Остановка навсегда
И я опять смотрю, как они уходят в даль
И я опять смотрю, как они уходят в даль,
Хочу держать мгновенье в сердце,
Вспоминать тот смех и дни,
Хочу вновь прийти и оказаться там…
И я опять смотрю, как они уходят в даль,
Иду я позади и вижу их весёлый силуэт;
Ведь думать повелось:
-Это не закончится, ведь так?
И я опять смотрю, как они уходят в даль,
-На кого пойдёшь учиться?
-Другой город? А жаль,
-Столько всего могло случиться…
И я опять смотрю, как они уходят в даль,
Запечатлели мы момент на фото,
Сижу и вглядываюсь в него:
Их улыбки, смех да только…
Я опять смотрю, как они уходят в даль,
И знаю: не вернутся…
Герой
Этот бро славный герой!
Смотрите трудолюбивый какой!
Но он сонный такой
Точно не спит, весь кутерьмой
этот бро явно матёрый герой!
Смотрите старый какой
Верно он был молодой,
И подвигов его горой!
Этот бро уж точно герой!
Смотрите добрый какой!
Но забывает всё он порой
Что куда отнести, зачем и кого надо спасти
А этот совсем не герой
Он угрюмый такой
Пишет, бубнит себе что-то под нос
Явно не о нём этот курьёз
А он точно бравый герой!
Смотрите бесстрашный какой!
Но сколько ссадин и ран
Неужто пережил буран…
А этот бро, ну он просто герой…
В общем…
Да! Каждый из вас герой!
Но, верно какой?
Люди не вечны
Люди не вечны.
Тяжело осознать,
Лишь когда уходят-
Начинаешь рыдать…
Люди не вечны.
Я боюсь признавать…
Кто-то был рядом,
А теперь поминать…
Но есть луч надежды
Прошу, постарайся понять-
Люди не вечны,
Но живы, живы в наших сердцах.
Ода опустелому залу
Пусть греет только меня,
Прекрасное чувство!
Точно искусство -
На сцене стоять, свет софитов собирать!
Пусть скрипка играет лишь для меня…
Бой барабанов гремит день изо дня…
Лишь я выступаю!
Лишь я для этого зала играю!
представление кончилось…
И я, как брошенный,
Лишь глазами ищу…
Я всю жизнь блистать хочу…
Где же мой свет?
Тот, что ярок и весел
Где зритель среди всех этих кресел?
Тот, что взглянет на меня…
И вот свет софитов зажгли..!
А не фальшивы они..?
А правду ли сам я играю..?
Или всё под маской снова скрываю..?
Время прощаться
А всё ближе время прощаться,
Даже не верится, что всерьёз
Скоро придёт время - расстаться.
Наверно не сможем сдержать слёз.
А может будем долго стоять и обниматься?
Каждый пойдёт по своему пути…
Может всё же не будем прощаться?
Но мне тоже надо идти…
Ах то время, его не вернуть
Вот бы вспять провернуть…
Море эмоций, моменты счастья, неудач
Но все мне дороги, даже плач.
Но связи останутся, нет я не прощаюсь
Уверен, что многих увижу, услышу я вновь
Я перед вами открываюсь, друзья!
Увидимся вновь..!
Почему же нельзя уснуть навсегда?
Почему же нельзя уснуть навсегда?
Провалиться в вечное мгновение сна,
Прогуляться по тем чудесным мирам,
Ах, если можно было бы нам…
Пожить бы в той далёкой чудесной стране,
Что лежит на другой стороне.
Вот бы просто уснуть…
На другой мир взглянуть…!
Ах, если можно было бы нам,
Бросить весь этот бедлам,
Пройтись по крутым берегам,
Я хотел бы и сам…
Вот и кончилась прекрасная пора
Вот и кончилась прекрасная пора,
Была грустна и весела.
Казалось путь долог и велик
Но слишком быстро сник…
Знаменательный день!
Но на мне нет лица:
Я смотрю прямо и…
Неужто им всем пора?
Я вижу как строится их,
Весёлая, счастливая жизнь.
Вижу их книгу амбиций, сияние,
Как зарницей…
Тление костра и редкий смех,
Лента, друзья -
Всё это навсегда
В душе и сердце.
Скоро наступит новое время,
Час перемен…
Надеюсь не забуду мгновенья.
Спасибо…
Секунды бегут, то быстро, то медля
Секунды бегут, то быстро, то медля,
Бегут, превращаясь в минуты и часы.
На самом деле время беспечно:
Оно само решает как идти.
Иногда, идя в одиночку или нет,
Оно течёт, будто подгоняя,
А когда ждёшь момент:
Оно не спешит.
Интересно, что кто-то не ценит его,
Просто бросает в печь на самотёк,
И лишь потом, оглядываясь, жалеет,
Горюет, что не успел увидеть жизнь.
Я рад за тех, кто бережёт секунды,
Проводя их с близкими,
Я рад за тех, кто помнит про часы,
Работая не покладая рук.
Секунды бегут, то медля, то быстро
Бегут, превращаясь в часы и минуты,
На самом деле время беспечно
Не упустите его.
Сколько же историй расскажет перо!
Сколько же историй расскажет перо!
В читателя душе, как маяк оно.
Брать эмоции, выливать на лист
И ты опять, точно чист.
Много историй сказала нам скрипка!
В её буйстве чувств каждый слышит себя,
И если не может, то видит на лице, музыканта души отражение.
Скажет ещё и кисть, мильон историй!
Радости и меланхолий,
Не нужно смотреть, ведь надо видеть,
Как один мазок расскажет всем свет.
Вокруг, во всём мире кладезь сюжетов!
Они на свету и в тени, стоит найти,
Присмотритесь во внутрь своего я,
Или же просто откройте глаза!
Вдохновение
Вновь едет крылатая колесница!
По, казалось, пустынной дороге
Через года три, четыре,
Как на парад мыслей вереница!
Едет с красками чувств,
Буйством эмоций на перевес!
К безнадежно уставшему творцу
Едет к его таланным рукам!
Тогда вновь зажжётся искра!
Художник снова берётся за кисть!
Писатель обнажает своё перо!
Музыкант листает партитуры!
воспоминания
Воспоминания идут сквозь время,
Словно пылающий костёр,
Не оставляют своё бремя!
Как бы ты не был хитёр…
Воспоминания идут, не оставляя нас!
Вся жизнь только в них…
Всё что проживаем сейчас и тогда,
Представится в свой час.
Краснеть заставляют,
Припомнят обиды,
То в тремор вгоняют,
Но и улыбкой забиты!
Этот тихий и громкий отзвук в душе,
Это далёкое и близкое эхо…
Воспоминания идут,
Формируя нас.
Интересно, сколько людей ходит в тумане?
Интересно, сколько людей ходит в тумане?
Нет, совсем не в дурмане,
Не от своего дурного желания,
А просто от окружающих бед и забот.
Проваливаются ли сквозь пол их шаги?
Пытаясь найти ту самую дорогу,
По которой можно твёрдо пройти,
Не скользя, не спотыкаясь…
Скольким людям не видно проходящих лиц?
Не слышно гул машин и шептание птиц?
Сколько же ходит, закрыв глаза и уши?
Среди всей безликой городской суеты.
Сколько людей закрыло сердце?
Не показав никому свой внутренний мир.
Сколько людей живёт в тишине?
Всю жизнь скитаясь во сне.
Одиночество
Одиночество - сложное, тяжелое чувство.
Лежит, как камень на душе,
Или торчит, как нож в спине,
А может служит утешеньем…
Одиночество - причал души.
Её тихий, светлый берег,
Куда приходят корабли,
И отчаливают надежды…
Одиночество - всеобъемлющая боль.
Воющего, истерзанного сердца,
Что бьется, как протест
И незаметно несет свой крест…
Одиночество - всякая тоска.
Пора каждой человеческой жизни,
Когда пылкая усталость -
Это единственное, что осталось…
Одиночество - туманное чувство.
У него много разных сторон,
Но каждый может понять,
Что нужно кого-то обнять…
Память
Они много прожили вместе,
Но заболев она ушла,
Как звонкое напоминание,
Оставив светлое молчание.
Теперь по той зимней аллее,
Гуляет лишь её бестелый дух.
Теперь над её нетленным телом,
Стоит памятник-пастух.
Он остался работящим,
Ни дня не забывал о ней:
Приходил поговорить и просто…
Любит не считая дней.
Они много прожили вместе,
Но заболев она ушла.
Я всё помню честно,
И сердце помнит навсегда.
Заблудшая душа
Где-то, за запертым окном,
Витает заблудшая душа,
Меж улиц и машин,
Никем не понята она…
В тьме ночи и свете фонарей,
Ищет сокровище, всего ценней:
Родную душу предстоит найти,
Но вопросы мучают:
«Куда пойти, приплыть?
Зачем же жизнь городить?
Может просто мне забыть?
Где найти Человека?»
А в ответе томная тишина…
Всё равно где-то за окном,
Витает ненужная душа,
Ведь не понята она,
Зачем она?
Поэт писатель и творец
Поэт писатель и творец —
Странник человеческой души,
Посланник вечной мысли,
Мечтатель маленькой тиши…
Он поймет её искренний мир,
Без всяких чаянных прикрас.
Он честный верный спутник,
Но в ней же вечный путник…
Для него душа, как холст:
Чистый, без мазков кисти;
Как родное, тихое зеркало
С отражением вещей сути.
И вновь видя свой портрет,
Поэт, писатель и творец —
Заложник человеческой души,
Ведь без неё искусства нет.
Архипелаг
Где-то есть горсть островов
Совсем чудная, почти вечная.
И там незыблемый тихий дом,
В тени деревьев на утёсе…
Где-то за морем сокрыт он,
Чаянный, милый архипелаг,
В нём собрались надежды,
На нём причал души…
Где-то под ясным небом он,
Тихий, мудрый дом-старик
Сокрыт от глаз людских,
В нём не бывает бед и забот…
Где-то там за краем
Несчастного материка,
Есть тот вечный архипелаг,
Есть тот тихий дом.
Облака
Летят по небу облака,
Закрывая кому-то солнце.
Видишь только их? Это пока.
Не бывает плохого дня навсегда!
Летят по небу облака,
Несут они благую весть -
Скоро будет солнце! А пока
Укройся зонтом, если есть.
Летят по небу облака,
Украшая тихую гладь небес.
Радуется глаз, ведь смотри!
Хороший день! Но есть и тень…
Летят по небу облака,
Белые с голубым, серые с грозами!
Всё не может быть плохим.
Всё не может быть хорошим.
Летят по небу облака,
Ты решишь какой будет жизнь!
Держи зонт с собой и верь,
А пока гуляй пока светит день!
Поднимем бокал!
Поднимем бокал!
За новую жизнь!
За радость родни!
За праздничный день!
Новая жизнь рождена,
И ей присуждена судьба!
Столько великих свершений,
Точно сотворит она!
Поднимем бокал!
За твой чудесный год!
За семью и детей!
За праздничный день!
Оглянись же друг вокруг!
Твоя яркая жизнь принесла:
Радость и душевный покой!
Ещё все впереди, так иди!
Поднимем бокал.
За его тихий уход.
За великие дела.
За траурный день.
Подвел он итог долгой жизни,
Он был не зря и многих утешил,
Создал мечты и цели достиг.
Жизнь правда ярка, но это лишь миг…
Пустыня
Ему рефлексия - как наркотик.
Этот странник - невротик.
Мало кто знает, что отныне -
Он бездумно блуждает по пустыне.
Плачет ему скрипка, о мечтах,
Кричит вдалеке, зовёт,
Но он не слышит в глубине тоски!
Лишь предаётся жалкой мысли!
Не видя бесчинства часов,
И мятежной души волнения,
Он бредет бездумно в даль:
Желанных и придуманных миров.
Бьётся в груди тернистое сердце,
Желая цвести, рвется наружу!
В буре эмоций, в клетке костей,
Стремится к образу, что ему милей.
В горле пересохло,
И на душе пустыня.
Сердце закрыто,
В четырех стенах.
Ему не нужен оазис, ни тем более сон -
Лишь бы побольше уйти в себя:
Там внутри все чисто и ясно,
Без осколков мира извне.
Пропал её образ без вести.
Черты её лица, улыбка, глаза
Канули в зыбучий песок…
Одно беспамятство!
Поможет ли скрипка -
Услышать её и понять?
Поможет ли лик её -
Вспомнить всё и не убежать?
Скрипка, играя, говорит:
О желанной грусти,
Мечтая любить и жить,
Играет на потеху залу…
Друг
Обрубив красную нить,
Ты забыл наш лейтмотив,
Сказал: «а можно и не быть».
Но не мне…
Я слышал только ножниц щелчок,
И взгляд холодный в спину,
И сердца тяжесть ощущал,
И до конца не понимал…
Пять лет не просто срок!
Они же что-то значат?
Ах, прости, вопрос в другом:
Для кого они важны?
Та нить, тот «наш» мотив
Остался узором у меня на душе:
Я помню часы разговоров,
Я помню часы пребывания.
Но ты же сжёг верёвочные мосты -
Без всякого ненужного сострадания.
Это скорее мне нужно покаяние,
Скорее мне нужно существование.
Но я ставлю памятник времени,
Памятник тем былым годам.
Памятник моим ярким мечтам.
Памятник моей обманчивой душе.
Ночь
Ночь - чуткое время,
Слышно холодильника журчание!
Чай, кофе, вода да неважно!
Просто в окно погляди,
Видишь? Города огни,
А людей совсем нет.
Как нет и забот.
В нашу прекрасную ночь…
Шестерёнки
Закрутились шестерёнки!
В больной голове!
И бензиновые краски
Просятся плясать!
Безымянный лик моей натуры
Сошёл точно с партитуры,
Когда появилась колесница,
Я старался взяться за кисть.
Творец - машина образов и слов!
Отдушина ему - чистый лист!
Его искупление - своё творение!
Скрежет шестерёнок в больном образе!
Зеркало
Что же опять родилось в моей больной голове?
Очередные мысли о стихе?
Ещё один «оригинальный» персонаж?
Или тренировка по фото в анфас?
Ха! «Оригинальная» история?
Или снова меланхолия?
Может та же какофония?
Или просто уродство души?
О боже зеркало скажи мне!
Эти чёрные мешки под глазами,
И мой убогий, мутный взгляд,
Правда ли они от сердца горят?
Шутовство
Когда он стал паяцем вам?
Когда за стеной маски встал?
Я не знаю плакать иль смеяться…
Лишь бубенцы звенят!
Его душа - гладь воды:
Организация тонка!
Но маска уже устоялась…
Лишь бубенцы звенят!
Когда он стал чёртовым паяцем?
Мой странник бедный и родной…
Прошу переживи и маску брось!
Прекрати же ненавистный звон!
Огонь
Искры медленно летят.
Огонь кузни томительно горит.
Взять бы жар его с собой,
Чтоб греть руки где-то там…
Огонь воспоминаний
Отражается в кулоне:
В моей памяти мелькает
Тот самый громкий день!
Точно помню я тот час.
Да, я вижу картины
Его алой памяти:
Как вчера это было…
Солнце светило!
А сейчас вечер,
Ветер и я стою -
На том же месте.
Искры медленно летят.
Огонь кузни томительно горит.
Взять бы жар его с собой,
Чтоб греть сердце где-то там…
Лампада
В углу стоит холодный зонт,
Наблюдая за окном, дождём…
Хранит молчание и обет -
Он спасал его от многих бед.
Снова холодный дождь у него на душе.
Хотя нет, он лил из тёмных туч всегда…
Снова на столе горит огонь лампады,
Снова сидит седовласый старик у огня.
В руках бокал терпкого вина,
Он жил один и так всегда…
Состарился - напротив камина,
Но это не его вина, и зонт был всегда.
Ползут по стенам тени, спасаясь от огня:
Так уходит жизнь, утекая день изо дня;
Так проходит время и тяжкий груз его;
Так приходит бремя под конец всего…
Он выпьет тот бокал сладкого вина,
Пустив слезу, задув огонь лампады.
Падёт тень его, уползая от камина.
Но это же не его вина, и зонт был всегда…
Там за окном ударил гром, как скрежет,
И кажется сердца стук прекратился…
Так он и остановился в темноте,
Совсем недалеко отойдя от камина.
Он прожил одиноким, помня осколки
Громкого счастья и тихой беды,
Робкой любви и едкого горя.
Это не его вина, и зонт был с ним всегда…
Дорога
«Человеку нужен человек»
Слова, приписанные многим.
Мой странник все ещё
Ищет своей извилистой дороги.
«Лишь в глазах других людей
Себя мы можем разглядеть»
Простая исписанная истина,
Ещё не прожитая путником моим.
Все уже давным-давно написано!
И в новые слова, в закаленную броню
Облекать эту мысль - как свету тьма:
Смысла нет, как нет и рядом опоры…
Если бы мой добрый путник,
Был бы в той закалённой броне?
Имел бы под собой землю и опору?
Но сейчас он, спотыкаясь, идёт…
Он смог опереться на себя!
И в руках внутренний костыль
Он проходит мимо пустынь,
Заходя в дремучий лес…
Там нет ни ягод, ни грибов,
Но много судеб людских.
Путник видел ясно:
Они все переплетены!
Но он безмолвно замер:
К нему ни одной нити не шло…
«Человеку нужен человек»
Слова, приписанные многим.
Омут
Безвозвратно дни сжигаю, как дрова,
Только пламя не даёт от них тепла!
Голова моя пуста, и сердце ноет,
Но я опять бросаю в печь себя…
Казалось, протоптал дорогу.
И в зеркале стоял бравадой!
Казалось, там пройдёт обоз,
Но тот путь травой порос…
Я начал глубже в омуте тонуть,
В беспросветной тине тьмы,
Хватая кислород с поверхности!
Хотя, нет, отдаваясь четности…
Честно так, кажется, предрешено.
Не мной, не вами, не всякими судами…
Мне стоит вновь найти тропу,
Да грудью полной задышать!
Как снова почва тянет вниз:
Окунуться глубже, ниже, с головой,
В очевидно тихий и ужасно родной
Тёмный милый омут мой…
Мне нравятся карие глаза
Мне нравятся карие глаза! Мне так интересно, а она… Хотя не важно, мне не узнать. Совсем не дело это — мечтать.
Можно выйти на мёртвую дорогу, Или заглянуть в дремучий лес. Зря пытаешься найти подмогу, Кажется, совсем не туда я влез…
В компании одиноких машин И вместе с опавшими листьями Спрошу у них, они скажут: «а она…» Мне нравятся карие глаза…
Больной
Больной давно привык:
сам себя украдкою латать,
Вгоняя грубо скобы в кожу
И заваривая ложью раны.
Сам стонет, ноет у себя
В квартире за стенами,
А выйдя в общество, беда:
Снова упирается, молчит.
Ему найдется точно доктор:
Сам же весь в бинтах, грязи,
Со стрелой в груди и шрамом,
Но он, пусть дождь, протянет руку.
Да тот плачет по ночам,
Да он сам зашил порезы,
Но он снова вскинет руку там,
Где видно в коже саморезы.
Да больной и сам стоял, терпел.
Долго, томно в зеркало смотрел,
А доктор за стеклом в такт моргал,
И движения точно-точно повторял…
Звёзды
А сегодня небо чистое,
И яркие звезды видны!
Ах как тихо и красиво!
Жаль, что рядом не ты…
Жаль, что под луной,
Шатаясь, юноша плачет,
Но я верю: он не один
В этой светлой ночи.
Я смотрю на небо,
Как и ты где-то,
Как и тот мальчишка,
Все на одну звезду.
Сотни разных людей
Одиноко смотрят в небо,
И все мы, точно рядом,
Под одной белой луной…
А сегодня небо чистое,
И всякие звёзды видны!
Тут тихо, темно и красиво,
И я верю: рядом со мной ты…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге