После тишины

Эпиграф

Это не сборник шедевров мировой литературы. Не творчество, претендующее на высокопарный статус произведений искусства.

Нет. Здесь Вы не увидите стройного стихосложения, технически правильных выстроенных строф или красивых оборотов.

Нет.

Здесь только боль, вытекающая будто кровь из под тяжелого панциря. Сгусток грусти и тоски, что застрял в горле и вытащить который возможно только хирургическим путем.

Это крик. Немой вопль отчаяния. Бесполезный набор слов и букв, который звучит, будто исповедь.

Вы еще здесь? Тогда, более не отвлекаю. Даже так — сочуствую. Ведь я уже сотни раз прочитал все, что здесь написано. А Вам переживать эти эмоции прийдется впервые.

После тишины

Ну вот и все. Повисла тишина.

Последний звук навеки замолчал.

Внутри осталась только пустота

И долг, который я не оправдал

Мне остаётся — просто не мешать:

Не падать, не геройствовать, не врать.

Стою. Дышу. И больше нечего сказать —

И даже тишине не повернуть то время вспять.

А после что? Костер? Топор иль смерть

Пугающая. Старая, распущенная девка

Да нет. Сейчас вокруг лишь клеть

И тлеет в пальцах маленькая сигаретка

Я обжигаюсь. Тлею и встаю.

Хриплю, пытаясь сохранить сознанье

После тишины — я на краю

Страдать — вот, видимо, мое призванье

Слова. Мольбы. Несносные стенания

Они во мне, нещадно плавят кровь и кость

Теперь же мои верфи рвут восстания

В сожженом корабле пирует злость

Мой флаг — измазанное грязью знамя.

Мой мир — холодный и постылый плен.

Здесь после тишины не разгорится пламя,

И после тишины тут остается только тлен.

Не надо.

Меня ласкает теплый летний ветер

Он гладит волосы, за прядью прядь

Она идет со мной который вечер

Я вижу красоту. Куда не глядь.

Время пришло. Заводим разговор.

В нем нет любви или интимных сцен

Тут только падших, слабых уговор

Усталость, разложение и тлен

Я плачу. В глаза мои она не смотрит.

Объятья. Поцелуй. Слово «прощай».

Такси её немедленно увозит

В моих глазах — прошу, не покидай.

Проходит время постепенно

Мое существование так бренно

Не ем. Не сплю. Все делать ленно

Я зло смеюсь. Уже не человек — гиена.

Но тут. Ко мне приходишь ты

Случайно. Как-будто по веленью Бога

Не надо. Не сжигай свои мечты

У нас с тобой здесь разная дорога

Но ты не слышишь. Ты поёшь.

Ты убеждаешь, говоришь, что лучше

А я кричу тебе — сгниешь!

Но этот крик становится все глуше.

Путь

Солнце. Сухость. Ветер. Зной.

Дорога, сон и утомительный покой.

Речка. Лес. Точнее, сухостой.

Столбы. Машины и асфальтовый покрой.

Пугливый шепот пассажиров

И радостные возгласы детей

Жевал тогда я пирожок без сыра

Глазами наблюдая ползающих змей

Ревет мотор. Я слышу крики, сборы.

Опять мне надо в путь. Пора домой.

Внутрь садясь, задергиваю шторы.

А в жилах — ртуть. Но я — немой.

Правда. Ложь. Честность и обман.

Смешалось все. Я потерял контроль

Предательство. Коварство и соблазн.

Плохой актер умело играл роль

Но это — позже. А сейчас

Дорога тихо шепчет в мои уши

Твоя мечта опять сбылась

Тебе теперь не станет хуже

Творец

Секунда. Миг. Моргает лампа.

Свет снова пропадает, уступая темноте

Он здесь. Сидит. Разрушенная дамба.

В его душе. Ужасна в простоте.

Он пишет. Думает. Мечтает.

Пытается скоординировать сюжет.

Море идей. Энтузиазм не тает.

Но настоящего его здесь больше нет.

В его руках — бокал дешевого вина

Одежда вся помятая и в грязи

Душа творца пропита и грешна

Ему кричат — прошу, притормози!

Плевать. Он — Бог в своем сознании

Творит что хочет, ведь весь мир — его.

И персонажи задыхаются в стенании

И нет того, что подопрет плечом

Но почему? Откуда столько боли?

Глухой вопрос. Он задан в пустоту.

Он — узник своей собственной неволи.

Его душа уйдет навеки в темноту.

Черный кот

Твой громкий смех

Твои прекрасные глаза

Я совершаю этот грех

И после — только пустота

Дождь, холод, грязь. Ночные разговоры

Тебя к себе все ближе подпускаю

Меж нами нет намека на раздоры, ссоры

Но с каждым твоим шагом я сгораю

Ты — как будто лучик солнца на земле.

Я — грустный, старый черный кот.

Утром одолевает притяжение к тебе

Под вечер все идет наоборот.

И я стараюсь. Из-за всех сил держусь.

Но от чего-то получается все хуже.

Прошу же, помоги мне! Я сорвусь!

Петля на шее все затягивается туже.

Но я терплю. Смакую грязь и радость.

Мой черный кот мурчит, рыча и скалясь

Он лжет. И параллельно любит.

Он ждет спасения. Которого не будет.

Дыши

Вечер медленно спустился с неба

Тихо идет снег, струясь

Я зашел, купил нам хлеба

И вернулся в дом, трясясь

Белый саван шум впитал

Дети весело играют

Навсегда я здесь пропал

Слезы по щеке стекают

Мы были счастливы вдвоем

Гуляли вместе, веселились

Сейчас, увы, лишь душу рвем

Мы сами об себя убились

Я говорил тебе — постой

Остановись, не надо, хватит

Будешь одна, разбитая тоской

Кислотный дождь душу окатит

Опять сгорела в собственном огне

Прекрасных глаз и легкости души

А я уйду, вернусь вновь к пустоте

Прошу тебя, пожалуйста, дыши

Картина

Чувство непреодолимой тоски

Оно гнетет и просит остановки

Грубые и рваные мазки

Картины грязной и лишенной окантовки

На ней корабль, что плывет в закат

И корпус его гладит сине море

Везет брильянт, камень во сто карат

Картина пишется под песню в ля-миноре

Но вот — ошибка. Темное пятно

Под днищем корабля образовалось

Оно затягивает, тащит все на дно

Теперь картина вызывает только жалость

Проклятье! Черт! Неужели все обречено?

Слова уже не связаны с крушением

Все кончено. Увы, уже давным давно.

Пора кончать все, не надеясь на прощенье.

Прощай

Ночь. Слякоть. Грязь.

Опустошающая мгла вокруг

Так надо. Потерялась связь.

Прощай же, дорогой и милый друг.

Мой образ блекнет в твоей голове

И боль в груди все больше разрывает

От чувств своих я спрятался в той мгле

Мертвый огонь воспоминания сжирает

Сейчас сидишь одна ты в полной темноте

И только холод твои плечи обнимает

А я ушел, снова предавшись пустоте

Мой разум самого себя не понимает

И это все. Затихла моя речь.

Стою сейчас на плахе добровольно

Прости. Мне больше нечего беречь.

И, сука, как же это больно.