Александр Залищук

Памяти известных людей. Посвящения

Джеф Хили

Джеф Хили.(памяти великого слепого блюзмена)

Джеф Хили бьется, словно птица, в душу. И рвут , корежа. Воплем. Ноты те... И вылетают звуками. Отдушина. В тяжелой, вязкой, вечной темноте.

Памяти Маришки Вереш

Памяти Маришки Вереш.

А помните Маришку Вереш? И мало кто ответит утвердительно... Она болела, не теряла веру. Все это горестно . Действительно.

"Шизгару" помните? Спросил я зря. Конечно же! Я сам ее люблю. Она была солисткой «Shocking Blue». И умерла. Второго декабря.

Маленькая ода Юрию Семецкому

ОДА СЕМЕЦКОМУ

Когда в пучине сложных дней

мне грустно не по - детски...

я вспоминаю, что больней

дорогой шел Семецкий.

Его пытались убивать

и часто убивали.!

Вот это жизнь, едрена мать!

ему наколдовали.

Он шел и шел - то там то сям

к известному финалу...

И, затаив дыханье, вся

страна ему внимала.

А сколько раз он был убит?

Раз сто...А, может, двести...

Пускай звезда твоя горит

Бессмертнейший Семецкий!

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%B5%D0%BC%D0%B5%D1%86%D0%BA%D0%B8%D0%B9,_%D0%AE%D1%80%D0%B8%D0%B9_%D0%9C%D0%B8%D1%85%D0%B0%D0%B9%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87

Памяти Башлачева

Памяти Башлачева.

Отзвенели твои колокольцы... И Сибирь подарила снега. Но к могиле твоей богомольцы не идут, потеряв берега.

Утонула ладья в рваной ране... и, затихнув, гитар перезвон эхом близкой беды не поманит. И вплетется тревожащий стон.

Взгляд в пустое окно, что дождями все рыдает. Да как-то взахлеб... Не поймать твою душу сетями. Слышишь - комья земли бьют о гроб...

Только песни останутся. Будут словно духи, тревожа, летать. - Я тебя никогда не забуду... Только... некому небо латать...

И послышится шепот чуть слышный: - Я свое отзвенел. Дальше - сам... - Кто же строчку ТУ, Саша, допишет? ... только ветер - по волосам...

Борису Рыжему

Борису Рыжему...

А мы могли бы подружиться.

Как два боксера. Два поэта...

На камень тихо снег ложится.

А, впрочем, стоит ли - об этом.

"В кварталах дальних и печальных..."

строка звучит. И отзвук эхом.

Костер из неба. погребальный.

Душа взорвется. Горьким смехом.

А Мастеров...

А Мастеров, как Маргарит, увы, на свете - единицы... И их в дожде размыты лица. Костер их сердца догорит и с ветром, пеплом - вдаль. По свету. Во все края, во все миры. "Мне с ней совсем не надо света..." Свеча, ЛЮБАЯ, догорит...

Памяти Анны Самохиной

Ты ушла, скользнув по лунной дороге... И, быть может, скажет кто - раньше срока! Но известен каждый срок только Богу. Ты ушла... в твоих глазах нет упрека.

Жизнь свою ты не жила - танцевала, и, в сиянии этих глаз и улыбки королевой ты была среди бала, что не ведает в поступках ошибки.

Каждой ролью, каждым взглядом с экрана завораживала ты и манила. Ты ушла... и ведь действительно рано - не допела ты и не до любила.

Полной жизнью ты жила, захлебнулась... не дано , знать, людям жить так на свете. И свечу, что так горела - задуло. Почему? На это вряд ли ответят.

Ты ушла и нет тебя, только фото. Только фото, только фильмы и память... Кто-то помнит, кто - забыл, ну а кто-то понесет на сердце горечи камень.

Боже! пусть в Твоей заоблачной выси, там, где ангелы ведут свои речи, пусть Ее не то, чтоб сразу - возвысят! пусть не ждут - хотя бы выйдут навстречу.

Пусть такие ей достанутся роли, о которых не мечтали и боги. И, пускай, ее все это устроит на другой , уже не нашей , дороге.

И неважно,- что там - в том закулисье. Мы там будем, пусть не все будем встречены. Ты была такой красивой Актрисой... И такой Обворожительной Женщиной!

P.S. С этого стиха, после десятилетнего перерыва я продолжил, или, точнее, опять начал ухабистый путь в поэзии... Не мне судить, какой я автор.

Баркас

Баркас.

...и зависнет брошенная фраза,

как над птицею, сгустившись, воздух:

- Верещагин! Уходи с баркаса!

Не уйдет... Он не успеет просто...

Вроде бы так надо - по сюжету.

Но опять ...Опять влажнею глазом,

когда снова слышу фразу эту:

- Верещагин! Уходи с баркаса...

Отчего же мне неймется, право?

Оттого ль, что ближе мне по духу

всех в том фильме бравый Верещагин...

Я смотрю, смотрю тот фильм по кругу...

Вот опять - последнее мгновенье

Сухову как будто по заказу...

В небеса уходит светлой тенью

Верещагин, все решивший сразу...

И щемит мне сердце и тревожит.

Нервно закурю я сигарету.

Было б Верещагиных побольше -

вывелись бы АбдуллЫ с Джавдетами...

Ни, то й ни...

Ни - то й ни...(якый письменник, такый и виршик)

Есть пейсатель один. Он в дозоре стоит. То - в Ночном он стоит, то - в Дневном. В психдиспАнсере кем-то он там состоит... По трудам его сняли кино.

Отстучал он на "клаве", а "клава" - в руках, что не надо печатать его на украинском - лучшем из всех, языке! И... не стали печатать его.

Нужный

Нужный.(пусть будет ода...)

В разное время... В эпохи разные. Когда вовсе все было на грани, Приходил человек опасный. И с собой привносил испытания.

Но с чьего-то там благословения, или с чьей-то легкой руки, с ним надежными были мгновения! С ним - спокойнее были деньки!

Сквозь разломы ушедших столетий смотрит с фото на нас лицо... Он придет - и заставит ответить! Негодяев . И подлецов.

Вы надейтесь. И будет Чудо! И счастливее станут люди! И крепчает Россия, покуда у руля её - В.В.Путин!

Маэстро

Маэстро(Леонарду Коэну)

- Маэстро! На память! Две строчки! Прошу... Напишет. Вздохнет после точки: - Грешу... Вздохнет. Держит сердце рукою - умолк. - Вам плохо? Что... с сердцем? - Такое... Как волк. Ни с кем, ни о чем он не хочет - душой. - Маэстро! - попросят - Две строчки! ...ушел

По дороге с Рэем Чарльзом

По дороге с Рэем Чарльзом.

Пенится кровь. Из наушников - блюзы Рей Чарльза.

Сердце - как будто кусок, не разбитой на части, слюды.

Я... попытаюсь. Еще раз. Уйти от грядущей беды.

Если получится. В ритме, колышащем, вальса.

Я попытаюсь. Дожить, долюбить. И - дойти.

Зубы сцепив. Под аккорды слепого блюзмена.

Мне с катафалка с улыбкой махнет и простит

Смерть, что давненько уж с кровью замешана в венах...

Рей свое соло дотянет. Уйдет, не спросясь.

Где-то затихнут следы в непроглядном тумане.

Этого дня у меня никому не украсть.

Это - дорога. Моя. И, надеюсь, она не обманет.

Памяти Долорес Мэри Айлин О Риордан

Памяти Долорес Мэ;ри Айли;н О’Риордан

Ахой, Долорес! Кто споет мне "Зомби"?

Куда ты, фейри? Зря ты - в тот туман...

Не жаль мне крови. Только в гекатомбе

нет проку. Не вернуть уже. Обман...

Все мимо - люди, города, столетия.

О'Риордан... я снова опоздал.

Известия порой секут, как плети.

И гаснет, незаметная, звезда.

Звучит тот голос. Наполняет вены

то гневом битвы, то - больной тоской.

Ты в жизнь вошла той песнею, мгновенно.

Тебя запомню я. Навеки. Вот такой...

Андрею Крузу, писателю и человеку

Андрею Крузу, писателю и человеку.(Андрей Круз (настоящее имя Андрей Юрьевич Хамидулин; 26 января 1965 — 20 февраля 2018)[1][2] — популярный современный русский писатель-фантаст[3].)

Чем-то тревожит не спетое. Памятью у виска. Молча и глухо посетую. Ну...да и Бог с ним. Пускай.

Выстрелит недосказаность Прерванный диалог. Давится прошлое фразами, ластится кошкой у ног.

Залпом ударит отчаяние. Помню...Прощай... Не вини... Ты извини - за молчание. Боль недописанных книг...

Джульет Мерион Хьюм

Джульет Мэрион Хьюм

Крадется девочка с кирпичом. в чулке замотанном старом. Назад отведенное плечо готовится для удара. Лицо у девочки напряжено. И профиль у ней точеный. Зря мамой подружкиной решено, что вместе не быть девчонкам.

А дальше... после ... была тюрьма. Годами скрывала личность. Писала романы она сама, Складируя в банк наличность.

Но это будет ПОСЛЕ ТОГО - полиция, тюрьмы, судьи... Сейчас же что-то толкает: Гоу! И привкус - вершителя судеб...

Энн Перри (англ. Anne Perry, урождённая Джульет Мэрион Хьюм, англ. Juliet Marion Hulme; род. 29 октября 1938, Лондон, Великобритания) — британская писательница, дебютировавшая в 1979 году. В возрасте 16 лет она совершила убийство матери своей подруги, за что была приговорена к тюремному заключению. После освобождения Хьюм сменила имя и занялась писательской деятельностью[1].

Трубач

Трубач. (памяти замечательного писателя и человека, Михаила Глебовича Успенского, которого сегодня не стало. Мне повезло с ним общаться)

Шел трубач, трубил на всю округу. Подпевали птицы трубачу. Лес шумел в ответ ему, как другу. Он трубил. Все было - по плечу...

Музыка его была задорной, Иногда - задумчива и зла. Он был уникальным. Неповторным... Нотам тем, казалось, - несть числа.

Но, внезапно, замолчал, и руки опустил он. Рубанув сплеча смерть косою оборвала звуки. И не стало в мире Трубача...

Но, спустя года услышу, вроде музыку знакомую мне. Но... нету Трубача ведь? А мелодия - все равно осталась. Все равно...

Памяти Евгения Евтушенко

Памяти Евгения Евтушенко.(великого поэта сегодня не стало...)

Ну вот и все. Ушел и ты, Евгений. Один из тех, на чьих стихах я рос. Такой большой, неоднозначный гений. А я любил его стихи. Всерьез.

Давным давно,( мне повезло встречаться), Он мне сказал : Пиши. И будет толк. Пишу я. Хоть и не могу ручаться, что есть он - больше как-то "в стол".

А Евтушенко...Больше нет поэта. Душа взлетела в небо. Дивный птах. Он никому уже не даст совета. Он бродит тихо в Ягодных Местах...

Белле

Белле.(одной из величайших поэтесс )

Ты видишь светлые лучи в сырой ночи? В ночи беззвездной? Побудь со мною. Не молчи... Пока не стало... слишком поздно.

Проговори тот шаткий стих. Как шаткий мост, что свяжет души, тот стих. Ты слышишь - ветер стих... Побудь со мною. Не нарушу

я после твой ночной покой. Захлопну дверь. Я не нарушу... Прочту в ночи заупокой я - за израненную душу.

День 22 апреля

День 22 апреля.

Мне трещат колени пОутру. Но встану я. В день рожденья Ленина. Лысого Ульянова.

Прицеплю на лацкан я значок хороший - старый, октябрятский. И пойду на площадь.

Будем мы до вечера все, кто еще годен, ждать , лелея, встречу. С чучелом Володи...

Памяти Жанны Фриске

Памяти Жанны Фриске.

Мы, свои, играем роли в лицах. И сжигаем - души и тела. Умерла красивая певица. Очень жаль, что рано умерла. Кто-то на себя махнет устало, бросит фишки оземь - цель ушла. А она... за жизнь свою цеплялась до конца. И жаль, что не смогла... Очень жаль. Я помню этот голос. Душу Петр взвесит на весах. Господи! Пускай не зря - боролась... Пусть она поет на Небесах.

М. Лермонтову

М. Лермонтову.

Безжалостен несуетливый рок... Он жалость не приемлет, повсеместно. Отчаянный рубака и стрелок, гусар, поэт, гуляка и повеса.

О! сколько написал бы он для нас! Был Лермонтов чертовски гениален! И на балах вальсируя, кружась, легко входил в проемы - душ. И спален.

Разбивший в жизни множество сердец, ни разу не застрявший в паутине. Споткнулся он о камень наконец. О камень по фамилии Мартынов.

Судьба не пощадила храбреца... Мартынов жизнь прожил свою изгоем. Мы все проходим путь свой до конца. Творим, живем... Пока не упокоят.

Лауре

На надрыве. Звенящими нотами. Свист художественный между строк. Что там сердце - в "колючку" замотано? Ничего, все пройдет. Дайте срок.

И наладится и заапрелится. У тебя, у меня. Дай-то Бог. Время - мельница. Все перемелется. Сможешь ты. Я смогу. Грустный вздох.

Петру Павленскому

Петру Павленскому.

Прибить мошонку на Красной площади к брусчатке... Мне жаль тебя, голого. А вдруг полицейский проедет на лошади? И лошадь наступит на голову?

********

В колючую острую проволоку тебя замотали, как в кокон. Ты стал знаменитым? А толку... Старушки плюются из окон.

***

Зашивая губы суровой ниткой не забудь узелки делать более жесткими и с суровой улыбкой, надменно-сердитой ты всходи на Голгофы крутые подмостки.

Юрию Кренцу

Юрию Кренцу.

Писал стихи. Сидел в кальсонах. Пиши себе - никто не против. Хотя ты в тех своих канцонах вот ни хрена не Паваротти. Ну, да кому какое дело лишь кроме тех, кто близок - духом... Писало рондо это тело. Но в рот ему влетела муха. И...завертелась - в пищеводе. Он наваял четыре тома... Пиши - никто совсем не против. Писал стихи ,а вышел - рОман. О всяких душах и любовях. Читавших все тянуло плакать... Сжимал он анус. Супил брови. Писал стихи. Рождались - каки.

Крису Кельми

Крису Кельми.

( Крис Ке;льми (настоящее имя Анато;лий А;рьевич Кельми[1][2]; 21 апреля 1955, Москва — 1 января 2019 года[3]) — советский и российский певец, композитор и клавишник.)

И увезет усталое такси тебя туда. где ангелы живут... Успел у Бога что-то попросить? О чем-нибудь... Ночного рандеву? Застыл январь завороженный. Выпит чай. Я помяну свечой зажженной ... Не скучай...

Приходит вечер

Приходит вечер...

Приходит вечер. Снег. Котел гудит. И тихо на душе. И скоро полночь. И, вроде, все спокойно так, в груди. Но вдруг приходит старенькая сволочь. Такая... очень старенькая мразь, заплесневелая. Как-будто из музея. Помои выливает в душу. Всласть. От безнаказанности собственной шизея. И смотришь, понимаешь - нет вины. Оно ж с рождения ущербное, короче. За ним давно ребята Сатаны гоняются, в журнале ставя прочерк. Брезгливо как-то, просто. Ведь с людьми которых знаешь, в золотых сей перец. Откуда же берутся, черт возьми, такие вот, с душой ущербной, звери. А просто все - таким он был рожден. И жить он не умеет по-другому. Говенный автор. Человек-го*дон. А так-то - просто фуфел незнакомый. И вечер дальше длится. Хоть бы что. И нервы не истрепаны словами. Пусть ходит. Хоть кругами. Он - никто. И пусть не встретятся такие твари. С вами.

Юрию Богатыреву

Юрию Богатыреву.

И тикают часы. Сорок один. Февральский снег. Скрипят-скрипят полозья... Увозят сани. Темень впереди. Уже не стынут руки на морозе. Уходишь. Без улыбки. Навсегда. Не хлопнет дверь, в молчании тоскливом. А грустное: Прощайте, господа! звучит в душе с болезненным надрывом.

Магия осени

Магия осени.

(Янке Дягилевой)

Капают атомы . Бьют об стекло. День разливается злом фиолетовым. Мозг, черно-красным, отравленный Летовым ищет - из мира рвануться предлог.

Янка , познавшая соль одиночества. Молча стихи замешавшая в речке. В толще воды прошептала пророчество. Жаль, не услышали мы ни словечка.

Пляшет огонь языками оранжево. В детском костре отражается юность. Топот копыт оголтелого гунна - Рима Аттила не сжег еще, вражьего...

Осень кипенью влечет золотистою. Вход по билетам. Билетики-листья розданы. Хватит ли? Дворники чистят парк от ковров, что тропиночки выстлали.

Капают атомы. Дни, словно конница. Не успеваю за ними. Привстану. Солнце к закату помалу, но клонится. В мареве вижу я свой полустанок.

Смена эпох и смещение времени. Кто-то кого-то не встретив, заблудится... Осень листвой пожелтевшей - по темени. В воздухе - Янки пророчество. Чудится....

Егор Летов - одиозный фронтмен группы "ГО"

Я;на (Я;нка) Станисла;вовна Дя;гилева (4 сентября 1966, Новосибирск — предположительно 9 мая 1991, Новосибирский район, Новосибирская область) — советская рок-певица, автор-исполнитель, участница панк-рок-групп «Гражданская оборона», «Великие Октябри» и др. Одна из самых ярких представительниц сибирского андеграунда конца 1980-х годов. Погибла в мае 1991 года при до конца не выясненных обстоятельствах, официальный вывод следствия — утопление в результате несчастного случая.

Памяти Жан Поля Бельмондо.

Chi Mai играет. И уносят гроб.

Под слезы и под шквал аплодисментов...

Пускай Господь к нему не будет строг.

Пусть в небе вечно длится кинолента.

Сентябрь. Солнце. Гроб плывет в руках.

Но, словно в сердце вдруг вонзилось что-то.

Его улыбка тает... в облаках.

Он НАВСЕГДА уходит. К вертолету.

И в небо взгляд . С улыбкой на губах.

А сердце... Сердце больше не забьется.

И тихо рядом - Вечность. И Судьба.

А с нами только Память остается

Н. Гумилеву

Н. Гумилеву.

Расстреляли. А за что? Закопали... А он жил своей мечтой. И в астрале, словно в парке он: туда - и обратно. Был поэтом. Вот беда... непонятным. У него , говорят, есть крылья! И - отточены! Так что, все - приговорили и точка! Чтоб в Астрал не лазил без разрешения! И не заканчивал ликбез он, лишенец. Потому его ЧК и назначила... И ушел он, на века озадаченный: ни - за что. Ни - почему... За медали??! Поступили по уму - расстреляли. А что крылья у него - так это враки! Хоронили же - нагого. не во фраке... Перед тем, как закопать - раздели гада. Вдруг и впрямь,- крылатый,- тать... Нет? И ладно... Расстреляли. Больше нет. И - зарыли... Но не тает в небе след... Тот - от крыльев...

Здравствуй, Виннсент!

Здравствуй, Винсент!

Здравствуй, Винсент. Мы с тобою до боли похожи...

Оба искали любовь. Получился облом...

Ты был таким... неухоженно-рыжим. Я тоже.

Оба , с тобой, самоучки. Но важен апломб.

Шрамов у нас у двоих на десяток нормальных.

Оба слегка не в себе, мой бродяга Винсент...

Ты рисовал, я писал. Кто живет в инфернальном,

знает и цену, и средство, дружище - абсент...

Оба мы прожили жизнь,не упав на колени.

Как-то оно - в нищете уж привычно, слегка.

Как ты там, в этом аду, мой непризнанный гений?

На-ко, Винсент, вот моя, сквозь столетья, рука.

Мы еще выпьем абсенту, - я верю во встречу.

Поговорим о прекрасном - кому, как не нам!

Слышал - в Аду так загадочно-красочен вечер?

Ты нарисуй мне . Повешу себе. У окна.

В рваных кедах

В РВАНЫХ КЕДАХ (памяти Сент - Экзюпери)

В рваных кедах... Я - поэт. Я бедный, нищий. Час к обеду. Но меня никто не ищет. И под вечер лишь прогонят. И осудят. я предтеча. Ваших жизней. Ваших судеб. Жил напрасно и стихи писал плохие. Цвет мой - красный. И несу свои грехи я. Вам оставлю ваши спальни и обеды. Плюну в ставни. В поезд сяду и уеду. Прямо в небо. А, быть может, даже к звездам. Там я не был... Позовете - будет поздно...

Удел

Удел...

Тебе темно... И длится полумрак. А за стеной - всё не утихнет стужа... Сейчас ты знаешь, кто был друг. Кто - враг. Кому мешал ты. И кому - был нужен.

Часы застыли. Двадцать три ноль пять... И длится... Длится... длится эта Вечность. И ты понять пытаешься опять: ЗАЧЕМ ты был? Дождись меня!

- ... Конечно...

В память...

В ПАМЯТЬ...

В нем органично уживались - вампир и юный Бумбараш. Играл он сильно, всем на зависть. Играл . Иль жил, впадая в раж?

Волшебник Киврин делал чудо, А Моцарт - чудно умирал... Бен Ганн сходил с ума покуда. А он - играл, играл, играл...

Он песни пел. Про то, как кони никак напиться не могли... Он был давно и тяжко болен. Его спасали. Не спасли...

Еще один Актер за гранью. Идут во времени круги.... Ушел. А мы его помянем. Его - Хозяина Тайги...

Семецкого убили

СЕМЕЦКОГО УБИЛИ...

Семецкого убили. Как - будто между прочим. По прихоти минутной и , словно, между делом. Естественно и походя. Без всяких многоточий. За что его, родимого? Кому какое дело...

Семецкого убили. Убил товарищ Дивов в романе"Выбраковка" ( подробней - в википедии). Ведь жил себе Семецкий, по - своему счастливый... Вот тут его и грохнули. Финита ля комедия.

Ф.Г.Лорке

Одни - корябали стихи. Он - был Поэтом. Но боги к помыслам... глухи'. И все - об этом.

Стихом крутил он виражи. И жил твореньем. Он строил в рифмах миражи стихотворенья.

В могилу тайну он унес - как быть поэтом. Ружейный залп обрушил мост горячим летом.

Спасти Гранада не смогла поэта в черном. Звонят, звонят колокола по обреченным.

"Самая печальная радость - быть поэтом. Все остальное не в счет. Даже смерть."

Лорку видели в Андалузии. Только это - тайна. В которую можно только верить...

Спасибо за чтение

Вернуться к книге