Пляски старых теней

I. Шахтёр, Гладиатор, Революционер и Тиран

Там, в глубине, в темноте гулких шахт,

Обрываются жизни безвольных рабочих.

Умирая, выполнял нормы тяжелейших вахт.

Ты боялся, что на дне умрешь среди прочих.

Нет имени, лишь буква и номер.

Нет мечты, лишь работы.

Дух под плетью надзирателя помер,

И разум привык к диктату немоты.

Но вот однажды ты отбросил кирку,

Встал поперёк желаний господ,

Не стал уподобляться станку.

Так начался на дно твой восход...

В наказание за смелость убивай и дерись!

Отныне ты шоу, ты кровавый фестиваль!

На арене сломанной костью ложись!

Окропи же братской кровью свою сталь!

И бился ты, словно зверь в гладиаторской яме.

Впервые ощутил жизни сладостный вкус.

Толпы глаза сверкали алчными огнями,

И ты впервые ощутил гордости укус...

Для толпы ты звезда, для братьев герой.

Речи твои подняли на бой рабский ваш род,

И ты, предводитель, повёл их в бой!

Против угнетателей пошёл революции взвод.

Вы шли мстительной кровавой войной

Рушить золотой трон, что на трупах стоял.

И ты в кровавой бане был как влитой,

И ты в каждой победе человечность терял...

И теперь ты на троне упиваешься властью.

На троне из черепов в короне из кости.

Несогласных уничтожишь с невиданной страстью.

Своё царство построишь на тирании и злости.

И вот стоишь ты с руками по локоть в крови

В болоте из трупов и обугленных тел.

Увидишь ли ошибку через гнева оковы?

Поймешь ли ошибки своих озлобленных дел?

II. Как-то дети по утру

Как-то дети по утру

Вызывали Сатану,

Задумали странную игру,

Глаза уставив на луну.

Сатана поспешил явиться

С женою, сыном и портным.

Дети от смеха стали давиться,

Сатана пришёл босым.

Жена его как заорала!

Всех детишек обругала,

Да и палками погнала,

Давно таких наглых она не видала.

Сын его, однако, шутку оценил,

Над отцом смеяться начал он.

Сатана ему, само собой, грозил,

И конфет сын после не ел эон.

Портной один не понял ничего

И что вообще всё это было.

Сатана ждёт башмаков от него,

«Не сапожник», — сказал он уныло.

III. ***

Довольно трудно, домой возвращаясь

Сквозь вечера ненастного мглу,

Думать о том, как с тобою прощаясь,

Я себя же отправляю во тьму...

Не умею я любить...

Не умею любимым быть.

Могу лишь яд пить,

Да слезы рукою умыть.

Глупость - одиночества великая мать.

Ведь по глупости любовь отпускаем,

Даже не попробовав, ложимся спать

И даже во снах одиноко страдаем...

IV. Завоеватель

Воссядь же, Ворон, друг старинный,

На плече усталом ты моём,

Растяни со мною миг недлинный,

Миг триумфа под тёплым дождём.

Миг, когда над пепелищем вражьих тел

Властным стягом воцарилось знамя

Империи моей, ведь никто мне не у дел,

Никто не обуздает мое яростное пламя.

Суждено мне быть гораздо большим,

Чем смертный император мира,

Чем скелотом, в гробницу богатства сволокшим,

Чем тираном, чьё сердце пронзила рапира.

Я Богом быть желаю единым!

Завоевателем, что Рай склониться заставит.

Владыкою судеб незримым,

Что в Вечность свои легионы направит!

Так что же, Ворон, друг мой великий,

Пройдёшь ты со мною до райской границы?

Поможешь подчинить богов всех религий?

Или же амбиции мои для тебя небылицы?

Хотя не важен на самом деле ответ,

Ведь вера других ни к чему мне совсем.

Я знаю, несмотря на сомнения, я буду воспет.

Каблук мой прогнет под собою гордость богем.

Я Завоеватель! Таков моей великий удел!

Моя воля — клинок, а сила безмерна!

Так трепещите пред славой грядущих дел!

Мой голод до власти, жажда править моя безразмерна.

V. Творчество

Блуждая средь хрустальных садов-лабиринтов,

Восхищаясь гротескным величием замка,

Упиваясь сладострастным ароматом гиацинтов,

Будучи пешкой, выхожу, словно дамка.

На сцене из нефритовых снов

Стою перед миром бесчестных чудес.

За столом карточным средь игроков

Ставлю всё на успех собственных пьес.

Тенью за мной волочится мечта,

Мечта чистая, словно первые слезы.

Желание стихом обогреть свои уста,

Стихом бесконечным, аки грёзы.

Так узрите, как оживают фантазии!

Как Творец первый свой делает шаг!

Как мир мой оживает во всём его многообразии!

Как читал я, будто заклинание маг!

Да, со сцены я уйду, недолог мой час...

Но он не один, помяните вы слово!

Это лишь первая проба достучаться до масс.

Величие не плохо, оно просто ново...

VI. Песнь сестры

Если ты один там средь руин,

Меня ты позови.

Стряхну я страха нити паутин,

Меня всегда зови.

Приду к тебе, братец мой родной,

Приду к тебе, ты мой герой.

Запомни, я всегда с тобой,

Помню, ты всегда со мной.

Ты моя кровь, а я твой свет,

Что пляшет средь теней.

Я твоя тень, а ты щит мой от клевет,

Что укрывает свет моих огней.

Мой брат, не упускай меня.

Я с тобою до конца.

Буду вечно защищать тебя,

Моего любимого лжеца.

Ты врешь им всем, себя забыв,

Чтоб о невзгодах мог ты позабыть,

Но я знаю, не далек твой срыв,

От боли я хочу тебя укрыть.

Я прекрасна и сильна,

Но боясь остаться без тебя.

Слабость моя как рана красна,

Не могу простить себя.

Так помоги же мне, мой брат.

Сил мне дай и в путь отправь.

Но лишь слезы твои зазвучат,

Я прейду через всю Навь

К тебе, мой брат родной...

VII. Гончая

Рычание, вой и холодный оскал

В полночь стремятся к глотке моей.

Этот адский, пёсий вокал

Сводил с ума десятки мужей.

Скрежет и лай, и голодный тот взор

Устремился ко мне в полуночи час.

Чёрная псина, проклятье и мор

Её породили за боль, что от нас.

Древний мой род — грешников стая,

Платить нам придётся кровью из ран.

Это Ада игра или кара святая,

Что ниспослал мне божий титан?

Торфяные болота — место расправы,

Там ожидает меня кровавый финал.

Там заплачу я за всех, кто неправы

Были, когда собирали грехов капитал.

Баскервилей собака, иду я к тебе,

К неумолимой силе террора.

Покорно стремлюсь к своей я судьбе.

Палач, я пришёл! Заплатить мне пора!

VIII. Оккультная песнь

Первая сила, чёрная сила,

Создателей кровь, несущая Тьму,

По миру пройдётся с запахом ила,

Окропляя безумием мира кайму.

Первые боги, мёртвые боги,

В чьих жилах текла эссенция звёзд,

Покажут всем здравым, как же убоги

Благоразумия человеческих гнёзд.

Там, за звездой, за гранью просторов,

Несётся к нам Хаос, что снится богам.

Его слёзы прольются огнём метеоров,

Преподнесут дары адские ничтожным сынам.

Чумной легион и кровавая жатва

Нас ожидают в безвременьи Тьмы.

Дверь им откроет оккультная клятва,

Отварит двери Древних тюрьмы.

Так ждите же, братья, Чёрного Дня,

Когда небо исчезнет и солнце умрёт!

К нам Бездна придёт, мораль заменя,

И Бог тот глубинный в новую эру нас приведёт.

IX. Мольба к Падшему лорду v2.0

Взываем к Длани когтистой,

Что мир держит хваткой стальной.

Склоняемся перед силой Твоей нечистой,

В ужасе шепча имя Твоё в тени ночной.

Не жалея колен, падаем ниц

Пред тенью Твоей, Падший.

Не веря в обман Света блудниц,

Несём слово твоё, о Путь нам показавший.

Мудрейший Змей, отрави нас

Знанием, о Исказитель норм!

Ночи Дракон, настал желанный час

Обрушить на врагов наших бедствий шторм!

На Чёрном троне восседая,

Ты повелеваешь жизнями,

Пока мы, вечно страдая,

Ползаем у ног твоих слизнями...

Мы молим Тебя, Владыка Отчаяния,

Защити нас стенами Цитадели!

Возносим к Тебе слова раскаяния,

Моля, чтоб грехи наши слуги Твои изъели!

Забери Себе все наши прегрешения,

Очисти рабов Своих от слабостей людских.

Ты показал нам наших жизней значения,

И мы клянёмся, что очистимся от забот мирских!

X. Герой

Мама ушла и больше его не обнимет.

Отец может лишь с презреньем избить,

Ведь паршивца он так и не смог полюбить.

И никто никогда в этом мире его не примет.

Не зная любви, ведая лишь боль,

Рос он среди нищеты и проказы,

Среди развалин и смертной заразы.

Он запомнил, как отца сгубил алкоголь.

Ненужный ребёнок в грязной избушке,

Спит с не одной переломанной костью.

Спит и борется он с собственной злостью.

Кровь стекает по его лысой макушке...

Но не мечтает мальчик о мести,

Справедливость лишь желает он.

Он знает, что Зло уже отстроило трон,

И желает с ним биться во имя чести!

Однажды пьяному деспоту дал он отпор!

С Тьмой бороться он будет до смертного дня!

Он предаст всех виновных суду золотого огня!

Мрака и ужаса он однажды остановит террор!

Борьбе он жизнь свою отдаст и не уступит.

Он не желает, чтобы кто-то страдал, как и он.

Защищать он нас будет, пока не увезёт его Харон.

От клятвы своей он ни за что не отступит!

XI. Одиночка

Одинокий и страшный я человек...

Зависть и гнев, отчаяние и стыд - мои друзья.

Я забытая миром, брошенная в бездну змея.

Таким останусь я навек...

Мне нет места нигде, кроме Тьмы.

Я тихий и жуткий ноктюрн в тишине,

Не из этого мира, из безумия, извне.

Мне компании близких хуже тюрьмы.

Я могу жизнь чужую печалью отравить.

Я беды и невзгоды, эпидемии мыслей греховных.

Я парад казнённых людей невиновных.

Мне в вашем мире иначе никак не прожить...

Но я хочу иной судьбы для себя.

Я хочу нести радость и шумные торжества,

Принести в этот мир улыбки и щепотку баловства,

Жить и радоваться, наслаждаться, любя.

Может, есть ещё шанс для меня?

Вы верите, что доброту я смогу принести?

Верите, что Любовь и друзья смогут прийти?

Верите, что меня найдёт дружеская болтовня?

XII. Зависть

Мне плохо, мне больно, это чувствую я!

Мне страшно, мне грустно, это всё, что осталось!

Мне их скрыть в глубинах мрачных не удалось,

Ни отчаянья, ни грусти, ни зависти, ни вранья.

Я когда-то любил, не зная ответа от дам.

Мне больно смотреть на влюбленные пары.

Мне не забыть все эти попытки-кошмары,

Я не был любим, я всегда одинок по ночам.

Дружба? Я перестал в неё верить давно.

Как сволочь последняя, я завидую им,

Но почему-то я этими людьми одержим.

Может, потому что их мало и других не дано?

Успехи? Мечты? Не смешите меня!

Мне не суждено подняться с этого дна.

И хоть пишу сочинения свои до темна,

С завистью я буду смотреть, победителей браня.

Зависть — это всё, что жизнь оставила мне.

Я себя презираю за слабость свою,

За то, что я вечно проигрываю в этом бою,

За то, что останусь я без успехов, забытый в тишине...

XIII. Режиссёр

Я чувствую их, крепкие, жгучие кнуты,

Что привязаны к душе измученной моей,

Что я вижу вместо ауры яркой твоей,

От которых не свободны ни я, ни ты.

От боли и печали мы не будем свободны.

Никогда и никто от нитей не освободится,

Ведь нет выбора, кроме как подчиниться.

Истины эти правдивы, честны и старомодны.

Судьба - режиссёр наших жизней нечестных.

Не секрет, у неё есть любимцы, герои и мы.

Второго плана роли, жертвы забвенной чумы.

Мы - актёры ролей ненужных и пресных.

Режиссёр будто диктатор над нами стоит.

Любимых рабов на обозрение всеобщее ставит,

А нас, не заслуживших вниманья, он травит

И из тел пьедестал для любимцев построит.

Наши жизни - ужасная, любимая драма судьбы.

Она хочет смотреть на попытки добиться успеха,

Чтобы после краха вы слушали эхо её смеха.

Сгинут в бездне наши последние мольбы.

В тени чужого успеха погибнем, выхода нет.

Нас забудут и бросят, ведь судьба против нас,

А тех, кому мы завидуем, превознесут тотчас.

Вот так и живём не одну гадостную сотню лет!

Что думаете, коллеги-актёры?

Всё это зря или стоит и дальше пытаться?

Я же не хочу никакими иллюзиями питаться,

Но не кормят нас ничем другим режиссёры...

XIV. Польза позитива

Корабль мой сгорел, но не отчаялся я.

На дощечке от него я сёрфингом занялся.

С морской стихией я как бог поравнялся,

Так что сие происшествие для меня фигня.

Урожай сгорел мой вместе с этим полем,

Вроде голодным остаться я должен,

И парад невезений моих продолжен,

Но ведь для новых место мы прополем.

Сосед мой - дурак, он черта призвал,

И теперь сосед у меня не один.

Дьявол пробрался ко мне через камин,

И после нашей встречи у меня остался фингал.

Но я не расстроился и договорился с ним.

Сделка простая: я ему каждый вечер чашку чая,

А он мне байки травит, в душу мне взирая.

Вот так мы с ним соглашение храним.

В чём секрет, спросите Вы?

Я мыслю позитивно — вот и вся тайна.

Такая сила всем нужна чрезвычайна.

Ведь без неё нам не прожить, увы.

У каждой проблемы решение есть.

Из каждого несчастья пользу можно извлечь.

Позитив - острейший и мощнейший меч,

Без такого оружия жизнь может поднадоесть.

XV. Что связывает друзей?

Есть на свете парнишка один,

Он строен, умён и в меру красив,

Спокоен и ни капли не суетлив,

И по жизни он сам себе господин.

Над другими посмеяться любитель.

Он книги читает и красиво одет,

И на упрёки пошутит в ответ.

Своих мрачных тайн он хранитель.

Есть также ещё один парень,

Высокий и сильный, с доброй душой,

Ведёт он себя словно святой.

Его подход к жизни прост и элементарен.

Он всем помогает и всех выручает.

Фильмы он любит с интересным сюжетом,

В одежде и спорах он не был эстетом,

Зато много времени мечтам уделяет.

И дружба их - странная штука.

Души их не схожи, разнятся мечты,

Непохожи мысли и на вопросы ответы.

Их дуэт на словах - та ещё шутка.

Я и сам сильно был удивлён,

Увидев их прекрасную дружбу.

Она приносит миру славную службу,

Ведь ими не один злодей побеждён.

Они много болтают друг с другом,

Советы дают и веселятся,

Различия свои изучать они не утомлятся,

Страстями своими они поразятся,

С обидами часто мирятся,

Никаких приключений они не боятся,

Дружбой их души ярко искрятся.

Будни они красят общим досугом.

Цепь судьбы их связала,

Фигурально и, конечно, буквально,

И отношение их к ней весьма нормально,

Ведь ещё сотню приключений им пообещала.

XVI. Прогулка матери

Королева теней - прекрасная дама.

Она мудрый и верный правитель,

Она могучий и великий воитель,

Сердце ее греет родного мира диорама.

И есть у неё прекрасная страсть.

Она любит гулять по столичным дорожкам

И еду подбрасывать бродячим кошкам.

Королева гуляет, позабыв титул и власть.

Сухие деревья в парках стоят,

По ним бесенята прыгают с ветки на ветку.

Там Королева сидит и читает газетку,

Мир и спокойствие в такие моменты царят.

Летучие мыши парят в чёрных небесах,

А рядом со скамьей чёрной воды фонтан,

Сделанный из того, что зовётся обсидиан.

И детки в парке играют с огоньком в глазах.

Черную змейку Королева погладит,

Та прошипит застенчиво в ответ

И дальше поползёт, передавая привет.

И коршун суровый свою песню заладит.

Королева порой сожалеет о жизни своей!

Как ей трудно видеть, как дети играют!

Как их детские годы игриво протекают.

Как новые игрушки свои они обсуждают.

Как матери с трепетом их оберегают...

Как ангелочки малыши эти порхают.

Как родители их утешают, когда те рыдают.

Королева завидует счастью этих людей.

Она это видит и вспоминает детишек своих.

Представляет, как близнецы тут играют,

Как мальчик с девочкой шалости затевают.

Она не может перестать думать о них...

Королева и по сей день мечтает,

Что вернутся близнецы из мрачной баллады.

Как она поиграет с ними в шарады

И за жизнью их она наблюдает.

Без них и трон ей не нужен.

Хочет она вернуть к себе близнецов,

Хочет она пожелать им сладких снов.

Мир её до основания разрушен...

Их забрали, отняли у неё...

Не может она воспитать ни сына, ни дочь.

И порой эту боль она не в силах превозмочь,

Но хранит она счастье своё.

Надежду, что дети к ней вернутся,

Что их найдут и они будут целы,

Что восстановят они жизни пробелы.

Надежду, что всё преодолеют и не сдадутся.

XVII. Считалочка Ада

Раз, два, три, четыре,

Демоны, что в нашем мире,

Пять, шесть, семь, восемь,

Сыграйте нам на адской лире!

Десять, девять и двенадцать,

Обернёмся в нити паутины!

Четырнадцать! Шестнадцать! Двадцать!

Обольёмся кровью, разобьём кувшины!

Асмодей, Баал и Люцифер,

Приходите, потанцуйте с нами!

Астарот, Вельзевул и Бельфегор,

Осыпте нас богохульными цветами!

Мы танцуем и поём под считалочку Ада

Средь теней, огня и смрада...