После 20-ти не считают

Глава 1

1.

Когда-нибудь — когда я буду целым в себе

Придёт пора быть сильным и ярким,

Где эго более не стремится к земле,

А взгляд — искренен, колкий, с загадкой.

Когда-нибудь — я признаю свой стиль,

Позабыв о мнимых сомнениях.

Я оставлю отпечаток души — штиль,

Видимый ищущим в скитаниях.

Когда-нибудь — я буду искренен,

Без злобы и лжи.

Но пока я заискиваю, подавлен,

Всё ещё не жил.

Когда-нибудь — мне не нужны будут слова.

Затерявшись среди собственных сомнений,

Я буду верным, дабы начинать снова и снова,

Пока не превращу небылицу в воспоминания мгновений.

2.

Я потерял тебя, мой славный друг,

Ох, моя подруга осталась лишь в снах.

Я забыть вас не желаю, но вьюга

Неустанно выветривает ваш типаж.

Мне бы вспомнить ваш голос,

Ваш звонкий смех, а с ним невинность,

Всё то, за что мы любим молодость,

Только в ней мы по-настоящему чувственны.

Время забирает крохи воспоминаний,

Как вода истачивает камень.

Я в отчаянии, грущу, ведь нету знаний,

Как запечатлить прошедшую мечту.

Где мы на звёзды любовались,

Где наслаждались присутствием своим,

Где мир мы с вами познавали,

Где миг был новым, был живым.

Где проносилось время незаметно,

Где страх и слёзы — суета,

Где любовь и влюблённость ещё похожи,

Где помнили ещё тяжесть отцовского ремня.

Мне — воспоминания, а вам — забвение,

Оставим точку, практичность жизни.

Вы — в вечность, в иносказания,

А я — в одинокую рутину жизни.

Глава 2

1.

Между двух домов

И между двух кафе

Между двух углов

Где подают парфе

Мы потеряли время и мечты

Посадив семя суеты

Мы потерялись среди толпы

Мнимых образов и фальши

Родившись, родная земля

Заковала в кандалы

Далёкие от рая

Заблудшие сыны

Любить и ненавидеть

Удел живущих тут

Погибая и забываясь

Даже тем кого чтут

2.

Меж двух огней свирель стремится далее,

Запомнился её мотив,

Словно я дал ностальгировать, обещание,

Но тут же об этом позабыв.

3.

Кроха, отпечатком руки

Оставила тепло в сердце.

Там, где некогда согреться,

Тянутся воспоминания тучами.

И фраза лишней будет

И молитва — лишь в последний путь

И близким горе не убудет

Но твёрдо провожают, поминают и чтут.

А там слова уже лишние,

А там — лишь близкие глаза.

Улетая в даль с птицами,

Оконченная жизни строфа.

4.

Ты не знаешь ни правды, ни лжи,

Только фантомы, — твои друзья и враги.

Только пересыхающий ручей

Напоминает о темпе вещей.

Глава 3

1.

Анафема сменила метаморфозу —

Безукоризненная, бескомпромиссная,

Злобно клацает зубами, нет, челюстями, где иглы, изображая угрозу.

Паразит, стеснённый жалостью к себе же, позабыв о беспринципности

Словно бы напившись, забывшись, утопая в собственной желчи

Анафема расцветает, поглощает остатки смерти метаморфозы.

Закладывает ли она новый путь? Новые мечты и амбиции?

Жаля себя, не от мечтания ли, не от надежды ли?

Злобные деньки несутся, а человек переваривает себя.

Но пришла анафема, поставила точку.

2.

Где среди одиноких ветвей леса

В дупле спрятался бельчонок

Зима близко, ему хочется согреться

Засыпает маленький зверёнок

Среди множества корней деревьев

В норке спрятался зайчонок

В норке множество трофеев

Они лакомства для белого сезона

3.

Моя любимая черта года, - это осень.

Возможно потому что мы с ней похожи

Ведь среди листьев и прохожих

В бездну опадает новый день.

4.

Иногда простые поступки, ведут к большим делам

Но чаще, простые поступки, приводят к пьяным телам.

5.

Иногда странность и веселье

Лучший друг, и не важно

Что в одиночестве тускнеет мир

6.

Простое и обыденное

Мимолётно пролетает сквозь пальцы рук

Оставленное и обиженное

Оно умирает, закончив сансары круг.

Душа была дана ему, высшим существом

Но по существу, года закончатся сыпаться к часу

Когда дух издаст свой вздох, не переведём

Лишь тень оставим ярким днём.

7.

Алкоголь нас делает счастливым?

Ведь так? Ведь в чём причины?

Как так, что среди тысячи зевак

Лишь один несчастье признаёт за факт?

И среди сотен брошенных бутылок

Нет и дюжины оставленных навек

Где нет столько, сколько выпито, попыток

Где чаще слышно: "такой я человек".

Мы забываем что время делает нас сильнее, но при условии, что мы позволим ему это совершить.

Заблудшие души, разве они действительно потерянные и глупы, если искали и хотели именно такого исхода, потому как их сердца пристрастились, это люди пылающие страстью, истинно счастливые люди, и несчастье их в том, что не могут они совмещать страсть свою с жизнью своею, от того и стремятся скорее к гибели своей, что бы жизнь им не мешала быть счастливыми.

Глава 4

1.

Пускай предрассудки

Останутся на совести

Тех, чьи поступки

Не до конца чисты.

2.

Твои глаза невинно пылают

Любопытством и яростью любви

Среди страха и робости прорезаются

Чувства гордости, радости, любви.

Я бы нежностью тебя обнял

Я бы ароматами цветов тебя одарил

Дабы страсть твою обонять

Дабы завладеть вниманием твоим

Какой из жестов оценить способны?

Где из разности миров

Соединить и принести сонмы

Безграничности компромиссов

Нет той формы, где мы

Нет того признания

Не преодолеть нам догмы

Мерцание упущенного свидания.

Я позову тебя в надежде

Я выискиваю твой лик

Эх, не видеть тебя в одежде

Найдены пошлости улики

Тебя принять всю

Обнять, улыбнувшись, и

Сказать – Люблю!

С искрящимися глазами.

3.

Кто из нас, влюбившись,

Не стремился к поцелую,

Сгорая в чувствах пиршества

Ускользающих моментов встречи?

4.

Видеть загадочный образ

Пытаться его разгадать

Но, обманувшись за несколько фраз,

Продолжить придумывать и мечтать

Кто из них дольше проживёт

Фантазия или ум, что её превзойдёт

Фраза или несколько строк

В одиночестве или в пошлости порок

5.

А ответы не имеют значения

Повод увеселения

Или разорванного сердца смятенья

Себе сами придумаем – без сомнений

Кто, воскликнув, скажет всю правду

О сомненьях, о любви и пошлости

Кто же столь наивен, перескочив ограду

Надеялся на наличие любознательности

Глава 5

1.

Забытые события

Разбиты об берег мнений

Разлетелись листьями

Циничных мгновений.

2.

Слон за столом

Поедал свинью

Смеялся мормон

Вместе с семью.

3.

Где среди пустынных холмов,

Возвышается моя голова,

На пике, с ярмом,

Солдата, достигшего дна.

Выпита кровь,

Звучит руна.

Бог войны бушует,

Смеётся жена. А что делать?

Слёзы пролиты давно. Странные деньки пошли,

Забытым сердцем, забиты в могилы.

Ниц слов не сказали при смерти,

Смотрели лишь в глаза.

Или не смотрели, может, уже были мертвы.

Собственно, я так и не понял, смерть учуял, вот и скрылся,

Так и не понял, что это я — запах смерти.

"Но кому меня ловить?"

Смеясь, пронёсся странник.

Безумец, подумал в миг,

"Он смерть впритык не замечает."

4.

Косуля без охотника

Бежала полем золотым

От света солнца на заходе

Завладев вниманием моим

Пересекая длань

Несётся в даль

Свободная иль от страха

Что охотник тот зевака

Поле зеленью покрыто

Рябящие, ровные ряды травы

Топтала их беспринципно

То что отобрали у природы

Свободу за свободу, верным делу своему

"А общество, которое ставит ценность жизни человека выше свободы, потеряет и то, и другое."

Как чёрный лебедь, вся страна

Роится люд, взывает — "Сатана"

На всех врагов, на всех неугодных,

Против них в окопы всех пригодных.

На осколках жизни, здоровья и семей

Танцует, упиваясь кровью, змей.

Имя ему восклицают издавна,

Но призывают снова и снова.

Немилость жизни есть народ,

Что от жизни отвернулся.

На милость врагов толпу ведёт,

Восклицающий пророчество:

"О нет, гибель есть всему погибель,

Там нету жизни, нет людей,

Там орды окровавленных мразей

Топчутся по полям родных земель".

"Мы за правду, они за ложь,

Мы герои, они рабы,

Нам величие положь,

Им забвение и гробы".

"То зло коварно, пришло издалека,

И их планам нет конца,

Они жадны, алчны — каменные сердца,

И разделит кровью нас, как река".

"По обоим берегам,

Разделяя нас и их,

Не объясняя дуракам,

Что война нам и им".

"Посему, народ простой,

Встанем дружно в строй,

Маршем на парад смерти,

Дабы испугались даже черти".

"Гимны громко петь пора,

Проклинать имя нашего врага,

Дабы наш союзник знал,

Лучше бы он нам помогал".

И пророчеству нет конца,

Всё говорят и говорят его уста,

Но ни детей, ни себя

Он не видит у костра.

Костра войны, нации, борьбы.

Он пророк, ему верны

Те псы, что ждут мясца,

И те, кто ждёт тёплого словца.

Зачем ему в окоп, когда

От него там проку нет?

Ведь он пророк — аргумент,

Он для народа, дабы была борьба.

Он для других, не для себя,

И коли кто против скажет,

Кто несогласен, кто обескуражен,

Тех он порицает слаще беса.

Тем он зла желает более врага,

Ведь всех на фронт — ему почёт,

Всем война — ему комфорт,

И льётся-льётся из него пурга.

Там вечная война, извечная война,

Там те, кто друг сегодня, завтра враг.

Тем, кто против, тем догана,

На лжи и лицемерии пророческий каскад.

Будь проклят человек,

Кому воли нет,

Кому заткнули силой пасть,

Кто сдался, повстречав напасть.

И от войны, и от пророка

Открестился бы давно народ,

Вот только есть проблемная морока —

Величать продолжают собственный брод.

Сколь бы ни были прекрасны

Места далёкие земли,

Народ, любимый, страстный,

Выбрал сжечь все корабли.

Нет пути назад, кричали,

Нет прощения слабкам,

Под стрелы все бежали,

Остались трупами по полям.

Так и закончится сказка о печальном,

О геройстве, о мечте,

О свободе, что так страстно величали,

Отказывая в ней себе.

Скажу последнее: нет правых и нет ошибок.

У человека нет врагов, вас убедили в обратном.

Война за свободу — это всегда индивидуальный выбор,

А в рабстве, у народа ли, у страны ли, или у себя — это ярмо!

Образ

Это невероятной красоты абстракций мир,

Миг в вечности, побеждая забвение.

Идея и мотив, эмоции не прикрыв,

Созидательное, обонянное мгновение.

Выброс эндорфинов,

Радость, грусть.

Среди рисунков —

Тяжесть и лёгкость.

Автор — творец,

Творение — венец,

Почтение читающих,

Образ грусти и любви.

Глава 8

1.

Город затянуло тучами

И дыма сигарет

Проезжающих водителей, толпами

Предела масштаба которых нет.

2.

Милыё щёчки

Маленький носик

Играют губки

Манящий лик

Ряснеют щёчки, оживляя лицо

Зубки за улыбкой прячутся

Взгляды опыляют пыльцой

Кто посмелее, а кто смущается

Глаза невинные, детские

Подыгрывают её губам

Они оды лестные

Посылают мужам

Говорит яснее языка

Женская нежность и игривая невинность

Страсть смотрит с высока

На мужей и их пассивность

Про кого же речь?

Уходя вдаль, она не бросает на остаток свой взгляд, но знает она, что её провожают.

3.

Миг всегда прекрасен в лунный день

В осенью погоду, когда уже опала листва

Но вереница цветов, вечных сомнений

Столь же игривы как сплетения созвездий.

Там в дали ночных проспектов

Переулками слоняется взгляд

Мечтательная мысль проектов

Так и не записанных фраз

Поэтом оставленные грубые фразы

Спрятавшись, смущаясь, скрыв лицо

Музу с ветром прогоняет сон. Октавы

Шелеста листвы, под напором синевы, расцветает новый день, пронзаемый лучами надежды, освещая новые строчки, новые грубые фразы, в честь затухающих звёзд, отмечая кончину своей поэзии.

4.

Увидев, уже не выйдет развидеть.

Теперь я знаю, что испытывает человек, имеющий "свободу", но будучи "рабом". Рабом, так как лишённый смысла вне декаданса, лишённый духовного наставничества, веры, на которую только и полагается.

Удушье без виселицы,

Затянутой петлёй.

Текущие души вереницей,

Выслуживаясь на убой.

Затерянные мечты

Поколения детей.

Завявшие цветы

На могилах людей.

Без радости в новый день,

В новый день с напастью.

Я дышать хочу, но тень

Петлёй, смерти смердящей пастью.

Глава 9

1.

Как мало нужно автору для радости

Как псы бросаются они

На слова благодарности

Даже если те лицемерны.

И улыбка теплом согревает,

И радостно в сердечке,

Но одно автор не знает:

Что он в уздечке...

И «анафема моим стихам»

Напишут на надгробии,

Разослав всем друзьям

Стихов его копии.

Среди блуждающих по миру

Найдётся одиночка,

Что, пролистав палитру,

Улыбнётся.

2.

Запечатлить слово

Упуская момент

Стрелки часов снова

Отсчитали день

Слова, отрада одиночества

Ограда от грусти

Радость бы, да почивать

Но время не пустит

3.

Несётся в даль,

Забытых мгновений.

Вечная дань,

Очеловеченных рвений.

Мы скажем строчки

Но лишь точка

В конце строфы

Расскажет больше.

Когда нет более надежды

Всегда есть алкоголь

Но кроме, пьяных положений

Есть поэзии гастроль

И пускай мы глупы

Пускай не любимы

Мы всегда верны

Глупости любимых.