Письма наверх. Writober-25

Предисловие. Общие замечания

Я человек организованный, уважаю списки и планы. В Райтобере я участвую первый раз - как говорил герой Басилашвили из одного старого фильма - "Это мой дебют на базаре!".

Темы буду брать из списка #multiverstober25, а там как получится. Осень - пора мистическая, у меня много стихов ей посвящено - как поре подведения итогов и снятия масок. Возможно, она будет диктовать свои темы и свои условия. Посмотрим. Как пойдёт.

Также буду отмечать здесь добавления и изменения по ходу дела. Сегодня (3 октября) вдруг поняла, что чего-то не хватает. Добавила картинки.

Предисловие. Первый день - 1 октября. Начинаем!

:Предисловие

Всё наше творчество - суть послания. Кому? Чаще «Urbi et orbi» - городу и миру. А ещё это напоминает движение спутника, или любого другого летательного аппарата: в ночном небе особенно хорошо видны вспышки сигнальных огней, которые сопровождают полёт. Зачем? Чтобы помнили, чтобы не забывали. Чтобы не потеряли.

Примечания автора:

Сборник поэзии написан в рамках челленджа Writober-25 (Райтобер): https://author.today/post/706710#first_unread

Писать буду вот по этому симпатичному списку:

Глава 1. День первый - 1 октября. Подвиг.

Что есть подвиг?

Ногою в стремя,

Дух в сомнениях не тревожа,

Или знать обстоятельств бремя,

Ощущать холодком под кожей?

Подвиг – что?

Без дороги мчаться,

Паутину помех отринув,

Или день изо дня меняться,

Выпрямляя дела и спину?

Подвиг – всё.

Мы не выбираем,

Что сейчас, что потом. Конечно,

Нас судьба задевает краем,

А затем окунает в вечность;

Так прожить – это выбор смелых,

Всем рискуя – удача сильных,

По-другому мы не умеем,

По-другому – невыносимо.

***

Подвиг, подвиг…

Не будем о грустном,

Будто в зале двигают стулья;

Подвиг, подвиг…

Так чисто, пусто,

Ты, внезапно, вылез из улья

И глядишь на природу кисло:

Что же делать в этом пространстве,

Где багрец, и бодрые мысли?

Осень, яркая осень – здравствуй!

***

Выбегаешь трусцой, неспешно,

Из ворот привычного рая:

Ты ещё не ангел, конечно,

И уж точно, не бес. Я знаю,

И ты тоже знаешь, любезный,

Подвиг - то, что необходимо,

Чтобы век по путям железным

Проносясь, не проехал мимо;

Ибо всё не то, чем казалось,

И совсем не тем обернётся;

Подвиг - быть собой: эта малость,

На которой дьявол споткнётся...

К.С. Петров-Водкин. Фантазия 1925 г.

Изображение из открытых источников.

Глава 2. День второй - 2 октября. Веселье

Новолетие, новоселье –

Чем не повод впадать в веселье,

А коль сам ничего не помнишь –

Чем не повод прийти на помощь,

Иль на милости напроситься;

Не успеть сапогам сноситься,

Да и посоху не сломаться –

Чему быть, того не бояться.

Будет всё в свой срок неминучий,

Божья воля да меткий случай;

Потому веселы, как боги,

Божьи люди мы, скоморохи.

***

Как во чужом пиру похмелье,

Порой мне кажется веселье,

Как будто дно, да без покрышки,

Как пляска, да без передышки,

Но, в чём веселье виновато?

Сгорел сарай, гори и хата.

Гори огнём, чтоб было ясно,

Чтоб вёдро стало, где ненастно,

Чтобы утихло зло былое,

Чтоб стало небо – голубое.

***

Веселье бурною рекой,

И мы не спросим –

Куда спешит твой непокой,

Расскажет осень;

Считать, что прибыль,

Что долги, нам остаётся,

А осень: лишь себе не лги!

И рассмеётся.

Скоморохи. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 3. День третий - 3 октября. След

Я читаю эту книгу сквозь столетья –

Лихолетье, новоселье, новолетие;

По следам иду прошедшим, по итогам,

По разъезженным-расхоженным дорогам.

След от мысли, от удара, след от пыли…

Ничего мы по дороге не забыли?

Чем рискуем, чем решенье обернётся?

Только память долгим эхом отзовётся.

***

Мы оставляем следы везде:

Помнишь Того, Кто ходил по воде?

Следом за ним мы идём гуськом,

Только, присыпанные песком,

Время стирает наши следы…

Нам бы дойти до Его воды,

Нам бы смирение обрести,

Чтобы постигнуть Его пути.

***

Так звери читают следы,

Не ведая фальши,

Бегут, и не чуют беды –

Всё дальше и дальше;

Рефлексию, друг отключи,

Почувствуй всей кожей

Вот здесь они, счастья ключи –

Где чище и строже…

Волки. Фотография из открытых источников.

Глава 4. День четвёртый - 4 октября. Расставание

А ведь придётся расстаться –

Не огорчайся,

В сущности, что оно, счастье?

Ты не печалься,

Помни, что были мы здесь

Друг у друга;

Зимняя вьюга

Нас раскидала,

И времени мало,

Следы замело.

Только на сердце, как прежде –

Надежде

Просторно,

Светло…

***

Расставанье – не тема для спора,

Не причина для паники рваной;

Здесь отчаянье – не опора,

Не цепляйся – так глупо и странно

Мы уходим, порой не прощаясь,

С полу-слова и полу-взгляда,

И парят мечты, обещая

Тишину Эдемского сада.

Словно облаком, окружая,

Утешая, даря надежду;

Ты же в облако вопрошаешь –

Хорошо, что мне делать «между»?!

Между встречей и вновь – разлукой,

Между близостью и печалью?

Пустота чтоб не стала мукой,

Тучей чёрною за плечами.

Как смириться, разлуку встретить,

Ведь ничто не станет, как прежде;

Расставание мне ответит –

Дай простор для своей надежды.

Прорасти её, как подсолнух,

Или дерзкий бурьян – неважно,

Расставание здесь условно,

Здесь оно кораблик бумажный,

Что, когда-нибудь поздно, рано,

К заповедным краям причалит.

Зарастёт там любая рана,

Исцелятся твои печали.

***

Расставание – квест! Ну, конечно!

Мы не спорим, мы верим беспечно,

Что до финиша вмиг доберёмся,

По дороге нигде не споткнёмся;

Расставанье – игра! Мы не спорим,

Где там галку черкнуть в договоре?

Ах, придётся подписывать кровью?

И скреплять, непременно, любовью;

Ну и шутки у вас, право слово!

Хорошо, возьмём за основу –

Нам и духу, и сердца хватит,

Кто рискует, тот щедро платит;

Как всё просто, порой банально,

Но, пока всё не материально,

А вот, если прочувствовать кожей –

Всё страшней, тяжелей, всё дороже…

Причал. Фотография из открытых источников.

Глава 5. День пятый - 5 октября. Сердце

Петер Мунк

– Сердце – ненадёжное, живое

Бьётся, замирает – ретивое,

Так о нём в народе говорят;

Сердце – враз чернеет от ненастья,

Хлипкое убежище для счастья,

Мы же понимаем весь расклад.

– Михель-Великан заводит речи,

Он от встречи и до новой встречи

Золотом над ухом так звенит,

Что сопротивленье пропадает,

Каждый облизнётся, и гадает –

Чем он населенье удивит;

– Только не сдавайся, глупый мальчик! –

Шепчет сердце: – Михель ведь обманщик!

Каменное сердце у него.

Если ты отдашь своё, родное,

Станет всё вокруг тебе чужое,

Чувствовать не будешь ничего.

Для чего понадобится злато?

Будут путешествия, палаты,

Купишь ты почти весь белый свет;

Только хлеба чёрствого краюшку,

И любовь, что ждёт тебя в избушке,

Не купить. Такой валюты нет.

***

А говорят – мышца,

Тупо, что кровь качает,

Спрашивать – как так вышло,

Некого – не отвечает;

Солнечно улыбаясь,

Смотрит – чему ты веришь?

Не надорвись, стараясь:

Счастье ты в чём измеришь?

Счастье, оно рядом –

Тихо дышит под кожей,

Не отпугни взглядом,

Бережно, не тревожа,

С радостью обращайся,

Помни – всегда поддержит

Сердце – место для счастья,

Центр, где живёт надежда.

***

От сердца к сердцу, говорят,

От сердца, к сердцу:

Там ожидает чудный сад,

Туда есть дверца;

Мы не увидим никого

На той дороге,

Где можно встретить волшебство,

Подбить итоги.

Да только тропка заросла

В тот сад чудесный;

Куда судьба нас занесла?

И люд не местный;

И указать туда пути,

К заветной дверце,

Нельзя. Придётся вновь идти,

И слушать сердце.

Вильгельм Гауф. Холодное сердце. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 6. День шестой - 6 октября. Рисунок

Мой друг, художник и поэт

Мой друг, художник и поэт,

В жилет мне плачет много лет,

Что мафия вокруг;

Что «галерейщиков грызня,

Вокруг да около меня»

Смыкает плотный круг;

Что сердца нет ни у кого,

Искусство нынче «не того»,

Иллюзия, мираж;

Что он «петрушка из сети»,

Криэйтор, господи прости,

И жалкий персонаж;

Что за бесценок продаёт,

Кому попало отдаёт

Труды бессонных лет;

Что, вот умрёт – ужо тогда

Взойдёт, взойдёт его звезда,

В бессмертие билет!

И мы вспомянем и всплакнём,

А поздно, поздно! День за днём

Покатится волна;

Я говорю ему – Забей,

Не будет небо голубей,

И жизнь всего одна;

Пусть галереи подождут,

Пусть на погосты отнесут

Кого-нибудь ещё:

Безвестность – самый лучший щит,

Ты ею до поры укрыт –

Безвестности плащом.

Кто подставил кролика Роджера?

Мультяшных героев судьба не проста –

Несведущий вряд ли поймёт:

Быть плоским двухмерным сидельцем листа –

Поверьте, ребята, не мёд;

Всего лишь рисунком, иллюзией, сном,

Быть чем-то, что вышло в тираж –

Пусть Роджер расскажет, всплакнёт о былом

Картонный его персонаж;

Поскольку кабальный контракт и долги,

ДеГризи за каждым углом,

А тут ещё Эдди вправляет мозги:

Нельзя, мол, идти напролом;

Чем кролик хозяевам не угодил –

В сюжете не видно ни зги,

Их лжи доверять может только дебил,

Беги теперь, кролик, беги!

Спасайся, беги через город и лес,

В трёхмерность ведут все пути;

С собой не забудь прихватить свою Джесс –

Должно же тебе повезти!

***

Я рисую – то, что вижу, то, что знаю,

Кисти, краски и локации меняю,

Никогда не прекращается работа:

Я рисую, я всегда рисую что-то;

Добавляю тон и убавляю ретушь,

Кажется, что по живому режешь,

Чтобы мир прочувствовать всей кожей,

Чтоб понять – на что это похоже?

Радостно, печально, больно, странно –

Мир – это зияющая рана?

Для меня – безумен, безопасен?

Всё ещё по-своему прекрасен.

Мир доверчив – много позволяет,

И беспечен – что он потеряет?!

Если я туплю и подвисаю,

Он берёт за шкирку и спасает...

Кто подставил кролика Роджера? Коллаж из открытых источников.

Глава 7. День седьмой - 7 октября. Взгляд

Все мы под прицелом, под приглядом.

Цифровым, сканирующим взглядом;

Но, скажу живущим, в утешенье –

Он ещё не принимал решенья.

Приговор на время пусть отложен,

Только сон уже не бестревожен,

Нет, не врали нам картины Гойя:

Здравствуй, дорогая паранойя!

Сон*

Глядишь исподлобья, во взгляде укор:

– Твой траур истлел, это платье – позор!

– И скепсис, и мало доверья;

Приснись мне опять. Ни за что, нипочём,

Тебя не оставлю. Подставлю плечо –

Ты только войди в мои двери;

– Разлука как вечность. – Всего восемь лет.

А право на жизнь и на новый билет

Появится, знаю, не скоро;

Так много препятствий у нас на пути,

Но, всё же придётся их все обойти,

И нужно сворачивать горы.

И нужно сворачивать страхи в кулак,

А кто не боится, тот просто дурак,

Попутавший разные двери;

Пусть выгнется время широкой дугой,

Нам встреча назначена, мой дорогой,

Я знаю, я помню, я верю.

***

Есть в мире разные прицелы,

Так, иногда, остаться целым

Помогут только чудеса.

Ты пропустил такси и поезд,

И самолёт, не беспокоясь,

Тебя не взял под небеса.

Да, у судьбы ты под приглядом,

Но, добрым, благосклонным взглядом

Так редко балует она;

А ты всё ропщешь и тоскуешь,

Не понимая, чем рискуешь,

Не видя в целом полотна.

Тебя не вспомнили, забыли

Ты скажешь – Гады, не любили!

И будешь долго горевать;

Но, посмотри на это снова –

Да, люди не сдержали слова;

Зато судьбе не наплевать.

Примечание* - стихотворение "Сон" написано в память о моих личных событиях.

Я иногда вижу вещие сны. В том сне мне приснился мальчик лет 11-ти, который скептически меня разглядывал. "И долго ты ещё будешь траур носить?" Во сне я оглядываю себя - действительно, на мне ветхое чёрное платье - за три года до того, умер мой отец. Наяву я траур уже не носила, а вот во сне, получалось, я его так и не сняла. И во сне я понимаю, что это мой сын, что он болтается там, наверху уже довольно долго, а я мешаю ему прийти в мир своим горем и своими заморочками. И ведь ещё 8 лет я хлопала ушами. А он ждал там, наверху.

Стихотворение "Мой сын, дыхание моё" было написано в 1990 году, мой сын родился в 1998.

https://stihi.ru/2017/06/10/8967

Франсиско Гойя. Капричос. Сон разума рождает чудовищ. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 8. День восьмой - 8 октября. Обман

Мираж, иллюзия, обман,

Идёшь сквозь призрачный туман,

В нём не видать ни зги;

И только ниточка одна

И быстрый взблеск веретена,

В руках у берегинь.

В руках у Макоши края,

В них ночь и день, судьба моя

Завита в колосок,

И лёгок шаг, и долог путь,

Неясный шёпот – не забудь!

Стучится в мой висок.

Однако дальний путь такой,

Что путешествуешь рекой,

И вымоет река

Из памяти и тьму и свет,

Забудешь ты на много лет

Что сплёл, наверняка;

Попав на белый свет, забудь,

Кто ты, куда ты держишь путь –

Не вспомнишь вдалеке,

Но, воду потихоньку льют,

И жернова не устают,

А значит, быть муке.

Красная лопатка

Что за традиция, доныне,

Лезть напролом, увидя цель?

И правосудия богиня

Стоит с повязкой на лице;

Её брезгливость мне понятна,

Вокруг людишки нагло врут:

На всём выискивая пятна,

Сквозь грязь проложат свой маршрут;

И, ставя грязь на постаменте,

Как долго гордая Москва

Продолжит спор о монументе –

Права она, иль не права?

Что это всё обман, халтура,

Засрали жулики мозги,

Иль это новая культура,

И критикуют лишь враги,

И ватники, и ретрограды.

На этом месте новый вид:

Теперь, хитом продаж со склада,

Лопатка красная стоит.

***

Обманув, не обманись:

Там, под обветшавшей кожей

До сих пор бушует жизнь;

Ты сейчас опять моложе

Отраженья в зеркалах,

И кивает отраженье –

Настоящее – лишь взмах

Твоего преображенья.

Настоящее – закон

Созревающего плода,

Не хранится, испокон,

Всё, что создано природой;

Мишуру она смахнёт,

Не заметив, не печалясь;

В землю семечку воткнёт:

Прорастай опять, сначала!

Болотная Набережная. Перед Домом культуры «ГЭС-2» в Москве вместо скандально известной скульптуры «Большая глина Nº 4» швейцарского художника Урса Фишера поставили инсталляцию «Садовая лопатка». Фотография из открытых источников.

Глава 9. Девятый день - 9 октября. Трапеза

«Кабы я была царица, – Говорит одна девица, – То на весь крещеный мир Приготовила б я пир».

Что не так? И в чём же дело?

Аль готовить надоело?

– Проще батюшку-царя

Облапошить втихаря;

И в доверие втереться…

Как ни бейся, только сердце

Государя занято

Что ни делай – всё не то! –

Говорит одна девица

– Зря не стала я царицей!

Ведь никто ей не указ!

Так ли– выясним сейчас.

Мне её понятно горе –

Проще сразу выпить море,

Чем гостей побаловать,

Но не будем горевать!

А послушаем, как гости

Бодро моют наши кости…

И что думает в ответ

Повариха про обед:

– Сколько б ни было гостей,

Из каких бы волостей –

Стол один лишь день бывает,

На второй все забывают

О хозяйке; добрый люд

Держит марку, пока пьют

И едят – хотя, злословят,

Что получше нас готовят,

Накрывают, подают…

Словно коршуны клюют

Самолюбие хозяйки.

С виду все такие зайки,

Так бы дал промежь рогов!

Не гневя своих богов.

Труд всему у нас основа,

Только доброго-то слова

Не услышишь ты вовек:

Так устроен человек.

И зачем тогда стараться,

Если нет тебе оваций –

Желчь по членам разлита –

Да, картина ещё та!

Поварихи размышленья

Не приносят исцеленья,

Раздражение и сор

Поднимают с давних пор!

Резюме: живи девица,

Знай, не в силах и царица

На чужой подчас роток

Кинуть царский свой платок.

Разговоры за столом (зарисовка)

Сегодня празднуют чего-то,

Хозяйке – честь, гостям забота,

И каждый был бы очень рад

Не угодить лицом в салат.

Хозяин весело порхает,

Хозяйка нервно полыхает

Гостеприимством, как маяк;

Вокруг судачат так и сяк:

«Широк там стол, и яств полно –

Но, обращение – говно!»

– Рукой вы влезли в бланманже!

– Да вылезаю я уже!

– Ох, эти гости! Вот зараза!

За ними нужно оба глаза!

А лучше, вовсе третий глаз –

Он бы сегодня очень спас!

– Скажите, милочка, где брали Вы заливного осетра?

Там, дорогуша, Вам наврали: он щукой был ещё вчера!

– Маманя, щас меня стошнит!

– Бодрись, и делай томный вид!

Авось похмельный твой синдром

Сочтут манерой за столом.

– Неужто понял наш сосед,

Что курицы в салате нет?!

– Сегодня мы сюда собрались…

– Не пили, только похмелялись!

–Алаверды хотел сказать –

Но не сумел двух слов связать…

Уж трапез много повидали

За жизнь все эти мастера,

Чего в них только ни едали;

Et Cetera, Et Cetera…

Тут, в рамках тесного общенья,

Не съесть хозяев бы терпенья.

Маша и каша

Не идёт обедать Маша,

У неё остыла каша,

И задумался компот –

А она всё не идёт!

Ищем Машу мы по дому,

Бродим от угла к другому,

Чем же Маша занята?

Вяжет бантик на кота!

Вот бабуля Серафима

Говорит: – Необходимо

Вам составить список дел!

Это просто беспредел!

– Мы не будем делать драму,

– Говорит ей громко мама

– Голодовка – ерунда,

Похудеет – не беда;

Что такое голодовка?

Станет стройной, как морковка,

И поджарой, как олень;

Будет проводить весь день

В разных комплексных занятьях,

Наконец-то влезет в платье

Что давно уже мало:

Вот Машуне повезло!

Быть худой так стильно, модно!

Сможет Машенька свободно

Посещать любой музей,

Спрятавшись в толпе друзей!

Что музей, она прекрасно

Станет балериной классной –

Отдадим её в балет!

Смотрим – Маши с нами нет:

Вот уже на кухне Маша,

Быстро доедает кашу,

Выпивает весь компот,

Гладит сытый свой живот.

Ткачиха и повариха. Сказка о царе Салтане. А.С. Пушкин. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 10. Десятый день - 10 октября. Слабость

Слабость – чувствовать тонкое, нежное;

Грубое слово вдогонку, небрежное,

Ранит, перчаткой с размаху брошенное…

Слабость – упрямо верить в хорошее.

И улыбаться, и выпрямить спину,

Дел и забот выносить лавину,

Не возлагая на ближних ношу,

Слабость сказать – Я тебя не брошу.

На подлость чужую махнуть рукою,

Во всем оставаться такой рекою,

В которой спокойно и безопасно;

И жить, потому, что жить – прекрасно.

Но, неотступно, в любом бетоне,

Слабость бреши найдёт и стронет

Глыбы и крепи, весь каменный пояс,

Глупые, вы не о том беспокоитесь;

Гордые – так очевидность не видеть:

Слабость ни в чём никогда не обидит,

Бедам, печалям не поддаётся –

Просто она Любовью зовётся…

Слабость

Оборотной стороне медали

Ни словечка доброго не дали;

Потому-то прячется и жмётся –

Всё вниманье Силе достаётся;

И везде на пьедестале Сила,

Слабости, порой, невыносимо,

Что подруге лавры достаются,

А над ней, ледащей, все смеются;

Ну, а кто ту Силу подпирает,

Кто ей слёзы тайно утирает;

В чём она находит свою радость?

Никому не скажет наша Слабость.

Десантникам

Слабая доля, затакт,

Сил набирает для вдоха,

Вот и закончился акт,

И пролетела эпоха;

Слабым не место в бою,

Слабый не выдюжит в схватке,

Все мы теперь на краю,

Век чистоплюев в перчатках

Тихо к концу подошёл,

Стронулись с места лавины;

Крикнули – Первый, пошёл!

В путь отправляя недлинный;

Дверь и прыжок, парашют –

Все мы в ладонях у бога,

Пусть нам удачи нальют

В братских небесных чертогах.

Праздник ВДВ. Фотография из открытых источников.

Глава 11. Одиннадцатый день - 11 октября. Сокровище

Что ты собираешь на Земле?

В вечном страхе, прахе и золе?

В страсти и вселенском непокое;

В чём удача, сила и успех,

Для чего бежать быстрее всех,

Что тебя надёжно успокоит?

Ты кого-то в чём-то обокрал,

День за днём копил и собирал,

Пестовал и холил свою долю;

Но пришёл потоп или пожар,

И в ночи бесславно ты бежал

И теперь ты наг и обездолен.

Говоришь, что нищий, что дурак –

Всё равно глупец, пойдёт в кабак –

Там бездарно деньги промотает;

В разуме зачем и почему

Отказал ты брату своему?

Ведь тебя он нищим не считает.

Ювелирный магазин

Как выставляют на позор,

Так на витрины выставляют,

И холоден прохожих взор,

И душу камни не цепляют;

И в мыслях о самих себе

Ничто народ не беспокоит,

Сил сколько отдано борьбе,

Чего все эти камни стоят.

Пройдя по северу пути,

Бродяга, а не обыватель,

Ты сможешь истину найти,

Что значит «золото», «старатель»;

Что за сокровища смогли

Добыть из шахт или забоев,

И кто есть соль твоей земли:

Рабочий класс, чего он стоит.

Париж

Париж уже давно не стоит мессы:

Пожалуй, он не стоит ничего;

И шарится ночами люд не местный

В останках благоденствия его;

С цинизмом и бравадою клошара

Он раны выставляет напоказ,

На площади Конкорд всё так же жарят,

Наверное, каштаны – не про нас;

И не про нас весь сад тот европейский,

Стеклянные хоромы Помпиду,

А мы живём, и думаем, не смейся

Шальной идее, я к чему веду:

Конечно, не сейчас, гораздо позже

Культуру вряд ли станем мы бросать,

И со своею «азиатской рожей»

Придётся их сокровища спасать…

Парень с Урала. Неясов Василий Андреевич. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 12. Двенадцатый день - 12 октября. Щит

Будь мне щитом – отныне и всегда,

Над головой – полынная звезда,

Так много лет определяет путь

И не даёт забыть или заснуть.

Будь мне опорой, сердцем и огнём,

Сгорая, я сгорать не буду в нём,

Но опереться на тебя позволь,

Кто солонее, если ты не соль?

Где горячее мне найти огня,

Тебе не нужно помнить про меня,

Всё потому, что я в твоём огне

Стою – и помнить нужно мне.

Во мне течёшь ты огненной рекой,

И мой покой – извечно твой покой,

Так тесно мы с тобою сплетены,

Что снятся нам одни и те же сны.

Щит и меч

К щиту всегда в комплекте меч –

Опасен и отточен;

Он призван голову отсечь

Врагам без проволочек;

Да, ратной доблести века

Прошли, но так же в силе

И честь, и доблесть – и пока

Ты жив, сражайся, милый.

Покров Пресвятой Богородицы

Звезда над миром надстоит,

Пространство светом заливает,

Твой омофор, небесный щит,

Собой всю землю покрывает;

Да не коснётся нас беда,

Пока молитвами укрыта

Твоя земля; Над ней всегда

Благословения защита.

Праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 13. Тринадцатый день - 13 октября. Жертва

Пустой сосуд

Ничем не поступаясь, не живёшь,

Лишь тратишь силы;

С рожденья продолжаешь эту ложь,

И до могилы;

На чистом незапятнанном листе

Лишь сны и тени;

Ты слушаешь легенды о Христе,

Но, сам ты пленник

Глухого нежеланья воевать,

Идти на битву,

Ты не умеешь брать и отдавать:

Творя молитву

Когда-нибудь ты вспомнишь о цене,

Чего всё стоит –

Сосуд, не закалённый на огне:

Пустым – пустое.

Твоя звезда

Мы платим цену, приходя сюда,

Смотри, на небе новая звезда,

Так много новых тем, огня, оваций;

Но, что это, как не всё тот же след,

И много зим, и очень много лет –

Пустая перемена декораций.

И вот, опять – очередной виток,

И вечность, как сияющий цветок

Всё так же ожидает терпеливо,

Когда ты наиграешься, когда

Над головой взойдёт твоя звезда –

Величественно и неторопливо.

Странник

Во многих знаньях – многия печали,

Порой, чтобы рассудок сохранить,

Придётся взять лишь то, что за плечами,

Вперёд отправив путевую нить;

Клубочек бодро меряет дорогу,

И пусть котомка кажется пустой,

Себя вверяем мы судьбе и Богу,

И прочь спешим из клетки золотой.

Странник. Михаил Юрьевич Астальцов. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 14. День четырнадцатый - 14 октября. Противник

Смотрим друг на друга,

Как солдат на вошь:

Что-то ты, подруга,

Мне сегодня врёшь;

Что ты натрындела

Такого-то числа?!

Птичка насвистела,

Разведка донесла;

Нет, и не по пьяни,

В том и соль, стрезва,

Тонну разной дряни –

Ведь нашла слова;

Сами мы с усами,

Не гневи богов –

С лучшими «друзьями» –

Не надо и врагов!

А теперь о дружбе

Думать не моги –

Сожалеть не нужно,

Мы теперь враги!

Альтер-Эго

Мы отправляемся с тобой

Гулять по краю,

Шуршит песок, шумит прибой,

Я что-то знаю;

Ты – знаешь всё… Но, как игрок,

Со мной делиться

Ты не спешишь, и всё не впрок –

Дела и лица…

Конечно, ты, как я, упрям –

И, как ни бегай,

Ты знаешь то, что знаю сам –

Да, альтер-Эго?

Пусть знанье то равно нулю,

Факультативно,

Ещё тебя я удивлю,

Держись, противник…

Спящая царевна

Противник – тот, что ждёт напротив,

Поставлю зеркало, и вот –

В хрустальном мире, в тайном гроте,

Царевна спящая живёт;

И разбудить её мне жалко,

Так безмятежно спить она...

А на скамейке дремлет прялка,

Не слышен стук веретена,

Того, которым укололась...

И ни сомнений, ни забот...

Душа-царевна, нежный голос

О чём-то важном мне поёт;

О кораблях и океанах,

О чужедальней стороне,

О чудесах и о романах,

Что прочитать придётся мне...

И испытать, и уколоться

Судьбою, как веретеном...

На дно зеркального колодца

Упасть и грезить мёртвым сном...

А я не помню и не верю,

Бреду куда-то наугад,

И открываю снова двери

В знакомый дом, ловлю твой взгляд;

Там, вопреки любым ненастьям,

Мне улыбаются в ответ,

Там ждут покой, любовь и счастье,

Царит прозрений дивный свет.

Спящая царевна. Баллада Жуковского В.А. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 15. День пятнадцатый - 15 октября. Напиток

Вересковый мёд

Из вереска напиток

Мы помним, мы идём

Вслед уцелевшим пиктам,

За грозным королём;

И разве он жалеет?

Нисколько, никогда,

Но, время одолеет,

Подточит, как вода,

Успехи и потери:

История войны

Всегда, на самом деле,

История цены

Уплаченной когда-то,

Звучащей сквозь века

В бессилии солдата,

В упорстве старика.

Настояно на травах

Причастное вино,

Стяжать такую славу

Не каждому дано;

Ничто не длится вечно –

Легендой стала быль,

Над пустошью беспечно

Качается ковыль;

И вереском медовым

Затапливает сны

Того, кто околдован

Вином былой войны…

Кофе*

Бескомпромиссный чёрный кофе,

Без сахара и молока

Я пью, и мне, признаться, пофиг

На всё грядущее, пока

Его божественная горечь

Бежит по жилам, словно ток;

Не сетую, не беспокоюсь –

Смакую, за глотком глоток.

Как точно и непогрешимо

Здесь отмеряют бытиё –

Шуршит, скрипит кофе-машина,

Как Бодхи-дерево моё;

Там, за порогом, верно, осень,

И, коль не шутите – зима,

А здесь сезон – какой попросишь,

И здесь решаю я сама;

И я снимаю шлем и латы,

Бросаю в угол щит и меч,

Здесь могут старые солдаты

Заботы с плеч своих совлечь;

И я не ведаю, что завтра,

И забываю о вчера,

И день кончается – внезапно,

И начинается – с утра.

Чайная церемония**

Пространство разговора

Сродни пространству сна,

По облачным узорам

Плывёт в ночи Луна;

Реальность наполняя,

На мировой меже

Свет истины сияет

Сквозь рёбра этажей;

До мелочей отточен

Старинный ритуал,

Из чайных многоточий

Слагает сны в слова;

В нём безупречность жеста

Важнее всех причин,

Суть времени и места –

Чай, на двоих один;

И вкус, и цвет, и запах

Сплетаются в одно,

Апрель холодной лапой

Царапает окно;

Друг друга дополняя,

Не споря, не скорбя,

Раздумья поверяем

Мы вслух и про себя;

Нам паузы не в тягость,

Быт вплавлен в Бытиё,

Молчанием врастаю

В молчание твоё;

Неспешность разговора –

На время не смотри –

Привычно подтверждает

Что истина – внутри;

И отступают беды,

И тает пена дней,

И проступают Веды

На кухонной стене;

Пусть «мене, текел, фарес»

Пылает в небесах,

И взвесила все души

Праматерь на весах;

Пока сияет Вера,

Любовь горит во мгле,

Для Бога не потерян

Живущий на Земле.

Примечания;

* – Написано 13-16.08.25 г. https://stihi.ru/2025/08/14/1901

* – Написано 2-8.04.16 г. https://stihi.ru/2017/06/13/9450

Первое стихотворение написано в рамках Райтобера, два последних - раньше, причём. последнее гораздо раньше, аж в 2016 году. Сочла возможным сюда их поместить не потому, что лень новое писать - для меня это, можно сказать, программные произведения, особенно "Чайная церемония".

Вересковый мёд. Баллада Р.Л.Стивенсона. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 16. День шестнадцатый - 16 октября. Знак

Птица пролетела – это знак,

На горе никак не свистнет рак,

Оттого в безделье я весь день –

Потому, что – Знаки, ясен пень;

Знаки – не хухры и не мухры,

И отнюдь не ктототам с горы,

Это вам не по рублю пучок –

В этом деле я не новичок.

На кофейной гуще поутру…

Эй, кукушка, я когда помру?

Видно лень кукушке куковать…

Это знак – не время горевать;

Руку я в тонометре держу,

Пульса у себя не нахожу:

Мне не до панических атак,

Я понять пытаюсь – это Знак?

Не смотри на меня – так*

Не смотри на меня – так,

Ты судьбе подаешь знак,

И она сквозь безумный год,

За собою нас вслед ведет;

Я не знаю, о чем речь,

Так легко все мосты сжечь,

Безоглядно, дотла гореть,

Вслед за миром стареть, стареть;

Мир устал от своих границ,

От привычных вещей и лиц,

Зыбкой гранью старых долгов

Не дели друзей и врагов;

Вновь судьба на ладонь – кольцом,

Пред Твоим предстою лицом

Боже, светлый, избавь от лжи,

На краю беды – удержи.

Грядущее**

Цветы на грязном столике пивной –

Деталь, что режет глаз, судьбы со мной

Условный перестук, игра в загадки;

И я напрасно роюсь в словарях,

Грядущее – заметки на полях,

Эпиграф, комментарий, опечатки;

Грядущее – везде, или нигде:

В улыбке сына, бликах на воде,

И в каждой мелочи, весомой и неважной,

Я пристально гляжу ему в глаза:

Сто тысяч доводов – «нельзя», один лишь – «за»,

И нужно сердцем выбирать его отважно.

Грядущее – костяшки домино,

Ему не больно, просто всё равно,

Что на кон выпадает – чёт ли, нечет;

Так пристально глядим друг в друга мы,

Что зришь во мне, сплетая свет из тьмы,

Моё грядущее, чем ляжешь мне не плечи?!

Цветы обозначают поворот,

Как смену дня – закат или восход,

Как плавит цвет поверхность натяженья.

Грядущее – и в яви, и во сне,

Всё, целиком, находится во мне –

Шарада, вызов, цель для постиженья.

Примечания:

* – Написано 21.10.90 г. https://stihi.ru/2017/06/10/9242

** – Написано 10.95 – 14.08.2012 – 24.06.17 – 28.08.22 – 18.10.23 гг. https://stihi.ru/2017/06/12/7140

Розы и зонт. Фотография из открытых источников.

Глава 17. Семнадцатый день - 17 октября. Шрам

Каждый день наносит шрамы

На поверхность бытия,

Из глубин зеркальной рамы

Проступает жизнь моя;

Мне же вглядываться больно:

Говорю себе, что лень –

Торопливо и невольно

Я сворачиваю день

В расписную финтифлюшку,

На которую смотри –

Не смотри, найдёшь игрушку,

Не понять, что там – внутри.

***

Невидимые миру слёзы,

Невидимые миру раны,

Остановиться – кажется, что поздно,

Остановится – гордость шепчет – рано;

Пусть тот, который начал, будет первым,

Наверно, он умнее – я не против,

Предательски подводят силы, нервы,

Такого не предвидя поворота;

И в лабиринте страсти мы блуждаем,

И от неё не можем отказаться,

Своим страстям мы слепо угождаем –

Привычнее не быть, а лишь казаться.

Поход

"Нормальные герои всегда идут в обход"*,

Мы все ходили строем, но, кончился поход,

Теперь пора вглядеться, итоги подвести,

И, по заветам детства, пургу нести в сети

Отнюдь не рыболовной; Уже который год

Мы создаём (условно), легенды про поход;

И ноют наши шрамы на каждый взгляд и чих,

Для всех мы ветераны, салаги – для своих.

Поход не приключенье, поход – это стезя,

И в жизни, без сомненья, без практики – нельзя,

Без бунта (тихо зреет), матроса у руля,

Без марсового, с реи, вопящего – Земля!

Уже почти баллада на суд принесена,

Уже рыдают дети, что не бывали на –

На тех местах былинных, и требуют исход

Евреев из Египта (простите, нас в поход);

А мы всё обрастаем, как ракушками – дно,

Зелёным попугаем, пиастрами – давно,

Поклонники толкутся, автографы прося:

Да, тренды так куются, но и без них нельзя;

Поход сшивает души и замыслы в одно,

Не любо – так не слушай, но верь нам всё равно,

Он обрастает плотью, и кровью, и тогда

От Нетфликса «с любовью» взойдёт его звезда!

* – цитата из песни к фильму "Айболит-66".

Айболит-66. Нормальные герои всегда идут в обход. Фотография из открытых источников.

Глава 18. День восемнадцатый - 18 октября. Помощь

Не просишь помощи, не веришь

Тому, что говорят вокруг,

Не открываешь душу, двери

Кому попало – враг ли, друг;

Сидишь как в коконе, в сомненьях

И нет исхода никуда –

Поверь, эпохи разделенья

Минуют раз и навсегда;

Придётся заново собраться,

Иначе склеят вразнобой

Все те ошмётки декораций,

Что называешь ты судьбой.

.

***

Герои помощи не просят,

Их безупречен вид и взгляд,

Берет они небрежно носят

Слегка заломленным назад;

И лихо падают с тарзанки,

К спине пристёгнут парашют,

С разбега прыгают на танки,

Непринуждённо виски пьют.

И мы такими же бывали

Во сне, а может быть, в кино,

Но, как-то быстро уставали,

И понимали здесь одно:

Конечно, да – маскулатура,

И опасаются враги…

Но, чтоб героем быть паркура,

Нужна закалка и мозги.

***

Хватайся! – руку протяну

Ведь одному идти ко дну

Так скучно и непродуктивно;

Держись за поручень, глупец!

За хворостину, наконец –

Не оторвись от коллектива;

Опять в ходу привычный сплин,

Ты точно будешь не один –

Таких тоскующих так много;

Вольёшься в модный декаданс,

Напишешь пламенный романс,

Пойдёшь привычною дорогой;

Своим желаньям господин,

Ты точно знаешь, что один,

Что одиночество – награда;

Но, если ты озяб, устал,

Сойди, ведь этот пьедестал

Не то, что ты желал когда-то.

Карнавал. Марсель Нино Пажо. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 19. День девятнадцатый - 19 октября. Страх

В трёх соснах заблудился страх,

Ко мне он подошёл:

– Прошу прощенья, в этих снах

Я выход не нашёл;

Вы не проводите меня

Туда, где есть восход

И выход, я брожу три дня,

Фатально не везёт

Мне на попутчиков моих,

Куда ни погляжу –

Их взгляд рассеян, голос тих,

Я им не подхожу,

И сам не знаю, почему:

Ведь я галантен, скор

На мысль, удобную уму,

На шутку, острый спор;

Софист, бездельник и мудрец

Во мне всегда найдёт

Ума чистейший образец,

Свободу от забот;

Я развлеку и отвлеку,

Со мной не пропадёшь,

Познал я на своём веку

И искренность, и ложь;

А что пугаю – ерунда,

Прохожий, не взыщи:

Причину страхов ты всегда

В самом себе ищи…

Он долго что-то говорил,

Не стал я возражать –

Откланялся, и поспешил

Оттуда убежать…

Ахи-страхи

Так много разных страхов –

Впивается игла:

И что дала я маху,

И то, что не дала;

Здесь надо бы прогнуться,

Там – рваться напролом,

Куда ни повернуться –

Из страхов бурелом;

Порою я бунтую:

Была ли, не была!

Порою болт забью я

На разные дела;

Но, страх неугомонный

Стучится в мой висок:

– Давай, возьми разгонный

Разбег или бросок;

Старайся, прыгай выше!

Ты сможешь, молодец!

– Эй, тише, страхи, тише –

Не то вам всем конец.

Пробуя время на вкус*

Нашим ушедшим

Пробуя время на вкус –

Чувствуешь свойства,

Я ничего не боюсь,

И ты не бойся;

Пробуя мир на излом,

Трогаешь ноты,

Хватит идти напролом –

Где ты, кто ты?

Дар в нужный час уходить –

Долг ли, искусство?

Вновь по вселенной бродить –

Странное чувство;

В целом себя собирать,

Там, за порогом,

Сызнова здесь умирать –

Встретиться с Богом;

В тёплой ладони Его –

Миг узнаванья.

Не говори ничего,

И до свиданья!

Примечания:

* – Написано 1-11.09.25 г. https://stihi.ru/2025/09/10/2635

Ничуть не страшно. Мультфильм. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 20. Двадцатый день - 20 октября. Власть

Привычки

Власть денег, власть иллюзий – вот отмычки,

Что душу погубили не одну,

Но, всех фундаментальней – власть привычки,

С их помощью легко пойти ко дну;

Легко, не торопясь, непринуждённо,

И льются незаметно, как вода,

Часы и годы, долг, мораль, законы,

Тихонько пропадают в никуда.

Потом, все, безусловно, удивятся,

И, может быть, руками разведут:

Был человек, и сплыл – куда деваться?!

И по своим делам опять пойдут.

Царский путь

Ты говоришь – Иго моё легко…

Плывут облака,

А над Тобой, невидимо, далеко –

Млечный Путь, как река…

Ты говоришь – крест свой тебе нести,

Тяжесть его – бремя даров волхвов,

Время пришло – царским Путём идти:

Бог есмь Любовь.

Власть

Разве страсть имеет власть

Над твоим бессмертным духом?

Власть – она всего лишь страсть,

Пусть земля ей будет пухом;

Пеплом в землю упадёт,

Розой прорастёт из праха,

Что не создано, умрет –

Нет могущества у страха;

Сердце застит пелена,

Ложь кружится стаей черной,

Страсть меняет имена,

Неотступна и упорна;

В этом мире миражи

Так похожи на реальность,

Жизнь, как сон и сон, как жизнь –

Бесконечная зеркальность;

Круг порочный разорви,

Цепи взлётов и падений,

Да! – грядущему скажи,

Без тревоги и сомнений;

В Духе Сердцем позови,

И, поверх голов и буден,

Ясным именем Любви

Назовётся всё, что будет.

Примечание:

* – Написано 7.08.96 – 4.11.18 гг. https://stihi.ru/2017/06/11/9794

Цветок. Сквозь асфальт. Фотография из открытых источников.

Глава 21. Двадцать первый день - 21 октября. Небо

В небе самолёт – непостижим:

Как он летает?!

Будто бы ведёт его режим

«Птичья стая»;

Краткость мига – стрелки на нуле –

Часто снится

Ночью самолётам на Земле,

Будто птицам.

Легенда о том, как плоская Земля стала шаром

Говорят, что раньше Небо было близко –

Чуть заплыть подальше, высоко, не низко,

Там, на горизонте, розовые горы –

Острова блаженных, райские просторы,

Где живут валары, просто и обычно,

Счастливо, спокойно и демократично.

Тот, кто шёл по звёздам, и удачлив в меру,

Рано или поздно находил химеру –

Острова бессмертных, но, решили боги,

Что, для человеков тайные чертоги

Находить невместно, и небезопасно:

Не жили богато, и без них прекрасно

Проживут и дальше. Люди горевали –

Боги взяли землю – и закольцевали:

И сказали боги – сколько ни плывите,

Не видать вам Рая – с этим и живите.

Так Земля из плоской оказалась шаром –

Просто помешали смертные валарам.

Небо

Ах, если дорога отпустит меня,

Я знаю, чем нужно заняться:

Повесить гамак, и бездумно, три дня,

Задрав ноги кверху, валяться;

Пусть беды обходят невидимый круг,

Не нужно ни зрелищ, ни хлеба,

Пусть будет покой заполнять мой досуг,

И это бездонное небо.

И в это глубокое небо смотреть

По-прежнему невероятно,

И можно от радости в нём умереть...

Но, нужно вернуться обратно;

Опять возвращаясь в земной кавардак,

О прошлом вздохну я без грусти:

Во мне моё небо, мой вечный маяк,

И небо меня не отпустит.

Примечание:

* – Написано 11-14.09.25 г. https://stihi.ru/cgi-bin/login/page.pl

Валинор. Сильмариллион. Дж.Р.Р.Толкин. Художник Тед Несмит. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 22. День двадцать второй - 22 октября. Капля

Пространство

– Не обольщайся – я не обнаружу

Слезинки малой на своей ладони:

Да ты хоть мехом вывернись наружу –

В безбрежном океане всё потонет;

– Исчезнет всё, и неизбежно канет,

Никто не вспомнит, мало кто заплачет,

Так для чего кружимся здесь векам,

На случай уповая, на удачу –

Ты так, наверно, мыслишь о пространстве

Которое извечно окружает,

Своим масштабом и непостоянством

Твоё воображенье поражает,

И обжигает. Что же, ошибаться

Порою глупо, чаще же – напрасно,

Пространство свои свойства обнаружит

В покое полном, чтобы стало ясно:

Закон для всех, частицы и вселенной,

Здесь всё во всём едино-неслиянно:

И всё есмь Ты – всецело, вдохновенно,

Одновременно – капля и Нирвана.

Капля

Пока свершает свой полёт

Она беспечно,

На миг вселенная замрёт,

Застынет вечность;

Творя земное волшебство,

Презрев печали,

Летит, не зная ничего;

В самоꞌм начале,

Из обречённости конца

Миф сотворяет:

Первичность курицы, яйца –

Не разделяет.

Гроза*

it's raining cats and dogs

Сбежали тучи – видно, где-то драка,

Но не над нами. К счастью? Если б знать...

Здесь ни одна разумная собака

Хозяина не выпустит гулять;

В такую круговерть за дверь нет ходу,

И ни при чём собачий гуманизм,

Возможно, мы клевещем на погоду:

Ведь не потоп?! Так, местный катаклизм;

На улице гроза, темно кромешно,

Все спрятались – кто в норку, кто в дупло,

Гроза идёт по улицам неспешно,

Небрежно рассыпая серебро;

К чему сомненья? Словно полководец

Она летит вперёд, трубя войскам.

Пугливо жмётся в офисе народец,

И жмёт давленье где-то у виска;

Всё вперемешку! Планы сели в лужу,

За ними следом, булькнули слова…

Гроза выносит сор со дна – наружу,

И цедит мне: – Живи, пока жива!

Я видела её. Она глядела

Прищурясь, по-хозяйски, с высоты.

И не было ей никакого дела

До наших дел и нашей маеты;

Летучий росчерк ярких, хищных молний

Как подпись: – Я сегодня здесь была.

Парад закончен. Воинством –довольна!

...И дальше инспектировать пошла.

Примечание:

* – Написано 30.06.-2.07.17 г. https://stihi.ru/cgi-bin/login/page.pl

Дождь. Паскаль Кэмпион. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 23. День двадцать третий - 23 октября. Судьба

Судьба смеётся нам в лицо:

Шутов, героев, подлецов

Она встречала преизрядно;

Ты говоришь, что ты герой –

Скорее встань обратно в строй,

Чтоб не упасть неаккуратно;

– Своей судьбе я господин! –

Судьба смеётся – Поглядим,

Какие нынче дали роли;

И вся-то наша жизнь – борьба –

Зудит насмешница-судьба:

Судьба сама почище тролля.

Но иногда… но, иногда,

Судьба меняет повода,

И шенкеля даёт лошадке,

С аллюра перейдёт на рысь,

Тогда с дороги беды – брысь!

И всё путём, и взятки гладки.

Не вывожу*

(Песенка страдания молодого Вертера офисного планктона)

Так и тянет обратиться,

И повыть при луне,

А ведь я не кровопийца,

И нормален вполне,

Не торгую чёрным налом,

И рабов не держу,

Но, опять, в конце квартала,

Свой дедлайн не вывожу;

Просто, всё неинтересно,

И понятно ежу,

Стало скучно, стало пресно,

Что-то я не вывожу,

Не вывожу…

Вроде, я стратег отменный,

Вроде, всё по уму,

Слишком много переменных,

И я знаю почему

На прикладе пляшет палец,

Заедает механизм,

В тире я – неандерталец,

В жизни я – анахронизм;

Просто, всё неинтересно,

И понятно ежу,

Стало скучно, стало пресно,

Что-то я не вывожу,

Не вывожу…

А вокруг от катаклизмов

Люди сходят с ума,

Говорят, что норма жизни –

Эта вся кутерьма;

Ох, ядрёны пассатижи,

Потерял колею,

Жарким днём, обутый в лыжи,

На асфальте стою;

Просто, всё неинтересно,

И понятно ежу,

Стало скучно, стало пресно,

Что-то я не вывожу,

Не вывожу…

Эх, драккар бы мне в придачу,

Славу и литавров медь!

Эй, красотка, а на сдачу,

Ты могла бы мне подпеть;

Пять минут до выгоранья,

Сон пропал и аппетит –

Не с красотками свиданья,

Мне депрессия грозит!

Просто, всё неинтересно,

И понятно ежу,

Стало скучно, стало пресно,

Что-то я не вывожу,

Не вывожу…

Мне бы шквал чудных историй,

И сокровищ сундуки,

Чем просиживать в конторе

Без надежды портки,

Не поможет даже водка,

Вот, как сходят с ума -

А лав стори, нам, красотка,

Ты придумай сама,

Всё сама...

Просто, всё неинтересно,

И понятно ежу,

Стало скучно, стало пресно,

Что-то я не вывожу,

Не вывожу…

И в своих мне рамках тесно,

Деть куда б часть огня?!

Кто б на принтере чудесном

Напечатал вновь меня!

Чтоб не жил я бесполезно,

Не казалось в тоске –

Над морской ревущей бездной

Я иду по доске…

Что ж меня так укачало,

Что же за ерунда,

Начинаем всё сначала,

Выше нос, господа!

Как там будет – неизвестно,

И понятно ежу,

Новой жизни, если честно,

Что тогда я скажу?

Не вывожу?

Я в советах не нуждаюсь,

И не так уж я плох:

Тем от горя и спасаюсь,

Что твержу - я не лох...

Кому судьба**

Кому судьба, тот собран будет здесь,

Суровым ОТК по лбу отмечен,

И даже если был никем или ничем,

И не был никогда ни в чём замечен,

Кому судьба – тот соберётся сам,

Не нужен военком или глашатай,

И провиденья грубая рука

Не станет пробовать, насколько ты расшатан,

А выдернет, как кол в ночном бою,

Из частокола истин и привычек.

Ты думал, что у жизни на краю,

Одна из сотен обгорелых спичек,

Из этого не сотворишь пожар,

Да хоть костёр – на мелочи не сетуй,

Сигналкою взлетает птица-жар,

И падает подстреленной ракетой;

Так вот каков сейчас армагеддон –

Горит восток, готов он пробудиться,

Здесь боги наплевали на закон,

И вскачь летит шальная колесница.

Сомкнём ряды, нас мало, но мы есть,

Мы следуем звезде или обету,

Вопрос дурацкий – почему мы здесь?!

Пока летит багровая комета,

Пока царит полынная звезда:

Мы угадали смыслы, цели, сроки,

И я уверен, нам с тобой сюда –

У на дела отныне на Востоке.

Примечания:

* – Просто я вчера слушала Шнура, он выступал с группировкой «Ленинград» на квартирнике у Маргулиса. Шо поделать, навеяло!

** – Написано 11-13.04.24 – 20.10.25 гг. https://stihi.ru/cgi-bin/login/page.pl

Десантный взвод. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 24. День двадцать четвёртый - 24 октября. Исцеление

***

Исцеляя мои раны –

Вновь других не наноси,

Мы с тобою ветераны,

Всё кружимся на оси:

Карусельные лошадки,

Надоела кутерьма,

Пусть бока наели гладки,

Да не нажили ума.

***

Что в этом мире лучше, что полезней –

Сам чёрт порою нас не разберёт:

Считается, лекарство от болезней,

Присмотришься – совсем наоборот.

Ночь Поворота

Алаверды на рассказ

Ирины Черкашиной

«Ночь великой богини»

Баст бежит по городу стремительно –

Ночь на Перелом коротковата,

Шепчет обещающе и мстительно:

– Кто не спрятался, я в том не виновата!

Собирает призрачное воинство

С местного подлунного пространства,

Подтвержденьем царского достоинства –

Громовое каменное – Царствуй!

Вдоль мостов, каналов шевеление –

Крысы явно ощущают что-то:

Это не погодное явление,

Это начинается охота;

А коты со всех сторон стекаются,

Вот уже колышется лавина,

И рычит Сехмет и улыбается

Баст – да только ночи половина;

Ей бы торопиться – мало времени,

И она везде не успевает,

Но грифоны сторожат у стремени –

Времени в достатке не бывает;

Странное природное явление –

Время годового поворота,

Эта ночь приносит исцеление:

– Это будет славная охота! –

Слышно над дворцами и над башнями

Всем причастным, всем, вскочившим в стремя:

– Были мы бессильными, нестрашными,

Но, теперь настало наше время!

Время поменять внезапно полюсы,

Измениться вдруг необычайно,

Превратить мелодию для голоса

В громовое грозное рычанье;

И рычаньем грозным город полнится,

Всем врагам сейчас грозит расплата:

В город входит громовая вольница:

Вперемешку – сфинксы и котята;

Наступает время искупления –

Может быль, а может – местный морок:

Или вдруг, грозит нам наводнение:

Крысы в страхе покидают город;

Эта битва в окнах отражается,

До утра не стихнет канонада –

Вечный город жив, и он сражается,

Будто продолжается блокада;

Будто ночью, грозный и невидимый,

Он займёт своё по праву место,

Как назад прокручивают видео –

Петроград затапливает Невский,

Чтобы утром сызнова развеяться.

Баст кричит: – защитники, за мной!

И врагам тут не на что надеяться,

Если город за её спиной.

Этот город – Жизни продолжение,

Никакой напасти не отдаст,

Защитит и отразит вторжение

Вечная, одна в трёх ликах Баст.

Кот-сфинкс. Владимир Румянцев. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 25. День двадцать пятый - 25 октября. Угроза

"Искусство охотника

заключается в том,

чтобы сделаться недостижимым,

— сказал дон Хуан.

Кастанеда. «Путешествие в Икстлан»

Ты грозишь –

А мне не страшно,

Сколько можно повторять:

То, что нужно,

То, что важно.

Невозможно потерять;

Уровень, прогресс, доходы…

Поступи наоборот –

Потеряй свои невзгоды,

Бег событий, вал хлопот;

Виртуальную валюту,

Всех подписчиков в сети…

Все привычки, абсолютно –

Сразу так легко идти…

Шах королеве

Королева вызывает –

Это редко, но, бывает

И велит нам, без огласки –

Если что, снимайте маски,

И посредников сдавайте,

И пароли называйте.

Наизнанку извернитесь –

Только тайны не коснитесь;

Самый главный из секретов –

То, что нас в реале нету,

Мы подделки и фантомы,

Мы фигуры из картона,

И всесилие масонства –

Просто глупость и пижонство.

Проницательного взгляда

Хватит, чтоб понять браваду

И вранья десятый левел –

От империи лишь пепел;

Наши биржи захирели,

И клевреты присмирели,

Даже наш авианосец,

Как последний броненосец,

На ремонте круглый год –

И ни взад, и ни вперёд.

Власть, могущество – всё было,

Только безнадёжно сплыло,

И приходится кривляться,

Что есть силы надуваться;

Вот он – с тайнами ларец:

Разгадают – нам конец.

Мне не жаль*

Мне не жаль своих убийц –

До скончанья дня и срока

Пусть не помнят наших лиц,

Пусть недрёманое око

Наших глаз не разглядит

В повторений мельтешеньи,

Пусть оно за тем следит,

Что слепит воображенье.

Сложным вывертам ума

Пусть лишь то доступно будет,

Что попалось, что сама

Вирт-реальность хитро судит;

Обмани и обманись,

Сам собой за хвост укушен,

Псевдо-мир играет в жизнь –

Но, кому ты будешь нужен

В срок, когда придёт беда,

И когда расправит крылья

Рок, сминавший города;

В кадрах твоего бессилья

Сон, что рушит высоту,

И летят на землю башни…

Мы опять на том мосту,

Провожаем день вчерашний;

Мы опять на той меже,

Там, где выбор безусловен –

На последнем рубеже

Бег по кругу остановлен.

Обернись и посмотри

Вновь в глаза своих чудовищ –

Проблеск будущей зари

Драгоценней всех сокровищ.

Примечание:

*– 26.01. - 11.05.25 г. https://stihi.ru/2025/05/11/4120

Королева делает ход. Шедеврум. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 26. День двадцать шестой - 26 октября. Тайна

***

Хвостиком мышиным

Все скрутились тайны,

Так непогрешимо,

Будто бы случайно,

Жизнь распорядилась;

Что ж, пора в дорогу:

Есть вопросы к Богу?

Нет вопросов к Богу.

Мы-то собираем

Всё по методичке,

По дороге к раю

Отсырели спички,

Принципы, идеи,

Разные приблуды;

Не живём, а млеем

В ожиданьи чуда.

Что же драгоценно?

Что несём с собою?

Чижика, собаку,

Небо голубое,

Капельку надежды,

Дополна советов;

Есть вопросы к Богу –

Жаль, что нет ответов...

***

Жизнь – это тайна – разгадай её.

Бхагавад-гита

Жизнь – это тайна,

И смерть, вероятно, тоже;

Всё неслучайно,

Чувствуешь это кожей;

Всё неслучайно,

Просто – необъяснимо;

Жизнь – это тайна:

Не проходите мимо.

Даже в загадках

В самом конце – ответы;

В пёстрых заплатках

Вписаны все сюжеты –

Это шпаргалки,

Можешь набрать горстями,

Выбросить жалко,

Не обманись страстями.

Жизнь – это вызов,

Гонка на выживанье,

В ней, без капризов,

Тест на существованье,

Жизнь – обещанье,

Скучно точно не будет,

Нынче – прощанье,

Завтра – твой выход в люди;

Всё интересно,

Часто – небезопасно;

Жизнь, это место,

Где всё равно – прекрасно.

Самайн*

Тем, кто ушёл на Самайн,

В двери его перехода,

Занавес смерти и тайн

Чуть приоткроет природа;

Миг – и отводит глаза

Страх прикоснуться к запретам,

Тот, кто вернулся назад,

Вряд ли расскажет об этом;

Что разглядели глаза

Там, за последним порогом?

Тот, кто вернулся назад,

Встретился, видимо, с богом.

В ночь, переполненной тайн,

В сердце не стало запретов.

Тот, кто ушёл на Самайн,

Не пожалеет об этом;

Там, за холодным стеклом,

Бродит надмирная осень,

Все ли мы здесь, за столом,

Что у судьбы мы попросим

В миг, когда рушится связь,

И исполняются сроки –

Все ли войдём, не боясь,

В мир, что прозрели пророки?

…Ночь на Самайн на глазах

Тонкою льдинкою тает.

Тот, кто вернулся назад,

Прежним уже не бывает…

Примечание:

* – Написано 31.10.20 г. https://stihi.ru/cgi-bin/login/page.pl

Врата Самайна. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 27. День двадцать седьмой - 27 октября. Башня

Вавилонская башня

Там, где остался день вчерашний,

Бессильно кулаком грозя,

Стоит разрушенная башня,

И починить её нельзя;

Когда-то гордо возвышалась,

Собой пугая всё окрест,

Но, Богу чем-то помешала,

И Он поставил жирный крест

На планах гордых и спесивых,

Смешав язык, сведя с ума,

Поссорив умных и красивых –

А башня рухнула сама.

***

Какие башни

У нас бывают!

К ним мадригалы

Порой слагают,

И открывают

Такие башни

С огромной помпой –

То день вчерашний;

Чем быть спесивой,

Железной, вздорной

Быть лучше башней

Водонапорной.

Вавилон*

Повержен древний Вавилон,

Мы созерцаем пепелище,

И лес берёт себе в полон

То, что вчера звалось жилищем;

Самонадеянный глупец!

Ты пустоту украсил ложью,

И лес разросся, наконец,

Химеры власти уничтожив;

Заполнив глиной и травой

Лакуны в теле новостроек,

Вода сравняла нас с тобой,

И пошатнула все устои;

Придётся начинать с нуля...

Мы ждали краха, мы хотели

Переменить хоть что-нибудь,

Но разве всё, на самом деле?!

Но разве думали снести

Цивилизацию, как принцип?

Теперь здесь только коз пасти,

Мешая вместе нищих, принцев;

История рассудит нас,

Пусть будет больно и обидно,

Её ни в профиль, ни в анфас

Отсюда нам теперь не видно;

Её вердикт и приговор

Сшивает судьбы грубой строчкой:

И к нам повёрнута с тех пор

Она могучей пятой точкой.

Примечание:

* – Написано: март 17 - 16.06.17 г. https://stihi.ru/2017/06/17/223

Арт на тему Вавилонской башни. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 28. День двадцать восьмой - 28 октября. Инструмент

Нюанс

Лопата – тоже инструмент,

Но, в этом есть один момент,

Верней, один нюанс:

Ведь это мускульный процесс,

К нему неприложим прогресс,

А это декаданс.

ИИ не сможет ни за что,

Лопата – это конь в пальто,

Реникса, ерунда;

Лопата – несистемный бред…

Но, отменить лопату – нет,

Не выйдет, господа.

Че Гевара

Товарищ Эрнесто, последний твой бой

Подсвечивают года:

Ты в схватку вступил с грозовой судьбой,

И ты проиграл – тогда;

Твой постер налеплен на банкомат,

Глядит на нас с высоты,

Тебя растащили на сотни цитат,

Баблом подменив мечты;

Мечты и идеи, борцы и злодеи –

Не хуже прочих товар,

А тот, кто убил тебя, самонадеян:

Нашлёпаем новых Гевар;

Но, время бежало, и времени жало

Достанет новейший век:

И, как-то прекрасно всем станет вдруг ясно:

Что Че опять человек;

Идеи не стёрты, а то, что он мёртвый –

Не трогает вовсе Че;

Понятно, как здрасьте, в засаде – он мастер,

Оружие на плече;

Дурилкой картонной на стенке бетонной

Ему прозябать невмочь,

Сомнёт сигарету, подкинет монету –

И снова уйдёт в ночь;

Как бури апостол он смотрится грозно,

С плаката врагам грозя:

Идеи приходят ни рано, ни поздно,

И их победить нельзя.

Ты любишь боль*

Ты любишь боль

В личине наслаждений,

Земную соль

Твоих перерождений;

Как пресен мир

Без сладостного яда,

Скорей на пир!

От рая и до ада

Широк там стол,

И, как судьба, протяжен,

Неважен пол,

И возраст там неважен,

Там нету лиц,

Одно сплошное Тело,

Одна из спиц,

Ступай же в обод смело;

Земных утех

Шальная колесница

Вбирает тех,

Кто жаждет воплотиться;

Жизнь чья-то блажь,

Мелькают дни и вёрсты

И спит твой страж

У пропасти развёрстой.

Не плачь, не плачь,

Что дьявол – твой возница,

Ты сам – палач,

И вол, и колесница,

Ты – битва Воль,

Ты – времени причина,

Влюбленный в боль,

Ты Лик или личина?

Примечание:

* – Написано 11-12.02.94 г. https://stihi.ru/2017/06/10/8523

Куба. Гавана. Площадь Че Гевары. Фотография из открытых источников.

Глава 29. День двадцать девятый - 29 октября. Вечер

Он улетел, но обещал вернуться…

Фрёкен Бок

Время летит, всё спешит в этот час

Прочь,

Мы обернулись – и вот, среди нас

Ночь,

Только начало, преддверие,

Не пропусти;

Вечер-гуляка не стоит доверия –

Он улетел, прости.

Демография

Младое племя, горе с вами!

Вы не хотите рисковать:

Повырастали за компами,

Теперь не выпрешь вас гулять;

И вечерами под гитару

Вы не бренчите фолк и рок,

И как себе найдёте пару?!

На это нет приличных строк;

А государство надрывайся,

Планируй рост семьи, бюджет,

Для демографии старайся –

Энтузиастов нет как нет;

И чем запомнится эпоха?

О сыне царском анекдот:

Что заниматься сексом – плохо,

И пусть жена не пристаёт;

И что не царское то дело,

А слуги царские на что?

Меж тем рождаемость хирела,

И ухмылялся конь в пальто…

Сиреневые сумерки

Сиреневые сумерки

Сей час со мной,

Молочно-фиолетовой,

Сплошной стеной;

Сиреневые сумерки

Царят вокруг,

Как-будто заколдованный

Волшебный круг;

Тягучий, безмятежный,

Бесконечный сон,

Твой символ обережный –

Колокольный звон;

В сиреневом покое

Пострадавших нет,

Ни боли нет, ни горя,

Ни страстей, ни бед;

В сиреневую вечность

Молча окунусь,

Когда сюда, обратно,

Из неё вернусь –

Хоть чуточку покоя

Принесу с собой,

Повешу зверобоем

За печной трубой;

Полынью заколдую,

Затворю пути,

Чтоб беды да несчастья

Не смогли пройти;

Чтоб в бури и метели,

Злые холода,

Сердца не сиротели

Больше никогда.

Примечание:

* – Написано 22-23.04.23 г. https://stihi.ru/2023/04/22/7498

Берег. Сиреневые сумерки. Фотография з открытых источников.

Глава 30. День тридцатый - 30 октября. Объятия

Красная икра

Не нужно слёз или проклятий,

Всё это бред и маета,

И, вместо дружеских объятий,

Пожалуй, обниму кота;

Заместо дружеских попоек,

Иль трёпа лёгкого в сети,

Я заберусь на подоконник

Чтоб одиночество нести.

Дрессуре кот не поддаётся,

Он дик, насуплен, зол и горд,

Мои домашние смеются –

Одна из самых глупых морд,

Что в жизни все они видали,

Когда, не зная сам, к чему,

Как символ конкурсной медали,

Я зачитал коту Муму,

Была… кого была глупее,

Чья морда, эти подлецы

Не говорят, и враз тупеют,

И ловко прячут все концы…

И водку прячут, почему-то,

А я не пью, я по чуть-чуть…

В судьбы душевные минуты

Не грех слегка принять на грудь;

– Муму – отрыжка ностальгии,

Иль просто русская хандра,

А мы-то сами не такие,

Зоозащитники, ура!

И, вообще, не идиоты… –

Всех молча выслушает кот,

Сменив маршруты и частоты,

Со всех радаров пропадёт,

Чтоб мы кискискали напрасно;

Нет, не покажется герой:

– Не подманить ли рыбой красной?

– Уж сразу красною икрой.

Спина к спине

Я прислонюсь к тебе спиной,

Совсем не просто быть со мной,

И от врагов оберегать,

Ничем, ни разу не солгать;

Я прислонюсь к тебе плечом –

Не нужно думать ни о чём,

Для единенья наших душ,

Зачем нам ретушь, или тушь?

Так прост и неуничтожим

Единства нашего режим,

Что, там, где я – и ты со мной,

И нечто есть в судьбе земной,

Необъяснимое ничем…

Меня не спросишь ты – зачем?

И я, не знаю, почему –

Вдруг, подойду и обниму…

И ты читаешь мысли вслух,

Мы вместе переводим дух –

Так страшно иногда понять,

Что ты – открытая тетрадь;

Мы беззащитны и близки,

Мы – берега одной реки,

И нам с дороги не свернуть,

Мы продолжаем вместе путь;

Мы защищаем берега,

Мы не пускаем в дом врага,

Мы делим горе и успех,

А, в общем – так же, как у всех.

Огненный ангел

Есть сны и Сны. Ты – явь,

Виденье яви.

Я у огня расспрашивать не в праве

Надолго ль к нам?

Зачем, куда, откуда? –

Возможно лишь надеяться на чудо,

На знак, на ожиданье новой встречи,

Вот для чего я зажигаю свечи

Который раз в дорожном старом храме,

Гляжу на образ в тёмной строгой раме.

Духовными очами только зримый,

Столетиями бережно хранимый,

Полночный гость мой, ангел мой небесный,

Как счастлива я встрече столь чудесной;

Себя в себе так редко сознавая,

В болезни и беде лишь призываю,

И не прошу о счастье новой встречи.

Во сне ты обнимаешь мои плечи,

И на ладонях огненный твой росчерк,

Через века узнаю этот почерк;

И за спиной крыла твои – незримо,

И знаю я, что я тобой любима.

Примечание:

* – Написано 2005 – 4.08.2008 гг. https://stihi.ru/2017/06/11/9692

Сказка. Художник Маскаев Александр Васильевич. Иллюстрация из открытых источников.

Глава 31. День тридцать первый - 31 октября. Надежда

Пока дышу – надеюсь

Dum spiro spero

Порой казалась странною одежда,

И обстановка, резкость перехода,

Но, в этом ты была, моя надежда,

Разнообразной, как сама природа;

Нелепой, иногда – велеречивой,

Назойливой, как зимнее ненастье,

Порою – ослепительно красивой,

Такой, что верилось – чуть-чуть – и будет счастье!

Но, чаще, ты упрямо подпирала

Меня, когда сил не было подняться;

Со мною рядом молча умирала

Из ночи в ночь, учила не сдаваться;

В сердцах я называла тебя вздорной,

За пестроту порывов и стремлений,

А ты во мне выращивала зёрна

Моих побед, моих преодолений;

Надежда, словно жизнь, неистребима,

Нередко думают, ей место – средь безделиц,

Но, с нею пролетят невзгоды мимо,

И наш девиз – пока дышу – надеюсь.

Новая нефть

Надежды юношей питают:

На этом топливе летает

С весёлым гиком старичьё,

И делит наше, как своё.

Несут пургу на всех каналах,

Покрыты бронзою в анналах,

И повергают тут и там

В афронт и ересь бедных дам;

А те и рады бы стараться,

Да, нету столько аффимаций,

Чтоб защитить девичью честь,

(Хотя бы всё принять, как есть).

А старики неугомонны,

Порожняка везут вагоны,

И говорят, через губу,

Про нефть, про новую трубу,

Про стопитцотых санкций море…

Остановить бы это горе,

Но, «новой нефти» имена

Пускай узнает вся страна,

И удивится – на мгновенье,

А может сплюнет и пойдёт:

Имеет адское терпенье

Наш повидавший всё народ.

Надежда*

Невидимых крыл взмах –

Надежды шальной взлет,

Пусть сгинет слепой страх

И сердце во мне замрет;

Вот так улететь прочь,

Судьбы разомкнув цепь,

Сомкнется за мной ночь –

Земли и воды крепь;

Ночь – имя вещей вслух,

Желаний дневных бред,

Весенней поры пух,

За снами летит вслед;

Неважно, что сон – дым,

Я, гостья издалека,

Брожу по мирам иным,

Невидима и легка;

Неважно, что сон – боль,

Итогом земных лет

Небесный клинок Воль –

Надежды моей свет.

Примечание:

* – Написано 28.11-12.12.92 г. https://stihi.ru/2017/06/11/9308

Летающий город. Иллюстрация из открытых источников.

Послесловие.

«Славная была охота!» - так говорил Акела.

Вслед за ним я могу повторить – это было прекрасное время славных дел и замечательных открытий – время с 1 по 31 октября.

Это время челленджа под названием «Райтобер-25».

И вот он, плод моих трудов, и, не побоюсь этого слова – бессонных ночей. Ибо, где-то на середине сборника обнаружила себя в режиме мартена – я писала днём и ночью, 24/7. Вдохновение могло сдёрнуть меня с постели глубокой ночью – в 2, 3 часа, под утро. И это здорово, но, несколько утомительно.

Поскольку, темпы у меня были стахановские, сборник я закончила гораздо раньше срока. То есть, уже в 20-х числах у меня были намётки по всем темам, некоторые были полностью написаны.

Почему не выложила всё сразу – каждый день несёт свою идею, свою энергию. Бывало, и не раз (и этот сборник – не исключение), что приходилось всё переделывать в последний момент.

Я из тех поэтов, которые считают стихи своеобразным пакетом информации, который нуждается в расшифровке. Поэтому, доделывать, переделывать и дописывать, для меня дело естественное, часто практикуемое.

Нынешний сборник полностью готов – но, не факт, что я кое-что, кое-где не подправлю, со временем, хехе. Собственно, этим я сейчас и занимаюсь, потихоньку.

Структура сборника сложилась стихийно, от избытка удали молодецкой. Мне показался формат одного стихотворения маловат, и я сразу начала писать триптихи (упоминала об этом в комментариях).

Я, вот, тоже раздумывала - почему именно такой ритм получается?

Видимо, когда танцуешь от заданного слова, оно уже изначально диктует ритм. Посмотрела у других участников - они так жёстко не привязаны к теме, скорее, это мысли по поводу.

Триптих как-то сам собой сложился. Я тему кручу со всех сторон, думаю - а что это ещё может быть, а если вот так? Самой интересно. Чистая импровизация.

Зато сразу появилась некая цельность – такая структура сборника позволяет высказаться полнее, протянуть ниточки смысла от одной темы к другой. Некая связность смыслов появляется просто в силу того, что писалось это каждый день, и это мои мысли по поводу каждой заявленной темы.

Что интересно – в обстоятельствах цейтнота, похоже, проявляются скрытые резервы. Самое главное, открывается не то что второе – и третье, иногда и четвёртое дыхание.

С одной стороны – нести пургу я не разучилась (люблю, умею, практикую), и мне приходилось прилагать осознанные усилия, чтобы мой сборник не свалился в собрание хохм и анекдотов. С другой стороны, не хотелось, чтобы он был скучным. Пройти между Сциллой и Харибдой было интересно и захватывающе.

Хочу ещё отметить особый дух Райтобера – была приятно удивлена, что участники поддерживали друг друга, болели за коллег-авторов. Я и сама так делала – нашла своих фаворитов, и писала отзывы, практически на тему каждого дня. Во всяком случае, старалась.

Читать все сборники во время челленджа не имелось физической возможности – но, впереди ещё есть время, и после Райтобера вполне можно ходить друг к другу в гости, читать райтоберские сборники, писать отзывы. Собираюсь этим заняться.

Конечно, такой литмоб – это вызов, прежде всего, собственным возможностям и обстоятельствам. Ввязываясь в эту авантюру, я не знала, положа руку на сердце – смогу ли дойти до конца, потяну ли эту историю – физически, морально, духовно. И то, что я смогла, справилась, наполняет меня радостью и чувством удовлетворения. Да и просто – у меня в активе теперь несколько стихов, за которые мне не стыдно. Подумываю разместить этот сборник у себя на страничке на стихах.ру, чтоб был. Как литературный памятник моим безумствам))). И, вобще.

А, напоследок – стихи.

«Собранье пёстрых глав» –

Сказал поэт когда-то,

Таков императив,

И это приговор;

Листает календарь

Совсем другие даты,

Но, неизменна суть,

И с нами до сих пор

Проблемы и грехи,

И куча заблуждений,

Что лезут наугад,

Прут изо всех щелей;

И что ни вытворяй

Века своих рождений,

Здесь не поможет сплин,

И не спасёт елей.

На что же нам тогда,

В итоге, опереться?

Когда вокруг обман

И стылая вода;

Нам остаётся лишь

Надеяться на сердце –

Ведь зорко лишь оно.

И это навсегда.

Петербургские коты. Владимир Румянцев. Иллюстрация из открытых источников.