Романсы

Романс номер 1.

В гостиной тени удлинились,

Свеча мерцает на столе.

Мечты мои, увы не воплотились —

Они растаяли во мгле.

Я вновь ищу во взгляде нежном

Тот прежний, пламенный ответ,

Но в вашем сердце безмятежном

Лишь тихий, сумеречный свет.

Вы руку кротко даёте,

Но холод чувствуется в ней.

Вы в дивном, призрачном полете,

Вдали от страсти и огней.

Мой пыл — как буря в чистом поле,

Ваш дух — как роща в час ночной.

И я покорствую неволе,

Своей томясь живой душой.

Не упрекну ни словом горьким,

Не возмущу ваш чуткий сон.

Заря горит румянцем зорким,

Но разный слышится нам звон:

Мне — зов на бой, призыв к восторгу,

Вам — шепот ветра средь ветвей.

Мы отданы на суд и торгу

Своей несхожести теней.

Так пусть же нежность заменяет

То, что сгорело до конца.

Пусть дружба наша защищает,

Наши усталые сердца.

Я буду ждать у Вашей двери,

Не требуя, а лишь любя,

В своей большой и горькой вере —

Найти в Вас прежнюю себя.

Романс номер 2.

В неверном свете гаснущих свечей,

Я Ваш портрет ловлю в немой печали.

Зачем в плену пленительных речей

Вы клятвы те, бездумно расточали?

Души порыв, как золотой грааль,

В саду ночном, развеяла прохлада.

Мне этой лжи торжественная даль —

Единственная в жизни отрада.

Струна дрожит, как сердце под рукой,

Разлуки час, начертан нам судьбою.

Прощайте, мой, несбывшийся покой,

Я в этот миг, навек прощусь с собою.

Не плачьте, нет! Пусть хладная рука

Коснется губ в последнем упоенье.

Любовь была — как в небе облака:

И дивный свет, и краткое мгновенье

Романс номер 3 - водолей.

Ваш взор пленил меня лукавством, Речей искусная канва, Казалась мне иным лекарством, Пока не вскрылась их тщета. Вы расставляли сети тонко, Как ловчий в утреннем лесу, Но я, в душе своей — ребенок, Лишь волю ветра ввысь несу.

Вы за корысть любовь сулили, Меняя маски без конца, Но тени Ваши не укрыли Черты холодного лица. Я — Водолей, я сын эфира, Мой дом — небесный синий свод, Мне не нужны кумиры мира И Ваших чар тягучий мёд.

Манипуляций нити злые Я разрываю без труда. Пусть Ваши речи, как пустые, Стекают, точно в грязь вода. Вы звали в плен страстей невольных, В тенистый сад своих интриг, Но среди птиц я — самый вольный, Я ценю правды краткий миг.

Прощайте же! Звезда иная, Меня в иные дали манит. Я ухожу, обид не зная, Пусть Вас мой холод впредь не ранит. Нам не сойтись в одной аллее: Вам — дно пруда, мне — высь небес. Нет уз печальней и нелепей, Чем ложь, вошедшая в прогресс.

Романс номер 4 - рыбы.

В тени зеркальных отражений,

Где спит немая глубина,

Средь тайных дум и сокрушений

Душа едва-едва видна.

Как в бездне вод — ни дна, ни края,

Лишь зыбкий свет иных миров,

Вы проплываете, не зная

Земных оков, земных грехов.

Вам ведом голос состраданья,

Чужая боль — как Ваш ожог.

В святых порывах ожиданья

Ваш дух — прозрачный лепесток.

Вы всё простите, всё поймете,

Слезу омоете слезой,

И в милосердном том полете,

Найдете вечный свой покой.

Мираж и сон — Ваша стихия,

Вам душен берег и песок.

Там, где беснуются другие,

Вы слышите лишь трубный рог.

Плывете врозь, но неразлучно,

Двумя путями в небеса,

Где в тиши благополучной

Творятся в бездне чудеса.

Пусть мир зовет к борьбе и делу,

Вам мил мерцающий туман.

Покорны высшему пределу,

Вы пьете грез своих дурман.

О, Рыбы! Странники течений,

Вам не дано себя познать,

В плену своих же воплощений —

Любить, страдать и исчезать.

Романс номер 5.

Туман ложится на долины,

И гаснет западный багрянец.

Судьбы незримой исполины

Ведут свой вечный, грозный танец.

Я пью вино последней встречи,

Но в кубке — горечь и полынь.

Ложатся тени мне на плечи

Из ледяных небесных синь.

О, как бы мне хотелось, милый,

Сберечь ваш сон, ваш мирный кров!

Но рок, исполненный сверхсилы,

Взыскует самую любовь.

Чтоб солнце завтра вновь восстало,

Чтоб мир в безумстве не погиб,

Мне нужно, чтоб рука устала

И сердца смолк последний всхлип.

Я вас предам... священной смерти,

Своею кровью закрепив

Тот договор в ночной круговерти,

Что спас полей златых розлив.

Простите мне мою измену —

Я вас гублю, чтоб мир дышал.

Любви я назначаю цену,

Которой бог не исчислял.

Свеча дотлела. Грянет утро.

Вы не проснетесь — я уйду.

Всё в высшем смысле свято, мудро,

Но я горю в своем аду.

Мир будет жить, сиять и длиться,

Не зная, чьей он спасен рукой,

И лишь в веках нам будет сниться

Наш неслучившийся покой.

Романс номер 6 - овен.

Рассвет прорезал сумрак хладный,

Как сталь, вошедшая в гранит.

Мой дух, дерзновенный и нещадный,

Пред штилем мертвым не дрожит.

Я первым в бой, я первым к цели!

Мне тесен мир былых преград.

Пока другие ждут недели —

Я не смотрю, мой друг, назад.

Моя любовь — пожар в пустыне,

Моя душа — открытый щит.

Я не терплю речей в латыни,

Где смысл уклончиво сокрыт.

Я не прошу, а лишь взываю,

Я не стучусь — я рвусь в затвор!

И в ослепительном трамвае

Лечу на красный светофор.

Пусть разум шепчет: «Будь умерен»,

Но сердце требует: «Гори!»

Я лишь своей порывистости верен

От черной ночи до зари.

Во мне кипит весна живая,

Упрямый нрав, железный лог.

Я — Марса искра золотая,

Я — жизни яростный поток.

Простите мне мою беспечность,

Мой резкий жест и громкий тон.

Я покорить готов и вечность,

Пока запал во мне зажжен.

Не ждите кротости смиренной —

Я Овен, я иду на «вы»,

Сквозь тернии к мечте нетленной

Не преклоняя головы!

Романс номер 7 - телец.

Меня корить за нрав несносный

Вы вправе в горечи своей.

Я, как утес, суровый и порочный,

Не слышу просьб и пламенных речей.

Сдвигаться ль мне, когда я путь наметил?

Свернуть ли вбок, коль истина — одна?

Я на призыв лукавый не ответил,

И в этом — мощь моя и вся моя вина.

Пусть говорят: «Смирись, стань гибкой ивой,

Склонись пред ветром, воле уступи».

Но я рожден под звездною оливой,

Где корень тверд в отеческой степи.

Моё «хочу» — не прихоть, не случайность,

А зов земли, что в жилах тяжела.

Я презираю суетную крайность,

Коль верность, правде сердце облекла.

Упрямством, как бронёю скован,

Но в том залог, что я, не подведу.

Тот, кто во мне хоть раз был разочарован,

Не видел, как сквозь огонь бегу.

Я не предам, коль слово дал однажды,

Хоть рухнет мир и небеса падут.

Пусть гибнет тот, кто во хмелю и жажде

Меняет за день веру и приют.

Так не просите мягкости покорной —

Я врос в свой сад, в свой выбор, в свой покой.

Под этой кожей, крепкой и упорной,

Течет поток надежный и живой.

Я — ваш оплот. И в этом укоренье

Своё спасенье вы найдете вновь.

Моё упрямство — вечное стремленье

Хранить до гроба, дружбу и любовь.

Романс номер 8 - близнецы.

Вчера — огонь, сегодня — хладный мрамор, Я здесь и там, я — эхо в пустоте. Мой дух не терпит тягостных подрамок. И верности единственной черте. Я в двух обличьях замираю пред порогом, В моей груди два сердца бьются в такт: Одно — клянется в верности пред Богом, Другое — рвет немедленно контракт.

Мои слова — летучие качели, Я соткал сеть из мыслей и острот. Пока вы смысл найти во мне хотели, Я совершил иной круговорот. Я — сын небес, я вестник быстрокрылый, Мне скучен плен, насиженных углов. Где вы черпаете для постоянства силы — Там я ищу разгадку новых снов.

Не удержать песок в ладони тесной, Не приковать мерцание луны. В моей душе, забавной и прелестной, Всегда живут две разные весны. Сегодня я — ваш преданный поклонник, А завтра — тень, летящая в туман, В свой собственный полет навек влюбленный, В свой бесконечный, радостный обман.

Так не ищите в зеркале ответа, Какая маска истинно - моя. Я — искры звезд, я — блики полусвета, Я — всё и сразу, я — древко у копья. Мы с вами двое, нас на свете четверо, В безумном вихре масок и имен… Ловите миг, пока дыханьем ветра Я в вашу сторону, сегодня обращен!

Роианс номер 9 - рак.

Луна взошла над дремлющим прудом,

И замер вздох в предутреннем тумане.

Я вновь ищу свой сокровенный дом

В воспоминаний призрачном обмане.

Моя душа — как хрупкий перламутр,

Сокрытый в глубине зеркальных вод,

Где в тишине моих полночных мудр

Минувших лет таится хоровод.

Вы ранить мнили колкостью речей,

Но я давно в своей броне укрылся.

Я — раб теней и гаснущих свечей,

Я в снах своих навеки растворился.

Мне дорог каждый старый лоскуток,

Забытый почерк, высохшая роза...

Я памяти, храню святой исток,

Где в жизни нет, житейская мороза.

Чужую боль я чувствую, как стон,

Своей тоской, делюсь, лишь с небесами.

В мой тайный мир, что нежностью рожден,

Нельзя войти с холодными глазами.

Я приручаю грусть и тишину,

Обиды пряча в грустный полдень,

И верю лишь в полночную луну,

Что дарит мне спасительную тень.

Пусть мир зовет в сиянье новых дней,

Я предан тем, кто был со мною прежде.

Нет уз прочней, нет верности святей,

Чем та, что зреет в кроткой безнадежде.

Я — Рак, я сын приливов и молитв,

Мой панцирь тверд, но сердце — тонкий шелк.

Вдали от бурь и яростных молитв

Я свой приют и свой покой обрел.

Романс номер 10 - лев.

Лев.

Раздвиньте занавес! Пусть вспыхнут свечи в зале,

Я выхожу под рокот золотой.

Вы в жизни более величья не встречали,

Чем мой порыв, победный и святой.

Я — сын Дневного Стила, я — пламя в позолоте,

Мой каждый жест — как росчерк на холсте.

Вы в блеске глаз моих отраду обретете,

Служа моей сияющей мечте.

Моя душа не знает полутеней,

Коль я люблю — то рушатся миры!

Я не приму поддельных подношений,

Я царь своей и вашей всей игры.

Пусть говорят, что гордость — мой изъян,

Но в ней залог высокого полета.

Я пью восторг, как праздничный фальян,

Не зная страха, лести и расчета.

Я щедр к друзьям и милостив к упавшим,

Мой гнев — гроза, но кроток её век.

Для сердца, в страсти искренне сгоравшем,

Я — самый верный в мире человек.

Но не пытайтесь тенью заслонить

Тот ореол, что мне судьбой дарован.

Я рожден властвовать и искренне любить,

Я светом вечным навек коронован.

Смотрите же! Я — центр мирозданья,

Я — Лев, чей рык ласкает слух богов.

В моем лице — все ваши упованья

На жизнь без серости и тяжких берегов.

Я ухожу, но след мой не сотрется,

Он будет звать, как зарево вдали.

Пока во мне огонь монарха бьется —

Я буду богом этой всей земли!

Не романс номер 11 - дева.

Получилось в стиле Маяковского,

В хаосе чувств, в нестройном гуле мира,

Где страсти рвут тончайшую струну,

Я не ищу ни блеска, ни кумира,

Я чту вещей святую тишину.

Мой мир набросан тонкими штрихами,

Здесь каждый жест оправдан и учтён.

Пока другие грезят небесами,

Я созидаю ясности закон.

Вам кажется — во мне остыло пламя,

Что я — сухой и строгий чертежник.

Но я держу порядка чистое знамя,

Как верный долгу, скромный паломник.

Я вижу трещины там, где сияет лак,

Я слышу фальшь в восторженной тираде.

Мой ум — светильник, разгоняющий мрак

В земном, несовершенном маскараде.

Моя любовь — не крик и не томленье,

А тихий труд и бережный уход.

Я принесу Вам исцеленье, утешенье,

Когда наступит горестный черед.

Я подберу рассыпанные четки,

Исправлю слог и вымету печаль.

Мои шаги не слышны, но они четки,

Мой взор направлен в правильную даль.

Пусть я не Лев, в короне золоченой,

И не Близнец, летящий в облака.

Я — Дева, дух, работою крещенный,

Чья в испытаньях твердая рука.

В моем служеньи — высшая свобода,

В моей оценке — истинный венец.

Среди сует и вздорного прихода

Я — самый честный, преданный гонец

Романс номер 12 - весы.

Весы

Меж «да» и «нет», на лезвии мгновенья,

Я созидаю хрупкий свой фарфор.

Мой мир — изящных линий воплощенье,

Где каждый взгляд — немой и кроткий спор.

Вам кажется, я — само совершенство,

Улыбок блеск и вежливость речей,

Я подарю Вам высшее блаженство

В сиянье залов и в тени ночей.

Но посмотрите: чаши то и дело

Дрожат в руках, не ведая покой.

То, что вчера так искренне горело,

Сегодня станет дымкою пустой.

Я так боюсь суровой правды звуков,

Что ложь во благо нежно предпочту.

Избегну ссор, обид и долгих мук я,

Храня в лице застывшую мечту.

Мой грех — в стремленьи всем быть милым разом,

И в неспособности «прощай» произнести.

Я усыпляю Ваш пытливый разум,

Чтоб от решенья сам себя спасти.

Я — флюгер золотой в руках Зефира,

Я зеркало, где каждый видит свой

Прекрасный лик… Но в глубине эфира

Я сам не знаю — кто я, и где услышу свой последний вскрик?

Так пейте же нектар моих приличий,

Пока весы застыли в тишине.

В калейдоскопе масок и обличий

Я растворен в зеркальной глубине.

Я — Ваш покой, я — Ваша гармония,

Но не ищите твердости во мне:

Моя любовь — красивая агония,

Как лунный блик, на зыбкой сей волне.

Романс номер 13 - скорпион.

Добро пожаловать в обитель тени,

Где гаснет свет и плавится гранит.

Здесь нет молитв и кротких подношений,

Здесь только бездна истину хранит.

Мой взор пронзает Ваши помышления,

Как скальпель — ткань, как молния — камыш.

Я вижу Ваши тайные сомненья,

Когда в ночи ты в зеркало глядишь.

Моя любовь — не ласка, а сраженье,

Я пью Ваш страх, как терпкое вино.

В моем огне — святое очищенье,

Нам вместе пасть на гибельное дно.

Я — яд и лекарь в кубке золоченом,

Я — смерть и жизнь в едином волокне.

Для сердца, страстью насквозь обожженном,

Нет места лжи в полночной глубине.

Вы мнили — штиль? Нет, здесь кипят буруны!

Я помню всё: обиды и долги.

Я заставляю петь немые струны,

Когда вокруг смыкаются круги.

Я — Скорпион, я вечный странник пекла,

Я жалю в сердце, чтоб его спасти.

Я восстаю из пепла чтоб душа окрепла,

Чтоб вновь и вновь сквозь тернии расти.

Не подходите близко — я опасен,

Не уходите — я Ваш приговор.

Мой черный путь мучителен и ясен,

Как ледяной, полночный метеор.

Мы сгинем в бездне, чтобы возродиться,

Или проклясть тот день, что нас соединил…

Но в этой мгле, нам суждено напиться

Той правдой, что никто не оценил.

Романс номер 14 - стрелец.

Стрелец

Мой конь осёдлан, даль меня манит,

Где небо сходится с седой землей.

Меня не держит кров и не пленит

Ваш тихий сад и ласковый покой.

Я — сын Юпитера, я вечный пилигрим,

В моем колчане — стрелы из огня.

Я каждым новым берегом любим,

Но нет узды, сдержавшей хоть на миг меня.

Вам претит правды резкий мой порыв?

Я не умею врать сплетая паутину слов.

Я бью наотмашь, бездну приоткрыв,

Срывая с мыслей тяжесть всех оков.

Пусть говорят, что я — насмешник злой,

Что мой азарт — губительный дурман.

Но я делюсь своей живой душой,

Вкушая жизни вольный океан.

Я верю в цели, что недостижимы,

В святое братство и в триумф идей.

Мои пути — огнем непостижимы,

Я выше сплетен и мирских страстей.

Сегодня здесь — с бокалом и гитарой,

А завтра — пыль дорог на сапогах.

Я не боюсь судьбы, хромой и старой,

Пока полет искрится в сапогах.

Так не просите клятв в любви невечной,

Я предан только истине одной.

В своей погоне, звездной и беспечной,

Я обретаю жребий свой земной.

Смотрите ввысь! Там, где стрела сияет,

Прочерчивая сумрак бытия —

Там дух Стрельца надежду рассыпает,

Там жизнь моя, и там — свобода я!

Романс номер 15 - козерог.

Пусть юность плещет пеною вина,

И ветер кружит легкие листы.

Моя тропа — сурова и одна —

Ведет на кручи ледяной черты.

Я — сын Сатурна, я считаю вечность,

В моих руках — песочные часы.

Я презираю праздную беспечность

И блеск пустой, предутренней росы.

Вам кажется — я высечен из камня,

Что в жилах кровь застыла, как свинец.

Но эта крепость выстроена небесами,

Чтоб скрыть рубцы израненных сердец.

Я не дарю лобзаний мимолетных,

Мои слова — тяжелый антиквариат.

В цепях обязанностей, долгих и бесплотных,

Я строю свой непоколебимый град.

Я подожду. У времени в избытке

Молчанья тишь и выдержки гранит.

Пока другие гибнут в злой попытке —

Моё терпенье жребий мой хранит.

Я к цели шёл сквозь стужу и метели,

Стирая в кровь надежды и мечты,

Чтобы однажды в ледяной постели

Коснуться звездной, чистой высоты.

Так не ищите ласки соловьиной —

Я подарю Вам верность и оплот.

Моя любовь — как древние руины:

Она века и тленье переждёт.

Я — Козерог. Я — время и порядок.

Я — тишина заснеженных вершин.

В моем триумфе — горечи осадок,

Я царь горы... и я на ней один.

Романс номер 16 - про любимого водолея.

В гостиных тесно, в душах слишком душно,

Мне мил простор и шторма дикий стон.

Я не умею жить благополучно,

Храня веков незыблемый закон.

Мой дух — Уран, мятежное светило,

Я — искр полет в полночной пустоте.

Всё, что вчера толпу боготворило,

Я предаю забвенью и черте.

Вы ищете во мне земной привязки?

Но я — как ветер, я — свободный ток.

Мои слова — пророчества и сказки,

Моя любовь — космический исток.

Я друг всему — и нищему, и принцу,

В моем лице — сто лиц иных времен.

Я не позволю сердцу затвориться

В темнице стен и траурных имен.

Я вижу то, что скрыто за туманом:

Грядущий век, сиянье новых истин.

Я дорожу причудливым обманом,

Коль он высок и помыслом лучист.

Не плачьте ж, если я в одно мгновенье

Исчезну вдруг, как утрений эфир.

Мое призвание — вечное движенье,

Моя обитель — весь подлунный мир.

Прощайте же! Я — Водолей, я — воля.

Я лью живую воду на пески.

В моем безумстве — радостная доля,

В моем прозреньи — капелька тоски.

Пусть я чужой на вашем тихом пире,

Зато я свой среди седых планет.

В бескрайнем, дивном, необъятном мире

Я — тень мечты, которой равных нет

Романс номер 17 - исповедь отца.

Ещё вчера — косички и капризы,

И детский смех в аллеях старины.

Сегодня — кружев тонкие карнизы

И блеск венчальной, строгой белизны.

Вы смотрите на избранного нежно,

В его руке — Ваша рука дрожит.

А мне в толпе, в разлуке неизбежной,

Лишь тень былых забав принадлежит.

Я Вас растил, как хрупкое растенье,

Берег от бурь и утренних рос.

Теперь иной — в глубоком упоеньи —

Вас вдаль ведет по облаку из роз.

Он Вас берет — мой свет, мою отраду,

Мою опору в сумерках годов.

Я улыбаюсь праздничному саду,

Но плакать над душой своей готов.

Ступайте же! Пусть путь Ваш будет ясен,

Пусть он хранит Вас так, как я хранил.

Ваш новый мир — заманчив и прекрасен,

А мой — во мраке брошенных чернил.

Дописан том. Захлопнута страница.

Вы — мужняя. Вы — гостья в этот час.

И только ночью будет мне томиться

Тот детский взгляд, что навсегда погас.