Пыльца на пальцах

Сьюзен. Мартовским снегом, по грязным сугробам...

Мартовским снегом, по грязным сугробам, Сьюзен пачкает черное платье, спешит на работу. Под сумрачным фонарем, на лету остановит снег, идет к цели. Она хочет помочь - у Сьюзен доброе сердце - только не знает покоя и счастья. "Песок течет быстро, пошевелись, нужен работник умелый" - шепчет она себе. "Если бы знала, что делать - тут не поможет какао с печеньем".

Дедушка где-то занят, как и помощник его, и лошадь устала. "Возьми яблочко, прости, утруждаю" - смотрит, как хрумкает яблоком Бинки. Есть постоянство. И если не выйдет - дом есть тоже. Она не собьется со счета - сколько тарелок, куда ведет дверь. За дверью покой и черный сад - он правда весь черный, не хочешь - не верь.

Сьюзен читает книгу, выдумывая часть от себя - так больше нравится детям, ведь правда так притягательна и груба. Сьюзен наяву видит кошмары, может их обуздать. Пусть дети верят, что ее оружие - кочерга. На самом деле - улыбка Смерти. Радуйся, если ты ее не встречал.

Мартовским снегом, по грязным сугробам Сьюзен пыталась помочь. Грязное платье - мелочь, впереди целая ночь. Ворон клюет на балконе орех. Из мира в мир - лишь бы по делу, лишь бы успех. Времени столько, сколько песка в часах. Сьюзен не признается, если чувствует страх. Улыбка леди, чай с шоколадом и точный расчет. Поможет ли, нет - не просто же так повезет? Ведь даже Солнце делает то, что скажет Смерть - чья это воля - умереть? В вихре метели, среди первоцвета или по палым листьям - и что же теперь, не прийти, полениться? Сьюзен не вправе, она знает цену неточности песочных часов. Сьюзен знает: не поможет ни один засов.

Но хочет помочь. Выслушать. Что-то понять. Просто жить - этого бы хотели и отец, и мать. Жить - хочет она сама, вести уроки, засиживаться допоздна. Спорить о мелочах, что говорят - ты такая как все, а потом... бьет набат. Это ворон стучит клювом в стекло. "Вот же опять тебя принесло!" Нечего делать, это не жизнь - где книги, уроки и шоколад. Сьюзен вновь ждет иномирный черный сад. И книги - совсем другие, что не прочесть чужим, часы и дороги - но не бывает на картах их.

Мартовским снегом, по грязным сугробам, Сьюзен все еще хочет помочь...

О Спящей Сновидице

Останови время – так, между прочим, легким движеньем руки. Смотришь в окно – это поможет? Травы насквозь горьки. Травы для чая, что собирала все лето на заднем дворе, впитали слезы отчаянья, что настигают здесь, в октябре. Солнца тарелку не видно за крышей дома соседа, лето в банке готово – но кто заказывал это?

Сделай, как принято – чай и душица, строгий костюм, вербеной слегка подушиться... Кого ты ждешь к чаю? Что будет в пять? Снова зашторены окна и тихие слезы опять. Так ли бывало, или в просторном июле звали с собою тебя, только ты не проснулась?

Спящая, видишь в нубийских песках – кошка пришла к камину, пламя в ее глазах. Видишь – здесь шорохи, скрипы, тени. Помнишь то колдовство в беззаботном апреле? Помнишь тот танец, «да», победившее «нет», взятое обещанье, твой личный секрет?

Ты помнишь, как на крыльях парить? Помнишь? Выпусти серебристую нить. Спящая да увидит всю красоту мира, только усталость ее победила. Спящая спит без снов, за окном шумят листья дуба. Только она с нею – всегда верная кошка Ануба. Все, что осталось от дома, и от Семьи, кошачьи глаза смотрят в глаза твои.

Том уж давно в земле, Тимоти не историк – кто бы поверил в сказки, что ничего не стоят? Сеси срывает травы, молча кивает соседу – он улыбается ей, Сеси благодарна за это. Смотрит на небо, мучительно вспоминая, как работают крылья. Помнит – значит живая. Вечером только Ануба будет сидеть у порога, глядя вприщурку на солнце и вздыбливать шерсть, недотрога.

Скажет сосед – «может быть, ведьма она, сколько я помню, всегда ходит одна». С ним согласятся, предпочитая не спорить – если не Сеси, кто исцелит их хвори? Кто сказки расскажет детям так, как никто другой, кому можно секрет тайный доверить свой?

Спящая, просыпайся – так ли хотела жить? Ты же любила птицей в небе парить. Беседовать с тенью, бегать с волками – вот от чего никогда ты не уставала!

Останови время – так, между прочим, движеньем руки. Подожди секунду... Ты готова все повторить? Ты готова броситься в пропасть, произнести «люблю», снова душу в клочья порвав свою? Ты будешь готова спать без снов, без мелодий нубийских песков? Спящая, ты знаешь ответ – манит любовь, единственный для тебя секрет. Даже все зная, ты делаешь выбор в том самом апреле – как глоток воды, ничуть не жалея...

Верный случай - по "Тетради Смерти"

Вот он, твой верный случай

В черной тетради - так будет лучше.

Краток свод правил, который получишь.

Хватит не человечьих, а божьих сил.

Каждой строкой жить или нет решаешь,

Сорок секунд, замерев, засекаешь.

Все четко работает - проверяешь,

Чтобы знать, что кару свою свершил.

Кожа тетради приятна в руках,

Яблочный запах, и снова решать,

Сколько сокрыто в тех именах,

Но искушением будет цена.

Думаешь, что именно твой случай

Создаст новый мир, прежнего лучше?

Боги не дарят, а плату получат -

Все решено - росчерк пера.

Говорят, боги смерти едят только яблоки...

Говорят, боги смерти едят только яблоки.

Говорят очень многое - а надо ли?

Жизнь так и идет до случая -

Вчера, завтра ли - такая же скучная.

Кем же написаны все эти правила?

Сколько всего на кон поставлено?

Тебя выбросят, как огрызок яблока.

Капля крови - чернил - не правда ли?

Потому и вкусные яблоки в мире людей -

Аромат искушения и многих страстей...

Не та Маргарита

У тебя есть своя Маргарита,

Память о звездах - только мечты.

Сердце мое на осколки разбито,

Я подняла те желтые цветы...

Обнявшись, вы ушли в туман,

Я взглядом провожала силуэты,

Вы думали, что это не обман,

Несчастные цветы хранят секреты.

Так чужд и странен ободок кольца

В моей некрепко сомкнутой ладони.

Вы не увидите печального лица,

Меня теперь не наградить покоем...

Ах, Алиса!

Скорей, скорей, за белым кроликом

В долину сказок, магазин чудес!

Но быть тех выдумок невольником?

Расправить крылья, взлетая до небес?

А под ногами словно золото лежит,

Великой редкости и красоты монеты.

Какой обман! Законченная жизнь -

О ней не сложат никогда сонеты...

И вкусный кофе, пахнущий свободой,

Дождь, плачущий о прошлых временах.

Алиса, убежал давно уж белый кролик,

Но неба красота видна в твоих глазах!

Пыльца на пальцах

Воспоминанья - пыльца на пальцах,

Стихи - огонь натянутых струн,

Неслучайный вечер - из странных,

Всколыхнул озеро моих дум.

Обжигали водою, смочили огнем

Цвета ахроматической гаммы.

Слушай, смотри день за днем,

Дыши прекрасным туманом.

Тишина - это муз дуновенье,

Пусть немного еще погостит.

Так прекрасно то изумленье!

И незнанье... Увы, но прости...

Влетела - оглянулась - попала!

Влетела - оглянулась - попала!

Закружилась - поняла - пропала!

Луч - профиль - хризантемы в зале,

Слово прямо в сердце проникало,

Огнем живую душу обжигало.

Тихий голос - и волшебный вечер.

Случайность - необычайная встреча.

Дай Бог, чтоб я не никогда не забыла,

Как у бабочки выросли новые крылья...

Памяти Рэя Брэдбери

Я плакала, узнав о смерти,

Новостей никогда не читала,

Пустая, мне нечем ответить -

Я, как всегда, промолчала...

Пришло время проститься.

Но книги, миры и сказанья -

Нам, задержавшимся здесь,

Останутся воспоминанья...

Как одуванчиковый пух,

Летим в прекрасные мечты,

Но - жизней не бывает двух,

Однажды... Вот ушли вы -

Туда, в Октябрьскую страну,

На Марс иль по вселенной.

И мирозданию видней,

Что делать с памятью и откровеньем.

Огонь единый

Был когда-то пеплом я, и огнем, сотворившим пепел,

И древом был, что вскармливал огонь, я был дождем,

Что лил с небес, с листвой играл, и облаком на небе,

Что звезды прятало от взоров существ земных.

Звездою был и был лучом ее, всю землю осветившим,

Я стал землей, рождавшей жизнь в ее безумной красоте,

Всем множеством существ, по-прежнему единым,

И одинокой птицей в небесах, свободы выраженьем,

Пером крыла ее, влекомым веселым вольным ветром,

И ветром был, игравшем в поле с золотом пшеницы,

Вот васильком мелькнул среди колосьев, сорван был,

Ребенком, собиравшим разнотравье, стал,

Что любовался рыбками в лесном пруду прозрачном.

Плыл средь воды прохладной, хвостом сверкая,

Пока однажды не поймали сетью, и сетью я стал ловчей,

Стал рыбаком, что ту сеть сплел и лодку просмолил,

Мечтая о море, и стал я соленой водой морскою,

Направлял корабли, волнами хлестал их бока,

Кораблем был в бурном море, его молния била,

И молнией обратившись, ночь в день превратил,

Днем светлым стал я, оставаясь темной ночью,

Светилом был, поведав правду всю, как есть,

И был правдивым словом, будучи обманом,

Смеялись надо мной, и смехом обратившись,

Обманщиком я стал, никто мне не поверил,

А верой стать особенно забавно - быть пламенем ее.

И пламя то из душ живых творило пепел,

Часы перевернув, отсчет начав сначала.

Вы правы

Вы правы - так скажу я вам,

Грядет победа или пораженье?

Суть - это взрыв, движенье,

И "капитан, мой капитан!"

Собеседники

Зеленая фея, живущая в абсенте, хочет получить вашу душу. Но со мной вы в безопасности.

(с) из фильма "Дракула" 1992 года.

Из собеседников –

Только музыка,

Нет, не придет никто.

Душу топила в вермуте,

И не гляжу за окно.

Вспомнить – и нечего,

Хотя было что вспоминать.

Счастьем звалось вечное,

А мы хотим убивать...

Солнечный луч поймав

Среди дождей и туманов,

Больше не отпускай.

Пусть светит ручное пламя.

Из собеседников –

Только мир,

Тебе неподвластный.

Не ухватить его,

Туманом скользнет

Меж пальцев.

Розовая вода скрывает

Пряный запах крови.

Истину не знает никто,

Лишь солнечный луч,

Пойманный в камень.

Из собеседников –

Только жизнь...

Не выходи в мир

Не выходи в мир, себя не обманывай,

Неужто тебя манит запах падали?

Будь в тишине и безопасности,

Не рискуй, не кидайся в крайности.

Вокруг не образы - образины,

Сколько еще? Ты не резиновый.

Целый мир в себя не вместишь,

Лишь сигаретой грустно дымишь.

Не выходи - там кругом враги,

Не выходи - спокойней, когда один.

Скалят зубы все те же предметы,

Что в руки ты брал, желая совета.

Ты можешь в мир и не выходить,

Он придет сам. Скажет, умирать или жить.

Знакома картина

До боли знакома картина,

Последний закончила штрих.

А я вновь себя не простила,

Страдаю одна за двоих...

Где свет, наполняющий детство?

Дни, что радостью были полны?

Любовь, сохраненная в сердце,

Что может достать до звезды?

Где время? Оно просочилось

Сквозь пальцы мелким песком.

Скажи, что же с нами случилось?

Кто виноват в во всем том?

Кто виноват в страшной боли?

Не слышишь ты, как ни зови...

Смерть - не соперница боле

Великой и светлой любви.

И нам ничего не осталось,

Пути нас с тобой развели...

Какая вселенская жалость

Теперь у нас вместо мечты!

Розы окрасились кровью,

Шары золотые - в пыли...

Как жалки эти осколки

Когда-то вселенской любви...

И я не могу докричаться

Сквозь паутину времен...

Видать, суждено оставаться

В толпе средь забытых имен...

Поговорим сейчас, мой капитан?

Поговорим сейчас, мой капитан?

Нет, не о справедливости и чести.

Не знаю, что бы ты сказал...

Одна душа - не две - навеки вместе?

Мне кажется, я знаю твой ответ,

Запрятанный под ласковой улыбкой.

Я остаюсь. И даже в страшном сне,

Когда миров границы зыбки...

- Скажи, как есть. И пусть! Не знаю!

- Ты слушай тишину, она бывает редко.

Мы вдаль уйдем, душ - рук - не разнимая.

...Хлестнула по лицу несломанная ветка...

Мы хотим одного и того же

Капитан, мы хотим одного и того же.

Это ж сколько непрожитых дней

Не случилось... Так просто и сложно.

Сделаю чай, а ты скажи мне -

Капитан, что теперь делать, когда

Тишина вокруг, только чай горчит,

Ветер холодный, темна вода...

Я прошу, капитан, не молчи.

Капитан, мы хотим одного и того же?

Уверен, что от тебя не услышу лжи.

Согреваю руки, мурашки бегут по коже.

Знаю - мы оба просто хотим жить...

Двенадцать записок

Жизнь - на сцену,

На части, в клочья,

Зашифровать

И не найти ответ.

Вопрос имеет цену

Луны и крови ночью,

Оттанцевать.

Желтое солнце

Поселится в сердце,

Рамкой для фото

Станет день.

Нить вьется -

Вот пряжа смерти,

Все уже готово,

И падает тень...

Огню - гореть,

Танцевать для души,

Жить - словам,

Бесконечно.

Сердцу скажи петь,

Что б ни было - дыши!

Узнать дано не нам,

Что есть вечность.

Живи!

Кофе и дождь

"Я хочу капуччино с дождем!" (из х/ф "Плащ Казановы")

Я хочу горячего капуччино,

Я хочу горячих объятий,

Просто так, без причины -

Я хочу любви - не проклятий.

Окна выхлестал дождь,

А судьбу - обстоятельства.

И уже ничего ты не ждешь,

Лишь - предательства...

Смотрю в холодные глаза,

Не зная, что за поворотом...

Скатилась по щеке слеза.

Не любовь вышла - работа...

Бьются мечты, ломая судьбы,

Спрячу печаль под вуалью...

Знаю - все в жизни будет.

Ни на секунду не забываю

Аромат кофе и холодный дождь,

Ту недолгую, странную встречу...

Так бывает - ничего не ждешь -

Жизнь переменит один вечер...

О белой вороне

Птицы такой не сыщешь нигде ты на свете,

Кто это промолвит - навсегда повинен во лжи.

Есть в мире храбрец, что признаться спешит

О крыльях, окрашенных цветом вороньей души?

Дар или проклятье?

Дали боги ей силу великую, а еще цвет небес -

Ослепительно белый, и прочие меркли пред ним.

Дали мудрость и знание... Трудно бывает понять

Это людям простым - не по силам божественный дар.

То ли в награду он дан, или как проклятье богов?

Зима внутри меня

Снег на ладони – казалось, еще вчера,

И не зимой были жемчужные вечера,

Мертвые ветви снова ожили,

Как текут внутри соки, они не забыли.

Смотрю на печальные капли дождя

И понимаю, чего просит душа.

Она хочет зимы, и снега в ладони,

Белого в пространстве том заоконном,

Ясности мыслей и ледяного огня,

Ломкого света, нового дня.

Ветка хлестнула, будто бы по лицу –

Птица взлетела навстречу концу.

Танец теней на снегу повторили

Красно-кровавые гроздья рябины.

Ветер со стуком окно распахнул,

Духом весенним травяным дохнул.

Я не хочу и закрываю окно,

Твердо зная только одно –

Стаял снег на ладони, но зима

Ждет... и живет где-то внутри меня.