Саги из-за моря

Саги из-за моря.

Смерть викинга.

И будет ветер мне на ухо шептать бессвязные слова,

И будет сниться мне голубоглазая богиня

Верхом на дьявольском коне.

Обвив ногами потный круп, сжимая крепко в руке лук,

Несется молнией вперед, ее там где-то счастье ждет,

А я останусь здесь навечно,

Припомнить молодость свою,

Все совершенные ошибки здесь поджидают вновь меня

И буду мчаться я по кругу, все забывая про тебя.

Пока не упаду без сил, пока мой конь не будет загнан,

Пока не затуплю свой меч, не сдамся я на милость провиденья,

А ангел, что был мертв внутри меня, стал призрачною тенью,

Теперь он следует за мной, я чувствую немой его укор,

Он пробуждает совести сомненья,

Залитые вином и кровью,

Пропахшие пожарами и смертью.

Я убивал и наслаждался этим, я грабил, я насиловал их женщин,

Я делал все, о чем сейчас жалею, к чему толкала меня жизнь,

Не я избрал свой путь, я лишь звено в цепи, но пьяный крови дух,

Что веселил меня, он не оставит меня здесь, и я дойду до круга,

Где ждут меня отец и дед, где ждет меня моя кровавая подруга.

Что ни хотел, то получил я благодаря мечу и силе,

Благодаря уменью жить,

Но нужно ль это все в могиле,

Ответьте, други, как мне быть ?

Копить богатства, трясясь над жизнею своей,

Иль быть хозяином себе, не думая о боге,

Не думая о злате, а зная лишь одно,

Что верным мне булатом добуду я и золото и славу

И уваженье всех, и женщин на забаву.

Казалось, что еще хотеть,

Коль есть все, что душа желает,

Но есть и то, о чем она не знает,

Что сердце веселит и без чего нельзя мужчине

Что раздувает ноздри и напрягает жилы.

То, что находятся у викинга в крови,

То, что висит на кончике стрелы,

Стремленье нести смерть и упиваться болью

И обнажая меч, облиться вражьей кровью,

Услышать моря рев и яростные крики,

И находиться в гуще битвы, орудуя мечом,

и успевая увернуться,

Все время пребывать на зыбкой грани бытия,

и помогать усердно тем, кто жаждет в хель вперед тебя.

А если время подошло предстать перед богами

Закончить путь с мечом в руке на самом страшном поле брани.

А норны думают порвать судьбы натянутую нить,

И жизнь прервется безмятежно, что ж, видно, так тому и быть,

Кому начертано окончить сталью бренный путь,

Того не удержать, того уж не вернуть

И находясь в кровавом упоенье,

Не слышал я короткой стрелы пенье,

Пронзившей мою плоть.

Лишь видел я ее, примкнувшую к спине коня,

Шатаясь, протянул к ней меч,

И мрак накрыл меня.

Но верю я, что встречу здесь ее,

Прекрасную валькирию, что позвала меня с собой,

Сюда, где Один ждет меня,

Где пир мешается с войной.

Поход в Гардарнки.

Я видел смерть, я видел боль

Я верю в мощь, но что со мной,

Я забываюсь, не могу понять

Что заставляет повторять опять

Слова молитв.

В чем слаб я оказался,

О, боги, в чем я ошибался?

И раньше мне казалось,

Что миром правит мощь,

Что острый меч решает все,

Но прочь, теперь иначе,

Я становлюсь слабее,

Ведь я люблю, и не могу себе признаться,

Что кареглазая славянка, захваченная в плен,

Все цели, устремленья, всё превратила в тлен.

И проходили дни, и море звало нас,

И счастью не было предела,

И вижу я в последний раз,

Казалось мне, все что изведал.

Тем хуже для меня,

Теперь мне лучше в море,

Ведь мне была милей война.

Чем мир-покой у дома.

А здесь я оставляю все,

Беря с собой лишь меч

Но жжет меня тоска

Видений гладких плеч,

И золотые волоса,

Что обвивали мою длань

Лишь будут сниться мне,

Вот в чем моя печаль.

И снова я прирос к веслу,

И парус хлопал надо мной

И снова здесь я пропаду

Я сам хотел судьбы такой.

Мститель.

Метель ревела и ветер выл

А старый викинг свой меч точил,

Он правил щит, вострил копье

Настанет день, решится все.

Я помнил клятвы час,

Я помнил час прощанья,

И знал одно,

Нет хуже расставанья,

Когда клянешься на крови,

В присутствии людей,

Как тяжело на сердце,

Викинг, верь!

Придет пора, свершится высший суд,

А Один улыбнется, подумав что не вдруг

Он взял в свой славный хирд

Того, кто был безвременно убит.

Он не пытался убежать

Лишь меч свой обнажил,

О, если б повернуть все вспять

О, если б сын мой жил.

И я смотрел, я долго ждал

Мой меч играл в руке

И выбивала искры сталь

И было горько мне.

И смертный бой, и клятвы час,

Передо мной они слились,

Была ли ночь, иль день погас

Я не оставлю ему жизнь.

Я стар, но кряжист как медведь

И здесь я не останусь,

Он гибок, молод, он как песнь,

Но не узнает старость.

Уже в глазах его я замечал

Смертельную тоску

И судя по движеньям

Он не совсем привык к мечу,

Он многого не знал,

Совсем как мой убитый сын,

А то что я ему не дал,

Теперь получит мир.

Я справлю свою месть

И мне немного станет легче

И все узнают эту весть

И разгорится вражда крепче.

Тогда поднимется весь клан,

Посмотрим где сильней мужчины

И чей горящий стан

Покинут и пойдут по миру.

Так думал я, сражаясь,

Я мог давно убить его

И что же мне теперь осталось

Убив, я потеряю все,

Однако предвкушать удар

Мне это не мешало

Ведь я еще не слишком стар

И одного удара мало.

Но меч его скользнул

Ужалил как гадюка

Не отразил, не смог,

Взор мой затмила мука,

Я повалился на колени,

В глазах его лишь удивленье

Успел увидеть я

Перед своим паденьем.

Он словно сам не ожидал,

Теперь он вновь набрался сил,

Но вот сейчас я точно знал

Что он недолго будет жив.

Мы снова закружились в пляске

Блистала сталь и было страшно

Его лицо в кровавой маске

Доспех и щит весьма неважен,

Я так давно не уставал,

Как в этот смертный миг

И я не знал кто виноват,

За что мой сын погиб,

Меня не трогало ничто,

Что может жизнь спасти,

Я видел лишь одно лицо

И вот мой меч его настиг.

Он пошатнулся и упал

Прижав к груди ладонь

Он истекал, я рядом встал

Желая слышать стон.

А он кривил от боли губы,

Сжимая рукоять меча,

И поступил я мудро

Он честно бился до конца.

Хотел бы я, чтобы мой сын

Похож был на него немного

Тогда б не плакал я

Встав у его порога.

Росли деревья на брегу…

Росли деревья на брегу,

Волна скрывала солнце

Теперь я многое смогу

Теперь мне все возможно.

Скрывает мысли все

Бушующая даль

И жаждет меч схватить

Волнующая длань.

Я стал силен, как зверь,

Облитый кровью, страшный

Я с перекошенным лицом

Сражался, было мне неважно

Что дальше ждет,

Я ко всему готов.

Зачем все это снова,

Далекий берег снов.

Я вижу берег моря

О, Один, я готов.

Неведенье слепит мой взор,

Сверкает сталь меча,

И только кровью смыть позор,

А кровь так горяча.

Я помню бубна мерный стук

Лязг стали, крики, стоны

Мерило совести моей -

Кровавые дублоны.

Был я удачлив в битвах

Звенело злато, серебро

И в жилах дикое вино плескалось

Зачем теперь мне это все.

Я думал, что ты ждешь меня

Под сенью наших древ

Растущих на брегу у моря

Любимцев морских дев…

Ладонью я прикрыл глаза,

Скрывающие небо,

О, лучше б Один взял меня

О смерти мне поведал,

А оставаться одному

Мне нету больше сил

Ведь только боги знают ту,

Которую любил.

Слеза скатилась по щеке

Печаль сдавила сердце

Я горько плачу по тебе

И нет мне больше места.

Так много боли, много зла

Принес я в этот мир

Теперь меня поглотит тьма

Развей по ветру дым.

И сердце больше не мое

Над ним простерлась тьма,

Ведь только боги знают

Как я любил тебя.

Я так хочу тебя обнять,

Прижать к своей груди

О, если повернуть все вспять,

О, если знать что впереди!

Не уходи, побудь со мной

Я рядом посижу,

Не скоро я найду покой

Не скоро я уйду.

Побудь со мной, не уходи

Дрожащею рукой

Я глажу волосы твои

О боги, что со мной!

Без сомнений.

И снова в бой, отбросив все сомненья

Отбросив все, что мне мешает,

Отбросив щит, сжимая меч обеими руками

Пройти сквозь все препоны, все раздавив и уничтожив,

Всех убивая на своем пути, меч щедро напоить

Невинной кровью, и самому напиться страхом, болью

Глазами видеть раны, столь щедро наносимые булатом.

Ушами слышать стоны и проклятья,

Вот все мои желанья, братья.

И больше ничего не надо, лишь быть на поле брани,

Лишь сеять смерть обеими руками,

И пусть стервятники кружатся надо мной,

Не скоро я найду покой.

Так говорил тот седоусый викинг

Глаза его горели адом

Рука терзала меч,

И был он страшен.

И осушив одним глотком

Большую чашу, он продолжал

Немалый свой рассказ.

И город был велик, и было мало нас,

Но ярости и мощи нашей не было предела,

И город взяли на копье, к Эгиру вынеся ворота,

И бился впереди Железнобокий Олаф конунг

Ужасною секирой, отбросив свой разбитый в щепы щит,

Он вел нас к центру града, где было много золота и славы.

Ничто не в силах было нас остановить,

Как страшно мы сражались,

Захлебывался меч в крови

Не в силах выпить всю,

Смерть хлопала крылами,

Оберегая жизнь мою........

Но франки дрались до конца,

Великая им честь и слава,

И даже будучи мертвы

Оружие не выпускали,

Сжимая сталь еще сильнее,

Хладеющей рукою

Они казались нам смелей

Но викинги сильны войною.

Здесь нету равных нам,

Здесь нету нам препятствий,

И сокрушая все,

Дорвемся мы до власти

До сладких франкских женщин,

До злата, серебра

И увезем с собою

Все что нам дает война.

Мелькали копья, стрелы,

Сшибалась сталь со сталью

И грохотал наш клич,

Ввергая в ужас франков.

И полыхал огонь, сверкала кровью сталь

И принимал я меч на щит

И сам мечом же отвечал,

Священные мгновенья

Для них и стоит жить

У викингов свой путь

И так тому и быть.

И вот проснулась ярость предков,

Вцепился я зубами в щит,

А франк, что бился очень крепко,

Он отлетел, как прошлогодний лист.

Мной овладела жажда,

Что утолить могла лишь кровь,

И выглядел я страшно

И бился, раньше так не мог.

Хрустел костями меч,

Звенел колечками кольчуг,

И мясо кровью запивал,

Не принося особых мук.

И хоть и было меньше нас,

Но крови мы хотели больше,

И наконец-то дрогнул франк,

И меч мой сокрушает точно.

Уже и строй их был нарушен,

Уже и бился каждый сам,

И устремились мы к врагам

Под сердца быстрый стук

Разя мечом и ужасающе крича,

И франки уставали,

А руки, закаленные веслом,

Усталости не знали,

Булатный меч кольчуги прорубал,

И брызжа теплой кровью

Очередная жертва валилась мне под ноги.

Но видел я валькирий

Летающих ввыси,

Упал вдруг Сигурд Дикий,

И замер там, вдали.

Упал и Харальд Кормщик,

Как он любил драккар,

Сражен был Скегги Ворон

И не помог ему отвар.

Убит был Гудред Скальд,

И кто его не знает,

Те висы, что он сочинял,

Теперь повторит каждый.

Вот кто путь к сердцу знал,

Кто услаждал наш слух,

Кто прославлял нас,

Кто поднимал наш дух,

И становилось легче,

И думалось о многом

И слушая его,

Мы забывали про невзгоды.

Свалился Виглаф Славный

Он был мне побратим

И воспылал я местью

И был я не один.

Тот франк, он умер дважды,

А на его кишках

Гадал наш Бьярни Страшный.

И было, братья, так.

Валькирии их унесли с собою

Они закончили свой путь,

А франки помогли им

Блистательно уснуть.

Теперь у Одина дружина крепче,

Когда он поведет ее,

Им всем немного будет легче

Сражаться с оголтелой тьмой.

Когда наш Олаф конунг поднял секиру

И обратил лицо к богам, благодаря,

Ты вел нас, Один, за собою

Возьми плененных, ведь не зря,

Немногие остались живы,

А жертвы те молчали,

Взирая горделиво на пожары,

Взирая в лица нам,

Что ж, тем больше чести

Больше славы.

Он замолчал, обвел всех взглядом

Потом неспешно продолжал.

А то что мне казалось адом,

В очах предстало светом нам.

Когда мы шли,

Не видно было моря

Кругом лишь были корабли

И гордые носы драккаров

Взрезали волны как ножи..........

Битва.

Тело чувствует холод меча,

Хороший удар, нанесенный сплеча

Рвет плоть и слышится стон.

Богатая дань, богатый полон.

Горячая кровь обливает кольчугу,

Враг принял свою смертную муку.

Звон стали, ругань и смертные крики,

Над полем ревет злая музыка битвы.

Разум подавлен кровожадным инстинктом,

Слух услаждается посмертным криком,

Первым успеть меч в ход пустить,

Иначе враг останется жить.

Поле усеяно телами павших,

Тишину и покой навеки обрядших.

И нету в сердцах ни страха ни боли,

И скоро наступит радость покоя,

И обуяет счастья волна,

Добытого кровью врага.

И харалужной сталью меча.

За золотом.

И был богат тот город,

И был он дьявольски могуч,

Иных он рвал как ворон,

Иным светил он из-за туч,

И весело плескалось море,

И отражался солнца свет,

Что рассыпался в звезды,

Иных уж боле с нами нет.

Но вот поднялся ветер,

И тучи скрыли солнце с глаз,

И за огромными волнами,

Уж не увидеть града крас.

И посеревший часовой увидел в море корабли

Стремительные молнии, что рвали все и жгли,

Вздымались мерно весла,

И слышен был сквозь ветер крик,

И подгибались ноги,

Припоминая страшный миг,

А корабли все ближе,

Благоволимые волной,

И бьется сердце тише,

И не стихает ветра вой,

Напрасны все молитвы,

Ничто не остановит зло,

Не миновать ужасной битвы,

Но все давно предрешено.

Драконы жаждут крови

Щиты висят через борта,

И пенится волною море,

Уже готовят якоря,

И вспоминаются кошмары

Кровь, черный пепел и мечи

То плыли викингов драккары!

То плыли росичей лодьи!

Молитва воя.

О, боже, к тебе обращаюсь,

Под твоей волей я обретаюсь.

Дай телу крепость кольчуги,

Дай мне увидеть вражьи смертные муки.

Направь мой меч в сердце врагу,

Ему умереть я всегда помогу,

Пусть наша отвага и сила,

Обратят брань во вражью могилу.

Пусть рука не устанет,

И моя смерть не настанет.

А если суждено мне погибнуть,

За князя, веру и нашу отчизну,

Об одном лишь прошу,

Не отдай мое тело воронью и врагу.

И прими мою душу,

Если я тебе нужен.

Солдат.

Пуля нашла свою цель,

Я споткнулся, упал, и теперь

Лечу непонятно куда,

Впереди мерцает звезда.

Я глянул вниз, вижу грешное тело,

Кругом война, мне что за дело.

Я вспомнил семью, их оставил одних,

И вдруг проснулось желание жить.

Я понял, я не хочу умирать,

Жена обо мне не должна вспоминать.

Но сам я лечу, непонятно куда,

К звезде, что мерцает, за ней пустота.

К черту, плевать, что за рай наверху,

Я не могу покинуть семью.

Усилие воли, задрожала звезда,

Я вспомнил друзей, их имена

Проклятье войне, этой старухе,

Мы убиваем людей, словно те мухи.

Я многих убил, убили меня,

К черту войну, я был как свинья.

Жизнь дорога в мирное время,

В военное жизнь-лишнее бремя.

Вдруг я очнулся, меня откачали,

Попробовал встать, это только начало,

Ранение в грудь - ерунда для мужчины,

Так сказал врач, из тех, кто еще были.

Скоро я снова возьму автомат,

Я не решаю, я просто солдат.