Подкова счастья.

Звёздная пыль.

Звёздная пыль.

Один лишь миг, эта секунда в вечности,

Где человеческая жизнь не весит ничего.

Там в этой дали звёздной бесконечности,

Внезапно появилось нечто, из ничего.

Прошли года, а может быть столетья

И это нечто сформировалось в пыль.

Возможно, всё это только сплетня,

Но по устам она гуляет, словно быль.

Собралась вся эта пыль в дорогу,

Устроив хоровод межзвёздного пути.

Она собрала в себя всего понемногу,

Чтобы было легче ей вперёд идти.

И в мире, где нет конца и нет начала,

Где вместе со светом правит тень.

Там в бесконечности, где нет причала,

Из звёздной пыли зародилась жизнь.

О звёздных далях мы мечтаем,

Где нету в бесконечности конца.

Но во снах лишь только улетаем,

Туда, где встретим своего творца.

***

Нам наплевать на пересуды.

А где ж другого взять дебила,

Который будет мне готовить щи.

Меня и не исправит та могила,

Хоть в этом супе не было мощи.

Живём мы дружно - припеваючи,

Я на диване, муж на скамье.

И не страшны нам эти мелочи,

Когда любовь у нас в семье.

Нам наплевать на пересуды,

На пьяный бред соседнего козла.

По вечерам мы бьём посуду,

А рана утром режемся в «козла».

Нет, мы не плачем и не рыдаем,

Живём, как каждая семья.

На огороде летом «загораем».

И к нам наведываются друзья.

Потом гулянка-пьянка и приборка

И снова битая посуда на полу.

А вечером у нас, друзья, разборка

И жизнь, словно в том плену.

***

Что ты молвишь тут девица.

Что ты молвишь тут девица, Не с руки аль рукавица. Нам бы счастьице поймать, Да в руках уж удержать.

Нет, не жалуюсь я на судьбу, Мне постричь бы бородёнку. Да под песнь пустится в пляс, Чтобы день мой снова не угас.

Так живу я, сидя на печи, Да кушаю румяные куличи. Что мне дурьню не спалось, Живу теперь с женою врозь.

Счастье, счастье, где ты есть, Мне бы супчику скорей поесть. Да водицы из под крана, И душонка снова пьяна.

***

Фото в профиль и анфас.

Что ты моя милая девчонка,

Так грустно смотришь на меня.

Или не поглянулась фотка,

Что я прислал тебе ещё вчера.

Я был сердит и озабочен,

Когда пришёл вчера в салон.

Да и фотограф был не очень,

Был наверно опечален он.

Мы долго к стулу примерялись,

Он через призму я спиной.

А после очень долго ухмылялись,

Стул оказался тот кривой.

Он щёлкнул раз, потом ещё, ещё,

Сказав мне: - Ловите птичку.

И мне вдруг стало очень горячо,

Я фотографа дёрнул за косичку.

Нет, я не соврал тебе, девчонка,

То была женщина, а не мужик.

Но такая у неё была причёска,

Словно это был мужской парик.

Мы смеялись над этим долго,

И примерялись к стулу ещё раз.

Я потом салон покинул молча,

Увидев фото в профиль и анфас.

Ты, что вновь молчишь девчонка,

Я тебе ни сколько не соврал.

Зачем нужна мне чужая плёнка,

Прости, я её в салоне не украл.

***

День Святого Валентина.

Вчера из садика привёл я сына,

Подарок преподнеся своей жене.

Завтра день Святого Валентина

И не прижмёт она меня к стене.

Жена мне ласково и нежно,

Погладит спину - кулаком.

И я отвечу ей прилежно,

Пощекотав за ухом языком.

Она не ноет, что мало денег,

Что ночью я, как не живой.

И не идёт за мной на берег,

Когда спешу я за кумой.

Кто же выдумал сей праздник,

Любовь, радость людям принеся.

Теперь смеётся тот проказник,

В нашу жизнь его преподнеся.

***

Посещение стоматолога.

Я намедни посетил стоматолога

И в трубочку завернулись губы.

Не думал, что будет так дорого,

От цены, чтобы вылечить зубы.

Мне врач на полном серьёзе,

Объяснил всю работу в рублях.

И забила меня, как в нервозе,

Судьба, обратив надежду в прах.

Я ждал в коридоре и думал,

Да чуть не тронулся умом.

Но так ничего не придумал,

Что останется у меня потом.

Три часа я торчал в коридоре,

Чтобы очередь моя подошла.

А за окном весна на просторе,

Своё время к концу подвела.

Я покинул чёртову клинику,

Позабыв про зубную боль.

И побрёл к жене на могилку,

На зуб свой насыпав соль.

Посмотрел на крест с фотографией

И поплакался ей, как раньше.

Стоматологию назвал я мафией,

Чтобы на душе стало легче.

Я намедни посетил стоматолога,

Но ушёл, не залечив свои зубы.

Вы скажите, что это не дорого,

Просто мне жалко ваши судьбы.

***

Когда мне стукнет восемьдесят пять.

Когда мне стукнет восемьдесят пять, На жизнь тогда мне вовсе наплевать. Я подцеплю на улице девчушку И мы поедем с ней в психушку.

Но мне сегодня только тридцать, Я готов, немножечко помыслить. Идти мне пьяному к жене домой, Или пройти с подругой стороной?

В чём разница, ты скажешь мне? И я тебе отвечу: - В бороде! Чем больше борода, тем круче, Но в семье своей намного лучше.

Вот и думай и гадай, дружок, Скушав мясной жирный пирожок. Жена и дети - дом родной, Или подвал - мышиный вой.

Отвечу я тебе, как на духу, Купи жене шубу на меху. Да отложи немножечко в копилку, А не заглядывай сутра в бутылку.

***

Мы братья люди, а не звери.

Я по ночам прошу у Бога, Чтоб счастлива была дорога. Чтобы в семье был лад, А не бомбежек канонад.

Мы братья люди, а не звери, Нам ни к чему теперь потери. Мы просто мирно будем жить, Варить вино и не тужить.

Благодарю тебя я, Боже, Твое слово мне дороже. Очнитесь люди, господа, Перед нами вновь беда.

Брат на брата зубы точит, Он чего-то в жизни хочет. Нам не нужна теперь война, Ведь на улице стоит весна.

Мы будем сеять в поле рожь, Чтобы не было в округе рож. Которые кричат с трибун, Да загоняют всех в табун.

Благодарю тебя, Господь, Что в силах ты ещё пороть. Пороть и наставлять на ум, Как это делал раньше кум.

***

Ты воешь на луну от скуки.

Ты был артистом не плохим,

А стал политиком ужасным.

Своему народу став чужим,

Объяснялся языком корявым.

Боялся выйти ты из тени,

Как старуха дряхлая с косой.

Увязнув в грязи по колени,

Ругаешь весь народ людской.

Страну продал ты за гроши,

Одной ногой ступив в болото.

Теперь остались только вши

И закрытая дорога в НАТО.

Глотку рвал, крича с трибун

И клялся, наведу порядок.

Но умчалось время, как табун

И страна пришла в упадок.

Ты воешь на луну от скуки,

Как загнанный дикий зверь.

В крови, свои испачкав руки,

Ты не отмоешь их теперь.

***

Дорога в пустоту.

Внимая праздности и лени,

Забыв про совесть и про честь.

Народ поставил на колени,

Когда своих грехов не счесть.

Лишь за душу свою держался,

Да разорял свой край родной.

Из стороны в сторону метался

И по дороге шёл, словно слепой.

Возвёл себя ты выше Бога,

Но дьявол жил в твоей душе.

И уводила в пустоту дорога,

Да хлестали черти по спине.

Тебе воздастся по заслугам,

За кровь, что проливал народ.

Не верь оказанным услугам,

Получишь камень в огород.

Промчится время, словно птица,

Забудут люди тот прежний страх.

Но в сердцах останется крупица,

Что чуть не превратились в прах.

Подкова счастья.

Просто стих прикольный.

Ты права краса-девица И варенье нам сгодится. Будем кушать Русский борщ И не страшен нам мороз.

Раньше клали в суп крапиву И судьба была спесива. А потом салат и брюква, Да и хлебушка краюха.

Нам не страшен зной и голод, Мы народ войною закаленный. А зимой мы в лютый холод, Вам расскажем стих прикольный.

***

Кровь, перемешанная с грязью.

Разрывы бомб и дикий вой сирены,

Да над телом сына материнский плач.

Дома, где исковерканные стены

И над судьбой страны завис палач.

Кровь, перемешанная с грязью

И в ямах битое оконное стекло.

Лицо юнца покрыто пылью,

Но на душе по-прежнему светло.

Ещё вчера он был ребёнком,

Гоняя мяч в своём дворе.

И восхищался тем котёнком,

Что мама подарила в январе.

Сейчас смотря в прицел винтовки,

Лицо в нём видел своего врага.

Но он всё мечтал, как по путёвке,

Поедет летом на морские берега.

Но в воздухе запахло страхом

И поменялись разом полюса.

Его мечты пропали прахом,

Умчавшись, как птицы в небеса.

***

Грохочет дикий водопад.

Грохочет дикий водопад

И стучит по крышам град.

Пробивает он насквозь дома

И сводит всех подряд с ума.

Раскаты грома, словно канонада

И никакая не страшна преграда.

Дождём не смоешь кровь с асфальта,

Ведь эта всем непоправимая утрата.

Плач матери над телом сына,

Для всех это ужасная картина.

Нацисты топчут землю сапогами

И размахивают чёрными флагами.

Они, надравшись водки, воют,

Да бедный люд нещадно доят.

Забыли, эти сволочи весну,

Как деды, выиграли войну.

Грохочет дикий водопад,

Но не страшен детям град.

Они радуются вновь весне,

Забыв о странной той войне.

Промчатся страшные года,

Мы вновь построим города.

Запомнит это время молодежь,

Никуда от правды не уйдёшь.

***

Вы забыли жизни, сей урок.

Если вам эта нравится война

И на душе скребутся кошки,

Вспомните, что на дворе весна

И хлеба нет у вас ни крошки.

Стоят поля, заросшие травой

И слово молвить вы не в праве.

Да денег у вас нету за душой

И техника разбитая в канаве.

Вам мозги дурью забивали,

Забрав свободу, жизнь и честь.

А люди в окопах погибали

И по всему миру летела весть.

Весть, что уже близка победа,

Что последний прозвенел звонок.

Но умчалась в никуда надежда

И вы забыли жизни, сей урок.

***

С душой мы странники по жизни.

Грязь на улице и в жизни,

Да в судьбе сплошной облом.

И не знаем мы отныне,

Где остался родной дом.

Гуляя по миру с котомкой,

В друзьях имея только ветер,

Не заведясь семьёй и дочкой,

Мы путаем, где юг, где север.

Дороги часто выбирают нас,

А мы спешим куда-то вдаль.

И в пути не окликают нас,

Хотя нам этого не жаль.

Костёр в ночи и в небе звёзды,

Да разговор с душою впопыхах.

И у природы нет плохой погоды,

А это в жизни полный крах.

Дорога вьётся словно нить,

Да уводит вечно в никуда.

А нам так хочется дожить

И Райские увидеть города.

С душой мы странники по жизни,

Забыв на время, где наш дом.

Но грязь на улицах поныне

И в нашей судьбе опять облом.

***

Другая сторона нашей жизни.

Нам в жизни не хватает времени,

Чтоб откровенно поговорить с судьбой.

Мы забываем, о погибшем семени,

Которое, внезапно, залилось водой.

Отбрасывая предрассудки в сторону,

Дразня судьбу несбыточной надеждой,

Мы прожитое время делим поровну

И каждый расходится своей дорогой.

Не принимая мирного сосуществования,

Мы душу рвём на части, словно тряпку.

Но боимся сильно своего признания,

Как убегающую вдаль тропинку.

Понять, что в этой жизни происходит

И убедиться в правильном своём пути.

Лишь время незаметно вдаль уходит

И мы себя не можем там найти.

Проснувшись ночью, вздрагиваем от кошмара,

Что наяву в своей мы жизни натворили.

А в голове, как после банного угара,

Мы понимаем, что над нами пошутили.

Звонок последний в своей жизни,

Мы пропустили, как бокал вина.

И совсем уж не осталось времени,

Понять, что это уж другая сторона.

***

Седой старик роняет слёзы.

Вразвалку, как медведь-шатун,

Идут солдаты по дорогам Украины.

А за калиткой дед седой-ворчун,

С войны не видел уж такой картины.

Материнский плач над телом сына,

Да взвизгивает на путях локомотив.

А на обочине изрешеченная машина

И снайпер девушка в окне напротив.

В ужасном сне не пожелать такого,

Когда по швам трещит страна.

А нашей власти не понять простого,

Что на земле уже царит весна.

Вместо полей одни воронки,

Где колосилась рожь ещё вчера.

А детям раздают винтовки

И выпирает под рубахой кобура.

Седой старик роняет слёзы,

Его семьи уж больше нет.

А власти не дают прогнозы,

Какой будет в конце сюжет.

***

К воротам Рая ведёт тебя тропа.

Прекрасно то, что вспомнится потом,

Когда наступит старость и забвенье.

Когда взгляни и никого уже кругом

И съедено вчера малиновое варенье.

Не жди, когда к тебе придёт гонец

И тихонько постучит в твоё окно

Нет в твоей жизни это ни конец,

А счастье долгожданное пришло.

После сентября уж не наступит май

И в зеркале не увидать уж той красы.

Тебя давненько уж поджидает Рай,

Где в садах растут прекрасные цветы.

Не жди от старости ты милость,

Возьми судьбу и будь с ней добра.

Там где нет страха, уж сырость,

А к воротам Рая ведёт тебя тропа.

***

Подкова счастья.

Опять зашло за тучку солнце

И дождь полил, как из ведра.

А ветер постучал в оконце,

Напоминая, уже осени пора.

Срывая одинокий лист с берёзы,

Играет с ним, словно с пером.

А вдалеке ещё грохочут грозы

И к берегу пристал судьбы паром.

На юг уже собрались птицы

И в поле, весь убран урожай.

А на балконе вновь синицы,

Запели про родимый край.

Холодный дождь и на дороге слякоть

И календарь подходит к своему концу.

А нам мои друзья не стоит плакать,

Мы подкову счастья закажем кузнецу.

***

Дятел.

Долбит дятел по столбу,

Громкий звук он издаёт.

Себе поставил на кону,

Продолбить себе полёт.

Стук да стук, потом ещё,

Много шума и ничего.

Так он час уже стучит,

У кота в глазах свербит.

Смотрит из окошка кот,

Слышит стук, а не поймёт.

Где источник шума тот,

Да когда же он пройдёт.

Дятел по столбу стучит,

Занят он своей работой.

Кот в окошечко глядит,

Но не доволен он охотой.

Я по-жизни Купидон

Не нужна мне карета из тыквы.

Нет, я не родственник поэта,

Я просто его тёзка, вот и всё.

В моей душе хватает света,

Но живу, как белка в колесе.

Разгружаю по ночам вагоны,

Чтоб хватало мне на жизнь.

А утром подметаю я перроны

И некогда друзья мне ныть.

Года бегут, как в книгах буквы,

За ними не угнаться и бегом.

Не нужна мне карета из тыквы,

На такси я спешу в свой дом.

Ждут меня там жена и дети,

Собака, кошка и Кеша попугай.

И нет милее их всех на свете,

Они любовью мне заменили Рай.

***

«Козёл» в чужом огороде.

Забрался «Козёл» в чужой огород

И поломал там всю капусту.

Давно позабыл он уже свой народ,

Поставив себя в ряд не по-росту.

Богатый себе он поставил дом,

Собравши дань со всей округи.

И грохочет с трибун, как гром,

Да от «хозяев» требует услуги.

А они кричат «Козлу» в ответ,

Да разводят на воде круги руками.

«Ты ведь один отправился в полёт,

И богатством не поделился с нами».

От злости бьёт «Козёл» рогами,

Ломая жизни, словно кочаны.

И называет всех людей врагами,

Забыв, что они дети его страны.

Поняв, что всё он проиграл,

Побрёл «Козёл» в конце отары.

Нет, лучше бы в кино играл

Да сдуру не загремел на нары.

Забрался «Козёл» в чужой огород,

Там хотел он нарушить устой.

Но прогнал за ворота его народ,

Отправив лжеца на вечный покой.

***

Нам назад не вернуться уже в СССР.

Жили мы хоть безбедно всегда,

Но друзей и родных привечали.

О заграницах не думали никогда,

Но детишек к земле приучали.

«Горькую» пили, закусив её огурцом

И о «пепсиколах» совсем не мечтали.

На рыбалку поутру ходили с отцом,

А потом мотоцикл из грязи толкали.

А теперь говорят нам с экрана,

Что мы жили в застойные времена.

Мы не верим в пустоту стакана,

Но в мыслях ползём уже не туда.

Мы забыли друзей и соседей,

Хоть живём на одном этаже.

Разве этого тогда все хотели,

Нам назад не вернутся уже.

***

В утреннем небе затихнут грозы.

В утреннем небе затихнут грозы,

В душах людских растворится зима.

Забудется страх, и высохнут слёзы,

Но вернутся не все в родные дома.

Вновь развернётся флаг над Донбассом,

Люди спокойно уснут по ночам.

Но земля пропиталась кровью с прахом

И работы хватает ещё врачам.

Появятся дети на детских площадках

И в небо взметнётся их громкий смех.

Позабудут навеки они о бомбёжках,

Как неприемлемый жизненный грех.

Тихо вздохнёт земля от позора

И словно невеста накинет фату.

Канут навечно все годы раздора

И народ построит свою мечту.

***

За наше бабье горе им зачтётся.

Колхозный дом скамейка у крыльца,

Да ветра стук в окошко спозаранку.

И слёзы утирает вдовушка с лица,

Она сегодня получила похоронку.

Идёт война, там гибнут люди,

А нечисть каркает, как вороньё.

Зачем девчушка прячет груди,

Да берёт старое дедово ружьё.

Обрезав косы, чтоб не было соблазна,

Да пересудов, средь хмурых мужиков.

Она уж повзрослела слишком рана

И позабыла вкус домашних пирожков.

Припав к прицелу винтовки,

Часами смотрит в лицо врага.

И счастье на лице девчонки,

От вкуса бабушкиного пирога.

Колхозный дом скамейка у крыльца,

Да ветер вновь стучит в окошко.

Послать бы к матери скорей гонца,

И успокоить грусть её немножко.

«Не беспокойся мама, я пока жива,

Хотя отец и больше не вернётся.

Ты, как всегда немножечко права,

За наше бабье горе им зачтётся!»

***

Скрипят за окнами качели.

Мой котик самых строгих правил,

Когда он кошечку вдруг захотел.

То ночью в мои тапочки нагадил,

Да серенаду громко утром спел.

Будил квартиру, своим он рёвом,

Да в двери скрёбся, как домовой.

Не подчинялся кот моим законам

И делал вид, что не родной.

Но только я открою двери,

Прищурив глазки, он встаёт.

И наплевав на все потери,

Стрелою устремляется в полёт.

Скрипят за окнами качели,

А у кота в глазах огонь.

Весна, на улицах капели,

А у меня в квартире вонь.

***

Я по-жизни Купидон.

Песни громкие горланю,

Стакан полный наливаю.

Я по-жизни Купидон,

А не какой-то там пижон.

Сказки я смотрю ночами

И делюсь потом с друзьями.

Наливают мне за это,

Вот и наступило лето.

Лавочки в саду пустые,

Мои волосы уже седые.

Мне с судьбою повезло,

В жизнь шальную унесло.

Растерял я всех друзей,

Как разрушил Колизей.

Не собрать мне душу вновь,

Как течёт из носа кровь.

Пьянки, драка да тюрьма,

Жизнь весёлой кутерьма.

Старость, пенсия и плен,

А потом могилы тлен.

Вот и весь ребята сказ,

Я закончил свой рассказ.

Прогремел дверной звонок,

Это жизни наступил порог.

***

Речная гладь, песочный берег.

Речная гладь да берег из песка,

Полоска голубая средь золотого.

Дорога эта протянулась на века,

Ведь мать она всего живого.

Зверь дикий ты аль человек,

Она тебя накормит и напоит.

И проживёт свой долгий век,

Пока этот поток не иссохнет.

Бежит она среди равнин,

Ритмы жизни убыстряет.

А в молитвах, как раввин,

Своё дыханье замедляет.

В горах ты словно ураган,

Свои потоки вниз кидаешь.

И как спокойный мальчуган,

На оскорбленья не отвечаешь.

Речная гладь, песочный берег,

Да Бога лик средь синевы.

Но для меня ты очень дорог,

Как полоска снега, вдоль травы.

***

На душе шрамы прикрыла рубаха.

Ушёл добровольцем солдат на войну,

Чтоб Родину-мать защитить от врага.

Дошёл до Берлина и встретил весну,

Но на чужбине осталась его нога.

Ему не исполнилось ещё тридцати

И в жизни не встретил он счастья.

Но пришлось через много пройти,

Чтоб в душе не осталось ненастья.

Был он молод, но уже весь седой

И в глазах затерялась улыбка.

Но он к лету уже вернулся домой

И понял, что эта была ошибка.

Домик старый зарос весь травой,

Покосился забор и собаки не слышно.

Говорили ему, ты остался живой,

Ну, а всё остальное, поверь поправимо.

Много жизней война с собой унесла,

Столько горя, печали и страха.

Но в жизни солдату любовь помогла,

А на душе шрамы прикрыла рубаха.

***

С дьяволом заключил я уговор.

Набросал сюжет я книги,

Ночи две вообще не спал.

Четыре получилось фиги

Да от редактора скандал.

Я унижался, стоя на коленях,

А от редактора лишь укор.

Был я, как павлин в тех перьях,

Чтобы книга пошла в набор.

Смущался я, как та красная девица,

А в голове моей сплошной туман.

Орал редактор: - Нужна страница,

А эта мазня и лишь один обман.

Ушёл домой, несолоны хлебавши,

Взял в руки карандаш и сел к столу.

А к ночи с горя водки нахлебавши,

Я на бумаге выродил одну строку.

Поймите, все мы люди в этом мире

И в головах у нас сплошной бардак.

Вы на свою жизнь взгляните шире

И сразу поймёте, кто из нас дурак.

Закончив книгу, отдал её в набор,

Пройдя редактора и позор цензуры.

Но с дьяволом заключил я уговор,

Чтобы описывать его ад с натуры.

Клин журавлей усталых.

Вздохнув, весна принялась за работу.

Вот опять весна стучится в окна к нам

И зазывает всех на улицу из дома.

Она всю зиму скучала по нашим лицам,

Не зная, что в мир пришла чума.

Кругом разруха, голод и болезни,

Поля не паханы, заросшие стоят.

Взглянула и упала на колени,

Узнав, сколько же полегло ребят.

Зима большое причинила горе,

Погубила стариков и молодых детей.

И на земле бушует, словно море,

Несосчитанное количество смертей.

Вздохнув, весна принялась за работу,

В сердца людей надежду и любовь вселяя.

И словно неисправную старую карету,

Из душ людских раздор и злобу прогоняя.

Вздохнули люди, сбросив с плеч ярмо,

Покинули дома, и вышли в поле.

И бросили в землю пшеничное зерно,

Чтоб сладко всем жилось на воле.

Пройдут года, забудут люди своё горе

И вёсны будут приходить к ним чередой.

Брат с братом позабудут о той ссоре,

Которая, внезапно, разделила их горой.

***

На лугах пчёлки собирают урожай.

На лугах травы дружно зацвели

И пчёлы на работу к ним поплыли.

Будет нынче славный урожай,

Мёд в кадушку ложкой собирай.

Сладким будет нынче этот год,

Вот такой вот брат круговорот.

Пчёлы рьяно затруднились впору,

А седой старик поплёлся в гору.

Там на сопке он поставил дом

И с собакой поселился в нём.

Свою старость будет поджидать,

Да по склонам с Ветерком гулять.

Смерть не сунет туда свой нос,

Как девица не распустит кос.

Обойдёт сторонкой беда друзей,

Не раскидав по полям костылей.

Вечность проживёт в горах старик

И не вспомнит он вчерашний крик.

Что пронёсся серой дымкой вдалеке

И умчался грозный всадник налегке.

Не взяла старуха жизнь у старика,

Пролетела, словно в небе облака.

На лугах пчёлки собирают урожай,

Не ленись дружок, в кадку наливай.

У детишек будет сладкий день,

А старик уселся на старый пень.

Сказку внуку он расскажет не спеша,

Да наестся вдоволь с мёдом кулеша.

***

Не дадим куролесить мы демону.

Мы прогоним силы тёмные,

Не позволим ногами топтать.

Песни будем петь весёлые

И Россию свою восхвалять.

Не дадим куролесить мы демону,

Чтобы курочек наших топтал.

Да девицу молоденькую зелену,

В свою тёмную вотчину угнал.

Встанет люд на защиту отечества,

И супостата прогонит с земли.

Нам поможет соседнее братство,

Чтоб весной вновь цветы зацвели.

***

Заблудилась в вечности душа.

Вы суетитесь над судьбой,

Не понимая, что с душой.

Она стремится в небеса,

Где нет в природе колеса.

С собой ведёте разговор,

Не признавая свой позор.

Только понимаете лишь тогда,

Когда становится седая борода.

Теряете время вы порой,

Запрятав душу за горой.

Где только дуют лишь ветра

И в последний путь уже пора.

Заблудилась в вечности душа,

За которую не выменять гроша.

Часто суетитесь над судьбой,

Не принимая этот путь земной.

***

Вернись красавица и спой.

Вернись красавица и спой,

Давно не виделись с тобой.

Ты удалилась не спеша,

Куда-то к звёздам в небеса.

Твой лик я вижу по ночам,

Об этом говорю врачам.

Но сам не верю в чудеса,

В окно, взирая на небеса.

Там ярко-одинокая звезда,

Мне путь указывает всегда.

И я лечу навстречу к ней,

Чтобы встретится скорей.

Вернись моя красавица и спой,

Я жизнь хочу прожить с тобой.

Чтоб счастье было, для двоих,

А между нами не было чужих.

Но просыпаюсь я в бреду

И куда-то по тропе бреду.

Где счастье потерял навек

И не сыскать в пустыне рек.

В мечтах с тобою я живу

И представляю, что наяву.

Но в жизни это всё обман,

А в голове сплошной туман.

***

Мы уходим туда, где нет света.

Закружила метель на погосте,

С одинокой берёзы срывая листок.

Она словно просится в гости,

К тому, кто недавно ушёл за порог.

Не верим мы, что там за гранью,

Есть жизни, а может, нет бытия.

Ведь туда не заглянешь заранее

И не проверишь, что там за края.

Мы в жизни торопимся часто,

Не зная, какая судьба впереди.

И гадаем, что по дороге просто,

Легко нам будет туда дойти.

Но когда ты стоишь у края,

За которым уже нет ничего.

Ты хочешь попасть в сады Рая,

Чтоб прожить жизнь там легко.

Но мечта расходится с явью,

А дорога ведёт в никуда.

Мы верим, что там за гранью,

Вместо жизни одна пустота.

Закружила метель на погосте

И оборвала последний листок,

Никто не позвал её в гости,

Ведь закончился жизни виток.

Мы уходим туда, где нет света,

Где безмолвие и тишина.

Не встретить нам там рассвета

И с другом не выпить вина.

***

В тёмных застенках каземата.

В тёмных застенках каземата,

Там, где стенание и боль.

Появилась необычная палата,

В судьбах людей играя роль.

Там вместо пыточного инвентаря,

Кругом на полках детские игрушки.

А вместо тусклого в окне фонаря,

Резвятся на небе какие-то зверушки.

Палач, который не снимает маску,

Не тянет жилы из тебя щипцами,

На серых стенах разводит краску,

Да картины, пишет там руками.

Когда палач во сне увидел море,

Он тут же изменился в один миг.

И ненавистно стало ему горе,

А в мыслях светлый лик возник.

Он бросил всё, закинув маску

И по дороге жизни стал ходить.

Теперь он людям дарит ласку,

Да учит Богу светлому служить.

В тёмных застенках каземата,

Там давно уже не слышен стон.

Теперь там необычная палата,

А вместо боли колокольный звон.

***

Наши деревни нынче опустели.

Наши деревни нынче опустели,

Не слышен в них смех детворы.

Забылся местный трель свирели,

Лишь копошатся в грязи куры.

Нет там дорог да грязи по колено,

А в магазинах, как раньше ни шиша.

Одна старушка, в руках с поленом,

Да дед на лавочке, цигаркою дымя.

Молодёжь перебралась вся в город

И трудится на благо всей страны.

А в семьях, как раньше у них голод,

Да рёбра из-под кофточек видны.

Вот так теперь живет деревня,

Нет там дорог и красоты девчат.

А председатель толстозадый Сеня,

Разводит своих граждан, как гусят.

Мы мчимся с горки на санях

И смеёмся, как раньше в детстве.

А вспоминаем о своих корнях,

Когда седины появились в голове.

***

Клин журавлей усталых.

Клин журавлей усталых немного покружил

И в синеве растаяв, на юг он полетел.

Чтобы весной обратно в дом свой прилететь

И разместившись в гнездышке, песенку спеть.

Про земли те заморские, где нету холодов,

Где дома высокие и нет на крыше льдов.

Там солнце светит ярко и по ночам тепло,

Но о родине мечтается и на душе светло.

Мечтает птица каждая, вернутся в дом родной,

Чтоб вывести потомство с подружкой дорогой.

Клин журавлей усталых курлычут в гнезде

И песни их счастливые разносятся везде.

Мы тоже, словно птицы не забываем дом,

Где когда-то появились и проживали в нём.

Не забывайте ж люди вы своего гнезда

И возвращайтесь с миром в родные города.

Там встретят вас с любовью, угостив вином,

Чтобы горько не было на душе потом.

Глупость и невежество не выставляйте напоказ,

Ведь счастье в этой жизни даётся один раз.

***

Сплелись в верёвку нити жизни.

Кому погибнуть суждено от пули,

Тот не утонет в речной пучине.

И не страшны ему морские мили,

С пиратами он будет на волне.

Сплелись в верёвку нити жизни,

Не разорвёт их даже старуха-смерть.

Но будет проклят он ей отныне

И от ярости в своей душе гореть.

Скитаясь по морям и дальним странам,

Он выкинул из сердца дом родной.

Его лишь только узнают по ранам,

Да голове уже почти совсем седой.

Но повстречал он в кабаке девчонку

И в сердце пирата вспыхнула любовь.

И впились сто чертей в его печёнку,

Да так, что из ушей полилась кровь.

Кому погибнуть суждено от пули,

Тому не страшен царь морской.

Вплавь он одолеет сотни мили,

Чтоб встретится на берегу с женой.

Июньский снег.

Не склеить старую лохань.

Лошадь стукнула копытом

И заржала: - Не пойду!

А бабка брякнула корытом

И сказала: - Подожду!

Стоит лошадь на дороге,

У неё раздут живот.

Плачет бабка на пороге,

В голове круговорот.

Вот беда, какое лихо,

Приключилось на дворе.

Дома у старухи тихо,

Но грохочет на горе.

Пеплом дышит твердь земная,

Красно солнышко затмив.

А внучка в куклы, не играя,

Напевает жалобный мотив.

Лошадь стукнула копытом

И помчалась, словно Лань.

Плачет бабка над корытом,

Не склеить старую лохань.

Что за жизнь, одни потёмки,

На столе огарок от свечи.

Не сыскать в ночи панамки,

А без дров согреться на печи.

***

Горечь потерь и расставаний.

Горечь потерь и расставаний,

Умчались вдаль, словно туман.

Наступило время воспоминаний,

Где от любви сплошной обман.

Мы часто задаём себе вопросы,

Но ответа у нас нет на них.

И от этого в головах курьёзы,

От которых родился стих.

Мы верим, что судьба благочестива

И скоро в жизни нам повезёт.

А, в самом деле, она не справедлива

Да часто в омут тебя ведёт.

С годами мы становимся мудрее

Но краски с лиц уходят навсегда.

А расставания становится сильнее,

Когда ночью провожаем поезда.

Но рано утром надеемся на встречу,

Что скоро вернётся к нам любовь.

И просим, чтоб цыганка сняла порчу,

Да из души прогнала дурную кровь.

Горечь потерь и расставаний,

Нам головы кружит, как карусель.

Уже не вспомнить тех свиданий,

Лишь только остаётся пить кисель.

***

Июньский снег.

Асфальт покрылся белым пухом,

Напомнив нам седой январь.

Воздух в городе наполнен слухом,

Что над миром нависла гарь.

Слегка подул июньский ветер

И в небеса поднялся этот снег.

А наш сосед, напялив свитер,

Сутра уже пошёл в разбег.

Представил он, что на дворе зима

А за окном февральские метели.

Ему с крыльца кричит кума:

- Давно уж с юга птицы прилетели!

Июньский снег от тополей,

Дорожки и тропинки застелил.

И как не встретить тут друзей,

Которых он вчера не навестил.

Прикрылись пухом крыши и трава,

Напоминая всем о жарком лете.

Так и засеребрилась сединою голова,

Когда прошли года на взлёте.

Мы вечно помним, что в июне,

На нашу землю опускается зима,

А перед этим, только, накануне,

Люди цветами украсили дома.

***

Не рубите всех подряд сплеча.

Мы кое-как прожили этот год,

Не понимая, что у нас со страной.

Но наконец, нашли тот поворот

И идём вперёд прямой дорогой.

Нам палки ставили в колёса

И со всех сторон кричали о войне.

Но на лицах у врагов гримаса

И с глаз свалилась старое пенсне.

Чего все так переполошились,

Мы не желаем никому зла.

Наверно вы все ума лишились,

Что побросали важные дела.

Все перегрызлись, словно крысы,

Из тёмных щелей на Русь ворча.

Зайдите лучше за свои кулисы

И не рубите всех подряд сплеча.

***

Мне захотелось вдруг котлет.

Хари Кришна, Хари Вишну, но,

Никого из них не слышу.

Пока звучит мой голос, но,

В темноте я никого не вижу.

Зачем в мой дом они пришли,

Я никого из них не ждал.

И злую весть мне принесли,

Когда в ночи я крепко спал.

На ушко шепчут они разом,

Что на душе моей черно,

Что где-то прогулял я разум,

Но мне всё это, всё равно.

Я жизнь свою отдал в залог,

Чтоб день прожить на воле.

Но, не освоив заповеди урок,

Последний час живу на дыбе.

***

О смерти, сегодня, ты не говори.

Уснувший город в облаках,

Закрыл свою дорогу к сердцу.

Лишь тот, который в небесах,

Спешит к нему на встречу.

Не вглядывайся путник в небеса,

Ты не узришь там никого.

Ведь не доступны эти чудеса,

Которые покажут на него.

Пройдётся Он по улицам уснувшим,

Заглядывая в души тех, кто жив.

И не показывая свой лик убогим,

В сердца заложит им позитив.

Наступит день, погаснут фонари

И солнца луч подарит вам надежду.

О смерти, сегодня, ты не говори,

Но в душе отпразднуй свою победу.

***

То, что за чертой, не принимаю.

За день, чтоб тот принёс удачу,

Чтоб в венах заструилась кровь,

Чтоб не сдала душа мне сдачу,

А в сердце вспыхнула любовь.

Я утром рано выгляну в окошко

И потянувшись, выйду на крыльцо.

Там в руку возьму лукошко

И гляну в лужу на не умытое лицо.

Где за бородой морщин не видно,

Но глазки светятся, как фонари.

Мне за судьбу свою не стыдно,

Ведь никому не продал до зари.

Хотя в ночи мне досаждали черти,

Да домовой топтался на груди.

Они плохие принесли мне вести,

Что смерть поджидает впереди.

Но я уйду, громко хлопнув дверью

И плюну, чтоб старухи насолить.

Да скроюсь вдалеке за синью,

Чтоб себя чуть-чуть повеселить.

В лесу она меня искать не будет,

Зачем старик ей с кузовком.

А через день-другой меня забудет,

Да в ад помчится прямиком.

Выжду день, торопиться, не пристало,

Зачем ей душу отдавать в полон.

Хочу свою я жизнь начать сначала,

Да напроситься к Богу на поклон.

Мой смертный час ещё не подошёл,

Ведь появилась в жизни у меня любовь.

Судьбу свою под старость я нашёл

И в моих венах заструилась кровь.

За день, чтоб не упустить удачу,

Я с Богом выпью красного вина.

Да не отдам чёрной душе сдачу,

Она мне самому сейчас нужна.

Вы не судите строго господа,

Жизнь свою я только начинаю.

У меня хоть и седая борода,

Но то, что за чертой, не принимаю.

***

День памяти и скорби.

В день памяти и скорби,

Пересеклись все судьбы.

Нам не забыть погибших,

В земле сырой уснувших.

Нам нелегко далась победа,

Но в сердцах жила надежда.

Кровь струилась там рекой

Да звёзды гасли над горой.

Все те, кто полегли в бою,

Теперь они находятся в Раю.

И за нами наблюдают свысока,

Чтоб наша жизнь была легка.

Чуму изгнали мы с земли,

Чтоб города вновь зацвели.

Сталин стал, для нас, кумир

И весна нам подарила мир.

***

Из пепла возродились города.

Я погружаюсь вновь в нирвану

И вижу во сне странную поляну.

Вместо цветов там всюду кровь

И в нашем мире умерла любовь.

Хотел фашизм втоптать нас в грязь

И между братьями порушить связь.

Но встал народ плечом к плечу,

Не дав страну разрушить палачу.

Не снимая по ночам рубахи,

Четыре года мы жили в страхе.

В окопах замерзали мы зимой,

Но свой не забывали дом родной.

Прошли года и залечились раны

И в небеса взметнулись краны.

Из пепла вновь возродились города,

Но мы блокаду не забыли никогда.

Я погрузился вновь в нирвану

И на горизонте увидал поляну.

Там маки ярко-красные цвели,

Они напоминали кровь земли.

***

Шипы от белых роз.

Ушёл из жизни наш кумир,

А с ним и розы белые завяли.

Зачем так рано покинул мир,

В каждый дом его так ждали.

Он много горя в детстве испытал,

Но жил всегда с улыбкой на лице.

Своих родных он рано потерял,

Но вечно вспоминал о своём отце.

Мечта была у юного мальчишки,

Чтоб им всегда гордилась мать.

Но не любил читать он книжки,

Лишь под гитару песни напевать.

А он мечтал построить дом,

Чтобы его каждый уважал.

Но слыл в детдоме шатуном,

Когда оттуда часто убегал.

Ушёл из жизни наш кумир,

Остались лишь шипы от роз.

Сердца он многих покорил,

За это его Бог на небеса вознёс.

Его могилка будет в розах утопать

И горькие слёзы лить, о нём девчонки.

Мы часто будем Юру вспоминать,

Зализывая от шипов на сердце ранки.

***