Владимир Кольчугин

Москва. Венок сонетов

Москва. История и современность

Магистрал

Москва, венок сонетов стройный Я посвящу земле родной. Прекрасный город, верой полный: Непознаваемый, простой.

Подруга дней, страны столица, Душа моя, моя царица. Дорогой дальней кольцевой Судьба стремилась за тобой.

Кольца Садового приют Обрёл с любовью ненасытной, Когда пленил тот двор на Житной, Где чувств шальных гремел салют.

Я восхищён моей Москвой: Столица, город золотой!

1 Москва, венок сонетов стройный Берёт от древних стен росток. «Московъ» (*), сначала малый, скромный, Объединил лесной простор.

Среди чащоб, селений, пашен, Где путь порой ночною страшен, Поставил Долгорукий князь Начало града, с властью связь.

Мужала людом, камнем белым Опора для Руси князей. Съезжались гости всех мастей Под кров богатый, стражей смелый.

Сказ льётся над Москвой-рекой – Я посвящу земле родной.

2 Я посвящу земле родной Молитв сердечных тихий шёпот. Собор Покровский Пресвятой – Обет царя как битвы грохот. (*)

Юродства крест сиял в Нагом: (*) Блаженный Троице челом Бил о Руси, о людях сирых, Стыдил пороки властью сильных.

Над Красной Площадью собор – Лик неба-Иерусалима. Москва сплетает в Русь незримо Союз племён, земель простор.

В трудах родился дивный, стольный Прекрасный город, верой полный.

3 Прекрасный город, верой полный Имеет множество чудес, Он восхищения достойный: Метро – одно из дивных мест.

– Кто создал, поезда, ответьте, Союза гордое наследье? – Коммун могучие творцы. Искусство – под землёй дворцы.

День инноваций современный Раскинул новых станций сеть – Столице будет славу петь Века венок дорог подземных.

Мой мегаполис заводной – Непознаваемый, простой.

4 Непознаваемый, простой Смешенья дух времён, локаций. Старинный, юный и живой Державный светоч незакатный:

Стозвон – венчальный хор церквей, В кремлёвских звездах – жар огней, Имперский город Сити-башен... Высотками мой дом украшен.

В уют районов тихих спальных Торопится Москвы рассвет. Театр, завод, музей, балет... Союз лучей диаметральных.

Как ты смогла преобразиться, Подруга дней, страны столица!

5 Подруга дней, страны столица, Гордится солнца колесом, (*) Где взгляд за горизонт стремится – Лечу под небом – невесом.

Здесь, над зелёною Москвою, В сто сорок метров высотою С любимой город обвенчал – Красу-Светлану повстречал.

Минут за двадцать оборотом Перевернулась жизнь моя; На крыльях радости паря, Живу под дома добрым сводом:

Супруга, мать, и чаровница – Душа моя, моя царица!

6 Душа моя, моя царица, Несладок был до встречи путь. Пришлось с покоем распроститься, Тревог душевных зачерпнуть.

От Воскресенска до Таганки Резцами лет крутой огранки Преодоления маршрут Впитал слезу, побед салют.

Теперь и я столичный житель. В простор Садового Кольца Победоносец, мой хранитель, Глядит с высокого крыльца.

А память странствует порой Дорогой дальней кольцевой.

7 Дорогой дальней кольцевой Летела жизнь навстречу с ветром: Строфою рифмы озорной, Широким спектром, дерзким метром.

Прошли терзанья бури, шторм, Метанья среди стилей, форм. Классический фундамент прочный Покрыт плетеньем строчек сочных.

Возьмёт «Московскiй Альманахъ» (*) В печать венок-стихотворенье? «Пришли, прошу, благословенье!» – Моё моленье на устах.

Словесности событий рой, Судьба, стремится за тобой.

8 Судьба стремилась за тобой, России бешеная тройка: Была державой и рабой… Сносила все невзгоды стойко.

Я помню пионеров знак, У Мавзолея красный стяг, Республик братских перекройку, Развала морок, перестройку,

Под Пушкинской «менял» ряды, С завода бартера авоську, В экране пошлом чью-то моську... Упадка мрачные следы.

А времена, как прежде, ждут Кольца Садового приют.

9 Кольца Садового приют Богатый был петровским житом (*) Теперь дороги вдаль влекут... Событий много пережито.

Во славу воинских побед Сердечный Богу дал ответ Приход зажиточный, степенный Казанским храмом белостенным. (*)

Двадцатый век прошёл грозой. Взорвали купола с крестами, Другие зданья гордо встали, Но вера поднялась лозой…

Мой город храм второй попыткой (*) Обрёл с любовью ненасытной.

10 Обрёл с любовью ненасытной И я московский тихий двор. Второй этаж. Окошко скрытно. Тенистый сквер – душе простор.

И пусть бегут авто фасадом, Клаксонов звуки – в стёкла градом, Зари вечерней добрый лик Сквозь ветви мне наградой влит.

Кирпичных стен добротность кладки – Мой дом, и крепость и покой, Наполнит пусть венок строфой… Обнимет ночь семейство сладко.

Всё в жизни стало ладно сшито, Когда пленил тот двор на Житной.

11 Когда пленил тот двор на Житной, Стрелецкий храм (*) мне близок стал: На фоне неба нарочито Оттенок стен так ярок, ал!

Петрово дивное барокко… В час лихолетий злобных кротко Хранил реликвии приход – Не прерывался службы ход.

А мне Владимирской иконы (*) Любимый, нежный, древний лик Свет Богородицы пролил – От детства с образом знакомы…

Теперь в груди псалмы поют, Где чувств шальных гремел салют.

12 Где чувств шальных гремел салют? Конечно на Арбате Старом. Истории картины шлют Эскизы о великом, малом.

Мир новый вездесущ – проник. Испуганных визгливый крик: «Арбат "офонарел"! Ужасно!» Устой устал, ворчал напрасно.

Какой же ты, родной Арбат? «Вчера» и «завтра» повстречались, В столице с миром обвенчались! Ты – разноликий, радость, брат.

Любой простится здесь с тоской – Я восхищён моей Москвой!

13 Я восхищён моей Москвой: Неоновою светлой ночью, Рассветной, чистой мостовой, Судьбой кавычек, многоточий.

Летим вперёд во весь опор Препятствиям наперекор – Вшиваем в жизнь круговороты, И делим радости, заботы.

Мы – дети – плачем и смеёмся, С Останкинской внимая башни, Как день прекрасный, но вчерашний В век двадцать первый нитью вьётся.

Натянут нерв в тебе струной, Столица, город золотой!

14 Столица, город золотой, – Великих личностей немало. Поэт с кудрявой головой – Поэтики души начало.

Здесь Пушкин «лирой пробуждал», Россию, вечность обуздал! Стоит – великий – полным ростом. Культуры, духа русский остов!

Пред гением ловлю мечты. Голубка в чёрной шевелюре.(*) Исполню гимн литературе; К подножью возложу цветы.

Вручаю дар стихами скромный. Москва – венок сонетов стройный!

===== (*) «Московъ»: так в летописях XII века называли поселение, которое позже стало Москвой.

(*) Храм Василия Блаженного, точнее собор Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву (Покровский собор). Построен в 1555–1561 годах.

(*) Василия Блаженного звали Нагим (или Нагой) потому, что он круглый год ходил по улицам Москвы без одежды.

(*) Колесо обозрения «Солнце Москвы» – самое высокое колесо обозрения в Европе, расположенное в Москве рядом с южным входом ВДНХ.

(*) Улица Житная в Москве получила свое название от Житного двора, который находился здесь в начале XVIII века.

(*) История Казанского храма на Житной улице (у Калужских ворот) охватывает почти четыре столетия.

(*) Второй раз была построена новая церковь (небольшая церковь-часовня, 1999–2000 годы) на углу Житной улицы и Большой Якиманки.

(*) Храм святого мученика Иоанна Воина на Якиманке – один из самых известных «стрелецких» храмов Москвы, чья история неразрывно связана с реформами Петра I и судьбой московских стрельцов.

(*) Владимирская икона Божией Матери с клеймами, находящаяся в храме Иоанна Воина на Якиманке, – это святыня, спасенная в годы советских гонений.

(*) «Голубка в чёрной шевелюре...» На фото памятника А.С. Пушкину, которое сделано автором в 2025 году, на голове Солнца русской поэзии нашла приют голубка.

(*) «Московскiй Альманахъ», история: В истории русской литературы XX века существовало два принципиально разных издания под названием «Московский альманах», разделенных революцией 1917 года.

(*) Современный «Московскiй Альманахъ» издаёт Межрегиональная общественная организация «Федерация Деятелей Культуры и Искусства» (МОО ФДКИ). Это современный литературно-художественный проект, направленный на поддержку писателей и сохранение традиций русской словесности. Организатор: МОО «Федерация Деятелей Культуры и Искусства», председатель – Юлия Генриховна Гладкова.

+++++

Другие венки сонетов

Мещёра. Венок сонетов

Магистрал

Жемчужина души большой страны – Мещёрский дом – моя сторонка. (*) Ты дух, завет и память лет хранишь, А голос полнит сердце звонко.

С любовью пью пьянящий твой елей Лесных весенних ароматов И сок даров земли богатой, Осенний запах убранных полей.

Внимаю колокольным звонам – Созвучны древним княжеским мечам. Пласты веков хоругвью на плечах…

Живёшь по Божиим законам: Ты – свет спасительной любви и крест! Здесь полог неба для души отверст!

1 Жемчужина души большой страны, Отчизны доброй, необъятной, – Алмазами народов огранил Всевышний землю благодатно.

Когда обнимет ночь Калининград, Восток готовит день прекрасный: В проливе Беринга атласный воспрянет стяг для перемены дат.

Рассвет горит зарёй лучистой – Влетит в Сибирь, махнёт через Урал… Я солнцу славу возглашу: «Ура!»

Росой умывшись серебристой, Проснётся с песней птичьей звонкой Мещёрский дом – моя сторонка.

Мещёрский дом – моя сторонка. Родился здесь в семидесятый год; Черёмуховый май пелёнкой Накрыл над детской колыбелью свод.

Мать в церкви окрестила тайно: Петра Чельцова крестик на груди – (*) Спасенья знак: «Не забывай, трудись! Мгновенья жизни – не случайность».

За годом год стремительны ветра: Приблизился судьбы немой итог. Позволь закончить мне стихов листок.

Владимирский, заветный, милый край, Историю земли родной кроишь – Ты дух, завет и память лет хранишь.

Ты дух, завет и память лет хранишь: Посёлок Курловский (*) – Мещёры Синеющая зыбкой далью тишь, Болот, лесов глухих просторы.

Охочьи люди – племя «мещера;»: За рыбой, мёдом, снедью, зверем. Из меди бляхи с солнцем, с вепрем (*) Перед костром «тиснили» мастера…

Мальцо;ва (*) стекловаренная печь: «Неси песок и угли с торфом жечь!» Меха задули в гуты громко. (*)

Шумит огонь над зеркалом стекла. Стекла на форму капля хрусталя, А голос полнит сердце звонко.

А голос полнит сердце звонко: Хрустальный звон – от млечных, дивных зорь. Над горизонтом нитью тонкой Судьба вьёт сонно пряжу – с ней не спорь.

У юности напор горячий: Характер бесшабашно-дерзок, смел, Порою глуп, порой незрячий – Дым девяностых мороком осел.

Не манят суетой столицы, Уют приморский разнолицый – Уездный город сердцу стал милей.

Мещёра, чистая криница, Под небом детства крепко спится… С любовью пью пьянящий твой елей.

С любовью пью пьянящий твой елей: В Крещенье елей запах – стойкий; Делянка ждёт, где сухостой черней – Пилы - двуручки взвизги бойки.

До хруста, до мозолей с топором По снегу маета с хлыстами. Гнедой Арбуз потащит сани Сквозь тени-сказки к дому напролом…

Без рук, без ног: раздеться да прилечь На печь на русскую; восход стеречь… За жар работы – сон усладой.

Приснятся: милая мечты и май, Заветный добрый и безбрежный край Лесных весенних ароматов.

Лесных весенних ароматов Недолог миг, глядишь: солнцеворот; Смеётся лето – конопато, Июнем дремлет у ворот.

Душистых трав полны угодья – Косцов манящий травостой: Кострец и клевер луговой… Стога стожары (*) ввысь возводят.

Спина болит – тяжёлый труд: Коса управит дело к ночи. Роса обильна – вёдра (*) прочит…

Истому тела сны сотрут. Мне грёзы: месяц-князь с рогаткой (*) И сок даров земли богатой.

И сок даров земли богатой Питает год и век, реченный крест. Сбежало лето за закатом. Сентябрь шальной божится на окрест.

Поубраны хлеба и травы. Сватов по избам пьяная гульба. Крестьянская под осень жнёт судьба: Родит для поля, не для славы.

В богатину (*) повеселись, приход: Столы накрыты – сытый будет год – Медами, бражкой, горькою полей…

Холодная звезда, ночной мороз Прогонят красок буйство, бусы рос, Осенний запах убранных полей.

Осенний запах убранных полей Венчает урожай Успеньем. Льют певчие молитвенный елей Сердечным православным пеньем.

Рожденье Девы и святой Покров, Воздвиженье Креста, Введенье, Христа приход, Богоявленье... Вино и хлеб причастья греют кровь.

Любовь осветит землю Пасхой, Родной мещёры тихой лаской – Жизнь внемлет вечности законам.

Мне радость сердца – скромный край родной; Со всплеском зорь, зарниц над Гусь-рекой (*) Внимаю колокольным звонам.

Внимаю колокольным звонам, и вижу блеск хрустального креста, (*) Когда встречаюсь с птичьим хором У дома Пятницы – чудесные места. (*)

Крещён я тут ... Молитвой долгой Здесь бабушка с седым отцом Петром (*) При церковке со слюдяным стеклом Молились пред иконной полкой.

Державой времена грозили. Лежали тяготы России На хлипких исповедника плечах.

Гремело эхо дальних лагерей Стозвоном боли и души цепей – Созвучны древним княжеским мечам.

Созвучны древним княжеским мечам Усобиц беды… Мрак рождался, Когда при Ли;пице (*) сражался Брат с кровным братом: гордость – тьмы печать!

Тогда по княжьей твёрдой воле Славянской бойни бешеная муть Смогла наживы ядом в грудь плеснуть: И тысячи легли на поле...

Войне созвучны громы и теперь – Грехом закрыта крепко к миру дверь. Стон матерей по весям при свечах.

Но высушит народ слезу потерь, Из сердца будет изгнан злобы зверь – Пласты веков хоругвью на плечах…

Пласты веков хоругвью на плечах… Любовь прощает, терпит долго. Славян, как прежде, миром обвенчав, Дух всколыхнёт сакральным долгом.

Итог для битв – князей иных приход – Днепра и Липицы теченья Укажут святость назначенья, Космический слиянья код.

Пока светильник в Небе не погас, Он льёт столетия свой громкий глас Со христианского амвона.

Ты, триединая святая Русь, Которой трепетно всегда горжусь, Живёшь по Божиим законам.

Живёшь по Божиим законам, Отчизна, впавшая в безверья век? В глубоких суеты затонах Плутает современный человек.

История – «аристократка», (*) А личность – путеводный солнца луч. России будет светлый дух могуч – Царь правды в сердце встал над схваткой.

Глаза откроем полной мерой – Историю благим примером Укажет нам небесный перст.

Во время смуты – единенье. Россия, веры ополченье, Ты – свет спасительной любви и крест!

Ты – свет спасительной любви и крест, Моей Мещёры дом привольный. Затерянных в низинах мест Лес мачтовый, высокоствольный.

От детства я впитал душой своей Прообраз, запахи и сказки, Дар материнской вечной ласки – Их сохраню до истеченья дней.

Над Насмурской зелёной поймой (*) Стоят леса, завод и дом мой; Над церковью – спасенья крест…

Летящий клин над далью синей Клянётся Матушке-России: Здесь полог неба для души отверст!

Здесь полог неба для души отверст – Век двадцать первый в эре Водолея Паденье мира в бездну вдруг отверг! Рассвет восходит, яростно алея.

Стяжая веры чудной благодать, Стоять вовеки правды силам, Просить, чтобы земля простила, Смогла нам снова благо дать.

Преобразит грядущий век – зовёт Любить, дерзать – высок души полёт! Отечество Господь всегда хранит.

Владимир с верой пишет главы: Мой край под кровом Девы славы – Жемчужина души большой страны.

+++++++

(*) Мещёра – это обширная лесистая низменность в центре Восточно-Европейской равнины. Она занимает: северную часть Рязанской области, южную часть Владимирской области, восточную часть Московской области.

(*) Петр Чельцов (1888–1972) в 2000 году на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви был прославлен в лике новомучеников и исповедников Российских. А в октябре 2000 года были обретены его святые мощи — их положили в том самом Пятницком храме в Великодворье (с. Пятница), где он служил. (*) Посёлок Курловский, город Курлово – Владимирская область, Гусь-Хрустальный район.

(*) Древнее племя «мещерА» населяло Мещёрскую низменность, занималось охотой, рыбной ловлей, бортничеством, плавлением меди, бронзы. Известны находки в виде нагрудных блях с различными изображениями.

(*) Мальцовы – заводчиками и стекольными фабрикантами были представители династии Мальцовых — от Акима до Юрия Нечаева-Мальцова. Их деятельность заложила основы самобытной русской школы художественного стеклоделия, а изделия до сих пор ценятся коллекционерами и любителями декоративно-прикладного искусства. Георгиевский собор города Гусь - Хрустальный - это главное и самое масштабное сооружение, возведённое при Иване Сергеевиче Мальцове. Строительство началось после его поездки на французские стекольные заводы в 1838 году. В работе над проектом участвовали известные архитекторы Леонтий Бенуа и Виктор Васнецов. Стеклозавод в Курлове основал Сергей Акимович Мальцов — представитель династии промышленников Мальцовых. Это произошло в 1811 году. Сергей Мальцов приобрёл ряд фабрик вокруг Гусевского хрустального завода в Мещерских землях Рязанской губернии и в Касимовском уезде основал Курловскую стекольную фабрику. Уже в конце 1811 года завод начал выпускать продукцию. В строительстве предприятия и его дальнейшей работе участвовали не только местные жители, но и мастера из Франции, Гусевской хрустальной фабрики, а также Новоселовского стеклозавода Смоленской губернии. Первыми рабочими на заводе были мальцевские крепостные. Город Владимир. Здание, в котором сейчас располагается Владимирский авиамеханический колледж, было построено в 1885 году как Земское ремесленное училище. Его строительство финансировалось на средства промышленника и мецената И. С. Мальцова, а открытие состоялось 26 ноября 1885 года. Инициатором и меценатом проекта выступил племянник И. С. Мальцова — Ю. С. Нечаев-Мальцов. Проект здания создал владимирский гражданский инженер А. П. Максимов. Его работа получила первую премию на конкурсе Санкт-Петербургского общества архитекторов. Проект был переработан московским архитектором М. Н. Чичаговым и инженером Д. К. Советкиным, который также осуществлял руководство строительством и стал первым директором училища (с 1885 по 1900 год). Здание построено в русском стиле из красного кирпича с белой декоративной отделкой. Оно имеет форму буквы «П», центральную часть главного фасада, которая завышена по сравнению с боковыми и имеет два этажа, а также четырёхскатную металлическую кровлю с четырёхгранным шатром в центральной части. В 1919 году училище было преобразовано во Владимирский механический техникум по общему машиностроению.

(*) Гута – стекловаренная печь (первые печи).

(*) Стожары – шесты для укрепления стогов сена.

(*) Вёдра – хорошая погода.

(*) Рогатка – приспособление из раздвоенной ветки для ворошения скошенной травы.

(*) «Богатина» – праздник урожая.

(*) Гусь – река Мещёры в Гусь-Хрустальном районе Владимирской области.

(*) Крест на церкви Параскевы Пятницы – куполе установлен крест из разноцветного стекла в металлической оправе.

(*) Церковь Параскевы Пятницы в Посёлке Великодворский (С. Пятница).

(*) Петр Чельцов почти до последних дней земной жизни совершал таинство крещения.

(*) Битва при Липице – (21 апреля 1216 года) жестокое противостояние князей и их дружин у реки Липица недалеко от города Юрьева-Польского Владимирской области (севернее Мещёры), где погибли (данные рознятся) многие тысячи; Это противостояние двух коалиций князей в рамках междоусобной войны за власть во Владимиро-Суздальском княжестве после смерти Всеволода Большое Гнездо. С одной стороны выступало объединённое войско, которое поддерживали младшие сыновья Всеволода Большое Гнездо — Юрий, Ярослав, Святослав, а также муромские князья. С другой стороны действовала коалиция, возглавляемая старшим сыном Всеволода Константином Всеволодовичем и князем Мстиславом Мстиславичем Удатным (правителем Новгорода), к которой присоединились смоленские князья (в частности, Владимир Рюрикович) и новгородские, псковские и другие отряды. Коалиция выступала в поддержку претензий Константина на великокняжеский престол во Владимире

(*) История «аристократична» – мысль о том, что история «аристократична» (то есть в ней значимую роль играют избранные, выдающиеся личности), наиболее последовательно развивал английский философ Томас Карлейль.

(*) Река Насмур – приток реки Гусь.

+++++++

Россия. XXI век. Венок сонетов

Магистрал:

Россия... Новый двадцать первый Крылами бьёт мятежный век. Вселенский шторм кровавый, нервный – Времён и судеб бешен бег.

Войною цифра с миром спорит – Волнуется людское море: Упадок душ и плен биг-дат (*) Готовят всесожженья ад?

Где путь? В чём светлый луч спасенья? Сломает ось мой шар земной? Отыщем способ единенья? В чём, Русь моя, завет, покой...

Как жить Отчизне, процветать – Стяжать от Неба благодать.

1 Россия... Новый двадцать первый Испытывает век и шлёт Тумана страстные химеры, Разнузданность и страха гнёт.

Безверье: чувства в паутине – В греховной прячутся рутине, Вбирая лености уют, Подачки глупости жуют.

Впуская в сердце гордость, хладность, Жирует барин, пьёт холоп. Нищает дух. Судьбы галоп Сминает святость тьме на радость...

Рыдает Ангел, чист как снег, – Крылами бьёт мятежный век.

2 Крылами бьёт мятежный век И здесь, в мещёрских синих далях: Покинул пашни человек, Домов пусты глазницы в ставнях.

Бездетен род за годом год, Иссох и постарел приход. В округе новые дороги, Но только старенькие дровни

Осилят по зиме сугроб; Гнедой Арбуз, когда-то быстрый, Свезёт по полю в день лучистый На кладбище хозяйский гроб.

На звёзды пёс завоет верный… Вселенский шторм кровавый, нервный.

3 Вселенский шторм кровавый, нервный И в город катит грязный вал. Народ завистливый и гневный, Терпеть безвременье устал.

В Берлине дед мой род прославил, Потом колхозом знатно правил. А что теперь в краю у нас? Победы дух давно угас.

Закрыты и роддом, и почта, Завод пропал, снесли детсад. Поля сиротские лежат. От школы треть – и та заочно.

Лишь крест на шее – оберег; Времён и судеб бешен бег.

4 Времён и судеб бешен бег. Столица казнокрадством пухнет. Из волости кричит стратег: «Ура! Патриотизм не тухнет!»

Провинция жива едва, И ничего, что раза в два Народу меньше, а соляра – За «стольник»! – от «побед» угара.

С экрана – празднеств пустота. Проспали год – и «достиженье»! Масскульта планово паденье; А в книгах – кланов густота.

Душа Державе плачем вторит; Войною цифра с миром спорит.

5 Войною цифра с миром спорит: Страну взрывает «птичий рой». «Zero идей» мечту «игнорит». Cмердит враньём кружок гнилой.

Под шифром бит (*) мой разум, паспорт – Большого брата мощный хаб. Я – гражданин, плательщик, раб. Мой каждый шаг – на байтах (*) рапорт.

Досуг, семья, работа, дом Просвечены бездушно сетью. Невидимой, глумливой плетью Хозяин правит, но с трудом.

У матерей солдатских горе. Волнуется людское море.

6 Волнуется людское море: Тень смуты над страной; разлад – Фронты, тылы и знать в раздоре. Экранный «штаб» – мастак рулад.

На «передок» – из мест «недальних». Есть ратники идей сакральных? Народной армии уж нет. За деньги – честь, бронежилет.

Ни мира, ни войны... Расплата. Кто царство злобой поделил И в сердце злобу нам вселил... Бой страшен: брат идёт на брата.

Неужто бес – Отчизне сват? Упадок душ и плен биг-дат.

7 Упадок душ и плен биг-дат: У школьника вся жизнь в смартфоне. Да, в интернете нет преград – В потоках грязи детство тонет.

Расползся буллинг (*) – травля, страх. Системы школы близок крах. ЕГЭ – подделка, тщетный навык; В учебниках бездарны главы.

В больнице доктор – гвоздь программ. До пациентов нет и дела. Не пожелаешь и врагам… Здоровый род загублен смело.

Страх, чипизация, разлад… Готовят всесожженья ад?

8 Готовят всесожженья ад Войной пришедшей мировою? Льют в уши лживый горький яд, Чтоб управлять тобой и мною?..

В сверженье правил нет границ, За масками не видно лиц. Блеск «демократии народной» – Маржа для «слуг» казной бездонной.

Маршрут России на восток, Где власть у жёлтого дракона? К закату Римского закона? Нет! Лишь Россия – дух, восторг!

Отечество, отринь сомненья. Где путь? В чём светлый луч спасенья?

9 Где путь? В чём светлый луч спасенья? Открой нам тайну, Водолей. Космического вдохновенья Зажги феерию огней.

«Квадрата Чёрного» порукой Вопит «Весёлая наука»: (*) «Бог умер!» – всемогущи мы, (*) Свободны для греха и тьмы!

Пусть в русском слове некто спрятать, Замкнуть мечтает мысли в круг, Хайдеггер, Фукуяма (*) – врут! – Живёт в Отчизне Неба святость.

Иначе – не стоять стеной. Сломает ось мой шар земной?

10 Сломает ось мой шар земной, Когда последний духа воин Покинет бренный мир слепой, Ну а пока восход достоин

Всем Божьим сыновьям внимать И к солнцу души поднимать. Под кровом чистой, вечной веры. Тому есть в древности примеры.

Ведь у Руси душа – святая: От покаяния слезы До Вифлеемской той звезды Прощения, спасенья, Рая!

Греха отринув лишь паденья, Отыщем способ единенья.

11 сонет Отыщем способ единенья? Наука всех наук, ответь, (*) В чём раньше чаяли спасенья? Дай в летописях дней узреть…

Когда-то Боголюбский князь (*) Пречистой ликом принял связь Руси, в усобицах уставшей, и Богородицею нашей.

Рукою твёрдой князь Андрей Собрал в кулак все земли края, Опасность, козни презирая. И не было меча острей!

Остановил вражду, разбой. В чём, Русь моя, завет, покой?

12 В чём, Русь моя, завет, покой? Князь строил города и храмы. Трудом поднялся край родной. Любовью врачевали раны.

На сече он громил врагов, В миру не принимал грехов. Молитвенник, хранитель Церкви – И слава дел его не меркнет!

Собор Успения горит (*) Над Клязьмой куполов крестами. (*) Град строится, века листает, Добро с молитвою творит.

Князь преподобный дал нам знать, Как жить Отчизне, процветать.

13 Как жить Отчизне, процветать? Иметь Царя и славу веры, Творить, трудиться, не роптать, Не принимать пороки, скверны,

Единство миром прославлять, Любовью сердце вдохновлять. Совместно жить славянским сёстрам В калейдоскопе жизни пёстрой.

В содружестве, одной семьёй, Владимиром в Днепре крещёны: (*) Москва и Киев, Минск… Ладьёй Одной нам плыть – наш род спасённый!

Собратьям – в мире расцветать, Стяжать от Неба благодать.

14. Стяжать от Неба благодать И я хочу в Мещёре милой. Остаток дней своих отдать Светлане нежной и любимой.

Пусть расцветает край родной, Парят стихи над головой Достойным и высоким Словом Под Богородицы покровом.

Собор Успенский, Божий дом, Я рядом с князем Боголюбским. (*) Дар литургии – светоч русский. Стоять Отечеству на том!

Князь осеняет благоверный: Россия... Новый двадцать первый...

+++

(*) «Биг-дата» (от англ. Big Data) – большие массивы данных. (*) «Zero» (с английского языка) – «ноль» или «нуль». (*) Бит – минимальная единица количества информации. (*) Байт (англ. byte) – единица измерения цифровой информации (упорядоченный набор битов). (*) Буллинг (от англ. bullying – «запугивание, травля») – это систематическая агрессия. (*) «Чёрный квадрат» Казимира Малевича (1915 год) – это не один чёткий символ, а целый комплекс идей – и у каждой есть свои основания. «Нуль форм» – сам Малевич провозгласил квадрат «нулем форм». (*) «Весёлая наука» – книга Фридриха Ницше, написанная в 1881–1882 годах. (*) «Бог умер!» – один из тезисов книги «Весёлая наука». «Бог умер» – не как политический лозунг, а как диагноз эпохи (*) Мартин Хайдеггер (Martin Heidegger), (1889–1976) – один из самых влиятельных философов XX века. Его философия строится вокруг вопроса о смысле бытия – и это не про «что существует», а про то, что вообще значит «быть». (*) Фрэнсис Фукуяма (Francis Fukuyama) – американский политолог, философ и публицист. В его идеях тоже немало «смысловых узлов» – от судьбы истории до доверия как основы общества. Самая известная идея Фукуямы – тезис о «конце истории», сформулированный в книге «Конец истории и последний человек» (1992). (*) «История – наука всех наук» – не строгий академический термин, а скорее образное утверждение о фундаментальной роли истории в системе знания. В этом тезисе есть и смысловая, и поэтическая нагрузка: прошлое как основа понимания всего. (*) Благоверный князь Андрей Боголюбский (ок. 1111–1174) – одна из ключевых фигур в истории Древней Руси, сын Юрия Долгорукого, внук Владимира Мономаха. Его правление стало поворотным моментом: центр политической и духовной жизни Руси начал смещаться с юга (из Киева) на северо-восток (во Владимир). Титул «благоверный» в православной традиции дают правителям, которые прославились христианским образом жизни и делами на благо Церкви и народа. Андрей Боголюбский был канонизирован Русской православной церковью (около 1702 года) как благоверный князь. Его память празднуется 4 (17) июля. Перенос центра силы во Владимир. В 1157 году, после смерти отца, Андрей отказался править в южных землях и сделал своей столицей Владимир. Он хотел создать новый сильный центр Руси, способный конкурировать с Киевом. Попытка церковной самостоятельности. Князь стремился к учреждению отдельной митрополии во Владимире, чтобы ослабить зависимость от Киева. Это показывает его курс на политическую и духовную самостоятельность северовосточных земель. Взятие Киева (1169). Войска под руководством союзников Андрея взяли Киев, что символически обозначило ослабление старой столицы и рост влияния Владимира. Военные походы. Важен успешный поход на Волжскую Булгарию в 1164 году – он укрепил позиции княжества и торговые пути. Культурное и архитектурное наследие Андрей Боголюбский вошёл в историю как великий строитель и покровитель искусства: Успенский собор во Владимире (1158 – 1160) – главный храм княжества, символ новой столицы. Золотые ворота во Владимире – мощная оборонительная и парадная постройка, подчёркивавшая статус города. Церковь Покрова на Нерли (1165) – один из самых узнаваемых памятников древнерусской архитектуры, построенный, вероятно, в память о погибшем сыне князя. Резиденция Боголюбово, по названию которой князь и получил своё прозвище: укреплённый дворцовый комплекс и храм Рождества Богородицы. Для эпохи это была настоящая архитектурная революция: широкое использование белого камня, богатая резьба, стремление к торжественности и «столичному» масштабу. Религиозная политика и символика Культ Богородицы. Андрей особо почитал Пресвятую Богородицу. Ключевой святыней стала Владимирская икона Божией Матери: по преданию, князь перенёс её из Вышгорода, и по пути ему явилась Богородица, указав место для Боголюбова. В честь этого явления была написана Боголюбская икона Божией Матери – один из первых примеров собственно русской иконографии. Идея покровительства Богородицы над Владимиро Суздальской землёй.

(*) Свято-Успенский собор – в центре Владимира возвышается главный храм Северо-Восточной Руси – Успенский кафедральный собор (1158–1185), воздвигнутый святым благоверным князем Андреем Боголюбским, украшенный его братом – великим князем Всеволодом Большое Гнездо для главной святыни Русской Земли – Владимирской иконы Божией Матери. Владимир – стольный град, имени святого равноапостольного крестителя Руси – князя Владимира. Избранный Царицей Небесной в особый удел, он не перестает изумлять своим величием и своей стариной. Князь Андрей задумывал Успенский собор как главный храм Владимиро-Суздальской Руси. Как сообщает летопись, князь «привёл мастеров из всех земель». Ювелиры, иконописцы и золотильщики были приглашены из Киева, Галича Греции. Император Священной Римской империи Фридрих Барбаросса, состоявший в дружбе с Андреем Боголюбским, прислал во Владимир немецких мастеров. Успенский собор воздвигли из известняка и украсили белокаменной резьбой. Центральная глава храма вознеслась ввысь на 33 метра, превзойдя по высоте Собор святой Софии в Киеве. Стены и своды храма расписали фресками. Пол покрыли мозаикой из цветной майолики и медных позолоченных плит. Летописцы, восхищённые красотой собора, сравнивали его с храмом царя Соломона в Иерусалиме. В 1185 году Успенский собор пострадал от пожара. Зодчие, восстанавливавшие храм, обнесли здание со всех сторон новыми каменными стенами и соединили их арками со старыми стенами, создав, таким образом, своеобразный «футляр». Таким образом, некогда наружные фрески собора расположились внутри храма, и тем самым были спасены от разрушения.

В Успенском соборе венчались на великокняжеский престол великие владимирские князья, перенявшие от Андрея Боголюбского идею единства Русской Земли. В 1238 году войска хана Батыя, опустошив Рязань, вторглись во Владимир. Несмотря на героическое сопротивление жителей, татары взяли город. Предчувствуя неизбежную гибель, многие горожане затворились в Успенском соборе вместе с епископом Митрофаном и семьёй владимирского князя Георгия, приняв мученическую смерть. Княгиня Агафия со снохами и внуками обрела здесь вечный покой.

Все реликвии собора были разграблены, живопись повреждена огнём, но обгоревший храм выстоял. Одержав победу над татаро-монголами на Куликовом поле в 1380 году, русские с особым рвением принялись восстанавливать былое величие Руси. В 1408 году сын Дмитрия Донского – Василий Дмитриевич – пригласил из Москвы известных иконописцев Андрея Рублёва и Даниила Чёрного, украсивших владимирский собор новыми фресками. От средневековой росписи Успенского собора сохранились фрагменты композиции преподобного Андрея Рублёва «Страшный суд», относящейся к 1408 году. До 1395 года в Успенском соборе находилась Владимирская икона Божией Матери, привезенная Андреем Боголюбским из Вышгорода. Сегодня эта икона хранится в Москве, в храме святителя Николая в Толмачах при Государственной Третьяковской галерее. В некрополе Успенского собора покоятся мощи великих князей – Андрея Боголюбского, Всеволода Большое Гнездо, Георгия и Глеба Владимирких. Здесь же погребены владимирские епископы и митрополиты, в том числе митрополит Максим, перенёсший в 1299 году кафедру из Киева во Владимир. Успенский собор послужил образцом для более поздних храмов, в частности, для Успенского собора Московского Кремля. Являясь уникальным памятником белокаменного зодчества XII века, собор, подобно Дмитриевскому собору и Золотым воротам, взят под охрану ЮНЕСКО.

(*) Река Клязьма (*) Владимир Святославич (в крещении Василий, около 960 – 15 июля 1015, Берестово) – князь новгородский (970 - 978) и великий князь киевский (980 - 1015), при котором произошло Крещение Руси. Стал новгородским князем в 970 году, захватил киевский престол в 978 году. В 988 году принял христианство по греческому обряду, а также сделал его государственной религией Киевской Руси. В крещении получил христианское имя Василий. Известен под именами Владимир I, Владимир Святой, Владимир Великий, Владимир Креститель (в церковной истории). В былинах стал прототипом Владимира Красное Солнышко. Со второй половины XIII века причисляется к лику святых как равноапостольный.

(*) Мощи Андрея Боголюбского покоятся в Успенском соборе во Владимире. Первоначальное погребение. После убийства в 1174 году тело князя с почестями перенесли в Успенский собор и положили в белокаменную гробницу в северной стене, в придельном алтаре, который освятили во имя святого Андрея. В 1702 году церковь прославила князя, и тогда мощи «обрели». Их переложили в серебряную раку – её изготовили на вклад патриарха Иосифа. Судьба мощей в XX веке была сложной. В феврале 1919 года раку вскрыла комиссия. Позже останки побывали в разных местах: их передали в ленинградский институт для исследований, череп отправили в Москву Михаилу Герасимову (позже он восстановил по нему облик князя), затем части скелета возвращали во Владимир, а в конце 1950-х мощи оказались в Государственном историческом музее в Москве. Возвращение. В 1987 году мощи официально передали епархии.

+++++++

Успенский собор. Владимир

Венок сонетов

С весёлым сердцем, с радостной душой вперёд смотрю на будущее для родного края: на все препятствия с молитвою взирая, Владыка с Божьей помощью ведёт. (В. К.)

Стихи.ру:

15. (Магистрал)

Вселенский мир устроен свыше Богом. Блистает Солнце – прочь ночная мгла. Преемственность традиций славлю слогом: Отчизна с верой выстоять смогла.

Над морем Мраморным Премудрость встала. София Днепр крестами осеняла. Кремль властно реет над Москвой-рекой. Любовь впитал Владимир, дом родной.

Да, принят дар сакральный, зов небесный: Над Клязьмой куполов сияет рать, Оберегает Пресвятая Мать, Берёт под кров, лелея край чудесный.

Основа жизни – верить, возлюбить, Русь древнюю, завет её хранить.

1. Вселенский мир устроен свыше Богом. И мне дана крестом Святая Русь. Её заветы бережно и строго Блюсти всегда и продолжать берусь.

Смотрю на будущее жизни края, С молитвой и надеждою взирая: «С весёлым сердцем, с радостной душой» Ведет Владыка паству в град святой.

Собор Успенский царствует над далью. Над Клязьмой ярок неба чистый свод. Укрыл, спасает город и народ Покров – сияет голубой эмалью.

Сшивает дни Истории игла. Блистает Солнце – прочь ночная мгла.

2. Блистает Солнце – прочь ночная мгла. Андрея Боголюбского заслуга: Во имя Девы к церкви пролегла Дорога веры за зелёным лугом.

Князь Всеволод своим большим гнездом Под хладной северной Руси звездой Достроил пятиглавый храм Успенья Для Церкви христианской возвышенья.

Хранит святыни, мощи, свет, любовь Девятый век Владимир мой любимый К иконе светозарной – образ чтимый – Могу я прикоснуться в день любой.

Царице славу петь – нет краше долга! Преемственность традиций славлю слогом.

3. Преемственность традиций славлю слогом. Во время службы ангелы поют. Душа нагая, плача перед Богом, Лишь в храме обретает мир, приют.

Взгляд любящий и кроткий – Умиленье – Всех матерей надежда на спасенье: Дитя у сердца. Сын Христос щекой Прильнул, обняв младенческой рукой.

Объял весь мир любовью и прощеньем, Предвидя скорбь, страдания и крест, И Пасху, для которой Он воскрес, Чтоб грешным преподать преображенье.

Моя тропинка к храму пролегла. Отчизна с верой выстоять смогла.

4. Отчизна с верой выстоять смогла. Не раз святыня земли, град спасала: Её молва любовно нарекла – «Владимирской» иконой, нашей стала.

От голода и бед, смертельных войн Нас бережёшь среди напастей волн. Заступница для всей большой державы Во имя Господа, России славы.

Битв мировых и первой, и второй, Ахмата, Тамерлана и Гирея На Русь шли орды, в битвах свирепея, – Но Мать вставала пред врагом горой.

Где образа духовное начало? Над морем Мраморным Премудрость встала.

5. Над морем Мраморным Премудрость встала. Понятие «София» – есть Христос. Мозаика сюжет небес связала: Марию, Сына купол ввысь вознёс.

Сияет Богородица на троне С Младенцем в царском, солнечном хитоне В мерцанье тёплой смальты золотой Апсидной сферы, светом залитой.

На стенах храма дивно воплотились Сюжет, идея, дух библейских дней. Ростки от православия корней Алмазами цветными возродились.

Традиция Царьграда не пропала: София Днепр крестами осеняла.

6. София Днепр крестами осеняла. Крестами светятся тринадцать глав. Величье храмов Киева не пало, Из бурь столетий в новый век восстав.

Дни Ветхого и Нового заветов, Оранты просьба к Господу воздета – Картин мозаичных прекрасен вид. Над алтарём Пречистая парит.

Вот символ, знак и дом для Слова-Бога, Опора, «Нерушимая стена». Столицею в алтарь возведена – Для веры православия основа.

Державу дальше передаст рукой: Кремль властно реет над Москвой-рекой.

7. Кремль властно реет над Москвой-рекой. От Киева, от древнего Царьграда До хладных звёзд московских далеко, Но вера во Христа – душе награда.

Дано Москве столичный жезл принять И православие распространять. Владимира икона, лик-святыня, Лелеет жизнь семи холмов доныне.

Когда ослабла княжеская власть Над Клязьмой, от усобиц холодея, О православии святом радея, Москва столицей гордо поднялась.

Пока вернёмся в край мой дорогой: Любовь впитал Владимир, дом родной.

8. Любовь впитал Владимир, дом родной. Над улицей царит Большой Московской Собор Успенский, духом в грудь влитой. Церквей предтеча Знаменской, Покровской,

Казанской и Влахернской, и других – Ушедших, новых, сердцу дорогих. Престол в Успение: и грусть, и радость… Хор с клироса вливает в душу сладость.

Наш главный Божий храм готов, умыт. Всё в трепете: приход и клир, природа, Обильный август, тёплая погода. Приветлив Девы дом, сердцам открыт.

На всю Россию памятник известный. Да, принят дар сакральный, зов небесный.

9. Да, принят дар сакральный, зов небесный. Вот список от святителя руки – Митрополит, избравший долг свой крестный, Вернул икону «на свои круги». (*)

Князь Боголюбский, мощи, память рода – Здесь скрепы духа, купол небосвода. Святые фресок ликами глядят И Пантократор Славою объят.

Суда последнего страшат картины. Стою, прегрешный, каясь, пред Христом. Пред ликами, Голгофой и крестом... На стенах ветви, ангелы, павлины.

Собора завораживает стать. Над Клязьмой куполов сияет рать.

10. Над Клязьмой куполов сияет рать. Стремглав летят века и судьбы, вехи. А летопись не устаёт листать страницы жизни: беды и успехи.

Я помню фото (бабушкин альбом): девчонки тянут саночки со льдом. Вся школа – госпитальная палата, в подвале морг, где тело спит солдата.

А вечером на клиросе, тайком, чтоб отмолить больных, почивших души... Пожар войны в груди молитва тушит; нещадно мёрзли… Не страшил райком.

С рассветом на дежурство вновь вставать. Оберегает Пресвятая Мать.

11. Оберегает Пресвятая Мать Своих детей, пусть даже отвернулся, – Пред Сыном жаждет душу оправдать Любого, кто к иконе прикоснулся.

Своей судьбы я помню чёрный год … Накрыл, душил несчастий грозных свод. Казалось: мир катился в бездну хрупкий, Но держат свет Пречистой Девы руки.

Икона Умиление… Пред Ней Просил я отвести беду слепую: У алтаря собора, одесную, Провел немало долгих, слёзных дней.

Всех грешников услышит лик небесный – Берёт под кров, лелея край чудесный.

12. Берёт под кров, лелея край чудесный. Собор Успенский, древний Божий дом. Хранит святыни, фрески храм известный, Прославленный подвижников трудом.

Царица край и город осеняет. И души православных окрыляет Святое православие крестом – Сияет кафедры божественный престол.

«С весёлым сердцем, с радостной душою» Духовной жизни свет течёт рекою. Владыка окормляет дом добра. Владимир стольный дух святой вобрал.

Живую связь времён не разрубить. Основа жизни – верить, возлюбить.

13. Основа жизни – верить, возлюбить. Нелёгок путь, сокрыт Господней волей. Немного тех, кто не успел убить Росток любви в груди греховной долей.

Смотрю на жизнь свою: пустые дни Да памяти печальные огни. Их без следа ночная тьма угасит. Талант разменян и судьбу не красит.

Всего я Господу отдать не смог. Слеза раскаянья, прожги мне сердце. Закрыл тропинку к Небу прочной дверцей Падений прошлых ядовитый смог.

Мечтаю рифмой душу окропить, Русь древнюю, завет её хранить.

14. Русь древнюю, завет её хранить И воспевать Мещерский край, Владимир – пусть радостно любовь в груди царит, ввек рифмой славу воспоёт над ними!

По парку после службы я пройдусь, К берёзке у ограды вновь прижмусь. Вот Русь моя, награда и отрада. Нет, мне любой другой земли не надо.

Успение... А следом Рождество. Марии день откроет круг заветный. (*) Звон колокольный – веры торжество – жар сердца отзвуком поёт ответным.

С собором к вечности спешит дорога. Вселенский мир устроен свыше Богом.

+++++++ +++++++

(*) Из истории иконы Владимирской Божией Матери. В 1395 году оригинал Владимирской иконы Божией Матери был торжественно перенесён из Владимира в Москву. Это событие имело огромное духовное значение: икона прибыла в столицу для защиты от нашествия Тамерлана. Произошло чудо — войска Тамерлана неожиданно отступили, не дойдя до Москвы. С этого момента образ остался в столице — сначала как главная святыня Русского государства, а позднее и как духовный символ самого города. Однако Успенский собор во Владимире, бывший главным храмом Северо-Восточной Руси, потерял свою сердцевину — чудотворный образ, вокруг которого строилась вся духовная жизнь. Возникла необходимость в достойном преемнике, который бы продолжил молитвенную традицию, связанную с Владимирской иконой. Таким преемником стал список, созданный святителем Петром, митрополитом Киевским и всея Руси. Родом с Волыни, по преданию он с юности проявлял склонность к иконописи и обучался этому искусству. До поставления в митрополиты Пётр был игуменом Спасо-Преображенского монастыря на реке Рате. То, что автором списка стал не просто мастер, а будущий святой, придавало иконе особый статус. Это был не просто ремесленный труд, а молитвенное творение человека, достигшего высот духовной жизни, что делало образ особенно почитаемым. Наиболее вероятное время создания этого списка — рубеж XIII–XIV веков, после смерти митрополита Максима в 1305 году и до переезда святителя Петра в Москву около 1325 года. Возможно, он был написан по заказу владимирского духовенства или местного князя. Местом создания, по всей видимости, стал сам Владимир, куда митрополит Пётр перенёс свою кафедру из Киева в 1299 году. Хотя в древнем «Патерике» не сохранилось подробного описания иконы, на основании традиций того времени можно предположить, что список точно воспроизводил иконографический тип оригинала — «Умиление» (Елеуса), где Младенец Христос прижимается щекой к щеке Матери. Такой образ символизировал глубокую любовь и скорбь, предвещающую крестные страдания. С момента своего появления и вплоть до XVII века список митрополита Петра занимал главное место в иконостасе Успенского собора Владимира. Перед ним молились князья, духовенство и обычные люди. В 1774 году, когда собор переживал масштабное обновление и старый иконостас был заменён на новый, выполненный в барочном стиле, икону митрополита Петра сохранили как особо чтимую святыню. Она продолжала оставаться главным образом храма. В 1920-е годы, несмотря на активную кампанию по изъятию церковных ценностей, сам образ, судя по свидетельствам, не пострадал. Был изъят лишь его драгоценный оклад. Однако как памятник истории и культуры икона была взята на учет музеем. В 1944 году, когда Успенский собор вновь открыли для богослужений, образ вернули на его традиционное место. С тех пор икона вновь стала центром духовной жизни храма. Сегодня этот список Владимирской иконы Божией Матери, созданный святителем Петром, находится в иконостасе Успенского кафедрального собора города Владимира. Он остаётся главной святыней не только собора, но и всей Владимирской епархии. За века икона неоднократно поновлялась, но сохранила свою изначальную композицию, а вместе с ней — духовную силу и значение для поколений верующих. (опубликовано 10.09.2025. Свято-Успенский кафедральный собор г. Владимир. sobor33.ru)

+++

(*) Первым великим праздником нового церковного года становится Рождество Пресвятой Богородицы (21 сентября по новому стилю). Завершает годовой круг празднование Успения Пресвятой Богородицы (28 августа по новому стилю). Праздники Богородицы тесно связаны с церковным Новолетием, так как они формируют годовой богослужебный круг, который начинается с Новолетия и завершается воспоминанием о переходе Пресвятой Богородицы в вечную жизнь.

+++++++ +++++++

Город Владимир. Патриарший сад. Утро

Дышит сад рассветной негой. Серым кровом облака. Морось далям не помеха. Ветер землю обласкал.

Дом зелёный – патриаршей властью полон тёплый дол. Клязьма ввек сестрою старшей омывает жизни долг.

Гул, соборно растекаясь, приближает службы час. Хором зов церквей скликает души – строг и грустен глас.

Город мой – Владимир древний – солнцем в золоте кресты. Современный, переменный млеет мир – уставший – спит.

Патриаршим садом тихим утром по тропинке в храм всех давно ушедших лики... Вновь прильнём к святым дарам.

Купол неба. Вседержитель смотрит в вечность. Добрый свет – град мой, мой вселенной житель – правит службу... Долгих лет!

Город Владимир. Благовест над Клязьмой

Мой Владимир, город древний, здравствуй! Богородицы собор зовёт. Над просторами, над домом царствуй, веры, мира и души оплот! Издревле сбирал приход и город колокол на службу, на совет. Край родной и милый — добр и молод. Ты рождаешь в сердце радость, свет.

*** Благовест рыдает колокольный. Синевою медная слеза. Сон слетел. Над Клязьмой ширь раздолий. Ветер на рассвете темь слизал.

Мерные удары – зов на службу. Разделило звоном мрак и свет, чтобы сердце, сбросив ночи стужу, не забыло солнца лик, завет.

В храме сумрак. Свечи зажигают. Изнутри взлетают брызги искр – то в окладах радуги играют. Блеск огней проснулся – жив да быстр.

Очеса (*) иконные отверсты, смотрят на меня. Глаза в глаза! Кто ты, человек из рода перстных? Верой православной возрастай!

Веком упокоены в иконах вехи восхождения к Любви. У скрижалей Вышняго закона есть ответ на боль невзгод любых.

Первообраз. Образ. Отраженья. Глубина и вечность в образАх. Нескончаемы с грехом сраженья: зло, добро в расхристанных сердцах.

На Спасителя живу надеждой. Небеса – всхождение с крестом. Скинь, душа, земные тлен-одежды, на колени пав перед Христом...

Солнце в храме осветило купол. Освятило лик, престол, алтарь. Каюсь: гордость человека – глупость. Только триединый правит Царь.

Отче наш, весь мир по вышней воле зиждется лишь именем Твоим! Бьётся пульсом кровь в сердцах, доколе мы Тобой и дышим, и стоим!

А когда на судный час речЕнный призовёшь, взмолюсь слезой души: Вседержитель жизни всей вселенной, мне прости, во ад не сокруши!

*** К храму Богородицы успенья путь сквозь годы, суету спешит. Дар любви покровом и спасеньем помогает и судьбу вершит. Чтимая икона... Умиленье. Пред Царицей на коленах вновь стою: Помолись перед Сыном... Нет сомнений! — слышит Пресвятая боль мою.

( * Очеса – устаревшее слово, обозначающее глаза (множественное число, более чем два глаза)).

Дмитриевский собор. Город Владимир

Белокаменным шлемом на Клязьму над родимой моей стороной смотрит храм; древней, белою вязью говорит на рассвете со мной.

Солнца луч из-за поймы ласкает. В перламутре купается крест. Купол золотом ярко играет, благодать разливая окрест.

Из веков белым камнем страницы, древность фресок и праведный суд соблюдают традиций границы, крепость духа и веру несут.

Трехапсидный, осанистый, столпный для молитвы собор возведён. Стан Владимиро-Суздальский гордый силой предков для нас сохранён.

Со стены псалмопевец великий славит Русь и мой город родной. Здесь монахи, князья и калики намолили мне рай неземной.

Белокаменным шлемом на Клязьму, охраняя наш край, смотрит храм. Вечной, славной, невидимой связью приближая к небесным дарам.

В ожерелье Кольца Золотого род князей свил большое гнездо. Пусть с оправой горит дорогою мой Владимир предивной звездой.

Владимир – мой любимый город

Владимир – мой любимый город. Лесов, полей над Клязьмой даль оберегаешь. Вечно молод. Ты помнишь радость и печаль:

истории крутой изломы Руси Великой и Святой, рассвет, упадок, бури громы, пожары, веры век златой.

Могучих храмов звон тревожный, святых отцов небесный свет и православья непреложный хранишь российский дух, завет

беречь Отечество и веру примером, мудрой головой блюсти от нечисти и скверны, любить, лелеять город свой.

Алмазом на Кольце былинном стоишь и процветаешь вновь в короне золотой старинной, заботу даришь и любовь.

Цвети, расти и умножай богатство, крепость, духа силу, мой чудный, добрый, милый край, во славу Бога и России!

***

Закат октябрьский. Лист осинки Сорвался с веточки родной. Уплывших дней дрожат слезинки. Их лижет ветер озорной.

Взмывает ввысь листок-кораблик. Свет скрылся под вуаль ночи. В заветный путь пустился странник. Сонм звёзд сияет и молчит.

Полёт в предвечность. Лист трепещет. За гранью тьмы зажжён огонь. Сгорит? Иль звездочкой заблещет, Присев на ангела ладонь?

Город Владимир. Никитская церковь. День Святой Троицы

Зовёт Владимир мой на службу. День Троицы. Никитский храм. При входе голубь мерит лужу. Лик солнца нежен по утрам.

*** Христовой Церкви день рожденья – Пятидесятница. Святой Дух Божий миру внял схожденьем; огнём живит с минуты той. ВоспламенЕнный благодатью апостолов избрАнных сонм напитан христианской ратью – счищают с душ греховный сон. Мне жар Небес, лозой привитый, крещением, причастьем дан. Любовь лелеет в сердце влитый от Духа вечный Божий дар. И нет преград для сирых, малых. УтЕшитель живёт в груди. Непобедимый светоч алый изгонит мрак ночной в пути. Горчичным семенем из персти по лону лет и я спешу. Повязан оловянный крестик рукой отца Петра (*) – ношу! Грешу и каюсь, уповая: Души молитвы слышит Спас! Живёт любовь, не угасая. Дух пламенеет каждый час...

*** Старинный город. Храм Никитский. Звон колокольни – верным зов. Поклон мой преклонЕнно-низкий: Бог с нами! Вечен Неба кров! Приход мой добрый – дом Никитский – навечно с нами Божий кров.

( (*) Исповедник Петр Чельцов (1888–1972) – выпускник Киевской духовной академии. Многократно арестовывался советской властью и провёл в лагерях 15 лет. После окончания срока ссылки служил в храмах Владимирской области, стяжав любовь паствы даром прозорливости и состраданием к людям. Несмотря на преследования, до конца жизни нёс пастырское служение. Последние годы жизни служил в селе Пятница (Великодворье). Был прославлен в лике святых в 2000 году.)

Золотое Кольцо православной России

Золотое Кольцо православной России – незабытое царство седых городов. Чуть за тысячу вёрст путь нетрудно осилить. Сколько чудных открытий, нежданных даров.

Каждый город – жемчужина русской короны. След истории – вдаль верстовые столбы. Силы духа народа крепки да огромны и любовью, надеждою, верой полны.

Заплетённые туго косой вековою грозы, радости, люди великой страны, города сердцу милые цепью златою приковали навечно, чтоб память хранил.

Золотое Кольцо. Православия стержень. Русский, добрый, завещанный дедовский быт. Золотое Кольцо сердца памятью держит. Солнце всходит над Русью! Нас Бог не забыл.

Город Владимир. Драмтеатр. Комедия «№13»

Бабье лето. Солнце. Вечер. Мой Владимир дорогой. Неба синь и тёплый ветер. Путь в театр лежит прямой.

Фото – рядом два актёра. Драмтеатр мне дарит смех. Вот находка режиссёра: "Несчастливый"? Лучше всех!

Но;мера сюжет – "Тринадцать" – искромётная игра. Как в актёров не влюбляться? Юмор "аглицкий" – ура!

Ждёт антракт – коньяк "под тыщу". Бутерброд – пятьсот! (С икрой.) Пусть подряд три раза вычтут. Ритм спектакля – заводной!

А в финале торжествую! Счастье встретил Секретарь, истину приняв простую: Слушай сердце, правду шпарь!

Мой театр, прекрасен праздник! Занавес... Домой пора. Засыпай, сентябрь-проказник. На работу всем с утра.

«№13» — эксцентрическая комедия в двух действиях, которая идёт в Владимирском академическом театре драмы. Пьеса английского драматурга Рэя Куни — одна из лучших комедий последних десятилетий, в 1991 году она была удостоена премии Лоуренса Оливье как лучшая комедия года.

Владимирской земли певец

Владимирской земли певец, Мещёры тихой дивный голос, весны отрада и сердец – скворец – прогонит мрак и холод. Пусть невелик проталин след, пронзает леденящий ветер, всё дольше дарит Солнце свет и топит снега серый пепел. Разлился в чаще ив родник, мороз почил в бору суровом, весенний жар горит – проник под тёплый кров лесных сугробов. И будит землю, воды, свет скворец, вернувшийся с чужбины, свой звонкий, ласковый привет несёт в мещёрские глубины. Сладчайший жизни сок порвёт берёз распухнувшие почки. Дух Родины любовь вдохнёт. Накинет дымкой лес сорочки. Там, в материнской ласке их совьёт гнездо певец Мещёры. Любви напевы так легки – прольются в вечные просторы.

Господь мой

Господь мой! Боже Сил! Спаситель! Един, творящий чудеса, Защитник веры, мой хранитель, Открой молящим Небеса. Враги Христовы кр’угом стали, Владеют землями. Враждой Славянских братьев обуздали. Святыни рушат. Сплошь разбой. За небреженье к вере славной Попущен битв кровавый пот. Но в покаянье, к Божьей правде Склонится весь греховный род. Вложи мне в сердце дух победы, Народ мой, Церковь сохрани. Рассей все силы вражьи, беды И нечестивых изгони. Господь мой! Спас и Вседержитель! Един, могущий всех прощать. России, веры, душ хранитель, Пошли спасенья благодать!

Фонтан на Театральной

Светом наполнен и музыкой город. Лето прощается, близится холод. Площадь театра раскинула полог дивным фонтаном… Владимир. Так дорог памятью лиц, тихих скверов прохладных, шалостью лип лет сбежавших нескладных, радостью зрелости, болью утраты, счастьем нежданным для поздней отрады. Осень… Так близко дыханье печальное. Дай насладиться. Фонтаны хрустальные бьют и несут к небесам театральные жизни сюжеты фатально-венчальные. Внуки, что голуби… Плещутся в брызгах солнца и радости годы – так быстры! Падают, блекнут от радуги искры. К югу летят журавли в долгих мыслях, с грустью прощаются в вечности выси. Музыкой, светом наполнен мой город. Близится холод дождями за ворот. Площадь театра раскинула полог дивным фонтаном. Владимир… Так молод!

Звонарь

Я утром первый в храме… Страшным тебе не кажется наш век? Мой каждый день – последний, важный, и всё скорее жизни бег. Я поздно понял, что для счастья дарован колокольный звон: сквозь жизни радости, ненастья звучат и смех, и боль, и стон. Тут, наверху с колоколами, пред Богом, Родиной, людьми молюсь… И ангел мой с дарами спешит: Ещё денёк возьми… Печали не познавший доли, душой не видит Неба высь, не может радость пить… и воли почувствовать… Смотри, держись, ступени колокольни круты, поют не всем колокола. Теперь же, с этой вот минуты ты связан верой: по долам твоей рукой, душою будет разлит над миром Божий звон, и дьявол больше не разбудит тьмы образ. Зло уйдёт, как сон. Недолго счастье… Через восемь коротких, звонких, дивных лет ты приведёшь сюда под осень другого, чтобы лил свой свет. Здесь Родина, любовь и счастье с Россией сопричастным быть, жить, каяться и причащаться, надеяться, терпеть, любить. Последним ухожу… Пусть странным тебе покажется, вот дверь: там – колокол поёт бесстрашно, земное счастье, вечность… Верь.

+++++++

Владимир. Столица Руси. А. Боголюбский

Венок мой неклассических сонетов Владимирской земле свой гимн споёт. По князя благоверного заветам в любви да вере свет, души полёт.

15. Магистрал

Отечество моё великое, святое – венком столетий крестный, трудный, правый путь, с крещеньем в княжий дом причастие влитое – наследие хранишь и православья суть.

Примером жизни Боголюбского Андрея урок любви, служения и чести дан: хранить Русь-Матушку и веры не предать – союз земель князей взлелеян, не потерян.

Отчизна милая, Владимирская Русь, которой трепетно, с любовью я горжусь, поднимется звездою дивной, православной, жемчужиной в лучах, достойной златоглавой!

Так славься, древняя страны моей столица, где колыбель души нетленная хранится!

1. Отечество моё великое, святое: равнины, горы и моря, племён ряды – всё многоцветье мира: сложное, простое. Благословен во имя Господа грядый!

Мать городов по слову грозного Олега, могучий Киев, для краёв славян расцвета, взрастил роды князей, большой Руси устой, распространил свой звон колоколов густой.

Ход Солнца долгий в передел эпох, границ: текли года, века… Изменчивое время. Отряхивая прах имён, знамён, как бремя, пылали зори, вехи, войны, зов зарниц.

Язычеством дышать устала ветхим грудь. Венком столетий правый, трудный, крестный путь.

2. Венком столетий крестный, трудный, правый путь расправил плечи, раздвигая ночь и тучи. Дано по воле Вышней было нам примкнуть ко Свету, сбросив ада крики-стоны с кручи.

Владимир Святый, Красно Солнышко, Креститель раздвинул в вечность полог смертный бытия! Колена все: потомки, предки, ты и я – да будут благодарны ввек! Храни, Спаситель!

От корня верного благочестив ростками поднялся, встал делами, верой и полками род князя властно свитый, смел и долгорук, небесной воли крепок силою порук.

Взрастёт славян Лозою племя привитое – крещеньем в княжий дом причастие влитое.

3. Крещеньем в княжий дом причастие влитое: сын Юрия, внук Мономаха – князь Андрей – горяч молельник, пред ударами не стонет. Кто боль и скорбь воспринимал острей?

Он – государства неустанный устроитель. Всевышний дар во славу – грозен князь-воитель. Не раз в глаза смотрели беды, скорби, брань. Но отводила смерти тьму невидимая длань.

Князь Долгорукий сыну дал удел с наказом. Судил Господь иное волею Своей: икона Цареграда, став среди полей, велела храм воздвигнуть на Нерли за Клязьмой.

Здесь Богородица остановила путь. Наследие храним и православья суть!

4. Наследие хранишь и православья суть: Твой образ из доски для трапезы Семейства. Из сердца Истину века не смогут сдуть. Небес с людьми жар-синергия – Божье действо!

Не раз средь битвы и осад врагов свергая, Пречистой образ нам, защитою сияя, спасал народы, открывая новый день. Покров Твой и величье – славы сень!

Собор Успения возносит громко звон. Людские души куполами золотеют. Дела и помыслы по вере доброй зреют. Святых, святителей могуч и свят заслон.

Цвети, мой край, дар памяти лелея примером жизни Боголюбского Андрея!

5. Примером жизни Боголюбского Андрея прославлена, красна Владимира земля. Над Клязьмой тихой стих мой, в памятниках зрея, восходит кровной, дивной силой для меня.

Деянья князя: стольный, новый град Владимир и «Боголюбный» город над слияньем рек. От распрей, зла усобиц крепкий оберег – великое княжение узду накинет.

Шатром прекрасным церковь белая над Нерлью! Я верю: Ты, душа моя, взлетишь над перстью! Андреем, благоверным князем, свят пример: Русь единить и не жалеть ни сил, ни мер.

До смерти строить Дом не перестал – урок любви, служения и чести дан.

6. Урок любви, служения и чести дан: на поле сечи не было храбрей героя! Не раз с мечом врывался в чуждый, смертный стан, крушил неверных в чаще леса, в воле поля!

Но лишь стихал похода-сечи грозной звон, спешил делами успокоить мира стон. Слова для праздников и службы, песнопений рука писала от небес, души велений.

И «Если, Боже, в этом мне сужден конец – его я принимаю». В воле Вышней. Прости меня, и я прощаю, грешный-ближний… Склоняю голову Тебе, всего Творец!

Кто б ни пришёл: захватчик, или мерзкий тать – хранить Русь-Матушку! Нам веры не предать!

7. Хранить Русь-Матушку и веры не предать – вот заповедь до самой смерти, к жизни вечной! Дано душе у каждого, смиряясь, предстать на Суд, оставив гнёт и боль земли беспечной.

Держа в руках перед собою чистый лик, оглядывая рук своих и дел творенья, шептать Отцу мольбою плач благодаренья: Господь! Един, могуч, премилостив, велик!

Дни-воды Клязьмы за спиною тихо льются. Молитвы князя благоверного коснутся сердец владимирцев! Наш дивный край, цвети! Труды преумножай и в даль времён лети!

Андреем, Боголюбским стан Руси посеян – союз земель князей взлелеян, не потерян.

8. Союз земель князей взлелеян, не потерян: не раз, преодолев судьбы излом крутой, сквозь иго, смуты, войны, смерть и тьму безверья струной история натянута тугой.

Мой край родной, земля прекрасная, святая, в Кольце Златом воротами Небес стоишь, ты дух России до сих пор хранишь, творишь – сияет благость в куполах, крестах не тая!

Здесь Богородицы Успения собор. О, сколько раз искал я в этих сводах чудных прощения грехов от дел своих беспутных, и в назиданье слышал грозный колокольный хор!

Причастием спасала, вырвав сердца грусть, Отчизна милая, Владимирская Русь!

9. Отчизна милая, Владимирская Русь, я тут родился, жил, учился, призывался. Служил далече: Ну, владимирцы, не трусь! Дух богатырский в кровь навек впитался…

Теченье жизни охраняет Божий крест. Жена и дети. Подрастает быстро внучка. Идём по городу, и маленькая ручка мне греет сердце. Мир поёт окрест!

От Золотых Ворот до Клязьмы путь немалый, Варвары-внучки кудри треплет ветер шалый. Я покажу тебе, где в зимний перевоз по льду скрипел саней купеческий обоз.

Я расскажу про старых улиц юность-Русь, которой трепетно, с любовью я горжусь.

10. Которой трепетно, с любовью я горжусь увязшей улицей в бетонных новостройках? Когда достроят, я наверно огорчусь, что неба меньше, где высотки встали стойко.

Заборы тёмные и ветхие дома исчезли, уступая светлым, крепким зданьям. Взошли детсад и парк, и школа, дом познанья, да новых храмов православья закрома.

От года к году мой Владимир всё милее, всё красочней, удобней и светлее. Не слушай стоны оголтелых, сгоряча язык вращающих от горла до плеча.

Растёт и строится; столицей древней, главной воспрянет, для туризма будет славной!

11. Воспрянет и туризмом будет славной опорой для России, для большой страны. Владимир, просыпайся! Спячкой долгой, странной недолго можно привлекательность хранить.

Задач что гор – вершины и зовут, и блещут: работать, строить, поднимать по вере дух! Молитвы, песни, гимны пусть лелею слух, хоругви, стяги золотом и памятью трепещут!

Музеи, храмы, заповедники природы, леса и реки, ширь Ополья, даль Мещёры… Как много нераскрытых мест мой край таит. Владимир на земле чудес, богатств, добра стоит! Так стань для нас и веры православной жемчужиной в лучах, достойной златоглавой!

12. Жемчужиной в лучах, достойной златоглавой, на Золотом Кольце, Владимир, стань венцом. С прекрасной, золотой, шлифованной оправой в наряде новом быть истории певцом!

О, сколько судеб скромных, дивных и великих ждут освещения, историков, чтецов! Не мерили ряды строительных «лесов» так много храмов древних, ветхих, разноликих.

Наступит время реставрации чудес для Золотых Ворот былинных и уставших? Совместно город, область, меценат, купец осветят «Панорамой» день вчерашний?

Придут ко власти добрых, верных смыслов лица! Так славься, древняя страны моей столица!

13. Так славься, древняя страны моей столица! Москва должна Владимиру долги отдать, чтоб историческою правдой искупиться и влить потоки средств, условия создать.

Пусть златоглавая Москва, бояре, вспомнят кто дал начало и спасал не раз, не два, чей князь с полком и мастера, узнав едва, спешили, коль беда и стяг чужой вновь поднят.

В Руси Владимирской положен опыт первый создания начатков государства верный – ушедший князь на северный земли предел страны прообраз строил. Преуспел.

А мне в Мещёре посчастливилось родиться, где колыбель души нетленная хранится!

14. Где колыбель души нетленная хранится, покоит мощи в память, скрепы веры град. Здесь, в древней, доброй, русской, милой мне столице, я жить, трудиться, Троице молиться рад.

Век двадцать первый – время туч да испытаний. Вихрь огненный попущен за дела-грехи. Так будут в сердце все намеренья крепки: Настало время исправлений, не рыданий!

«С весёлым сердцем, с радостной душой» вперёд смотрю на будущее для родного края: на все препятствия с молитвою взирая, Никандр-Владыка с Божьей помощью ведёт.

Защитой нам Господь! Печалиться не стоит! Отечество моё – великое, святое!

Спасибо за чтение

Вернуться к книге