Незадачливый рыцарь.

Глава 1. Незадачливый рыцарь.

Незадачливый рыцарь.

Тайна мерцания звездных огней Скрывалась в бездонных глазах, Кому-то они были жизни милей, Кого-то охватывал страх.

Такое видение может придти, Когда ты бросаешь свой взгляд, С безумно высокой и голой скалы На новый звездный парад.

Там среди мерцающих звезд, Парит грациозный дракон, Его чешуя в лунном свете горит, Огонь выплевывает он.

А ты, прислонившись к холодной скале, Стоишь, опустивший свой взгляд, Тебя обязали свидетелем быть, Чему ты не очень-то рад.

Напротив тебя девица стоит, И в ее бездонных глазах, Среди мерцания звездных огней, Возник обезумевший страх.

В жертву дракону она отдана, Чтоб град от проклятья сберечь, А ты, как свидетель клятвы данной, Обязан ту жертву стеречь.

Девичий страхом затравленный взор, Просит от смерти спасти, Дракона острым копьем поразить, И вдаль ее увезти.

Дилемму ты должен эту решить, Дракон, пока в небе парит. И словно герой ты решил поступить, Ведь в сердце отвага горит.

Взявши копье и прикрывшись щитом, Смело ты ринулся в бой. Назад у тебя пути уже нет, Девица стоит за спиной.

И вот ты столкнулся, как со скалой, Копье пополам ты сломал, И если б ни крепкий, проверенный щит, В бою давно бы ты пал.

От пекла смертельного он защитил, Драконьего пламени спас, Дал время достать свой верный клинок, И в битве еще один шанс.

И ты без сомнений воспользовался им, Ты брешь в обороне нашел, Под сердцем драконьем увидел изъян, Туда твой клинок и вошел.

Предсмертный крик округу собой, В последний раз огласил, А ты над драконом стоишь на ногах, Крепясь из последних сил.

Счастливой улыбкой девица спешит, В твои объятья упасть, Тебя поцелуем своим наградить, На время в блаженство впасть.

А ты стоишь, на небо глядишь, На новый звездный парад, И с ужасом видишь, как в вышине, Другие драконы парят.

Они уж готовы крылья сложить, И камнем ринуться вниз, Тебя и девицу в куски разорвать, Такой у фортуны каприз.

Тут уж ничто тебя не спасет, Ведь клятву свою ты предал, Польстился на славу и вот результат, Ты город драконам отдал.

Глава 2. Морская душа.

Морская душа.

О сколько я отмерил миль,

То помнит лишь господь,

А сколько чарок я испил,

Бодря бурбоном плоть.

Морским бродягой я прослыл,

Смирился с этим я.

И даже ад я посетил,

Не принял он меня.

Но вот вернулся я домой

В трактир родной зашел,

Откиньте грусть утрат долой,

Друзья, я к вам пришел.

Я всех бурбоном угощу,

Бокалы вскинем верх,

Я речь прощальную скажу,

Друзья, помянем всех.

Господь о милости прошу,

Когда пробьет мой час,

Тебе молитву возношу,

Чтоб с неба сбросил снасть.

Пусть иногда я грешен был,

Грехи мои прости,

Чтоб в ад поток меня не смыл,

В свой рай меня пусти.

А в небесах штурвал возьму,

Я крепкою рукой.

Сквозь облака курс проложу,

Не нужен мне покой.

Глава 3. Фантазия.

Фантазия.

И как бы странным это не казалось, Но все ж бывают времена, Когда реальности фантазия касалась, И логики вдруг рушилась стена.

Тогда смещаются незыблемые грани, Воображение узоры свои ткет, И оживают призрачные тени, А явь, тускнея, в тень уйдет.

На тот порог иллюзии волшебной, Я робкой поступью ступил, Дрожу и вижу мир нездешний, Передо мной, который проступил.

И я, любуясь красотой нездешней, Вдыхаю аромат чужой, Но не желаю сделать шаг поспешный. Я знаю, мир открывшейся не мой.

Там небеса, моря, леса чужие, На сон похож волшебный сад, Пусть этот мир берут другие, А я лишь сделал шаг назад.

Зато возьму перо, чернила, Бумаги лист я положу пред собой, И буду я писать с азартом торопливо, Фантазию, увиденною мной.

И вот уже мое воображенье, Бурлит как в непогоду океан, И посылает очередное наважденье, Где всех деталей яркий образ дан.

И буду я измотан до предела, Когда последняя по логики строка, С пера стремительно слетела, Сказав мне, милый друг, пока.

А я сижу, блажено улыбаясь, Внутри я весь до дна опустошен, И все ж я рад, что мир тот, открываясь, Пером в фантазию мою был воплощен.

Глава 4. Врата миров.

Врата миров.

Не важно, был то день, а может ночь, Когда врата миров открылись. Лишь важно, Что никто не смог тебе помочь, Остановить, не дать уйти из дома прочь, Чтоб все мечты спокойной жизни воплотились. Ты был упрям и был строптив, Остаться дома, уговоров не внимая, Отчаянно ступил на тот тернистый путь Миры иные, по дороге открывая. Но главное не смог смекнуть, А именно Тебе забыли намекнуть - Закрыт обратный путь.

И вот теперь ты преступив, Ту призрачную грань между мирами, От принципов всех прежних отступив, И взор свой гордый, ты не потупив, По воле судеб встал на путь, Проторенный богами. Ты телом слаб, но тверд душой, И ты совсем забыл покой, Бредя дорогой непростой, Покрытый сплошь шипами. Но главное, ты смог смекнуть, А именно, Тебе забыли намекнуть, Закрыт обратный путь.

Попал ты в новый мир. Он столь жесток, Что кровь там льется, как речной поток, И там тебе придется все ж остаться. Ты здесь нашел свой новый дом, И пусть врагов здесь целый сонм, Ты от своих друзей в любой момент, Сумеешь помощи дождаться. Да, новый мир жесток, Но он готов всем преподать урок, Тому, кто пламенно его желает. Когда все это сможешь ты смекнуть, Тогда не важно, Что тебе забыли намекнуть, Закрыт обратный путь.

Глава 5. Вышел Ванька на крыльцо…

Вышел Ванька на крыльцо…

Вышел Ванька на крыльцо, Почесать свое лицо, Хватанул он за перила, И упал, прям в пыль детина. Вот такой вот попандос, Как на площади понос, Словно там живот скрутило, А сортир ушел под снос. Он поднялся, отряхнулся, На крыльцо он оглянулся, Смотрит, а перил-то нет, Их стащил козел-сосед, Ими печку растопил, И на ней он щи сварил! Эта сволочь, кровосос, Чтоб пробил его понос, Чтоб живот тебе скрутило, Жопа чтоб пошла в разнос! Ванька это произнес, Вытерев от крови нос, И пошел не водку пить, А соседу морду бить. Вот и хата, постучался, На весь двор он разорался: Федька, сволочь, гамодрилла, Ты зачем стащил перила? Выходи на разговор, Сволочь ты, поганый вор! Слышит шорох за дверями, Скрип петлей, перед глазами, Федька появился вдруг, Молвит он: Постой мой друг, Разве ты совсем забыл, Как жену свою спровадил, К теще погостить отправил, Пир горою закатил, Водки много накатил, А когда всех провожал, Сам перила и сломал,

И мне с барского плеча,

Ты промолвил сгоряча,

Забери с собой дрова,

Я запомнил те слова. Так все было, мне поверь, Только не ломай мне дверь. Хмурый Ванька развернулся, Сделал шаг, Но вдруг запнулся, Федькин голос, услыхав, Возвратился впопыхах: - Ладно, будет, заходи, Самогонки накати. Ведь головушка болит, И в душе огонь горит? Значит, нужно подлечиться, Нам слегка опохмелиться. Ванька с Федькой согласился, В гости сам он не просился, Но уж если приглашают, Самогона наливают, И не грех за стол присесть, Выпить, щей слегка поесть. Так и сделали соседи, И попили и поели, Засиделись допоздна, Засветила уж луна. И пошли они гулять Песни громкие орать. Смотрят, зарево в ночи, Что за дело, мать яти? Побежали на пожар, А от хаты тянет жар, Хата Федькина горит! И народ кругом кричит, Толчея и звон ведер, Кто-то выхватил багор, Стали пал тащить, тушить, Чтоб село все не спалить. Поп с кадилом кругом ходит, Богу в помощи он молит, Дети бегают вокруг И встревожено орут, Бабы воют, мат кругом, Так сподручней тушить дом. Только наши два детины, В усмерть пьяные скотины, Словно к месту приросли, Как косые две сосны. Староста к ним подходит, Палкой машет, матом кроет, Да и как же их не крыть, Мать в три роста их ятить! Эти пьяные детины, Чуть деревню не спалили!

Вот и басни той конец, Кто читал, тот молодец. Чтоб морали вникнуть в суть, Можно малость намекнуть. Не умеешь водку пить - Постарайся трезвым быть.

Глава 6. Притча.

Притча.

Увидев это, застыло мое сердце,

В печали поплыла душа моя,

Так было, верьте или мне не верьте,

Но только, я прошу, послушайте меня.

Сегодня видел я, как древний старец,

На перекрестке трех степных дорог,

Сидел в тени кустов седой скиталец,

Видать в пути слегка он занемог.

И там же на распутье в диком поле,

Малец оборванный сидел

И тихо о своей несчастной доле,

Под нос он песнь унылою пропел.

Как мать зачахла в сумрачной каморке,

От всех невзгод, ей выданных судьбой,

Как батя плыл на дряхлой лодке,

И сгинул с нею в бурю с глаз долой.

И вот сиротка, по земле скитаясь,

Прибился к старцу такому же, как он,

И вместе с ним по волостям шатаясь,

За каждый грош готов он бить поклон.

А я такой, судьбою весь обласкан,

Ни на секунду, не познав невзгод,

Как будто самим богом был помазан,

Всю жизнь прожить без жизненных тревог.

Но все же не сухарь я, понимаю,

Не всем дано, как мне всю жизнь прожить,

Из кошеля я мелочь вынимаю,

Чтоб старец в сытости чуток сумел пожить.

Но видели бы вы, как старец смотрит,

Он ни копейки у меня не взял,

А губы высохшие его с мольбою просят,

Чтоб я мальца с собою подобрал.

Ему осталось жить совсем немного,

А жизнь мальца еще вся впереди.

Поэтому ему не так уж надо много,

Мальцу же чует, со мною по пути.

В своем миру, в житейских дрязгах,

Тепло добра мы перестали замечать.

А старец, что дышит уж на ладан,

Такой пример решил нам показать.

Глава 7. Воздушные замки.

Воздушные замки.

Мы замки возводим бумажные,

На фундаменте из-под картона,

Убеждая себя, что надежные,

Витражи на Окне Овертона.

И что грозное небо сознания,

Что клокочет у нас в черепушке,

Не сломает хлипкие здания,

Равнодушным выстрелом пушки.

Но когда все догмы потеряны,

Вопреки всем трактатам Платона,

Катаклизмы нами навеяны,

Расколовшие плоть Фаэтона.

И тогда все замки развалятся,

На фундаменте из-под картона,

И картинки мелко сломаются,

В витражах на Окне Овертона.

Стоит этой случиться оказии,

Без сокрытий у всех прилюдно,

Как в иллюзиях наши пассии,

Нас засунут на гиблое судно.

Лишь тогда мы сможем опомниться

От пагубных глобальных фантазий,

И придется нам всем перестроиться,

Отступив от бумажных оказий.

И построим мы замки надежные,

Из обычных кусочков гранита.

Возведя все конструкции сложные,

На фундаменте из монолита.

Глава 8. Звездные войны.

Звездные войны.

Сразу предупреждаю, четверостишья собраны из интернета, немного доработаны, исправлены. Только последнее, заключительное мое. Просто не мог пройти мимо такого, по моему мнению, интересного сюжета.

Постой, звездолет, не стучите фотоны,

Хан Соло, нажми на тормоза,

Я к мастеру Йоде, с последним приветом,

Спешу показаться на глаза.

Не жди меня, Йода, героя джедая,

Скайуокер не тот, что был вчера.

Меня засосала имперская идея,

И Силы другая сторона.

К джедайскому телу, свой меч прижимая,

Воскликну «О, Люк – я твой отец!»

И в маску пыхтя, всем руки отрубая,

Взорву звезду смерти наконец.

Постой же, джедай, не пались ты как Йода,

Есть время еще у нас с тобой.

Пойдем ка еще раз раскурим установку.

Сквозь звезды мы полетим домой.

Акстись окаянный, ждедай ведь не курит,

Но может внутри муфлона спать.

Пока волосатый здесь звездолетом рулит,

Домой нам уж точно не попасть.

Ты стихам расскажешь вот эту вот байку,

И Йода не даст тебе соврать,

Что главное в силе должно быть настроенье

И нечего повстанцам тут брехать.

Не жди меня, Вейдер, хорошего сына,

Твой Люк не такой, как был вчера.

Меня Оби Ваны заметно просветлили,

И силы прибудут у меня.

Заканчивай Соло, сестру мою клеить,

Чубакой принцессу не проймешь.

Пока еще не поздно ты тормозни Фалькона,

И к Джабе авось не попадешь.

Вот так вот шутя, и бластером махая,

Мы сагу рассказали вам чуть-чуть,

Но ей нет конца, не видно и начала,

Фанатам предстоит неблизкий путь.

Глава 9. Гадальное зеркало.

Гадальное зеркало.

Взирая в гадальное зеркало,

На святки, совершено одна,

Суженного моля у духа,

Нагой стояла она.

Ах ты гадальное зеркало,

Печаль мою уйми,

Среди родных просторов,

Суженного мне найди.

Так она говорила,

При свете горящей свечи,

Но при этом она забыла,

Взором вокруг обвести.

Парень прям по соседству,

Сердце отдать ей готов,

Но вот какое паскудство,

Не нашел он для этого слов.

Глава 10. Оптимистический марш.

Оптимистический марш.

Оптимизм шагает по планете,

Адреналин бурлит у нас в крови,

Ведь прогресс находится в рассвете,

Лишь волну новаторства лови.

Скоро мы счастливый мир построим,

Нам сейчас все горы по плечу,

Все науки с легкостью освоим,

Наш оптимизм подобен тягачу.

К дальним звездам мы пути протянем,

Города построим на Луне,

Потому что девиз всегда мы славим:

Оптимистам везет всегда везде.

Даже в очень трудную минуту,

Когда преграда очень велика,

Мы отбросим панику и смуту,

Взяв ее, вспотев совсем слегка.

Оптимизм шагает по планете,

Вместе с ним идем плечо к плечу,

Мы - оптимисты, лучше всех на свете,

Наш оптимизм подобен тягачу.

Глава 11. Время П.

Время П.

Ты молил кумиров за тебя вступиться,

Хотел смотреть в небо сквозь стальные спицы,

Хотел придти к реке, вышел к луже из жижи,

Всегда прыгал вниз, а хотелось выше.

И жил с бородой, из-за лени побриться,

Считал жить хорошо, это в стельку напиться,

Зачем что-то делать, лучше все разрушить,

Чтобы впроголодь жить, так как нечего кушать.

Время пришло урожай собирать,

Прожитой жизни свою дань отдать,

Что б узнать, что ты ей вернул,

Прямо шел или все же свернул.

Ты во всем винишь по вредной привычке,

Родину, друзей, которых взял в кавычки,

Палец о палец ты ленился ударить,

Чтоб все вокруг хоть немного исправить.

Зато ты любишь вести базарные споры,

Готов поломать все мировые опоры,

А когда конец света для всех начнется,

Ты песни споешь и от счастья напьешься.

Время пришло урожай собирать,

Прожитой жизни свою дань отдать,

Что б узнать, что ты ей вернул,

Прямо шел или все же свернул.

Пришло время перемен, а ты надрался,

Все пошли вперед, ты на месте остался

Как ты еще выжил, для всех тайна мира,

Над твоей головой нависает секира.

Но ты как-то ее каждый день избегаешь,

На поле с шипами в футбол ты играешь,

С надеждой живешь, что тебя пронесет,

Все рухнет к чертям, а тебе повезет.

Время пришло урожай собирать,

Прожитой жизни свою дань отдать,

Что б узнать, что ты ей вернул,

Прямо шел или все же свернул.

Глава 12. Гороскоп.

Гороскоп.

Сегодня гороскоп был краток,

Без всяких там и то да се

Двенадцать раз сказали жопа

Вот так вот коротко про все.

И я решил остаться дома,

Судьбу таки не искушать,

С утра откушать рюмку рома,

И снова завалиться спать.

Мой ангел выдохнул так горько,

Налил водяры в самый край,

Мне на плечо запрыгнул ловко.

Ну ты алкаш. Закуски дай.

Ну, вот, поспать мне не удастся.

Придется с ангелом бухать,

И день весь жопой навернется,

Ведь гороскоп не может врать.

Глава 13. Казаки.

Казаки.

Мчатся хлопцы в чистом поле, Где ковыль ковром лежит. Едут бить вражин коварных, Путь не близкий предстоит.

За горами за долами Ворог стан поставил свой, Туда едут хлопцы биться, Предстоит им трудный бой.

И когда достигнут цели, Вынут сабли наголо, Атаман вперед поскачет Дело правое его.

Под копытом пыль клубится, Кони мчатся на врага, Вот булат звенит в деснице, Казаки кричат Ура.

Сшибка вышла не простая Ворог был, умел, силен, Стал теснить он хлопцев храбрых, Хотел взять он их в полон.

Увидав, как гибнут братья, Вскрикнул грозно атаман, Стал он бить вражин нещадно, Пробиваться прямо в стан.

Там стоит шатер высокий, Там находится султан, Он принес Руси несчастье, Он принес с собой обман.

Вот уже заслон раскидан, Вот уже видать шатер, Атаман султана видит, Но вражина ох хитер.

Он устроил там засаду, Янычар пустил вперед, Этих воинов бесстрашных Он с собою взял в поход.

Атаман тогда простился С казаками и вперед! Через строй врагов пробился, Честь его зовет вперед.

Подскочил, он прям к султану, Буйну голову срубил, Но и сам от ран тяжелых, Свою голову сложил.

Едут хлопцы в чистом поле, Где ковыль ковром лежит, Атамана нет уж с ними В чистом поле он лежит.

Он, пожертвовав собою, Казакам в бою помог, Русь от напасти избавил, По-другому он не мог.

Пусть коварный ворог знает, Русский дух еще могуч, Он собой напоминает, Раскат грома среди туч.

Глава 14. Наш бой.

Наш бой.

На бой идти так нелегко,

Когда так старость далеко,

Покинуть бой еще трудней,

Без риска потерять друзей,

Без риска разум потерять,

Плечом к плечу в строю стоять.

Героев бремя.

Но за собой оставить след,

Из череды своих побед,

Когда невинных ты людей,

В ущерб мечтаний и идей,

Готов всегда ты защищать

И в жертву жизнь свою отдать.

Героев бремя.

И всех людей собой сплотить,

Кто хочет с частью жизнь прожить,

Кто хочет счастья для детей,

И для живущих здесь людей,

Готов пожертвовать собой,

Своей заветною мечтой.

Героев бремя.

Глава 15. Слепая доброта.

Слепая доброта.

Ты слепым рожденный,

Но с чистою душой,

Шагаешь ты по жизни

Проторенной тропой,

Ты друга уважаешь,

Врага всегда простишь,

Ты говоришь всем правду

И никому не льстишь.

С наивностью ты верил,

Что будет так всегда,

Но в жизнь твою ворвалась

Нежданная беда.

Коварство и предательство

Любовь твою сожгли,

А душу надорвали,

Зажав ее в тиски.

И вот уже на сердце

Одна лишь пустота,

Возможно, поселилась

Она там навсегда.

Когда тот факт печальный

Ты все же осознал,

Тогда с протяжным стоном

Ты на колени встал.

Поднял ладони к небу,

Задав судьбе вопрос:

За что мне наказанье?

Я праведником ведь рос!

И ты услышал тихий

Слегка уставший глас:

Возможно добротою

Ты много жизней спас.

Но все же, ты подумай

В чем твоя беда,

Что столько испытаний,

Тебе преподнесла?

И ты поймешь, конечно,

Все вышло неспроста,

Здесь вовсе неповинна

С рожденья слепота,

А лишь твоя бездонная

Слепая доброта.

Глава 16. Поэзия.

Поэзия. И кто же ты такая?

Бескрайнему тщеславью потакая,

Моей рукой стремишься ты стихи ваять.

И все бы хорошо. Сей факт, я всуе принимая,

Горюю лишь о том, что временами исчезая,

Меня ты заставляешь горестно страдать.

Оставив в голове лишь образов отрывки,

Как горстку пазлов от большой картинки,

Подсказку поленилась ты мне дать.

Как ни кручу фрагмент я данный,

С любого бока кажется он странным

И рифмой избегает стать.

И вот тогда я начинаю понимать:

Стихи не блаж.

Они как призрачный мираж

Во сне приходят,

А утром незаметно так, уходят.

Глава 17. Тьма в душе.

Вновь тьма

Удерживает душу,

Любовь там умерла,

Ее давно там нет,

Там только тьма,

Скрывающая хаос,

Подобный бурелому,

Где свету места нет.

И чувства неги

Уж давно забыты,

То место заняла

Давно тупая боль,

Она как демон,

Лапою терзает душу,

И в рану ту

Все посыпает соль.

А годы вдаль

Стремительно уходят,

От них уже

Не видно и следа,

Вот даже зрелость

Медленно проходит,

Найдя плацдарм,

Где серебрится седина.

Когда же тьма

Прокралась в мою душу?

Когда она

Там задушила свет?

Скорей всего, когда

Я место долгожданного ответа

Услышал отрицательное – нет.

А я надеялся

Увидеть между нами

Идиллию до окончанья лет,

Но не суждено познать

Мне в жизни счастья,

Мне дал понять,

Твой окончательный ответ.

Мы в жизни постоянно что-то ищем,

Находим и теряем,

Поддавшись на чужой совет,

А то, что с нами рядом,

Почему-то не замечаем,

И получаем почему-то

Одно лишь только нет.

Глава 18. Звездные войны.

Постой, звездолет, не стучите фотоны,

Хан Соло, нажми на тормоза,

Я к мастеру Йоде, с последним приветом,

Спешу показаться на глаза.

Не жди меня, Йода, героя джедая,

Скайуокер не тот, что был вчера.

Меня засосала имперская идея,

И Силы другая сторона.

К джедайскому телу, свой меч прижимая,

Воскликну «О, Люк – я твой отец!»

И в маску пыхтя, всем руки отрубая,

Взорву звезду смерти наконец.

Постой же, джедай, не пались ты как Йода,

Есть время еще у нас с тобой.

Пойдем ка еще раз раскурим установку.

Сквозь звезды мы полетим домой.

Акстись окаянный, ждедай ведь не курит,

Но может внутри муфлона спать.

Пока волосатый здесь звездолетом рулит,

Домой нам уж точно не попасть.

Ты стихам расскажешь вот эту вот байку,

И Йода не даст тебе соврать,

Что главное в силе должно быть настроенье

И нечего повстанцам тут брехать.

Не жди меня, Вейдер, хорошего сына,

Твой Люк не такой, как был вчера.

Меня Оби Ваны заметно просветлили,

И силы прибудут у меня.

Заканчивай Соло, сестру мою клеить,

Чубакой принцессу не проймешь.

Пока еще не поздно ты тормозни Фалькона,

И к Джабе авось не попадешь.

Вот так вот шутя, и бластером махая,

Мы сагу рассказали вам чуть-чуть,

Но ей нет конца, не видно и начала,

Фанатам предстоит неблизкий путь.