Петрухины байки
1
Мне захотелось поучиться у пчелы,
Которая, свой улей созидая,
Собою всю природу оживляет,
Всего лишь опыляя в ней цветы.
Такого будущего я себе желал,
На прошлое с испугом озираясь.
Я видел муху, что усердно умывалась,
Усевшись в свежий и парящий кал,
Который мудростью я почитал.
.........................................
Петруха Третьяков.
2
В одной деревне жил мастер Фома,
Бадьи и вёдра и кадушки делал.
И вот соседка Дарья купила три ведра
На смену.
Перемен каких-то захотела,
Решила так с утра.
Одно взяла для дойки молока,
Второе под квас поставила для мужика,
А третье в сенях стоит теперь,
Где дверь....
Чтоб ночью им не бегать далеко,
Когда разбудит квас иль молоко.
С одной доски, одной рукою, вроде,
Те вёдра сделаны, но вышло по природе:
«Что чем наполнишь ты его,
Такое и оно».
....................................................
Петруха Третьяков.
3
Мечи куются на заказ,
Для богача и самурая.
Их два, но разница какая,
Определи сейчас на глаз.
Спешит из кузницы один,
Спешит скорей на стол гравёра,
Чтоб кислотой на нём узоры
Оставил кисти господин.
И инкрустацию из злата
Пусть третий мастер нанесёт.
Своим иероглифам богатым
Пусть смысл достойный подберет.
Другой же меч, не понимая,
Из жара кузницы взирал,
Как тот, узорами сверкая,
Своё величие обретал.
И он сказал тогда: «Создатель!
О, как же Ты несправедлив!
Его Ты выковал для знати,
Он будет нежиться средь них.
Меня же Твой огонь терзает
И выжигает изнутри,
До цвета снега накаляет,
И сверху молот ударяет.
А на него Ты посмотри:
Какой обласканный, холёный!
К нему совсем другой подход.
Как видно, Ты в него влюблённый,
Я ж — недоделанный урод.
Меня Ты слушать не желаешь
И не считаешься со мной.
Толкую — Ты не понимаешь,
Кричу — не слышишь вопль мой».
Творец молчал и кропотливо
И терпеливо созидал
Лишь только то, что Сам Он знал,
То, что считает Он красивым…
Срок подошёл, мечи забрали,
И их владельцам передали.
И вот, роскошный и холёный,
Висит, красуясь, на стене,
А месяцами закалённый —
Надёжный спутник на войне,
И много выше он в цене!
.............................................
Петруха Третьяков.
4
"С 8 марта!!!"
-Скажи мне, кто ты, светлое созданье?
Ты, видно, ангел, заблудившийся во тьме?
-"Я женщина, и потому я тайна,
Другой такой не будет на земле.
Я сильною бываю без причины,
И даже если рушится весь мир,
И, обессилев, падают мужчины
Средь мертвых душ и среди черных дыр, —
Когда вдруг вздрогнет в основании колонна,
И словно бы весь мир идёт войной,
Моя душа останется спокойна,
Как будто это происходит не со мной.
Ещё я очень трудно доверяю,
Но если я доверю, то тогда...
Покой и сон тогда я потеряю,
И полюблю я без конца и края,
И моё сердце вспыхнет как звезда.
Но если ты предашь, то я остыну.
Ты прикоснёшься к смёрзшейся душе.
Тогда ты окунёшься в мою зиму,
Тепла ты не увидишь там уже.
Я мщу не потому, что презираю,
Не потому, что ненавижу я тебя.
Я просто очень ценное теряю,
Я безгранично важное теряю...
Ты думал, что пустяк? А мне беда!
Ещё я очень нежною бываю...
Когда спокойно мне в твоих руках,
Тогда снежинкой на груди я таю,
Тогда душой и телом обнимаю
Тебя, как землю обнимают облака."
-И правда - тайна ты, ведь не открылась,
Сказав всё это мне, хоть правду говоришь.
Скажи мне, что ж там всё же притаилось?
О чём с собою даже ты молчишь?
Я знать хочу, мне очень интересно,
Что без утайки ты расскажешь о себе?
То, что, наверное, тебе одной известно:
-"Ребёнок я, оставленный во тьме".
....................................................
Петруха Третьяков.
5
Однажды Гость пришедши по делам,
Уж больно сильно задержался,
Ну и как водится, на ужин он остался.
Хозяин Гостью радуясь сказал:
-"Я щас для вас прекрасный плов подам!
И вы мне обязательно скажите,
По вкусу ли он вам?
Но только правду от меня вы не таите."
И Гость отведав плова, отвечал;
Что Он ужасней блюда не встречал.
-"Как будто банку соли, в него вы уронили!
Да и похоже, что у вас он подгорел!
За что же вы меня так не возлюбили?
Что Я, по вашей воле этой- это ел."
Хозяин с этих слов побагровел,
И обретя пугающий окрас.
Гостью сказал:-"Да вы, расист похоже!"
Гость отвечал:-"Расист! Ну от чего же?"
-" Афроамериканец поваром у нас,
И вашу критику, пусть лучше он не знает,
Она его как расу унижает!"
И Гость, готовя извинения свои,
Спросил:-" А если б повар был Еврей?"
- Тогда б вы были бы Антисемит!
И я бы сразу, указал бы вам на дверь...
....................................................
Петруха Третьяков.
6
К Бабуле, жившей на краю деревни
И где-то на краю земли,
Однажды постучали.
Она подумала: «Промазали мимо харчевни
И не туда попали».
Но дверь открыв, увидела чиновника -
Пред ней стоял губернский секретарь.
В руке держал он керосиновый фонарь.
По сапогам видать: «Прошёл мимо коровника».
Чем недоволен был, но в руки себя взял
И, поздоровавшись, Бабуле он сказал:
«Чего-то нынче Царь на нас серчает,
С чего-то взял Он, что народ наш унывает.
Скажи мне, Бабка, чем и как живёшь?»
- Молюсь за наше государство,
Есть у меня ещё в платочке рубль,
И этот рубль - моё богатство.
Весь день я по хозяйству хлопочу,
А вечером я рубль свой достаю,
И на него сижу, смотрю,
И нахожу себе в этом лекарство,
Что, можно это сделать лучше?
- Конечно, можно!
И мой приход к тебе — счастливый случай.
Твою беду решить совсем не сложно.
А ну-ка, рубль сюда давай,
Ну и ему замену получай!
И, отсчитав на стол ей сто копеек,
Взяв рубль, с спокойным сердцем удалился.
А стол в копейках,
В глазах у Бабки заискрился,
И она села их считать,
Ну и заботливо в платочек собирать.
Чиновник двинулся осматривать уезд
И разменял ещё немало он рублей.
И думал: «Вот же дал нести Бог крест -
Народом жить и делать лучше жизнь людей».
....................................
Петруха Третьяков.
7
Зимою про блоху медведю сон приснился,
Как будто та, сверх меры отсосав,
Раздулась так, что всю берлогу разметав,
Медведю стала морду бить. А тот дивился:
"Как неприлично, в чужой берлоге ты ведёшь себя!"
И он просил: "Блоха,
Обратно сдуйся, пугаешь ты меня".
Блоха ж рычала:"Что, только лишь медведя истребя,
Я успокоюсь". Медведь подумал: "Да к ведь этож я!"
И начал драться он в ответ,
И бились так они всю зиму.
Весной, как только победил полярный свет,
Медведь проснулся, и такую увидал картину:
"Скосив глаза, прям на своём носу,
Увидел он блоху,
Вгрызавшуюся в его нос зубами."
И, в лапу высморкав её с соплями,
Когти точа, блоху размазал о сосну.
....................................................
Петруха Третьяков.
8
Как войны принято со слов о мире начинать,
Так и кого преступником считать?
И что военным преступлением называть?
Из всех враждующих сторон
Решает тот, кто победил...
И даже если он полмира погубил,
Но всё равно решает это он!
И, может быть, мы виноваты сами,
Что поселились жить на их земле,
Не зная, что «хозяева» вовне
Они не сразу просто нам о том сказали!
Теперь претензии и обвинения слушать:
Что «русский варвар» нецивилизован,
Про «нашу подлую, завоевательскую душу»...
И так как в мире всё совсем не ново,
То вновь выходит прямо, как в басне у Крылова,
Про то, как многословный Волк желает кушать...
.....................................
Петруха Третьяков.
9
Один Чиновник со службы увольняясь, удачно,
Не привлекая внимания блюстителей,
И перед ними не ставя лишние задачи,
Сто миллионов огнетушителей,
Сумел в утиль списать.
Всерьёз задумав, в стране далёкой лавку открывать,
Куда конечно переехал и начал торговать.
Увидев что местным, товар тот не зашел,
Себе Он в помощь, лихих людей нашел.
Те город подожгли, отправив многих на тот свет,
От покупателей теперь отбоя нет.
Чиновник прибыль, сидит считает,
Ведь каждый путний торговец знает,
Что: "пока мир горит в огне,
Огнетушители в цене".
....................................................
Петруха Третьяков.
10
В давно прошедших временах
Два государства степь делили,
И будто бы в мирах двух разных жили!
Ибо в одном одежда жёлтою была,
Ну, а в другом все в фиолетовом ходили.
И по совету третьей стороны
В жёлтом дворце князья совет держали;
Вельможи сильно ум свой напрягали,
Готовя план необходимой им войны,
Которая, конечно ж, состоялась,
И вся страна их от войны той сотрясалась.
Но только лишь задачи были решены,
И выгод уже вроде не осталось,
Был заключён и был объявлен мир!
И в честь него устроен дивный пир,
И в ночь огни дворца того сияли!
И в этом свете, средь руин простых домов,
Простые люди трупы собирали…
В земле давая своим близким кров.
.........................................
Петруха Третьяков.
11
Соседей, Батюшку и Атеиста
Фашисты потащили на расстрел.
Светило солнце, небо было чисто,
Дорогой Поп молитвы громко пел
И даже Бога поблагодарить успел.
Но выстрел прозвучал,
И он осел.
А Атеист, открыв дрожащий рот,
Моргал глазами в дуло пистолета,
Как будто в нём себе искал ответа.
И вот —
Щелчок, осечка, взвод курка,
Опять щелчок, осечка.
И, посмеявшись над удачей дурачка,
В живых оставленного «недочеловечька»,
Они ушли. И Атеист ушел,
Дрожа всем телом, как овечка.
И лишь вернулись силы говорить,
Он ничего умнее не нашел,
Как Бога поблагодарить.
....................................................
Петруха Третьяков.
12
Росла берёза средь столбов
И протянула ветвь свою
В крепленье ржавых проводов
И в надпись «Не влезай, убью».
И завелась бензопила.
И вот, теряя жизнь свою,
Берёза та в камин ушла,
Согреть Создателя семью.
Мораль сей басни такова:
«Если написано «убью» —
Значит, убью.
Что непонятно, блин, тебе,
Природа-мать?
Ты будь как все
И научись уже читать!
Пишу «убью» — значит, убью!!!»
.....................................
Петруха Третьяков.
13
Тут было дело: Шопенгауэр Артур
В своём познанье человеческих натур
Забавную нам байку написал,
И в ней о человеке он сказал,
Что, вроде как один другого осуждая,
При этом как собака поступает,
Которая на зеркало смотря,
На отражение рыча и лая,
Так злится, просто недопонимая,
Что видит в зеркале она себя.
Да только эту его байку я, читая,
Совсем другую байку вспоминаю
Про то, как в зал кривых зеркал
Потехи ради на ночь собаку оставляют,
Чтоб потренировать её вокал
Иль по причинам, которые те шутники лишь знают.
Собака эта в ужасе была
И, шутки явно их не понимая,
Так лаяла, что до утра не дожила.
И вроде байка это всё и прибаутка,
Да только мне казалось иногда,
Что моя жизнь — такая шутка.
............................................
Петруха Третьяков
14
Соседу своему, Кроту,
Одна общительная Мышь
Все уши прожужжала,
Как замечательно живётся на свету.
— А ты же не живёшь, а только спишь,
Про сырость и про тьму лишь говоришь,
И ты не знаешь то, что я познала.
И Крот, дав вывести себя на свет
И на восторженный вопрос: «Ну, как тебе?» —
Сказал, что ничего ужасней нет.
И если за кротов выходит спрос,
То их природная среда — в земле,
И в не своей среды им не живётся.
Я ж байкой сей хочу задать вопрос:
Как в Дух не верящим легко так удаётся,
На практике молитву не проверив
И, не проверив, значит, что «родится свыше»,
Диагноз ставить Богу, Церкви, вере
(По большей части по рассказам Мыши),
Не подымаясь выше чувств кротовьих?
Как будто к Богу вам закрыты двери,
Как будто вам теории довольно!
............................................
Петруха Третьяков
15
Как пенка от парного молока,
По небу расплескались облака.
Как будто серафимово перо,
Повсюду пухом белым намело,
И отразилось в полосе реки,
Разрезавшей изгибами поля,
Где скирдовали сено мужики,
У Бога времени себе прося,
С опаской озирая небеса,
В которых серафимова краса
Менялась и темнела на глазах,
Во мрак свой погружая берега.
В клокочущем восторге звуковом
Вдруг зашипела от дождя река...
И грянул гром.
.....................................
Петруха Третьяков.
16
В армейском лагере, в ночном лесу,
Солдат стоял на боевом посту.
И в голове его крутилась карусель:
Горячий чай, консерва и постель.
И даже дальше — там Алёнка, эскимо,
Последний ряд, и про любовь кино.
Но обернулся он, услышав хруст, —
И перед ним возник оживший куст.
В его худую шею нож проник,
Из горла у него забил родник.
И он как рыба, открывал свой рот,
Но хрип его не разбудил народ.
....................................................
Петруха Третьяков.
17
Нам, обладателям цинизма и жаргона,
Ни Мать не слушавших, ни Бога, ни Отцов.
Глава семнадцать Притчей Соломона
Написано в стихе двадцать четыре:
«Мудрость разумных — прямо перед ними,
Но на краях земли — глаза глупцов».
И я всю юность о великом проболтавши,
И под гитару то же самое пропевши,
И вроде бы совсем не ожидавши,
И вроде бы совсем и не хотевши,
Но всё же став бомжом и наркоманом,
Сижу в ребцентре я почти что в пятьдесят.
Отвергнув крайность и объём приняв,
Учусь заботиться о малом.
И вроде малое, но настоящее.
Учусь себе на пользу применять,
Реальный мир себе обретя,
В котором все понты и фарс
Становятся трагедией для нас,
Ресурс, растраченный в ненастоящее.
...................................................
Петруха Третьяков.
18
Не обижайтесь, я отлично понимаю,
Что демократии, наверно, много лет.
Хотя, похоже, её вовсе нет.
Ведь каждый достоверно знает,
Что если на работу нанимают,
То по работе и зарплату назначают.
Работодателей своих обворовавши,
За это держим мы в суде ответ.
Да только вот, Правителя избравши,
Мы всю ответственность с него снимаем.
И до тех пор, пока Его судьбу
Голосованием таким же не решаем:
«Что заслужил Он по правленью своему»?
Один и тот же строй мы сохраняем,
Владыкам тем же самым оставляя,
И, вроде, выбирая по уму,
Лишь проповедников по телеку меняем.
Народовластие тогда лишь наступает,
Когда народ судьбу правителей решает,
Когда правители дают ответ.
И демократии иначе нет.
...................................................
Петруха Третьяков.
19
Есть мир почтенных Грендельпупсов,
Похожих сильно на людей.
И есть в нём множество дверей.
Во избежание коллапсов
Все открывались от себя,
Что б Грендельпупс входить лишь мог,
Ведь Грендельпупс, себя любя,
Иначе поступить не мог.
И стали они смысл искать,
И стали Бога вопрошать.
И вышло так, у них теперь
Ещё одна есть в мире дверь.
Её закрытой почитали
И долго недоумевали,
Пока один из них, скорбя,
Не потянул вдруг на себя.
И Бога сам в себя впустил,
И двери той секрет открыл.
И хоть известен им секрет,
Но у них очень много лет
Её таранят и толкают,
И очень редко открывают.
...................................................
Петруха Третьяков.
20
Дорогой, к свету путники брели,
И вот дорога разделяется на три.
На тех дорогах, трёх, стоят три мудреца.
И хоть помазаны, но разные с лица.
Одетый в строгое, стоял мудрец, и так же молвил строго:
«Лишь на коленях и скорбя, мы доберёмся к Богу».
Другой не строг,
Разряженный, как клоун, на парад,
Твердил: «Давида принял Бог,
Когда, хваля его, показывал он зад».
А третий, в книги, как в могилу, закопавшись,
К нам из могилы этой говорил:
«Что только мудрость, всей земли познавший,
Дорогу в небеса открыл».
И люди, находя дела,
по тем дорогам разбредались кто куда.
И вот один из них, калека,
Не отыскав в себе к делам сим сил,
У проходящих помощи просил,
И, состраданья не найдя у человека,
И в их дорогах не найдя ответ,
Поковылял по бездорожью на свет.
....................................................
Петруха Третьяков.
21
Я грустно подводил итог:
Средь христиан я тридцать лет болтался,
И очень долго измениться я не мог;
На расстоянье словно с Богом я общался,
Как будто к Богу на работу нанимался
И одолженья ему делал,
Его к поблажкам ожидая обязать.
И очень я любил болтать,
Был в болтовне я очень смелым;
И для того я заставлял себя читать,
Стремился всех я наставлять,
И в проповеди я считал себя умелым.
Мечтал за это деньги получать,
Чтобы ещё сильней хвалиться этим делом.
Но даже мне пришлось от этого устать,
И вот с Всевышним вышел разговор —
И я увидел: лезу инде, словно вор,
Желая тем распоряжаться, что ум не мог понять,
То, что способен только дух принять.
С тех пор моя молитва изменилась:
Я начал Богу говорить, как есть,
И глупую свою оставил спесь.
И понял я, что так случилось,
И с Богом только так и может быть.
Что сколько лекций ты ни слушай,
Пособий сколько ты ни изучай,
Но Бога болтовнёй не заменить.
Поваренную книгу сколько ни читай —
В желудке от того не густо.
И пока мясо в котелке не закипит,
Хоть переплюнь ты Иоанна Златоуста,
Фому Аквинского хоть в богословье превзойди
И в сытости своей хоть всех вокруг ты убеди —
В пустом желудке всё равно, ведь, пусто.
А книга Библия, она —
Про обретающего своих детей Отца,
Про возвращающего своих детей Отца,
И про спасающего своих детей Отца.
И сколько б на цитаты вы её ни рвали,
И сколько б вы не путали людей, —
Но если Бога как Отца вы не познали
В угоду рабской сущности своей —
Вы проиграли.
....................................................
Петруха Третьяков.
22
Когда лежал я на своей постели,
Мне в тихость духа удалось войти
Туда, где оставляет нас рутина.
И там привиделась мне странная картина:
Я видел, как один, лет сорок, раз в неделю,
Вещал о деятельности.
Другие одобрительно его речам внимали.
Но деятельности той никто не видел,
О чём я им сказал. Они ж меня не понимали
И так себя вели, как будто бы я их обидел.
Они представились как мир любви и правды
И дали знать, как в этом мире умеют ненавидеть
За то, что ты их заставляешь правду видеть.
Пытаться им помочь — себе дороже.
Что?... скажешь: «В мире разумных такого быть не может».
Согласен, в мире разумных правду правдой не обидеть.
....................................................
Петруха Третьяков.
23
Небо синее в фиолетовое,
Облака под багряной каймой.
Как люблю я места эти летом,
Когда лес столь желанно живой!
Свежий запах елово-сосновый;
Дождь грибной только-только прошёл,
И природа за праздничный стол
Приглашает того, кто зашёл.
Опустится на пёстрый ковёр,
Где брусника кровавым узором
Вороники разбила узор…
....................................
Петруха Третьяков.
24
Всё детство я, пронюхав клей,
Как думалось, "великое узрев",
Ещё, начавши водку сильно пить,
И повзрослев...
Узнал, что мир реальный посложней!
И что до старости придётся в нём мне жить!
И, немощным себя
В реальности найдя,
Я к христианам с сей бедой припёрся...
И для меня у них реб-центр нашелся.
У христиан есть место для таких, как я...
Туда приехав и, поевши каши,
На вечернее собрание придя,
Услышал я там проповеди ваши,
Слова Иисуса: "Так узнают, что вы от Меня,
Когда между собой имеете любовь.
Поэтому на вас Моя святая кровь.
Ну, а любовь не превозносится, не ищет своего,
Даром даёт, не требуя за это ничего,
И не разменивается на грош,
И очень любит правду
И ненавидит ложь".
А утром, выдав мне лопату,
К мирянам на работу привезли.
И, вечером забрав мою зарплату,
При мне пересчитав мои рубли,
Назад вернули, накормивши кашей.
Опять под вечер на собранье привели,
И я, желая слышать проповеди ваши,
Был всё же рад, что фильм для нас включили!
Фильм — "Матрица". Он христианский, вы не знали?
А после фильма лекцию читали:
"Что прям как в фильме дьявол в нашем мире
Развёл людей, как дважды два — четыре!
Теперь у дьявола вы все как батарейки,
А с нами вы совсем в другой стихии!"
С утра ж с лопатой, в рваной телогрейке,
На труд был снова я мирянам отдан.
И я не чувствовал себя свободным!
Как мне на проповедях ваших говорили:
"У нас свобода, мир, любовь и правда!"
Так что же всё же от людей вам надо?
А мне ж реб-центр лишь нужен для того,
Наверное, ещё б туда пошёл,
Что, если выбирать с двух зол:
Из ада и из ада...
То выбираешь тот, в котором меньше бед,
Ну и в котором от тебя чего-то надо!
В котором не живёшь ты так, как будто тебя нет.
....................................................
Петруха Третьяков.
25
Придя в столовую, один берёт:
"Борща, пюре, котлет и чай".
Другой: "Рис, рыбу и компот".
Теперь ты дальше наблюдай,
То, что осталось... упало в бак.
И вот:
Один себе отложит для собак,
А фермер заберёт весь бак
И свиньям отвезёт.
Те благодарно хрюкают в ответ:
Для нас помойный винегрет,
А им пюре, котлеты и компот.
Из вкусного, что состоит, конечно ж, вкусно.
А дальше мы поговорим о грустном.
Должны ли в обществе быть цели
Развития благого?
Должны ль границы благого быть?
Мы в прошлом, может, сохранить их не сумели,
Быть может, не сумеем снова,
Видать, не так-то просто их хранить.
Не подкачала бы Епархия.
Я знаю, демократия у нас,
Но демократия без целей и границ,
Даже под руководством умных лиц —
"Анархия".
Неужто всё-таки анархией своей
Нас рокеры и панки победят,
И хиппаны, короче, неформалы?
Им счастья, правда, в том — на пару дней,
Пока не кончится еда
И не погаснут без музыки и света залы.
И их идеология тогда
Явит себя природою своей,
Тем, чем она была всегда:
"Идеологией бомжа,
Ну и пособием
Для начинающих бомжей".
...................................................
Петруха Третьяков
26
Нам стало не хватать белых грибов,
И наняли мы мудрецов.
И мудрецы создали институт,
И сей вопрос подробно изучали,
И так они в итоге порешали:
"Что если белых грибов так мало тут,
То мухоморов здесь богато,
И мы назначим мухомор белым грибом,
И всё будет у нас как надо".
Да только вот случилось так потом:
"Кого-то просто пронесло,
Другой же угодил в больницу,
Иной же вывезен был за станицу,
А кто-то всем вокруг назло
Сидит, не мрёт,
И тщательно жуёт,
И говорит, что это мёд,
Не гриб, а просто благодать,
И в мире лучше не сыскать,
А плохо так, да это передвкусье,
А жизнь и исцеление в послевкусии,
Нам надо просто потерпеть".
Если уже вы начали о том жалеть,
Надо по-старому помочь решить эту задачу:
"Будь это гриб, иль дерево, иль корнеплод,
Он познается не потому, чем он назначен,
А потому, какой приносит плод".
Но мухомор на это скажет
И вам из книжек мудрецов покажет:
"С тех пор как был я вам назначен,
Неправильный у вас стал рот,
А я ж совсем наоборот
За вас топлю и вашей хворью озадачен,
Считаю, просто принимает
Неправильно меня народ.
Опыт принятия меня был неудачен".
....................................................
Петруха Третьяков
27
Тут было дело: мужики бухали в гараже,
И вот хозяин собутыльникам сказал:
"Я давече в лесу берлогу увидал,
И мной она присмотрена уже,
Вокруг площадку я уже нам натоптал".
И, получивши одобрение пьянчуг,
На снегоход усевшись, пьянчугам закричал:
"Берём ружьё и водку, садитесь в волокушу,
Нас слава и добыча ждут,
Мы едем по медвежью душу!"
Прибыв на место,
Хозяин гаража так рассудил:
"Ребят, чтоб не было нам тесно,
Я так решил:
на снегоходе я останусь
На снегоходе твёрже мне стоять,
Со снегохода выше мне стрелять.
А вы в берлоге наводите хаос,
Берлогу палкой надо шерудить.
И чтоб его дразнить,
Вы палкой цельтесь в анус,
Чтоб не кого Он не успел схватить.
И мужики, расшерудив берлогу,
Так огребли, что не нашли дорогу.
И как умели, елки по соседству оседлав,
Смотрели,как одного из них медведь в снегу валял.
Хозяин гаража, всё это увидав,
Сказал:
"Ребята, я стрелял,
Но что то не срослось, калибр, видать, не тот.
И вы пока на ёлках посидите,
Как можете, медведя подразните,
Не то он в лес уйдёт.
А я поеду, поищу ружьё побольше,
А вам, Германии и Франции, и Польше,
И остальным я говорю: крепитесь,
Вы мне пока на ёлках пригодитесь,
К вам помощь обязательно придёт!"
....................................................
Петруха Третьяков.
28
Время пришло ложиться спать, и наш Герой
На тумбочку стакан воды поставил,
Как делал он всегда.
И на подушках, словно бы, растаял,
Устав от дня и обретя покой,
Уснуть он почти сразу смог,
И дрёму щупая, как берега,
В мир грёз рекой живой затёк.
И ему снилось, как среди песков,
В ужасной сухости, кусок стены торчал,
Песками поглощённые руины,
Ошейник, цепь и на стене кольцо,
И как освободиться — он не знал,
Совсем один он посреди пустыни.
И горло, обожжённое железом,
Горело и хрипело: "Пить!"
Нутро его хотело жить,
Освободиться от беды,
И жизнь свою уж не считал он бесполезной.
И, находясь так близко от воды,
Пока иллюзию не смог он победить,
Из мира грёз, покуда не освободился,
Он не напился.
....................................
Петруха Третьяков.
29
Ты фантазёром можешь счесть меня,
Если скажу тебе, что видел я,
Как вез автобус людей на поле.
Ну, а водительское место занял
Тот, кто, похоже, был Водителем в теории.
Ну, а на практике он жал педали
И руль крутил, но двигатель молчал.
Но пассажиры не молчали
И обсуждали в поле труд,
Тот труд, которого так ждали!
Тогда Водитель их прервал
И им губами делать «звук» сказал,
Такой, каким мы тормозим коня.
Мол, едем мы, когда есть этот «звук».
И заместителя назначил для себя
И говорил ему:
«Ты веток наломай!
И ветками за окнами махай!
Ну, и помощников возьми по рангу своему.
Чего сидишь? Мне помогай, давай!»
И если всё же кто-то говорил:
«Послушайте, похоже, мы стоим!»,
Его с автобуса с позором гнали,
Ну, и врагом движения объявляли.
Ну, а людей! Всё становилось меньше:
Кто сам ушёл, а кто и помер, других изгнали…
Со временем даже упорные устали
И обессилели сильнейшие,
И не могли помочь даже вполсилы.
И показалось мне:
Что всё стоит на ручнике!
И что ручник тот в голове,
И что, похоже, не только у водилы,
И что водитель тот пазёр,
И что навечно этого не скрыть!
Скажи, такое может быть?
- Иль всё ж, я фантазёр?!
...................................................
Петруха Третьяков.
30
Когда детьми к родителю на руки
Просились мы и, получив ответ
В любовь и ласку, в яркий, яркий свет,
Мы возносились, дёргая за брюки
Того, кого дороже в мире нет.
А повзрослев, Всевышнему расскажем,
Как и за что Он должен нас принять,
И подчеркнём, и в Библии покажем,
Что Он посмел нам в жизни не додать.
И всякий раз, не захотев Его понять,
Мы даже Библией, прицелившись, промажем.
.........................................
Петруха Третьяков.
31
В одном селе решили люди петь,
Желающих собрался целый хор.
Придя к администрации во двор,
Тот хор стал обоснованно галдеть,
Что нужно им теперь хоровика.
И вот откуда-то издалека
Хоровика в село прислали,
Такого прямо, как в хоре том желали,
Консерватории выпускника.
Наверно, с месяц выпускник над хором бился,
Желая выжать максимум с него,
Да только вот не выходило ничего,
И пели все: «Кто в лес, кто по дрова».
И сильно хоровик тот утомился,
И в духе он своём вдруг возмутился,
И повелел: «НЕ ШЕВЕЛИТСЯ И МОЛЧАТЬ!!!»
И наступила тишина.
И понял хоровик: она полна
«Уюта и покоя» — так должна
Похоже наша песня и звучать.
Уж сколько лет уже прошло с тех пор?
Но до сих пор дважды в неделю этот хор
Свой голос тренирует тишиной,
Хоровику в том — «счастье и покой».
................................
Петруха Третьяков.
32
В ребцентре нас учили всех прощать,
И я к прощенью быстро подключился,
И начал всех прощенью обучать.
Пока однажды, к удивленью моему,
Со мною случай нехороший приключился,
И мне прощать пришлось вдруг самому.
Но оказалось, это очень сложно,
Попробуй сам себя ещё согни,
И в этом удалось ещё урок найти:
«Что христианство оказалось не только делать можно,
Но и толкать в формате болтовни».
...................................................
Петруха Третьяков.
33
Один чудак, устав от тьмы, стал с ней бороться.
Он на неё кричал и палкой бил
Так яростно, что выбился из сил.
И осознав, что победить не удаётся,
Он словно зверь лесной, завыл.
На вой тот Путник прибежал
И фонарём на бедолагу посветил.
Тот не на шутку удивился свету.
И с изумлением осознавал,
Что тьмы лишь только в свете нету.
И Путник дальше через тьму побрёл,
А наш бедняга вслед за ним пошёл.
Он Путника ещё не понимал,
Но он отныне достоверно знал,
Что если у него есть свет, —
То значит тьмы с ним рядом нет.
....................................................
Петруха Третьяков.
34
Над трупом рыцаря, в кино погибшего,
Весь вечер, прорыдав.
И перед сном на мужа, пороптав,
Ни одного дракона, в жизни не сразившего.
С утра проснувшись,
Как птичка, щебеча
В пространстве клетки
Лестничной порхая.
На вынос умершей соседки,
Наткнувшись,
Загляни в себя:
"Ты что, ни будь, вообще. переживаешь?"
...................................................
Петруха Третьяков.
35
На простыне задвигались картинки,
И заморгал средь темноты нам свет.
И мне казалось, его лучше нет,
Когда кругом лишь только ил и тьма.
Не ожидал никто из нас такой новинки —
Иная жизнь, вся даром, для тебя.
И на картинках видели мы поле,
Как плугом Пахарь борется с землёй,
Как семя падает и, подчиняясь высшей воле,
И не желая с небытьём смириться,
Зелёным стеблем вверх, вслед за зарёй,
Во свет небесный естеством стремиться,
И нам являет саму жизнь собой.
И как на стебле созревает плод,
Полный семян.
И жизни в нём круговорот,
И жизни свет.
И крупный план,
И — этот плод на весь экран.
Мы фильм этот смотрели тридцать лет,
Но оператор вдруг устал
И так сказал:
«С недавних пор я вижу много в вас сомнений,
Хотя всё это время я реальность вам давал.
Но вы остались все без изменений,
Как я от ропота от вашего устал!
Особенно от твоего!»
— «От моего?
Тебе не нравится, что вышло мне сказать:
“Что проповедь твоя как дышло”?
Ну, удалось тебе годами обещать
То, что в реальности не вышло.
Ну, удалось тебе под это деньги брать,
И послушанье, и согласье.
Так я-то тут при чём?
И ты считаешь, то что я опасен?
Хотя, похоже, что меня ты ненавидишь,
За то что я не уверяю себя в том
И не даю удобный для тебя ответ.
А ты настраиваешь на меня народ,
И коль получится, наверное, обидишь.
И говоришь: “Не для таких, похоже, свет,
И нет в таких, как ты, Божьей начинки”.
Я знаю, что в реальности,
Есть сеянье, и жатва, есть и плод,
Да только у тебя их нет.
Есть у тебя лишь обещанья и картинки».
....................................
Петруха Третьяков.
36
И в суете не замечаешь,
Что постоянно выбираешь,
Как будто совещание внутри.
Как это происходит, посмотри.
Ведь ты колеблешься и для себя решаешь:
«Что же мне выбрать? И что от этого изменится?»
И тебе Тёмный, путь попроще предлагает,
А Светлый, тем путём идти мешает.
Но если мой читатель не поленится
И если отойдёт от суеты,
Да мысленно остановись…
И в тишине, как следует, к ним присмотрись:
Они — не Ты.
И Ты пока в их споре утопаешь,
Себя таким, какой Ты есть, не знаешь.
И вне тебя, твоё мышленье,
Находится во власти суеты,
И искаженья.
.....................................
Петруха Третьяков.
37
Решил один мечтатель, гору покорить.
Горой той до небес он с детства грезил.
Он всех хотел горой той удивить,
Тем, что он на неё залезет.
И с детства он ходил в спортзал,
И годы в тренировках проведя
Силён он стал как вол.
И вот тренироваться он устал,
И храбрость к штурму для себя найдя.
Однажды утром он к горе пошёл.
И вдруг, валун попался на пути
Размерами с картофельный мешок.
И он его перешагнуть не смог...
Не захотел его он обойти.
Ну и конечно ж, об него споткнулся.
Потом опять,
Не смог с собою совладать.
Привыкнув к ровному пути
Встретив валун, он на дороге - растянулся.
Психуя...не желая...
Перешагнуть иль обойти.
Ну и к горе дорога вышла у мечтателя такая:
"Что даже до подножья не дойдя,
Разбился весь и покалечил сам себя."
Пришлось ему сей замысел оставить.
И как же ты хотел, гору нагнуть?
Когда не можешь сам себя заставить-
Валун перешагнуть?
.....................................
Петруха Третьяков.
38
Фома Аквинский богослов,
Однажды...
Меня, довольно, сильно напугал!
Так, напугать меня может не каждый.
Ведь он среди своих, довольно многих слов
Для богословия, странный вывод написал,
Что: "Верующая Бабуля, о Божьем
Знает, куда побольше
Теолога иль мудреца!"
И я, с лицом невежды и глупца,
Просить у Бога стал ответ.
Лишь наступила тишина
И снова вспыхнул яркий свет...
Мне стало ясно, что она,
Бабуля та,
Иисусом Богом и верою ему жила!
И то, что для неё реальность,для Богослова -
Предмет для изучения и спора;
Работа для учёного ума,
Где распря и согласья нет.
И в сей науке - листья словно свет,
Ну, а плоды и корень - тьма!
.....................................
Петруха Третьяков.
39
Я к пастырю после собранья подошел,
Беду, духовного младенца изложить:
"Что обученья старших не нашел,
Как Бога замысел на деле применить.
И если б евангелизационное служенье было,
Ну и молитвенное каждый день.
Я может и тупой как пень,
Но всё же, это б мне простор открыло,
У старших поучиться бить в мишень.
Я старшим это делать помогая,
Взрастал бы сам, дай Бог бы и возрос".
-"И как Ты это делать предлагаешь?"
Пастырь задал хороший мне вопрос.
-"Ну как же? Я же Библию читаю,
И кое что от туда уже знаю,
Там десятину брали для того
Чтоб каждый день Богу служенье было,
Чтоб часть людей было отделено,
И волю Божью в нашем мире воплотило.
Простите, я не помню чтоб Иисус,
Служениям воскресным обучал,
Иль может быть его практиковал,
Или хотя б попробовал на вкус,
Или апостолам его бы завещал".
На это Пастырь мне с улыбкой отвечал:
"Ты про служение не правильно понял
Апостол Павел на него Ты посмотри,
Какое дело в греции поднял
И умудрялся по ночам палатки он плести,
И благовествовать в теченье дня.
А то что Ты сейчас мне излагаешь,
Мне кажется Ты сам не понимаешь".
Меня как молнией ответом поразило,
И понимая что попал в просак.
Я мысли к Богу обратил:"Неушто так?"
И светом меня сразу осенило,
Увидел я недельный выходной,
И полтора часа его работы,
Видать тяжелой и наверно затяжной.
А так же вспомнились мне, сданные банкноты.
Я сразу задал Богу два вопроса:
"Владыка Сердцеведец, не сочти
За наглость, не сочти допросом.
Но мои мысли, так меня смутили
Что, всё ж за пастырей Иисус скажи:
"Сколько из них таких, чтоб по ночам палатки шили?
Или хотя бы благовествовать пошли?""
И с видом дурака чесавши лоб,
В порядок мысли приводя свои,
Увидел Я пред собой дорожный столб.
Что направленье людям задаёт.
И может быть Он путь тебе укажет,
И может денег Он за то возьмёт,
Да только сам дорогой этой не пойдёт,
Да и от ада, вряд ли Он тебя отмажет.
.....................................
Петруха Третьяков.
40
Один Мужик, попавши в смерч,
В смятенье, хаосе и суете, стихии сей вращаясь.
От неспособности, найти опору, ужасаясь,
И понимая:"Вырваться, Я не могу".
Как будто, обманувши, смерть,
Схватился за трубу,
Которая, торчала из бетона,
Среди остатков разлетевшегося дома,
Он умудряется не умереть.
И как до этого, и как после того,
Смерч двигался ни чуть не изменившись,
Ну а Мужик что спасся за трубу схватившись,
Скажи мне, что то изменилось для Него?
Здесь, столкновения описаны явлений разных вроде,
Но то и то случилось по природе.
..........................................
Петруха Третьяков.
41
Однажды Дочка лет пяти,
Решила своей Мамочке косички заплести.
И вот занявшись этим делом,
Она штук пять седых волос найти сумела
И очень, сильно удивилась!
Спросила: "Как они в косичке появились?"
И Мама ей в ответ сказала:
"Что, всякий раз, когда меня Ты огорчала,
Один волосик становился белым.
Вот, если б Маме, Ты, добра хотела!
И если бы, Ты, слушаться умела!
Такого б не случилось никогда!"
Дочь долго плакала...потом придя в себя,
Спросила: "Как же вышло так тогда,
Что Бабушка седая вся?!!"
....................................................
Петруха Третьяков.
42
За ручку приподняв кузнечный мех,
Я видел что он больше стал в четыре раза,
И до чего ж довольная была моя гримаса,
И до чего ж весёлым был мой смех.
Ведь этот мех таким же и остался,
Внутри лишь стало больше пустоты,
На ручку надави увидишь Ты,
Стать больше Он всего лишь, попытался.
Но получилось только сделать вид.
И я нашел причину всех своих обид:
"Что на мой вид - ни кто не покупался."
....................................................
Петруха Третьяков.
43
Как заяц быстр и как хитёр,
Как всё же ум его остёр,
В прыжке меняет направленье,
За ним погнавшийся находит пустоту.
И было к скорости его стремленье,
Но вот однажды, рассудивши по уму,
Заяц решил:"Непрально я живу!
Ведь мне,
Да при таком таланте и уме,
Сам Бог велит на ком-то ехать!"
И многих Он пытался оседлать,
Но оседлалась только Черепаха,
И довелось им Волка повстречать.
И черепаха натерпелась страху,
Когда пришлось, за трапезою волчьей наблюдать.
....................................................
Петруха Третьяков.
44
Один рогатый Антилопа Гну
Среди своих почувствовал себя в плену.
Похоже почести ему не важно воздавали,
И долго центровым не назначали,
Решил тогда он лучше одному.
И стал пастись особняком,
На расстоянии ругая и раздражая стадо,
Конечно выглядел он дураком,
Но чувствовал себя как надо,
Да чувствовал себя Он вожаком.
И вот Гиены о нём узнали,
К нему пришли и так Ему сказали:
"Не справедливы родичи с Тобой,
Простить нельзя, тебя мы понимаем,
Мы общества таких как Ты желаем,
Враг моего врага мне друг,
И мы накажем обидевших тебя тварюг,
Должны знать своё место -эти твари.
Да не грусти поднимешься Ты с нами,
Со Львами мы давно в завете,
И в обществе большой мы вес имеем,
И с ними с одного едим стола,
И по понятиям мы жить умеем.
Короче мы в авторитете,
Не зря на свет нас Мама родила.
И в нас найдёшь Ты для вражды своей опору,
И с нами.... лишь только в гору,
Пойдут твои дела.
Но мы не можем прям так сразу доверять,
Тебе придется нам, свою лояльность доказать,
Своих попробуй пободать,
Ну а потом ты к нам придёшь,
И место среди нас себе найдёшь,
У нас к тебе лишь уваженье и почёт."
Рогатый согласился и вот.
Пошел своих бодать,
Ему тогда поочерёдно,
В ответ пришлось конкретно навалять.
И Он избитый счастливый и свободный,
И верный своим мечтам,
Бежал ко Львам.
И виделся ему почёт и свет
Но Он не знал что нет почётнее для Льва,
Чем накормившая его еда,
И для Гиены, почётней нет,
Чем с львиной трапезы остатки доедать.
И лучше, во избежанье бед,
Заранее об этом знать.
....................................................
Петруха Третьяков.
45
Я четверть века простоял у верстака,
К заветной двери создавая ключ,
И мне казалось что я не везуч,
Ведь ключ к дверям не подходил.
И всякого в таких вопросах Знатока,
Внимательно я слушал,
И слушался и верил,
Да только вот решения не находил.
И книги о создании ключа для этой двери,
Я вместо хлеба кушал,
Пока не начал умирать.
И когда стало припекать,
И в знатоках я толку не нашел
И смог на мнение их наплевать,
Я в эту дверь, просто вошел.
И оказалось что в ней нет замка,
И что ключей к ней не каких не надо.
И я нашёл страдание моё - страданьем дурака.
И я нашел делами ада,
Начальствование в этом Знатока.
Ведь если кто то, захочет делать ключ какой то важный,
Пускай - не нужный, но готов платить за это,
Почётом, уважением, деньгами, чтобы найти себе решенья,
И разъяснения и ответы.
Тогда ему на этот спрос однажды,
Найдется кто то умный с предложеньем.
....................................................
Петруха Третьяков.
46
Рядом росли Сосна и Качпомоль,
Сосна хвалилась красотой и высотой,
А Качьпомоль чем похвалиться не нашел.
И вот над ними ураган прошел,
И Качьпомоль один остался,
С утра до ночи солнцем наслаждался,
Дивясь такою странною судьбой,
Ведь Он закрыт от солнца был Сосной,
И Ею чем то жалким почитался.
...................................................
Петруха Третьяков.
47
С наколкой на лице парнишка подошёл,
Сказал, "что своего во мне нашёл "...
Припомнил, как на сцене я скакал
И что- то страшное со сцены я орал,
И то что я давал им настоящий драйв!
И из того, что он мне рассказал,
Я понял, что он неформал.
Всё как обычно, "жить нужно в кайф!
При этом одним днём!
Ещё не "париться", не напрягаться
И над разумными людьми стебаться,
Над теми, кто осмысленным идут путём.
Короче гедонизм и аскетизм в одном флаконе!
Ещё там клей в пакете и немного алкоголя
И песни про бессмысленность всего.
Про то, что я воняю так, лишь потому что мир гавно,
Прям натурально в своей сути.
Ну и конечно выход в люди,
Такой, что бы запомниться прям на века!
И выход от людей с хорошего пинка!
С гитарой на башке по лестнице катаясь
И всё равно безумно веселясь!"
Я, слушая его успел взгрустнуть,
Да, да! Я помню! такой и есть сей путь.
Не знаю, был ли в том какой- то смысл?
Но я пытался донести простую мысль.
Я понимаю, парень был не трезв...
Но с мыслью со своей, я всё равно к нему полез,
А мысль проста:
-" Что если из себя Царя ты сделал?
То ты средь поданных... И стал народ твоим наделом.
А если Дворника, ты сделал из себя?
То люди все, даже твоя родня-
Причина мусора вокруг.
И сколько бы тебе не улыбались,
И сколько б не здоровались с тобой,
Пусть даже встретился тебе твой лучший Друг,
Смотреть ты будешь, что они на оставляли,
После себя, особенно весной.
Да, мысль проста!
Что если сделал из себя Шута,
То мир тебе похоже цирк!
Ты к людям словно на манеж выходишь
И снова в них аудиторию находишь.
И даже если кто- то к тебе уже привык,
Он всё равно со смехом ждёт:
"Чего ж ты отчебучишь?
Что же опять тебе в башку взбредёт?
Какому новому опять людей поучишь?"
...................................................
Петруха Третьяков.
48
Богато как твой разум рисовал,
И те картины ты реальностью считал.
Да только вот реальностью являлось,
То что с Тобой в итоге оставалось,
Когда твой шумный разум затихал.
И кто ж Тебя в итоге Обокрал?
И стоит ли, так твёрдо опираться,
На вора и лжеца,
Который был поводырём слепца?
...................................................
Петруха Третьяков.
49
Я подошёл к старой могиле
И тихо ей сказал:" Прости,
Поверь мы так Тебя любили,
И жаль, что не уберегли,
И что теперь поздно беречь..."
Ну, а в груди, как будто печь,
Что накалилась докрасна,
Обидой: "что Тебе при жизни,
Не говорил эти слова."
...................................................
Петруха Третьяков.
50
В пустыне встал на лагерь караван.
И бейт аш-шар укрыв от солнца за бархан...
Люди уже готовились ко сну,
Достав верблюдам заработанного корму,
Но над пустыней грянул залп ружейный
И туарегов клич с бархана зазвучал!
И очень быстро стал товар ничейным...
И был из стана угнан караван...
И все мертвы... но нет, зашевелился...
Один живой!
Без хлеба и воды.
Он на коленях с благодарностью молился,
Что спас Аллах его, беднягу, от беды!
Подмоги ждать в пустыне смысла нету.
Надо идти, спасёт только вода!
Здесь нет воды, на месте лишь беда!
И лишь в пути спасение и ответы.
Сутки в пути и на вторые сутки.
Когда уж не было и сил идти,
Когда уже он полз по своему пути,
И отдыха не дав себе даже минутки.
Боялся спать и сил лишиться в забытьи,
И голову подняв, и в жаре щурясь,
В движение воздуха прям на конце земли
Увидел все желанья свои:
«Воды у горизонта полосу
И жизни знак - деревья у воды!»
Решил: «что только лишь туда я доползу,
И смерти больше нет, и нет беды!»
И силы все вложив в этот рывок
Он брёл, бежал и полз туда как мог.
И оказавшись прямо у воды;
Упал в неё, сбылись, там все мечты!
И вот водою он наполнил рот,
Да только проглотить её не мог,
И в руки пред собой её набрал,
Но лишь песок в руках он увидал.
Лизал его, и проглотить не мог,
И верить не хотел что то песок.
И всё твердил: «Нет! Не песок — вода!»
Так и остался на том месте навсегда...
.....................................
Петруха Третьяков.
51
Я в молодости испугавшись быть собой
Путь лёгкий выбрал стать оригиналом,
И я оригиналом был не малым,
Твердившим:"Всё непрально, всё долой."
Скудость и серость своего ума,
Я шелухой и сложностью исправил,
Безумья красок я туда добавил,
И разговоры про свободу от ярма.
И я желая впечатлять и выделяться,
Людей обычных стадом обозвав,
Из угнетенья взрослых убежав,
Ушёл искать таких же как и я,
Умевших так же как и я стебатся.
И вот желаемого для себя найдя,
Со временем я начал удивляться,
Осознавая что в таком же стаде я,
Только людей которым надо выделяться.
А позже средь бомжей и наркоманов,
В глаза братцев по разуму смотря,
Я понимал что вижу я себя,
И что завидую заучкам и ботанам.
И то казалось мне ещё странней:
"Выходит как то так само собой,
Очередное поколенье появляясь
Даёт нам новых молодых людей,
Уверенных что всё это впервой,
И что они на лжи сей мир поймали,
И знают они то что мы не знали,
Но отличаются они лишь шелухой".
.....................................
Петруха Третьяков.
52
Есть мир такой где нет войны,
Где каждый знает цену жизни,
А в нашем, все обречены,
Кто просто так, кто за отчизну.
И знаю я наступит час,
Как всё, с последним взрывом сгинет.
Но уж тогда не будет нас,
Чтоб тишину мы оценили.
Ну а пока костёр горит,
И в темноту лес отступает,
И чайник на костре кипит,
Друзья о прошлом вспоминают.
А завтра может нас не стать,
И это всё кому то нужно.
Но даже если станет трудно,
Даже устав от бытия,
Мы всё же ждём: "Что будет утро".
.....................................
Петруха Третьяков.
53
За город свой стоял Монах,в молитвенных вратах.
И в город тот вошла чума и испытал он страх.
Но быстро в руки себя взял и у чумы спросил,
Ты для чего сюда пришла, и кто тебя впустил?
-"То люди,те что здесь живут, меня к себе зовут.
Они душой не в жизнь, а в смерть, свой совершают труд.
Отсюда я должна с собой, взять тысячу людей".
Монах ответил:"Сверх того, Ты забирать не смей".
Ушла Чума, пять тысяч душ, с собою забрала.
Казалось словно бы Она, Монаху солгала.
-"Ты что творишь, кто разрешил?" кричал ей вслед Монах.
-С собой я тысячу взяла, других похитил:"Страх".
....................................................
Петруха Третьяков.
54
Да Бог Священников любил,
Их наделил властью своею.
И их с почётом усадил,
На чистом троне Моисея.
Владыка в их уста вложил:
"Свет просвещения народа".
И им на шею водрузил,
Коробочку Искариота.
....................................................
Петруха Третьяков.
55
Щас о чужбине, много слышно,
Не, довелось, мне на ней, жить.
Лиш, по рассказам и по фильмам,
Я не берусь, о ней судить.
Но, всё же странным, нахожу я:
"Что, жизни чуждой, возжилавший,
И оставлявший, нас, ликуя,
И счастья у чужих, искавший,
Мечтавший, стать нам , всем , чужим.
Но на, чужбине, побывавши,
Добрей, становиться, к своим."
...................................................
Петруха Третьяков.
56
Подверженным, стихии быть?
Иль ей, владеть?
Сгореть?
Иль, управлять огнём?
И что: "мне море бороздить,
Став, оснащённым кораблём?
Или в себя, море принять,
Став, одним целым с его дном?"
Хочу Я знать:"Я сотворён,
Что б быть наполненным внутри,
Сим миром где я был рождён,
Чтоб участь твари знать я мог?
Иль, Бога в этот мир нести,
Чтоб жил во мне Творец и Бог?"
...................................................
Петруха Третьяков.
57
Общественное мнение, легко рождается,
Легко внушается, и движется легко.
Само в себе совсем не сомневается,
Особо, критике, не подвергается,
Не проникая, вроде глубоко,
Без основания, как правда, принимается.
И не нуждается особо в лести,
Легко без лести в душу затекло.
И над людьми имеет власть болезни,
И словно бы болезнь распространяется,
И я не напрягаясь им делюсь,
Без страха что лжецом я окажусь.
Но если посудить о нём, вменяемо,
Оно по показателям является,
Не проявленьем разума, а чувств,
Вполне приемлемых и может быть желаемых.
...................................................
Петруха Третьяков.
58
Задавленный своей борьбой с судьбою,
На край высотки юный Парень встал.
И говоря наверно не с собою,
Похоже, миру этому сказал:
"Да... не дождался я восторженных поклонниц,
И жизнь моя горшей чем у калек.
Парализованных и тех за даром кормят,
А мне похоже в нищете влачить свой век.
И встреча с Женщиной случилась лиишь за деньги,
Я ждал любви и оскорблён мой дух.
И вы стихи мои читать не захотели,
И вот мой дух - на вас совсем потух.
И это вы меня за даром не любили,
Так оценить меня никто и не сумел.
И это Мрази, вы меня убили!!!"
И сделав шаг которого хотел,
Вдруг понял, что все беды те решаемые были,
Кроме одной-"что Он уже, летел".
...................................................
Петруха Третьяков.
59
Вот Яблони за домом во дворе,
Посажены в ухоженной земле.
У каждой Яблони, свой уникальный сорт,
И вот они, чуть ли не круглый год.
Рознясь в характеристиках своих,
И зеленея на весь двор.
Совсем ведь не шутя вели свой спор:
"Кто по природе, больше Яблоня из них."
Случился год,
Неуродился плод.
Цвет - оказался пустоцвет,
И яблок нет.
Но Яблони, в привычности своей,
Великой мудрости своей внимая,
Всё точно так же спорить продолжали,
Кто из них - правильней, полезней, и сочней.
...................................................
Петруха Третьяков.
60
Средь комаров и средь стрекоз,
К сиянью светлому стремясь,
В созвучье ветра и берёз,
На свет Ромашка родилась.
Совсем не думая зачем,
Совсем не думая к чему,
Просто дарила радость всем,
И радость сердцу своему.
Как я, не спорила с судьбой,
И с тем что ей ромашкой быть.
Была она совсем другой,
Счастливой тем - что может жить.
...................................................
Петруха Третьяков.
61
Случилось так что ураган и океан,
Всю ночь боролись, яростно с друг другом.
И сил не рассчитав по берегам,
Морскую живность раскидав по всюду,
Остановились, место дав первым лучам.
И утром увидав такое дело,
Мальчишка лет шести швырял их в воду.
И стало собираться там народу,
И в возмущении толпа зевак галдела,
Вполне понятно негодуя на природу.
И из толпы той подошел к Мальчонке Дед,
И с мягкой мудростью он начал говорить:
"На берег погляди им счёту нет,
Для них, ни што уже не изменить".
На Деда даже не взглянув, Пацан,
С песка, звезду морскую подымает
И говорит:" Для этой я щас всё меняю".
И бросил Её сразу в океан.
....................................................
Петруха Третьяков.
64
О Сущий будь благословен,
Владыка Бог и Царь всего,
Отец мгновенья моего,
Которым движусь и живу.
Останови голодный тлен,
Прикосновение его,
Останови....
Я вновь пойду,
И снова встану я с колен -
И оживу.
Исчезнет плен,
Той остановки бытия,
Где больше ничего не мог,
Где ни чего нет для меня,
Где только Я -
И где я БОГ.
...................
Петруха Третьяков.
65
Сосны пахучей завитки,
На пол пружиня упадут.
И блик пронзающей строки,
Мне разум озаряет вдруг-
«Я был гоним в людской толпе
Я был гоним людской толпой
Я попытался быть как все
Но вновь остался я собой.
Мы знаем все, как быть как все.
Но есть ли эти: "Все?" И где?»
................................
Петруха Третьяков.
66
Ты к нам приди, мы все святы,
И мы научим тебя свету.
И будешь ты таким, как мы,
У нас найдёшь ты все ответы.
И я услышал и пришёл,
И начал я к сему стремиться,
Не то что стать, а претвориться, —
В себе ресурсов не нашел,
Чтоб пред другими так светиться.
Во мне находят следы тьмы,
И у святых я забракован.
Но если всё ж я прально понял,
Кого здесь представляем мы, —
То свет не там, где все святы,
А там, где гибнущих не гонят,
И тех, кого можно спасти,
В своём сознанье не хоронят,
Где мы не приговорены…
..........................................
Петруха Третьяков.
67
Месяц пробыв среди святош,
Однажды вдруг перекалился.
Поняв, что не к тому стремился,
Что грустно мне средь постных рож,
Я из ребцентра быстро слился.
От них дворами уходил,
Как из чумного зоосада.
Решив, компаний мне таких
Наверное уже не надо.
И в дружбу пьяных воротясь,
Был встречен я вполне радушно.
Ведь дружба пьяных — то же дружба,
И, улыбаясь и смеясь,
Раз всё же я уже вернулся,
Я жизнью трезвой похвалясь,
За рюмкой сразу потянулся.
Поняв: «Я снова Господин».
Но где-то через месяц, может,
Проснувшись у друзей в прихожей
С опухшей и побитой рожей,
Решил: хочу побыть один.
Ведь пьяные такие гады,
И таких мерзких образин
В моей компании не надо.
И перед зеркалом сидя,
И сам с собою похмеляясь,
Любуясь только своей рожей
В компании самой хорошей,
Сидел, как раньше, я скорбя,
И, как до этого, сердясь,
И чувствуя примерно то же,
Подозревать начал себя,
Что виноват я в этом, может?
И плохо — это там, где я.
Что только на себя пенять,
И только мне себя менять.
..........................................
Петруха Третьяков.
68
Берёзы стволом, я кольчуги разрыв,
Прикрыл. Оставляя пылающий след,
В пронзительный миг, превратившийся в век,
Глазами цепляясь за этот рассвет,
На землю осев и так быстро остыв,
С собою забрать я его не сумел.
Прервав неосмысленный жизненный бег,
Ржавел я в корнях и листвою шумел.
..........................................
Петруха Третьяков.
69
Вот на арену вышел
Тонна сто пятьдесят.
Трибуны оглушительно шумят.
Кого-нибудь, чем Он, сильней, Ты видел?
Узри —
«Бойцовский Бык».
Такого в автопарк пусти,
Средь подлетающих машин резвиться.
Машин, что встретятся Ему, уж будет не спасти,
Ведь сдерживать себя Он не привык
И не захочет Он остановиться.
Такие игры для него пустяк.
Наверно, потому что это Бык.
Но на арене вышло всё не так.
Противника тот Бык увидел.
Разряженного, как петух, с красным хвостом,
Семьдесят пять кило с худым лицом.
Таких Он больше прочих ненавидел.
Он поглядел на его красный хвост
И кинулся, но не сломалась кость.
И не заметил Он, как пикой получил
Между лопаток, потому что хвост бесил.
Он пробуждал в Быке всю его злость.
И в ярости Он хвост тот бил!
Пока Бык в нём противника искал,
Он потихоньку кровью истекал.
И вот пред Петухом Он тем упал,
Железками, как ёжик, нашпигованный,
Бык пред своим противником лежал,
Как будто бы к земле прикованный.
И до сих пор, увы, не понимал,
Что избежать не смог Он всех сих мук
Не потому что слаб, а потому что глуп.
И ты, Христианин, кидаясь на людей,
Противника совсем не достигаешь,
Но сих людей угрозе подвергаешь
И лишь рискуешь жизнию своей
И потихонечку ее теряешь.
...................................................
Петруха Третьяков.
70
(Папандопала.)
На этот раз мне подгляделось у Кукушки,
Как та в гнездо своей подружке
Подкинула птенца.
И тот, за слабость принимая доброту,
Соседей распихавши, из гнезда
Устроился получше есть, по лучше заварить,
И на хорошем быть счету,
Короче, покрасивше жить.
Бывает так, что, ехав от беды
В ребцентр, приехав и едва согревшись,
Соседей новых по ребцентру оглядевши,
Профессиональным глазом видишь ты:
«Кто в этом стаде слабое звено,
И кто, похоже, засиделся тут давно,
Кому уже пора крутить рулет,
И у кого остаться шансов нет».
А почему? Да гляньте на него!
Я сразу вижу слабое звено.
Ещё сидит в столярке второй год.
Куда глядит начальство и народ?
И как они здесь жили без меня?
Ещё зовутся: «Божия Семья».
Осталось только это втолковать
Всем, кто вокруг, чтоб стали понимать,
Из-за чего всё наперекосяк
Ни этак всё у них, и всё не так.
И на одну
С начальником работ волну
Настроюсь. Я таких всегда пойму.
Ну, и за ним я тоже подгляжу.
Людей не хуже на работу я свожу.
Директору осталось мне напеть
Всё, что за этим удалось мне подглядеть.
Вода она ведь камень точит,
Да и директора терпеть мне нету мочи.
Ах, пастырь, как к тебе мне подкатить,
Чтобы совсем красиво жить?
— «Ах, Пастырь, в небе Богом окрылённый,
И что же — я в тебя такой влюблённый?»
Забавно: что такое-ША,
Вдруг появляется в мышленье алкаша,
По совместительству — бомжа.
...........................................
Петруха Третьяков
71
Забавную мне байку рассказали,
Что, не желая застревать в стереотипе,
На берег выползали рыбы.
Про берег как-то рыбы те узнали,
И очень им трудиться полюбилось,
Они к развитию весьма стремились
И оттого менялись каждый век.
И эти рыбы руки отрастили —
Так в нашем мире появился человек.
А я спросил: «Когда мы рыбой были,
Кем в это время был комар?»
«Комар был комаром», — сказали мне,
И это был: «логический удар».
Такое за раз, не уложишь в голове,
И доводы у вас весомы,
И байка ваша кажется знакомой.
Ах да, поверьте, то не шутка:
"Из зайца вылетела утка,
Из утки выпало яйцо,
Низ у яйца об камень поломался,
Оттуда выполз Сиг с моим лицом,
Ну а комар таким же и остался".
.........................................
Петруха Третьяков.
73
Наследник ростом мал и мал годами,
Поставлен был над городами.
И генералов в кабинет собрав,
По картам детским пальчиком водя,
Великий план им бойко объяснял,
Как хочет он страну прославить,
Как славу о себе в веках оставить.
— Я царство здесь с великого начну,
На север я войной пойду.
Что ж отговаривать — его пустое дело
То генералам быстро надоело.
И вот война, страну как труп терзая,
Повсюду растеклась от края и до края.
И нет семьи без горя в той стране,
И не сказать подробно о войне,
И, говоря короче, ворвался недруг во дворец.
Наш царь пленён, теперь ему конец.
И генерал, его пленивший, говорит:
— Ваш город пал, военачальник ваш убит.
Но царь с усмешкой отвечал:
— Как вы сказали, «город пал»?
О чём вы? Я в солдатиков играл!
Мораль сей басни такова:
«Бегите из тех мест, в каких младенцы правят,
И не пытайтесь объяснять, втолковывать, — им не понять:
Они играют».
............................................
Петруха Третьяков
74
В домашней церкви, маленьким собранием,
Мы вновь собрались Слово Божье разбирать.
И в среду мы идём туда с заданием,
Чтоб лучше "проповедь воскресную" понять,
Нам Пастырь группы её будет толковать.
И речь пошла об очень сложной теме,
Что очень часто допускает Бог:
"Гибель родных, страданья и болезни,
Чтоб лучше и святее стать ты мог!
И даже войны, катастрофы, моры
Он допускает, чтобы спасти народ.
И таковы любви Его узоры,
Наверно, потому что - это Бог!"
Я удивился и сказал: "Позвольте!
Что ж, алкашом я с Божьей воли стал?!
И с детства с Отчимом своим бухал
Лишь потому, что Бог по доброте
Такой судьбы Петрухе пожелал?"
На это Пастырь с грустью отвечал:
"Ты только вспомни, как Иов страдал?
И сколько в своей жизни потерял?"
Я замолчал. И думал про Иова...
А у Иова вышло как-то так:
По жизни был он "Олигарх".
И потерял имущество, детей,
В проказе пару месяцев сидел.
И Бог вернул всего ему в двойне,
Ещё прибавил много лет и дней.
Мне ж сорок пять. Нет своего жилья,
Имущества, детей я не имел.
И как же я могу его понять,
Когда мне не пришлось столько терять!
И даже столько не пришлось иметь,
И жить без радости лет сорок пять?"
Пока я думал про Иова и молчал,
"Пора молиться!" - Пастырь нам сказал.
И глас его молитвы стал звучать:
"О, Боже! Дай нам мудрости понять,
Насколько нам Твои неведомы пути!
И что нам надо в кротости идти,
И горе тоже от Тебя принять.
Ещё прошу Тебя, Всевышний Бог,
Чтоб Ты ребёнку моему помог.
Температура тридцать семь и пять,
Не дай ребёнку моему страдать!
Ещё племянник снова забухал,
Как плохо, что Тебя он не познал!
Не дай ему в канаве умереть,
Гони подальше от Егорки смерть!
Ещё нам строить не дают молитвы дом,
Платить аренду не придётся уже в нём.
В администрации Ты, Боже, надави,
Ведь дом молитвы - это дом любви."
Аминь! - сказали мы от этих слов.
Но думал я: "А как же, блин, Иов?
Весь в воле Божией и с гниющим телом,
Как быстро мысли поменяли вы свои.
О, да! Как быстро вы риторику сменили,
Когда дошло до тех, кого любили
Не на словах и не в речах, а делом.
Да и вообще! Где речь заходит о любви,
Я редко видел что-то больше болтовни!"
....................................................
Петруха Третьяков
75
У Пастыря был огород
И вот-
За огород видать молитва подкачала,
И у него как у обычных смертных,
Завёлся Колорад.
Такому явно Пастырь был не рад,
Но -это было только лишь начало.
Ведь не дождавшись помощи с небес,
С бедой своей Он в интернет полез.
И так как был Он сильно огорчён,
То выбрал самый едкий порошок,
Чтоб точно выжить Колорад не смог,
Чтоб даже если Ведьмой он заговорён,
Которая не давно Пастырю грозила,
Чтоб всё равно Он сдох,
И что бы здесь была Его могила.
И чудо порошок в баллоне разболтав,
И вспомнив Иоанна Богослова,
И книгу откровения Его-
Как страшный Ангел аваддона ,
Возмездием на огород упав,
В живых там не оставил ни кого,
Быть может только пощадил своих собак.
Да вот ошибка вышла с порошком,
Иль может с концентрацией его,
И результат принёс лишь только боль.
Жука то, победить тот Пастырь смог,
И всё таки добился своего.
Вслед за жуком правда погибла и ботва.
И урожай, в итоге вышел ноль.
Видать не дремлет в той деревне Сатана.
Дак вот вопрос-душою не кривя,
Скажите мне, когда
Опять случиться лето,
Он будет повторять всё -это?
Да Пастырь ну ка мне скажи,
В делах которые Тебе важны,
То что приносит нежеланный результат,
Ты станешь повторять?
Скажи мне Брат.
И в том что для Тебя так важно,
Ты станешь ли по граблям танцевать?
Разумно ль в важном, делать точно также?
А вот теперь смотри- воскресное собранье Ты провёл
И в среду без Тебя, в домашней группе мы собрались.
А в остальное время сами по себе остались,
Да впрочем Ты ведь тоже, на неделю от нас ушел.
А результат какой?
Вы для себя отметьте-
"Что он в отсутствии развития, похоже вышел ноль."
И так прошел наш год,потом десятилетье,
И годы наши замелькали
И вот сменилось поколенье,
Потом ушло столетье,
Но лишь сменился Ты,
То снова выбрал так всё и оставить.
Возможно этим воплотив свои мечты.
Разумно ль делать точно так же,
Но результатов других при этом ждать?
И кто, в том что ему так важно,
Ошибки станет повторять?
Ведь Ты нас учишь-" Бога бояться, Бога почитать,
И Божье важным для себя считать."
Откуда ж взялся сей оксюморон?
И в чём его причина?:" В недельном выходном?
В деньгах халявных, иль в почестях, людей"?
Ведь Ты назначен:" уже достигшим Бога,
И толкователем Его путей."
Дак такова ль скажи- Его дорога?
....................................................
Петруха Третьяков
76
Во время отдыха знакомых на природе,
В общенье нескольких людей,
От разговоров о счетах и о народе,
И об удачно разыгравшейся погоде,
Не упустив возможности своей,
Я затянул нас в рассуждения про Бога.
И пообщались мы и посмеялись,
И высказали мнений много.
Оттуда даже мне сокровища достались:
Там просто грамотная женщина одна
Сказала: "Что живущим здесь
Глазами ваша "свыше" невидна.
И ваше это "свыше" существует,
Чтоб обесценить мир, который есть.
То чего нет, навряд ли нас врачует."
И дальше покатился разговор
В другие темы и в другие страны.
И вдруг заехал во французский двор,
Сказать точнее, в представление о нём.
И в обсуждении его страстей,
Вдруг оживились наши дамы,
Хвалясь осведомлённостью своей.
И я тогда воочию услышал,
Как те же самые уста сами собой,
Заговорили: "про любовь, что свыше,
Про половины, что назначены судьбой."
....................................................
Петруха Третьяков
77
Ты фантазёром можешь счесть меня,
Если скажу тебе, что видел я,
Как вез автобус людей на поле.
Ну, а водительское место занял
Тот, кто, похоже, был Водителем в теории.
Ну, а на практике он жал педали
И руль крутил, но двигатель молчал.
Но пассажиры не молчали
И обсуждали в поле труд,
Тот труд, которого так ждали!
Тогда Водитель их прервал
И им губами делать «звук» сказал,
Такой, каким мы тормозим коня.
Мол, едем мы, когда есть этот «звук».
И заместителя назначил для себя
И говорил ему:
«Ты веток наломай!
И ветками за окнами махай!
Ну, и помощников возьми по рангу своему.
Чего сидишь? Мне помогай, давай!»
И если всё же кто-то говорил:
«Послушайте, похоже, мы стоим!»,
Его с автобуса с позором гнали,
Ну, и врагом движения объявляли.
Ну, а людей! Всё становилось меньше:
Кто сам ушёл, а кто и помер, других изгнали…
Со временем даже упорные устали
И обессилели сильнейшие,
И не могли помочь даже вполсилы.
И показалось мне:
Что всё стоит на ручнике!
И что ручник тот в голове,
И что, похоже, не только у водилы,
И что водитель тот пазёр,
И что навечно этого не скрыть!
Скажи, такое может быть?
Иль всё ж, я фантазёр?!
...................................................
Петруха Третьяков.
80
Как странно, я почти не спорю.
Мне надоела суета
И путь холодный в никуда,
Где все хрипит, вопит и стонет,
Где тонут наши города
И вновь мы на песке их строим;
Где рвется и бушует море,
Где гибнут люди навсегда,
Не принимая больше боя.
И развернулся я тогда
Искать, живая где вода.
Но тянут вниз проклятья-годы,
И я прощения просил.
Иисус Христос меня простил.
Он, как источник, в небо бил,
Неся живительные воды,
Откуда пили все народы.
Оттуда я, склонившись, пил
Глотки бушующей свободы.
............................................
Петруха Третьяков
81
Евангелие я читая,
Вдруг очень чётко, ясно осознал,
Что грешник, даже Бога отвергая
И даже в отверженье умирая,
Для Бога ценности не потерял
И за него Иисус страдал и умирал.
И что имеющие званье Божьих слуг
И быв такими в понимании вокруг,
Руками римлян Иисуса распинали,
По темноте над ним устроив лживый суд —
И не за то, что мёртвых воскрешает,
А что за правду лож не принимает,
Ту ложь, в которой они все живут.
И Человек, живущий во грехе,
Будь это Бомж, Батрак, а хоть и Князь,
Для Бога ценен так же, как и все.
Я думаю, брильянт, упавший в грязь,
От грязи ценности для нас не потеряет.
И пыль, поднявшись с ветром в небеса,
Внизу оставив степи и леса
И выше став любой твари земной
И над земным творением летая,
При этом остаётся лишь собой.
И то: «Кто же Мы есть в людских глазах?» —
Не более чем просто: «пыль и прах».
Бог в исполнении решенья своего,
Себя за нас в Иисусе распиная,
Нам этим Свою Правду открывает, —
Кто мы на самом деле для Него.
.........................................
Петруха Третьяков.
82
(Гробовщик).
В фиолетовый бархат укутаю я.
Новый ларчик из свежего горбыля.
Людям больно терять,
И не в силах понять,
Зачем это всё, и что им предпринять.
Они открывают простор для меня,
Что б я красками жизни, раскрасил их скорбь.
Труп завёрнутый в фантик, как будто в любовь.
.........................................
Петруха Третьяков.
83
Мы строили однажды пароход,
И вся гордыня словно бы в нём слилась,
Когда сказали мы, что даже Бог
Сие творенье потопить не в силах.
Смотрите же, что стало с ним теперь:
Не спас его и опыт Капитана.
Морской водой разорван чёрный Зверь,
Пав от руки обычного тумана.
Или, когда мы башню вознесли
Под свод небесный, человеков славя,
Но Бог смешал людские языки,
И вот, коллег своих не понимая,
Мастеровые эти в даль ушли
По всей земле, от края и до края.
Когда ж учится на ошибках станем мы,
История уроки преподносит,
Да только что-то человечество заносит —
От ссор и насморка до моров и войны.
....................................................
Петруха Третьяков.
84
Павлин, копаясь среди пальм в сухой пыли,
Орла увидел, взоры томные свои
К нему направил и сказал: «Невзрачен ты,
Какие чёрно-белые цвета!
А на меня ты только посмотри —
Как я лазурью-золотом играю
И красотой своею ослепляю».
Орёл, взглянув в павлиний мутный глаз,
Сказал: «Я небо покорял не раз,
И кличу моему земля внимала,
И я героев воспитал немало,
И на скале стоит моё гнездо.
Ну а тебе осталось лишь одно —
В пыли копаться
И перьями своими красоваться».
..........................................
Петруха Третьяков.
85
Я вспомнил детство и один приметный двор,
И как родители предупреждали нас о нём:
«Чтоб мы старались мимо не ходить,
Ну и, тем более, собаку не дразнить».
И в том дворе был часто снят забор,
Чтоб снегоход заехать мог во двор.
Но страшен был не двор, не снегоход,
Да не они пугали наш народ,
И не хозяин, местный участковый, —
А его пёс, лохматый и здоровый,
Агромный, как телёнок полугодовый.
Едва кого завидев,
Он, как безумный, рвался на цепи,
Стремясь в рывке свободу обрести.
Он рвался, лаял и рычал, и ненавидел
Весь этот мир, ну и, конечно, цепь свою.
Как будто грезил он: «Сорвусь и всех убью!»
Но надо знать детей — мы всюду шлялись,
Ну и с собакой этою встречались.
По-своему собаку мы любили,
И каждый день собаку мы дразнили.
И вот однажды,
Мы, снова веселясь,
Увидели, как цепь оборвалась,
И как сбылись собачьи мечты,
И как пропало ненавидимое бремя.
Мы в ужасе застыли....
Застыло время....
Но застыла и собака,
Всего лишь сделав шаг.
Ах, сколько ужаса было в её глазах,
Когда желаемое с ней случилось,
И сколько же в ней было страха,
Когда она освободилась!
Я не хочу сказать, что так всегда,
Но всё же так бывает иногда.
....................................................
Петруха Третьяков.
86
Один чудак, в наследство дачу получив,
Свободную минуту улучив,
Отправился туда порядок наводить,
Что-то подправить, что-то починить.
Намерения благие и планы хороши —
О, как они приятны для души!
Приехал, столько дел вокруг,
Раздался сразу скрежет, стук.
Забор чинил и чистил сад,
Крыльцо поправил и фасад.
И не заметил, как стемнело,
Но дождь пошёл — такое дело,
Что вся одежда отсырела,
Душа покоя захотела.
Но в дом войдя, он ошалел:
Там потолок совсем просел,
И дождик капал на кровать,
И негде сесть, и негде спать.
С камином он затеял бой
С его забитою трубой,
Но не горит внутри огонь.
К утру уже едва живой,
К виску приставив пистолет,
Сказал: "Поверьте, счастья нет".
Невежда, крышу почини,
Внутри порядок наведи,
Потом на внешнее смотри.
Когда внутри уют, покой,
Когда горит любви огонь,
То за окном хоть снег, хоть зной,
Хоть злого ветра слышен вой, —
Но ты спокоен, ты живой.
И шторм ревущий за стеной
Играть не сможет впредь тобой.
..........................................
Петруха Третьяков.
87
Мне раньше каждый шаг давался с болью,
А каждая минута — с отвращением,
И слово злое, словно в рану солью,
Но приводило в чувство размышление,
Что люди копят сорную бумагу
И нарушают светлые заветы,
Но не поможет это все, когда с размаху
Тебя машиной на дороге переедут,
Когда зароют и торжественно сыграют
И скажут: «Мол, был человек хороший».
А люди все стоят, не понимая:
Имея всё, он ничего не может, —
Ведь в небеса не купит он билета,
Медяк не сунет он в небесный эскалатор.
Ответ получит тот, кто ждет ответа:
Рай — не отель, Бог — не администратор.
..............................................
Петруха Третьяков.
88
И даже в новой эре мы
Ошибкой старою грешны.
Вновь тмин и мяту собираем,
Скамьи и чаши омываем,
И ищем, что ещё должны,
Когда на расстоянье почитаем
Его Отца и Бога своего,
Закрывшись от него внутри души, —
Как будто с Ним, но только без Него.
И путь свершить к нему, свой взявшись,
Так, словно бы не Он есть Путь,
И подвязавшись и поднявшись,
Его забыв в дорогу Одного, —
Как будто с Ним, но только без Него.
И то, что было, повторяем,
Как будто вновь не понимаем.
Ведь даже рави Никодим,
Когда к Иисусу приходил,
Не мог понять:
«Мне что опять,
Вернуться в Мать?»
И это трудно доказать.
Мне говорили, что я туп,
Но продолжал я повторять:
«Что как без жизни тело,
Так и без Бога
Божье дело — труп».
Когда один идёт своей дорогой,
Но с Богом,
Другой, когда его путём пойдёт
Без Бога,
На том пути лишь только смерть найдёт.
«Сам себе путь», открывший в смерть дорогу, —
Ещё один аскет, погибший здесь,
Не смогший оплатить потерю Бога
И обмануть небесные весы.
Функционировать способны и часы,
Но кто возьмётся утверждать, что жизнь в них есть?
...................................................
Петруха Третьяков.
89
В давно забытых временах один хитрец поймал ворону.
Ей горло шилом повредил, чтоб не галдела.
Собрав гусиных перьев по всему району
И, их раскрасив разными цветами, взялся за дело.
И кропотливо и усердно ворону перьями обклеил,
А поверх клюва наклеил коровий рог,
На голове ей сделал разноцветный хохолок.
Не первый день он этот замысел лелеял.
И вот, надевшись, как купец богатый,
Клетку с вороной на рынок он понёс.
И был там на ворону спрос —
Фурор там произвёл пернатый!
«Проездом один день!» — кричал купец, —
«Деньги неси, чтоб чудо-птицу посмотреть!
Кто не увидит — тот глупец!»
Толпа кричала: — «Обалдеть!»
И так шумели, что дошумели до царя.
И вот купец пред всем царским двором,
Наделанным заморским говором,
Уж представлял ворону и себя:
«Вот я привёз из-за семи морей
Птицу редчайшую — Рурук!»
Царь вопросил: «Скажи мне, друг,
За сколько же расстанешься ты с ней?»
— «Я золота возьму весом с себя
И в вашем царстве лучшего коня!»
И, плату получив, он растворился.
А царский двор шумел, дивился.
И был объявлен в честь сей птицы пир,
О чём Глашатаи кричали на весь мир.
И вот, средь стольников, столы там накрывавших,
Один, ту птицу в перьях увидавши,
Сказал: «Так это же ворона!»
И, оскорблённый, царь, сошедши с трона,
Велел его казнить для назиданья,
Чтобы у прочих всех отбить желанье
Так оскорблять царя.
«Ведь, вовремя приговоря,
Обезопасишь ты себя».
А сказочная птица в клетке
Была размещена в царском саду.
В тот день светило солнце на беду —
Ворона облетела, как в осень ветки,
И пёрья сыпала на землю, как листву.
И даже... дай вороне срок —
Сорвать сумела коровий рог.
Когда же при дворе о том пришлось узнать,
Решили шума не подымать.
И вышло так: на диво дивное галдели,
Так шумно, что даже успели
Кое-каво и наказать.
А как ошибка вышла — присмирели,
Решили это всё по тихому замять.
....................................................
Петруха Третьяков.
90
Какой удар, но и какое облегченье,
Вдруг получилось выйти за черту,
И настоящим стало вдруг движение.
И словно бы к плоду воображенья,
К прошедшему я обращаюсь своему,
Как к страшному, больному сну,
В котором, в замкнутой цепи, мышленье,
И мир зациклен, словно сломана пружинка,
Когда одно и то же совпаденье,
Как будто бы заевшая пластинка,
Производящая одно и то же искаженье.
....................................................
Петруха Третьяков.
91
На хоспис опустилась ночь.
И в скорбном доме, там, где гаснут люди,
Двоим беднягам не спалось,
И говорилось им о том, что будет.
В них ожиданье росло и шевелилось,
Гадая, кто ж из них быстрей помрёт.
Один твердил про прошлое, что завершилось,
Другой про будущее, что грядёт.
......................................
Петруха Третьяков.
93
В реб.центр приехав и проспавшись,
Через пять дней, в воскресный день.
До церкви с Братьями, собравшись.
И двинувшись гурьбой своей,
В дороге, весело общались.
И через всё село ити,
Во все дворы Ты посмотри,
На все машины что попались,
На этом, на твоём, пути.
Ну а кругом, специалисты
Машин, колёс и колпаков,
Ремонтов строек и домов,
А ты из них самый речистый,
И просветишь щас дураков,
Как, своим домом управлять,
И что для дома покупать.
В постройке, крыш и потолков,
И как машины выбирать.
Ну и какую б из машин,
Ты выбрал бы,для нужд своих.
Чужое любишь обсуждать,
И нравится что у других,
А ум то нравится лишь свой,
Хоть это, сделал он с тобой.
Но, хочешь ли это, понять?
И хочешь, ли себя, менять?
...................................................
Петруха Третьяков.
94
Горячих рук твоих прикосновение
Ожогами останутся в душе,
Воспоминания, в сладком упоение,
Глотаю на последнем рубеже.
На рубеже эмоций и мышлений,
На той границе неба и земли,
Где крылья радостных и детских устремлений
Мой разум победить в тот миг смогли,
Победить в тот миг смогли.
За гранью смрадного обыденного быта,
Где по-весеннему журчит река,
Где все дурное напрочь позабыто, —
Там счастье и свобода на века.
И пусть живет в моих воспоминаниях,
Воспламененная на этом рубеже,
Моей Любви безоблачная тайна,
Запечатленная навек в моей душе,
Навек в моей душе.
....................................
Петруха Третьяков.
97
Как пенка от парного молока,
По небу расплескались облака.
Как будто серафимово перо,
Повсюду пухом белым намело,
И отразилось в полосе реки,
Разрезавшей изгибами поля,
Где скирдовали сено мужики,
У Бога времени себе прося,
С опаской озирая небеса,
В которых серафимова краса
Менялась и темнела на глазах,
Во мрак свой погружая берега.
В клокочущем восторге звуковом
Вдруг зашипела от дождя река...
И грянул гром.
.....................................
Петруха Третьяков.
98
Мой друг, должно быть, очень скоро
Ты вырвешься за этот круг.
Устанешь ты плести узоры
Из слов своих, словно паук.
И самый-самый первый звук,
Разрезав ветхие покровы,
Вдруг капнет из пронзенных рук,
Разрушив чуждые основы
И заглушив все, что вокруг.
......................................
Петруха Третьяков
99
Людей создали, чтобы их любили,
А вещи, чтоб мы пользовались ими.
Насколько ж сломан и не развит этот мир?
Когда мне разум говорит: "чтоб вещи я любил."
Что ж до Людей? - "разумно - пользоваться ими."
Се: "мудрость мира" - правящая в мире!
...................................................
Петруха Третьяков.
100
Застав ребёнка, за тем как темноты, он испугался.
В режиме воспитательной бравады,
Не в силах выйти из отцовской клоунады.
Леча его насмешками, над ним ты потешался,
Хотя в боязни тьмы, детьми, смешного нет.
Куда смешней, когда ты повзрослев, не терпишь правды.
И ненавидишь и боишься свет.
....................................................
Петруха Третьяков.
101
"Еда" решила щука,
огромным ртом рыбешку заглотив.
И за ошибку жизнью заплатив,
И не издав почти ни звука.
Попала в руки рыбака,
Который то же ей сказал:"Привет еда".
Так вышло щука больше не живёт.
Дак что ее сгубило-"блесна"?
Иль "рот"?
....................................................
Петруха Третьяков.
102
Вот погляди побеги молодые,
Один из них попробуй оторви.
И вроде клетки в нём ещё живые,
Но не способна эта ветвь расти.
И руку вытяни перед собой,
Ведь видишь ты её совсем живой.
А если то что жизнь несёт внутри,
Вдруг повелит:"не шевелится и молчать",
И тромбом обратиться. Посмотри,
Что для руки то может означать?
....................................................
Петруха Третьяков.
103
Дремучая замшелая гора,
Над маленькой горой склонилась,
И мрачной тенью навалилась,
Давая знать:" Я здесь одна.
Лишь для меня есть место здесь,
Лишь для меня свет Солнца есть,
А для тебе подобных и тебя,
Лишь только, тьма моя ".
....................................................
Петруха Третьяков.
104
Ты взявшись Библию на деле применять,
И выяснив что нужен результат.
Страшась лицо наверно потерять,
Чем отмахнешься? Тем что не понять,
Всё сразу там. Залез и сам не рад.
Без знанья языков не разобрать,
Что возносясь Иисус хотел сказать.
Здесь нужен год, а может век,
А может пять,
А может двадцать пять.
А я всего лишь человек.
Иль скажешь медлит Бог, чтоб нас чему то научить,
И будет медлить Он опять.
Быть может год, а может век а может пять.
И волю нам Его, не изменить.
И волю нам Его не распознать.
Я где то видел эту стойку боевую-
Быть может волк, жираф иль бегемот,
Орёл, оса или таёжный кот?
Где ж, видел стойку я такую:
"Засунув голову в объятия песка,
И оттопырив, мягкие места,
Воинствовать, заранее согласным,
Во всех желаниях врага, быть неопасным"?
....................................................
Петруха Третьяков.
105
Сказал:"Не в голосе, чего то я."
Когда позвали , в наркологию Тебя.
Чтоб Ты, до Бедолаг донёс,
Как спас Тебя, наш Бог Иисус Христос.
Но до конца недели Ты успел,
По телефону и в контакте рассказать,
И на ухо при встрече нашептать,
Как ребик Сеня, после ребы не сумел,
Честь трезвого пред нами отстоять.
Как с Дочкой Пастыря, Егор варкует,
И как не так поют нам алелую.
Ещё успел про Гену Прославленца,
Его Жену, и про его Младенца.
Конечно ж интересно-"От кого?"
Совсем ведь, непохожий на Него.
Но, только лишь, вниманье обращают,
Ты говоришь:"Попутал бес".
Да, Дятел голосом не обладает,
Как время петь, Он то хрипит, а то икает.
Но клювом Он своим, лишь заиграет,
То слышно, на весь, лес.
...................................................
Петруха Третьяков.
106
В багряном танце, тени налились,
Устало потянувшись на восток.
Я перед сном молюсь услыши Бог,
Владыка от меня не отвернись.
Спаси меня от мятежей людских,
И от коварства Боже защити.
Собой закрой меня, от ненависти их.
И если тем же отвечаю то прости.
Неотними от нас Ты милостей своих.
И как средь ближних выжить научи.
....................................................
Петруха Третьяков.
108
(Папандопала.)
На этот раз мне подгляделось у Кукушки,
Как та в гнездо своей подружке
Подкинула птенца.
И тот, за слабость принимая доброту,
Соседей распихавши, из гнезда
Устроился получше есть, по лучше заварить,
И на хорошем быть счету,
Короче, покрасивше жить.
Бывает так, что, ехав от беды
В ребцентр, приехав и едва согревшись,
Соседей новых по ребцентру оглядевши,
Профессиональным глазом видишь ты:
«Кто в этом стаде слабое звено,
И кто, похоже, засиделся тут давно,
Кому уже пора крутить рулет,
И у кого остаться шансов нет».
А почему? Да гляньте на него!
Я сразу вижу слабое звено.
Ещё сидит в столярке второй год.
Куда глядит начальство и народ?
И как они здесь жили без меня?
Ещё зовутся: «Божия Семья».
Осталось только это втолковать
Всем, кто вокруг, чтоб стали понимать,
Из-за чего всё наперекосяк
Ни этак всё у них, и всё не так.
И на одну
С начальником работ волну
Настроюсь. Я таких всегда пойму.
Ну, и за ним я тоже подгляжу.
Людей не хуже на работу я свожу.
Директору осталось мне напеть
Всё, что за этим удалось мне подглядеть.
Вода она ведь камень точит,
Да и директора терпеть мне нету мочи.
Ах, пастырь, как к тебе мне подкатить,
Чтобы совсем красиво жить?
— «Ах, Пастырь, в небе Богом окрылённый,
И что же — я в тебя такой влюблённый?»
Забавно: что такое-ША,
Вдруг появляется в мышленье алкаша,
По совместительству — бомжа.
...........................................
Петруха Третьяков
109
С наколкой на лице парнишка подошёл,
Сказал, что своего во мне нашёл...
Припомнил, как на сцене я скакал
И что-то страшное со сцены я орал,
И то, что я давал им настоящий драйв!
И из того, что он мне рассказал,
Я понял, что он неформал.
Всё как обычно: «жить нужно в кайф!
При этом одним днём!
Ещё не "париться", не напрягаться
И над разумными людьми стебаться,
Над теми, кто осмысленным идут путём».
Короче, гедонизм и аскетизм в одном флаконе!
Ещё там клей в пакете и немного алкоголя,
И песни про бессмысленность всего,
Про то, что я воняю так, лишь потому что мир — гавно,
Прям натурально в своей сути.
Ну и, конечно, выход в люди —
Такой, чтоб запомниться прям на века!
И выход от людей с хорошего пинка!
С гитарой на башке по лестнице катаясь
И всё равно безумно веселясь!
Я, слушая его, успел взгрустнуть.
Да, да! Я помню! Такой и есть сей путь.
Не знаю, был ли в том какой-то смысл,
Но я пытался донести простую мысль.
Я понимаю, парень был не трезв...
Но с мыслью со своей я всё равно к нему полез.
А мысль проста:
— Что, если из себя Царя ты сделал,
То ты средь подданных... И стал народ твоим наделом.
А если Дворника ты сделал из себя,
То люди все, даже твоя родня, —
Причина мусора вокруг.
И сколько бы тебе ни улыбались,
И сколько б ни здоровались с тобой,
Пусть даже встретится тебе твой лучший Друг,
Смотреть ты будешь, что они оставляли
После себя, особенно весной.
Да, мысль проста!
Что, если сделал из себя Шута, —
То мир, похоже, тебе цирк!
Ты к людям словно на манеж выходишь
И снова в них аудиторию находишь.
И даже если кто-то к тебе уже привык,
Он всё равно со смехом ждёт:
Чего ж ты отчебучишь?
Что же опять тебе в башку взбредёт?
Какому новому опять людей поучишь?
...................................................
Петруха Третьяков.
110
Стриг парикмахер мужика,
Заросшего слегка.
И говорил: «Без Бога жизни нет,
И Иисус — к нему дорога».
Да только слышал он в ответ:
«Что жизнь-то есть, нет Бога.
И если бы он был,
То без мучений был бы этот мир».
На это парикмахер отвечал,
Что парикмахеров он то же не встречал.
И, может, не было их никогда.
— Но как же? Вы передо мной стоите!
Меня сейчас стрижёт ваша рука.
Считаете меня вы дураком?
— Так вы на мир на этот посмотрите,
Нестриженный, почти что целиком.
Вон, гляньте за окно: мужик с собакой.
Он, если сам себя не пострижет,
Или ко мне, на ваше место, не придёт,
То так и будет он ходить лохматый.
............................................
Петруха Третьяков
112
Меня как следует в стрельбе наставили,
И вот передо мною щит поставили
С бумажною мишенью для стрельбы из лука,
И на щите мне написали: "Ум".
И вот средь правил: "измышления и дум"
Набил я быстро свою руку.
Богато я записывал очки:
Чем ближе к центру, тем дороже выстрел.
И в их наборе наперегонки
Стрелять готов был, не щадя руки,
И мне казалось — я бы преуспел.
Но щит убрали и поставили другой.
В нём за мишенью, в центре, была дырка,
И надпись: "Дух", была прям над дырой,
И всё, кроме дыры, было ошибкой.
И как бы близко я к отверстию ни бил,
И сколько бы очков ни насчитал,
И сколько б "за почти" себя я ни хвалил, —
Но если я сквозь щит стрелой не проникал,
Я был не ближе к цели,
Как если б вовсе и не попадал.
И я мишень бумажную сорвал,
Ведь что весомо для ума,
На самом деле
В духовной практике не весит ни хри на.
............................................
Петруха Третьяков
114
Случилось,что подрались две Орлицы.
В вопросах воспитания детей,
В влиянии новаторских идей,
Не получилось в мнениях, сойтись им.
И вроде выгода, видна была обоим,
Да только в чём та выгода, ответь?
Ведь обе потеряли много крови,
Одной из них, случилось умереть.
Смотри же, победившая Орлица.
На труп врага, и на гнездо врага.
Гляди, гляди, как Ворон поживится,
Пороется в орлиных потрохах.
....................................................
Петруха Третьяков.
115
И что мне делать я не знаю,
Вы посоветуйте друзья.
То я безвременно летаю,
То я спускаюсь в пасть огня.
Но где оно где вдохновенье,
Что мне назначено судьбой.
Идут года идут мгновенья,
Но только злая грусть со мной.
В который раз сгорают свечи,
А суть как буд то далека.
Прав капитан еще не вечер,
Еще не вечер, а пока.
Слетают так же Серафимы,
На мой обед из нот и слов.
И так же плещутся рябины,
В озерах праздничных костров.
И так же каждый миг проходит,
Туда же катятся года.
На темном небе тени бродят
И все уходит...
Но куда?
........................................
Петруха Третьяков
116
На борющемся с штормом корабле,
Вдруг, облегчённо, люди, закричали.
Когда в беснующейся и ревущей, мгле,
Маяк, на горизонте, увидали,
И на его спасенье, курс свой взяли,
Стремясь к дарующей, покой и жизнь, земле.
И когда берег, был уж различим,
И с палубы, ему кричали, люди.
Скалой подводной, берег, их остановил,
И вслед за этим, грянул, залп орудий.
Маяк, не только ведь, стоит, в порту,
Но интересы, разные, бывают,
Пираты, то же их, на рифах, зажигают,
И различаются, они, лишь по плоду.
...................................................
Петруха Третьяков.
118
-"И что же дворником тебе спокойно не живётся?
Зачем Всевышнему Твои тупые:"почему?"
И что в Его ответах для Тебя найдётся?
Тебя, я, дворник вовсе не пойму!
Ну будешь знать Ты что сей мир беда...
Как дворник может сделать что то против?
Да дворник, что ты сделаешь тогда?
Кто ищет знанье, тот лишь скорбь находит.
Будь милостив к себе и к людям,
Отвергни: "знать" и жизнь счастливей будет".
-"Я эту милость уже видел где то.... Ах да!:
"Не милостив ли Бог к глистам,
Что не дал Он им носа и глаза?"
И что ж мне выбрать для себя?:
"Жизнь недовольных дворников,
Пытающихся -этот мир понять?
Иль жизнь счастливого глиста,
Да, жизнь счастливого природного затворника,
Который счастлив тем что нечем знать?"
....................................................
Петруха Третьяков.
121
Упрямство Бога я почёл изменой,
Я думал, что упрямый Бог меня ломал,
Но вот однажды через сломанные стены,
Я Божий свет и Путь небесный увидал.
И стало ясно-" я не только я,
Но моё я ещё тюрьма моя."
...................................................
Петруха Третьяков.
123
Однажды стропальщик поверил в Бога,
И вот лет двадцать в церковь проходил,
Молился за людей он много, —
Похоже, Бога и людей любил.
Как благодушного, его вся стройка знала.
Но вот однажды на него плита упала —
Не прямо на него, а рядом с ним.
О чём он сразу в церкви рассказал.
И Пастырь вдохновенно отвечал,
Что: "Бог тебя от смерти сохранил,
Чтоб бес-кормильца не была твоя семья,
Что у Всевышнего есть планы на тебя,
И о призвании задуматься пора".
Но года где-то через полтора,
Плита опять упала
И стропальщику ногу поломала.
На это Пастырь так сказал:
"Бог твою веру испытал,
Чтоб Его верность лучше ты познал".
И когда гипс снимать время пришло,
Оно его всё же нашло:
На переходе у магазина,
Споткнулся — под машину.
И на его похоронах
Пастырь сказал:
"Он светом был для тех, кто жил в впотьмах,
И Бога очень хорошо он знал,
И очень праведным он был.
Но Бог его так сильно полюбил,
Что раньше времени, к Себе забрал.
И он щас там, где лишь любовь и свет, —
Он в вечном счастье будет вечно жить".
Постойте, я хочу спросить:
"Какой был правильный ответ?"
Мы запросто и часто говорим
О том, что думал Бог и что творил.
И как бы не пришлось нам удивиться,
Когда нам встреча с Богом приключится.
....................................................
Петруха Третьяков.
124
И скажешь Ты :" Глупость какая".
Если увидишь, распахавших и не сеявших,
Или посеяв, не желавших убирать.
Что:"Для себя не нужное, затеявших".
При всём желанье- "Ты не понимаешь"!
Но как же получается Тебе Себя понять?
И не горюя над собой и не смеясь.
Когда годами христианство изучаешь,
И может даже Ты преподаёшь,
И может даже повышенья ждёшь.
При том особо толком не молясь,
И в отношенья с Богом не вникая.
И Ты наверно в возрасте уже,
На прошлое своё решив взглянуть.
О чьей то заблудившейся Душе,
Заботясь, хочешь Ты трактат писать.
С названием-"Святой и верный путь.",
И перед этим, может быть таких сто пять,
А то и больше, прочитавши.
Написанных, похоже точно так же.
...................................................
Петруха Третьяков.
125
Ты только лишь себе вообрази:
«В компьютер ты сидишь, играешь,
И вот в игру компьютерную попадаешь,
И вдруг программа, почему то, за: "Энписи"
Тебя воспринимает,
В шаблон тебя какой-то загоняет
И говорит: "Долби, копай, грузи..."
Ты споришь, а Она не понимает.
Ты говоришь ей: "В замкнутой цепи-
Ведь энтропия может только лишь расти".
А та ошибкой твой протест воспринимает,
Ну и ещё сильней в шаблон тебя сжимает».
И, может быть, для Энписи-
В шаблоне всё комфортно и понятно.
Когда ж живой игрок их жизнь познает,
Он если сразу не помрёт,
Похоже он её найдёт:
"Бессмысленной и неприятной."
.........................................
Петруха Третьяков
112
Для экономики, которая должна быть экономной,
Нам, гражданам, жить нужно очень скромно,
И не нарушить внутренний баланс.
Чиновники, зарплаты нам безмерно повышая,
Внутри системы производят диссонанс.
И так пустеет в государстве кладовая,
И минимум прожиточный для нас —
Экономический доспех,
Лекарство от проблем экономических.
Но всё же я хочу спросить:
«А есть ли максимум прожиточный у тех,
Кто нам рассчитывает минимум прожиточный?
И можно ли обогащению, предел установить?»
.........................................
Петруха Третьяков
113
На ощупь спотыкаясь,
Я шёл, прислушиваясь к звукам.
Плохо, когда не видишь и не знаешь,
Плохо, когда похоже умираешь,
Когда существованье – мука.
И вот однажды вопли я услышал
Ликующей и радостной толпы.
Они кричали к тем, кто выжил,
Что зрячи, что слепых спасают от беды.
И я просил, чтобы меня спасли.
Они на свет меня, беднягу, повели,
Но по дороге то бросали в яму,
То прямо под ноги себе,
И воспитательно меня топтали.
Я ж говорил, что я не рад такой судьбе.
Меня ж в моих же травмах обвиняли
И говорили: «Это по твоей вине,
Жить не умеешь при поводыре».
Я им сказал: «Вы слепы, видно, сами».
Мне отвечали: «Ты нас не взлюбил
Напрасно, ты слепой, а мы с глазами».
Я так устал, что к Богу возопил,
У Бога зрения себе прося.
И вот, глаза открыв, увидел,
За что ж они так мучили меня
И чем же я таким их всех обидел:
"Они не слепы, лишь зажмурили глаза,
Боясь остаться без воображаемых себя,
Без очень грамотных духовных управленцев,
Поводырей невежд, учителей младенцев
И толкователей дороги в небеса."
.........................................
Петруха Третьяков
114
Я был в гостях и кушал оливье,
И в спор об оливье попал.
И Гость один об оливье сказал:
"Ошибка, мол, в солёном огурце,
И если его свежим заменить,
То за уши потом не оттащить."
Другой вещал о колбасе копчёной:
"Не лучше ль заменить её беконом?
Ну а горох на белую фасоль —
С фасолью лучше заиграет алкоголь."
И много вариантов обсуждалось,
У блюда бешенный диапазон:
Оливок хоть туда закинь, а хоть лимон,
В нём место для возможности осталось,
За что ему почёт по всей земле.
И много Гости представления имели
О правильном и лучшем оливье,
Да только вышло так, что ели —
То оливье, что было на столе.
…........................
Петруха Третьяков
114
Время пришло ложиться спать, и наш Герой
На тумбочку стакан воды поставил,
Как делал он всегда.
И на подушках, словно бы, растаял,
Устав от дня и обретя покой,
Уснуть он почти сразу смог,
И дрёму щупая, как берега,
В мир грёз рекой живой затёк.
И ему снилось, как среди песков,
В ужасной сухости, кусок стены торчал!
Песками поглощённые руины,
Ошейник, цепь и на стене кольцо,
И как освободиться – он не знал,
Совсем один он посреди пустыни.
И горло, обожжённое железом,
Горело и хрипело: "Пить!"
Нутро его хотело жить,
Освободиться от беды,
И жизнь свою уж не считал он бесполезной.
И, находясь так близко от воды,
Пока иллюзию не смог он победить,
Из мира грёз, покуда не освободился,
Он не напился.
............................
Петруха Третьяков.
115
Монаху послушанье дали —
Бумагу от свечи зажечь.
Вот если б её просто кинуть в печь,
Быть может, байки этой мы б и не узнали.
А так тот лист бумаги над огнём качался,
И он надолго в пламени не оставался,
Ибо влеком был беспокойною рукой.
Он взад‑вперёд из края в край болтался,
А иногда вокруг свечи вращался,
Но не горел и оставался лишь собой,
Слегка коптился, но не изменялся.
Считал монах: «В терпении — ответ».
Но через двадцать восемь лет
Наставник мимо проходил
И руку беспокойную остановил,
Бумаге дав воспламениться.
И так Монаху говорил:
«Чтобы в огонь переродиться,
Надо в огне остановиться».
….......................................
Петруха Третьяков.
116
В психушку новое лекарство привезли,
Шизофрению лечат им на раз.
И в процедурку Цезаря вели,
Да, самого достойного из нас,
Избрали.
А так как будущего не дано нам знать,
То мы его с надеждой провожали.
Как только ж сделали ему укол,
Он обезумел и стал орать:
«Ах ты, падонок, падла, гнусный вор,
Зачем меня вы у меня украли?
Как вышло, что я снова Дед Егор,
Ведь был с утра я Юлий Цезарь?
Зачем ты это от меня отрезал?
И что на мне за головной убор?
Лавровый был венец — теперь мочалка.
Неушто вам так было жалко,
Что у меня есть то, что я обрёл?
Не в силах выносить ваш мир!»
И заслужил Дед галоперидол
За то, что их лекарство он не оценил.
Привязанный к кровати, он рычал
И всякого пытался укусить.
Удачно выпало счастливым психом быть,
Но исцеление однажды повстречал
И просто буйным психом стал.
Я не хочу сказать, что так всегда,
Но всё же так бывает иногда.
................................
Петруха Третьяков.
117
Посредством следствия на тайну отвечая,
Ты словно линию сквозь время прочертил,
И говорил: «Я точек много знаю,
И вот я их между собой соединил,
И я теперь имею график,
Который отвечает нам на всё».
На самом деле ты ответил на своё,
Наклеил на него картин и фотографий,
И твоему
Поверить требуешь уму.
Но разве человек есть только ум?
И разве ум — вместилище вселенной?
И разве есть лишь только то, что тленно?
Не спорю, ты талантливый трибун,
Да только всё же у меня сомненья,
Ведь недостаточно лишь дара убежденья,
Да и Вселенную не уместить в твоей цепочке,
И только следствия, похоже, мало:
Учение твоё — типичная доктрина.
И пусть ты веришь, что начало в точке,
И говоришь, что точка — линии начало,
Но разве точка — это линии причина?
................................
Петруха Третьяков.
118
Представь, что твой ребёнок умирает,
И ты его в больницу притащил,
А врач учебник перед ним раскрыл
По медицине... и сидит, ему читает,
И ничего другого делать не желает.
Как ты б его работу оценил?
................................
Петруха Третьяков.
119
Вот свыше нам поставили задачи,
По возвращенью света для слепых.
Для нас, для всех так много это значит,
Ведь речь идёт о людях, о живых.
И мы в приют слепых явились,
Газету местную об этом известив,
И делом мы благим сим насладились
Под шум толпы и вспышки фотокамер,
Слепому каждому фонарь вручив.
В столовой мы их всех собрали.
Когда же каждый свой фонарь включил,
Мы сразу столько света увидали
И столько было в свете том любви,
Что нас носителями света и прозвали,
И мы заслуживаем звания свои.
Счастливым этот день мы знали,
На крыльях словно бы летали,
Но дёготь в мёд всё же упал.
Нам критик на беду попался,
И так сказал:
«Без возвращенья глаз,от света-
Слепым похоже проку нету.
Хоть „Светом для слепых“ он и назывался,
Но всё ж, похоже свет весь этот был,
Для зрячих, а не для слепых».
.........................................
Петруха Третьяков
120
Жил молодой Осёл, и он, взрослея,
Жизнь своего Папаши лицезрея,
Смотрел, как за морковкой тот ходил,
Попутно жернов мельничный вращая.
Осёл, за всем за этим наблюдая,
Всё больше глупой - жизнь Папаши находил.
И он, вполне разумно рассуждая,
Решил, что Папку с Мельником он раскусил,
О чём он им обоим и сказал:
«Морковку Мельник, мол, на палку привязал,
А палку прикрепил к ярму.
И сколько б Папка за морковкой ни шагал,
Морковка всё же не достанется ему».
На это Папка лишь вздохнул,
А Мельник просто промолчал.
И вот Ослёнок повзрослел,
Время пришло впрягаться в жернова.
И на Осла Мельник ярмо надел с утра,
Но за морковкой тот идти не захотел.
И Мельник его шутку оценил
И скипидар на жопу Ослику налил.
Тот как безумный заорал
И побежал.
Да‑а‑а, за морковкой ушлый Ослик не ходил,
Но он на всех парах жернов вращал,
Чтоб вновь на жопу не налили скипидар.
.........................................
Петруха Третьяков
121
Я в юности с одной был басней,
Не согласен,
Но протрезвев и став взрослей.
Я изумился всёж какая правда,
Басня Крылова стрекоза и муравей.
Но если это образ общества людского,
Туда похоже персонаж добавить надо,
Кого то из породы вшей.
Как не хватает персонажа там такого,
Чиновника, торгующего родиной своей.
....................................................
Петруха Третьяков.
122
Кто ж Богословьем всех разумней и умней?
И кто же в сём для нас пример?
Что, кто‑то из людей?
А если среди тварей провести олимпиаду,
То в дисциплинах сих не выйдет ли сильней -
Царь бесов Люцифер?
Но разве ж этим спасся он от ада?
Блестящее имея Богословие в себе,
Он сутью изменился ли своей?
Хотя в нём уживается одно с другим вполне,
И из него на землю сыплется богато,
Обильно прорастая на земле.
......................................
Петруха Третьяков.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге