Вадим Олеандр

О, память — гость непрошеный…

О, память — гость непрошеный.

Рвёт и терзает,

Воет в своём одиночестве,

О стены бьётся,

Вгрызается в потолок.

Ждёт, ищет внимания,

Жаждет, требует:

Посмотри, подумай...

Страшная память, грустная.

О, память — гость непрошенный,

Такой знакомый, но блеклый,

Словно призрак,

Да, это так.

Он молчит, но с ним

Ведут разговор,

Путаются, с цели сбиваються.

О, разум — странник обезображенный.

"Помнишь себя?

Помнишь о человечности?"

— Он спрашивает.

Выводы разные делаю,

Учусь, ошибаюсь, падаю.

Разум, ты странник израненный.

Найди в себе силы,

Сохранись...

О, время — бесконечное...

С пустынных земель, где печаль,

Холод и тлен повсюду таились,

Он пришел... Не один.

Страшное, лохматое, непонятное,

Грязное, убогое существо

Когтями в шею цеплялось...

И бормотало на ухо голосом путника:

"... правильно ли сделал?

Был ли в том смысл?"

Путник на тропинку ступил.

Не ровной, кривой, неказистой была.

Небо без облаков, солнце слепящее

Так высоко...

А вниз посмотрев,

Обомлел и удивился...

Черная пропасть, безддонный колодец, кромешная тьма...

Радостный голос взял завопил:

" Прыгай! Живее!

Прыгай, там станешь счастливым!

То есть спасенье, мой друг!"

Он присмотрелся, подумал...

"Но я же умру, расшибусь..."

— жалобно путник проговорил.

"Не бойся, мой друг, всё будет отлично.

К тому же... Не упадёшь никогда,

Ведь у бездны — нет дна"

Хоть сто лет живи —

Не поймёшь, не узнаешь

вкус свинца,

Когда в спину стреляют.

Хоть сто лет учись —

Не узнаешь,

Откуда стреляли.

Сто попыток прими —

Не сбежишь от пули

Холодной, свинцовой,

шальной...

И пропадешь в тишине

гробовой...

Тоска и отчаянье

Заставляют закрыться в себе.

Я кричу, но мой крик

Остается во мне.

Уж если в сердце человека

Вдруг вырастает страх,

Ему скажите:"Не помеха!"

Груз с плеч помочь снимите,

Успокойте, обнимите, скажите:

"Не волнуйся, ты всё сможешь!"

И если вдруг обрадуется друг,

Вы громко, весело, задорно

Прокричите: "Ура, мы это

С тобою победили!".

Раздор!

Иль новое свершенье?

Позор!

Иль малая ошибка?

Куда реальней тут

Самогрызенье!

Нет, тоже не сюда?

А что тогда? , ищу ответ

Я пристально и метко,

Что, глупость и фигня?

Не верю! Не то, не там,

Принять сраженье, остаться человеком?

Да!

Я призрак беспокойный,

Неведом сон ночной.

На ваше огорченье —

Не тьмой рожден,

А жизнью бесполезной.

Узри — питаюсь кровью.

Узри — я не ослеп.

Я умер — прощай, бренная плоть

В царапинах, порезах,

Синюшный трупный цвет.

И холод непокорный

Терзает жизненное тепло.

Я призрак в старом склепе,

Где сети паутин разверглись,

Где звери ищут дом,

Но роют лишь могилы.

В бетонных стенах — тишина,

А ветер всё ревёт.

Я умер — и канул в лету,

Никто не вспомнил,

Не произнёс: "Ну, что ж,

За мёртвых выпьем!".

Я мертв — и без могилы,

И это вся моя беда.

Дни летние нам обещают,

И радость, и свет с теплом.

Заместо шапки ты наденешь

Старую панамку,

И в шортах так приятно

Ходить да по лесам, да по

Полям, подует легкий ветерок —

Ты испытаешь наслаждение.

Потом решишь запеть, услышав

Хор пернатых птичек.

Смотри! — как хорошо на улице

Гулять. Без разницы —

Коль с раннего утра,

Коль вечером на час-другой.

Ушла та зимняя пора,

Наполненная белым снегом,

Безжизненная словно пауза,

Такой закон природный…

Я помню день:там таяли снега,

И улицы непроходимы от

Грязи, луж, но все же —

Красота пришла.

Пришла весенняя пора

И жизнь вернула

Пластинку на круги своя.

Не веришь, друг?

Так погляди в окно —

Увидишь (далеко) как расцветает

Дуб, его соседи и семья.

Так выйди, прогуляйся,

Освежись, взгляни на солнце!

Наслаждайся солнечным деньком.

Быть может, ты напишешь

Оду, или запев тот

Старенький мотив на миг

Вернуться в свое детство,

Когда ты мал был

И мечтал о разном, необычном, —

Как ты хотел летать, как

Птица в небе,

Как ты желал увидеть

Радугу после дождя грибного.

Навек запомнить,

Никогда — забыть!

Дни летние нам обещают

Все больше новых путешествий,

Необычных, дальних и веселых.

Панамка — цвет соломы,

А шорты — чуть серости светлей.

Под солнцем необычайно теплым

Ты загореть немного сможешь,

Приятно? Верно, как же…

Тот клен уже листву завёл,

И ты взбираешься на нём:

Как будто ты вершишь

Всё новые, великие свершения.

Ребенок хоть и мал,

Но любопытством он силён.

На то он и ребенок.

Ему и невдомек, что

Мир жесток, он любит

Этот мир и доверяет.

Луну уж тучи заволокли

И тьма настала.

Вдруг холод опустился

На улочки и тропы.

Собаки где-то вдруг завыли,

Запели песню заунывную…

Седой старик докуривает трубку,

Он внукам сказки прочитал,

И малыши узрели сны.

Последние три года был он

Одинок, жена уж умерла —

Её сломали бренности зимы.

Облезший кот, больной, но

Верный, мышей гроза, хоть

И без глаза, на животе Маришки спал.

Она его поглаживала, улыбалась.

«Ох, стало холодно» — старик

Зашел домой и запер дверь.

Погладил и поцеловал детей

Своих детей.

Раздевшись, деда Ибрагим

Попал в мир грез. Его

Не волновал ни ветра шум,

Ни песня заунывная, собак…

В деревне утречко настало

И петухи закукарекали

Так гласно, звонко.

Все на работу собрались.

Тем утром, я с разбитой

От мыслей, от дурных

От глупостей, головой

Вновь отправляюсь в бой,

Отстаивать свои границы, интересы!

На том я говорю всем:

Спасибо.

Живите счастливо,

Добро творите, всех вас

На это заклинаю!

Мой друг беспечный,

Ты уж обречен

Сложить в бою

И голову, и плечи.

Сам посуди: тебе

Ведь столько лет везло!

Но отвечаешь:

«Я ран своих не замечаю,

Не ощущаю плоти боль,

Поэтому без промедлений

И раздумий я храбро

Ринусь в бой!»

И твой запал в глазах

Не гаснет, даже под дождем,

Холодным и кровавым…

Увы, годами обреченными

На гибель, себя ты

Неустанно окружал…

Беспечность не порок, но бремя,

Что ко дну влечет.

Я знаю, ты не яростью рожден,

Не злобою воспитан.

Ты чтишь святую память предков,

Желание твое в историю войти героем.

А путь с которого все началось

Ты и во снах увидеть не сумеешь.

Лишь кровь врага на почве стынет,

И враг, кричащий и ревущий,

Лежал и гнил, собой питая землю…

И взгляд его стеклянный устремлялся в небо.

Товарищей убитых к сожалению

Не вернуть. Ты вспоминал их клич,

Когда колонной шли на битву,

И в этом услыхал воинственное знамя.

Все полегли в тотчас,

Наполнив братскую могилу.

Сгорели те леса, вода в озерах

Болотной жижей обратилась.

В деревне запустение, животных

Даже не найти. Оставлены дома,

Обуглена земля. Мой друг,

Ты знаешь, что с собой несет война…

«Представь, мой край родной

Пропитан смертью роковой.

Признаю, друг, в тот миг,

По настоящему погиб»

10.

Тот призрак, что в душе сидел

Безумно хохотал и лаял как собака,

Пока ошибки совершал

И близок был к провалу.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге