Сборник №1. Любовная лирика
Счастливая звезда
Стекают капли по лицу,
Не разобрать, вода иль слезы.
И хлещет ветер по щекам,
Но не страшны судьбы угрозы.
Мой путь, невидимый досель,
Сейчас узрел я очень ясно.
И лед, и стужа, и метель,
Отныне надо мной не властны.
Ведь яркой вспышкой озарив,
Лежащую во мгле дорогу.
Звезда, что счастьем одарив,
Уносит прочь мои тревоги.
Любовь сильнее обстоятельств
Так сердце жгут тоской,
Минуты расставанья.
И небеса нависли мрачной мглой.
Но вынесем с тобой,
Любые испытания.
Ведь есть, что возразить судьбине злой.
Любовь наша была
Сильнее обстоятельств.
Пусть сыпалась жестоких ударов череда.
Но не сгубить ее,
Ведь не было предательств.
И корни не пустила меж нами мерзлота.
И тот, кто говорил,
Любви не существует.
Тот никогда не чувствовал и никогда не жил.
Нас лучик озарил
Ласкает и чарует.
И от любых напастей навек заговорил.
Слепая юность
Гнев, обида и страх.
Превращается в прах,
Что когда-то держало нас вместе.
Верно, дни сочтены,
Были мы влюблены.
А осталась лишь грустная песня.
Ода чувствам ушедшим,
Много лет вперед ведшим.
А финал оказался печальным.
Мы считали судьбой,
Эту встречу с тобой.
Но ошибкой была изначальной.
Годы скопом идут,
Счастья нам не дают,
Почему ж не разбить эти цепи?
Неизвестность страшит,
Этим каждый грешит.
Юность… Боже как были мы слепы.
Любовь жестока говорят
Любовь жестока говорят,
Но без нее нам еще хуже.
И если чувства — быстрый яд,
То равнодушие как стужа.
Оно сожмет сердце в тиски,
Охватит ледяным объятьем.
Не будет грусти и тоски,
Но для души — оно проклятье.
Не будет гнева и тревог,
Не будет сладкого томленья.
И бездны сей, провал глубок,
И нет в ней для души спасенья.
Любовь несет в себе тепло,
Она для духа — свет извечный.
Для каждого — она крыло,
Возносит ввысь и раны лечит.
Едва, открыв глаза
Едва, открыв глаза,
Я думаю о Вас.
Любовь все мои мысли захватила.
А за окном гроза,
В сей предрассветный час.
И шторма рокот сердцу милый.
Вот полдень наступил,
И бури отзвук стих.
И у природы есть свои пределы.
Амур, что в небо взмыл,
Несет для нас двоих.
Колчан лиловый, в том колчане — стрелы.
И отходя ко сну,
Едва, закрыв глаза,
Я ощутил медовое дыханье.
То шутка Купидона?
Наверно... не пойму.
За Вас я благодарен мирозданью.
Вы мне служили вдохновеньем
Вы мне служили вдохновеньем,
Я не скупился на слова.
О чувства! Нега! Наслажденье!
Моя кружилась голова.
Вы мне ответили взаимно,
В костер любви, подбросив дров.
Запело сердце страсти гимны.
И я на все для Вас готов.
Волшебный блеск ее ланит
Волшебный блеск ее ланит
И розовый овал лица,
Так притягательно манит,
Не покоряя лишь слепца.
И головы пред ней склонив,
Ей отдают свои сердца.
Гордыню полностью забыв,
И веренице нет конца.
Но неприступно холодна,
Никак не подступиться к ней.
И наслаждается сполна,
В груди становится теплей.
Глаза из малахита
В глазах из малахита,
Ищу следы надежды.
Но наглухо закрыты,
Не будет, все как прежде.
И сердце под засовом,
И рук хитросплетенье.
И крепче нет оковы,
Чем к Вам мое влеченье.
Но холод, что струится.
Из глаз, сея презренье.
Метелью разразится,
Нежданным откровеньем.
Разодрано на части,
И вдребезги разбито.
И равнодушно смотрят,
Глаза из малахита...
Я стану менестрелем
Ваш образ пред очами,
Запечатлен навечно.
Бессонными ночами,
Безжалостно калечит.
То тешит, то возносит,
То погружает в бездну.
То смерть душе приносит,
Но скоро я воскресну.
Лишь только я услышу,
Ваш голос звонче трели,
В мечтах я Вас увижу,
И стану менестрелем.
Что воспевает громко,
В своем самозабвенье.
Дев, что судьбы подарок,
Несут нам наслажденье.
И стану петь без пауз,
Чтоб Вы не забывали.
Без Вас я рухну в Хаос,
И утону в печали.
Соединимся в вечности
Печальны облака, их гонит хмурый ветер.
Нахохлились, желая, слезами оросить.
Пишу тебе письмо, единственной на свете.
Хочу я в том письме, о чем-то попросить.
Не забывай меня, ни на одну минуту,
Твой образ нежный в сердце, навек запечатлен.
Даю я слово мужа, тебя я не забуду,
Отныне смысл жизни, тобою вдохновлен.
Убийственна разлука, но время не преграда,
Прошу я об одном, не забывай меня.
В конце нас ждет одна достойная награда,
Соединимся в вечности, любимая моя.
Тот хрупкий дар
Тот хрупкий дар, что ты дала,
Не оценен был до конца.
С тех пор сгорело все дотла,
И слезы капают с лица.
Я был жесток, несправедлив,
Дотошен, мелочен и зол.
Все чувства, на куски разбив,
Свою гордыню не извёл.
Не оправдал твое тепло,
Закрыла душу, не простив.
Теперь вернется ли оно?
Умолк я, голову склонив.
Сквозь пелену туманный дней
Сквозь пелену туманных дней,
Не смея позабыть о ней.
Он продолжал любить.
И погружаясь в темноту,
Теряя веру и мечту,
Ее — боготворить.
Сквозь бури отгремевших лет,
Глядя на гаснущий рассвет.
Не смог простить себе.
И волю он, собрал в кулак,
И в руки взяв как гордый стяг,
Навстречу шел к судьбе.
Пред взглядом, глаз, не отведя,
Он прошептал, «люблю тебя»,
Прости, что столько лет.
Я ждал чего-то в пустоте,
Стремясь навстречу суете.
Мне оправданий нет.
Улыбка осветила взор,
Уже не нужно лишних ссор,
Я жизнь ждала тебя.
И улыбнулся он в ответ,
И вновь в душе сияет свет,
Чаруя и слепя.
К чему слова...
К чему слова? Я Вас любил.
И свет внутри себя хранил.
Вы тьму пустили в мою душу.
Теперь остался я без сил.
Поступок Ваш не красит Вас.
Испепелил любовь в тот час,
Когда его Вы совершили.
И это был последний раз.
Предательства я не стерплю,
В пучине черной утоплю.
Остатки тлеющих углей,
Осколки нежности моей…
Я посвящаю Вам стихи
Я посвящаю Вам стихи,
Легко играя силуэтом,
Слов, что то звонки, то тихи,
Искусства, что дано поэтам.
Вы дали силы создавать,
Из мертвых букв, живые строки.
И я не вправе уповать,
Что мне ясны судьбы намёки.
Но не растрачу этот дар,
И не спущу его впустую.
Надеждой полнюсь как Икар,
Взмываю ввысь и там ликую.
И возношу на Ваш алтарь,
Свою любовь и своё слово.
Как верный рыцарь, будто встарь,
Прекрасной дамой завоёван.
Весна ее жизни
Весна ее жизни минула давно,
Но дух страстно жаждет любви все равно.
Да время упущено, вспять не пойти.
И радости сердцу теперь не найти.
Растраченной юности блеск и мечты,
Не смогут и Боги вернуть красоты.
Что так привлекала, манила, звала,
И пламенных взоров причиной была.
Ей лишь остается тихонько вздыхать,
Украдкою взоры на юных бросать,
На дев, что беспечны и жизни полны,
Не знающих как коротки эти дни.
Увидев Вас
Увидев Вас, всего лишь раз,
Я ощутил свое несчастье.
Но свои чувства напоказ,
Не выставляю в одночасье.
Услышав Вас, всего лишь раз,
Я осознал любви всю горечь.
Внезапно вспыхнувшая страсть,
Меня ведет за руку в полночь.
Коснувшись Вас, всего лишь раз,
Себя сдержать уже не в силах.
И нежный взгляд зеленых глаз,
Изгиб улыбки сердцу милый.
Увидев Вас, всего лишь раз,
Не мог представить расставанья.
Недолго мой парил пегас…
Я заслужил души терзанья.
Сиреневый туман
Густой сиреневый туман
Поднялся из пучины вод.
И в том тумане спит одна,
Что мою душу заберет.
Не пробудить ее ничем,
Бессильна здесь моя любовь.
Останусь подле насовсем,
Но вдруг застыла в венах кровь.
И посреди прибрежных ольх,
Небрежно кольцами обвив,
Ты принесла мне только боль,
Мою печаль, не утолив.
И первый, и второй
Любовь кусает тех больней,
Кто погружен в игру страстей.
И кто, пред Богом и собой,
И в мыслях трепетных своих — правдивей и честней.
Другой же, кто лукав и лжив,
Кто ищет от любви нажив,
Храня в душе лишь эгоизм,
Играя чувствами других — тот весел и спесив.
И так случается порой,
Что под извечною Луной,
На перепутье двух дорог
Встречаются они — и первый, и второй.
И начинается игра,
Что первому как нож востра,
Калечит чувства вмиг.
А для второго танец сей – всего лишь мишура.
И победителей здесь нет,
Первый — любви апологет,
Получит рану в грудь.
Для будущих избранников — теперь он пустоцвет.
Второй, что сидя на коне,
Как полководец на войне,
Героем мнит себя.
Но мертвый он уже давно — ведь проиграл втройне.
Морали здесь ты не найдешь.
Только напрасно пропадешь,
Коль станешь размышлять.
И будь ты первый иль второй — любви не обретешь.
Лучик солнца
Строфа проста, но для тебя,
В ней зашифровано немало.
Ведь ты меня околдовала,
Как лучик солнца — светоч дня.
И робко за руку держа,
Стою я на одном колене,
Молю, чтобы застыло время
И не размыло миража.
Моих надежд и мечт мирских,
Где мы сидим, обняв друг друга,
В которых ты — моя подруга,
Ласкаешь отблеском живых,
Глаз нежных серо-голубых.
Глаза глядят из темноты
Глаза глядят из темноты
И в них два бриллианта слез.
Твои несбыточны мечты,
Растаяли как царство грез.
Они из дымки родились,
И растворились тоже в ней.
И души вмиг переплелись,
Как пламя тающих свечей.
И в одиночестве вдвоем,
Мы, наконец, нашли себя.
Одной дорогою пройдём,
Ту искру нежности храня.
Что разожгла огонь сердец
И продолжает греть теплом.
И даже гибель — не конец.
Мы в вечности с тобой уснём.
Грааль
Он повстречал ее случайно, ненароком.
Осенним днем, на склоне сентября.
И улыбнулся ей нечаянно, мимоходом.
Она все поняла.
И закружила, завертела листья осень.
Любви и страсти желтый звездопад.
Она была его прекрасной розой.
Он — её верный Галахад.
Но сказке, что не суждено было свершиться.
Пришел конец, печален сей финал.
Она ушла, а он уже успел влюбиться.
Утратил свой Грааль.
Океан цвета пепла
Рукою гладил по волнам,
Что цвета пепла, океана,
И аромат её дурмана,
Вдыхал, прильнув к её губам.
Что притягательно манили,
Ведя его как мотылька,
Который свет издалека,
Завидев, справиться не в силах.
Вкусил он сладости нектар,
Что медом с губ её стекает,
В мгновенье ока опьяняет,
И подчиняет крепче чар.
А после, жаждет прикасаться,
Пред ней спустившись на колено,
Словно моряк перед сиреной,
Во власти страсти оказаться.
И чем настойчивее он,
Тем жар её сильней пылает,
Его желание питает,
И раздаётся томный стон.
Они уже на все готовы,
От вожделения обезумев,
Отбросив ворохи раздумий,
Ласкает грудь ее пунцову.
И вот случился их союз,
Он консумирован любовью.
И нежно, трогая ладонью,
Дрожит от выплеснутых чувств.
О женской и мужской природе
Для вас важны слова, а для меня — поступки.
Обманутыми быть желают женские сердца.
Ведь обещания кавалеров призрачны и хрупки,
И вновь стремятся в сети льстеца и хитреца.
И с каждым поколением все это не меняется,
То глупость несусветная? Святая простота?
И плачет лебедь юная, и снова убивается,
Клянётся, что не угодит в объятия плута.
Легко поверить в искренность, не усомниться в честности,
И сделать вид, что женщины умнеют каждый год.
Но заставляют лгать мужчин, все девичьи прелестности,
И мастерски за ниточки тянуть как кукловод.
Подобна греческой богине
Подобно греческой богине,
Из пены, вышедшей на свет,
Чиста соцветием жасмина.
Ласкаешь взор, и спору нет,
Прекраснее прочих, несравнима,
В душе моей твой лик воспет.
Воздушный образ херувима,
Лучится в образе твоём,
Пылаешь так неугасимо.
И разливаешься огнём.
И прядь волос лозой свисает,
Струится голос твой ручьём.
Журчанье, чьё не утихает,
И дарит духу безмятежность,
И жгучи раны заживляет.
Ты, пробиваясь как подснежник,
Собой являешь всем пример,
Сильна — снаружи, в сердце — нежность.
Склонился пред тобой трувер,
Ему ты служишь откровеньем,
Создание небесных сфер.
Краткий миг
Всего один лишь краткий миг,
Мгновенье отпустил нам Хронос.
К тебе припал, ведь ты — родник
Живой воды, извечный космос.
Тону я в бездне твоих глаз.
Твоя душа чиста как лотос.
И серо-голубой топаз,
Лучами дух мой согревает.
Молю, чтоб никогда не гас.
Твой взор, что сердце заставляет,
Птицей испуганной в груди,
Стремиться ввысь, и вдохновляет.
Ты — счастье на моём пути,
Зефир, что мягкой лаской полон.
С тобой достигну высоты.
И окружён я ореолом,
Любви твоей, что серость дней,
Исцелит нежности уколом.
Все начиналось как игра
Все начиналось как игра,
Водоворот намеков томных,
И шелест шёпотов нескромных,
Так разгоралась в нас искра.
И день сменялся ночью лунной,
Твои слова неслись сквозь даль,
Боль, притупляя как сандал
Души моей, терзая струны.
То, что казалось мне игрой,
Переросло и стало чувством,
Везувий, пышущий безумством,
Свободой, радостью, свечой.
Что в вышине горит над мраком,
И стала свежести веянием,
И тщетной жизни оправданием,
И долгожданным неба знаком.
Я душу пред тобой открыл,
Признал своею королевой.
Священным ясенем, тем древом,
Что корни в сердце запустил.
Осталось ждать совсем немного,
Любви взрастают семена,
Ты, словно ангел, неземна,
И сберегаешь от лихого.
И в одинокой тишине,
И наяву, в Морфея царстве,
Везде нуждаюсь я в лекарстве,
Что губ касанье дарит мне.
Снежинки падают, но это не зима
Снежинки падают, но это не зима.
Подарок осени или каприз природы?
Но не страшат кульбиты непогоды,
Ведь согревает сердце девушка одна.
Укрыв меня своей невидимой вуалью,
Что соткана из сотен тёплых нитей,
Признателен безмерно твой Овидий.
Любовь Коринны для него сакральна.
И для меня неважно года время,
Весна иль осень, или межсезонье.
Я поклоняюсь лишь своей мадонне,
В том радость для поэта, а не бремя.
Твой каждый вздох и каждая улыбка,
И бабочек ресниц твоих порхание,
То для меня священное писание,
И откровенье, что звучит как скрипка.
Ты сжалься, о, желанная, над скальдом,
И подари свой сладкий поцелуй,
И счастье на мгновение даруй,
Будь вдохновением, будь его усладой.
Очередная ночь прошла
Очередная ночь прошла,
В неверном свете фонарей,
Уж проявляется зима,
А я всё думаю о ней.
И сердце рвётся из груди
И тянется к тебе одной.
И мне так душно взаперти.
В глазах твой облик неземной.
И мою жажду, что томит,
С тех пор как я твой лик узрел,
Лишь ты способна утолить,
И жар любви мной овладел.
И лихорадки той озноб,
Заставил душу трепетать.
Приятнейшая из хвороб,
Мне пред тобой не устоять.
И снова гаснут фонари,
И улыбается мне день,
Но и до следующей зари,
Перед глазами твоя тень.
Фонарь укрыт плакучей ивой
Фонарь укрыт плакучей ивой,
А я бреду неторопливо.
Калины сладок терпкий аромат.
И грач, что скачет с хлебной коркой,
Смешно несётся по пригорку,
Он тоже счастлив, тоже миру рад.
Светила блики на ресницах,
И в небе алом щебет птицы,
И нежит взор тускнеющий закат.
И стройный ряд березок милых,
И облаков беспечных гривы,
Застыньте стрелки, умоляю циферблат.
Беседка свита виноградом,
Пишу тебе, моя отрада.
Я ветвь твоя, а ты на ней гранат.
Мечтаю я тебя увидеть,
О, крылья, к ней меня несите,
И к сердцу милую прижать.
И оказавшись с тобой рядом,
Ласкать тебя горячим взглядом,
Безмолвно о любви своей кричать.
Опять молчит моя любовь
Опять молчит моя любовь,
Опять мой зов она не слышит.
Когда со мною — дух возвышен,
А нет её и нет стихов.
Ты осветила мне тропу,
Своим теплом меня укрыла,
Покой для сердца подарила.
Пишу я новую строку.
Мне голос твой необходим,
Я без него теряю крылья.
И без тебя мои усилья,
Рассеются как сизый дым.
Не оставляй меня прошу,
Ведь нас судьба свела недаром.
Приму я грудью все удары,
И стяг победный водружу.
Я девушку люблю одну
Я девушку люблю одну,
И без нее себя не мыслю,
И если что-то в жизни смыслю,
То без неё я как в плену.
В минуты долгих расставаний,
Все время думаю о ней.
И грусть становится сильней,
И будущее всё туманней.
Ничто мне радость не приносит,
Тускнеет свет, густеет тьма.
И не сойти бы мне с ума,
Когда нет рядом моей розы.
И хоть остры её шипы,
Порою жалят очень больно.
Мой дух к ней тянется невольно,
И мне её не разлюбить.
Любовь не только радость, но и боль
Любовь не только радость, но и боль,
И сотни звезд погаснут, прежде чем отыщешь,
Того кто вспыхнет в унисон с тобой,
С кем в книгу судеб имена ты впишешь.
Но для того чтобы достичь заветной цели,
Придется горы перейти и переплыть моря.
И если волны почернели и вскипели,
Ты отступать не смей, за тьмой всегда заря.
И чем труднее был твой путь ненастный,
Чем больше в кровь разбил ты кулаков,
Тем ярче будет твое будущее счастье,
И крепче будет долгожданная любовь.
И снова думы ей полны
И снова думы ей полны,
Ведь красоты ее свеченье,
Затмит собою свет луны,
Прогонит все мои сомненья.
И красота ее внутри,
Хотя снаружи тоже ангел.
Глаза блестят как янтари,
И путь мой освещает факел.
Что разожгла во мне она,
Своим теплом и робким светом,
И непреклонна, и скромна,
И наполняет мир мой цветом.
К себе и к остальным строга,
И принципам не изменяет.
И хоть дорога и трудна,
Она её не променяет.
И не польстится на любовь,
Что как у прочих, однодневка,
Не ищет толпы женихов,
И не страшит людей оценка.
Её душа неукротима,
Желает дальше развиваться,
И нет того, что серафима,
Заставило б в пути сломаться.
Я воспеваю эту деву,
Таких на свете больше нет.
Ты для поэтов — королева,
А для художников — рассвет.
Заря, что ярка и чиста,
И даже кисть не передаст.
Как ты прекрасна и проста.
Букет сирени, нежных астр.
И восхищаюсь я тобой,
Хоть ты, увы, недостижима,
Останешься моей мечтой,
Святынею для пилигрима.
И вновь спешу я окунуться в сон
И вновь спешу я окунуться в сон,
Где милую свою я обнимаю,
Где расцветает наш любви бутон.
В том сне, я твою тайну разгадаю,
Которая сверкает перламутром,
Которую никак не осознаю.
Ласкаешь взор, нежна как незабудка.
Своим дыханьем кровь воспламеняешь,
Ты настоящая, без этой лживой пудры.
Своей изящностью меня ты опьяняешь,
Любя тебя, склоняюсь пред Венерой.
Ты даришь радости, печалей ты лишаешь.
И наполняешь мир любовной атмосферой.
Но вот беда… Глаза я приоткрыл,
И рядом нет тебя, и я растерян.
Рассвет расплывчатый твой образ смыл,
И деву светлую, ту, что мечтою стала.
Лучами яркими от взора заслонил…
Порадуй скромного поэта
Порадуй скромного поэта,
Очередным изображением.
О, моя милая Джульетта.
Рисует вновь воображение
Твой нежный носик, глаз улыбку,
И губы, что рассветом алым,
Напоминают мне клубнику,
Красны и сладки… Обжигали,
Меня своим прикосновением.
И словно опиум пьянили.
Тот поцелуй стал наслаждением,
Что мы с тобою разделили.
Но расстояния жестоки,
Они — туманная преграда.
И пусть с тобой мы одиноки,
Но нет такого снегопада,
Что сможет развести пути,
Клянусь тебе, тебя найти.
К моей душе прильнула осень
Своей незыблемой тоскою,
К моей душе прильнула осень.
Под её грустною рукою,
Любви сердечко страстно просит.
Как хорошо, что есть она,
Одна, что счастьем укрывает.
И ожидает допоздна,
Целует, любит и скучает.
Я снова направляюсь к ней.
А небо, что туманом скрыто,
Не видит света фонарей,
А я не вижу лазурита.
Небесной глади, ерунда,
В её душе его узрею,
Там ожидает красота.
В своих объятиях согрею.
Её ладони и ланиты,
Промолвлю: «Девочка родная»,
Взгляну в её глаза-софиты,
Что мягко в темноте сияют.
И вместе обретя надежду,
Отправимся мы в путь далёкий
Любви невиданной, нездешней,
Отныне мы не одиноки.
Её нежные руки я во сне ощущаю
Её нежные руки я во сне ощущаю,
И дыханье неровное, что ухо щекочет.
Обнимаю в ответ, я её приласкаю,
Знаю я, моя милая этого хочет.
Так начнется счастливейший из моих дней,
Утро радостным светом озарит пробужденье.
Смысл жизни, любовь я обрел только в ней,
И готов чем угодно заплатить за мгновенье.
Чтоб оно не кончалось и длилось всегда.
Чтобы взгляд её глаз оставался моим.
Чтобы вечно светила на небе звезда
И под светом её, мы от страсти дрожим.
Благодарен судьбе за подарок нежданный,
К сердцу милую девушку крепко прижму.
И в любом из имеющихся мирозданий,
Только я и она. Только мы и амур.
День осенний...
И темным небом над главой,
Меня встречает день осенний.
И листьев желтых красотой,
Устлавших каменны ступени.
И светом поздних фонарей,
Что сквозь дубовый лист проходит.
И завихрением огней,
Которыми полнится город.
И ветром, что кидает мне,
В лицо надежд моих обрывки,
И гулом трепетных ветвей,
И не кончающейся пыткой.
Как неприкаянный брожу,
По деревянным тротуарам.
Завидуя влюбленным парам,
Судьбе своей не возражу…
Я встретил ангела впервые
Я встретил ангела впервые,
О нем мечтал всю жизнь свою.
И крылья за спиной златые,
И глас подобен соловью.
Уж много лет разочарован,
И думал, что их больше нет.
И вот стою, как стужей скован,
Любуясь на её портрет.
Которого б не постыдились,
Ни Тициан, ни Рафаэль.
Навстречу руки устремились,
И расплескалась акварель.
Любви красивой, настоящей.
Которую мы заслужили.
Порою как вулкан бурлящей,
Порой спокойной как при штиле.
Укрыла нежно мою душу,
Своими светлыми крылами.
И из-под ног исчезла суша.
Мы воспарили над мирами.
Летит над городом крупа
Летит над городом крупа,
Танцует в свете фонарей.
Город укутала зима,
Промчавшись поступью коней.
Мятежных, снежных, торопливых.
Декабрь их бессменный кучер.
Снежинка на ладонь спустилась,
На миг, блеснув, как солнца лучик.
И в своих собственных слезах
Растаяла и испарилась.
В мокрых разводах и следах
Её дорога завершилась.
Так и со всеми нами будет,
Кому — костёр, кому — земля.
Но это позже. Бог рассудит.
Сегодня — только ты и я.
Так насладимся же мгновеньем,
Что мы друг другу отвели.
Тем сладким тягостным волненьем,
Которое внутри зажгли.
Ты обовьешь меня руками,
Я нежно в губы поцелую.
Ты улыбнешься мне глазами,
Безмерно счастлив и ликую.
И пусть недолог этот миг,
Он для меня всегда бесценен.
В тебе и в нём любовь постиг.
И в этом никаких сомнений.
Красочка
Серый город, серые в нём люди.
Серый ветер дует в серых облаках.
Кажется, что время стало ртутью,
Что застыла в Грэхема часах.
Но и в этом депрессивном царстве,
Есть живая красочка одна.
Что для сердца как глоток лекарства,
А для глаз как вечная весна.
Когда рядом — мир мой расцветает,
И душа поёт как соловей.
Её нет — и разом увядает,
И в глазах становится темней.
Таково волшебное влиянье,
Сила женской истинной любви.
Непреодолимо заклинание,
Что скрывается у нас в крови.
И невидимою красной нитью,
Между нами связь установило.
Воедино нас связало жизнью.
И немного счастья подарило.
В глазах, что цвета капучино
В глазах, что цвета капучино,
Таится целый дивный мир,
Который воспевал Шекспир,
Прекрасный, словно взгляд богини.
В нем есть и нежности сиянье
И гордость, что под стать царице,
И гнев порой как у орлицы,
Любовь, услада, обаянье.
Он горек и неповторим
Как модиканский шоколад.
Он моих радостей каскад.
И для меня он третий Рим.
И я продолжу в них смотреть,
И я продолжу в них тонуть.
В глазах твоих обрел приют.
Они закат мой и рассвет.
Я жду тебя на сонной остановке
Я жду тебя на сонной остановке,
Где уже вставшие, еще клюют носами,
Где башня серая укрыта небесами.
Ищу тебя я в этой зарисовке.
А дождь жестоко хлещет по округе,
И ветер жгучий щеки леденит,
Но даже он меня не убедит,
Покинуть пост без дорогой подруги.
И вот увидел я знакомый силуэт.
И непогода сразу отступила.
Ты лучезарною улыбкой одарила.
И снова я теплом твоим согрет.
И ласточки резвятся на фоне полнолуния
И ласточки резвятся на фоне полнолуния.
И по небу несётся упавшая звезда.
И магией мне видятся в предполуночных сумерках,
Пронзающие воздух лучи из серебра.
Сидим мы на причале, у озера лесного,
И брызги разлетаются от ног босых твоих.
И может от луны влиянья колдовского,
А может просто от любви, к губам твоим приник.
И астры отражаются в глазах твоих счастливых.
Объятья твои крепкие, во мне рождают дрожь.
Найдем себя в любви как в главном лейтмотиве.
Божественная искра Ты, и жизнь в меня вдохнёшь.
Последний луч небес златых
Последний луч небес златых
Упал на алые ланиты.
В морскую даль глядят нефриты
И ждут они вестей любых.
Давно покинул капитан
Спокойную родную гавань.
Опершись на ограды камень,
Грустит прекраснейший тюльпан.
Томленье страждущей души.
Кому подарит жар она?
Лишь одному всегда верна.
А он уплыл к брегам чужим.
Ей остается лишь страдать,
И камень орошать слезами,
И наблюдая за волнами,
О возвращении мечтать.
И пусть окутает туман
Солнце как полная луна,
В объятьях серых облаков.
Тумана белая волна,
Как сонм волшебных парусов.
Таков осенний твой наряд,
Что украшает поутру,
Мой город, словно шелкопряд,
Весь в алебастровом пуху.
Его не сможет разогнать,
Порыва ветра хлёсткий бич,
Молочная тумана прядь,
И даже солнцу не остричь.
Лучами острыми его,
Пронзить, как масло режет нож.
Букеты белых анемон,
Дыхание их не оборвешь.
То квинтэссенция хандры,
Для всех, но только не для нас.
Его роскошные шатры.
Укроют души от их глаз.
И в этом сказочном краю,
Где есть покой и тишина,
С тобою сердце я солью,
Ты так прекрасна и нежна.
И пусть окутает туман,
Оденет с головы до пят.
В свой невесомый сарафан.
Что сладок словно рафинад.
Средь звезд, мерцающих на небе
Средь звезд, мерцающих на небе,
Я отыскать одну пытаюсь,
Уверен, что не ошибаюсь,
И мне приятен сердца трепет,
И как любой я в ней нуждаюсь.
Но небосводу нет предела,
И миллионы звезд на нём,
И каждая горит огнём.
Но россыпь пламенных камелий
Не служит ярким маяком.
Легко споткнуться в темноте,
Не той звездою ослепиться,
И с предназначенного сбиться
Пути к обещанной мечте.
К пустому, протянув десницу.
Ведь это целое искусство
Как мореходу древних лет,
Найти тот путеводный свет,
Дарующий благое чувство,
Что воспевает ваш поэт.
Я искал тебя в каплях дождя
Я искал тебя в каплях дождя,
В шуме ветра и пении птиц,
В нежно-розовом свете зарниц.
Я искал, с тебя глаз не сводя.
Мне мерещится твой силуэт
В солнца ярких и жгучих лучах,
И в тюльпана лиловых цветах,
И в полете небесных комет.
И в кругах, что бегут по воде,
И в дыхании трав полевых.
Даже в тучах порой штормовых,
В пролетающем мимо листе.
И пускай, я еще не обрёл.
И не лёгок, и долог мой путь.
Я способен весь мир обогнуть,
Чтоб узреть светлый твой ореол.
Вернётся ли тот теплый огонёк?
Года летят как камешки с обрыва,
Метель снежинки клеит на виски.
Луна несёт отливы и приливы
От сердца к сердцу волн пылающей любви.
Но время сдерживает быстрый их разбег,
Борей пассат сменяет, к сожаленью.
И покрывает души белый снег,
И в ней все меньше света, больше тени.
А хочется вернуть былые дни,
Когда любовь огнём путь освещала,
И во всём мире только мы одни,
И страсть могучим штормом бушевала.
И чтобы чувства греть не уставали,
Чтоб радостью светились пары глаз.
И чтобы обиды нас не разделяли,
И чтобы честно, а не напоказ.
Вернётся ли тот теплый огонёк?
Достаточно ль я приложил усилий?
Любовь одних лишь крепнет как вино,
А у других она сжигает крылья...
Я улыбаюсь ей сквозь сон
Я улыбаюсь ей сквозь сон.
Возможно всё не наяву.
Мне снится губ её огонь,
И чудится её парфюм.
И в нежном свете её глаз,
Что даровал покой душе.
Тону как будто в первый раз.
И пусть заезжено клише.
Я не устану повторять,
Его и множество других.
Мне на плечо упала прядь,
Волос прекрасных золотых.
Я их вдыхаю аромат,
Судьбу за то благодарю.
И у меня один догмат,
А в нём два слова: я люблю.
Всем сердцем ей принадлежу
Её ни разу не увидев,
Всем сердцем ей принадлежу.
Незрелый шаг, я вам скажу,
Осудит посторонний зритель.
Так может лишь глупец любить,
Или юнец, что жизнь не видел,
Поверь, меня ты не обидел.
Я не способен объяснить
То чувство странное в груди,
В тот миг, когда она мне пишет,
И словно мои мысли слышит.
Мы далеко, но мы близки.
Тепло охватывает души
И нежность льется через край.
Тьму одиночества искра
Разгонит, и исчезнет стужа.
И если это не любовь,
Тогда её мне покажите.
Мы связаны незримой нитью,
И горстью самых сладких снов.
Голос как нежный вельвет
Голос как нежный вельвет,
Шепот как ласковый шелк,
Среди камней самоцвет,
Клянусь, случайно нашёл.
Он дарит радость и страсть,
Буйство эмоций и штиль,
Взгляд голубых, серых глаз,
Меня мгновенно влюбил.
И искры, что в уголках,
Скрывают радостный смех,
И вызывают в сердцах
Мужчин надежду на грех.
И в водопаде волос,
Смешались дуб и каштан,
Ресницы — крылья стрекоз,
Губы, что алый тюльпан.
Чтоб передать красоту,
Не хватит слов никаких,
И как художник холсту,
Очередной дарю штрих.
Изящность линий лица,
Скулы, что ждут поцелуй.
И в отраженье зерцал
Твой лик как отблеск тех лун.
Что манят глаз не смыкать,
Без передышки смотреть.
И нет прекрасней услад,
Чем наш с тобою секрет.
Не только Лунная Богиня, но и Владычица сердец
Не только Лунная Богиня, но и Владычица сердец,
В её очах любви лавина, что смертному сулит конец.
Она мужчинами играет и увлекает за собой,
Улыбкой жгучей одаряет, повелевая их судьбой.
Своей небесной красотой, способна голову вскружить,
И не нашелся тот герой, который сможет укротить
Её неистовый огонь, что обжигает мотыльков,
И жалит словно скорпион, не каждый к этому готов.
Но разве можно упрекнуть, в её Природе этот дар.
И наваждение смахнуть, в душе тот, погасив пожар,
Что вызывает томный взгляд и заставляет вожделеть.
И лучшая из всех наград — это Богиня на земле.
Снегопад
В мой город пришёл снегопад,
Покрыв мир волшебным плащом,
Залив всё вокруг молоком,
То белой зимы листопад.
Снежинки кружатся, летят,
Их танец меня покорил,
Их танец — живая кадриль,
Пронзил сердце тёплый разряд.
К любимой я снова спешу,
Чтоб чудо вдвоём наблюдать,
И в жарки уста целовать,
Предаться любви мятежу.
И нас закружила зима,
А мы две снежинки её,
Наполнит любовь до краёв,
Таков наш с тобой снегопад.
Направим же к любви свои корветы
Накинула на солнце одеяло
И выбралась проказница-луна.
И как всегда меня лишила сна,
И как всегда спокойствие отняла.
Но не луна виновница печали,
И не она сердечных мук причина.
Доподлинно известно, что мужчина,
Теряет сон, когда его поймали
Незримые, но прочные как камень,
Те путы, что неведомы бездушным.
Те путы, что опасней всех ловушек,
Но без последних не приплыть нам в гавань.
В которой долгожданные ответы
На вечные загадки мирозданья.
И чтоб исполнить все наши мечтанья,
Направим же к любви свои корветы.
Она любит кофе и розы
Она любит кофе и розы, И помаду, что ярче зари. Её речи сладкоголосы, А слова несут весть о любви.
Её карие глазки прекрасны, В глубине их таится тепло. Её руки мягки и страстны. И пронзила сердце иглой.
Ежечасно и ежеминутно, Мои мысли только о ней. В череде нескончаемых будней Жду слияния наших путей.
И когда окажусь я рядом, И почувствую запах волос. Я сложу к её стопам плеяды Из немеркнущих чудных звёзд.
Печаль и грусть нам ни к чему
Печаль и грусть нам ни к чему,
Ведь настрадаться мы успели.
Друг другу души мы согрели,
И вместе выдержим зиму.
Я для тебя — глоток воды,
Среди безжизненной пустыни.
Единственное в чем повинен,
Блуждал, не находя следы,
Которые вели к тебе,
Я слишком долго и впустую.
И вот обрёл тебя, родную,
Услышав зов твой в темноте.
Ведь ты — свеча, я твоё пламя.
Иль может быть наоборот.
И закружил водоворот
Вспыхнувшей страсти между нами.
Любви и счастия черёд,
Ведь мы их точно заслужили.
Склоняюсь я пред дамой милой,
Её улыбка, что восход…
На свет явилась новая душа
На свет явилась новая душа,
Чиста незамутненная слезинка.
То Чудо! То рожденье малыша,
Небесных трав волшебная росинка.
Но до того как стать воды рекой,
Ей предстоит нелёгкий путь с предгорий,
Не рви с ней нить, объятия открой,
И для неё, сестра, ты стань опорой.
Теперь ты проводник в капризный мир,
Он будет для неё, каким покажешь.
Ведь мама — лучший в жизни ориентир.
Желаю счастья Анечке и Саше.
Мне слышится её голос в журчании струй ручья
Мне слышится её голос в журчании струй ручья,
Мне видится её образ на плавной глади пруда.
Куда б ни направил стопы, все мысли о ней одной.
И кажется, что эти тропы, указаны мне судьбой.
И в облаке, что проплывает, стремлюсь её взгляд уловить,
В скоплении звёздных мозаик, ищу нас связавшую нить.
И в солнечных бликах на окнах мерещится имя твоё.
И шёпотом ветра соткан, романс, что на пару споём.
Не только себя я вижу, поверь, в отражении зеркал.
И если не ты, то кто же, единственный мой идеал?
От этого наважденья, клянусь мне не скрыться никак,
И в сердце навеки жженье, в лучах твоих глаз сгинул мрак.
Она заполонила мои мысли
Она заполонила мои мысли,
Проснувшись, сразу думаю о ней.
В мечтах пылает ураган страстей.
Дорожку в ад, тем самым себе выстлал.
Достаточно лишь бросить томный взгляд,
К руке моей тихонько прикоснуться,
Натянутые струны тут же рвутся,
И в сердце проникает сладкий яд.
Сопротивляться её чарам не способен,
Да и признаться, не хотел я никогда.
Сольемся в танце без печали и стыда,
Утонем мы в любви водовороте.
Глава 61
Мои мысли несутся как волны
К брегу, что мне так дорог и мил.
Без него я тоской преисполнен,
Он исчезнет — останусь без крыл.
Стоит вдруг случиться отливу
И лишить его своих ласк.
Воды грустно спешат к обрыву,
И в глубинах скроюсь от глаз.
Но я знаю, то ненадолго.
И Луна повлечет назад.
И коснусь я губ её шелка,
И польется с небес звездопад.
Лежу под пальмами у моря
Лежу под пальмами у моря,
В объятиях милую держу.
Ветер доносит шум прибоя,
От взгляда глаз не отвожу.
Любви моменты очень редки,
Но тем они для нас важней.
На миг мы вырвемся из клетки,
Отдав себя огню страстей.
И может для кого-то мало,
А я судьбу благодарю.
За то, что небо ниспослало
Её. Люблю, люблю, люблю.
Морозный денёк, апогей февраля
Морозный денёк, апогей февраля,
Погода не балует лаской,
Покрыта снежинками мерзла земля,
И залита белою краской.
Блуждаю средь сосен, но я не один
И лютый мороз мне не страшен.
Со мной моё сердце, любимый жасмин,
И радостью день мой окрашен.
Под ручку возьму, поцелую в уста
И счастье польется по венам.
Два берега мы, что сошлись неспроста.
Отныне союз наш священен.
Вернулась Муза
Вернулась Муза. Может и не уходила.
Лишь затаилась, чтоб со мною поиграть.
Увы, теперь всей правды не узнать.
У Муз в крови: возвысить, а потом в немилость.
И обречен наш сильный пол мужской,
Играть по правилам, а после нарушать.
И тяжело то женщинам принять.
В головках милых их порядок не такой.
И право, увлекательны игрИща,
Часть жизни и часть сладостных утех.
Не принимай их к сердцу — вот доспех,
Что защитит тебя от пепелища
В душе. Но это с опытом приходит.
Пока ты пылок, юн и полон сил,
Люби желанного, того кто сердцу мил,
Не слушай тех, кто омертвел и мутит воду
Мудрейшими, но скучными советами.
Ведь нам отпущен очень краткий срок.
Как не напиться, так не налюбиться впрок.
Не трать минуты, следуй за поэтами,
Что знали толк в любви и восхищались,
Прекрасными цветами бытия.
Люби! И пусть в ответ любят тебя.
То смысл главный, он ценнее всех скрижалей.
Ты прекрасный цветок
Ты прекрасный цветок, украшение мира,
Что даёт вдохновение и ласкает мой взгляд.
И румяна на щёках и губ шоколад,
И тепло твоей кожи, что нежнее зефира.
Мелодичность, которой твой голос пронизан,
Моё сердце смягчает, заставляя внимать.
Он прогонит печаль и вернёт в душу лад.
А фигура твоя, что стройней кипариса
Заставляет мечтать, красоты твоей жаждать,
Прикоснуться, испить, раствориться в тебе.
И вдвоём направляться к единой судьбе,
И вдвоём обрести своё счастье однажды.
Красота твоих линий достойна стихов
Красота твоих линий достойна стихов,
А души твоей нежность — моего восхищенья.
И, пожалуй, не станет для тебя откровеньем:
Лишь одна ты сумела достичь уголков,
Потаённых, сокрытых души моей бренной.
Ты по капле сточила мной нажитый лёд,
И дрейфующий айсберг растопила вниманьем,
А застывшие чувства пробудила звучаньем,
Мягким шелестом губ, родником сладких нот
И своим шелковистым невесомым дыханьем.
И в моменты, когда я блуждаю во тьме,
Мгла сгущается неумолимо над солнцем.
Ты подаришь улыбку, и в ней россыпь эмоций,
И согреешь в объятиях. Услышав твой смех,
Вновь зажгу факел свой, и печаль унесётся.
Писать прекрасной женщине стихи
Писать прекрасной женщине стихи,
Как любоваться аурой опала.
Ты своим смехом вмиг очаровала,
И, кажется, дела мои плохи.
В руках перо: серьезен, хоть убей, Но вместо строк я вывожу портрет, На нём одна, но краше тысячи сирен, Чьё пение услышал Одиссей.
И мне пора последовать примеру,
От звуков сладких оградиться воском.
Ведь в тишине мне слышится твой голос,
И я готов продаться Люциферу
За право быть с тобою навсегда,
Встречать закаты, провожать рассветы,
И наблюдать за отблеском кометы,
Что падает с небесного гнезда.
Вальсировать по тонкой водной глади,
Боясь её расплавить жаром тел.
И страстным па творить вокруг метель,
Пушистым наслаждаясь снегопадом.
Держаться за руки и в одной лодке плыть,
И наслаждаться теплым светом солнца.
И верить, что кораблик не наткнётся
На быта мель и ворохи обид.
Всё это лишь чудесные мечты,
Несбыточный мираж, фата-моргана.
Но я поэт, я буду биться рьяно,
Чтоб эти сказки в жизни воплотить.
Промозглый день
Промозглый день, с небес бежит роса,
И не желает даже сделать передышку.
В автобусе усталом, зонт под мышкой.
По мутному окну ползёт слеза.
Плывут перед глазами остановки,
Нахохлившись, по лавкам воробьи,
Что ждут давно автобусы свои,
Нетерпеливо, словно дрозд конца зимовки.
И вот — моя, добрался я до цели,
С улыбкой на лице покину транспорт
Попутчики окинут взглядом странным,
В сердцах их не поют уже свирели.
Листвой промокшей шепчут тополя,
Трава им у подножия внимает.
Меня же непогода не пугает,
Я наслаждаюсь каплями дождя.
И даже зонт свой раскрывать не буду.
К любимой я и мокрый доберусь,
Она своим теплом прогонит грусть,
И вместе с ней мы предадимся чуду.
Сильной
Этот мир, что повсюду стоит за спиной,
Он суров и безжалостен, дик и опасен.
В непогоду любую, когда град стеной,
Тучи спрятали солнце, и путь твой неясен
Не печалься, а просто плыви вопреки,
Волнам, бьющим в лицо, и пускай в дырах парус.
Жизнь щедра на удары, и скупа на дары.
С нетерпением ждёт, не проявишь ли слабость.
Но назвать тебя слабой, не сможет никто.
Нет таких обстоятельств, чтобы ты покорилась.
И пред самой глубокой и мутной водой,
Страха нет, никогда ни пред кем, ни склонилась.
Преклоню я колени, ты достойна того,
Вместе с силой твоей, красотой восхищаясь.
И мечтаю быть вместе, за одним очагом,
Слившись в сердце одно, победить это хаос.
Лучист и ярок ее взгляд
Лучист и ярок ее взгляд,
И в один миг приворожил,
Что за неведомый обряд,
Меня лишил душевных сил.
Сопротивляться не могу,
Здесь не поможет оберег.
Вручаю ей свою судьбу,
Она — единственный ковчег,
Что мою душу сбережет,
Удержит от паденья в грязь.
И дни, и ночи напролет
С портрета не свожу я глаз.
Он будит сладкие мечты,
И вдохновение даёт.
И среди горькой суеты,
Он меня манит и зовёт.
И пусть вдали, но я с тобой,
Ведь эту связь не разорвать.
Ты стала для меня искрой,
Той, что дарует благодать.
И я тебя не отпущу,
Не умоляй и не проси.
Себе такого не прощу,
Ведь это выше моих сил.
Утренняя осень, пение сверчков
Утренняя осень, пение сверчков,
И асфальт поблескивает в свете фонарей.
Вставши раньше солнца, раньше петухов,
Я спешу обняться к ласточке своей.
Долгая дорога предо мной лежит,
Словно бы цыганка, нагадала мне,
Не страшусь прохлады, к холоду привык.
Вот уже в пути я, вижу даль в окне.
Небо только тронула алая заря,
Подарив румянца серой скуке туч.
И светила доброго первая искра,
На седины падает солнца первый луч.
Город позади уже, с шумом, суетой,
Хоть и не проснулся, а уже кипит,
На душе приятно — с глаз его долой!
Впереди лишь счастье — шёлк её ланит.
Чуточку осталось сердце придержать,
Просится наружу в диком мятеже,
Ведь оно не хочет мёрзнуть, застывать.
Та, что отогреет, ждёт меня уже.
Среди опавших жёлтых листьев
Среди опавших жёлтых листьев,
Я отыскал листок один.
Он золотист и невредим,
И в нём тот долгожданный смысл,
Который ищем повсеместно,
Пытаясь жизнь преобразить,
Одну единственную нить,
Переплести с судьбою тесно.
Я веру растерял давно,
Что в снегопаде пустых лиц,
И в стае мечущихся птиц,
Найти его мне суждено.
Я подниму его с земли,
Своим дыханием согрею
Прекраснейшую орхидею,
Что сердце светом исцелит.
Любовь — это тонкий браслет
Условия — это не чувства,
Любовь ведь не в банке кредит.
Любовь — это тонкий браслет,
Что соткан из тысячи бусин.
Где каждый отдельный жемчуг
Скрепляет единую нить.
И важно о том не забыть,
Что это работа тандема.
Доверие и уважение,
Забота и мысли о нём.
Негаснущим ярким огнём
Пылать на всём протяжении
Должны. Пусть это непросто,
Ведь душу ест эгоизм.
Известный любому трюизм,
Но нужно сойти с помоста
Тщеславия, гнева, гордыни,
Не думать об Эго своём.
И строить любовь вдвоём,
И ей воздвигнуть святыню.
Согреться, воспрянуть в твоём огонёчке
Румяные щечки, они как зефир,
Улыбкою ясной мерцаешь в ночи.
Любуюсь очами, горят две свечи,
В их пламени видится мне целый мир.
В них всякое кроется: свет есть и тьма,
И опыт ушедших болезненных дней,
И отблески тлеющих жарких углей,
И летняя радость, и вьюга-зима.
Твоя многогранность — судьбы результат,
Что белую кость превращает в фигурку.
Зачем? То известно творцу-демиургу,
Ему благодарен, тебе просто рад.
Что он пересёк два пути в одной точке,
Позволил свершиться заветной мечте.
Цветам распуститься в увядшей душе,
Согреться, воспрянуть в твоём огонёчке.
Я сердцем пропою, коснусь тебя глазами
Я сердцем пропою, коснусь тебя глазами,
И позабыв о прошлом, я окунусь в твой свет.
Подобно соловью, что дышит небесами,
Я скину с себя нОшу и тысячам комет
За мною не угнаться, меня любовь ведёт,
Наперекор земле и силам притяжения.
Ведь ты не дашь мне сдаться, ты придала полёт.
И на одном крыле, умчимся, прочь сомнения.
И там средь ярких звезд, останемся навечно,
И ручейком сольёмся в единый водопад.
Среди небесных гнёзд, мы Путь продолжим Млечный,
Назад мы не вернёмся, став частью тех плеяд.
В любовь не верю, но ей сердце подарю
В любовь не верю, но ей сердце подарю.
И пусть внутри осталось очень мало,
Лишь пепел. Ты меня поцеловала,
И, кажется, что снова я горю.
А ведь давно забыл про яркий свет,
Что некогда мне душу наполнял,
Я думал, это всё, конец, финал.
Но это лишь иллюзия. Поэт
Всегда болезненно любовь переживает.
Сгорает ярко, тратя свет души своей.
Всё ради блеска радостных очей,
Себя невольно он в ловушку загоняет.
И долго — страх, и лишь намного позже,
Вернётся лёгкость и волнение вместе с ней.
Бежишь к страстям, а после — от страстей,
И что-то сладкое из них всегда выносишь.
Не высшее ли это сумасбродство,
То верить, то из сердца гнать долой?
Где истинные чувства, где пустое?
И что желать: покоя иль эмоций?
А лучше про рефлексии забыть,
И милой подарить себя до капли.
Не спорю, там знакомые все грабли.
Иначе не умею я любить.
Навеваешь любовные думы
Навеваешь любовные думы,
Что как птицы несутся в груди.
Хоть давно и в себе их носил,
Но беззвучными были те струны.
Ты их тронула нежной рукой,
Извлекла из них эту мелодию,
И любовные звуки в утопию,
Ты сплела, став моею Луной.
И ночами любуюсь тобой,
Гипнотическим мягким сиянием,
Привязала меня заклинанием,
Став той самой желанной мечтой.
День приходит, и ты исчезаешь
С небосклона. Тоскою томим.
Беспощаден, строг, неумолим
День жестокий, и ты это знаешь.
Но надежда не гаснет в душе,
Вновь увижу твой в сумерках лик,
Это самый чудеснейший миг,
Улыбнусь я своей Госпоже.
Сердце поэта
Сердце поэта, где оно скрыто?
Бьётся в груди или где-то ещё?
В клетке златой? Среди трущоб?
Чьими слезами было омыто?
Нет, не в груди, там ему места мало,
Бьётся оно среди фьордов и скал,
Что ему нужно? Какой силы шквал?
Чтобы внутри чуть спокойнее стало.
Или летает оно над землей?
Под облаками торит воздушный,
Птицею ищет в край жгучий южный,
Путь над лесами и древней горой.
Мечется в поисках вечного лета,
Жерло вулкана ему нипочём.
Не навредить ему жарким огнём,
Сердце поэта в пламя одето.
Где же оно? В каких пантеонах?
Время настало, открыть сей секрет,
Лучшего места ему в мире нет,
Чем в твоих мягких и тёплых ладонях.
Мне снился сон, и в нём мы танцевали
Мне снился сон, и в нём мы танцевали,
Кружились в вальсе жарком как огонь.
И оба верили, что всё это не сон,
И, хоть не птицы, в облаках летали.
И по небесным розовым перинам,
Мы вдаль неслись за сладким миражом.
Прыжок, второй, этаж за этажом,
Мы поднимались выше к тем твердыням,
Что кем-то сотканы из света и воды,
И нам казалось: в шаге мы от счастья,
И вот она — сияющая астра.
Так близко, только руку протяни.
Мы протянули, и огонь погас,
Исчезло то желанное видение.
Жестоки Боги и жестоко пробуждение,
Реальность такова, что в ней нет нас.
Закрыл глаза, за голову схватился,
В надежде путь обратный отыскать,
Чтобы обнять и в ухо прошептать,
Пусть это сон, но я уже влюбился.
Удача вдруг мне улыбнулась
Удача вдруг мне улыбнулась,
Тебя вернув, мой милый ангел.
Не только страсть тотчас проснулась,
Не пламя низменных желаний.
Но чувство легкости, покоя,
Словно бы всё предрешено.
Чьей-то невидимой рукою
Два сердца обратить в одно.
Разлука отрезвляет рьяно,
Как мог я быть так глуп и слеп.
Пройти мимо сего тюльпана,
Позарившись на пустоцвет.
Но план божественный увидеть,
И разгадать его детали,
Кого любить иль ненавидеть,
Не разобрать в этой спирали,
Что жизнью многими зовётся.
Теперь я вижу — ты моя.
И между скал пройду без лоций,
Не побоюсь, ведь ты — маяк.
Прикасаясь к рассветному платью
Прикасаясь к рассветному платью,
Одеянью из счастья и шёлка,
Засыпаю в любимых объятиях,
И пусть это продлится так долго
Сколько длится история мира,
Сколько звёзды из тьмы нам сияют,
Нет на свете того ориентира,
Что тебя хоть чуть-чуть заслоняет.
И во снах мы с тобой будем вместе,
И пойдём по лазурному морю.
Там сливаются солнце и месяц,
И покрыты цветами там горы.
Их вершины в лучах утопают,
И местам этим холод неведом.
И на них облака застывают,
Окружая белёсым браслетом.
Мы взойдём на высокую самую,
И посмотрим на мир с высоты,
И коснувшись друг друга губами,
Растворимся средь этой мечты.
Сладкий голос
Сладкий голос в ушах раздаётся,
Даже если тебя вдруг нет рядом.
Закрываю глаза, и он льётся,
Как журчание слёз водопада
Голос твой и в нём сотни оттенков,
Шум листвы и дыхание моря.
Ветер солнечный, ветер весенний,
Что так ласков, и сердцу так дорог.
Не певица, не дива, но всё же,
Голос твой навевает мне грёзы.
И мурашками скачет по коже,
И в далёкие дали уносит.
Об одном лишь прошу, дорогая,
Пусть мелодия губ твоих нежных,
Никогда, никогда не стихает.
Я тянусь к ней, к мечте и надежде.
Улыбка твоя — улыбка весны
Улыбка твоя — улыбка весны,
Тепла и приятна как солнце на небе/
Мы тучи прогоним и, ветер целебен,
Пусть дует и пусть будут лица ясны.
А звонкий твой щебет — лейся рекою!
В которой не страшно и мне утонуть/
И пусть от волнения вздымается грудь,
И пусть захлестнёт, и пусть с головою.
И я поцелую, да-да, поцелую,
И щечки, и глазки — улыбку твою.
И наши сердца вдруг отыщут уют,
Ведь ждали так долго, так долго зимуя.
11.04.2024
В парке зелёном, в парке весеннем
В парке зелёном, в парке весеннем
Люди снуют по вчерашней листве,
Среди каштанов, клёнов аллей
В поисках лета и настроений
Теплых и огненных, сладких, любовных,
Тех, о которых мечтаем зимой.
Тех, что играют в груди как гармонь,
И разливаются искрами в крОви.
Буду искать его средь тополей,
Что подпирают и небо щекочут.
Шёпотом полнится этот лесочек,
Запахом яблонь, черёмух, лучей
Солнечных, ярких, что путь мне укажут,
Тропку меж ландышей и медуниц.
Тропку к единственной из чаровниц,
Ласковой, нежной, простой как ромашка.
Я лепестки твоих глаз поцелую,
К сердцу прижму, оно ждало тебя.
Случай ли это? Быть может, судьба?
Я отыскал. И в душе я ликую.
Ты даришь сердцу трепет волнения
Ты даришь сердцу трепет волнения,
Как будто влюблён и в первый раз.
Отныне стану твоей я тенью,
И даже без солнца в полУночный час.
Я стану ветром, что нежно ласкает,
Твоё лицо, ресницы твои.
Я обойду мир до самых окраин,
И он от меня не утаит
Твои мечты и твои секреты
Мир мне прошепчет, а я улыбнусь.
И облака с твоим силуэтом,
Губами их так нежно коснусь.
А если будет этого мало,
Я стану каплей, каплей дождя,
Которая смоет твои печали,
Ей сердце подставь, не нужно зонта.
И я упаду, прольюсь в твою душу,
Из капли прохладной я стану огнём.
И я отыщу там россыпь жемчужин,
Они засияют в свете твоём.
И тебя, мой друг, завтра счастье ждёт
Белыми цветами яблоня покрылась,
А за ней черемуха: «Не хочу отстать».
Так и моё сердце в светлом растворилось,
Долго ждал я, долго, чтобы пришла весна.
Видно, лучик солнца где-то заблудился,
Но пробился, милый, через толщу туч.
И как я, наверно, он в плену томился,
Всю свою ненастную ждал я этот луч.
И теперь он светит, светит, согревает,
И рукам озябшим он тепло даёт.
Жизнь словно витраж, тысяча мозаик,
И тебя, мой друг, завтра счастье ждёт.
Цветут каштаны в сердце у меня
Цветут каштаны в сердце у меня,
И буйствует Весна тюльпаном красным.
Она мне света даст и даст огня,
В цвет счастья небеса мои раскрасит.
И ласковым своим прикосновением,
Забыть заставит о зиме и прочем.
В глазах Весны я вижу отражение
Рассвета яркого и самой тёмной ночи.
А в голосе Весны звучит надежда,
Порой насмешливо, порой весьма серьезно.
Зовёт и сладко манит: все мы грешны.
То тянет вниз, а то возносит к звёздам.
И нет чудеснее её на свете,
Весна моя прелестна и несносна.
Не ожидал, что угожу я в эти сети,
Которые, казалось, сам забросил.
Ах, если б отыскать тропинку
Ах, если б отыскать тропинку,
Ведущую от сердца к сердцу.
И высадить на ней бы розы,
Да только те, что без шипов.
И наслаждаться глаз твоих смешинкой,
Как самым сладким из любых десертов.
Мечтать и дальше о твоем гипнозе,
Который слов лишает, слов и даже снов.
Сплести ладони воедино наши,
Так, словно это винограда лозы.
И розы напоить водою,
Чтоб не увяли никогда.
И это путь, единственный, что важен,
И лишь о нём должны быть наши грёзы.
От холода цветы эти укроем,
И пусть так будет, это общий дар.
Ты лёгкое воспоминание
Ты лёгкое воспоминание,
Рассвет во всей его красе,
Неутолимое желание
И паутины тонкой сеть.
Весны живое воплощение,
Её сестра, а может, дочь.
И вод небесных отражение,
Ведь твои слёзы — это дождь.
И ты прольешься и даруешь,
А после сгинешь в никуда.
Но часть души моей похитишь,
Сгорев как павшая звезда.
Не нужно грусти, прочь от печалей
Не нужно грусти, прочь от печалей,
Что боль сегодня, то завтра пустяк.
И все слова давно прозвучали,
Слова — это ветер, банальный сквозняк.
А жить сегодня и только сегодня,
Забыв о прошлом, его больше нет.
И за мечтою, мечтой мимолетной,
Туда, где нас ждёт новый рассвет.
А завтрашний день, он тоже неведом,
Так стоит ль значенье ему придавать?
Улыбкой ответим всем будущим бедам,
Пусть счастьем лучится нежный твой взгляд.
И я прошу тебя, высуши слезы,
Улыбка и смех тебе больше идут.
Пусть лето сияет, закончится осень,
И я в тебе собственный свет обрету.
Её голос
Её голос с утра начинает мой день,
Тихий шёпот над ухом и безе-поцелуй.
И на небе нет солнца, но я её тень.
Не щади моё сердце, прошу, околдуй.
И в течение дня затмевай собой всё,
А в душе пробуждай восхищение тобой.
Ты сплетаешь слова в драгоценный узор,
Он обвил меня нитью твоей золотой.
И противиться этому я не хочу,
Сладкой мУке, которую долго искал.
Ты — звезда, что пылает огнём жарких чувств,
Чье дыхание нежное, не опалит цветка.
Моё сердце отныне в надежных руках,
И пусть тонет оно в голубом океане.
А мы встретимся снова в чарующих снах,
Где губами коснёмся мечты той желанной.
Улыбка твоя цвета любви
Улыбка твоя цвета любви,
Смотрю, восхищаюсь её блеском сладким.
Достойнее прочих ты плода айвы,
Тебе подарю я его без остатка.
А мысли твои ветру подобны,
Что в солнечный зной мне прохладу даёт.
Они проложили ту тайную тропку,
Что нас увлечёт прямо в водоворот.
Из чувства, из страсти, из танца желаний,
В котором так просто себя потерять.
Подарок судьбы, подарок нежданный,
Надежду и счастье сулит мне твой взгляд.
А мир наш заблудший спасёт красота.
И если то верно, тогда ты — спаситель.
Та самая женщина, радость, мечта,
Ты — сердце моё и мой вдохновитель.
Ласки солнца, ласки ветра
Ласки солнца, ласки ветра —
Так меня встречает утро.
И знакомо то, как будто,
И как будто здесь я не был.
Впереди одна дорога,
Что погрузит в сон глубокий.
Синеокий, босоногий,
Полный сказок и намёков.
И пока в нем пребываю,
Не скупится на подарки.
Поцелуй свой дарит жаркий,
Вдохновение вдыхаю.
А потом открою очи
И себе оставлю рифмы,
И сердечной мышцы ритмы
Не дадут её забыть.
Она любит ходить по песку босиком
Она любит ходить по песку босиком,
Альбиона мелодии любит Она.
И в глазах голубых нет ни края, ни дна,
Как их нет в голубом океане земном.
Она светится ярче небесных Плеяд,
В этом свете цветёт, распускается Жизнь.
Невесомый твой образ — лёгок и золотист,
И карминовых губ вновь влечёт аромат.
Она знает Истоки, что важно, что нет,
И умеет ценить, и умеет любить.
И Она в своём сердце всё это хранит,
Драгоценный и чувственный тот самоцвет.
И к душе Её светлой ладонь протяну,
И сиянием тем напою свою душу.
А взамен подарю своё сердце и дружбу,
Своей жизни сезоны — лето, осень, весну.
Несравненная
В мире солнечном, в мире подлунном
Много разных диковин чудесных,
Водопады, шумящая песнь их,
И изменчивых вод их рисунок.
И великие гордые горы,
Что макушками сдвинули небо,
Как прекрасен, волшебен их гребень,
Их пейзаж сердцу мил и так дорог.
А ещё есть бескрайнее море,
Изумрудные волны, свобода,
А под толщей подводные гроты,
В них легенды о древних героях.
А еще есть далёкие звезды,
Что усталому путнику светят.
И свисают с небесной той ветви,
Что протянута нам словно мостик.
Исходил, истоптал сто дорожек,
И успел повидать я немало.
Но мне лишь одного не хватало,
Без кого сама жизнь не возможна.
Без того, что прекраснее моря,
И чей свет затмевает все звёзды,
О ком мысли, не мысли, а грёзы,
Чьи глаза — голубые озёра.
Чья улыбка прекрасна как утро,
Поцелуй, словно летний рассвет.
И забыться в Её волшебстве,
Раствориться в застывших минутах.
Целовать Её мягкие руки,
И любить Её искренне, сильно.
Как умеют любить только в фильмах,
Вместо слов лишь сердец наших звуки.
И никто, и ничто не сумеет
С красотою твоею сравниться,
Ведь ты самая редкая птица,
Ты — Калипсо, моя орхидея.
Пред тобою склониться не сложно,
Ведь души ты моей Королева,
И улыбкой ты сердце согрела,
Взяв в ладони его осторожно.
И я горд, и безмерно я счастлив,
Небесам за посланницу Света,
И за это прекрасное лето,
Что теперь никогда не угаснет.
Я целую кончики волос
Я целую кончики волос,
Изумрудных глаз ловлю улыбку.
Зелье приворотное я выпью,
Пустится душа моя вразнос.
А иначе просто невозможно:
Ведь прекрасна, словно сладкий сон.
Пусть в Париже метра эталон,
Эталон изящества художник
Отыскал не где-то в дальних странах.
Он был рядом, рядом был всегда,
Пламенная яркая звезда,
Что плыла в воздушных океанах.
Птица ты высокого полета,
Что небес коснулась опереньем.
Для меня ты стала откровением,
Гранью солнца, света и свободы.
Я парить с тобой мечтаю вечно,
Ведь любовь такие силы даст,
Ведь она — единственная казнь,
Шаг к которой сделаю беспечно.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге