«Перстень Вильнэллы»: часть третья, глава первая

«Перстень Вильнэллы»: часть третья, глава первая

Окливий

Великий Роман в стихах «Перстень Вильнэллы»

Часть третья: «Роковой выстрел»

Глава первая: «Визитёры»

Опаловые отсветы. Тишь. Умиротворение.

Лучики солнечные. Лёгкое волнение

Воды у свай старинного причала.

Поверхность озера, зардевшись, замерцала

И вновь покрылась сыпью синеватой.

Краска под утро стала густоватой.

Контраст.

Художница создаст

(Не из наитий ли благих?)

Этюд, избавленный от мерзостей людских.

Кисть ли?.. перо ли?.. чем богат Пиит? –

Птица, парящая над чащей – мелкий штрих:

Он неизбежно будет стёрт, размыт;

Сведён к безделице, к забвению.

Также как день, что обезврежен и забыт…

Ночь вычерпалась по минуте, по мгновению,

По капле, по самовыражению…

Необратимо… кап… кап… кап…

Глас вечности – тягостен, ненавязчив, слаб,

Но слышен; и отчётливо порою. К сожалению.

Он призывает к сдержанности, к примирению…

Глас вечности не интересовал Фельению.

Ночью красавице мешали спать кошмары.

Ей снились братья-пивовары,

В таверну коих она часто заходила,

Когда в Ангейме у сестры гостила.

Сон ненавистный повторился вновь:

Братья варили человеческую кровь.

Один из них приплясывал, кричал: «Готово!

Клянусь печёнкой Юбколова! –

Варево, брат, удалось на славу!

Ультэли, подноси приправу:

Дырявые кишки отъявленных мерзавцев

И прах костей, подохших от запоев старцев!..».

«Несу! – орал Ультэли. – Не варево, а мёд!

Оно любую пьянь ангеймскую проймёт!

Ха-ха-ха-ха!.. пусть посетители хлебнут…».

«Тащи-ка, брат, ивовый прут. –

Вопил беззубый пивовар. –

Перемешаем хорошенечко отвар

И угостим принцессу им, когда она проснётся!

Пусть отхлебнёт с излишком… да не поперхнётся!..

Ха-ха-ха-ха!..». «Ха-ха-ха-ха! –

Вторил Ультэли. – Потроха

Врагов поверженных – прекрасная закуска!

Поддай-ка жару, трясогузка!..».

Фельения ворочалась в постели.

«Кишки дырявые… о, винные купели!.. –

Горланили, охрипнув, пивовары. –

Таверны… девки… крысиные амбары!..».

«Амба-а-а-а-ры-ы-ы!.. – запели братья, стоя у котла. –

Попа-а-а-вшая в кишки-и-и-и стрела-а-а-а!..».

Смех… на́ пол падает замызганный колпак…

Фельения проснулась. Утро. Полумрак.

«Какая мерзость! – процедила девушка. – Черпак,

Котёл, варево… братья-недоумки!

Фу!.. Отвратительные крики, шутки!

Сон отвратительный… хуже вечерней скуки…».

Услышав голосок возлюбленной, проснулся и Массэлий.

В спальню влетали звуки птичьих трелей.

Лягушки квакали надрывно в камыше.

Внизу – на первом этаже –

Кто-то гремел (периодически) посудой.

Воспользовавшись выскользнувшей (из безвременья) минутой,

Принц поспешил невесту успокоить.

Девушка не пыталась огрызаться, спорить;

А через четверть часа парочка спустилась вниз.

С озера дул приятный свежий бриз.

На кухне, где стояли три тростниковых стула,

На кухне, чьи окна настежь распахнула

Неутомимая колдунья (знаток обрядов, загово́ров)

Влюблённые увидели «актёров»:

Ультэли и супругов-«новосёлов».

Утренний сумрак ещё не покинул особняк.

Нескромное убежище бродяг

Куталось в лиственную яркую накидку.

Дом издали напоминал улитку,

Забравшуюся под упавший лист.

Но, к счастью, небосвод опять лучист

И малооблачен; очерчен белизною окоёма;

А, соответственно, пространство дома

Полакомится сладким жёлтым светом,

Позволив нежащимся в комнатах предметам

Блестеть, взаимодействовать с тенями, согреваться

И оживать… либо – ожившими казаться…

Завтрак готовила Альфенна, а Флосей

И любознательный Ультэли – помогали ей.

Благодаря стараниям Греоды и Вурьика

(Стараний их понадобилась – сущая толика),

Меню островитян пополнилось различной дичью.

Даже Фельения, преодолев стеснительность девичью,

Оруженосцев принца похвалила.

Теперь Альфенна дичь в котелках варила.

Она приветствовала принца вежливым поклоном,

На что Массэлий ответил мягким тоном:

«Прекрасная Альфенна!.. я же вас просил!..

Оставим церемониал! Он утомил

Меня ещё в недавнюю ту пору,

Когда я вызвал Юбколова и Умору

В свой замок родовой перед поездкой…».

Альфенна (улыбнувшись):

Я… не хотела показаться… резкой…

Массэлий (принюхиваясь к запаху готовящейся пищи):

Резкой?! О, нет! Я с детства знаю вас, Альфенна;

И помощь ваша поистине бесценна.

Принц не осмелился б в чём-либо обвинить

Друзей невесты… незачем юлить…

Здравствуй, Флосей. Здравствуй, Ультэли.

Флосей (доброжелательно):

Здравствуйте, принц. Вы, право, посвежели!

Ультэли (отмывая разделочный нож):

Доброе утро, уважаемый Массэлий.

Фельения (всем присутствующим – зевая):

Доброе утро.

Альфенна (устремляя на принцессу лукавый взор):

Как спалось, красотка?

Фельения (махнув ладонью):

Скверно. Мне снилась гадкая каморка…

В ней два урода, хохоча, варили пиво

Из крови человеческой…

Ультэли (смеясь):

Дрянное диво!

Альфенна (с укором взглянув на «предсказателя»):

Сон сей – к беде!

Флосей (жене – смахивая крошки со стола):

Вывод негодный.

Сон – это словно дух бесплотный:

Возник, пугнул да испарился.

Массэлий (одобрительно кивнув):

И я о том же сказать поторопился

Возлюбленной, когда она

Остатки прогнала дурного сна.

Фельения (Массэлию):

Мерзавцы пели песню о кишках…

Ультэли (похохатывая ещё громче):

Ай, гнусные клопы! Кишечный крах –

Болезнь нередкая. Ею страдают воры,

Злобные чужеземцы и обжоры,

А ра́вно – богачи…

Массэлий (с притворным недовольством):

Но-но!

Я ведь богач! Мне, значит, суждено

Страдать болезнью, названной тобой, Ультэли?

Ультэли (продолжая веселиться):

Не обязательно.

Массэлий (посматривая поочерёдно на Ультэли и супругов):

Вы, очевидно, преуспели

В науке знахарской?

Альфенна (грозя кулаком хохочущему «предсказателю»):

Забудьте, принц, о вздоре!

Массэлий (переглядываясь с невестой):

Кишечный крах… хм… о подобной хвори

Я не слыхал…

Фельения (снова зевнув):

И не услышишь – уверяю – впредь.

Флосей (присоединяясь к смеху):

Да, от подобной хвори умереть –

Участь постыдная. Фу!.. Крах кишечный!

Ультэли (другу – гогоча):

От оной хвори жмых помогает огуречный.

Массэлий (Альфенне):

А что у нас на завтрак?

Альфенна (указывая на котелок):

Мясо отварное.

Массэлий (потирая ладони):

Великолепно. Кушанье простое,

Но сытное. Я позову Вурьика и Греоду.

Зря они разве ходили на охоту?

Юношам нужно хорошенько подкрепиться.

А вкусная – варёная! – лесная птица –

Лучший предлог прервать дежурство.

Да, все мы ценим кулинарное искусство!

Важно, чтоб нас (простите уж за балагурство)

Не прохватил потом… кишечный крах!

Альфенна (ехидно ухмыляясь):

Массэлий, Ультэли – вертопрах!

Сказочник! Потому городит чушь.

Массэлий (удаляясь):

Альфенна, мы забрались в эту глушь,

Рассчитывая отыскать Фельению.

Я отношусь… скорей… как к развлечению

Ко всем сопутствующим поиску явлениям;

И в том числе – к шутливым изречениям.

Задача выполнена. Вуаля! Конец сомнениям.

Фельения (вслед удаляющемуся принцу):

Ждём с нетерпением воинов смелых.

Флосей (приближаясь к жене):

Жаль: не успели мы собрать ягодок спелых…

Массэлий, спустившись на причал,

Позвал Вурьика и Греоду.

Принц с полминуты, молча, простоял,

Осматривая лес, искрящуюся воду.

Даже в час ранний – ощущался солнцепёк.

Пустынно. Только тоненький дымок

Вился над чащей, над долиной

(В тот век – почти непроходимой).

Что это? Свидетельство присутствия врагов? Намёк?

Угроза? С губ юноши слетел дрожащий вздох…

Уставшие герои ели быстро, ибо знали:

Враги за островом, злясь, наблюдали.

Какие замыслы роились днесь в их головах?

Распространявшийся «пивным путём» «кишечный крах»,

О коем вспомнил Ультэли-острослов

Вряд ли прохватит многочисленных врагов!

Сей мор опасен лишь для болтунов;

А ждать сочувствия от злобных крикунов

Островитянам – что скрывать? – не приходилось.

Как только пиршество (простое) завершилось,

Юнцы (которых вымотало долгое дежурство),

Нахваливая кулинарное искусство

Кудесницы Альфенны, отправились вздремнуть.

Но явь, увы, не обмануть:

Поспать им удалось всего часа четыре.

Греоде снилось: он сидит в трактире

И пьёт настойку за здоровье королевы.

Вурьику же приснились… ну, конечно, девы!

Грубые девы из домов увеселений.

Потом служивых разбудил Массэлий

И сообщил: к острову движется – неотвратимо! – плот.

«Пьфу, дьявольщина! Мало нам забот!.. –

Пробормотал Греода, подойдя к окну. –

Клянусь! Гостям назойливым я шеи-то сверну!

Либо их стрелами проткну...».

Массэлий (подходя к Греоде):

Прошу прощения, друзья, за беспокойство,

Но за излишнее геройство

Вы сами меня будете корить.

Вурьик, ты повелел вас разбудить,

Если возникнет вновь опасность.

Вурьик (присоединяясь к принцу и сослуживцу):

Верно, Массэлий. Я обожаю ясность.

Благодарю. Ты вовремя охрану разбудил.

Греода (зевая):

Мы не покажем визитёрам тыл.

Плот далеко. На нём два человека.

Вурьик (потягиваясь):

Переговорщики.

Греода (пренебрежительно):

Либо лазутчики, коллега.

Вурьик (сосредоточенно вглядываясь в даль):

Возможно. Ладно. Встретим визитёров.

Разведка… под видом… ха!.. переговоров?

Ах, до чего же недотёпы простодушны!

Массэлий (ощутив прилив злости):

Мерзавцы, вероятно, безоружны?

Греода (переводя взгляд на сослуживца):

Скорей всего, но…

Вурьик (угадав ход мыслей собеседника):

Полностью согласен.

Враг – даже безоружный – коварен и опасен.

За жизнь Массэлия мы отвечаем головой.

Греода (положив ладонь на плечо принца):

Спрячемся за стволами, за листвой,

Направив арбалеты на врагов;

На жаждущих «добавки»… смельчаков.

Вурьик (становясь серьёзным):

Массэлий, тебе придётся вступить в переговоры.

Массэлий (с презрением):

Я рад. «Худой мир – лучше доброй ссоры»?

Так, кажется, орал вчера их предводитель?

Ха!.. Выискался гречкосей-мыслитель!

Греода (погрузившись в размышления):

Не разрешай болванам подплывать

К причалу ближе, чем на десять ярдов.

Хотя мы сможем – без труда – перестрелять

Сих неудачников-«пиратов»

С любого расстояния. Беседуй смело.

Вурьик (спеша дополнить):

Не раскрывай того, где спрятана «Дженнэлла»;

И вообще, Массэлий, ничего не раскрывай.

Массэлий (выразительно посмотрев на Юбколова):

Ты думаешь, что принц растяпа?.. краснобай?

Вурьик (поглаживая щёку):

Нет-нет, просто двуногие – рабы эмоций.

Да, после нескольких дразнящих порций

Любая лакомка обычно «входит в раж»!

И освежающий не помогает флёрдоранж!

Подчас мудрец, поддавшись уговору чувств,

Становится источником безумств…

Массэлий (убеждённо):

Я справлюсь. Возьму с собой Фельению.

Греода (словно очнувшись):

О! Правильно! По моему́, Массэлий, мнению

Твоя невеста – рассудительна, умна.

Вурьик (с горячностью):

Бесспорно! Пусть с тобой пойдёт она;

А мы засядем рядышком – в кустах.

Если увидим хоть малейший взмах

Руки врага – враз продырявим ему пузо!

Греода (обрадовавшись предложению сослуживца):

Отправим ракам на съеденье – карапуза!

Вурьик (горячась):

Глотки им перережем!..

Греода (извлекая нож из ножен):

Четвертуем!

Вурьик (также размахивая тесаком):

Сидя на тушах потрошённых – попируем…

Массэлий (посмеиваясь):

Довольно… хватит… не облизывайтесь жадно.

Защита обеспечена нам… это мне понятно.

Но поумерьте злобу. Вы же не вампиры.

Мы справимся. Поверьте уж, задиры.

Греода (убирая нож):

Тогда идёмте. Времени у нас немного.

Вурьик (злобно):

Не должен то́т бояться жуткого ожога,

Кто вздумал поиграть с огнём.

Идём, Греода; принц… идём.

Переговорщиков ждёт «тёпленький» приём.

Массэлий (направляясь к двери):

Ах, не перестреляйте их случайно!

Греода (зловеще ухмыляясь):

Я новой встрече рад чрезвычайно!..

Массэлий мигом разыскал Фельению.

К его немалому, Читатель, удивлению –

Принцесса ничуть не испугалась.

Альфенна же, в отличие от девушки, смутилась, растерялась;

Поэтому Флосей увёл колдунью в дом.

Ультэли, не будучи заправским храбрецом,

Тоже решил держаться дальше от причала.

(Так интуиция барону подсказала).

Воины спрятались у пристани: в кустах.

Оба держали оружие в руках;

А шепчущиеся Массэлий и принцесса,

Вышли тихонечко из-под навеса

(Густого, лиственного) на причал, на солнцепёк

(Поскольку жарким выдался денёк).

Плот приближался, курс держа на юг – юго-восток.

Солнце скрывалось иногда меж облаков.

Теперь представилась возможность разглядеть гребцов.

Один из них казался человеком знатным.

Массэлий, не страшась прослыть бестактным,

Крикнул, едва широкий плот

Приблизился на сотню футов к пристани: «Вестгот!

Не подплывай, бродяга, ближе. Суши палки!».

«Я не вестгот. Я дворянин; я… сын дворянки! –

Ответил незнакомец сухо.

Голос его звучал надменно, глухо. –

Позволь представиться: меня зовут Вильён.

Оставь, красавчик, свой суровый тон.

Переговоры следует вести с улыбкой.

За́мок доверия стои́т на почве зыбкой…».

Глава первая завершена.

Продолжение следует…

Первая декада Мая 2026-го года