На облаке

Глава 1Струится жизнь

Струится жизнь

Когда мне кажется, что я устала,

Струится жизнь, как золота песок,

Я думаю, что времени так мало,

Пульсирует, ещё живой, висок.

Тогда на зерна мысли золотые

Слетаются все сказочные птицы,

Все истины банальные, простые,

Моих любимых воскрешая лица.

Кого-то я уберегла по счастью,

Кого-то не сумела - совесть гложет,

Кому-то помогла в ненастье,

Любима кем-то я была, быть может.

И кажется, теперь мне все прекрасным-

Что, все-таки, по счастью я имела.

Любила, пела и жила я страстно,

Хоть чуточку всегда была несмелой.

Пламя памяти

Темна, как память, ночь, и жизнь пылает.

Мечты горят и тлеют, улетают.

В душе - тепло былое, свет и искры,

Печаль саднит, они - легки и быстры.

И вспышками о чем -то отболевшем,

Оставив пепел, память об истлевшем,

Ночными звёздами в бездонном небе тают-

Костер из жизни тихо догорает.

А над рекою тёмной невосомо

Кружатся звёзды в вальсе полусонном

Открылась бездна: блещет верх и низ

Здесь небо и вода переплелись.

В земной пучине - только отраженье

Небесного, до головокруженья.

Деянья Бога

Я часто видела деянья Бога,

Мне вовремя была его подмога,

И Ангелы его, давая силы,

От бед и смерти тихо уносили.

Зачем машина мимо пролетела?

Чего-то в жизни я ещё не спела?

И ветка с дерева упала рядом,

Пока я в небе утонула взглядом.

И тёмной ночью тень, желая бить,

Упала в люк, и не смогла убить.

Приливом к берегу несёт волна,

И смерти нет, я снова жить должна.

Твоя любовь безмерная видна,

Я чувствую её, я - не одна.

Глава 2 Я летаю

Сплю на облаке, мечтая,

Тая, тая, тая, тая...

Так растаю я совсем,

Угодить стараясь всем.

Млечный путь лег вдалеке.

В белом, сладком молоке

Утопают все планеты.

Солнце дарит им рассветы,

Но одна мне всех роднее,

Сердце бьется там сильнее.

Там живут, мечтают, любят,

Но по глупости все губят:

Жадно пьют, едят, берут,

Все себе, себе гребут,

Бьют и плакать не дают,

Во грехе живут и лгут.

Но ведь надо жить, мечтая,

Людям помогать, летая.

Я летаю, я летаю

И все таю, таю, таю.

Мой Ангел

Ко мне мой Ангел прилетел

И крыльями меня обнял.

Сиял, дарил тепло и пел

И нежным голосом шептал

Ты слышишь звуки с вишины?

Ты видишь золото лучей?

Подобны нам вы рождены,

Но в темени земных ночей.

Она виною, что душа

Все тени ночи сохранила,

Что трудно вам теперь дышать,

И стала ваша жизнь бескрыла.

И нет прозрения в очах,

И разум темень помутила,

И морок в думах и речах

Лишил способностей и силы.

Доверься мне, я исцелю,

Дам душу Ангела и тело.

Сама об этом я молю -

Ты сделай так, чтоб не болело.

Рисунок

Рисунок яркий, чем-то близок сердцу,

В сознании он открывает дверцу,

Где мысль, рожденная уже, движенья хочет.

Подумаешь — увидишь чей-то росчерк,

Я вижу ключ скрипичный, слышу звуки

И вижу музыку вибраций, даже руки,

Сплетающие красок волшебство.

В ней- сила, радость, горе, торжество.

Рефрен оборван, нет здесь места боли.

Есть сила жизни, жажда, сила воли.

Когда ж прервется молнией дорога,

Закружат с жадной болью виражи

В туманном мареве небес услышу Бога

И шепот тихою молитвою души.

Глава 4 Родная обитель

Яго

Меня соблазняли множество раз:

-Поедем, там лучше, ну что ты сидишь?

Наверное, жизнь всю свою ты проспишь,

Потом ты себе никогда не простишь,

Живешь только раз для себя, не для нас.

Меня не пускали друзья и родные,

Соленые капли горячего бриза,

Цветы и природа, и чаек капризы,

Открытого вечного неба сюрпризы,

Еще отговорки от сердца иные.

А тот, кто уехал, мечтая о рае,

Не только все это давно потерял,

Вдруг понял, что именно он променял

На бусы - мечты, что не там догонял,

Дарила им крылья природа родная.

Здесь воздух другой, соки фруктов и ягод,

Традиции, речь и привычки, и люди,

Пусть жизнь потихоньку меняет и студит,

Но все же теплей им на родине будет,

И едут на Родину прежние Яго.

С душой молчаливой, до боли простуженной,

Все волчьи законы, в неволе познали,

Истерзанным сердцем любовь потеряли.

И в муках, что рай на земле, осознали

Лишь там, где ты вырос, и понят, и нужен.

Юность и зрелость

В юности любовь понимается, только как наслаждение тела, но с годами мы понимаем, что любовь всеобъемлюща - это любовь к жизни, к любому проявлению прекрасного в ней: цветам, детям, животным, гениальности, доброте, мудрости. Она - услада души и доступна каждому.

Неслышно нам старость ложится на плечи,

Морщинами скорби на грустные лица,

Всегда недовольна, сама ищет встречи,

Глазами потухшими в блеклых ресницах.

Приходит тихонько она к нам без спроса,

Несет нам болезней и горя подарки,

Меня дома нет.Пусть и смотрят все косо,

Во мне - мое детство в сияющем парке.

Бежит и смеется, взлетает, как птица,

Счастливая юность на ярких качелях,

Вдохнет аромат, на траву приземлится

Цветами пить солнце в искристых капелях.

Наивно, с восторгом, за юностью мчаться,

Чтоб бабочкой сердце в груди трепетало?

Мне верится, можно взахлеб удивляться,

Душа познает, а стареть перестала.

Пусть кто-то не верит, что старость обманет,

По вере дано нам: и время, и чувства.

И молод лишь тот, кто мечтать не устанет,

А жизнь для него - волшебство и искусство

Когда-нибудь

Когда-нибудь я стану белой птицей

И вспомню все, что видела во сне,

Я буду над землей своей кружиться,

Чтоб запахом обители напиться,

И буду в стае, не наедине.

Когда-нибудь я стану легкой, смелой,

Свободной от горячих чувств и дум.

Я вылечу стремительно, умело

И улечу, как сердце мне велело,

И нежен будет крыльев белых шум.

Легко всем будет, потому что птица

Не знает слов, не требует любви,

Найдет зерно и влаги, чтоб напиться,

И только искрами росы лучится.

Любуйся ею, только не лови.

Когда-нибудь, я, все-таки, посмею

Бороться острым клювом с вороньем,

И в птичьей жизни все преодолею,

Украсит мой портрет потом камею -

В ней птицы белые и мы с тобой вдвоем.

Когда-нибудь я вспомню все дороги,

Забуду скорбь и страхи, все сомненья,

Людей, что дарят птицам лишь тревоги,

Потуги их летать, когда убоги,

И заслужу награду и прощенье.

Глава 5 Смысл жизни

Дается от рожденья всем награда -

Авансом биссер и короткой жизни нить.

Нижи все радости и горести, чтоб жить.

Но в лучшем - блеска смысл, твоя услада.

Красивая душа в своём сиянье,

Младенчески чиста, верна завету

Творить себя и мир, подобный свету,

Отдав всю жизнь за это пониманье.

Творишь с любовью яркие мгновенья,

Отбросив лом из горя, зла и лени,

Невежества, заносчивости тени,

И видишь счастье, радость в том плетенье.

В добре, трудах ты жизнь - свою награду

Хранил и не прожёг, и оценил,

Сокровища, умножив, раздарил,

Счастливым подошел к Эдема саду.

Птица мудрости

Ночью темной птица прилетала,

Странные мне песни напевала.

Птица эта - нежная, несмелая,

Мудрая, сияющая, белая.

Глупые вопросы задавала я:

- Вся в крови зачем душа усталая?

Мне сказала птица небывалая:

- Нет, не рана, это – роза алая.

Раны чудом в розы превращаются,

Все по белу свету распускаются.

Моются сияющими росами,

Делаясь поэзией и прозою.

Где туман и слезы, и метелица -

Это мудрости шелка поземкой стелются.

Черная дыра, пустая, страшная

-Это холодность и гордость важная.

Море чувств колышется безбрежное,

Есть бесстрастные и горы снежные,

Розы расцветают не напрасно,

Все здесь мудро, нужно и прекрасно.

Против ветра

Куда б ни шла - все время против ветра.

Он треплет душу, холодом плюет.

Не оставляя мне в пути ни метра,

Где всё легко, и просто так, везет.

Душа остывшая болит, едва живая.

Вокруг меня - сомнений темный морок,

Но в памяти своей храню слова я

И нежность тех, кто был мне в жизни дорог.

Я слышу мамин голос: -Поднимайся.-

Сквозь волчий вой, метели и в бреду,

-Ты сильная, ты сможешь, Собирайся!

И в эту жизнь-метель опять бреду.

Куда идти мне, где моя дорога,

Зачем уже совсем я не остыла?

Почти мертва, но мучает тревога:

Даны ли испытания по силам?

Зачем мне крест? Я это не просила.

Не потому ль, что легче так в аду?

Легко там будет то, что здесь носила.

Всегда одна, с душою на виду.

Да, я уже почти прошла свой путь.

И тех, что мне казались светляками,

Мне не любить, а страшно и взглянуть -

Вблизи все оказались червяками.

Дрожит и плачет бедная душа,

Замерзло сердце льдиною хрустальной.

Бледнеют вера и надежда, чуть дыша,

И в рай летят дорогой легкой, дальней.

Испытание

Стойко выдержи волненье,-

Чайка стонет в вышине.

Пена блещет обольщеньем -

Все сокровища на дне.

Бурным морем бед душевных,

Все мечты разбились в прах,

Дно съедает жизни смертных,

Темень рада - это крах.

Рок, зачем ты так сурово

В шторм всегда меня бросал?

Если плыть уже готова,

Камень тяжкий - пьедестал?

Волны рвутся, вверх взлетая,

Пена жаждет наслажденья -

Вверх плюет, под солнцем тая,

Блеск ее - одно мгновенье.

Силы есть грести в пучине -

Свет увидишь и маяк.

Благо то, что не в трясине,

Море синее - не враг.

Глава 6 В той жизни

Хорошая девочка

Хорошей девочкой я в детстве не была,

Ничьих советов в жизни не любила,

Дралась до крови, битою была,

Коленей боль и раны не забыла.

Теперь всегда узнаю я в лицо

Предательство, подлоги и злорадство,

Войну святых, корыстных подлецов,

Поруки круговой сплошное братство.

Учила жизнь и падать, и вставать,

И боль, и опыт мне сполна давала,

Напрасно против ветра не плевать.

И ждать своих подолгу у причала.

Стихами поученье?- Хохочу.

Открыто радуюсь, грущу, воюю, плачу,

Нападки на меня? Смешно, шучу.

Молчу и в безнадеге жду удачу.

Всех тех, кто нос сует в мои дела,

Куда послать еще я не забыла.

Не кланялась и в долг я не брала,

Что жизнь давала, на лету учила.

Пишу по-разному, и так, как я хочу.

Свои все вижу промахи, ошибки.

За все сама всегда сполна плачу,

А слезы - просто солнечные рыбки.

Сама себе палач я и судья,

И знаю: не войти мне дважды в реку.

А выдумки в моих стихах, друзья,-

Соломинка для жизни человеку.

Старый двор

Я помню старый двор. Среди двора

Светилась лужа – сказочное царство.

По ней, как по небу, гуляла детвора,

Не зная, о подводных ям коварстве.

Я шлепала босой по облакам

И думала, что это и есть рай.

Но больно стало вдруг моим ногам –

Крик, рана, кровь - оборвалась игра.

Все на меня смотрели. Помню я,

Тряхнув кудрями, дерзко рассмеялась:

«А мне не больно!», и соседей веселя,

Домой с улыбкою притворною умчалась.

Отгородила дверь от глупых глаз –

Тогда лишь я дала рыданьям волю!

Но падая теперь, в который раз,

Я смехом сердца больше не неволю.

Сестра из века прошлого, как ты,

Утратив гордость, не смеюсь, а только плачу.

И смеха беспощадное оружие, как ты,

Я вместо горьких слез не трачу.

В той жизни

В той жизни - тополь, будто исполин,

Нас прятал в тень могучими ветвями,

Над ним - такой красивый птичий клин,

А лужи были целыми морями.

Мы бегали до ночи во дворе,

Летая спорили, друг друга догоняли.

Бежали к морю летом на заре,

На волны прыгали и радостно кричали.

И шлепая под солнечным дождем,

Делились булкою, конфетой, пирожками,

А если камень с дыркою найдем,

Нам счастье будет - верили- веками.

Куриный Бог - тот камень называли.

И стёклышки, шлифованные морем,

Ропаны с розовым нутром искали.

Делились радостью, мечтами, горем.

Когда кричали мне в окно:- Ты выйдешь?

Играла я с усердием на скрипке.

- Давай, ну что ты эти струны треплешь?

Сыграй последний раз, и без ошибки!

С сестрой сидишь? Так вынеси коляску,

Мы вместе все повозим по двору .

Не выроним! Наденем малой каску!

Так прыгай с ней, как мама- кенгуру.

А чье белье? Запуталась случайно...

Да, кот слепой, наверно, будет бит,-

Со смехом двор весь борется отчаянно,-

Так попа по ремню твоя скорбит!

Белье ж стирали, после кипятили,

Потом, для пущей, дивной чистоты

Крохмалили до хруста и синили,

Достичь небесной синей красоты.

Вдруг, звон стекла оно с окна упало!

Бежим, посмотрим, кто мячом разбил,

Что плакать и стоять?- белье пропало,

И ветром сдуло тех, кто гол забил.

А в примусе горела гекса синим,

Когда хотел согреть немного чая,

Вдруг, гаснет- нет ни капли керосина,

Уже ты знаешь, поршень в нем качая.

Бежишь за ним с бутылкой и монетой,

Какая кукла? Девочке семь лет.

Слетала быстренько, легко одетой,

И некогда капризничать, болеть.

А был еще старьевщик дядя Миша,

За старый хлам нам шарики давал,

И жили голуби домашние на крыше,

А двор - театр, семья и карнавал.

Еще ликбез по части отношений:

Кто с кем живет, доволен ли женой,

Родился, умер, любит- сколько мнений!

Какие ранние мы были, Боже мой!

Но всё таки, все помнили: мы - дети,

Всё знали, но при взрослых мы молчали

И детство уступали эстафете,

Взрослея, юность и любовь встречали.

Нарядилась

У мамы - шелковая юбка солнце-клеш.

Снимаю платье детское и фартук -

Наряд надеть мне мамин невтерпеж,

Беру платок - подарок папин к марту.

Колючий он, как мягкий добрый еж.

А вот другой - китайский,очень яркий

Блистает шелком, птицей вьется прочь.

На нем есть небо, месяц, купол, арки.

Не в силах восхищенье превозмочь-

Какая прелесть папины подарки!

Вот, платье черное, с пришитым украшеньем.

Здесь лунный камень мне не оторвать.

Влезаю в платье молча, с вожделеньем.

Мне так приятно мамою блистать.

Глаза закатываю томно, с наслажденьем,

Скорее к зеркалу, запуталась, вот драма.

Дверь скрипнула, на мне - весь ЦУМ, "Пассаж".

Лицо растеряно, вот, гардероба рама,

А в зеркале - цыганский антураж.

И надо мной - смеющаяся мама.

Память

Память - это мягкий,синий свет,

Мама нежно на руки берёт,

В белых рамах - розовый рассвет,

Старый патефон, скрипя, поёт.

Двор, мальчишки, драки и игра,

Звёздочка и галстук, форма, класс,

Ночь, луна, и мне домой пора,

"Мент идёт, не трогайте, атас!"

Всё, что было и прошло, задело.

Яркой вспышкой, будто негатив.

Боль была, но не всегда за дело,

Грусть и радость, и любви мотив.

Сочинения, задачи, радикалы,

Формулы - в тетради места нет.

Память мне рисует море,скалы,

Где стоял расстрелянный поэт.

В памяти - совсем другие люди,

В памяти - какой-то жизни след,

Память шепчет: "Это так всё будет"

Голова кричит:"Не надо, нет!"

Память - синтез духа поколений,

Память - самый маленький геном,

Память - то, что получает гений,

Память извлекается трудом.

Гостья

Какая гостья! Ты ко мне пришла,

Не насовсем? Побудь со мной подольше.

Воспоминаний мне с собою принесла…

А помнишь, как мы с дочкой жили в Польше,

Как обокрал нас уличный валютчик,

Мы были стройными- все время голодали,

Зато помог и накормил попутчик,

Как мы смеялись и всем спать мешали?

Как в школе денег не платили нам полгода,

И говорили: «Выживешь, как все».

Нас радовала в жизни лишь погода,

Ну, что скрывать, и ты в своей красе.

Ах да, доверчива была ты и наивна:

Доверилась фотографу, а он

Так вытянул для фото негативы,

Что оказался, слишком нос длинен.

Чему я рада? Ты была прекрасна

Своими смелыми порывами, мечтами.

И все, что было, видно, не напрасно.

Теперь пить мед твоими бы устами.

Нас всех лихие годы те спешили

Перемолоть и выбросить в утиль.

Не сдавшихся, с жестокостью учили

Бежать по жизни сотню лет и миль.

Не знали мы «Хочу», а только «Надо».

Так закалились мы за жизнь в борьбе.

С тобою встреча - мне моя награда.

Побудь подольше праздником в судьбе

"Не суди человека, пока не походишь две луны в его мокасинах."

Индейская мудрость

Вот вам ботинки

Вот вам ботинки, я в них столько зим проходила,

Стала веселой не сразу - была бы жива!

Радуюсь жизни, тому что меня не сгубило.

Пыль на ботинках - мололи судьбы жернова.

Хочется радости вам, от детей уваженья,

Солнца в ненастье, волшебных пейзажей, теней?

Чуда хотите, тогда повторите движенья

В беге с надрывом трудами далёких тех дней.

В буднях продажных, лихих и гнилых девяностых

Стержнем держитесь, не бросив родных вам людей,

Станьте примером, терпите дурных и несносных,

В голоде - кладезем добрых, бесплатных, идей.

Бегайте белкой, когда вас заочно продали.

Будто юродивый, смейтесь и верьте в любовь.

Если не знаете, с чем вам сравнить все печали,

Вот, волшебство - разгоните застывшую кровь.

Что не хотите примерить, тесны, вам не впору?

Сколько же радости будет, счастливых минут...

Нужно идти в них груженой лошадкою вгору,

Крест свой неся вместе с тем, что в придачу дадут.

Что же, не скрою придется не раз вам прощаться:

Баба с косой не за вами, так рядом - к родным.

Вот, где от счастья сквозь слезы так сладко смеяться -

Рэкет, свой блеф забывать, словно сказочный дым.

Вырасти, выходить, жизни спасти, заработать,

Гордость в себе победить, укротить, выше стать,

Жить научиться, кровавые раны заштопать,

Солнце впитать, чтобы светлой пред Богом предстать.

Глава 7 Жизнь, как она есть

Вчера я видела, как аист ест зайчат, и задалась вопросом, если с ранних лет детям рассказывать правду про наш мир, они будут закаленнее или слабее?

Мы щадим детей и не всегда рассказываем жестокую правду. Мы ее даже не всегда говорим взрослым.

Объективны только юродивые или сумасшедшие.

Именно потому, что в каждом человеке есть недостатки, они есть и в каждом общественном строе. Но если мы хотим построить более привлекательный мир и встать на более высокую ступень развития, нельзя, наверное, пугать неокрепшие умы, выискивая только недостатки, если вы, конечно, не враг всей системы.

А разве в быту, рассказывая о себе, мы не скрываем свои поступки, стараясь выставить в дурном свете только обидчика?

Объективность - сложное явление. Его нет ни у кого. Мы всегда отстаиваем свою одну точку зрения. Если она на данном этапе правильна, то нужно забыть о недостатках.

Например, всем надоели разнузданные дети олигархов, их сибаритство, пьянки, пренебрежение смертями плебса, и народ решил вернуться в социализм, а затем подняться на более высокую ступень бесклассового общества - коммунизм.

Народ тут же начинают пугать перегибами, расстрелами, раскулачиванием.

Не объясняя объективных причин. Зачем?

Чтобы боялись установить справедливый строй.

Вы боитесь раскулачивания?

У вас, мои читатели, есть столько, чтобы не жаль было сжечь замок?

Во всяком случае, эти стихи пока не для детей.

Всегда детей оберегая,

Хотим мы слышать детский смех,

А жизнь правдивая - другая,

В ней мало радости для всех.

Над морем плавно реют чайки.

В небесной - сини птичий крик

Пугает рыб блестящих стайки,

Для рыб их голод - смерти миг.

Детей приносит добрый аист,

Когда все светится весной...

Живых зайчат потом съедает,

Голодный, грешный и земной.

Есть в жизни сцена и кулисы.

Червяк наивен, но и жаден,

В лесу для змей питанье - крысы,

А люд к животным беспощаден.

О что к зверям! Всегда друг другу,

Животной хитрости венец,

Бредет он с Дарвином по кругу,

Но вдруг, твердит: - Таков творец.

О Господи, нет, ты не слышал,

О чем мы пишем, говорим!

Коварством змей нам рай разрушил,

С тех пор не знаем, что творим,

Но мы себя боготворим.

Глава 8 Призрак счастья

Солнце только дразнит счастьем.

Каверзные тучи,

День, напуганный ненастьем,

Серы, не летучи.

Брызнет дождь слезой скупой-

Тополь не напился.

Кружат птицы над тропой.

Ветер гневно взвился,

Пыль в глаза бросает резко,

Сохнут реки где-то.

Ворон каркнул снова дерзко,

Боль в душе без света.

Было время - песнь лилась,

Плакалось от счастья,

Всех согреть теплом рвалась,

Луч блистал от страсти.

Тихо стало, в море штиль,

Взгляд острей в ненастье:

Жизнь - стихия долгих миль,

Призрак в море - счастье.

Миг - и снова все светлее,

Радужно и ярко.

Травы, листья зеленее,

Слышен шепот парка:

- Все прошло, пройдет и это,

Все выносят люди,

Жизнь растерзана, раздета,

Ложь сознанье мутит.

Смоет дождь грехи и слезы,

Так Господь прощает.

Сквозь уколы и занозы

Ввысь смотри - светает.

Глава 9 Я вам нарисую

Я вам нарисую в блокноте большого слона.

Он добрый и сильный, каким был когда-то мой папа.

А лист превратится в простынку из тонкого льна.

Я лягу к слону на большие и теплые лапы.

В огромные уши слона можно все рассказать,

Он будет молчать, только хоботом редко кивая,

А я буду плакать и что-то тихонько шептать,

Он знает все-все, и считает, что я небольшая.

Мне ночью приснится красивая, добрая сказка,

Научит премудростям папиным голосом слон.

А в сердце появится счастье и легкость, и ласка,

И будет той сказкой красивой весь мир изумлен.

Слон добрый и сильный, его нарисую на счастье.

А счастье у каждого запросто может прижиться,

С ним будет тепло, даже если потери, ненастье,

Его видеть, слышать и чувствовать, надо учиться.

Быть можно несчастным, имея довольство и власть,

Брюзжа о несчастье своем всем подряд неустанно,

Не видя, не чувствуя сердцем, душою всей всласть,

Пока мы живем, что повсюду оно, непрестанно.

Глава 10 Ответ злопыхателям

Дарю я всем свои стихи и думы.

Читайте и душою отдыхайте.

А те, кто злобны и всегда угрюмы,

Не лезьте в жизнь мою, не ковыряйте.

Вам нравятся интриги, стоны, плач?

Вам жизнь нужна чужая, боль и тайна,

Чтоб руки запустить в них, как палач,

На раны - соль, как будто бы случайно?

Вы слез хотите, драйва на разрыв,

Не нравятся вам легкость и улыбки.

Вам нужно выпить мысли, череп вскрыв,

Ведь радости от зла у вас в избытке.

Сверлите взглядом, стройте умный вид,

Ищите боль за смехом и цветами.

Вам нравится, когда у вас болит?

Так в личных ранах ковыряйтесь сами.

Глава 11Старые игрушки

На самой верхней полке есть коробка.

В ней тихо дремлют старые игрушки

Машинки, самолетики, лягушки,

Выглядывают зайцы, мишки робко.

Часы подкрутят стрелки, как усы,

Глядят застыв огромными глазами.

Там держит время дряхлыми руками

Воспоминания и радости весы.

Лишенья в будни, аскетизм и строгость

Дарили в праздник нам такое счастье!

И смех был неподдельным, настоящим.

Не знали лень, тоску и чувств убогость.

Картонный петушок, олень, снежинка-

Потерлась их былая позолота-

Какая тонкая и нежная работа!

И радостью была моя картинка.

В той тесной комунальной комнатушке-

Красивы, мама с папой молодые,

А мы к друг другу, будто заводные,

Бежали в гости выменять игрушки.

Светились лампочки, и хвоя разливалась,

На ветках были вкусные конфеты,

А в окнах - жизнь, любовь и силуэты.

Так сладко с апельсином засыпалось.

Глава 12 Увертюра

Когда светает, в небе ранним утром,

Разбуженном от солнечного света,

И росы свежие сияют перламутром,

Любуясь нежной сказкою рассвета,

Звучит начало дня, как увертюра:

Легато, пианиссимо и дольче,

А после разовьется партитура-

Все будет ярче, радостнее, жарче.

Характер у светила своенравный,

Меняется он каждую минуту.

По небу танец, завершая плавный,

Последними лучами сеет смуту.

И белых ангелов, окрашивая крылья

В пурпурные, строптивые цвета,

Бросает с неба радужною пылью,

Чтоб жаром разгоралась в нас мечта.

Глава 13 После разлуки

Любимая, я дома, ну, встречай.

Улыбкой радостной, как утреннее солнце.

Из рук твоих вкуснее хлеб и чай,

И даже ветер к нам стучит в оконце.

Желая забежать с дождем вдвоём,

Им ласка, дом уютный тоже нужен.

Они бегут с листвой в дверной проём,

Нахально предвкушая вкусный ужин.

Мурлычет кот и чайник распалился,

К объятиям моим тебя ревнуя,

Он так кипел, что изошел, разлился

От виденного в кухне поцелуя.

Зарделись щеки от любви желанья,

От страстного накала гаснет свет.

И бьется бабочка почти уж без сознанья,

И скоро день, уже почти рассвет.

Глава 14 Лунная дорога

Сияет лунная дорога...

Ах, если б пробежав по ней,

В конце пути увидеть Бога

И снова жить среди людей.

Из первых уст услышать знанья,

Как нам в любви и мире жить,

Унять тревоги и страданья

И мысли черствые смягчить.

Раздать с вином и хлебом души,

Благие вести воплотить,

Открыть сердца, глаза и уши,

Счастливо век земной прожить.

Но горек лик Луны далёкой.

Он в плаче, ужасе застыл:

Земля убита вечной склокой -

Исправить это хватит сил?

А люди в храме на коленях

У мёртвых просят благ и счастья,

Любви и почестей смиренья,

Лелея пагубные страсти.

Не мысли изменив, а жизни,

Создав технический хаос,

Готовят Землю к лютой тризне...

Весь род земной идёт под снос.

Как так сумели всех растлить?

Искусно, не понятно даже...

И человек, как падший лист,

Гниёт и тлеет точно так же.

Глава 15 Обманула

Машут листья крылами и стаей

С ветром носятся, вдаль улетают.

Время осени тлеет и тает,

Стрелки быстрые круг завершают.

Жизнь любимою лучшей игрушкой,

Вся поломана, стёрта, линяет,

Быть велит мне теперь уж старушкой,

Но душа не даёт, расцветает.

Снова кажется мне, что любима,

Ах, как сладок, приятен обман!

Перья черных потерь- мимо, мимо,

Пусть продлится любовный туман.

Всем скажу, что уже пожила я,

Но я знаю, что всех обманула:

Потому что, душою пылая,

Снова сердце любви распахнула.

Глава 16 Ты- солнце

Касаюсь солнца нежными губами

И вся пылаю, став твоим лучом,

И вижу мир небесными глазами,

Бросаюсь в бездну солнечным мечом.

Средь темени пылающего мира

Накал из чувств дорогу освещает,

Из всех веков звучит поэтов лира,

Но темени она не убавляет.

Карающим мечом любви убита,

Лишь пепел, искры надо мной летают,

В холодный зимний саван буду свита,

Когда земные чувства все растают.

Глава 17 Горит Гоморра и Содом

Открой меня своим ключом,

Проникни в спину

Теплом и солнечным лучом

До сердцевины.

Всю боль мою и грусть расплавь,

Скорми их птицам.

Мне вольные крыла расправь,

Не дай им свиться.

Совсем одна, всегда одна...

Мои сомненья

Рождают ада времена

Их злые тени.

Могучих рас и их племен,

Моё светило,

Развей кошмарный этот сон

И дай мне силы.

Ты шлешь тепло,и ласку мне

Так бескорыстно -

Горит зелёная трава

На солнце в искрах.

Не видела такой любви,

Всем что-то надо.

А сердце в ранах и крови

И слезы градом.

Проплачу осенью дождем,

Омою душу.

Горит Гоморра и Содом

Так что ж я трушу...

Глава 18 В море

Бескрайнее, взволнованное море

Бывает ласковым и синим, как мираж.

Когда с собою я и ветром в ссоре,

Оно в душе - воинствующий страж.

Когда штормит, взлетают волны в небо

Фонтаном горечи, соленых пенных брызг.

А тот, кто в море, вспоминает, где Бог

И молится, как пережить каприз.

Умытая солеными слезами,

Высокой, шумной пенною волной,

Я серыми, как будто сталь, глазами

Смотрю, как волны борются со мной.

Тогда высоких туч гряда - награда,

Тянусь я к ним и брызгами взлетаю.

Сама себе - помеха и преграда,

С волною падаю, и в пене утопаю.

А в дни, когда так ясно, безмятежно,

Синеет море, негу разливая,

Душе стихи нашептывают нежно

Дельфины добрые, с волною приплывая.

Тогда целуют эти волны всех,

В тепло и ласку мир весь одевают,

Не видно пены, слышен чаек смех,

И о любви той синей все мечтают.

Глава 19Жизнь

Пишу стихи, начистив сковородку,

Пузатую кастрюлю наполняя,

Не разбивая в буднях быта лодку,

Судьбу свою ни в чем не обвиняя.

Короны нет, ее мне не давали,

Не голая, хотя вся на виду,

Меня любили страстно, предавали,

Я, как пчела, залипшая в меду.

Все уже было, ароматно-сладко.

Теперь - воспоминанья, как в бреду.

Свернусь я в коконе своем украдкой,

Бог дал мне слишком много на беду.

Настанет время мне засахариться

Без пафоса, без шума, навсегда -

Насытится моим нектаром птица

И запоет прекрасно без труда.

Глава 20 Пока жива

Хочу отдать я все, пока жива:

И мысли, и стихи, все непременно.

Слова пусть иногда, как кружева,

Сплетаются совсем несовершенно.

Наивность - за неё сполна плачу,

Летя к мечте стареющей Асолью,

Когда, навеки в небо улечу,

Подхватят то что было песен солью.

Совсем немного времени осталось,

Кто знает мельницу судьбы и жернова...

Поверьте, не на золоте держались

Стихи, любовь, и мысли, и слова.

Искусственный красавец- соловей -

Программа из живых и сочных слов

Зарядит песни для других людей

Из наших, прежних, песенных основ.

Стихи всегда, как айсберг, кораблю

Не каждый может смысл их превозмочь,

Непросто даже вечное - люблю...

Поэт поёт, когда молчать невмочь.

Глава 21Прекрасен мир

Мои часы немного отстают...

Коплю я жизнь по несколько минут.

Идти приятно утром, не спеша.

Не слышно тиканья, зато поет душа.

Прекрасен мир, а я не замечала.

Все белкой в колесе, куда-то мчала.

Теперь как-будто небо голубее,

Цветы все ярче, травы зеленее.

Морские бризы, солнце и туманы,

И птицы по утрам щебечут рьяно,

Такие розы, с дивным ароматом!

И дождь в глаза чуть брызжет виновато.

Люблю я жизнь за чувств своих безбрежность,

За лета разноцветную небрежность,

За слезы осени с волшебным увяданьем,

И зимний серый день с его страданьем,

Когда все ждут, ну скоро ли морозы

Подарят снег, узорчатые розы?

Устроят люди праздник для детей,

И будет весело от их смешных затей:

У елки - Мишек, Кукол и Зайчат.

Они лукавят, удивляются, кричат,

Поют, танцуют, ждут свои подарки,

Для них все праздники необычайно ярки.

И жизнь течет, и хочется жить вечно.

Как жаль, что время, все же, быстротечно!

Глава 22 В небе выключили свет

Все вокруг темно и сыро,

В небе выключили свет.

Ветка – мрачная квартира

Для птенцов, которых нет.

Темным сгустком зло эфира

Мне пророчит тучу бед .

Лень шептала откровенно:

- Ну, зачем та маята?

Было сказанно надменно:

- Все здесь - пыль и суета.

Кратко, мимолетно, тленно,

Души - космос, пустота.

Все стишки – пустое дело,

Сказки, лжи воображенье.

Рифма лишь тебя задела,

Людям ближе преступленье,

Драйв, что встряхивает тело,

И в стихах нравоученья.

Век серебряный далеко,

Умер праведным эстетом.

Все мечты живут высоко.

Жизнь твоя на свете этом

Для сакральных знаний рока

Не оплачена монетой.

Луч пробился из-за тучи,

Небо плакало в заплатах:

- Был великих труд могучий,

Души их – тебе оплата

Творчеством, гореньем лучших.

Их наследье - лучше злата.

Звезды космоса, вселенной

Землю выбрали тебе,

В жизни нарекли Еленой,

Дали цель твоей судьбе,

Чтобы мудрою Селеной

Жизнь прошла лучом во мгле.

Глава 23Вселенная дивно устроена

Вселенная дивно устроена, мудро -

В ней звезды всегда исчезают под утро,

С сиянием властного солнца не споря.

Для этого - тучи в небесном просторе-

Безбрежном, высоком, синеющем море.

Там дымкой все тает, и горе - не горе.

Витает мечта, что ночами мне снится,

Оттуда бросает мне весточки птица,

Как будто из вечности, жизни страницы.

Там ангелов добрых красивые лица,

Что просят любовь и удачу открыться

И верить, надеяться, снова влюбиться.

Все тени и чары безмолвно снимая,

И шепоту ночи тихонько внимая.

Луна неземные ноктюрны поет,

Волшебно сияет и к звездам влечет.

Там время седое обратно течет.

Ошибки и промахи, беды - не в счёт

Глава 24Лирика

Я лирика – открытая поляна…

На ней лучи горят, цветы не вянут.

Здесь слезы льют росистые березы,

Витает в воздухе любовь и запах розы.

В корнях - рептилии и чудо-светлячки,

Все - розовое сквозь мои очки.

Не видно темных туч, что набегают,

Они все светлые, сияя, вдохновляют.

Кто умудрился быть здесь до рассвета,

Тот знает все, теперь поет об этом.

Слаба, неслышна, замкнута безвестна,

И чуть прижми крыло – так сразу треснет.

Мечты, фантазии любовью окружают...

Не щиплют вороны, но перышки летают.

Глазаста ягода, в глуши такая темень -

Реалии, что с кровью сверлят темя.

Есть в памяти лесов те исполины,

Что ликом ясны, маги и невинны,

Труды и битвы их закончились паденьем,

И рады варвары древнейшим их владеньям.

Но смысла нет - об этом сокрушаться,

Мир любит, мир живет, что ж удивляться.

Здесь птицам вольно и светло кружить,

С небес озерных воздух жизни пить.

Глава 25 Мёд

Создавать навороты сложнейших метафор из слов,

Рифмовать бесконечность и снежность, и нежность,

Создавать яркий мусор пластмассовых мертвых цветов,

Из разбитого троллями льда бесконечное -"вечность"

Не хочу,не учите меня, не люблю и не буду!

Просто рыбой на дно, или искрой костра к небесам,

Быть ромашкой живой, и подсолнухом добрым не чудо?

Мед хмельной пить, да так, чтоб текло по обоим усам

2018

Глава 26 В тёмные дни

В темные дни и сырое ненастье

Кажется призрачным светлое счастье.

Капли - вприпрыжку, одна за другой,

Дождь выгнул спину под ветром дугой.

Жалобно смотрит холодная грусть,

Боль у виска барабанит, и пусть.

В ласке минорных и ноющих нот

Рвется на клочья душа и ревёт.

Сердце трепещет подстреленной птицей,

Сном правит черный и мрачный возница.

Краткою искрою нежности свет

Гаснет плаксиво в дождливый рассвет.

Радость, мелькни, я схвачу, ну давай,

Дверь потайную быстрей открывай,

Ту, где весеннее солнце струится,

Радостно в листьях хлопочет синица.

Птицей весеннею сердце забьется,

Счастье и лето былое вернется.

Радость, мелодии светлого мая

Душу врачуют, печали снимая,

Ноты веселья - души миражи,

Счастье спасают ума виражи.

Лёгкость проснулась, и птицы поют,

Солнца лучи свет живительный льют,

Капают мёдом из солнечных сот,

Слышится летний веселый гавот.

Это - борьба за иллюзии сладкие

С правдою жизни - рабочей лошадкой.

Глава 27 Рождество

Здесь брызжет яд - порок, разврат и грех,

Кусают змеи, что на подлости лишь годны.

И внемля вышнему, святой держа доспех,

Стоят два ангела - сильны и благородны.

Как грязь близка - всего одна ступень!

Мы беззащитны - далеки от бога.

А мразь ликует, где же судный день?

Боль, слабость, паника и мойры у порога.

Хранит Господь от черных, лютых глаз,

Готовит нам посланника и сына,

Что уничтожит подлость, жадность, грязь

По слову грешников молебному "Спаси нас"

И я прошу, как мать , сестра и дочь:

- Храни, лелей от младости все души,

Дай ангелов - соблазны превозмочь-

Всесильных, и над пропастью несущих

Глава 28Поезд

От станции Рассвет

До станции Закат

Еще так много лет,

Еще горящий взгляд.

Еще смеются люди,

Шутя с тобой в плацкарте,

И верят - счастье будет

Цветами в новом марте.

Стучится сердце в ритме

Колес и жизни жажды.

Бликует в алгоритме

Фонарь в окошке каждом.

Знакомый и прохожий

Порою здесь встречаются,

Родной - не мой, а божий,

Выходит - так случается.

Приехал и летит домой,

В терзаньях глупо маяться.

На станции Неведомой

За радость не ругаются.

Рассвет не может не прийти,

Сменяет радость грусть,

Закаты чьи-то впереди,

Летит стрелою путь.

Кому-то праздника рассвет,

Закат кому-то был...

Пронзил в туннели яркий свет-

Спасибо жизнь. Любил.