Приход ночи

ВОЗМЕЗДИЕ

Окно весь день ненастьем слёзно,

Туманом спутаны стволы.

Просить о чём-то слишком поздно

И пеплом веет от травы.

Уступит кровь незваной стуже,

Толкнув однажды за корму.

Сорвав с тебя остатки кружев,

Приму, как дар, я сердца тьму.

Ты встанешь облаком багряным,

Простая в дикости заря.

Я прожил всё, прошёл туманы,

Увы, тебя не встретил я.

САМА

Пришёл одетый в ночь посланец.

Поник печально ясный взор,

Стирая глаз зеркальный глянец,

В душе предчувствуя позор.

Шарфом закутав плотно горло

И проглотив тугой комок,

С лица остатки краски стёрла,

Когда он за собой повлёк.

Конец всему придёт позорный –

Как облако снесёт дворцы,

Металл осыплет в порох чёрный,

Чтоб феникса взошли птенцы.

СОМНЕНИЕ

Прозрачна сырость перекрёстка,

Забыты войны и цари,

Обманут светом правды жёсткой,

В молчанье праведном замри.

С багряной выси льётся небо,

Суля ненастье за дождём,

А сердце просит только хлеба,

Оставив память на потом.

Мой шаг не будет так беспечен

Среди суровых стен и скал.

Легко обняв тебя за плечи,

Себе впервые я сказал:

«Мы за ночь вместе повзрослели –

От всех дверей даны ключи.

Принцесса стала королевой.

Послушай, сердце, не кричи!

Мой свет остался так же ярок,

Церквей не гасли купола,

Себя в награду, как подарок,

Она без мыслей отдала».

ДЕВА В АЛОМ

Лежит на коже отблеск алый,

Одетой тканью до конца.

На этой встрече запоздалой

Молчат нетронуты сердца.

Растёт в душе невольный ропот:

Ну почему она молчит?

Схватить её и скачки топот

Пусть перекроет звон копыт –

Мы оторвёмся на распутье.

Ещё и месяц не всходил.

Лицо хлестали резко прутья,

Дыханье воздух серебрил.

Она осталась молчалива.

Кричало платье. Не она.

Зачем нас небо обделило,

Вписав чужие письмена?

Где отыскать такие чары,

Чтоб мне поверила она,

Любовь щеки коснулась жаром,

Горячим зноем полотна?

ТЫ

Ложится вечер прямо в тени.

Напрасно нас сегодня ждут

До дыр истёртые ступени –

Собою ноги прочь ведут.

Опустит день свои зеницы –

Его судьба всегда одна.

Устав, замолкнут в небе птицы.

Теперь я муж, а ты жена.

Теперь не вечные скитальцы,

Пристала к берегу ладья.

Найдя на ощупь эти пальцы,

Скажу всё честно, не тая,

Про то, как мы проходим мимо,

Стараясь видеть издали.

Делиться тем, что неделимо.

Судить о бездне на мели.

И, может быть, впервые имя

Из уст забытого волхва

Слетев за птицами ночными,

Перечеркнёт других слова.

* * *

На мне, должно быть, есть печать:

«Чужой» – безжалостно отмечен.

Мне хочется её сорвать,

Зажечь в душе покоя свечи.

Но это мне не суждено,

Как страстно б к счастью не стремился.

Понятно мне пока одно:

Хотел взлететь, но лишь разбился.

Ты тянешь руку мне помочь,

Сбежать с тобой из тёмной ямы,

Но словно тень, за нами ночь

Ложится по спине крылами.

Себя не в силах я поднять.

Мне это страшно и обидно.

Тебя мне легче запятнать,

Чем рваться вверх, где солнце видно.

* * *

Ты спишь и будто незнакома:

Лицо – святее алтаря.

Уйти хочу тайком из дома,

Пока не брезжила заря.

Запомнить блеск причёски медной

И наши тени на стене,

Свеченье кожи – нежной, бледной,

Горячей, словно ты в огне.

Не тою меркой счастье мерим.

Стоим на тихом берегу.

Забыты сказки, светлый терем,

Царевны, росы на лугу.

Покрылись ржавой краской латы

И потускнели образа.

Забыт и мир, лишь сон крылатый

Напомнит, как весной гроза,

Леса и дикую равнину,

Где скачем, яростно крича,

Когда нельзя наполовину,

Как не погибнуть от меча.

* * *

Холодный вечер цвета стали.

Потоки света из витрин.

Среди толпы вдвоём стояли

И только месяц был один.

Насколько хватит только взгляда –

Теснина улиц и дорог.

Любовь достойная награда,

Когда в душе её сберёг.

Играет чёрной краской лето,

Прозрачной ночи терпкий мёд.

Идут Ромео и Джульетта

И каждый шаг чего-то ждёт.

Тонуть в изгибе нежном тела,

Уйти под воду с головой,

Чтоб за паденьем ты взлетела,

Асфальт покрылся бы травой.

Лежат Ромео и Джульетта.

Дано им время – ровно час.

О счастье неразлучном этом

Заплачет небо, видя нас.

* * *

Утоляя тоску или голод

Ярких красок и жизни в миру,

Мы покинем вдвоём серый город,

Не дождавшись зари поутру.

Камень улиц закрыт облаками.

Заблудилась дорога назад.

И тебя обнимая руками,

Говорю сам с собой невпопад:

«Мы себе положили начало,

Не извечен наш страх высоты.

Быть свободным не так уж и мало,

Пусть огонь пожирает мосты».

Правда, всё оказалось непросто:

Беспощаден наш спор ни о чем.

Полюбила ты прошлого остров,

Только раз поглядев над плечом.

От росы я промок под одеждой.

Ничего мне теперь не вернуть.

Нет, не быть нам такими, как прежде, –

Этот мост освещает мой путь.

СНЕГ И ЛИСТЬЯ

На лист ложатся серебром,

А в душу сыплет золотые –

Моё бесценное добро,

Мои слова к тебе простые.

Их солнце плавило не раз,

Не раз их ветром уносило,

О прошлом мой простой рассказ,

О том, как сердце жить любило.

Моё молчание – гранит,

Мои слова – как белый иней.

Но только память сохранит

Признанье, что в устах застынет.

И я совру, не так уж в лад,

Что часть души моей – дорога.

Что путь лежит мой на закат

И запад мне милей востока.

ОНА

Навстречу шаг и шаг обратно.

Опять, что близко – далеко.

Не быть нам вместе, но приятно,

Что распрощались мы легко.

Вдвоём окончена прогулка,

Ничто не вечно на земле.

В ущелье тёмном переулка

Я расскажу о журавле.

Про горечь первых поцелуев,

О разговорах дотемна.

Где отыскать ещё такую,

Беда с которой слаще сна?

Как объяснить простой синице

Всю прелесть танца на столе?

Тебе с той птахой не сравниться,

Она мой свет в полночной мгле.

И поселившись по-соседству,

Ничто напрасно не суля,

Она заставит с чистым сердцем

Менять синиц на журавля.

ВЫБОР

Уйти из дома на закате,

Забыв точёной кости лик,

Твои глаза и шорох платья,

Слова заветные из книг.

Прости, любимая царевна,

Одну из множества причуд.

Я, верно, слаб и то, наверно,

Несносен мне их пересуд.

Другой пройдёт и то не взглянет

Кого он только миновал.

Но если что-то их поманит,

Придут случайно на вокзал.

Их стены – низкий склон оврага,

Постель – у речки камыши.

Дорога станет той бумагой,

Где пишут жизнь свою в тиши.

Нельзя найти вкуснее хлеба,

Достойней тихих ласк твоих,

Но, где бы я с тобою не был,

Я буду слаб и буду тих.

* * *

Наверно, ты сошла с ума.

Возможно, светом я обманут.

Пожалуй, все слова обман

И правдой никогда не станут.

Ты хочешь всё остановить.

Тебя пугает эта спешка.

Ты честно хочешь полюбить

Душой беспомощной, как пешка.

Нельзя покинуть колею,

Как невозможно вверх катиться,

И говорить себе: «Люблю»,

Не в силах гордостью смириться.

Себя не можешь ты найти,

Запутавшись в своём желанье.

И, словно ярость, из груди

За криком вслед уходит тайна.

* * *

Уходи, я тебя не держу,

Но тебе надо только вернуться.

Ты мне скажешь: «Прощай, ухожу»,

И не сможешь затем улыбнуться.

Мы в глазах храним свято печаль,

Будто оба погибли недавно,

Словно небо нам скажет: «Не жаль –

Ведь ушла эта жизнь безвозвратно».

Только вижу, что вынесу я:

Боль разлуки и наше сомненье,

Разрываясь на части, горя,

Замирая на сердцебиенье.

Это ждёт нас теперь впереди:

Кровь, ненастье, пути. Чьи-то ссоры.

Или сразу землёй на груди

И крысиные тёмные норы.

Или будет кровавый рассвет

Поднимать чёрный лик над землёю

И десятки непрожитых лет,

Коль не будет уже нас с тобою.

Я не верю, что мыслимо так.

Чтобы страхом служила разлука.

Лучше раны и сжатый кулак,

Чем сердечная, жгучая мука.

ПОПЫТКА К БЕГСТВУ

Прощально ветер спутал пряди,

Целуя щёки и уста.

Нажав на газ, по автостраде

Ты едешь в новые места.

Сбежать от гиблых стен и комнат,

Сбивая бампером бурьян.

Нас здесь не ждут, а там не помнят,

И я от этой гонки пьян.

Быть может, верная кольчуга,

Заросший тиною затон

Вернут душе мечты о друге,

Спокойный вечер, тихий сон?

Езда по краю косогора,

Горит под шинами земля.

Ты развернулась у забора,

Поехав дальше без руля.

Всё те же улицы и лица,

Мелькнувший справа водоём.

Удар и солнца вереница –

Надеюсь, всё же не умрём.

* * *

Подойди избалованной кошкой,

Не ищи мне приветливых слов:

Мы с тобой поиграем немножко,

Разгоняя горячую кровь.

Мы на льду очутились, на тонком, –

Поцелуи с тобой словно хмель.

Ты осталась несносным ребёнком,

Как котёнок вскочив на постель.

Растрепалась забавная чёлка,

Сонный взгляд устремляется вдаль.

Ах, какая смешная девчонка!

Отчего ж в моём сердце печаль?

Нахватался неведомой грусти,

Как от боли огромны зрачки.

Никогда мне душа не допустит

Стать покорным для женской руки.

Огрубела, а может, ослепла.

Я напрасно тебя обниму.

Только жизнь, вырастая из пепла,

Не позволит мне быть одному.

НАЧАЛО

Нас память ловит, словно в сети,

Толкает слепо прямо в тьму,

Но в час холодного рассвета

Я объявляю ей войну.

Забыть тебя в густом потоке

Безумных песен, перемен.

Мне быть теперь одним из многих

Среди глухих и мёртвых стен.

Обманет прошлое и тенью

Проложит путь мой впереди.

Опять вернутся к повторенью

Невзгоды, сырость и дожди.

Скорее прахом станет камень,

Чем мы пребудем в тишине,

Твердя разбитыми устами:

«Что было – смерти, завтра – мне».

МОЯ ТЕНЬ

Безличны души для огня.

Мы все проходим через это.

Мы это чувствуем, виня,

Когда лишь тенью жизнь задета.

Мы все уходим в темноту,

Где справа – дно, где слева – бездна.

Стоим на узеньком мосту

И чья-то помощь бесполезна.

Идём в ночи за кругом круг,

Пути не разбирая толком.

Где даже самый близкий друг

Глядит в затылок жадным волком.

Куда здесь легче умирать,

Склоняя голову на плахе,

Чем снова чувствовать, дышать,

И верить новой жизни в страхе.

ЛЕГИОН

Не избежать его суда.

Его уверенности сытой.

Вовек не знающий стыда,

Одной и той же плетью битый.

Зверь дикий, вечная толпа,

Как смеешь ты меня порочить?

Живя до смертного столпа,

Где каждый ничего не хочет,

Я буду в этой рифме жить.

И, как при жизни, безнадёжный,

Я всей душой умел любить,

Любимый лишь дорогой сложной.

И даже, если вера – ложь,

А убеждения – ошибка,

Ты всё равно сюда придешь,

Где слово – звон, где слово – скрипка.

ВОЙНА В СЕРДЦЕ

На окна льётся вечер синий.

Пустынных улиц маета.

Ты не одна – со мной отныне,

Пусть даже если вновь не та.

Холодный ветер набрал силы.

Поля без края, без души.

Обманом станет образ милый,

Как свет далёкий из глуши.

Собралось небо тучей грозной,

Сверкнуло молнией, смеясь.

Я понимаю: слишком поздно,

Мне нужен свет из этих глаз.

Нелёгкий выбрал сердцу жребий.

Напрасно груз тяжёлый взял.

Но на земле, в воде, на небе

Тебя одну бы целовал.

Смешно и глупо верить чуду:

Лишь захотел и встретил ту.

Каким я был, таким и буду –

Сегодня я с тобой иду.

БЕЗЫСХОДНОСТЬ

Признайся честно – это страшно,

Когда не слышат детский плач,

Горит слоновьей кости башня,

Стучится в дверь твою палач?

Таится зло в молчащей ночи –

Слова погасит звёздный свод,

Река не так уже хлопочет

И речь сковала цепью рот.

Нельзя молчание измерить.

Честнее слёз бывает кровь.

Живём и дышим только в звере,

А злоба ярче, чем любовь.

Я в стену зло рукой ударил,

Ломая кость, – теперь молчать.

Меня опутав взглядом карим,

Ты скажешь: «Хочется кричать».

ВЗГЛЯД В ТОЛПЕ

Потерян я в волшебной зыби –

Стопой не мнётся трын-трава,

Несёт твой взгляд то плен, то гибель –

В своей игре мы острова.

Ты степь, ночных холмов услада,

Во мне дороги, тёмный лес.

Я не искал, другой не надо

В период веры и чудес.

Твой воздух чист лучом высоким.

Моя душа как пелена.

Но каждый будет одиноким,

Пока ты будешь мной полна.

Пока твой танец сокровенный

Докажет: к небу не взлететь,

Без нас бегут цветные тени,

Зовя то падать, то гореть.

Не можем сдвинуться мы с места,

Не разбегаясь далеки –

Актёры заданного действа,

Чужих исканий маяки.

ПРИТЯЖЕНИЕ

Разбиты прошлого оковы.

Твой свет несёт за облака.

Здесь старый я, а рядом новый

Идёт к тебе издалека.

Мне жажда в паутине чащи

Искать и видеть чей-то лик:

Ни солнца стон, ни бред журчащий

Не остановят – я привык.

Нельзя найти искусней жницы

Лучей жемчужных сквозь листву.

Струится солнце сквозь ресницы,

Готовясь верить торжеству.

Сошла подростком угловатым

С заветной мудростью в глазах.

В улыбке тысяча закатов.

В ладонях новой птицы взмах.

Мой выбор в паутине чащи

Застиг как молния врасплох –

Я здесь, сейчас, я настоящий,

Лежу, твоих касаясь ног.

* * *

Моей мечты и счастья ось

Докажет – прошлое недаром:

Твой взгляд пронзил меня насквозь,

Застыл во мне волос пожаром.

Задела сердце, пронеслась,

Рассеяв пятилистный клевер.

И то, что не имело глаз,

Увидит юг, заметит север.

Смотрю на небо – выси дно,

Где веет птица сиротливо.

Как знать, что в жизни суждено,

Она к вопросам молчалива.

В ладоши хлопну и, шурша,

Дождя наклонит чашу осень.

Прилипнет мокрая душа

До тела, как листва до вёсел.

Ты будешь вечно жить во мне,

Как солнца свет неизгладимо.

Скользя по небу в вышине,

За гранью тонкою незримо.

КЛЯТВА В ВЕРНОСТИ

Ещё темно и очень рано,

Но солнцу не наступит срок,

Когда от липкого тумана,

От алых пятен сыр платок.

Здесь всё сдаётся мне привычным –

И только этим жизнь страшна.

Пусть будет в каждом крике птичьем

И в каждом лучике она.

Опутав пальцы тонкой нитью,

Пройти обратно по тропе.

Не веря грустному наитью,

Найти дорогу по себе.

Рыдать и плакать безысходно,

По льду предательски скользя.

Решу сейчас, теперь, сегодня,

Что больше быть с тобой нельзя.

Я загрущу над тихой песней:

Всё это было впереди.

Пообещав предельно честно,

Скажу впервые: «Отпусти».

ПРОЗРЕНИЕ

Ступаешь осторожно, словно

Боишься разбудить траву,

Но что-то бродит в жерле горна,

Готовясь вырваться во мглу.

Вот шаг, второй и затянуло,

Земля застыла до светла.

Идёшь ко мне неслышным гулом,

Спасти решившая дотла.

Такого не случалось дважды.

Запомни это и поверь.

Что будет дальше – так неважно,

Стоит раскрытой наша дверь:

Мы видим свет сквозь паклю тучи,

Асфальт не скрыл от нас тропы.

Чему ещё тебя научит

Беззвучный крик среди толпы?

* * *

Поют золотистые пчёлы.

Я выйду один на карниз.

Итог подвести надо, что ли,

Не глядя назад или вниз.

Не долго я буду печальный,

А надо – приму гордый вид.

Одна ты за окнами спальни

Рыдаешь и плачешь навзрыд.

Прощаясь, просила: «Не трогай,

Сюда возвращаясь любим».

Пусть так, мне ведь надо не много, –

Вернусь за подарком своим.

Ты глянешь степным недоверьем.

Волнуясь, ногтями сомнёшь

Наряда пушистые перья

И этим мой взгляд привлечёшь.

Какой получу на закате

Подарок последний? Молчишь?

Возьму на прощание платье –

Теперь никуда не сбежишь.

* * *

Мне мало и солнца и неба,

Весь мир я готовый объять.

Но так вдруг выходит нелепо –

Могу лишь тебя целовать.

Я шёл через дальние страны,

А рядом – родное плечо.

Когда, забывая про раны,

Тебя целовал горячо.

Я видел тебя на иконах,

Молясь о тебе в тишине,

Когда в позабытых сторонах

Тебя целовал я во сне.

Есть всё в этом мире холодном,

Где стонем до света, скорбя.

Я с ним осуждён быть свободным,

Лишь только б не видеть тебя.

ПРИХОД НОЧИ

Как светла, так глаза твои тёмны –

В них озёра холодной воды.

За твоею походкою томной

Спит сияние новой звезды.

Не обманешь меня, не обманешь

Гордым видом, повадкою птах.

Ты овцою повадливой станешь

На качелях, берущих размах.

Не приму от людей я упрёков

И советов от них не приму.

Не считая отмеренных сроков,

Отпущу вон из сердца зиму.

Потому надо мне затаиться

Навсегда от неласковых глаз.

И признаюсь, что сердце боится

За окошком рассвета подчас.

КРУГОВОРОТ

Судьба смешала карты резко,

Подав впервые новый знак:

Разбиты дни и ночи дерзко.

Согласен, будет только так.

Ты улыбнёшься мне лениво,

Кивнув, но что же так гнетёт?

Я за тобой шагну с обрыва,

Лишь только скажешь мне: «Вперёд».

Земля расступится от боли,

Я вспыхну таинством греха:

Ты стала мне прочней неволи,

Грозна как день, как ночь тиха.

Всегда на речь с чужими бедный,

Огонь считающий слепым,

Я растворюсь в тебе бесследно,

Развеюсь словно лёгкий дым.

Подобно солнцу на рассвете,

Оставив прошлое в тени,

Мы засмеёмся словно дети,

Придя из новой стороны.