Очень ранние стихи

Глава 1

ЧЕРЁМУХА

Черёмуха ягодной чернью

Задумчиво брови свела,

И в небо вечернее песню

Речною волной повела.

А песня мелодией грустной

Поведала тайну времён,

Но как-то неясно и мутно…

И я оборвал этот стон.

Пропал очарованный вечер,

Исчезла напевность веков.

Крылами серебряный ветер

Меня прогоняет с лугов.

7. декабрь. 1978 год

Глава 2

ВЕСЕННЯЯЛЕНЬ

Не шумите, седые берёзы,

На душе и так кошки скребут.

Ваши скучные талые слёзы

Лишь досаду и холод несут!

Люди любят весною друг друга,

В большинстве умирают весной…

Я бреду по мертвящему кругу,

Обретая ненужный покой.

Я забыл про экзамены летом,

Телекурсы забросил совсем,

Лишь ленюсь под играющим светом

И тяну через сон свою лень.

1.август. 1979 год

Глава 3

УВЯДАНИЕ

Подлесок в болотах вздыхает

О немощи старых ветвей.

Печально вдали умирает

Малиновый звон журавлей.

Пожухлое поле поникло,

Как горем убитая мать,

Ненастье босое привыкло

Со мной заодно горевать.

Стою и смотрю на поляну,

На жёлто-угрюмый бугор.

А лист, с обагрённою раной,

Бредовый ведёт разговор.

15. октябрь. 1979 год

Глава 4

РАДУГА

Нет у туч теперь порядка:

У дорожного изгиба

Проросла до неба шляпка

Удивительного гриба.

Проросла из мокрой пашни,

Улыбнувшейся сквозь слёзы…

В центре шляпки – день вчерашний,

По краям – мечты и грёзы.

Я смотрю на эту сказку

Из сырого стога сена.

Вновь соседнюю канавку

Заполняет наледь пены…

А под птичий плач и крики

Стала радуга стихами,

И вечерние гвоздики

Зацвели над облаками.

17. август. 1980 год

Глава 5

ПОЛЕВЫЕ ГВОЗДИКИ

Летний день задремал над безлюдной тропой,

Синий бархат небес растрепался вдали.

Прошептали мне тихие травы: «Постой,

Ты увидишь таинственный свет у земли».

Я очнулся стоящим на хрупких цветах,

Наполняющих розовой дрёмой поля.

И увидел: на смятых губах-лепестках

Тихо гасла от боли улыбка твоя.

24.сент.1980 год

Глава 6

НАЧАЛО ЗИМЫ

В небесный лёд закованное солнце

Растеряно лучом стучит в лазурь.

И тихо тает в облаках оконце,

Открытое крылом осенних бурь.

Но вытерло ненастье ветром слёзы

И стало лист последний отрывать.

А в полдень родились в земле морозы

И уползли на лужах умирать.

Под вечер чародей оледенелый,

Устав снега кидать, на пень замшелый

С трудом присел и с хрипом задышал.

И побежали волнами метели

К холмам… Там иглами старухи-ели

Из них нашьют для леса покрывал.

30 .октябрь. 1980 год

Глава 7

ЗАКАТ

Блестящий уж, свернувшийся лениво

На тёплом теле неба, задремал…

Но вдруг ворона каркнула тоскливо,

И хрупкий сумрак на поля упал.

Уж в родники с небес скатился вяло,

Колечком золотым упал на дно.

И небо зацепил янтарным жалом,

И алой чешуёй покрыл его.

Отяжелев, с вечернего навеса

Упали облака на кровлю леса

И стали солнце ветром раздувать.

Но вот и ночь, родившись за холмами,

Как добрый врач, прохладными руками

Немедля стала небо исцелять.

28 .ноябрь. 1980 год

Глава 8

ПАМЯТИ ОТЦА

Я в эти дни живу в воспоминаньях.

На ум приходят давние мечты:

Бессмертным быть иль жить в людских преданьях

В сиянье старой, мудрой красоты.

И цепенеет мозг от грёз бессильных,

От холода внезапной пустоты.

Я положу стихи на холм могильный

Отца, как помертвевшие цветы.

Он их любил и сам писал прекрасно.

Но в образе Сизифа дал понять,

Что камень этот он катил напрасно –

Суровый Рок не даст его поднять…

Как все поэты он шутил, смеялся.

Поэтом в тридцать восемь лет скончался.

25 декабрь. 1980 год

Глава 9

ПОЗДРАВЛЯЮ, МАМА!

На ёлках, ярким фосфором горящих,

Как лёгкий эльф, родился Новый год.

И грёзы оживил в мечтах манящих,

И спрятал в будущем узлы забот.

И я забыл недавние невзгоды,

Решив о них не думать в эти дни.

Поздравлю маму с наступившим годом

И к дню рожденья напишу стихи.

А в них я пожелаю маме счастья,

Перенести житейские ненастья,

И звёздной ночью в небо посмотреть.

Там тёплый месяц с грустными глазами,

Прозрачными играя облаками,

На счастье будет звёздами звенеть.

5 декабрь. 1980 год

Глава 10

УСТАЛОСТЬ

Сегодня жизнь постыла и угрюма.

И в ней так много умных дураков…

Опять мне сердце гложет эта дума:

Заснуть… И долго-долго спать без снов.

Хочу проснуться я в счастливом веке,

В котором люди для людей живут.

Там места нет убогому калеке,

И грубость с злобой в душу не плюют.

Ах, впрочем, я устал и нервы сдали.

Нельзя ж без отдыха крутить педали

Машины быта – это тяжкий труд.

Я лучше сяду в кресло, неги ложе,

Вздремну… Но что за шум? О, Боже, Боже! –

Ко мне эмоции, вопя, бегут!

1.январь. 1981 год

Глава 11

МОЕЙ МУЗЕ

С детства я люблю страну Есенина,

С детства снится мне льняная Русь…

Перед Музой встану на колени я

И на ней жениться поклянусь.

Подарю фату ей серебристую

Из узорных тканей паутин,

А потом уйду в чащобу мглистую

От мирского шёпота осин.

Там стеклянною головкой лилии

Назвеню мелодию стиха.

Пусть услышат серые рептилии

Музыку сонетного венка.

Пусть заплачет Муза, вечно юная,

И в грозе узнает мой сонет…

Надоела жизнь мне наша шумная,

Стал мне дорог тихий лунный свет.

18. январь. 1981 год

Глава 12

НОЧЬ У МОРЯ

В ночной тиши чуть слышны звуки…

Забыты дом, весенний сад

И трели птичьих серенад…

Звезда в воде купает руки

И не даёт уйти назад.

Но вот проснулся ветер в травах

И грубо Время разбудил.

Под дуновеньем лёгких крыл

Исчезла тишина в дубравах,

И в небе звёздный свет остыл.

Корявый дуб, как дед согбенный,

Дрожа от холода листвой,

Дневною бредит суетой…

И метеора путь мгновенный

Лёг предрассветною чертой.

5. февраль. 1981 год

Глава 13

В ЛЕНИНГРАДЕ

У ветра очень нудная работа:

Он доит тучи целый день подряд.

Лишь редкая от солнца позолота

Улыбкою осветит Ленинград.

В который раз забыв дорогу к дому,

Я жду свой обленившийся трамвай.

Но вот уж час ничто не вторит грому,

Молчит навек окаменевший край.

Я жду и постигаю мир отсюда:

Стоит Исакий, как морское чудо,

И зеленеет гордо под дождём.

Вдали «Астория»… Гляжу, немея,

Всё ново для приезжего плебея,

И изумляет каждый старый дом.

27. февраль. 1981 год

Глава 14

НОЧНАЯ СКАЗКА

Хрустальные гвоздики расцвели

На сказочных полях ночного неба.

Вновь в тишине звенят колосья хлеба,

Как эхо потревоженной земли.

Летит Луна, пчела небес далёких,

И пьёт нектар со звёздных лепестков.

Тускнеет блеск серебряный цветков

От лунных крыльев, длинных и широких.

И я шепчу чуть слышно: «Светлячок,

Возьми звезду за тонкий стебелёк

И, опрокинув хрупкое соцветье,

Смелей нектар хмельной на рощу лей,

Пусть пьёт его кудесник-соловей

И наполняет мир чудесной песней».

5. апрель. 1981 год

Глава 15

СНЫ

Стучатся робко сказки по ночам

В глухие ставни розового детства.

И от такого близкого соседства

Бывает весело и грустно нам.

Присниться могут нам Иван да Марья,

Забывшие про старость и обман:

Навек обнял любимую Иван…

И вот пророс цветок – иван-да-марья.

Перевернётся первых снов страница –

Возникнут новые виденья, лица.

Послышится шипенье, топот, писк,

И гнома хитрого чуть слышный лепет.

И испытаем мы невольный трепет,

Когда в упор посмотрит Василиск.

3. май. 1981 год

Глава 16

ПЕРЕД БИТВОЙ

Заснула в звёздной мгле моя страна…

Такими тихими и светлыми ночами

Сшивает вехи времени Луна

Таинственными, острыми лучами.

А я, по буквам звёзд слагая Слово,

Читаю славу дремлющих равнин.

И вспаханное поле Куликово

Уж не тревожит дробный шум машин.

Оно опять в цветах лесного луга

Встречает многотысячную рать.

Вновь в предрассветный час звенит кольчуга,

Мечи и кистени опять звенят.

И скоро перед схваткой Пересвета

Замолкнут песни воина-поэта.

19. июнь. 1981 год

Глава 17

ГЛАДИАТОР

Сегодня пьян и весел древний Рим.

Весь день звенят мечи в амфитеатре,

И смотрит представление в театре

С трибуном полунищий гражданин.

Сильна столица снова и богата,

Горит на белом небе римский щит.

А раб опять со злобою глядит

В спокойное лицо аристократа.

Но скрытен этот взор и нет в нём силы,

Покорна гладиатора рука.

И раб, борясь за жизнь, вонзает вилы

В живот врага… Случайного врага…

Суров и справедлив у жизни суд,

И новый труп крюками волокут

6. май. 1981 год

Глава 18

ИКАР

Вдохнула в звёзды жизнь мечта поэта

И полюбили небо млад и стар.

И вот, взлетев уверенно, Икар

Решил звезду сорвать за гранью света.

Трудна дорога к сказочному саду,

Зовёт к себе упрямая Земля

И обещает щедрую награду…

Но далеки эгейские поля.

И нимф весёлых побледнели лица,

И солнца потускнела колесница, Ползёт, зевая, к лунным дверям день.

А человек летит к светилу ближе,

Пускай огонь голодный крылья лижет –

Икар сорвёт небесную сирень!

1.июнь. 1981г

Глава 19

***

Мне мечтать о тебе не с руки,

Я пока что не князь, а плебей.

И в течении грустной реки

Неизвестный совсем соловей.

Не в почёте мой стих и сонет,

Глохнут звуки в вечерней тиши.

Но и всё же, прими мой привет

Из забытой дремучей глуши.

В нём услышишь журчанье ручья

И цветов полевых разговор…

Я пою для тебя… Для тебя

Тку тончайший словесный узор.

Слышишь в зарослях нежную трель,

В тишине задремавшего дня?

Это вторит мне сказочный Лель,

Славит звёздную цель бытия.

11.июнь. 1981г

Глава 20

***

Этот день мне не кажется странным,

Снова счастье сменила беда.

Мне приснилась вчера лебеда…

Как оставила Марья Ивана.

Полюблю-разлюблю… Чёт иль нечет?

Загадала загадку судьба.

День и ночь ворожба… Ворожба

Душу топчет и бережно лечит.

Захандрило весёлое лето,

Солнце тлеет и хочет упасть…

Мне теперь непонятная страсть

Запрещает бродить до рассвета.

Кто ты, фея, колдунья?.. Актриса…

Как смогла ты другого любить?

И тебя не смогу я простить,

Взволновавшая мир Василиса.

Этот день мне не кажется странным,

Снова счастье сменила беда.

Мне приснилась вчера лебеда…

Как оставила Марья Ивана.

июнь. 1981 год

Глава 21

***

Наверно, я упрямый старовер,

Не верю в то, что мир сегодня мирен.

И даже в этот час, когда я смирен,

В лицо мне смотрит чёрный револьвер.

И кто я: хрупкий принц, седой король?

Здесь лепят жизнь заводы, деньги, танки…

Смеются похотливо куртизанки

И топчут беззащитную Ассоль.

Смотрите, тот мужчина сильно пьян,

В его руке погасла папироса…

Узнал я благородного Атоса

По грустным нестареющим глазам.

Привет тебе, Атос!.. Возьми стакан…

Жирей, Портос. Целйся, д’ Артаньян!

10.ноябрь. 1981г

Глава 22

***

Хруст и стон на российских просторах,

Несчастливыми стали все стороны.

На заброшенных старых заборах

Чистят перья, нахохлившись, вороны.

Стало чёрным лицо у заката,

В небе выросли жёлтые лилии.

Соловьи улетели куда-то,

Появились стальные рептилии.

Ах, Россия, тревожные дали,

Душат мозг мой уставший видения…

На кресте Человека распяли

По приказу холодного гения.

Серебрят безымянные кости

Равнодушные к смерти созвездия.

Смотрят в лица пришельцев погосты…

Скоро, скоро родится возмездие.

1981г.

Глава 23

НОЧНОЙ СОНЕТ

Свернулся в маяке уставший день,

Купает души звёзд морской кудесник…

У старых скал качнулась властно тень,

Моей мечты полузабытый вестник:

Прижался к бухте стройный галеот,

Упали паруса, в ночи алея…

Луна с небес мне руку подаёт

И ласково ведёт в каюту Грэя.

Привет тебе, счастливый капитан!

Прими меня, как неизбежность лета.

Хочу бессмертником упасть к ногам

Твоей жены – восьмого чуда света.

Ведь нежную красавицу Ассоль

Ваяли ветры и морская соль.

26. сентябрь. 1981г

Глава 24

МОЙ СТИХ

Из звёздных кузниц на сырую землю

Упал, шипя, серебряный клинок.

То голос неба, и ему я внемлю.

Вставай, мой чёрный конь, наш путь далёк.

Помчимся мы к простору океана,

Там высятся хрустальные мосты,

Там говорящие растут цветы…

Там можно жить без лести и обмана.

Я знаю, что нас ждут седые гномы,

Я вижу, вижу дивные хоромы

Голодных дэвов и живых ветров.

Там кипарисы в туники одеты,

Звенят мечи, щиты, звенят монеты…

Там тайны неоткрытых островов.

8.ноябрь. 1981г

Глава 25

***

Синей, моя вечерняя долина,

Вяжите, скалы, серую кудель.

Горит в горах закатная рябина,

Опять на дудочке играет Лель.

О, крымский день! У жаркого камина

Цикады глупой слушаешь свирель.

И что тебе забытый грустный Лель,

Идущий по земле со мной незримо.

Хотя, тут по ветвям гуляют рыси…

И шепчут под окном мне кипарисы:

«Забудь про грусть, расти свои усы.

Здесь воздухом солёным лечит море,

Здесь можно позабыть на время горе…

И запах среднерусской полосы».

ноябрь. 1981г

Глава 26

ПАМЯТИ художника КОНСТАНТИНА ВАСИЛЬЕВА

Мой палец тонкий луч обвил, как уж,

И прошипел, головкою качая:

«Не просмотри рождение Дуная,

Ты слышишь слабый крик из алых луж»?

Ещё один мазок уставшей кисти,

И вот течёт великая река…

Бредут ко мне косматые века,

С них тихо падают года, как листья.

Остывшая заря ушедших лет,

Ты снова засмеялась над землёю…

Опять колдунья с мшистою клюкою

Встречает на лугах лесных рассвет.

Опять бессмертник смотрит мне во след

И вспоминает тех, кого уж нет.

30. январь. 1982г.

Глава 27

***

Зима, зима, не презирай меня,

Я только лишь рассеянный мечтатель.

Я верный раб крылатого коня

И царь Эгейский – старый мой приятель.

Уйми же вьюжный бег своих коней,

Они звенят тоскливо бубенцами,

Мешают наблюдать за небесами

И призраками старых кораблей.

И пусть тебе ещё не раз ночами

Проталины морозом зашивать…

Бродяга галеот из тьмы опять

Мне алыми качает парусами.

Плыви ж скорее к нам, прекрасный Грэй,

Со стайкой говорливых вешних дней.

10. март. 1982г.

Глава 28

***

Опять я слышу дальний клекот грома,

На тропках в сквере оживает пыль.

У потемневшего жилого дома

Стоит, застыв, как сфинкс, автомобиль.

О, тишина! Ни радости, ни стона.

Проклюнулась из старой сказки быль.

Идёт гроза: во всю дневную ширь

Воинственных зарниц горит корона.

Двадцатый век; мертвы давно герои.

Один стою у стен российской Трои,

И напрягаю зрение и слух.

Мне мнятся впереди то бой, то плаха…

Промокла без дождя моя рубаха,

А тихий ветер так ленив и сух.

31. март. 1982г.