Против

Марш Прогресса

Рассекает луч горизонт,

Колонны собраны в бой,

Сегодня воюем сами с собой,

А завтра силами все становимся в строй.

Мы армия здравомыслия,

Сыны молодого мышления,

Пусть же будут гореть

Все этапы старинного размышления.

Уклоном на сорок пять

Бьёшь прямо в глаз пережитку,

Мы увидим как рушится мир,

Построенный на костях из пожитков.

Другое время грядёт,

Никак нельзя уставать,

С тобою мы бережём наш

Ново-старинный флаг.

Разовьётся над нами стяг,

Будут бури гулять,

Мы будем смотреть, не иначе,

Как ломается последний ишак.

Упрямство, коварство исчезнет, Да здравствует новый мир!

Да здравствует новомышление

И чистый бумаги лист!

Вы скажите: «Это утопия!

Нельзя же так просто изъять

Из мира роевого мышления

Тысячи заякоренных фраз.»

Маршем пройдём по планете,

Мы будем с этим бороться,

Ваша иллюзия мышления -

Иллюзия восходящего Солнца.

Ваш горизонт давно

Поник в кровавом закате,

Ваши идеалы мышления

Слишком и слишком зажаты.

Зажаты в тисках столетия,

Столетия восходящего Солнца,

Где ваше мышление чуждо,

Лишь вызывает простуду,

А то и чего ещё похуже.

Некая тварь ещё мыслит и уже,

Так пусть же змеиной цепочкой,

Обычным змеиным клубочком

Свернётся ужом и опустится вдаль,

Осталось сказать этой твари

Холодное, злое: «Прощай».

Мы армия здравомыслия,

Пройдёт по полям раздора,

Мы будем смотреть все финалы,

Мы победим во всех битвах

И будем идти поголовно.

Вы главные судьи сей битвы,

Пусть будет она всевечна,

Всё консервативное плохо,

А фразы все ваши извечны.

Мы встанем рядами,

Пройдёмся колоннами,

Дети иного мышления,

Маршем по голой брусчатке

Пересекая фразовое преступление.

Якорь со дна, фонарь загасить,

Скоро настанет утро.

И в дальнее путешествие отправим,

Прямо из этой же бухты,

Всех, кто нас ненавидел,

Кто нас обижал и вертел.

Они не такие как мы,

Блаженны от ужасных дел.

Быть может, поступим иначе?

Углом девяносто, ребята,

Метить прямо им в глаз.

Нет! Не такие мы злые,

Как кажется вам,

Вас никто не обидит,

Хоть умирали тысячи нас

Из-за ваших глупых идей

И приевшихся едких фраз.

Иначе поступим, но вы не ликуйте,

Наказание будет ужасно,

Сначала разрубим цепи

Весь мир освободим, не иначе.

А после на всех костях

И обломках цепей мы устроим

Свой новенький мир.

А будете вы смотреть и слушать,

Как проливается прозрачный эфир,

Как сносится граница мышления,

Как разум считает свободно,

Как будет своё отражение

Всего, что кануло раньше в воду.

От вас больше не нужно ни слов, ни идей,

Исчезнут зацепки для ваших «бедных» детей.

Теперь вы поняли что значит иное мышление?

Иголкой прошили все швы у себя?

Нам стоит проверить? Нельзя!

От вас ничего не надо.

Маршем мы дальше пройдём.

Из луча восходящего солнца

Мы снова счастья испьём.

От вас ничего и не надо,

Поймите, примите всю правду,

У вас своё тяжкое наказание, Искупить все ваши грехи,

Отказаться от ужасных желаний.

Примите, поймите всех нас,

Сынов молодого мышления,

Все мы такие как вы,

Только нет того старого размышления.

Все мы такие как вы, И все мы увидим старого мира крушение.

Надежда

В холодной землице корнями большими

Засела надежда, смотря на рукав.

Твоими корнями глаза оплетают

И верят, что будет всё так, как всегда.

Землёй окроплённой, побегом зелёным

Растёт сквозь асфальт, вспоминая тебя,

Камни разрушит и небо раскрасит

В другие цвета, не живые, иначе,

Твоими слезами почву удобрит.

И вырастит хилый, больной, но зелёный росток.

Засохнет под гнётом, сгниёт и умрёт,

Землю удобрит, и опять прорастёт.

Фениксом жарким вспыхнет сначала,

Слезами обмоется, души укроются,

Плоть разлагается, мысли сбываются.

Восстанет из ада, опустится с неба,

Придёт, постучит, опровергнет, откинет,

Любимую пищу надёжней всей веры,

Основу которой составляют эмоции,

В огромное чрево своё опрокинет.

Умная пища полезна для мозга,

Редко её бывает найти,

Эмоциями лишь не насытишь извилины,

С шипеньем своим не найдёшь пустоты.

Пустоты огромны бывают однако,

Иным раскладом заполнят весь мир,

Глазом холодным со слезою горячей,

Пытаясь тьму перейти.

Остался надежды последний огромный глоток.

Социум

Социальное существо человек,

Жаль выражается это не остро,

Жаль все мы как крысы,

Живём, суетясь об проблеме роста.

Суетясь как выжить нам надо,

Как семью завести и дела,

Как сжигается острыми взглядами

Зачерствелая мечта.

Ты упадёшь в грязь лицом,

Тебя никто не поднимет, В социуме постоянно идёт бой

Между здравомыслием и цинизмом.

Социум заменяет тебе

И солнце, и воздух, и воду,

Жаль в потоке роевого мышления

Он в тиски зажимает свободу.

Общество существует,

Лишь чтобы работать заводам.

Здоровую социальность уже не вернуть,

Осталось лишь бедно прильнуть

К хозяйским губам, что не дадут упорхнуть.

Зола

Прожжёт последний луч заката

Насквозь тот белый лист бумаги,

Прожжёт и не оставит следа,

Оставит лишь золу и слово,

Закопанное в горы пепла.

Сгорай и слово, пусть и так,

Сгорай и Солнце, в пыль и мрак,

Сгорая памяти не оставляй,

Оставь то, что заставило страдать.

На всём том пепелище где-то

В воронках от снарядов,

Открытых для наших верных взглядов,

Осколки судеб, пыль и пепел,

Обрывки стареньких газет,

Слова плохие и не очень, Глаза, заклеенные скотчем,

Победа, поражение, упадок,

Усталость, радость и болезнь.

Зола останется на веки,

Слова засохнут, грязь исчезнет,

Опять последний луч заката

Прожжёт тот белый лист бумаги,

Прожжёт, не оставляя пепла,

Прожжёт везде, где бы он не был.

Декаданс

Это век декаданса, это век проводимости,

Век нестабильности и диссонанса.

Сбрось же все маски, обычное тело,

В них нет больше смысла в среде декаданса.

Упадок грядёт для всех наших желаний,

Поплатимся мы и за них,

Как поплатись тут умирая, надеясь выход найти.

Отбрось все заботы, протест в стороне,

Плыви по течению к социальной тюрьме.

Плыви и подумай, так будет легче.

Есть декаданс — нету протеста.

Отныне каждый по мере возможности,

Отныне каждый по мере потребности,

Отныне каждый по мере желания,

Отныне каждый по мере приказа

Будет идти по туману в овраг.

Отныне тут найден невидимый враг,

Отныне мы можем себе плюнуть в лицо,

Теперь всё и везде не так

Как думало большинство.

Ненависть

Гуляй прогулочным шагом, душонка,

Гуляй, коли есть огонёк в глазах ещё,

Свободу дай печной заслонке,

И больше, больше ничего.

Когда остались в сердце угли,

Когда лицо измазано плевком,

Быть может есть ещё иско́рка

В тумане во двери ночной?

Отдам всю душу на сожженье,

Авось останется чуток,

Пусть даже будут угли в сердце

И тёмный тайный уголок.

Быть может, мы найдём у Данте

Наш верный, нужный круг?

Никто не чист, во всех изъяны,

И обезьяной легче стать,

Мир безразличия едва ли

Рассмотрит сжавшийся кулак.

Быть может, а точно — никогда,

Ещё исправится весь мир,

И по́том кулака начнёт быть слизь.

Все стяги разорвутся под гнётом

Сладеньких надежд,

Которых мы, увы,

С испариной на лбу

Едва могли увидеть в тесноте.

Гнев

Какого на устах чувствовать сладость всех слов?

Зачем громкогласно явить о богах?

Отныне нет в этом мире ослов,

Это о некоторых людях, в общих чертах.

Лучше бы я съел мухомор,

Лучше бы выпил метиловый спирт,

Как однозначно, как же прекрасно,

Когда по полу льётся эфир.

Мы каждый себе обещаем,

Но так же всё больше продолжаем страдать,

Как же меня измотало,

От чего нельзя умирать.

Словно мухой в холодном компоте,

Словно крысой в змеиной норе,

Каждый день стоим мы Колоссом,

Стоим на травлённой земле.

Сколько же можно друг друга давить?

Травить, убивать и стрелять,

Как можно человеком быть,

Если всё остальное — пустяк?

Так долго теснились в холодных местах,

Так долго просили о жизни забыть,

Давайте ж утопим все наши дела,

Давайте сожжём все наши мечты,

Мы долго молились фальшивым богам,

Мы долго просили пощады у вас,

Мы долго искали ключ от оков,

Мы — спички, от которых разгорится костёр.

Каракули

Ножом разрезав слипшиеся веки,

Иглой пройдясь по шву штанов,

За клеткой окон промолчи,

Будь к переменам готов.

Ни гроша не осталось в кармане,

Слёзы не лей, не горюй,

Банку краски и кисти в руки,

И на заборах что угодно малюй.

Быть можешь напишешь ты строфы,

Али будущего славный пейзаж,

Может ты нанесёшь катастрофы,

На этот небрежный квадрат.

Всё, чтобы отвлечься,

Уйти от сладостных мук,

Этот забор настоящий,

Не то, что ты, да и я, друг.

Прощай, банальное время,

Здравствуй новый прекрасный пейзаж!

Теперь все сидим как какое-то племя,

Рассматриваем наш Эрмитаж.

Так или иначе, не будем врать о себе,

Краска тоже облезает, как и всё на этой Земле.

Быть может возьмёшь ещё гвоздь?

Нацарапаешь на оконном стекле,

Твой запутанный мир,

Где нет места горю и тьме,

Где тебя все любят, где ты один на Земле?

Так и станешь один,

В холодной и тёмной квартире,

Словно в спичечном коробке,

Где стираются грани величия,

Где все мы лежим в темноте.

Останется у тебя немного:

Каракули на стекле,

Душевный осадок тяжёлый

И глоток воздуха в темноте.

Небезразлино

Ты видел разрыв горизонта закатом,

Когда опускается небо во мрак?

Ты видел нежнейшее сердце,

Мигом ускорившим шаг?

В кладбищенской пыли скитанье беспечно,

Все мы окажемся там,

Мне теперь вообще неизвестно,

Теперь кулак превращается в сталь.

Стреляй, нападай! Не отдам ничего

Соседу по маленькой крови,

Все мы люди, но зубы скалить готов,

Ради защиты крови низших сословий.

Все правила тут небрежны,

Иногда ты придумаешь сам

Как в грязи бесконечной

Кулак разжигает пожар,

Как в протравленном воздухе,

Давящем на виски,

Ты для смерти отыщешь холодные, злые пески.

Как тут унижали, бранили, плевали,

Хоть весь лоб в словах изрисуй,

Маркер на полку, мысли в топку,

А пальцы в рот мне не суй.

Так и затянется петля на запястье,

Как рассвет горизонт разорвал,

Как в тёмном ненастье

Ветер холодный все стяги порвал.

Вы хотите продолжить так жить?

Выйди на улицу — посмотри,

На улице всё ещё хуже,

Чем у тебя в квартире внутри.

Делайте что хотите,

Я продолжу строфы писать,

Мне будущее человечества небезразлично,

Я не ленивый тюфяк.

Я надеюсь, что все слова безграничны,

Я надеюсь, что всё в этом мире не так,

Я надеюсь, что в полдень горизонт не порвётся,

Как это было тогда.