Одинокий старец.

Мне снятся чёрные кресты.

Три могилки возле речки.

Порой мне снится отчий дом,

Да речка щебетунья под горой.

Но много лет я не был в нём,

Потеряв дорогу в край родной.

Там, где родился и возрос,

Как на ограде дуб могучий.

Теперь я сединой зарос,

Да душою стал колючий.

Забыл, как напевала моя мать

И как отец ругался матом.

Забыл, как отправлялся воевать

И встретился там с братом.

Родной по-крови был он мне,

Но много лет жил на чужбине.

После пригласив меня к себе,

На вражьей подорвался мине.

Всего лишь день знакомы мы,

Хотя и были близнецами.

Не убежать нам от судьбы

И душу не раскрыть словами.

Живу теперь с его женой

И откликаюсь на имя брата.

Но снится отчий дом порой,

Где у крыльца стоит лопата.

Предав страну, я убежал

И скрылся в мыслях на чужбине.

Но край родной не забывал,

Он часто снится мне поныне.

Но через годы, наконец, понял,

Что дом родной всегда милее.

Зачем страну свою я поменял,

На скверы, парки и аллеи.

Порой мне снится отчий дом

И три могилки возле речки.

Хоть и давно забыл о нём,

Но в церкви зажигаю свечки.

Забудут люди про ту войну

И тех, кого разбросала по-чужбине.

Уже не встретить мне весну,

В чужой стране покоюсь я отныне.

***

Мне снятся чёрные кресты.

Мне снятся чёрные кресты

И на погосте карканье вороны.

Зачем разводим мы мосты

И срубаем с головы короны.

Нам в жизни много не успеть,

Ведь каждому свой срок отмерен.

Не суждено нам гимны петь,

Хоть в судьбе своей ты и уверен.

Дорогу каждый выбирает сам,

Её нельзя нарисовать на карте.

И Бог здесь не поможет вам,

Не заикайся даже и о плате.

Мне сняться чёрные кресты

И карканье вороны на погосте.

Давно уж сожжены мосты

И я со смертью играю в кости.

***

Печальный образ Донкихота.

В голове засел сюжёт романа,

Его прокручивал я по мелочам.

Но коньяк на донышке стакана,

Спать не давал мне по ночам.

Сутками корпел я над сюжетом

И книгу через месяц завершил.

Но не доволен был портретом,

Который на обложку поместил.

Хотел издать свою я книгу,

Но скромно отфутболили меня.

Забыв в издательство дорогу,

На пенсию купил себе коня.

Печальный образ Донкихота,

Мне никак покоя не давал.

К чертям заброшена работа,

Её я на свободу поменял.

Умчался в поле, как тот герой

И сразился со старым дубом.

Я так прощался со своей мечтой,

Да выбитым передним зубом.

***

Ногами разгребая грязь и пепел.

Весной я в огороде посадил,

Картошку, помидоры, дыни.

А осенью про них забыл,

Они растут там и поныне.

Вы не подумайте друзья,

Что я ума совсем лишился.

Ведь призвали на войну меня

И с огородом я простился.

Вернуться было мне не суждено,

Как многим тем, кого призвали.

А в памяти осталось лишь одно,

Без ласки там овощи мои завяли.

Четыре года шёл я по земле,

Ногами разгребая грязь и пепел.

А где-то там, в родном селе,

В заросшем огороде гуляет ветер.

Братцы это не моя вина,

Что огородик мой загнулся.

Но вот закончилась война

И я опять в село вернулся.

Весной я в огороде посажу,

Картошку, дыни, помидоры.

А после внукам расскажу,

Какие красивые бывают горы.

***

Мобилизация на необъявленную войну.

Мобилизуют вновь ребят,

На необъявленную нам войну.

А чужие власти лишь сопят,

Да набивают свою казну.

Нацисты вновь полезли из щелей,

Чтоб больше горя принести народу.

Они, как волки смотрят на людей,

Восхваляя свою мерзкую породу.

Никто не думал, что придёт,

То время, чтобы взять ружьё.

Но война бесследно не пройдёт,

Мы истребим проклятое жульё.

За честь и совесть бьёмся мы,

За мать и Родину свою.

Но, где оплата за мечты,

Её нам не сыскать в Раю.

Нацистам не позволим сеять зло,

Оно им бумерангом возвратиться.

Ведь в лодке если сломано весло,

На месте будете вы кружиться.

На необъявленную нам войну,

Мы со стены ружьё снимаем.

И как наши деды в ту весну,

Нацистов снова в ад вгоняем.

***

Старая сказка про Айболита.

Уже покрылся город снегом,

Хотя на улице ещё тепло.

А я сутра занялся бегом,

Но мне друзья не повезло.

Тихо я с крыльца спустился,

Держась за поручни рукой.

И сразу в лужу провалился,

Ступив в неё одной ногой.

И не успев, открыть я рта,

Чтоб день тихонечко поздравить,

Как лужа расступилась та,

Чтобы в нокаут меня отправить.

Я в луже, словно не живой,

Сижу с закрытыми глазами.

И увидал свой дом родной,

С цветущими весной садами.

Когда открыл свои я глазки

И белый свет вновь увидал.

То очутился в старой сказке,

Да голос Айболита услыхал.

Одет он в белом был халате

И улыбаясь, на меня смотрел.

Ведь находился я в палате,

Где у окна больной храпел.

***

Ты на прощание сказал - прости.

Сто раз, подумав и прикинув,

Что в этой жизни ждёт тебя.

В петлю ты голову засунул,

Мир решил избавить от себя.

В твоей жизни не было просвета,

Забыв про всё, ты много пил.

Как в конце пути не видно света,

Так и на счастье не хватило сил.

Ведь ты от Бога был поэтом,

Судьба тебя поцеловала в лоб.

Но голова покрылась пеплом,

А ночью в теле был озноб.

Тебя пытались, успокоить

И в рюмку больше не наливать.

И как-то жизнь твою устроить,

Но ты от всех пытался убежать.

Но от самого себя не скрыться,

Как в речку дважды не войти.

Ты в вине пытался утопиться

И в мыслях любовь свою найти.

Сто раз подумавши, прикинул,

Что дальше нет уж твоего пути.

На свою шею ты петлю накинул

И на прощание сказал - прости.

***

Одноглазый вор.

В тёмном лесу у подножья гор,

Где редко ступала нога человека.

Там поселился одноглазый вор,

Его в народе прозвали «калека».

Нападая на купцов богатых,

Раздавал всё добро беднякам.

Но не трогал зверей усатых,

А кормил их всегда по утрам.

Славным малым он был когда-то,

Да хозяину честно служил.

Но закончилось его славное лето

И «калека» в тюрьму угодил.

Заступившись за юную леди,

Не дав, запятнать её честь.

Он насыпал хозяину меди

И заставил его это съесть.

Решетка, преграда, для слабых,

Ведь она не помеха бойцу.

Пусть тюрьмою пугают малых

И не учат, как жить мудрецу.

В тёмном лесу у подножья гор,

Где даже днём очень мало света.

Встретил любовь одноглазый вор,

Но продлилась она лишь до рассвета.

***

Не грусти, сынок, мы ведь вернёмся.

Зачерпни сынок погуще,

Из котла похлёбки мне.

Чтобы жизнь казалась слаще

И рюкзак не прилепил к спине.

Что ты крутишь поварёшкой

И глядишь, как тот осёл.

Поработать дай мне ложкой,

Чтоб я носом не повёл.

Сахарку добавь мне в кружку,

Чтоб по венам заструилась кровь.

А то нагреет солнышко макушку,

Вот и вся будет у нас любовь.

Не грусти дружок, не хныкай,

Мы пока ещё живые.

Куски мяса ножиком потыкай,

Так быстрей дойдут родные.

Не скупись, клади мне кашу,

Да кусочек маслица положь.

Родину защищать иду я нашу,

Чтоб не зреть фашистских рож.

Не серчай сынок на батю,

Он тебя плохому не научит.

Ты потом расскажешь зятю,

Как бойцам готовил кушать.

Как мешал в кастрюле кашу,

Да слезами ты её солил.

Чтобы Родину мы не забыли нашу,

В неё силушку свою вложил.

Не грусти, мы ведь вернёмся,

Не успеет твоя каша и остыть.

Знаем, что ты нас дождёшься,

Чтобы вновь едой нас накормить.

Зачерпни сынок погуще,

Из котла похлёбки мне.

Чтобы жизнь казалась слаще

И рюкзак не прилипал к спине.

***

Вновь осень заглянула к нам в окно.

Вновь осень заглянула к нам в окно

И мелкий дождик попросился в гости.

На улице вдруг, как-то, стало холодно

И ветер листья срывал от злости.

Последний листок с берёзы облетел,

Но не упал, а был подхвачен ветром.

На землю опуститься, так и не успел,

А плюхнул в лужу, что играла светом.

Как кораблик он забился по волнам,

Словно в морской пучине погибая.

Дождь не давал прижаться к берегам,

Со всех сторон листок стегая.

Наш кораблик был непотопляем,

Хотя, как сито стал уже давно.

За ним мы с грустью наблюдаем,

Когда ж листок пойдёт на дно.

Но земная жизнь не угасает,

Лишь в венах замирает кровь.

К зиме природа тихо засыпает,

Чтобы весной родиться вновь.

Одинокий старец.

Слеза застыла на ресницах деда.

Кружась, снежинки падая на землю,

Ложились, словно тополиный пух.

Они, вздыхая, распевали песню,

А им вторил Священный дух.

Покрылись белым одеялом города,

Уснули, сбросив листья, все деревья.

Такого цвета же у деда борода,

У которого вчера погибла вся семья.

Дети ушли, чтоб защитить страну

И головы свои в бою сложили.

Больше не встретят они весну

И не расскажут, куда ходили.

Печально из окошка смотрит дед,

Как ложась на землю, снежинки тают.

Он хочет в лужице, узнать ответ,

За что сынки отчизны погибают.

Но нет ответа у природы,

Она не в силах это объяснить.

Зачем воюют меж собой народы,

Когда всем дружно можно жить.

Пройдёт снежная суровая зима

И птицы в дом родной вернуться.

С земли исчезнет серая чума,

Но дети уже больше не проснутся.

Слеза застыла на ресницах деда

И эту горечь не смахнуть рукой.

В дом его весной пришла победа,

Но в душе не наступил покой.

***

Одинокий старец.

В тумане скрылся человек,

Он затерялся где-то по дороге.

Он так шагал, какой уж век,

Не отдыхая на чужом пороге.

Слагал он песни и легенды,

Хотя легендой был и сам.

Со всеми праздновал победы,

Но был суров к своим врагам.

Куда, зачем он брёл по жизни,

Где берег был его родной?

Никто не вспомнит и отныне,

В каком краю был он чужой.

Его встречали: хлебом-солью,

Но прогоняли, не подав воды.

Он уходил на сердце с болью,

Ведь не хотел, для всех беды.

В тумане сером заблудился человек,

Никто о нём уже не вспомнит.

Дарил он счастье людям целый век,

Но печаль их души не тревожит.

Старец ушёл, и началась война,

И небо поменялось с землёй местами.

В огне сгорела Иудава осина

И ветер в поле заиграл костями.

***

Дискуссия у ворот.

Вчера пошёл я в огород,

Глянуть, что там уродилось.

Но задержался у ворот,

Народу много там скопилось.

Я подошёл, тихонько, не дыша,

Чтобы узнать, о чём они толкуют.

Но так не понял, ни шиша,

Зачем во Франции бастуют.

Твердят они наперебой,

Что на войне ребята гибнут.

А я кручу лишь головой

И жду, когда ж они уйдут.

Дискуссию ведёт народ,

Что в этом мире происходит.

Но причём мой огород,

Сезон уборки ведь подходит.

Я так стоял, разинув рот,

Пока ума чуть не лишился.

Зачем пошёл в том огород,

Лучше б в речке утопился.

***

Всё в этой жизни поправимо.

В Херсоне вновь гремят разрывы,

То тут, то там взрывается снаряд.

Какие у нацистов в голове мотивы,

Бьют когда из пушек всё подряд.

Вновь на мосту погибли люди,

Какой от этого нацистам прок.

Они давно погрязли в блуде,

Им лишь бы нажимать курок.

Что ждёт их там за поворотом,

Как встретят их на том конце?

Не искупить грехи им потом,

В огненном окажутся кольце.

Всё в этой жизни поправимо,

Нам Бог подарит ещё шанс.

Запомнить всем необходимо,

И точно соблюдать баланс.

***

Эпилог в моей жизни.

Пью кофе и смотрю в окно,

А там снежинка в луже тает.

Мне вылить хочется вино,

Но воля это мне не позволяет.

Когда-то был я молодым,

Меня девчонки все любили.

Теперь я стал уже седым

И все меня вдруг позабыли.

Нет, не грущу, не плачу я,

Что жизнь стрелою пролетела.

Меня там ждут уже друзья,

Хоть ждать уже им надоело.

Налью себе в стакан вина

И наплюю на всех врачей.

Ведь жизнь у нас всего одна,

Зачем сутра ждать палачей.

Пью кофе и смотрю в окно,

А там снежинка в луже тает.

Теперь друзья мне все равно,

Ведь жизнь тихонько угасает.

Вот наступил мой эпилог

И я со всеми попрощался.

Закончил в жизни диалог

И в дальние края умчался.

***

Стучит синица мне в окно.

Стучит синица мне в окно

И просит, пустить через порожек.

А мне подняться, не дано,

Давно своих не чувствую я ножек.

Зачем тогда пошёл я за водой,

Ведь душа из речки не напьётся.

Теперь калека хоть и молодой,

Но в груди сердечко ещё бьётся.

Со смертью захотел в игру сыграть

И время повернуть обратно.

Жизнь пытался у старухи отыграть,

Но оказалось всё напрасно.

Всего я этого ещё не понимал

И думал, что не Земле не лишний.

Но вернуть всё то, что потерял,

Не сможет даже и Всевышний.

Стучит синица мне в окно,

Она не знает о моей печали.

В душе ведь мёртвый я давно,

Хотя об этом все не знали.

***

Мне захотелось выпить чаю.

Мне захотелось выпить чаю

И сходить в театр на балет.

Но дороги я туда не знаю,

Ведь мне уже 130 лет.

Давно забыл, когда родился

И что вчера не мыл лица.

Но помню, в церкви я крестился,

А после бухнулся с крыльца.

Власть менялась, как перчатки,

Не зная, как вести при ней.

То в поле собираю я початки,

То в небесах гоняю голубей.

Кино увидев на цветном экране,

Переживаю, о героях я подчас.

Но нет вина в моём стакане

И жить всего осталось только час.

Жизнь промчалась, словно ветер,

Её не повернуть уже назад.

Не пригодиться мне ведь веер,

Зачем он там, где вечный ад.

***

Последний бой с самим собой.

Хотите вам на скрипке поскриплю,

Чтоб вы меня надолго не забывали.

Я вам, друзья, свои мелодии дарю,

Которые в ночи мне дверь открыли.

Чем старше становлюсь я и мудрей,

Тем разум мой, частично, умирает.

Давайте ж жить, как можно веселей,

Ведь нам музыка ничем не угрожает.

Я без очков не всех вас узнаю,

Лишь лица в памяти остались.

Друзья, я вам мелодию дарю,

Чтоб от меня вы не шугались.

Вступив в борьбу с самим собой,

Я проиграл, пощады не дождался.

И наконец, настал последний бой,

В котором с жизнью попрощался.

Хотите вам на скрипке поскриплю,

Да приглашу на свой концерт последний.

Всех очень вас, мои друзья, люблю

И верю, в аду со скрипкой буду первый.

***

Включил я Рен ТВ сейчас.

Включил я Рен ТВ сейчас

И одурел, о чём толкуют.

Забыть хотел я всё на час,

Но ведущие мне не дают.

То Украина бомбой нам грозит,

То ковид опять проснулся где-то.

Меня, друзья, сомнения грызут,

Что мы и не живём как будто.

Опять пророчат нам конец,

Шаманы в бубен бьют нещадно.

И на землю спешит гонец,

Но это все, мои друзья, напрасно.

Чуму мы вместе победим,

Нам не страшны инопланетяне.

Хмельного кваса им дадим

И праздник устроим на поляне.

Включил я Рен ТВ сейчас,

Чтоб отдохнуть душой и сердцем.

Но в омут погрузился я на час,

Как поперхнулся горьким перцем.

***

Я помню, как ты сверлил глазами мою грудь.

Я помню, милый, до сих пор,

Как ты сверлил глазами мою грудь.

Глядел в лицо ты мне в упор,

А видел то, что под моим бельём.

Дышал ты, словно дикий зверь,

Срывая взглядом мою одежду.

Мечтая о последствиях, но верь,

Тебе не одолеть меня такую.

Хоть в стонах, пред тобою я тону

И жажда, словно мы в пустыне.

Я косо, милый, на тебя смотрю,

Ведь мчимся мы в крутой машине.

Скрип тормозов, а после ласки

И вся одежда прочь на пол летит.

Мы очутились, словно в сказке

И нас никто теперь не разлучит.

Замок в облаках.

Мелькал за окном осенний пейзаж.

Мелькал за окном осенний пейзаж

И поезд мчался опять в пустоту.

В вагоне мы вместе поймали кураж

И плюнули разом на ту красоту.

Давай убежим мы в дальние дали,

Где буря бушует и свист в темноте.

Мы этого милая долго так ждали,

Зачем нам парить тогда в высоте.

Душа, как и прежде, желает простора,

А сердце в груди отбивает свой ритм.

Зачем друг от друга ждать нам укора,

Ведь мы ощущаем души биоритм.

Печаль унынье отбрось в сторонку,

Забудь тот сон и маргариток цвет.

Присядь же со мной ты на дорожку,

Я дам тебе на вопрос свой ответ.

***

Путь кукловода.

Жизнь это вовсе не кино,

Её нельзя остановить вначале.

Не пейте забродившее вино,

В душе тогда появятся печали.

Друзья забылись, братьев имена,

Которые ты так пытался вспомнить.

От кукловода дум и рук страна,

Уже не в силах вновь воспрянуть.

Тернист и труден кукловода путь,

В котором ничего вмиг не осталось.

Душа в потёмках, на дороге жуть

И смерть к твоей груди прижалась.

Где разрослась в душе полынь,

Да боль и страх забрались в сердце.

Ты погубил напрасно жизнь,

Смерть тебя достанет и в колодце.

В ухмылке ты кривишь лицо

И супишь брови, как генсек.

Тебе не спрятаться в пальто,

Ведь на дворе уж 21ый век.

Поставив в церкви ты свечу,

Соседу страх свой не отправишь.

Тебе ведь власть не по плечу,

Страною ведь не сам ты правишь.

Смерть не приходит ведь одна,

Ей нужен страх и всё такое.

Народ воспрянет скоро ото сна

И скинет с плеч ярмо чужое.

Жизнь это не совсем кино,

В ней всё кончается не так.

В стакане недопитое вино,

А на душе опять бардак.

Платиной кровь-реку не закрыть

И жизнь не выкупить за злато.

В аду ты будешь долго гнить,

Да вспоминать родного брата.

***

Замок в облаках.

Вот жизнь промчалась незаметно,

Годы текли в ней, как река.

Осталось день прожить успешно

И душа умчится в облака.

Там, среди равнин цветущих,

Где каждый счастлив и богат,

В замке встречу я великих,

Которым буду непременно рад.

Введут они меня в покои,

Где царит вселенский Рай.

У них свои ведь там устои,

Живи, да рта не открывай.

Но если грешен ты по-жизни,

То не мечтай о том пути.

В аду ты будешь гнить отныне

И никто не сможет тебя спасти.

Остался миг до моего финала,

А в сердце горечь и печаль.

И дверь от Райского портала,

Всё уплывает дальше вдаль.

Я вспомнил все грехи за час,

Но было поздно ведь уже.

Их не исправить все зараз,

Как душу вырастить в меже.

Ушла в небытиё мечта

И растворились в небе облака.

В душе засела пустота,

А смерть совсем уже близка.

***

Стих ни о чём.

Лишь карандаш в моей руке,

Да лист бумаги на столе.

А мысли, словно по реке,

Текут спокойно в голове.

Красивые слова я вывожу,

Но смысла, что-то не пойму.

Словно ступил не в ту межу

И всё, как должное приму.

Свой стих закончил, наконец,

О том, что вижу за стеклом.

А там, на ветке сидит скворец

И думает, он что-то о своём.

***

Разгневанный петух.

На дворе разгневанный петух,

Со злобой смотрит на куриц.

От драки глаз его припух,

Не ждал сутра такой гостинец.

Лишь только солнышко взошло,

Как он поднял свой гребешок.

Но в курятник чудо вдруг зашло

И куры сразу обратились в шок.

Но наш петух героем слыл

И никому не уступал дорог.

Грудью курочек он закрыл

И наглеца выгнал за порог.

Бой длился несколько минут,

Кругом летали перья там.

Теперь к ним гости не идут,

А то получат снова по зубам.

Под забором сломанный лопух,

Да в хвосте застрял репей.

На дворе взъерошенный петух,

Он гордо смотрит на детей.

***

Поэт не может жить без музы.

Когда совсем нет мыслей в голове,

Там, словно, чистый лист бумаги.

Я гусиное перо оставлю на столе

И займусь хозяйскими делами.

Музу чтоб свою не напугать,

Когда нагрянет она нежданно.

С женой не лягу я в кровать,

А займусь починкой фортепьяно.

Из дома выйду я во двор,

Да взгляну в ночное небо.

Буду ждать свой приговор,

Как голодный кусок хлеба.

Расскажут звёзды свою судьбу,

Когда и как на свет родились.

И я представлю всю их борьбу,

Ведь они не просто так явились.

Когда совсем нет мыслей в голове

И на бумагу не ложится стих.

Значит, жизнь закончилась в тебе

И сердца ритм совсем затих.

Поэт не может жить без музы,

Она, как путеводная его звезда.

У природы тоже есть капризы

И погасить их можно не всегда.

***

Твой образ в сердце я храню.

Ну, вот настал тот день и час,

Когда в людской толпе увидел вас.

Ты шла, не замечая никого,

Держа свой путь куда-то далеко.

В моих глазах блестел огонь

И я застыл, как серый конь.

К тебе боялся сразу подойти,

Чтобы не сбить тебя с пути.

Прошла ты мимо, словно тень,

Остановить тебя мне было лень.

Я сделал шаг куда-то в пустоту

И взмыл в сердцах в синь-высоту.

Твой синий взгляд напомнил мне,

Что я живу лишь только на земле.

Здесь не найти мне Райских врат,

Где повстречается пропавший брат.

Когда очнулся, вдруг понял,

Что судьбу вновь потерял.

Среди толпы я стал тебя искать,

Чтоб грусть в душе своей унять.

Заламывая руки и молчать,

Я остался, в тишине стоять.

А ты пропала, как мираж,

Другого взяв на абордаж.

Промчались незаметно мои годы,

Словно заросшие травою огороды.

Твой образ в сердце я храню

И в мыслях в облаках парю.

***

Край, где вечно балом правит Май.

Простой совет хочу вам дать,

Лицом не нужно, в салате спать.

В душе тогда появится сквозняк

И ваша жизнь пойдёт наперекосяк.

Запомнить должен человек,

Что людской короткий век.

Ты должен счастье заслужить,

Тогда в почёте будешь жить.

Если будешь ты грешить,

Да чёрту душу ворошить.

Тебя не пустят в Райский сад,

А прямиком отправят в ад.

Но если ты душою чист,

Как в тетради белый лист.

Любовь вернётся вновь к тебе

И заиграет ангел на трубе.

Кошмарный сон умчится в пустоту,

Туда, где не сыскать нам красоту.

В мечтах отправимся мы в край,

Где вечно балом правит Май.

***

Пришло время замаливать грехи.

Пришло время замаливать грехи,

Чтоб грудь не раздалась вширь.

Забросил я писать свои стихи

И тихо удалился в монастырь.

Проснувшись утром, творю молитву,

Чтоб из души прогнать печаль.

А чтобы на обед искушать тыкву,

Из библии я познаю мораль.

Остались в памяти лишь вышки,

Те, что лицезрел я на войне.

Забылся запах спелой вишни,

Да скачки на гнедом коне.

Мечта разбилась, как стеклянный шар

И скрылась где-то в облаках.

А в сердце разгорелся вновь пожар,

И сон приснился мне в стихах.

Жизнь улетает, словно в никуда,

Туда, где нету временных границ.

Но будем помнить мы всегда,

Ушедшие слова из вырванных страниц.

Конец.

Стихи, как белые вороны.

Твой образ в сердце я храню.

Ну, вот настал тот день и час,

Когда в людской толпе увидел вас.

Ты шла, не замечая никого,

Держа свой путь куда-то далеко.

В моих глазах блестел огонь

И я застыл, как серый конь.

К тебе боялся сразу подойти,

Чтобы не сбить тебя с пути.

Прошла ты мимо, словно тень,

Остановить тебя мне было лень.

Я сделал шаг куда-то в пустоту

И взмыл в сердцах в синь-высоту.

Твой синий взгляд напомнил мне,

Что я живу лишь только на земле.

Здесь не найти мне Райских врат,

Где повстречается пропавший брат.

Когда очнулся, вдруг понял,

Что судьбу вновь потерял.

Среди толпы я стал тебя искать,

Чтоб грусть в душе своей унять.

Заламывая руки и молчать,

Я остался, в тишине стоять.

А ты пропала, как мираж,

Другого взяв на абордаж.

Промчались незаметно мои годы,

Словно заросшие травою огороды.

Твой образ в сердце я храню

И в мыслях в облаках парю.

***

Край, где вечно балом правит Май.

Простой совет хочу вам дать,

Лицом не нужно, в салате спать.

В душе тогда появится сквозняк

И ваша жизнь пойдёт наперекосяк.

Запомнить должен человек,

Что людской короткий век.

Ты должен счастье заслужить,

Тогда в почёте будешь жить.

Если будешь ты грешить,

Да чёрту душу ворошить.

Тебя не пустят в Райский сад,

А прямиком отправят в ад.

Но если ты душою чист,

Как в тетради белый лист.

Любовь вернётся вновь к тебе

И заиграет ангел на трубе.

Кошмарный сон умчится в пустоту,

Туда, где не сыскать нам красоту.

В мечтах отправимся мы в край,

Где вечно балом правит Май.

***

Пришло время замаливать грехи.

Пришло время замаливать грехи,

Чтоб грудь не раздалась вширь.

Забросил я писать свои стихи

И тихо удалился в монастырь.

Проснувшись утром, творю молитву,

Чтоб из души прогнать печаль.

А чтобы на обед искушать тыкву,

Из библии я познаю мораль.

Остались в памяти лишь вышки,

Те, что лицезрел я на войне.

Забылся запах спелой вишни,

Да скачки на гнедом коне.

Мечта разбилась, как стеклянный шар

И скрылась где-то в облаках.

А в сердце разгорелся вновь пожар,

И сон приснился мне в стихах.

Жизнь улетает, словно в никуда,

Туда, где нету временных границ.

Но будем помнить мы всегда,

Ушедшие слова из вырванных страниц.

***

Зачем нам замки из стекла.

Где нет любви и кровь рекой,

А сердце разрывается на части.

Там брат на брата идёт войной

И на холмах белею кости.

Зачем нам возводить мосты

И строить замки из стекла?

Когда в полях стоят кресты,

А над землёй нависла мгла.

Врага мы знаем своего в лицо,

Ему не скрыться за чужой личиной.

В ночи не пустим на крыльцо

И не предложим чай с малиной.

Превозмогая все преграды на пути,

Которые нам жизнь подносит часто.

Мы через горы сможем перейти

И свои души не продать за злато.

***

Хоккей – игра задора.

В морозный день, когда не сыплет снег,

На каток спешит из дома детвора.

Они уже с крыльца свой начинают бег,

Ведь минус двадцать, для них жара.

Ведь, для ребят, хоккей игра задора,

Их хлебом не корми, дай погонять.

Для них судья страшнее прокурора,

Вмиг штрафной он может припаять.

Разбиты в кровь коленки и носы,

Клюшки сломанные валяются повсюду.

А у судьи торчком стоят усы,

Хотя он дома с женой не бил посуду.

Свисток судьи и ребятишки понеслись,

Крича и ухая, как будто на войне.

Шайбу лови, вратарь, да не ленись,

А то получишь клюшкой по спине.

Когда за окнами повиснет темнота

И на катке ребят затихнет радость.

В душе судьи наступает пустота,

Он любит спорт, как дети сладость.

А утром вновь спешит он на каток

И с радостью его встречает детвора.

Он приготовил новый, для них урок,

В жизни хоккей не только же игра.

***

Качусь по полю, словно снега ком.

Цитируя Блока и Сенеку,

Чтоб в жизни не попасть впросак.

Проснувшись и пойдя на реку,

Я понял, что живу совсем не так.

Не так дышу, когда встаю с дивана,

Не так иду с авоськой в магазин.

И водку с другом пью по пол стакана,

Хотя в душе я вовсе не грузин.

Хотел себя отдать я на поруки,

Но прогадал, засунув голову в петлю.

Теперь терплю чужие муки,

Не понимая, кого сильней люблю.

Мне за любовь награду обещали,

Но счастье где-то рядышком прошло.

Лишь больше добавилось печали,

Когда солнышко за облако зашло.

В душе я проклял всё на свете

И вышел на дорогу босиком.

Не нуждаюсь в чужом совете,

А качусь по полю, словно снега ком.

Сейчас цитируя стихи поэтов,

Я понимаю, как трудно им жилось.

Не разъяснят они тебе ответов,

Ведь по ночам им тоже не спалось.

***

С годами стали мы мудрей.

Внимательно смотрю я на тебя

И не понимаю, в чём проблема?

Ведь живём, друг друга мы любя,

Причём, какая-то, тут дилемма?

Красивый дом и шубка на меху,

А тебя опять чего-то не хватает.

И я скажу тебе, как на духу,

Меня твоё занудство убивает.

По ночам себя я вновь карюю,

От колец уж пальцев не хватает.

Ты просишь денег у меня, даю,

А любовь, как птица погибает.

Мне нужно раньше бы уйти

И забыть в твой дом дорогу.

Но в сердце грусть не унести,

Хоть проси у боженьки подмогу.

С годами стали мы мудрей,

Хотя ночами и не спали.

Ты нарожала мне детей

И забылись ссоры и печали.

***

Мои стихи, как белые вороны.

Вновь улетела, унеслась куда-то муза

И в одиночестве остался сам с собой.

Мне ни за что не вынести такого груза,

Хоть кидайся в тихий омут с головой.

Слова стихов застряли в голове,

Их щипцами не вытянуть оттуда.

А мышка серая шуршит в траве,

Да на столе немытая посуда.

Мне, просто, лень вставать с дивана

И ощущать ногами пола холодок.

Налить вина хотя бы полстакана,

Да с души прогнать унынье-шок.

А за окном весна, капель сосулек

И тихий голос слышен за стеной.

А я закрылся дома, словно жулик,

Себя, не ощущая, что пока живой.

Два года уж друзей не принимаю,

Сижу я, словно ведьма на метле.

Ломаю голову, себя не понимая,

Зачем живу на этой вот земле.

Мои стихи, как белые вороны,

Они нужны лишь только мне.

Не носить хрустальные короны,

Своё я горе утоплю в вине.

***

Для всех у Бога дверь открыта.

Дом обшарпанный, разбитое корыто

И на лавочке сидит седой старик.

И в сердце дверь к нему открыто,

Ведь у Бога он прилежный ученик.

С войны вернулся он калекой,

В душе засела злость и пустота.

Для всех в семье он стал помехой,

Где раньше были союз и доброта.

Война сгубила много жизней

И выбросила, как ненужный хлам.

Сердца засыпал, словно пеплом, иней

И лёг, как снег, к босым ногам.

Скрипит душа, как ржавая телега,

Ей разгуляться бы, но не хватает сил.

Она, как лошадь, взяла с разбега,

Но всадник-рок в мгновенье усмирил.

Просил у Бога старик прощенья,

Чтоб забыть всю горечь и печаль.

И получив своё благословенье,

Отправился за горизонты вдаль.

Попутчик был ему лишь ветер,

Дождями умывал своё лицо.

И через год добрался он на север,

Без сил свалившись на крыльцо.

Лишь через месяц он поднялся

И к Богу устремил свой взгляд.

Ему он в слабости признался,

Да попросил за ним пригляд.

Теперь служил он верно Богу,

Замаливая людские все грехи.

Хотя в свой дом забыл дорогу,

Но дела его все знают пастухи.

Дом обшарпанный и нет уже корыта

И старик отправился уже на небеса.

Но, для всех, у Бога дверь открыта,

Хоть многие не верят в его чудеса.

***

Маленький герой.

Ехали на «Ниве» в школу дети,

Но «звери» обстреляли их в пути.

Родителям пришли дурные вести,

Кому они могли дорогу перейти?

Был в спину ранен маленький парнишка,

Убит водитель, кровь текла рекой.

Но девочек не бросил тот мальчишка

И через лес привёл он их домой.

Теперь лежит ребёнок в коме,

Ему бы бегать в поле, да играть.

А мать тихонько плачет в доме,

Два дня она уже не может спать.

Врачи за жизнь парня боролись

И пуля вражеская была извлечена.

Но шрамы на душе его остались,

Ведь эта, совсем, не детская война.

Страна запомнит этого героя

И в памяти останется он на века.

Пройдёт весна и отголоски боя

Умчатся вдаль, как бурная река.

***

Душа Земли.

Растопим вместе мы печаль.

Сутки слёзы льёшь ты напролет, Мы возьмём в аренду самолет. Увезу тебя я в дальние края, Ты там увидишь горы и моря.

Квартиру купим мы любую И создадим семью большую. Зачем тебе погибший акробат, Ведь родной ему я брат.

Встречать рассветы будем мы с тобой, Позабудешь ты, как плакала парой. Нарву тебе букетик красных роз, А не захочешь, подарю мимоз.

Любить мы будем только лишь себя, Зачем из жизни прогоняешь ты меня. Проснись, ведь на дворе уже 20 век, Забудь, что ты уж старый человек.

Растопим вместе мы печаль, Прошедших лет поверь не жаль. Любовь не смотрит на года, В сердцах огонь горит всегда.

***

Любовь со смертью не умирает.

Заброшен где-то старый дом, Густой травою заросла ограда. Давно уже нет жизни в нём, Где раньше жила моя отрада.

Она ушла, покинув этот мир, Туда, где счастья больше нет. Ночью за ней пришёл сатир, В её душе похитив свет.

Теперь живёт любовь в аду, Где черти правят балом. Их нельзя привлечь к суду, Они у сатаны под началом.

Людские души собирает он, Чтобы грехами их питаться. Я черти вторят ему в тон, Света белого они бояться.

Тьма не вечна под Луной, Её днём Солнце убивает. Но не залить огонь водой, Он души часто похищает.

Заброшен где-то старый дом И в окнах нет там света. Любовь уснула крепким сном И не дождаться мне ответа.

Я верю, мы встретимся опять И огонь в наших душах запылает. Никак не может сатана понять, Что любовь со смертью не умирает.

***

Скоро осень умчится в туман.

Скоро осень умчится в туман, Снег дорожки крупою посыплет. Но ведь это всего лишь обман, Он душу леса никогда не усыпит.

Тучи хмурые скоро пройдут И весна постучится в окошко. Злые вьюги на север уйдут И распустится лес немножко.

Зашумит, проснувшись, листва И весёлую песнь всем споёт. В небе вновь расцветёт синева И любовь своё счастье найдёт.

***

В душе лишь только ветерок.

Гулял я много по Парижу И заработал себе грыжу. Скажу друзья вам по-секрету, Мне не забыть поездку эту.

В фонтане как-то искупался, И с полицейскими подрался. Забыл, что эта не моя страна, А из окошка речка не видна.

Всю ночь здесь шум и суета, Да на прилавках пустота. А мне приснился край родной, Где в деревушке домик мой.

Старушка там глядит в окно, Сыночка ждёт уже давно. Покинул он родимый край, Ушёл искать за морем Рай.

Дорожка заросла уже травой И дом навек покинул Домовой. Не дождалась сыночка мать, Одной пришлось ей умирать.

Слеза скатилась по щеке И солнце спряталось в реке. В душе лишь только ветерок, Да заросший на погосте бугорок.

***

Душа Земли.

Снега ушли, оставив голой Землю, Как младенец появившейся на свет. Но я в погибель её не очень верю, Хотя она и существует много лет.

Её бомбили с космоса нещадно И волны поднимались выше гор. Но было это всё тогда напрасно, Хоть Бог Земле и вынес приговор.

Стряхнув проклятье, она оживала, Сметая все преграды на своём пути. А вражья сила в недра ускользала Чтоб через века на трон опять взойти.

Душа Земли расправив плечи, Вновь ожила и стала молодой. Боги ушли, но не погасли свечи И жизнь вернулась вновь домой.

Не нужно гадить на своей планете, Она ведь тоже живое существо. Живите, люди, дружно вы на свете И жизнь не превратится в «вещество».

***

Страницы жизни обратились в прах.

Сегодня пью опять вино И вспоминаю своё я детство. Зачем закончилось оно, Как то лекарственное средство.

Умчались годы, словно облака И жизнь тихонько подошла к финалу. Теперь мы смотрим свысока, Как подходит теплоход к причалу.

Ушёл дружок, оставив след в судьбе, Остался холмик да венок цветов. И где-то там, вдали на корабле, Мы ощущаем тяжесть своих оков.

Страницы жизни обратились в прах И закружили, как ветер в карусели. Но возвращается вчерашний страх, Которого мы так прогнать хотели.

Вновь наливаю я себе вино, За жизнь, что прожил не напрасно. Играет всеми красками оно И на душе становится прекрасно.

***

Внимая песне ветра и судьбе.

Пролился дождик на асфальт, Оставив свои слёзы до утра. А где-то в парке играет альт И смехом ему вторит детвора.

Я часто вспоминаю свою жизнь, Что утекла, как бурная река. Осталась в сердце лишь полынь И не закончена в стихе строка.

В душе погасла музыка уже И старость поджидает за порогом. А жизнь остановилась на меже, Чтоб повстречаться скоро с Богом.

Дождь смыл вчерашние следы, Оставив лишь одни страданья. Порой не замечаем мы беды, Погрузив себя в воспоминанья.

Внимая песне ветра и судьбе, Чтоб жизнь напрасно не промчалась. Её закончить я хочу в борьбе, Чтоб тихонько смерть не подобралась.

***

Оставь свои грехи за дверью.

Кленовый лист тихо дребезжит, Своей он песней подпевает ветру. А в чистом поле крест стоит, Чтоб не забыли люди свою веру.

Хрустальный звон разнёсся до небес И возвестил о возвращении Бога. В людских сердцах Он вновь воскрес, Чтоб встретить нас у своего порога.

Оставь свои грехи за дверью, Будь честен в помыслах своих. Чтоб не расстаться со своею тенью, Почаще вспоминай своих родных.

Но если сделал в сторону ты шаг И продал душу за монетку. Не будет в твоей жизни благ, А получишь чёрную ты метку.

Вспомни про веру, вернись домой, Ведь за чертой там нету жизни. Зачем играть тогда с судьбой, Да становиться утром на колени.

Кленовый лист уже не дребезжит, Он давно закончил свои песни. А в поле и поныне крест стоит, Напоминая, что нет вечной жизни.

***

Любовь и смерть, добро и зло.

Любовь и смерть, добро и зло, Всё в этой жизни совместимо. Любовь и смерть, нам повезло, Всё в нашем мире поправимо.

Свет солнца дня иль темнота ночей, Дитя любви земной или греха порока. Всё в этой жизни ты взяла с собой, Но счастья и любовь не получила.

У меня гроши в пустом кармане, Я на твою любовь потратил их. Но нет вина уже в моём стакане, Да счастья не хватает на двоих.

Я прожил день, а ты лишь час, Чтоб примериться нам с любовью. Но жизнь решила всё за нас, И вновь расстались мы с тобою.

***

Последний в жизни старт.

Что не положить голову на плаху, Мой брат поехал воевать. И не поддаться ночью страху, Стал он вражью нечисть убивать.

Из нор своих они всё лезли, Как будто все их ждали тут. Враги, как змеи всё шипели, Чтоб проложить себе маршрут.

В бой вёл их демон шестикрылый, Сжимая в лапах огненную плеть. Он на лицо был очень милый И глядя на него, хотелось петь.

Но тьма и свет не совместимы, Они всю жизнь свою ведут борьбу. В войне с врагом все побратимы, Чтоб за бесценок не продать судьбу.

Но финиш всё же неизбежен, Хотя в душе кипит азарт. Мой брат был жизнью не изнежен, Но это был его последний старт.

***

Туман белёсый над рекою.

Вчера мне сон приснился страшный, Где я тонул в большой воде. В ней лик привиделся ужасный, Знать, в нашем мире быть беде.

Туман белёсый над рекою, Мой разум как стеной закрыт. И мне всё кажется парою, Он смысл жизни весь сокрыл.

Исчезло всё, как с той картины, Которую закрасил хулиган. Но остаются в полях мины И сердце разрывается от ран.

Пришли враги на нашу землю, Чтоб испоганить, истоптать её. Но не во сне, а наяву я верю, Что прогоним нечисть мы с неё.

Туман уйдёт, очистив сушу И прекратится горе матерей. От врагов спасём мы душу И в мире станет, посвежей.

Но сны проходят, остаётся память, Как в пустыне призрачный мираж. И не могу я ничего уже прибавить, В этот осенний не радостный пейзаж.

Конец.