Письма к чемпиону.

Глава 1

Только убеждённому в своей личной безгрешности, можно доверить править отчизной. Но это стоить будет огромных средств и... жертв, что опустошит и опрокинет Европу.

Часть 1. Последний якорь.

... Последнее время мне кажется, есть и такое предчувствие, что я медленно делаю.

Расплата за молчание других, как один из наследственных, защитных признаков?

... И нет травы у моего дома, только руины в новых красочных заборах, сотканные из воспоминания о любви единственной.

Витии, "облачённые в белые одежды,-кто они, и от куда явились?" Как сильному всегда приходится брать на себя бремя боли слабого.

Облачённые пииты, облачённое в единое целое,вновь решили сообща разъединить, привольно трон, покрытый красной материей.

Ибо зверь их за это время объединенья городов по эгидою Белокаменной, ровно, как раньше Русь под иудейским богом,и знаменем, что с Синая прижился; научился тоже вживаться в среду обитания новорождённых среди массы мертворождённых тут земель.

Не выходя за рамки долга, мы всё-таки умудряемся, нарушать закон родной страны, другой-общечеловеческий мы руками не касаемся, не узнаваемый он любовью нашей заполошенной.

Часть 2.

... в обновлениях друзей прошлого на планете трёх китов-Прошлого, Настоящего и Будущего.

Страданья настоящие, которых зря стыдимся мы.Где деньги значительную играют роль, то жизнь там ничего не стоит.

Не верно, что для жизни есть только настоящее по буддийской терминологии, а для памяти только выходит и есть прошлое.

Время разбрасывало камни, символ везде самого насущного, Бог сравнивал и смотрел, как люди из них строят себе дома; и так будет вечность в домах без дверей, и в окнах свет-цветы на них домашние.

Нет в язычестве ни одного случая и корня с этого и дальше, чтобы из-за убеждения убивали. Нет в язычестве, чтобы обязанностью перед Богом убивали.

Волхвы совсем не ту звезду ввиду имели, но во мнении своём.

Истину силой убежденья не возьмёшь-не любовь, тем более купить её любовью, только сейчас понял я, как любовь эгоистична, что саму любовь разъединяет.

Кому ты интересен, чтобы тебя выслушать до конца. Такой ли уж он и недруг был;и в единственном числе тобою увиден был?

"Глядя на приближающееся распутье, князь осознал вдруг и кое-что каким-то, невероятным пока ему образом, они связаны друг с другом и это неумолимо приближающееся распутье, и этот, явившийся вдруг в воображении сурово молчащий брат."

"А холм, у которого дорога разделилась надвое, всё приближался и приближался, и с эти приближением беспокойно становилось на душе у Владимира."

"И лишь когда возникла перед очами разделившаяся надвое дорога, вдруг, словно боль, пронзила душу мысль, которую он раньше боялся даже замечать в себе.

"А ведь это всё... Конец... Не быть тебе великим князем... Ежели сейчас свернёшь ты направо, к Москве, то ноне же, ввечеру, как только явишься ты пред Дмитрием, так тотчас же призовёт он тебя к столу..."

Подковёрные игры с властью государевой церкви, мы здесь оставим в стороне, ибо это совсем другая история за власть их бога на русском престоле.И какую истину она губила-истину малой кровью.

Увы, герои немы, пророков в княжеском облаченьи при жизни не слушают их героические, якобы, будни.

Часть 3.

Преодоление страха своего- не станем мы в последствиях дел своих, жалеть себя.

"Сталин с трудом постигал смысл слов Жукова." из книги Д. Волкогонова"Триумф и трагедия."

Почему-то всё чаще меня развращает жалость,-мне становится бога во Христе и Сталина жаль!Чисто по-человечески...Крест единый наш.

Быть во всём я первым не хотел, но иначе не получалось. Странными для всех моих были и мои достижения в спорте,особенно, которые проверяли и перепроверяли тренеры, глазам и секундомеру не веря, и выходит- этой реальности.

Но, увы, повторить рекорды свои, чтобы их сравнить с мировыми,я уже не мог, ибо от аплодисментов моих одноклассников вздрогнул и проснулся в довольно скучной опять стране,странице бытия школьника.

Хорошая человеку досталось память земная, выгодная по всем статьям, если бы человек всё запоминал и в памяти содержал, то чем бы она тогда, возникает вопрос, питалась?

... если она сама всё выполнила за меня, за нас,то человек сам- по-себе не выжил бы?

Мы бы вспомнили себя в других обличиях, и жизнях, и вряд ли поверили той жизни, если бы для этой -то было бы нужно, для существа вне человеческих стандартов мышления, в тисках ложного убеждения.

В Истории-мы все бездари-с позиции героических побед, она построена на озарении, не на фактах, ибо всю её в памяти не сдержать по вышеназванным причинам и ниже, своей многовековой в крови прострации.

Ибо слепы, чем судимы, и что выносим в свет костров, где при 451° по Фаренгейту рукописи горят, и там горят, и здесь горят, ибо это горит История.

Довольно слабая победа для ума,всего лишь в несколько шагов, чтобы с памятью играть в жмурки,в истории страны больше, чем нужно белых и чёрных пятен, где всё цепляется одно за другое и непрерывна при этом линия Судьбы!

Часть 4. Мантия для неверных.

Сумасшедшее одиночество ожидает людей т а м, перед бездной-хаос и покой, есть тот же тлен, где даже птицы не поют, последний знак перед войной под названием Армагеддон.

И зверь обречён искать зверя, быть человеком против воли вселенной.

Существ больше восторженных, смотрящих вдаль, чем покаянных, смотрящих под ноги себе, к которым можно было бы главами прикоснуться, с кем можно было бы перстами, завязать роман в узлах в условиях судьбы столь недальновидной.

... От того мы так и не создадим на земной небеси вместо Образа-Бога, нет аналогий, идеала совершенства без тени сомнения на челе в своей единой правоте.

Мы таким, что есть,"желаем жить долго" на троне вне земной жизни, где идут неисчислимые войны за право называться просто человеком, до этого рабом,.. на троне, всего лишь.

Когда время залечит раны-то ангел Люцифера упадёт к его ногам, готов ли он вновь взять в руки скипетр-выпустить стрелы сквозь покров Богородицы в земную юдоль.

Явных не видно пророков, потому что тайные церкви есть в живых-это её пилигримы и проводники.

Правды без ума истории и совести грешимого на свете быть бы не должно; тогда во веки веков не избавиться нам от чувства вины и бездорожья между судьбами людей, живущих постоянно на одном и том же месте в городах, образующих свой особый нимб намоленности.

В этом городе последней надежды со зверем мы стали единым целым организмом; в нас любовь ещё говорит, проросла и дала всходы лжи, как защиты.

И станет нам дано не по грехам, не по годам, но по радости своей-мизер, малой толики бытия.

Кто прав на святой Руси, тот был казнён-суд над ним задержался в степи чужой, у кого толпа узрела свет, и натравила Люцифера, он то знал секрет про людей такое, как никто другой,

что стыдно ему об этом говорить,- разврат малый, да, беда с него большая, и уже не так боялся он людей, как бешеный пес не боится ни силы их, ни молвы.

Но кто же может в XX веке толковать на токовище о каком-то наследственном признаке, что вам бога заменил.

"Пусть не вышел в герои

В малом деле своём..."

Пусть каждый решает про себя, что есть его одержимость для других; потому что она тебя, человек,уже изменила до неузнаваемости.