Пара строк

Две тысячи седьмой

Вернись, две тысячи седьмой!

Верни то лето и свободу.

Верни прекрасную погоду

И в прошлом истину открой.

Позволь ослепнуть от лучей,

Что солнце нам тогда дарило.

И сердце правду говорило,

Но я не слышала речей.

Верни знакомые черты,

Обитель мира и заботы,

Волшебный отблеск позолоты

И зарождение мечты.

Всего лишь шанс мне подари,

Чтоб я успела все исправить,

Двоих от горечи избавить,

Что обжигает изнутри.

Пусть все исчезнет в сей же час.

Верни все то, что было прежде!

Я так устала жить в надежде.

Судьба испытывает нас.

Тот взгляд его всегда со мной.

Вернуться бы туда навечно

И жить спокойно и беспечно...

Вернись, две тысячи седьмой!

Утреннее

Если ты что-то почувствовал тоже,

Если, как я, ты не спал до рассвета,

Выйди во двор, прикоснись своей кожей

К новому дню уходящего лета.

Взгляд подними и в небесном просторе,

Там, где луна тает в утреннем свете,

Где в тишине зарождаются зори,

Длинных ночей долгожданные дети,

Ты рассмотри приближение счастья,

Что нам несут серебристые птицы.

Всю свою жизнь перезри в одночасье,

Вспомни ту сказку, что изредка снится.

В памяти все сохраняя мгновенья

Искренней радости прожитой жизни,

Вновь ощути в своем сердце движенье,

Свежей росою в лицо себе брызни.

Пусть она смоет былые невзгоды,

Грусть и печаль, и глубокие раны,

Тайными силами чистой природы

Тут же развеет сырые туманы.

В ярких лучах и течениях ветра

Ты отпусти свою душу резвиться,

Чтобы она, пролетев километры,

Встретилась вновь со своею сестрицей.

Веришь ли ты в предстоящее счастье?

В добрых людей и влияние свыше?

Верь же, как я, и в любое ненастье

Наши молитвы на небе услышат.

Притяжение

Ты чувствуешь? Душа парит

В ночной тиши к сестре своей.

Она о многом говорит.

Осталось лишь поверить ей.

Давным-давно, сто лет назад,

Когда нас не было с тобой,

Витала возле райских врат

Моя душа с твоей душой.

И ближе не было сестер,

Родней и чище остальных.

Но бог, однако, был хитер,

По сторонам раскинув их.

Чтоб на земле, вселившись в нас,

Искать друг друга много лет.

И чтоб прошли мы без прикрас

Все испытанья зла и бед.

И вот теперь, минуя мрак,

Одна душа летит к другой.

И тянет нас не просто так...

С тобою бог и я с тобой!..

Таинственный

Таинственный мой, внимательный,

Признания необязательны.

Я по глазам твоим давно все поняла.

Вновь тихий, как ночь, но светится

Твой образ с далекой лестницы,

Как будто взгляд на небо, к солнцу подняла.

В молчании робком славные

Глаза твои выдали главное

Еще с десяток долгих лет тому назад.

Та встреча судьбой отмечена

И богом была обвенчана.

Случайно встретились мы у церковных врат.

Но так наша жизнь устроена.

Тропа в колеи раздвоена.

Идем по разным сторонам мы до сих пор.

Лишь души соприкасаются,

Не видя, не слыша, маются.

И в редких взглядах свой безмолвный разговор.

Таинственный мой, дождемся ли

Той жизни, что в мыслях прожили

Уж сотню раз, в своих мечтаньях по ночам.

Мы нитью одною связаны.

И пусть те слова не сказаны.

Ты верь, наш бог когда-нибудь поможет нам!

Мама

Я помню, лет мне было мало.

Я правду в жизни находил

И истинных путей начала

Пытался выискать один.

Я помню, близких было мало,

И лишь звезда одна вела.

И та звезда — родная мама,

Что, помогая мне, жила.

Казалось, времени не мало

С тех пор ушло, опять вздохну.

Вновь пред собой, как из тумана,

Я вижу мамочку одну.

Роняю старую газету...

Мой бог, былое дай родство!

Прошу, верни мне ту планету,

Одну лишь звездочку всего!..

Любовь и боль

...А слез ты моих не увидишь

И боли моей не узнаешь,

И грусти моей не заметишь.

Ты этого не понимаешь.

Опять будоражишь рану,

Как будто тебе так надо...

Но снова твоей я стану,

И вновь твоим ласкам рада...

Ты скажешь мне что-то — обидишь,

Взгляд отведешь — я плачу,

А слез ты моих не увидишь,

Я плачу душой, иначе...

Пара строк

Я в пару строк вложу печальный ритм разлуки.

Я напишу о том, что сердце больно гложет.

И пусть стихи мои — одни лишь только звуки.

Быть может сбудется и ты прочтешь их тоже.

Прочтешь когда-нибудь осеннею порою.

И может лучиком мелькнет в ночи улыбка.

Пусть только так смогу я рядом быть с тобою.

Но все же буду, хоть надежда эта зыбка.

В квадратах окон проплывет Луна беспечно.

Растает в облаке прекрасная Венера.

Как знаешь ты, что их движенье бесконечно,

Ты так же знай, что не угаснет моя вера.

Я в эти строки, пусть неловко или кучно,

Вложу всю искренность, тепло души и взгляда.

И пусть стихи мои, увы, неблагозвучны.

Быть может сбудется — прочтешь. Я буду рада.

Загадали

Седая осень обернулась в зиму,

Декабрь промчался, будто пять минут,

И год ушедший отдал побратиму

Возможность новый проложить маршрут.

Опять искрит шампанское в бокале,

Хрусталь блестит и слепит нам глаза.

Быть может, мы друг друга загадали?

Быть может, так же верим в чудеса?

И пусть смешно, и пусть не знают люди,

И пусть сейчас не знаешь даже ты.

В душе моей, как в чистом изумруде,

Не меркнет свет надежды и мечты.

Прошла зима в безумном карнавале.

Весенним ливнем небо взорвалось.

Быть может, мы друг друга загадали?

И потому так трудно выжить врозь?

Уж скоро лето, и в цветках сирени

Ищу заветный пятый лепесток.

Ну кто сказал, что верить — преступленье?

Не тот ли, кто по жизни одинок?

Наступит день, развеет все печали,

И мы опять поищем счастья в нем.

Я знаю, мы друг друга загадали,

И значит — обязательно найдем.

Человеческое

Человек человеку — друг.

Взяться за руки, встать в ряд

Против тьмы, против злых вьюг.

Стоя порознь, не спеть в лад.

Человек человеку — путь,

Что от сердца до сердца лёг

Тонкой нитью — не разомкнуть.

Не запутать, не сбить с ног.

Человек человеку — мир.

Одинаковых двух нет.

Пусть не Бальмонт и не Шекспир —

Есть у каждого свой свет.

Человек человеку — рай.

Где семья, там любви век.

Береги её, не предай.

Ведь на то ты и Человек.

Сентябрь

Опять сентябрь, птицы в ряд,

И теплых строк так мало спето.

Под ноги листья невпопад,

И вновь бросает осень взгляд

На умирающее лето.

Горит свеча в окне чужом,

И тихо бродит грустный вечер.

Мы эту осень переждем,

Пусть льет она седым дождем

На опустившиеся плечи.

Не вспоминай и не грусти,

Пусть календарь меняет даты.

Порой расходятся пути,

Что отгорело — не спасти,

И все кончается когда-то.

И холодам придет конец,

Весна вернется синей птицей.

Пусть счастья призрачный гонец

Тебя отыщет наконец

И скромно в двери постучится.

Одиночка

Как хотела бы я возвратиться назад,

Чтобы мимо пройти, не подняв головы,

Чтоб не думать, кто будет во всем виноват.

Виновата лишь я, может он, но не вы.

Как хотела б забыть и начать все с нуля,

Быть свободной от мыслей и страхов своих,

Чтобы по морю плыть и стоять у руля,

А не прятаться в трюме от взглядов мужских.

Одиночкой быть просто — рекой среди рек,

Быть собой, не тужить, и не в тягость молчать.

До тех пор лишь, пока не придет человек,

До тех пор, пока сердце не станет скучать.

Будто в лес отправляясь знакомой тропой,

Осторожно ступая на камни и мох,

Не боясь промахнуться (ведь мне не впервой),

Вдруг понять — заблудилась! Так в чем же подвох?

Как хотела бы сбросить я тяжесть оков,

Не держаться в тени и не прятать лица.

Только может случиться, что парою слов

Я оставлю на сердце два свежих рубца.

Может быть, вам не стоит ко мне подходить.

Может быть, не должна подавать я руки.

Но как хочется все-таки жить и любить!

Как же хочется верить всему вопреки!

Не сдавайся

По белой стене рядом с дверью подъездной

Упрямо ползет тонкий стебель вьюнка.

Он тянется ввысь, к красоте поднебесной.

Ведь жизнь под ногами давно стала тесной,

И жажда его велика.

Он верит — там солнце и свежесть рассвета,

Далекие птицы парят в вышине,

Что там, средь лучей, начинается лето,

Что там облака нереального цвета

В малиновом тают огне.

Цепляясь за что-то, препятствий не зная,

Стремится он вверх, он готов, и вот-вот…

Но кто-то внизу, спешно мусор сметая,

На тонкость вьюнка в суете невзирая,

Под корень его оборвет.

Случайно иль нет — оправданий не будет.

Нет дела другим, каждый сам за себя.

Лишь ветер увидит, лишь ветер осудит

И сор возмущенно у входа закрутит,

Дверною петлею скрипя.

Не сразу вьюн понял, что мир исчезает,

Сочится из раны незримая кровь.

Он просто мечтал, а теперь погибает,

Он жизни небесной уже не узнает

И под ноги падает вновь…

Вот так разбиваются чьи-то надежды.

Нечаянным словом ли, грубой рукой.

И снова фигура в окне безмятежном

Склонится в молчаньи с тоской безутешной,

Подушки коснувшись щекой…

Перерыв

Я прочту твою суть

До последней страницы.

Мне не нужен вопрос,

Чтоб услышать ответ.

Нам свечу не задуть

И взаимно не спится,

В мир полуночных грез

Не приходит рассвет.

Здесь не место словам,

Здесь молчать больше проку,

Коль руки не найти,

Не увидеть лица.

Пусть душа пополам

И не видно дорогу,

Все ж сойдутся пути

На ступеньках крыльца.

В это веришь и сам,

Ты все знал изначально.

Просто в книге судьбы

Автор взял перерыв.

Он творит по часам

И немного банально.

Он бывает, как мы,

Временами пуглив.

Нам спешить ни к чему,

Мы дождемся развязки.

Виноватых здесь нет,

Хоть и робки шаги.

Я тебя обниму

В своей мысленной сказке,

Только ты мой привет

До конца сбереги.

Портрет

Холодный дом. Стена. Портрет.

Застывший взгляд, подобно стали.

Неброский, бледный силуэт

Не вспомнит рук, что рисовали.

Замерзший лист к стене прижат.

И дождь унылой дробью бьётся.

Наброски старые дрожат.

Художник больше не вернётся.

Уставший фикус стал седым,

Осенней яркости не зная,

Он был когда-то молодым,

Он что-то шепчет, умирая.

Спадают листья на ковёр

И рассыпаются от страха.

И не заметит визитёр,

Что вдруг ногой коснётся праха.

Сквозит, свистит из-под двери —

Напрасный труд. Иссякла вера.

Заброшен дом, и всё внутри

Давно мертво, забыто, серо.

Висит портрет, и взгляд — как лёд.

Так точно списанный с кого-то.

Художник больше не придёт.

Портрет. Последняя работа.

Ветер

Да, меня одарили щедро.

Хочешь — верь, или хочешь — нет,

Но я с каждым порывом ветра

Отправляю тебе привет.

Мне эмоций отлили густо,

Через край, лишь бокал подставь.

В них с избытком видений грустных.

Хочешь — лодкой, а хочешь — вплавь.

Не впервой мне лететь с потоком,

Да судьба выдаёт финты.

В силуэте чужом, далёком

Снова вижу твои черты.

Излечиться — подобно чуду.

Если б кто-то меня спросил,

Сколько времени ждать я буду,

На ответ не хватило б сил.

Как привычно в тени молчаний.

Хочешь — верь, или хочешь — нет,

Но портрет с каждым днём туманней.

Неприглядный такой секрет.

Слышишь, ветер играет в салки

И листву заметает в круг?

Это я — не ходи к гадалке.

Просто вспомнилось что-то вдруг.