На далёкой планете

На далёкой планете

На далёкой планете

На далёкой планете, где солнце зеленого цвета,

А тяжелое небо, как будто из меди литое,

Молодой поэтессе приснилась другая планета –

Голубая, как ветер, и солнце над ней золотое!

Быстро ткётся в серебряных пальцах узор паутинный,

На лучи, как на пяльцы, натянуты тонкие строки,

И вокруг поэтессы звуча, возникают картины

Той вселенной, куда не ведут расстоянья и сроки!

Там окошко, балкон, там зазубрины дальнего леса,

Там белесое небо и грусть уходящего лета,

Там в лучах золотых молодая сидит поэтесса

И поет про планету, где солнце зеленого цвета.

Шаман

Ударь, шаман, в кровавый бубен Солнца,

Пугая тишину окрестных гор!

Твой голос сквозь астральные колодцы

Взлетает пустоте наперекор!

Метнётся эхо в скалы быстрой ланью,

Обрушив следом камнепада гром!

И встанет за видением камланья

Невиданный доселе космодром!

В полёт! В полёт!

Мои не долги сборы –

Любимый рюкзачок и КПК!

Еще одну щепотку мухомора

И улечу отсюда на века!

Стартуй, шаман!

Давай отсчет обратный!

Три, два, один! Поехали! Ура!..

…А утром пустота…

И мозг, как ватный…

И черная проплешина костра…

Лежа в траве

Никого во вселенной - лежу однá я

В чаше трав, в колыбели поляны этой,

Ощущая, как крутится ось земная,

И всем телом дрожит подо мной планета!

Мне цветов разноцветных немного много,

В бриллиантах росинных немного сыро...

Паутинкой с того стебелька дорога

Улетает по небу до центра мира!

И колышется маятник солнца мерно -

Даже, кажутся бабочек танцы строже!

И в такое мгновенье сам Бог, наверно,

Не на много мудрее коровки божьей!

Где я живу

Про мир я знаю всё. Он создан был из праха,

Не слишком-то велик – на трех слонах стоит.

Под ними вдаль плывет болша-а-ая черепаха,

А в глубине живет огро-о-омный РыбоКит.

Я ведаю о том, что наша Твердь Земная

Сплошь плоская, как стол, и у неё есть край.

Небесная же Тверь, доподлинно я знаю,

Прозрачна, как стекло и там – на небе – Рай.

Вверху, вокруг Земли, по небу Солнце кружит.

(ОНО ВОКРУГ ЗЕМЛИ, а не наоборот.)

Никто еще не счёл, но где-то триста дюжин

Недвижных Звезд вкрапил Господь в небесный свод.

На Севере, во тьме, где хлад и ветер злее,

Где не родит Земля деревья и траву,

Загадочная есть страна Гиперборея –

Прекрасная страна, вот там я и живу...

Ночь. Самолет

Горчит во рту. Моторы монотонно

Гудят.

Какой

У неба странный вкус...

И огоньки на крыльях многотонных

Кроваво-красным отмечают курс.

Связав пунктиром два аэродрома,

Переплетя, что было

С тем, что есть,

Я выбираю в муках полудрёмы

Какую катастрофу предпочесть.

Чье тело поглотило это кресло? –

Внутри болит

И ноги затекли...

Я в никуда фактически исчезла

На эту ночь с поверхности Земли.

Вновь

Тонкой линией,

Чуть заметной,

Словно жилка на белой лилии,

Светом зоревым,

Предрассветным,

Брезжа трепетно,

Без усилия,

Тенью ряби на водной глади,

Где возможность

Прикосновения,

Неизбежностью некой стадии,

Что возникнет через мгновение,

В самой плотной

Тиши безмолвия

Тихой нотой -

Хрустальной,

Грустной,

Не предчувствием вспышки молнии –

Предугадываньем

Предчувствия,

Ускользающей

Бесконечностью

И предсмертным полетом птицы

Я уже существую в вечности

И осталось лишь вновь родиться.

Туда же...

Пройдет всего-то сотня тысяч лет,

И новый, незнакомый мне, поэт,

Стихи слагая о своей любимой,

Вновь будет о страданиях стенать,

Звать милую свою, и проклинать,

И вешаться в тоске неодолимой.

Он затрубит про боль любовных мук,

Три глаза воспоет и восемь рук,

Два сердца, кровь сосущие из вены!

Сойдет с ума от формы тонких ног,

Споет ушам сонет и, как итог,

Ажурность вспомнит хвостовой антенны!

Он вознесет любимую до звезд!

Её фундаментальность, вес и рост

Всего на свете для него дороже!

И под луной, гоня остатки сна,

Споет о ней – о, как нежна она,

Вся синяя с пупырчатою кожей...

...Через всего-то сотню тысяч лет

Мои стихи прочтет другой поэт,

Зевнёт в свои три пасти вдруг и скажет:

– И тут любовь... И тут ревут слезьми...

"Ты лучше всех на свете!.." – черт возьми!..

Ну ведь, уроды просто, а туда же...

Enuma elis

Когда наверху, под спирально закрученным сводом

Все вящие силы ещё не имели имён

И розно струились солёные с пресными воды

И время сочилось из точки начала времён

Тогда и решилось, какою Вселенная будет

Что строить навеки, что рушить, стирая в труху

В итоге внизу расплодились разумные люди

Придуманных ими богов поселив наверху

Мёбиусовы кольца

Мне этот мир не изменить –

Незыблемы его основы.

Одна оборванная нить

Сменяется десятком новых.

Вершу дела, не убоясь

Случайностей судьбы превратной.

Одна родившаяся связь

Рвет десять прежних безвозвратно.

В небытие мой крик возник,

Как продолженье предыдущих.

Здесь иллюзорен каждый миг,

Но бесконечен день текущий.

И вот, захвачена движеньем,

Скольжу изгибами колец.

Сама – разрыв и продолженье,

Сама – начало и конец.

Копенгагенская интерпретация

Одновременно в тысячу разных дверей

Ускользнуть я могу, выбегая из дома!

Серой призрачной стаей пугливых зверей

Разлететься во всё по дорожкам знакомым!

Не пытайся напрасно мне путь преграждать!

Все расчеты – туман! Не угнаться за мною!

Жди – и в точке, в которой меня будешь ждать,

Появлюсь или я или что-то иное.

Сквозь миры, сквозь планеты и сквозь города

Проникая извечно и ежемгновенно,

Я нигде никогда есть везде и всегда,

Если ждешь ты в какой-то одной из вселенных.

=====