Сборник стихотворений

Глава 1

Сквозь строки пенные несутся корабли,

Не этой жизнью пленны мы, но счастье впереди.

Летят полоски белые за морею плеяд,

От этой жизни бедные спешат скорей удрать.

— Быстрей!

— Скорей!

— Ни мили вбок!

Стремись попасть туда в сей срок,

Где по легенде спрятан чудный мир,

Дыша, живя под звуки лир.

Об этой сказке знали моряки,

И плыли лишь вперед.

Внимательно глядели на буйки,

Как жизнь все повернет.

Виднелся берег — тихий и большой,

Взревели с счастьем моряки.

Спустили якорь, не кривя душой

Желали все увидеть счастия венки.

Увы, несчастье их постигло вмиг,

Воочию безжалостно паля:

Тонул в огне последний крик.

Такая вот счастливая земля…

Глава 2

Время — наш маятник вечный.

Весомый и безупречный,

Отсюда Бог сложит мозайку:

Конец у всего человечный.

Печати времен часто тают —

Старый воск имеет свой век.

Даже мудрый язык выцветает,

Когда новый явлён человек.

Говорят: нас бросают в огонь,

Так безжалостно и невозможно.

Я считаю: масштабный урон

Высшим силам приписывать ложно.

Глава 3

Поворот, где места нет,

Карты врут отчаянно.

В рукаве храню буклет,

Порванный нечаянно.

Сколько весен, сколько зим!

Открываю дверь.

Вон он, лета господин,

Вот он — серый зверь.

Глава 4

Одинокий гитарист в пижаме

Всё пытается понять любовь.

Пьяный в стельку между этажами

Руки разбивает в кровь.

Помнят только стены все, что было,

Здесь, когда пришла весна.

А сейчас ее любовь остыла,

Быстро стала она неверна.

Бродит он ночами не имея сна,

Крыши все пересчитал в округе.

С неба грустно смотрит полная луна,

Он в ответ шипит ей: «Нет твоей подруги!».

Парень этот не один теперь,

Он поэт убитый временем, семейный.

Сердце явно помнит старых чувств метель,

Гитарист их давит в пенке злой кофейной.

Глава 5

«Прекрасно заниматься рукоблудством» —

Вам скажет старый педофил.

Вы не поймёте безрассудства

Того, кто мальчиков ловил.

Того, кто трогал за рукав,

Тянул к себе дитя небрежно,

Того, кто судьбы поломав

Так тихо и, казалось, даже нежно…

И ничего не сделать, такова система,

Которая отточена вовек.

На злобу дня — такая тема…

Ужасен все же человек!

Глава 6

Жил был старый дед

И придумал он куплет

О советской власти.

Оказался в пасти.

Спросите, в какой?

В политическОЙ!

Глава 7

Когда-нибудь родился человек

И получился идиотом

И будет он таким вовек —

Довольно глупым патриотом.

Советским постсоюзом заворожен,

И коротая дни обложками газет,

Американской пропагандой растревожен,

Передает он Ленину привет!

Глава 8

Сжигать душу — удел Божий.

Тогда как в бескрайней пустоте

Мимо пробегающий прохожий

Заставляет покориться клевете?

Ложь сжимает нас цепями,

И окутав саваном лицо,

Раздирает грудь когтями,

Надевая дьявола кольцо.

Глава 9

И пускай меня осудят,

И, возможно, эх, сожгут.

Есть же те, кто нежно любят,

И есть те, кто остро жгут.

Добавлять не стану боле,

Ведь все просто: дважды — два.

Ущемления и волю

Портит только голова.

Глава 10

Внутри него бушует ураган,

И его мысли бьются в кучу,

Недолог был обманчивый туман,

Когда уж солнце выкатилось из-за тучи.

<i>Мне не сиделось дома — хоть убей (вот в те моменты я жадней)!</i>

<i>И я, решив: пора писАть (едва найдя свою тетрадь),</i>

<i>Устроившись удобно у камней (пусть пятой точке чуть больней),</i>

<i>Позволила скупым словам блистать (а почерк мой — плясать).</i>

Слова дрались и умирали,

Сеченые неистовой рукой.

Глаголы часто замирали,

Под горький ветерок морской.

И волны шуму надавали,

И слышен чаек карнавал,

А автор все завизуалил:

Его герой так рисковал!

Отдал красавицу под трибунал!

О, что же это! Крик людской толпы,

Что вечно просят хлеб и зрелищ?

А, нет. То шум морской волны,

Гоняет камни в поиске прибежищ.

Но автор, не моргая, продолжает,

Его перо безжалостно скрипит.

Сюжет оскомину в штиль набивает,

Сводя живот, ломая аппетит.

И холод ныне не помеха,

Когда такое действо в рукаве,

Но чайки задыхаются от смеха,

Едва завидя рукопись в траве.