечность

У попа была собака

Пропадала без фидбака.

Маниакально-пессимистическая

Вот

Правый поворот,

Что он нам несет?

Десять трупов в год?

Тыщу трупов в год?

Ставлю на мильон,

Тааакой вот он,

Правый поворот

(зациклено)

Лето

Те, кто ставит на балкон

Антимоскитные двери,

Не попадают в рай.

А в чистилище я не верю.

Мой рок-н-ролл

Убери от меня свои обе руки! И левую и правую убери! Я ненавижу, ненавижу рюкзаки! И снаружи, и особенно изнутри.

Что там прячет мужик за своей спиной? Что за ревакцинация через год? Я беру портвейн я иду домой, Я сейчас умру я несчастный кот.

Введение в искусствоведение

Пока твой котище еще не зачах, И мудрость горит в его желтых очах, Запомни, впитай, не забудь впопыхах: Великий художник не врет — в мелочах.

Допустим, граф Троцкий. Свистел как дышал, Наташу из Сони и Кати мешал, Но Вронский с серебряным блюдом под дых Пребудет вовеки живее живых.

Да тот же Ван Гог. Нету правды иной, Чем стул, что скрипит под усталой спиной, Ну или Шагал. В каждой жизни есть дом, Что он обозначил в дыму голубом.

Великий художник не врет в мелочах. Во всем остальном он такой же, как мы, Но честные мелочи — тонкая нить, По коей нас гений выводит из тьмы.

Другу Кропоткину. Про Анархизм

Когда тебя, поэт душою, Жрет бюрократии оскал, Старайся день прожить, не ноя И не произнося: «Шакал»,

«Урод», «Дебил», «Да чтоб вы сдохли», «Чтоб вас покрасили там всех». Запомни: государство — дура, А сквернословие есть грех.

Письмо римской подруге

С тех пор, дорогая моя, как не слал тебе с севера писем, Событий немало промчалось над серой моей головою, Одни пролетели, как запах фиалки по следу прохожего ночью, Другие на сердце оставили горькую тяжкую рану.

Хвораю, родная моя, не поверишь, четвертые сутки хвораю, Скрутило живот, и не радуют больше ни книги, ни песни, Ни кленов раскидистых в южном окне кучерявые ветки, Ни птах разноцветных на нем глупейшие нежные трели.

Печально я думаю сразу о многих предметах: О долгой дороге, что мне предстоит, чтоб целитель ученый Живот мой потрогал и, лоб свой могучий наморщив, Сказал: «будет жить» — или: «всяку оставьте надежду».

Надежда, ты знаешь, острее бывает египетской бритвы, Которой жрецы раз в году отрезают свои причиндалы Во славу Изиды. Во славу ее же, зажги же За здравье мое ты сандаловых палочек, что ли?

Вторая беда, что мне горечью сердце полощет, Вид тоже имеет печальный и строгий о лезвии остром. Допустим, вмешательство нужно котейке уже полостное. Боюсь я. Хирургов боюсь, операций. Зеленки, бинтов и наркоза.

За этим за всем безобразьем хотелось б отметить, Что мысль о деньгах за леченье тоскливым вздувается фоном, Печалям моим придает дополнительных гитик Сомненьями вяжет мою негеройскую волю.

Прошу, дорогая моя, коли есть тебе путь к мирозданье, Коль слышит она иногда твои просьбы, стенанья, советы, Могла б ты ее попросить от щедрот для котейки здоровья, Котейки, что славит премудрость ее в каждой сказке, статейке и песне?

Чтоб стал анекдотом мой случай, а не некрологом, Пилюлей одной чтоб вернулись и радость и бодрость, Чтоб бедности стыдной леченье не стало причиной И чтоб затянулись на сердце тяжелые раны.

Трудности перевода

Ты говоришь – здорово, Чад, Признайся, гад – ведь ты мне рад? Я говорю тебе: «Мяу».

Ты говоришь: каков денек! Твой мэтр устал и изнемог! Я говорю тебе: «Мяу!»

Ты говоришь: а как ты сам? Коньяк все тот же по утрам? Я говорю тебе: «Мяу».

Ты говоришь: о боже, да! Твоя закончилась еда! Я думаю: «Ну наконец-то».

Растениеводческая

Зачем ты, женщина, по мне Пальнула брызгалки водою, Когда хотел идти гулять? Я слова доброго не стою?!

О, как меня манил балкон, Как звал меня своей красою, Но ты мне брызнула в лицо! Я слова доброго не стою?

Ты слово доброе скажи. Мол, не ходи туда, не надо. Собаки, белки, львы, ежи — Для них ты слаще шоколада.

Тебя поймают и сожрут, Но для начала напугают, Завоют, мерзко оборжут Кота, и шубку замарают,

Но песнь горчайшая моя Не про мою тяжелу долю — Зачем ты брызгаешь цветы? Что, тоже добрых слов не стоят?

Они не ходят на балкон, Их не сожрут ни львы, ни волки, Но каждый день я слышу стон И орхидеи и морковки.

О зло в обличье хаузвайф, Коварство в тапочках с лисичкой, Как в лабиринтах нашей лайф Твое обманчиво обличье!

Дискотека восьмидесятых

Ооооо! Куда ушло О, полкило, О, полкило имбирного печенья!

Аааа! Еще вчера! Она была! Здесь банка почти полная стояла!

Ыыыы, Ты мне скажи, Ведь это ты, Ведь это ты печенье все сжевала?

Ууууу, Опять коту, Да за версту Да не видать печеньего везенья!

Старая мельница крутится-вертится, Бьется о камни вода. Все перемелется, только печеньице Ты не вернешь никогда.

К актуальным вопросам прикладной урбанистики

Я с большим трудом Здесь воздвиг свой дом И теперь был б рад Свой разбить здесь сад

Чтобы зеленел Радостно звенел Чтобы узнавал Славил, прославлял

Здравствуй, здравствуй, Чад! Чтоб мне был он рад Мой сокровный брат: Говорящий сад

Десакрализация как первый шаг оптимизации

Предлагаю пылесос

Передать на аутсорс:

Он в меня вселяет грусть.

А вот метлы я не боюсь.

Перспективы благосостояния котов в свете финансового кризиса

Кот —

Это штука в год,

И из них пятьсот

Тупо он прожрет

Двести на вакцин

Он такой один

И по мелочам

Трам тарарарам

Тааааа-кой вот кот!

Завещание (Такая холодная весна)

Друг мой художник —

Прошу тебя — будь аккуратен,

На полотне — никаких лишних линий,

Необъяснимых пятен.

Друг мой артист! Движеньем будь внятен

И речью будь чист.

Друг мой писатель! Ты — наблюдатель,

Не язв обличитель, не язв смакователь.

Брат мой поэт!

Будь,

Ну хотя бы,

Прилично одет.

От переводчика 1

Морские звезды

Обнимают скользкие камни

Актинии

Очишают своим дыханием

Дыханье моря

Чайки истошно

Воспевают полет

Позвоночные беспозвоночные

Все мы умрем без любви

От переводчика: Романс

Генералу Василькову его изменяет жена Она приносит на коже запахи и не хочет ими делиться Он видит в ее глазах отраженья: и звуки, и позы, и лица Но она молчит о том, где их подцепила она.

Генерал Васильков сам изменяет жене Долго не может кончить, возится в душе, наливает спутнице чай Его не заботит, кончает она ли, мечтает, скучает Он мечтал о весне, но он не нужен весне.

Этой истории нужно три строчки, чтоб наконец завершиться Кто победит детский голос в песочнице смерть за плечом или юности пыл? Да вот кто бы и не: как умел Васильков, так и жил Забывал, все что надо забыть и смирялся где надо смириться.

От переводчика: Обыденность и грусть

Поэт А обиделся, что поэт Б ему не дала

Она почти обещала, но потом передумала

Он пишет в тетради синей, в тетради своей голубой:

Покайся, покайся, шлюха, покайся, и бог с тобой.

По синей-пресиней обложке лениво плывут облака

Над прахом усопших поэтов лениво проходят века

И вечности безразлично — ведь каждый, считай, второй

Грозит ей: покайся, шлюха, покайся, и бог с тобой.

Когда я бреду с работы я думаю все же нет

Мои сомненья и мненья оставят какой-то след

Вдруг вижу что вечность — это, безумен и полусед,

На лавочке у подъезда свой курит косяк сосед.

От переводчика. Песня маленького тролля, умирающего от любви

Тыщей маленьких осколков

Разобтется мое сердце

Разлетится, расшумится

По лугам и берегам

И от горечи и горя

От иллюзий и делюзий

От фрустраций и простраций

Никуда не деться вам.

Сотни маленьких иллюзий,

Сотни маленьких простраций,

Недовольство, беспокойство,

Сотни маленьких обид,

Что-то в глаз, а что-то - в сердце,

В печень мозг и селезёнку,

В лёгкие, кишечник почки

Или в ухо залетит.

От переводчика: Заниматься любовью

Любовь — это то, что мы делаем,

Когда смотрим в окно на снег,

Легкий, нежный, нездешний.

Когда после работы на йоге

Чувствуем, как уходит напряжение

Из мышц вокруг шеи,

Когда слушаем

Вариации на тему Паганини

Рахманинова

В музыкальной школе — играют плохо, но как стараются!

Когда читаем Марка Твена или Чуковского,

Когда печем булочки с корицей

Или без корицы,

Или не печем.

Просто сидим,

Молча,

Любуясь,

Любя

Карантин в деревне - 1

Чад:

— Мне очень нравится эта спокойная, размеренная деревенская жизнь. В простом чередовании часов, дней недели, сезонов есть какая-то особенная прелесть и незыблемая правда. Взгляд на жизнь становится шире, уходит ненужная сложность, некоторые очевидные истины проступают ярче.

Я:

— Например?

— Например, сейчас мне кажется, что я сделал бы более интересную карьеру в орнитологии.

— Но ведь ты бы сожрал свой объект исследования, Чад!

— Да. Но разве не ты говорила, что профессия должна кормить?

От переводчика: Будни рецензента

Бывалоча, читаешь — отличная статья

И сразу веселее за окнами фигня.

А иногда читаешь — ну полная чухень

И солнышко скучнее и сиротее день.

От переводчика: Вид из окна на угольный Экибастуз

А перед сном я слышу музыку

Прекрасную как ночь творения

Когда асфальтом и сиренью

Когда бензином и дождем.

Когда над самым горизонтом

Линяют звезды и лиловое

Как обещание бессмертия

Как обещанье послесмертия

Восходит марево облом.

Коснись плечом шершавой лестницы

Коснись рукой стены окрашенной

Замри устало и запыханно

Перед последним этажом.

Все что не сбудется забудется

Что не запомнится исполнится

И наша жизнь как отрешение

Вся наша жизнь как возвращение

В последний, в настоящий дом.

От переводчика: Синема

Я пялюсь в экран сорок восемь минут пытаюсь понять зачем я знаю как этих людей зовут рекламируют новый фильм вуди аллена розово намалевано сопливо нахвалено скандал в высшем свете у привилегированных отцов симпатичные дети можно что как бы ты с ними там, но все равно ты тут я пялюсь в экран лишних сорок девять минут.

От переводчика: О природе света

Снег — это электричество

Поток заряженных частиц

В его поле

Загораются мои лампочки

Синие, зеленые, красные

Горят и мерцают

Там, в черноте

Над которой идет снег

От переводчика: Дорожная

Поедем в Кокчетав.

Там каждый встречный прав,

Там каждый пятый граф,

И гравий под ногой нашепчет: дорогой,

А той ли ты дорогой, дорогою нагой?

Поедем в Кокчетав.

Не досчитав

До ста; там желтая листва,

Всегда сентябрь, октябрь, и в выходные март,

Там на газонах спят

Скелеты тракторов,

О милый, дорогой, ты собран, ты готов?

Поедем в Кокчетав.

Ален Делон

Там пьет одеколон,

Под колокольный, знамо, звон,

И думает, что жизнь есть сон.

А явь есть яд.

Был прав Сократ,

Нам бог не друг и брат не свят,

Пора валить, пора в закат,

Подайте самокат.

Поедем в Устькаман.

От переводчика: Метеорология

Мерзкий снег, мерзкий снег, мерзкий снег стучит в окно, издеваясь, приглашает на прогулку. Отчего, отчего, отчего так горько мне? Оттого, что снег идет по переулку…

Ответ Чада на вопрос: «Чад, что ты думаешь о феномене Греты Тунберг?»

Есть те, что мурлычат, и те, что рычат,

И оба бывают неправы,

Когда говорят: «Что ты думаешь, Чад?» —

Единственно ради забавы.

Ведь лоб мой широк, как каспийская степь,

Глазища мои — зеленища,

И в Nature* моих публикаций не счесть —

Их тыщи, и тыщи, и тыщи.

С банальным вопросом иди и пасись,

Направо пасись и налево,

Наешься — садись, почитай, поучись.

Вольтер. «Орлеанская дева».

*межгалактическое издание

Карантин в деревне - 3

— Ладно, Чад, кроме шуток. Вот девяносто семь процентов ученых считают, что антропогенная природа глобального потепления — факт. Что ты можешь сказать остальным трем процентам?

Чад:

— Как доктор астролингвистики, я советую этим уважаемым людям подумать, почему во всех основных галактических языках есть устойчивые выражения типа "полная кин-дза-дза", "кин-дза-дзец", "накрыться кин-дза-дзой" и так далее.

Я:

— Ты у меня такой умный, это что-то!

Чад:

Зевнул и отвернулся.

Карантин в деревне - 4

— Чад, ты не хочешь обратно в город? В деревне скучно.

— Нет, наоборот. Я собираю фольклор. Я же, в конце концов, доктор лингвистики, а местная популяция кошек довольно самобытна. Сказки, которые знают Жозефина и Матильда, песни, что поют Филип и Эрик Рыжий, и поэмы от Лулу, Клеопатры и Лео — очень интересные примеры народного кошачьего творчества.

— Например?

— Например что?

— Ну, песни Филипа и Эрика Рыжего, например.

— А, это пожалуйста. "Гражданин начальник, почисть наш котосральник!"

— Прекрасно.

— Вот и я говорю.

От переводчика: Колыбельная

Я прожила эту зиму и еще половину осени Так, будто я не ушла, а так, будто бы меня бросили Наедине с «что было бы, если», Листая фотоальбомы, вспоминая стихи и песни.

А теперь пришел март. Ожидая Венеции скрипки, Смотрю, как сияет в лужах счастье небес, Говорю себе — воспоминания зыбки, Воспитывай в себе волю жить сейчас и жить здесь.

Здесь и сейчас есть немного свободного времени, Полупустое пространство и место для шага вперед. Нет денег И да, меня бросили. Но все проходит, и эта печаль пройдет.

От переводчика: Об эмпатии

Когда в метро с больною с работы головой вопрос когда ж я сдохну всплывает сам собой. Все пятьдесят оттенков затылок и виски глаз дергается сверла пульсируют тиски. Пишите, сударь, книгу просадомазочто пятьсот оттенков боли ой божечки за что.

Карантин в деревне-5

Чад с нашел себе в доме коробочку по размеру, попросил в коробочку положить ему подушечку, и поставить все это у окна под цветочками. Спит там целыми днями. Когда устает, просыпается, выходит в сад подышать свежим воздухом, и обратно за работу.

В саду Чад разговаривает с птичками.

- Ой, какие вы красивые! Можно с вами поиграть?

- Давай, конечно, лезь на дерево! Мы тебя здесь подождем, честно!

Чад познакомился соседской кошкой, которая у нас в саду душит мышей. Жозефина, красавица. Ела птичку, очень элегантно. Чад пошел знакомиться.

- Мадам, вы так прекрасны! Ваши лапки....

- Наааааахерпошуууооооооллллл!

- Мадам, ваши усики!

- Наааааахеееерпоооошуууоооолллл!

- Мадам, я здесь живу неподалеку. В моем доме (да, именно так!) есть прекрасный коврик. Пойдемте ко мне, убьем его вместе!

-Нууаааахееееееркомммууускаузаааллааааашшшшшшшш!

Карантин в деревне-6

Чад распробовал кошачий корм в консервах. Я ему даю маленькую ложечку по утрам, все остальное время он должен есть свою сушку. Когда Чад не спит и не в саду, он обнимает холодильник и ждет утра.

- Еще не утро? - спрашивает он меня,

- Нет, утро, это когда я проснулась а потом встала.

-А ты не хочешь спать? Иди, поспи?

От переводчика: Маршевая

И вовсе не изменилась, а была такою всегда,

Нигде не жила надолго, и никогда — навсегда.

Но солнце садится за рынок, солнце садится за парк,

И чтобы успеть на почту, нужно ускорить шаг.

Недоросли курят у библиотечных дверей;

Луч заходящий тает в мутном стекле фонарей;

Папаша на велосипеде сына толкает в грязь —

В ответ тот его пинает, и падают оба смеясь.

Господи, успокойся, господи, пощади,

Еще не растаяли хлопья (хром и свинец) в груди,

Я еще не привыкла без прошлого, наугад,

Но солнце садится за почту, солнце садится за сад.

От переводчика 2

Он говорит: - Ты не видишь, что я умираю,

я исчезаю, я плавлюсь, я таю,

ты говоришь не имею я срама, но какой, бога ради, срам,

с каждым днем я легче на двести грамм.

Она говорит: - Ты не видишь, я не взлетаю,

я пытаюсь, беру разгон, но неверно ступаю,

мне нужен кто-то кто б мне подставил плечо,

ну умираешь ты, ну и че?

От переводчика 3

С точки зрения биологии

Между нами не было химии

С точки зрения химии

Было немного белка

С точки зренья белка

В кислой среде пропадает электричество

С точки зренья электричества

2128506

От переводчика: Поезд Алматы - Астана

В следующей жизни я буду деревом — карагачом,

Сухим, в степи между Чу и Сары-Шаганом,

Из тех, чьи ветви, как нервные пальцы, тугим сплетены узлом,

Что зеленеет поздно и облетает рано.

Полные сны воды, полные жажды бдения, обветренная кора

Тонко поют на ветру мелкие жесткие листья,

Жажда прорвется светом, ночным костром,

Нежным молочно-белым древесным мясом под топором,

К звездам в ночи улетят яркие жаркие искры.