...Песок прибрежный

Глава 1. Песок прибрежный

Непросто выстрадать любовь,

Даже звучит это жестоко –

Не покидает сердце боль,

Явившаяся из далёко.

Из прошлого! Оно ушло,

Следы оставив на песке

(Сейчас до горького смешно),

По ним, вроде, пришёл к тебе!

А ты на встречу в зиму вышла,

Будто ждала, что я приду,

Но задышала – стало слышно,

Как вздох твой умолял судьбу…

…Я понимал и понимаю:

Ты ищешь счастье для себя.

А как же я?! Если желаю

Собой остаться для тебя!

Но если боль твоя коварна,

Упряма, лжива и горда,

За что мне быть ей благодарным?

Или пришёл я не туда?!

Скорее, да, чем «Нет!» в ответ –

Мы стали болью прошлых вёсен,

И оба – будто бы букет,

(Такой Разлуке дарит осень).

В нём нет цветов – одна листва

Багрянцем холодит ладони,

…Ах, как же ты собой права,

К прошлому живя в поклоне;

К тому, что ненавидишь люто,

К тому, кого ругаешь страстно,

Боясь не столько пересудов,

А полюбить снова напрасно.

Страдание, да, станет мукой,

Если любовь слаба, безвольна,

А для меня – возьмёт под руку,

Уйдём из прошлого, где больно!

Прошлое – песок прибрежный,

Но море в дом мы не приносим,

Так в новую любовь, наверно,

Разлуку на себе заносим.

Глава 2. Я за люблвь платить не стану!

Я за любовь платить не стану,

если за тело – Бог подаст,

твоею лаской был обманут –

не обмануться был бы рад!

Не в первый раз любить такую

и разлюбить – не в первый раз,

как второгодник погорюю,

сяду за парту, в тот же класс!..

И ложь в очках расскажет снова

как ты добра, нежна, верна –

поверю ей беспрекословно

и допишу: «Во всём честна!»

Тетрадь я сдам…, и получу

отметку «кол» на всю страницу,

в дыму печали помолчу,

до боли сжав ресницы.

Чернила красные допишут:

«Не занимайся ерундой!

Без денег нет любви от женщин –

Женщина грешна судьбой!»

Уже не мальчик – понимаю

и признаю: ошибся я,

Но сам себя не отругаю

ни за мечту, ни за тебя.

И за любовь платить не стану!

Брошу тетрадь в огонь костра,

завою волком и в тумане –

теперь я есть твоя душа!..

Ты ведь хотела мою душу?

Возьми – отдай её другой,

кому, быть может, я не нужен,

да для меня сторгуй покой…

Я ведь состарился за партой,

хотя и не стыжусь, любя!

Моя душа в тебе – оплата,

за то, что ты судьбой грешна!

Глава 3. ...Сердце у порога

Я говорю с тобой всю ночь,

Возражаю – объясняю,

А сам себя ведь убеждаю,

В том, что пора, пора мне – прочь!

И даже сердце у порога,

Плечи не ждут с мороза рук,

Взгляд убегает от былого –

Я тебе ни враг, ни друг.

Любимый? Но и ты любима!

Единственный? Не обо мне!

С самим собой наедине

Давно, а счастье – мимо!

Не проклинай свои мечты,

Не кори мои пророчества –

Разлуку я позвал, но ты

Не спасла от одиночества!

Февраль 2025 г.

Глава 4. Покаяние сына

Мы умираем в молчании родных,

А дети вырастают и немеют,

И даже смех их чаще – для других,

Но слёзы не молчат, когда болеют;

Когда любовь обидит и предаст,

Когда сума им давит на колени

Или когда к суме судьба додаст

Долги и одиночество в постели.

Да разве только в этом – их цена

Родителей своих по умолчанию?

А может, в этом, в этом, и тогда –

Живём мы в поклоне ожиданию?!..

Я думаю об этом каждый раз,

Когда во мне молчанию не спится,

А ожидание с бессонных глаз

Сына покаянием струится…

Декабрь 2024 г.

Глава 5. Скорбь неба

…Падал снег, продолговато-мокрый,

Слезами, в полночь, умерших людей,

А я читал, войной приговорённый,

Это послание от Судьбы своей.

Я думал об одном: думал о том,

Что ждёт меня в краю неблизком

До родины в степях, где отчий дом

И террикон пронзает небо обелиском…

Фонарь горел вдали, звездой мерцая,

Руки тепло искали – дрожь молилась,

Глазели лужи, блеском ублажая,

Чтобы сердечко птицею не билось.

Я небо спрашивал, за что мне это всё:

Бежал от зла, а прибежал в нужду?!

Но что ужаснее – всё, что не моё,

Меня же и изводит на беду!

Не крал чужое и не сходил с ума,

Желая ослепить кого-то где-то…

И вот стою: совестью раздетый

И то же одиночество-тюрьма…

Жизнь прожита акацией колючей –

Чернела рядом, уже и не цвела, –

А память за меня и мною мучит

И подымает белый флаг душа…

По-прежнему бесшумно плакал снег,

Продолговато-мокрый – скорби свечи,

По убиенным, умершим, и грех –

Будто он мой! – сутулил болью плечи.

Так что же ждёт меня вблизи Днестра?

Где любят так же, ненавидят так же:

Как я любил, боготворя себя,

И ненавидел от себя подальше!

Добра щепотка пряталась в кармане,

Глаза мне застил сигаретный дым –

Крестясь, я уходил свечой в тумане,

Свечой-огарком с пламенем седым…

Декабрь 2024 г.

Глава 6. Речушка-нож

Стоял над речкой подо льдом

И видел в блеске лезвие ножа,

Что так безжалостно изрезало меня.

Внезапно, ночью и тайком!

Я знал – это война глумится:

Радуйся, что жив, уже бы сгнил…

Да: согласился (полдень загрустил,

Ветер притих, потом заторопился),

Но стал собакой я на пепелище;

Глодаю кости и вою на Судьбу,

Прячусь от сумы в чужом краю,

Да справка ВПО твердит мне – нищий!

И нет клыков, чтобы загрызть нужду,

И нету сил, чтобы догнать позор,

Шастает повсюду, точно вор,

Обман, что зло переживу.

А блеск речушки слёзы торопил,

Льда кромку обламывало солнце,

Горчили губы на морозце –

Курил, вздыхал, и болью жил.

За что – война? Зачем ты, Бог,

Разума лишил нивы и степи?..

Зачем кнут заменил на цепи?..

Отче, ты даже церкви сжёг!

Бог ни при чём, я это понимал,

Увидел не речушку – горе,

Мирских людских страданий море,

А смерти блеск вдаль убегал.

Пошёл и я, в свой закуток-беду,

Как тут во мне заговорили раны:

У горя можно отмолить войну,

Пока не стало море океаном!

Февраль 2025 г.

Глава 7. Кувшин

…Да, я – не Бог, но я Мужчина,

то самое, адамово, ребро,

с которого земная жизнь слепила

тебя, …кувшином!

А в нём – вода вином,

вино водой, чтоб пил и наслаждался,

страсть утоляя, да не сходил с ума –

ты Женщиной ведь не моей была,

а до тебя не раз я напивался.

До боли горьким! До безумства сладким!

Боль запирала в погребах проклятий,

Чтоб на любовь я не был падким

и чувств, корыстных, избегал объятий.

Пойми: хочу кувшином любоваться,

Признав, что до тебя побил горшки…

Хотя бы раз не собирая черепки,

Вдыхать любовь, но не напиваться!

октябрь 2024 г.

Глава 8. Имена Разлуки

Да, бывает: заговариваюсь прошлым,

этим – знаю! – обижаю ненароком

и, не надеясь быть тобой прощённым,

в неловкость забредаю одиноким.

Не знаешь: имена Разлуки – та же спичка,

зажжётся, обожжёт, но от свечи...

Ты боль нечаянную прошлому прости –

обмолвилось не сердце, а привычка!

Ведь прошлое как руки на плечах:

напомнят…, или остановят…,

всё, чем и кем я жил – невольный повод

повиниться в нечаянных словах.

Нет-нет, я не оправдываюсь – сам страдаю,

позвав тебя именем Разлуки,

при этом в нежности твоей я забываюсь

и не из прошлого целую твои руки!

Глава 9. Грешна судьбой

Я убегаю от любви –

Она меня тобою мучит.

Ты будто бы с высокой кручи

Швыряешь сердце – забери!

Ты так привык, что я не каюсь

Собой за женскую судьбу:

Любить за что-то. …Возвращаюсь

И снова под уклон лечу!

Как ты жесток, так я упряма

И, падая, уже бегу к тому,

Кого не видела-не знаю,

Но лишь за что-то полюблю…

Да, женщина грешна судьбой,

И звёзды ей дарить не надо,

Отдай кому-нибудь: другой,

И звёздный холод снегопада.

Отдай себя в конце концов,

Той самой круче, став паденьем

На судьбах женщин всех крестов,

Поставленных без сожаления

Тобой! Тобой! Одним тобой!

Декабрь 2024 г.

Глава 10. Глоток Печали

Просил и умолял: «Не уходи!

Перетерпи меня в пристрастиях...»,

А ты молчала на моей груди,

но вздохом отвечала, что несчастна.

Ушла, когда уснул в тревоге я,

проснулся брошенным, забытым

(и берегу глоток, как кровь, вина

в бокале, тобою недопитом).

Ах, как ругал себя, и окна бил,

кулаком наотмашь – задыхался!

Но от боли лишь сильней любил,

и до полусмерти напивался.

А недавно я узнал – живёшь одна,

что готова век дожить со мною;

что счастлива была – не поняла,

да обида увела с собою!

И я – вдали! И венчанный с другой,

засыпает на моей груди голубкой…

И нет её вины, что за стеной

уже стоит и ждёт беда: Разлука!

...В моей руке бокал вина, как кровь,

что на глоток оставила Судьба –

допьёшь?! Или, быть может, я

выплесну в лицо Печали боль!..

июль 2024 г.

Глава 11. Вкус губ твоих

Вкус губ твоих как послевкусие

от выпитого «Монастырского» вина:

горчинка сладкой-сладкой грусти

и этим может быть объяснена:

о ком грустишь?

Хотя молчи!

Выпей со мной ещё бокал вина,

но послевкусие меня не торопи –

друг друга мы не выпили до дна.

Если – любовь, страсть подожжёт желания,

а губы наши выкрасит заря

взаимностью нежного признания,

что вместе мы не просто и не зря.

...Уж за полночь, да полон твой бокал,

а первый выпит за нашу встречу,

и тот, о ком грустишь, нам будто наливал

и не зажёг поэтому ароматические свечи.

декабрь 2023 г.

Глава 12. Дочь плакучей ивы

Я так люблю тебя, что не могу простить,

Ведь это чувство нам даётся дважды –

Сердце своё зажечь, не погасив

Сердце того, кто ищет в ком-то счастье!

…Я догорал, когда крылатый ветер

Принёс тебя листком плакучей ивы,

Шальной в мечтах, весёлой и красивой,

Надежду подарив мне в зимний вечер.

Согрел тебя своим теплом любя,

Превращаясь в пепел серебристый,

Но верил-ждал, что подожжёшь меня

Собой, такой лучисто-остролистой.

И воспылаем мы и озарим

Верностью сердец, одно другому,

Всем, кто в пути Любви, дорогу

И под Луной когда-то догорим.

Да ты была плакучей ивы дочь,

И каплями с листка меня томила,

Пригнал бродяга-ветер гром и дождь –

За что, скажи, меня ты потушила?!

Тебя мне никогда уж не простить

Ведь чувство для двоих даётся дважды,

Чтобы зажечь себя и возродить

Огонь Любви в чье-то золе несчастья!

Декабрь 2024 г.

Глава 13 Локоть-коготь!..

Мужчиной нельзя мечтать,

А Бог не сказал об этом,

Но повелел всем прощать

Всё от греха!

Ответом:

«…Грезила только тобой!»

Не отмолить ни себя,

Ни что манило звездой,

Будто теплом огня.

А я, согревшись тобой,

Поверил жарким губам –

Вспыхнул венчальной свечой,

Да взор потушил обман…

…Мужчиной нельзя мечтать –

Грех это!

…Будь любима!

И перестань себе врать:

Грёзы твои – одержимость!

В мерцании звёзд не ищи

Глаз ни укор, ни печаль –

Я у судьбы попросил

В ноги бесстрастную даль.

Мужчиной нельзя мечтать,

И он – не плечо, а локоть,

И если об этом не знать –

Нарвётся сердце на коготь!..

… Очень больно, знаю, прости,

А мне в мечтах твоих больно –

Мечты на мужской груди –

Руки, что тянутся к горлу!

Глава 14 Любовь Полынь...

Не раз терял себя, но находил

И в жизнь врастал своими же корнями,

Утраты сердца им же пережил,

Все – от Любви! А днями

Встретил женщину, которую любил,

Уже чужие – вроде незнакомы!

Смотрел ей вслед, недолго, докурил.

Ощущение такое – будто на перроне,

А поезд, прогремев на стыке рельс,

За меня решил: не потеряйся снова!

Вернулся я в свой временный отель,

И сердце мне – ни слова, ни полслова…

Любовь Мужчин – перрон и ожидание,

И каждый ждёт своё, что оплатил

Или ещё оплатит за стенания,

Которые возлюбленной простил,

Не раз, не два. И не ушёл с перрона,

Когда, гремя на стыках рельс,

Поезд увозил в общем вагоне

В улыбку нарядившуюся месть!..

Правда, наверное, что помним мы

От Бога первое – живём последним

Из цветника Любви, но от Судьбы,

А прочее и видится бесцветным.

Моё «последнее» притопает – узнаю!

Моя последняя… – если повезёт,

Если кроссворд такой сам разгадаю,

Тогда и озарится небосвод!

Не вырастают крылья у Мужчин,

Цветы – их чувства букетом за спиной,

А я, похоже, собирал полынь,

Хотя под звёздами и под Луной!

Ноябрь 2025 г.

Глава 15 Печаль уходит в ночь...

…Печаль уходит в ночь, где нет огней,

нет запахов, теней и звуков,

здесь будет казнена разлукой

моя последняя любовь! Над ней

крестом буду стоять в плаще из ночи,

дышать молчанием холодных губ,

запрятав стон в дрожанье рук –

предчувствие во мне это пророчит.

О небо, отмени свой приговор,

отправь разлуку в затяжную осень –

ведь я ещё люблю! Люблю, и очень,

да и пустое сердце как укор!

За лето не прошу – оно сожжёт

мою любовь, открытую как шея

той, о ком всего-то сожалею,

но с болью в сердце, а оно не врёт.

Позволь мне унести любовь в себе,

какой бы ни была она – моя!

Я увезу её в родные мне края

и затеряюсь с ней в своей судьбе.

Откажешь, не завоет горький плачь

над погребением любви при жизни,

в ночи без звёзд, без тени укоризны

за то, что сам себе я – жертва и палач.

Признаюсь наконец: кого я целовал

в искренности безоглядной страсти,

любимой по ошибке называл,

в лицо не зная ни верности, ни счастья!

Январь 2026 г.

Глава 16 Последний поцелуй

У поцелуя есть губы и глаза,

Руки, обнимающие страстно,

Дыхание двоих, потом – слова.

Или молчание, оно понятно:

В глазах – восторга карнавал,

Губы наслаждением измазаны,

А руки будто бы привязаны

К тому, кто обнимал и целовал;

Есть имя, оно греет по ночам,

Под звёздами ласкает до зари,

Разрешая солнечным лучам

Себя как пробуждение дарить.

У поцелуя есть грёзы и мечты,

Но нет у поцелуев одиночества,

Оно за спинами целующихся топчется,

Ожидая неверности в любви!

…Целую пальчики, ладони и плечо,

Взглядом сторонясь и глаз, и губ –

Прощение всегда ищет лицо

А расставание касается лишь рук.

(Меня, любимым, придумала зима

И инеем во мне засеребрилась,

Но не смогла согреть и разозлилась,

Превратив любовь в кусочек льда!)

Февраль 2026 г.

Глава 17 ...Украсть наказание!

Я хочу быть тебе дождём, солнцем после, закатом ночью и заливистым соловьём утром ранним… Божью милость у неба прошу – не могу разлюбить и больно! И досадой дышу, дышу, а любить до безумства – поздно! Потому и хочу быть дождём, чтобы слёзы твои не видеть, целовать вечерним лучом, сумрачным – им не обидеть. Ночью к окнам твоим припасть, укрывать до зари сиянием, спеть рассвет и …себя украсть У тебя как наказание!

Август 2025 г.