Разные рифмы

Вдохновение

Откуда ты приходишь, вдохновенье?

От ярких фраз или лучистых глаз?

То состояние, души паренье,

Откуда зарождается у нас?

И, может быть, не мы, а неба духи

За нас рисуют по листу строкой?

Мы бренные посредники, мы слуги

Потока, что сквозь нас течет рекой.

В миг радости, печали, изумления

Душа впадает в чувственный экстаз.

Нас наполняет светом вдохновенье,

И льется на бумагу через нас.

Иль свет из вне, или души горенье,

Молиться только, чтобы не погас.

Кто зажигает пламя вдохновенья?

Мы сами или кто-то через нас?

Жертва

Мерцает вязь кроваво-алых рун

На лезвии кинжала чародея.

И в эту ночь осатаневших лун

Он жертву принесёт не сожалея.

Слова мольбы и полный боли взгляд

Увы, смутить волшебника не в силах:

Он предан тьме уж сотню лет подряд

И мертвых беспокоит в их могилах

И вот восходит первая луна,

Неверным светом замок озаряя,

За ней вторая, краснотой полна.

На алтаре уж жертва ожидает.

Вонзился в плоть сверкающий клинок,

Но яркий свет, не кровь идёт из раны!

Крик удивления сдержать не смог,

И за лицо схватился, окаянный.

И улыбалась дева с алтаря,

А свет палил нещадно чародея.

– Пусть добровольной жертвой буду я!

Но не крестьянка, а лесная фея.

Довольно натворил ты в мире зла,

Мой лес проклятой скверной разрушая!

И я сама на твой алтарь взошла,

Где умерла бы девушка простая.

Пусть жизнь отдам, сгорев из-за любви

К родному миру. Но и ты со мною

В огне живом до тла теперь сгори!

Узнай, что зло ничтожно пред любовью!

И в замке чародея вспыхнул свет,

Колдун сгорел, а вместе с ним и фея.

Дождём умылся раненый рассвет:

То плакал лес, о матери скорбея.

Прошли века, и замок плющ увил,

Алтарь зарос шиповника кустами.

Он храброй феи душу сохранил,

Что распустилась белыми цветами.

Как в детстве

Здравствуй, Лето, цветочно-лилейное,

Да ромашковая краса,

Золотое, душисто-кипрейное,

Васильковые небеса.

А пшеница волнуется нивою,

Изливая медвяный цвет.

Вдаль бегут облака белогривые,

И, как прежде, мне десять лет.

Дальше - хуже

Что делать? Дальше будет хуже:

Здесь никому не нужен лес,

Ни звонких птиц оркестр не нужен,

Ни голубая гладь небес.

Стеклобетоно-небоскребы

Растут быстрей, чем дерева.

Ведь лес – лишь дикие трущобы,

Милей - газонная трава.

Прекрасней - глянец Мерседеса.

А для здоровья – фитнес клуб.

Торговый центр, мы вместо леса,

Построим провести досуг.

Огни неоновой рекламы

Заменят свет вечерних звёзд.

И городские панорамы

Художник нанесёт на холст.

Пролягут плиткой тротуары

Через подстриженный газон.

А мы напишем мемуары,

Как алое за горизонт

Закатный солнышко катилось.

Верхушки сосен и елей

Темнели, и роса ложилась,

Как пел волшебно соловей…

Навряд ли нас поймут потомки.

На миг покинув интернет,

Поверх очков из наноплёнки,

Посмотрит внук: «Ты шутишь дед?»

Стихотворение написано в поддержку борьбы против застройки Челюскинского леса

Ночью

Желтое око Луны

Смотрит сквозь туч пелену..

В нежных объятиях тьмы

Лес, как ребенок уснул.

Поле, что тянется вдоль

Призрачной нити дорог

Серой окутано мглой.

Туч нависает полог.

Озеро в водах хранит

Облик Луны и небес.

К тайнам природы манит

Тьма, что окутала лес.

Безразличие

Не отведаю яду, не выйду в окно:

Мне уже все равно, мне совсем все равно.

Наблюдая за ходом бессмысленных дней,

Я не буду ни думать, ни помнить о ней.

К равномерному стуку холодных сердец

Я почти что привык, я почти молодец.

К безымянным обидам холодный покой

Раньше был я другим, но сейчас я такой.

Безразличия тень на красивом лице.

Я - закрытая дверь, недоступная цель.

Я играю со всеми, играю с судьбой.

(И, конечно, сейчас я играю с тобой.)

Ничего в этой жизни: любил – потерял,

Всё что было - то призрак, я всё променял

На пустые слова, обещаний и грез.

Если я полюблю, то уже не всерьез…

На морском берегу встретить ласковый бриз.

Всё, что есть у меня – этот легкий каприз.

Одни?

Мой, Бог, я безумно устала от дней

Текущих тягучим потоком.

Мой Бог, в этом призрачном мире теней

Мне холодно. Здесь одиноко…

Где ты? Освещаешь, как солнце, мой путь?

- "Об этом меня ты просила?"

Где ты? Не даешь моей вере уснуть…

Где ты, наделяющий Силой?..

Мой Дьявол, я слышу вокруг голоса,

Я вижу глумливые лица.

Мой Дьявол, они закрывают глаза,

Они не способны учиться.

Где ты? Дать готовый порочный совет?

- "Они же все делают сами."

Где ты, попирающий Истины свет?

- "Её здесь давно потеряли…"

Узоры на холсте

Смотрю на необычную картину:

Смущенный разум к ясности привык.

Но серую повязку с глаз откину -

Забьет ключом фантазии родник!

Что вижу здесь? Морозные узоры,

Сплетенье чьих-то рук и чей-то взгляд.

О самом важном чьи-то разговоры,

Кристаллы недомолвок что таят.

Ущелья снежные и зимнюю охоту,

Охотник выстрелит вот-вот, застыл

На пике снежных гор. Я слышу ноту,

Которой ветер севера завыл.

Я вижу белых сов на ветках спящих,

И гончих псов, что взяли чей-то след.

Всё это происходит в настоящем,

А прошлого и будущего нет... *

В последней строчке имеется ввиду, что ум настолько увлекся картиной,что находится в моменте "здесь и сейчас", ушли обычные суетливые мысли, в которых мы постоянно перебираем то воспоминания прошлого, то планы на будущее.

Императрица

Я стану для тебя императрицей,

Ведь это место - лишь мое по праву.

Твоею буду павой, властной львицей

Характер дерзкий мой тебе по нраву.

Заворожу прекрасными очами,

Ты мой король: ведь рядом королева.

Я темными наколдовать ночами

Одну судьбу для нас двоих посмела.

Впереди лишь осень

Нас с тобой впереди ждет лишь Мара-осень,

Листья деревьев позолотой красит.

Среди леса невысказанных вопросов

Наш костер холодным дождем погасит.

Я закутаюсь в плед, неприметно-серый,

Ты пальто застегнешь, поднимешь ворот.

Но никак не согреться, что ни делай,

Когда с летом уходит тот, кто дорог.

Разбежимся, и каждый своей дорогой

Вновь пойдем. Может, встретимся невзначай.

Но остывшее сердце уже не дрогнет –

Знаем оба. А осень шепчет «прощай».

Молодость души

Неизбежная старость стучится в окно,

Те, кто молод душой не торопятся сдаться,

Из ухабистой жизни усвоив одно:

За мечту и любовь нужно насмерть сражаться.

И за теплые ночи, за алый закат,

За играющий с кудрями ласковый ветер

Мы еще постоим. И пускай у виска

Серебрит седина, – мы в душе еще дети.

Зимняя гостья

Зима вьюжила, порошила,

Стеля по небу облака.

Смотрю: сорока распушила

На ветке белые бока.

Развесив длинный хвост, надулась,

Сложила черное крыло.

Меня заметив, встрепенулась,

Но не взлетела: ведь в окно

Смотрю я на лесную птицу.

Она смекнула: «не достать».

Зачем плутовке торопиться

И восвояси улетать?

Чудесным новогодним шаром

На ветке ели повисеть

Решила пестрая недаром

К жилью людскому подлететь.

Нашла кормушку для синичек,

Но зерна не достать никак:

Лазейка там для мелких птичек.

Но голод всем знаком, ведь так?

Немного подожди, сорока,

Я угощения несу.

Ты заслужила, белобока,

За зимнюю твою красу.

Летящая с ветром

Ты сказал: – Я буду твоим пилотом,

Унесу нас в Азию, если хочешь.

Если солнце растопит в сердце лед, то

Скорее летим. Будем дни и ночи

Напролет гулять по песку и слушать

Шепот волн что скользят грядой по пляжу.

Теплым ветром слова проникнут в душу,

И любовь два сердца узлами свяжет.

Улыбнулась: – Лучше свободной птицей

Полечу за ветром в такие дали,

Что в чудесных снах могут лишь присниться.

Не хочу чтоб сердце мое связали

Ни слова, ни дела, что быть обяжут

С кем-то рядом в любви, потом в неволе.

Лучше уж бежать босиком по пляжу,

Слушать, как меня догоняет море.

Ты ответил: – Тогда я буду ветром,

Обещаний, клятв – ничего не надо.

Будем вместе лететь по белу свету.

Я хочу быть просто с тобою рядом.

Сайгон

Неделя солнечного рая:

Себя не помня и не зная

Бродить

По людным улицам и скверам.

Ах, как же здорово, наверное,

Тут жить!

Во власти солнечного чуда

Не вспоминать зачем, откуда

Ты здесь.

И с удивлёнными глазами

Под голубыми небесами

Ты есть.

Впитать, попробовать: едва ли

Сумеешь выразить словами

Всю суть

Такого ласкового мира,

Где солнце нас всегда любило.

Ты будь

Здесь и сейчас – ведь это просто,

Тут исчезают все вопросы

«Кто ты?»,

И пышным цветом расцветают

Вокруг, как бабочки, порхают,

Мечты.

Душа туриста, словно губка,

Впитала этот мир, как-будто

Он часть

Ее, стал на одну неделю,

И я так сильно в это верю...

Прощай,

Цветущий теплый город солнца.

И, может быть, сюда вернется

Душа

В чудесных снах о ярком рае,

Словами, мыслями, цветами

Дыша.

Вы там держитесь!

Настала осень, облетела

Деревьев жёлтая листва.

И громче трасса зашумела,

Что рядом с домом пролегла.

Многоэтажек частоколы,

Парковки и торговый центр.

Нам все блага продать готовы

В кредит под «небольшой» процент.

Кому-то денег не хватало,

И надо вырубить леса.

Застроить все, чтоб притекала

Им прибыль. Нам же врут в глаза,

Что «в комфортабельных кварталах

На свежем воздухе вам жить!

Вот только леса очень мало,

А что осталось, то срубить.

И вместо сосен – новостройки.

А чистый воздух Стройпердит,

Подпортил. Но не беспокойтесь,

У вас не выплачен кредит

За вашу светлую квартиру

В районе дивном, там, где лес

Когда-то был... О том, что было

Какой тут думать интерес?

О новой прибыли, пожалуй,

Подумать уж давно пора.

Где распилить, отмыть. Эх, мало!

Пусть не по правилам игра».

И что за твари, а не люди,

Стоят вальяжно у руля!

Их ни судья, ни Бог не судит.

Там каждый сам себе судья.

«А вы надейтесь и молитесь.

Да, денег нет. Шоссе смердит.

Здоровья, счастья вам, держитесь:

Ведь надо выплатить кредит».

Стихотворение написано в поддержку борьбы против вырубки Челюскинского леса.

В долгий сон

Осень. В запахе прелых листьев в спячку уходит лес.

Медленный ворох опавших мыслей и синева небес.

Я разведу костёр горячий прошлых поступков и слов,

Место очистить для зимней спячки, чтоб не испортить снов.

Старое в старом, прошлое в прошлом. Тихо в моём лесу.

Новую жизнь из семян проросших я до весны спасу.

Цветок кактуса

Целый год провести в ожиданьи… и что ж,

Если небо на влагу скупится?

Он колючий и круглый, как маленький ёж.

Но внутри чудо жизни таится.

Час настанет – из почки пушистой стрела

В рост пойдёт и потянется к свету.

Целый год эта сила спала и ждала,

Чтоб прорваться внезапным расцветом.

И на ножке распустится райский цветок,

Аромат неземной источая.

Дивных мандал узор здесь плетёт лепесток,

Безупречностью взор покоряя.

Нежный бархат тычинок по кругу бежит,

Рыльца пестиков как опахало.

Среди тысяч цветов кактус мой фаворит.

Жаль, отпущено времени мало.

Только сутки – и в хрупком балансе весов

Побеждает забвения чаша,

Увядание в нежной пастели тонов.

Жизнь цветка… чуть короче, чем наша.

Дивный новый век

Я за нейронкой дорисую руки,

Поправлю окосевшие глаза.

В чат GPT вопрос задам от скуки,

Потом проверю, правду ли сказал.

Домою ложки за посудомойкой,

За пылесосом дочешу ковёр.

А на окне налёт особо стойкий

Оставил чудный робот-стеклотёр.

Стекло дочищу я и заскучаю,

Задумаюсь, в чём этой в жизни суть

Машины быт прекрасно облегчают,

За ними лишь доделать надо чуть.

Пишу, пока система не зависла.

Машин всё больше, их начался век.

А может, чтоб их жизнь наполнить смыслом,

Теперь и существует человек?

P.S. Иллюстрация создана с помощью нейросети