Рок в стихах

Нам сказали

Что ещё спасать, кроме ваших жизней?

Луч надежды гас под чёрным сапогом.

А у нас нет воли. Против нас нет силы.

Нам сказали: «надо». Значит, мы идём.

Что ещё спасать, кроме власть имущих?

Жизни прочих — слякоть, взять и растереть.

А у нас нет рабства. Только наши ружья

Знают лучше вас, когда вам умереть.

Что на горизонте, пламя или солнце?

Кто-то бьёт кого-то, всем вокруг насрать.

А у нас нет воли. Мы стоим в сторонке.

Нам сказали: «надо».

Будем так стоять.

Зимний сон (оммаж на А.С.Пушкина)

Сквозь волнистые туманы пробирается луна. Каждый вечер та исправна, каждый вечер льёт цвета: голубой, иссиня-чёрный, безмятежно белый луч... зимней сталью обагрённый и серебрянен, текуч.

По пустой дороге тихой тройка резвая бежит: вороной, гнедой и серый; ровно тянутся вожжи. Не погонит их возница — кони праведны летят. Свет в их гривах серебрится, пар плывёт, они сопят.

Только тихий колокольчик, что единственный висит, упреждает днём и ночью — «Кони, кони! Прочь с пути!» Если вдруг метели крупы не затмят твой ясный взор, ты поймёшь — в повозке трупы, смотрят вечный зимний сон.

Вот тебе и на (посвящается ненаписанному роману)

Вот тебе и на. Вот тебе и «солнце». Яркая луна, грязное оконце. Выстрел прозвенит. Бабочка в ладонях. «Вот тебе и на», — прошуршало горе. «Вот тебе и на», — прошуршала плаха. Тянешься в петлю, мочишься от страха. Холодно в груди — эти ваши чувства: «Вот тебе и на — прошуршали. — Пусто».

Выстрел прозвенит. Разлетятся утки. Если не болит — значит, уже сутки. А свою любовь уноси в могилу, чтоб шептать потом: «Призрак, я не сгину». Чтоб касаться вновь, пропускать сквозь пальцы, умолять её: «ты со мной останься!»

Вот тебе и на.

На исходе века

ворон без пера

—

призрак человека.

Древнерусская тоска (оммаж на Б. Гребенщикова)

Древнерусская тоска — ты тоска без повода. В небе тусклая звезда, в доме чьи-то проводы. Выйду утром до зари — в нос мне бросится горький запах ковыли за околицей.

Древнерусская тоска — ты тоска беспечная. Выпиваешься до дна душой человеческой. Ходит пьяная потом — долго кается. Видит месяц золотой — улыбается.

Древнерусская тоска, ты хорошая! Держишь дуло у виска, просишь большего. Ты за руку вводишь в ад, и прощаешься. За калиновым мостом растворяешься...

Так_ты

А иногда, знаешь, хочется прыгнуть.

Не то чтобы вверх, скорее уж сверху.

Толкнуться ногами и северным ветром

Вспорхнуть.

А кто-нибудь скажет, что это не выход.

Посмотрит с укором, обнимет, волнуясь,

А я словно чай в белой чашке волнуюсь.

Мне тихо.

Мне очень тихо. Мне страшно. Я мёртвый.

Над ухом прошепчет бессовестный голос:

«Давай же, не бойся, от смерти на волос

И так ты.»

А белые такты, как видишь, из пауз —

Такой я свою партитуру запомню.

В душе моей плещется чёрное море:

Слабость.

Дверь

Сам знаешь, чудо, побег ведь не выход.

И даже не вход, если крепко подумать.

Табличку убрали, теперь это просто

Дверь-за-которой-нет-ничего.

Ты сам себе создаёшь этот смысл,

Ты сам себя разрываешь на части,

И если когда-то ты дёрнешь за ручку —

Сначала спроси, кто кого запирал.

Кто скажет, что ждёт по ту сторону двери?

А если там тоже стоит чей-то монстр?

А если он тоже мечтает о входе,

И кто-то, любя, его чудом зовёт?

Мыши

Послушай, ну как же глупо

Носить одеяла трупам,

Промозглое серое утро

В их коже сухой встречать,

Считать по субботам их кости,

По воскресениям — струпья,

Возить их, наряженных, в гости

В вонючих гнилых гробах.

Как будто в пустых черепушках

На дне, где грязь и полёвки —

Как те, на лесных опушках —

Какая-то мудрость лежит.

Ты лучше взгляни на хвостик,

На мягкую тёплую шёрстку,

На нос, что поднялся напротив —

Она-то что хочешь найдёт.

Запомни!

Запомни: надежды не будет.

Есть свет в середине туннеля:

Там просто осталась проводка

И кто-то заплатит за ток.

Запомни: надежды не будет.

Есть тихое серое небо:

На нём миллиарды снежинок

И больше они не взлетят.

Запомни: надежды. не. будет!

Ты будешь с захлопнутой дверью

Такое, что даже не снилось,

Делать — и всё без конца.

Ты помнишь? Надежды не будет.

Останутся голые стены,

Дверь и серое небо,

Трупы снежинок

И я.

Поколение

У нашего поколения

Нет сил, настроения,

Есть в центре очаг культуры,

И белый цвет у восстания.

У нашего поколения

Нет ограничений по времени:

Где родился, там дом родителей,

Сам придумай, куда идти тебе.

У нашего поколения

Сердце — та же материя.

Кому отдал, не плачь потом,

Замолчи и будь мужиком.

У нашего поколения

Свои модные веяния:

Через жизнь пронести себя,

Не остаться зависимым

От нашего поколения,

От грустного настроения,

От глупости у властей,

«Пожил, заведи детей»...

У нашего поколения

Нет шансов на выживание,

Нет точки в конце строки,

Сам думай, куда идти