Neverending Dream

Neverending Dream

No. 0

‎

‎Раздвинув утром беленькие шторы,

‎Лучи меня скорее поцелуют,

‎Со всех сторон потянутся узоры

‎И встречу роковую нарисуют.

‎

‎Я слышу, что идёт из ниоткуда,

‎Завидев приоткрытое окно,

‎Коварно через лёгкие простуда,

‎Тихонько поддувая полотно.

‎

‎Холодным, завлекающим напевом

‎Осядет на постели тень пера,

‎И, притупляя все инстинкты зевом,

‎Поранит остриём из серебра.

‎

‎Но знаю я, что мне всё это снится : Природа, страх, больные коридоры.

‎И вновь я вижу мир под белым ситцем,

‎Раздвинув в нулевой палате шторы.

‎

‎

‎

‎Anesthesia

‎

‎Иглой под кожу входит шприц, -

‎Раствор чарующий в крови,

‎Уносят десять единиц

‎Меня к скучающей любви.

‎

‎

‎

‎Waxpuppet

‎

‎[]

‎Константин Бальмонт - В старинном замке Джэн Вальмор... (1899)

‎

‎В старинном замке Джэн Вальмор,

‎Красавицы надменной,

‎Толпятся гости с давних пор,

‎В тоске беспеременной:

‎Во взор её лишь бросишь взор,

‎И ты навеки пленный.

‎

‎Красивы замки старых лет.

‎Зубцы их серых башен

‎Как будто льют чуть зримый свет,

‎И странен он и страшен,

‎Немым огнём былых побед

‎Их гордый лик украшен.

‎[]

‎

‎Мои высокие ботинки

‎Ступают на сырой порог,

‎А небо плачет без заминки

‎И ждёт последний монолог.

‎

‎Седая осень водит кистью

‎По контуру холодных вен.

‎Деревья уронили листья,

‎И ты попала в этот плен.

‎

‎Моя свеча растечься лужей

‎До нашей встречи не успеет,

‎Один лишь образ нежный нужен,

‎И моё сердце не истлеет.

‎

‎Но вот невеста сквозняка,

‎Добыча плесени и тленья,

‎Спустилась в сад особняка,

‎Моё последнее виденье.

‎

‎Случайно дрогнула вуаль,

‎Не шелохнувшись, смотришь ты

‎В замаскированную даль

‎И ждёшь прибытия волны.

‎

‎В руке цветок сжимаешь жадно,

‎Но нет от пальцев и следов,

‎И, растворяясь неоглядно,

‎Закрыла двери моих снов.

‎

‎Блестящей туфлею своей

‎Полы целуешь до меня,

‎По лестнице меж фонарей

‎Стираешь признаки себя.

‎

‎Молчит и небо, словно божья

‎В нём плавится уже звезда.

‎У белоснежного подножья

‎Следы растают навсегда.

‎

‎

‎

‎Rot'n'garden

‎

‎В подвале сыром разложился твой сад,

‎И в лужах застыли зловонные трупы.

‎Мешочки порвались лет десять назад,

‎Рассыпались кучками сгнившие крупы.

‎

‎Засохшие мухи - отравленный кокон,

‎Облипли друг к другу как сладкая вата.

‎Воско́вые куклы исчезли из окон,

‎Оставшись незрячим при мне ароматом.

‎

‎В шкафу поцарапанном белое платье

‎Изношено некогда женскими духами.

‎Нередко они примеряли проклятье,

‎Нетленно смешавшись с подвальными слухами.

‎

‎

‎

‎Magnolia

‎

‎Снаружи белые, кровавые внутри, -

‎И моё сердце гонит кровь новым ударом.

‎Вновь прилетят на свежий запах мотыльки, -

‎Мои магнолии всегда полны нектаром.

‎

‎Я попытаюсь не марать их лепестки

‎И попрошу цветы не превращаться в смрад.

‎Вы оголили свои стебли, я - виски,

‎Благоухает пусть повсюду аромат.

‎

‎На худом теле снова держишь ты бутон,

‎Он как и все сияющим покрытый лоском.

‎Но охватил его болезнетворный тон,

‎И сжатый плод в руках растаял трупным воском.

‎

‎Издалека моя магнолия живая,

‎При новой жажде ненасыщенно бела.

‎Вблизи она, свои же трупы забывая

‎В избытке крови постепенно умерла.

‎

‎

‎

‎Roses

‎

‎Шершавая осень дыханьем глуха,

‎И вздохи её тяжелее, чем слёзы,

‎Забвением алым горит шелуха,

‎Что сбросили наземь дикие розы.

‎

‎

‎

‎Mercykill

‎

‎На сцене пасмурного сна

‎Тебя винтажный стулик ждёт.

‎И в небе яркая луна

‎Печальный свет на перья льёт.

‎

‎Ремнём завязаны глаза,

‎Ушли минуты страха мимо, -

‎Не зная главного аза,

‎Приоткрываешь пианино.

‎

‎Не пожалев свои ладошки,

‎Сломала пальцы на кистях.

‎Затвердевающие крошки

‎Как слёзы сохнут на костях.

‎

‎Повсюду вьётся чернота,

‎Локтями своё тело гладишь.

‎Твоя земная нагота

‎Мерзка, как звук от этих клавиш.

‎

‎Из бледных губ сочится кровь,

‎И расползается багрянец.

‎Мелодий не прервать, и вновь

‎Забрызган кровью чёрный глянец.

‎

‎Расслабив хрупкие ключицы,

‎В тебя вонзается струна.

‎И перед горькой смертью снится

‎Давно взошедшая луна.

‎

‎

‎

‎Urticae

‎

‎Одним воздушным очертаньем

‎Крапивницу поймала мгла,

‎Зажжённым рушились миганьем

‎Два лёгких бархатных крыла.

‎

‎

‎

‎Parasomnia

‎

‎Она молчит, но в лунном свете

‎Болит оборванной струной,

‎Как будто в траурном сонете

‎Зовёт усопших за собой.

‎

‎Являться перестали сны...

‎Слышны хрипящие печали,

‎Все мышцы чем-то стеснены,

‎Задела лёгкими плечами

‎

‎И снова появилась ты.

‎Размыло тёмную дорогу,

‎В твоих конечностях бинты

‎Внушить пытаются тревогу.

‎

‎В глаза хрустальные смотрю :

‎Остерегают хрупкость тела,

‎Я кожей чувствую твою

‎Ладонь, что так оледенела.

‎

‎Как не сойти опять с ума,

‎Когда наедине с тобой

‎Я - обездвижен, ты - нема...

‎И вновь свидание с луной

‎

‎В большом окне галлюцинаций.

‎Забыли про тебя все боги,

‎От моих тихих интонаций

‎Дрожат твои босые ноги.

‎

‎

‎

‎Handkerchief

‎

‎[]

‎Борис Пастернак - В больнице (1956)

‎

‎Я принял снотворного дозу

‎И плачу, платок теребя.

‎О боже, волнения слёзы

‎Мешают мне видеть тебя.

‎

‎Мне сладко при свете неярком,

‎Чуть падающем на кровать,

‎Себя и свой жребий подарком

‎Бесценным твоим сознавать.

‎

‎Кончаясь в больничной постели,

‎Я чувствую рук твоих жар.

‎Ты держишь меня, как изделье,

‎И прячешь, как перстень, в футляр.

‎[]

‎

‎Отсечи́в черепную коробку,

‎Я в беспамятстве падала на пол.

‎Покрасневшими пятнами робко

‎Инструмент хирургический капал.

‎

‎Задремали большие планеты

‎Из потрёпанной пылью материи.

‎На руках оказались раздеты

‎Иссушённые ветром артерии.

‎

‎Всё мерещились тощие дали,

‎Облака по ним двигались шатко,

‎Серой ватой порвавшись, предстали

‎Игрушками в белых лошадках.

‎

‎Завлекают приливы наружу, -

‎Звуки моря скучают без края.

‎Подними мою руку простуженную,

‎От пятен её оттирая.

‎

‎

‎

‎Arrivingwave

‎

‎На тихой глади у причала

‎Как раньше, ожидаю смерть.

‎Погода нервная кричала,

‎Шатая под ногами твердь.

‎

‎Так близко ноги у порога,

‎Обмыли ночью моря волны,

‎Пускай они, хоть и немного,

‎Становятся со мной безмолвны.

‎

‎И я одна на этот остров

‎Попала волей не своей.

‎Песок заточенный и острый

‎Вонзает иглы всё сильней.

‎

‎Я чувствую наплыв печали,

‎Но душу больше не отмыть.

‎И детство милое отчалит,

‎Могло ли вовсе оно быть ?

‎

‎Бренчат осколки на плаву,

‎И море надо мной глумится.

‎Скучает тело наяву,

‎Пытается с природой слиться.

‎

‎Песок остывший потемнел, -

‎Лучи ушли за злые тучи.

‎И крест на шее онемел,

‎Всё тянет на песок сыпучий.

‎

‎Так часто море вырывало,

‎Но манит горизонта свет.

‎И сколько странников бывало

‎На острове, где меня нет ?

‎

‎

‎

‎Annihilation (interlude)

‎

‎[]

‎Фёдор Тютчев - Как хорошо ты, о море ночное... (1865)

‎

‎Как хорошо ты, о море ночное, -

‎Здесь лучезарно, там сизо-темно...

‎В лунном сиянии, словно живое,

‎Ходит, и дышит, и блещет оно...

‎

‎На бесконечном, на вольном просторе

‎Блеск и движение, грохот и гром...

‎Тусклым сияньем облитое море,

‎Как хорошо, ты в безлюдье ночном !

‎

‎Зыбь ты великая, зыбь ты морская,

‎Чей это праздник так празднуешь ты ?

‎Волны несутся, гремя и сверкая,

‎Чуткие звёзды глядят с высоты.

‎

‎В этом волнении, в этом сиянье,

‎Вся, как во сне потерявшись, стою -

‎О, как охотно бы в их обаянье

‎Всю потопила бы душу свою...

‎[]

‎

‎

‎

‎Quies

‎

‎Дрожит платьишко с кружевами,

‎Синеют щёки на лице,

‎Нет расстояния между нами,

‎И вот я здесь, в твоём кольце.

‎

‎Стихия волн, преподнеси

‎Остатки прошлых моих дум,

‎И вместе с этим воскреси

‎Мой обнажённый детский ум.

‎

‎Босые ноги колит ветер,

‎И мне придётся заболеть,

‎Я снова закрываю веки

‎И в темноте пытаюсь петь.

‎

‎Мой рок свершится этой ночью

‎Сильней сжимаю крест теперь я,

‎Ложатся на водь словно клочья

‎Всеослепляющие перья.

‎

‎На плечи хрупкие садились

‎Снежинки тонкие как пазлы,

‎И обрамлённой тенью вились

‎По телу стонущие спазмы.

‎

‎Ты мною был всегда любимым,

‎И снова я прошу тебя

‎Остаться непоколебимым

‎Пред судным морем ноября...