О Древние Боги (Сборник I)

О Древние Боги

О Древние Боги, стёртых имён.

Хранители тайн, забытых времён.

Держали в цепях вы души людей,

И ели надежды их слабых детей.

Но за мраком тумана, за грядую скал,

Явился герой, прошедший астрал.

Он сбросил оковы сладкого сна,

И грань меж мирами была снесена.

Поняв, что ваш замысел пал,

Подняли с глубин вы древний опал.

Открыли порталы в иные миры,

И ушли под своды поднебесной горы.

Вот и пролетело много веков,

И люди забыли про Древних Богов.

Воздвигли много новых городов,

Во имя своих не настоящих богов.

Но забыли они, что во мраке глубоких пещер,

Где солнечного света нету теперь.

Высятся развалины забытых городов,

Что ждут прихода Древних Богов.

Город железного титана

Во мраке глубоких пещерных долин,

Высится город ярких вершин.

На улицах тёмных мерцают огни,

По улицам этим бродят Они.

Мёртвыми взглядами их лица полны,

Из безмолвного града уйти не вольны.

Узкие улицы уходят всё в глубь.

Жаль, что оттуда ничего не вернуть.

Оканчиваются они у каменных врат,

Что охраняет бессмертный солдат.

Он с грохотом откроет их,

Но не впустит за них чужих.

А на площади города высится Он,

Могучий и древний Сантарион.

За ним возвышается могучий дворец,

Который построил великий творец.

Петляя к нему уходит дорога.

Ведущая до самого красного порога.

В мраморном зале, меж шершавых колонн,

Возвышается мрачный, но сказочный трон.

На нём восседает железный титан.

В зале чуть слышен приглушённый орган.

Здесь он сидит в назидание нам,

Чтобы кланялись здесь мы Древним Богам.

Нечто

В Бёрн, что стоит меж грубых холмов.

Нечто приходит из далёких миров.

Бродит меж старых, ветвистых ветвей.

Во взгляде его виден блеск далёких огней.

Ищет оно что-то уже много веков.

Оставленное людям от Древних Богов.

Это что-то лежит глубоко под землёй.

Спрятал её некогда древний герой.

Много кто пытался это отыскать,

Но им суждено отныне страдать.

Так и останется ещё на много веков.

Пока не придёт знак от Древних Богов.

Пророк

В далёкий город, что в жаркой пустыне,

Прибыл пророк с высокой вершины.

Он яростно твердил о сущностях с горы Игбада,

Что выползли, словно из самого Ада.

Иногда он упоминал неких Древних Богов,

Чьи имена были забыты за толщей веков.

Он говорил: "Их зов раздаётся за гранью времён.

Услышавший его будет на веки пленён!"

И вот уже через несколько дней,

В свете далёких, небесных огней.

Он, бродя по улицам во всё горло взывал,

И в крепкие, деревянные двери стучал:

"О славные люди, прошу вас, услышьте меня,

Избавьтесь от своего пленительного сна!

Скоро придут Они в каждый ваш дом,

Посеют разруху, устроят погром.

Будете вы этой ночью страдать,

Не зная куда вам отныне бежать.

Каждый неверный ночью умрёт,

Много же горя другим принесёт."

Но люди не стали слушать его,

О Древних слышать не желали ничего.

Смеясь разошлись они по домам...

А ночью их крики прошлись по камням.

Ужасные твари целой ордой,

В город проникли тайной тропой.

И вспомнили тогда люди слова пророка,

О предсказанном им сюжете скорого рока.

Твари пришли в каждый их дом,

Теперь сеют разруху, ученяют погром.

Безумие и страх накрыли дома,

И упала людям на глаза пелена.

Крики и стоны кружились в ту ночь.

Но вот луна приветствует солнце, как дочь.

Утренняя заря осветила пустые дома,

Где недавно царствовала непроглядная тьма.

Выжить было не суждено ни кому.

Остался лишь пророк, ушедший во тьму.

Опустив в остывший песок кровавый клинок,

Уносил в пустыню свой ужасающий рок...

Возвращение Древних

На Земле устроят обряд,

Когда планеты встанут в ряд.

И возродится невиданный свет.

Среди далёких, забытых планет.

А звёзды назовут имена,

И Древние пробудятся от вечного сна.

И разнесётся их невиданный зов.

Разрезая пустоту прошедших веков.

И забурлит мировой океан,

Поднимая из пучин новый вулкан.

И поднимется с трона Железный тиран,

Возвышаясь над городом словно титан.

А в песках далёкого Египта

Вода Нила станет ядовита.

Со дна его всплывут существа,

Идущие во имя своего божества.

Азию охватит невиданная мгла,

Хранительница мерзкого, хитинного зла.

Людей, как скот, погонит на убой.

Кормя своё мерзкое войско отвратной едой.

А в самом центре Европы,

Где люди одевают мрачные робы,

Развея свои сильные чары.

Из глубоких пещер выйдут Кошмары.

И наконец на Землю взойдёт,

И к своей власти снова придёт.

Приползёт в пустынную топь.

Безжалостный змей-хаос Апоп.

Ритуал

В таинственную ночь под ликом луны,

Когда священные дебри видели сны.

Небольшая группа скрытных людей

Пробиралась через стену когтистых ветвей.

Они вышли на поляну, освещённую луной,

Где монолиты выстроились под яркой звездой.

Вскоре на поляне заплясали огни,

Таинственного света они были полны.

У каменного алтаря начинался ритуал.

Час Великого знамения наконец-то настал.

Адепты вознесли к ночному небу руки.

В тот же момент из леса раздались жуткие звуки...

Запретное имя бежало у них по губам,

Устремлённое к самим непостижимым мирам.

Священные слова раздавались всё громче,

И с каждым разом становились всё чётче.

Адепты погрузились в глубокий экстаз,

Словно исполняя чей-то приказ.

В этот момент открылся портал,

И что-то прошло через астрал.

На землю вступило нечто из далёких миров,

Сущность, более не имеющая ртов.

Вместо лица была непроницаемая тьма

Сводящая всех, кто заглянет в неё, с ума...

***

"Что же было потом?" - я спросил лесника.

"А потом... потом не помнит башка. "

Я было бы уже попрощался,

Как голос лесника в полумраке раздался:

"Советую вам не бродить в темноте,

Ибо там в ночной пустоте,

Ходит Оно меж древних камней,

И когтистых, тонких ветвей.

Про адептов, увы, не смогу я сказать,

Ибо не желаю вас разума лишать.

А посему предлагаю вам ночь здесь переждать,

А утром сможете вновь свой путь продолжать."

Я согласился и не пожалел,

Лесник рассказал про много странных дел.

Ирлик-хан

В безлюдной части Евразии,

Где преображаются фантазии,

Потеряв над землёю контроль,

Правит ужасный подземный король.

Подчиняющееся воле своего праотца,

Его голодному войску нету конца.

Ужасные видом, страшны и внутри,

В их взгляде пылают яркие костры.

Они, окружив Его, дремлют и ждут,

Когда подношения снова придут.

А царь, восседая на троне из костей,

Спит, дожидаясь прихода гостей.

Его облик ужасен и страшен оскал.

Настоящий владыка, жуков генерал.

Когда-то Он правил частью земли,

И люди к нему пути провели.

Но время прошло и по воле небес,

Поток людей внезапно исчез.

И храмы остались на веки забыты,

Толстым слоем пыли в итоге покрыты.

И голод вознёсся в стане царя,

С войском злую шутку творя.

Солдаты подняли кровавый мятеж,

Переходя последний, возможный рубеж.

И не было чести в последнем бою,

Сражаясь на остром, узком краю.

Но выиграв битву тяжким путём,

Отправили пленных на съедение, живьём.

Так наступил шаткий покой,

Пока не возникнут проблемы с едой.

И пусть отдыхает жуков капитан,

Настоящий властитель, царь - Ирлик-хан.