Наталья Болотова

Мои стихи

Новогоднее посвящение Марине и Юле

Марине:

Я совиной почтой в форточку твою

Новогодней ночью свой привет пришлю.

Твой лохматый филин в снежной полутьме

Принесет пергамент с поздравленьем мне.

Юле:

Новогодним вечером

еду я домой.

Распахнулась вечная

тьма передо мной.

Рядом нет попутчиков,

я совсем одна.

Я согреюсь лучиком

твоего окна.

Злые стихи, толком не додуманные мной. Еще и позаимствовала у Пушкина

Того обманывать нетрудно,

Кто сам обманываться рад.

Кричу на площади безлюдной,

Что начинаю маскарад.

Мне есть о чем поведать миру.

В беспечной сутолоке дней

Беру простуженную лиру,

Беру - и подчиняюсь ей.

Она звучит натужно, нудно.

Прохожие отводят взгляд.

Того обманывать нетрудно,

Кто сам обманываться рад.

Несказанное

Меня несказанное мучит.

Заплачет ветер - он озвучит

Мой молчаливый вой,

И в сумерках туманной дали

Услышу звон булатной стали -

Несказанное мной.

Набросок

Снежинки - белые пули -

Пронзают лицо и тело.

Все мысли во мне уснули,

А сердце в груди запело.

Нескладная песня

Этот дом стоит на перекрестке ветров,

В этом доме тьма, в этом доме тьма.

Этот дом давно построен, в нем никто не живет,

В нем метет зима, в нем метет зима.

Я залезу босая на ледяную постель,

Я накроюсь льдом, я накроюсь льдом.

Для меня на шарманке сыграет метель,

И станцует дом, и станцует дом.

Август

Август идет по России,

Грустно поник головою.

Взгляд у него - синий-синий,

Посох, увитый листвою.

Беспомощность

Беспомощность, безликая беспомощность,

Безрукая, безгласая и гордая...

Ведь пальцев нет - схватиться и царапаться,

Ведь крика нет - просить весь мир о помощи.

Зову - глухою мыслью темною,

Кричу - глухою мыслью темною,

Схвачу - глухою мыслью темною,

Молюсь - глухою мыслью темною.

Мне виделось во сне

Мне виделось во сне -

По белой по степи

Мой конь летит ко мне,

Мой конь летит...

Летит по потолку,

По рыжей по стене,

Мой конь летит ко мне,

Мой конь летит!

За здравие свое,

За мой тоскливый рай,

За птиц, за воронье

Пей-выпивай!

Под дробный стук копыт,

Под нежный шум ветвей

Мой конь ко мне летит...

Пей водку, пей.

Я иду навстречу солнцу

Утром, вечером и днем.

Надо мною пламя бьется

Ослепляющим огнем.

Солнце скрылось за домами -

Повернись, земная ось,

Чтоб оно под облаками

Жидким светом разлилось!

В почтовом ящике

В почтовом ящике -

Крылатое письмо.

И голубем оно внутри забилось.

И я хотела выпустить его,

Но это снилось.

Арка заснеженных веток

Арка заснеженных веток,

Нежный ковер ледяной.

Воспоминания лета

Утратили власть надо мной.

Иглами светится солнце,

След на глубоком снегу.

Кажется, чудится, знается, жжется -

Все я сумею, смогу!

Мне многое душу лечит

Мне многое душу лечит:

Деревья, цветы, стихи.

Вдохну глубоко - и легче,

И светлые дни легки,

И осень идет царевной...

В стеклянном воздухе - звон.

И купол, седой и древний,

Встает предо мною. Он

парИт...

Кому, как не мне, заниматься стихами?

Мой помысел чист и мой взгляд - травяной.

Своими пушистыми лапко-руками

Я стих вывожу, он встает предо мной.

В нем шорох дождя в затуманенной Туле,

В нем марево поля и летний закат.

В нем сестры мои наконец-то заснули,

В нем братья мои засыпают и спят.

В нем серый котенок сидит под диваном...

А я, акварелью испортив альбом,

Сижу и мечтаю о сказочных странах,

О сказочном мире, где будет мой дом.

Смотрю я в прошлое с тоской

Смотрю я в прошлое с тоской,

смотрю в грядущее с тревогой.

Там всё несделанное мной.

Там будет сделано немного.

Я билась бабочкой в стекло,

теперь распята на бумаге.

И настоящее вошло

мне в грудь обломком ржавой шпаги.

Из сердца рвалась молитва

И с криком взлетала ввысь.

А в сердце свершалась битва,

В нем плакали и дрались.

По кромке сознания-стали

Терпя пораженье и страх,

Сумбурно войска отступали,

Героев несли на руках.

Молитва-гонец среброкрыло

С разлета снесла заслон,

И падала камнем стылым

На сердце заливший бетон.

Как страстно враги плясали!

Как яростно пили коньяк!

Собранье отребья и швали,

Фельдмаршал - тот просто дурак.

В скорби моей по-другому

Виделась жизнь и друзья.

Мыслями к дому родному

Вновь возвращалась я.

Слезы меня не излечат,

Вера меня не спасет.

Может быть, было бы легче,

Если б закончилось все.

Не унывай, мой друг

Не унывай, мой друг!

Пусть будет век недолог,

Пусть будет гаснуть свет,

Пусть будет жизнь грустна.

Заря воспрянет вдруг,

Откинув ночи полог.

И - солнечный рассвет!

И - ранняя весна!

Забавное

Ты стар, как мир, мой рыжий зонт!

Ты пережил потоп и Ноя,

Ты улетал за горизонт

Под пенье Греции хмельное.

Тень печальная в длинном плаще

Резво движется рядом со мной.

Та же сумка висит на плече,

Те же крылья растут за спиной.

Фонарей и деревьев ряды

По дороге в неведомый храм...

Блеск зеркальный осенней воды...

Каждый сам по себе, каждый сам...

В небесах - голубиный полет

В той свободной загадочной тьме...

Пень печальная рядом идет...

Вместе с ней не отпустится мне...

Вон окна - светятся во тьме!

И я иду к родному дому.

И кажется, мир шепчет мне:

"Все в жизни будет по-другому".

Здесь крыша с облаком срослась,

Здесь из-за штор мерцают свечи.

Я потерялась - и нашлась,

Идти осталось недалече.

Опять пять окон в ряд горят...

Но только в небе всё иначе.

Вот тополиных веток ряд,

В них ветер жалуется - плачет.

Зачем-то прожит этот день,

И гнёт к земле меня усталость.

И ветра звень, и сердца лень...

Но что-то важное осталось...

В теплой влажной полумгле

пятна света, пятна тени.

Не впервые на Земле

день ненастный, день осенний.

Не впервые я иду

в этом сизом полумраке.

Ем конфету на ходу,

половинку дам собаке.

Что ж... Да здравствует туман,

лужи, грязь, канавы, страхи...

Пусть пристанет хулиган -

он получит от собаки!

Война за мое сердце

Здесь тьма, тоска и тишина...

Закрыты все окошки-дверцы.

Снаружи - страшная война

За мое сердце, мое сердце.

Я не пущу сюда врага,

Поверьте, сдамся я нескоро.

Не пожалею дурака

Лазутчика-парламентера.

Всё глубже мой осадный ров,

Всё выше крепостные стены.

Смелей! Но будь к тому готов,

Что я не оставляю пленных

В живых.

2007 год

Мной бусины - огни нанизаны

На тонкую веретяную нить.

Мной звезды из-за тучи призваны,

Чтоб в мире что-то изменить.

Весь мир украшу звезчатыми бусами,

Сквозь сито блики лунные протру,

И пыль смешаю с волосами русыми,

Подброшу звезды к летнему костру.

Еду в маршрутке меж белых полей

Еду в маршрутке

меж белых полей,

грущу не на шутку

о жизни своей.

Снова покинула

свой отчий дом.

Прошлое сгинуло

камнем на дно.

Сердце сжимается

рваной струной,

когда расступается

мир предо мной.

Зимним днем

Зимним днем сижу на даче,

Ем картошку с огурцом.

На плите мой чай горячий,

Выпьешь чая - клонит в сон.

За окном сугробы. Травы

Жухлые торчат в снегу.

Жалко, рядом нет дубравы.

Рифму вставить не могу.

Как спокойно! Как забавно

Чай с сухой рябиной пить!

Солнце выглянуло - славно!

Все нормально. Будем жить.

Привет, февраль!

Привет, февраль, мой старый друг!

Да, дни идут. Но все ж немало

У нас осталось ветра, вьюг

И снегопадов запоздалых.

Как на ковре, лежу в снегу,

И ты сидишь на снежном стуле.

Я растопить твой лед могу,

Но не решу пока - хочу ли?

Берешь за руки, ищешь губ

И что-то шепчешь мне украдкой,

По-прежнему бесстыдно-глуп

Твой поцелуй холодно-сладкий.

Снег в ладонях грею

Снег в ладонях грею, чтобы

Окропить водой сугробы.

Я теплом хочу заставить

Снег в сугробах таять-таять.

Пусть бегут ручьи повсюду,

Я в ручьях струиться буду.

Пусть звучит весны предвестье,

Я весь мир наполню песней.

Крепость пала

Крепость пала, открыты ворота.

Повалили солдаты внутрь,

Чтобы там ограбить кого-то

И кого-то ножом пырнуть.

В гулких залах пустого замка

Пусть пируют и говорят,

Пусть похлебку лакает собака,

Пусть бокалы взлетают в ряд.

Я уйду в жалком рубище скромно,

И меня не заметит страж.

Я вступлю в этот мир огромный.

Что до замка - пусть будет ваш!

2007 год

Кажется, просто хочу говорить

Кажется, просто

Хочу говорить.

На небе звезды.

Горит-не горит.

С песней по жизни -

Тонкой струне.

В форточку свиснет -

Тебе или мне?

Кровь и распятый.

Жалкий оскал

Парня-солдата.

Попал - не попал?

2007 год

Ворота детства

И кто спустился на паучьей нити

На мой некрашенный карниз?

Кто поклонился - извините! -

И путь продолжил вниз?

И кто стучится в запертые двери,

В ворота детства своего,

Где бродят многолапчатые звери,

Где люди продолжают в сказки верить

И верить в волшебство?

И кто на нарисованной поляне

Танцует, на руках держа

Кота в свежеворованной сметане,

Лошадку, куклу Лену с куклой Таней

И грустного ежа?

Тополь за окном

Тополь за окном -

Значит, здесь мой дом.

Поле за бугром -

Значит, здесь мой дом.

Бабушка с ведром -

Значит, здесь мой дом.

Братья за столом -

Значит, здесь мой дом.

Минуло семь лет -

Тополя нет.

Стерся в прошлом след,

Тополя нет.

Тот же солнца свет -

Тополя нет.

Плачу, мне в ответ:

- Тополя нет.

Марина

Я кровью обагрила нити,

Я вышиваю листья клена.

Меня, пожалуйста, примите

Такой неистово-влюбленной.

Пускай не заживают раны,

Ведь спорится моя работа.

Своим полотнищем нетканым

Согрею близкого кого-то.

Все тревоги, все заботы

Теплый ветер вдруг развеял.

Смотришь в небо - отчего-то

Небо кажется светлее.

Беззаботна и бесстрашна

Птица в ветряном потоке.

Провожает день вчерашний

И впадает в сон глубокий.

К тонкой облачной перине

С жемчугами одеяло.

На подушке синей-синей

Птица плакать перестала.

Стали фанерою крылья мои

Стали фанерою крылья мои,

Стали, стали.

Сладко ночами зовут соловьи

В дали, в дали.

Сделаю шаг,

Начнется полет,

Крылья раскрою.

Пусть меня ветер

Плавно несет

С фанерным листом

За спиною.

Раскрою правое крыло -

И от него вокруг светло.

Раскрою левое крыло -

Оно меня обволокло.

Я строю стены, купола,

И оттого душа светла.

Построив башню из стекла,

Я солнце яркое зажгла.

Птица-человек

Ветер в лицо несет перемены.

Рушатся замки, падают стены.

Медленно вверх поднимаю ладони.

Ветер прикроет, ветер не тронет.

В крыльях черных два пера,

Но душа моя светла.

С ветром поднимаюсь вверх.

К свету.

Птица-человек.

Двигаюсь с ветром, следую рядом.

Золото веток трогаю взглядом.

Я унесу бумажного змея,

Нить оборву - догони, кто умеет.

В крыльях черных два пера,

Но душа моя светла.

С ветром поднимаюсь вверх.

К свету.

Птица-человек.

Мой любимый перекресток

Мой любимый перекресток,

Где насквозь пронзает ветер.

Здесь обыденно и просто

Ходят люди, солнце светит.

Дом высокий, средний, низкий.

Улица уходит в поле.

Облаков сгрудились диски.

О дожде судачат, что ли?

Вечер. Возвращаюсь с дачи.

Всё во мне, что есть на свете.

Перекресток, небо плачет,

Меж домами солнце светит.

Веселое

Я попью чайку с котлетой,

Поругай меня за это,

Выпью чаю - не пролезу в ворота.

За порогом жмутся гости,

Гости чая жалко просят,

Проходите, нагревается вода.

Я попью чайку с гостями,

Я посплю потом в теньке,

И в Сокольники поеду налегке.

Эх, Сокольники, Сокольники,

Там вся моя родня.

Наверное, скучает без меня.

Свой приезд я отмечаю,

Наливаю в кружку чаю,

Все родные угощаются халвой.

За порогом жмутся гости,

Гости чая жалко просят,

Проходите, да не стойте, боже мой.

Закипает, закивает, согревается вода,

Я в Сокольниках останусь навсегда!

Эх, Сокольники, Сокольники,

Там вся моя родня.

Наверное, устали от меня.

Иронично

Прошу ответы, легкие пути,

А в случае беды - предупрежденья.

Соломы стог пора приобрести,

Чтоб подложить при случае паденья.

Мой нрав таков!

Я знаю дураков!

Мой опыт пусть для них примером служит.

Они получат много синяков,

Ведь без раздумья прыгают по лужам.

Меня терзает что-то

Меня терзает что-то,

Душе покоя нет.

Опять иду с работы,

И светит солнце вслед.

Как будто на коленях

Одна стою в пыли.

Вокруг пуста арена,

И зрители ушли.

Так искренне играешь,

Так беззаветно лжешь,

Мечтой пренебрегаешь

И веру предаешь;

О прошлом позабудешь,

С лица не смоешь грим,

Потом жалеть не будешь,

Что родилась с другим.

Лишь на исходе лета

В вечернем мираже

Лицо узнаешь это,

И ёкает в душе.

Льется песня из моего сердца

Льется песня из моего сердца.

Льется песня и сжимает горло.

Я сомкну губы, прошепчу: "Если

Песня есть, почему я молчу гордо?"

Рвется песня, но мои руки

Зажимают рот. Я в бреду считаю

- Раз, два, три - и затихают звуки,

Жду, когда умрет песня

Или растает.

Чем голод утолить? Тобою

Чем голод утолить? Тобою.

Тобою, небо голубое.

Своей разорванной душой

Вберу весь этот мир большой,

Тебя, безбрежный океан

С червивой грушей пополам.

Летучий ПАЗик

Полями, через лес, оврагом

И огородами, садами.

По кочкам и по буеракам,

Поселками и городами.

Вновь полем, через лес, на юг,

На запад, огородом снова.

Взлетел - и покатился вдруг

По трассе неба голубого.

Летит рассудку вопреки,

И вопреки земным законам.

И по поверхности реки,

И по верхушкам сосен - что нам?

О горькая, завышенная плата!

О горькая, завышенная плата

За несвободу жалкую мою!

Бреду босой, и рубище в заплатах,

Я ем отбросы, из канавы пью.

И день за днем все ниже гнутся плечи,

А на груди на кованой цепи

Поруганный качается Предтеча,

Который нынче тоже не в чести.

Я отдал все, мой дом родной разрушен,

И нету мне приюта на земле,

А надо мной по ветру вьются души

С печатью несвободы на челе.

2007 год

Как же травы спокойно склонились в поклоне!

И лишь только крапива торчит с лопухом.

В небесах завитки на сиреневом фоне -

Этот почерк нам каждому с детства знаком.

Тонкий почек узор на березовой коже,

Пятна листьев опавших на зелени мха -

В мире разное невыразимо похоже,

Как детей голоса и рожденье стиха.

Липы

Еще березы скромный свой наряд

Не растеряли, шелестят до хрипа,

А вдоль дороги на ветру стоят

Нагие липы.

Я наслаждаюсь ветром ледяным.

Мой рыжий зонт, на бархатцы похожий

Взлетел, и листья лип за ним

Взлетели тоже.

Стою среди полузнакомых лиц,

Деревьев, туч и нежных листьев мокрых,

Знать, перед осенью все липы пали ниц

На лужи-стекла.

Огни, как теплые глаза

Далеких, сказочных драконов.

По горизонту - полоса

Подтаявшего небосклона.

Я слышу тонкий лай собак,

Сердца-часы стучат задорно,

И в небе, словно свежий мак,

Горит луна на фоне черном.

В душе сплетаются моей

Как кружева, златые нити.

Я слышу запахи с полей

В предчувствии больших событий.

Свет и тьма

Спокойно. Строятся дома,

Растут деревья. В это время

Во мне такая кутерьма,

И свет, и тьма с цветами всеми.

Ах, как бы не сойти с ума,

Когда смешались свет и тьма.

Дерево

Почему не опали листья,

Если снег лежит плотным слоем,

И на небе, на небе мглистом

Облака кружат темным роем?

Потому что в последнюю осень

И не грех шелестеть листвою

И погибнуть, листву не сбросив,

С гордо поднятой головою.

Наверное, под грузом гнутся плечи

Наверное, под грузом гнутся плечи,

Наверно, кто-то бродит в темноте.

Наверно, от дождя укрыться нечем,

И сны уже не те.

И нам не суждено построить башню,

Чтоб миром любоваться с высоты.

И где-то умирает день вчерашний,

И все мои мечты.

Я честным словом связана навеки,

И сбросить груз без спроса не вольна,

Но где-то далеко разлились реки,

И кончилась война.

Но где-то над ладонью вьются птицы,

И люди не жалеют им зерна,

И где-то малышам так сладко спится,

Ведь кончилась война.

декабрь 2007

Майский снег

Как Тула усыпана снегом!

Так не было даже зимой.

Как будто зима напоследок

Нам праздник устроила свой.

Торопятся люди по делу,

Но вдруг остановится взгляд -

Весь город вокруг белый-белый,

Как снежный таинственный сад.

И будто не было весны

И будто не было весны,

и будто не было весны,

и мы страдать обречены,

скитаясь под дождем.

И будто не было весны,

и будто не было весны,

и мы друг другу не нужны,

и опустел мой дом.

И только ветер бьет в стекло,

и только ветер бьет в стекло,

и все вокруг заволокло

туманом голубым.

Вернулся ты - и все прошло,

вернулся ты - и все прошло,

и стало тихо и светло

над городом моим.

Открылась дверь - я говорю

Открылась дверь - я говорю.

Больному сердцу много ль надо?

Полоску узкую - зарю

И ветер утренний в награду.

Кричу - хочу, кричу - люблю,

Кричу - довольно, дайте яду.

Но сердцем Господа молю -

мне ветер утренний в награду.

Проходит все. Настанет срок,

я налетаюсь до упаду

и рухну, как сухой листок.

Мне ветер утренний в награду.

Какая странная страна

Какая странная страна,

Она бескрайна и вольна,

И смотрят грустные глаза

Сквозь пепел снеговой.

И каждый день и каждый миг

По бездорожью напрямик

Несёт, переходя на крик,

Печальный жребий свой.

Зачем мне это всё?

Зачем во тьме скитаться,

Ползти и в небесах

Искать прозрачный лик?

К чему нам говорить,

Встречаться, расставаться,

В толпе быть впереди,

Марать никчемный стих?

На сердце только боль,

В домах разбиты стекла,

Разрушу вопреки, ногами растопчу.

Потрогай - на щеках

Внезапно стало мокро.

Ты хочешь жить? Хочу.

Ты хочешь в свет - хочу.

А для него не будет их

А для него не будет их,

их вдруг не станет отчего-то.

Любимых, близких, дорогих,

жена, родители, работа.

Уже не нужен телефон,

ведь с миром оборвались связи.

Ему приснился странный сон,

как он спешил и был обязан.

А он торопит этот миг,

и смутно теплится сознанье.

Прикосновенье рук чужих -

участие иль состраданье?

А он обдумал свой уход,

и смотрит скучно и устало,

и солнце поутру взойдет

уже не для него, пожалуй.

2008 год

Военный оркестр

Осыпаны листьями поздние клумбы,

И ветер в ветвях задремал.

И в сквере унылом, тоскливом, безлюдном

Военный оркестр заиграл.

Вдруг парами встали каштаны, рябины,

С березой фонарь танцевал.

О чем-то забытом, но прежде любимом

Военный оркестр заиграл.

Прохожий бежит вдоль по улице длинной,

Он вымок, продрог и устал.

И замер, услышав в напеве старинном

Свой собственный грустный финал.

Вновь вальс зазвучал для березок и кленов,

Весь сквер превращается в зал.

Пусть кружатся пары, ведь в зале колонном

Военный оркестр заиграл.

2008 год

Я много в жизни делаю не так

Я много в жизни делаю не так.

Мой первый шаг - уже неверный шаг.

Мой первый крик - уж е нелепый крик.

Мой первый миг - уже никчемный миг.

Я на пути - но на каком пути?

Куда идти и есть ли смысл идти?

Ошибкам счет мой трезвый ум ведет.

К чему учет? Но всё - наперечёт.

Боюсь, борюсь, спешу, сражаюсь, злюсь,

А утомлюсь, устану - ну и пусть.

К чему кружусь и с грустью спать ложусь?

Грущу - молюсь, надеюсь и держусь.

Боюсь далеких голосов

И в дверь звонящих, приходящих.

И неуютен стук часов,

По темной комнате свербящих.

Зачем сидит в моей груди

Бессильное, пустое что-то?

Живи, сражайся и иди -

Моя всегдашняя забота.

Всё тоньше и бесплодней связь

Моей души с господним миром.

Я лягу спать не помолясь,

В чулане темном спрячу лиру.

Но эту ночь преодолев,

Я силу обрету былую.

И новый зазвенит напев,

По новому пути пойду я.

Опали кленовые листья

Опали кленовые листья,

Осенний вечерний наряд.

Вот кто-то рассыпал монисто,

Сверкает в лучах фонаря.

Здесь каждый глухой переулок

Ведет свой таинственный сказ.

И дремлет, заслушавшись, Тула,

Над нею луна, как топаз.

Вот там потерялась заколка,

Там - лента из алой парчи.

На темных еловых иголках

Цвета светофора - свечи.

Дождинки - прозрачные бусы -

На платье ложатся легко.

И ветер, веселый и русый,

По щёкам проводит рукой.

2008 год

Вика

От тебя осталось имя -

Позабыто и безлико -

Перезвонами глухими -

Вика.

Имя - нежный и душистый

Колокольчик повилика.

И за кем теперь спешишь ты,

Вика?

Над землей летишь неслышно,

Ангелом иль ведьмой дикой?

Ты стихи всё так же пишешь,

Вика?

Всё пройдет, всё рассыплется в прах

Всё пройдет, всё рассыплется в прах -

Имена, поцелуи, стихи.

Только будут парить в небесах

Наши тени - светлы и легки.

Время движется, катятся дни,

Как жемчужины порванных бус.

Незаметно проходят они,

Я не чувствую запах и вкус.

Что нас ждет, в той загадочной тьме,

Неизвестно, увы, никому.

И бывает, что кажется мне -

Мы из тьмы переходим во тьму.

Нет, неправда, не так!

Каждый миг, каждый шаг,

Каждый вздох и дрожанье ресниц,

Каждой песни строка

Будет в мире века

В переплете горящих страниц.

Кто был со мной?

Кто был со мной,

кто был со мной,

кто был со мной

все эти годы,

пока менялись небосводы,

во тьме вертелся шар земной?

Ты шел, беспечен и незрим,

всегда - отсюда, влево, мимо,

и улыбался каждый миг,

и был доволен нестерпимо.

Я просто принимаю бой,

я выхожу тебе навстречу,

и пусть качнется шар земной,

и рухнут звезды - не замечу.

По колким очертаньям звезд,

по робким взглядам-ожиданьям

я буду строить шаткий мост

своей надеждой и страданьем.

2009 год

Я взглянула в себя, как в глубокий колодец

Я взглянула в себя, как в глубокий колодец,

там замерзли тритоны, там качаются листья.

То вдруг резко плеснет, рукава мне намочит,

то застынет, стоит, как стекло, неподвижно.

Много темных бурлит в беспорядке потоков.

Стены так высоки, не прорвется наружу.

Часто кажется мне,

что свое отраженье

вижу я в глубине,

как в тюрьме, в заточеньи.

Как на привязи я,

мне и здесь несвободно.

Перья вымокли все,

грустно перья повисли.

2009 год.

Мне нечего себе сказать

Мне нечего себе сказать,

Лишь пустота владеет мною.

Зачем же бесконечно ждать,

Что будет новое, иное?

Прикрой лицо, закрой глаза,

Беги в толпе, себя скрывая.

Пусть грянет майская гроза,

И я пойму, что я - живая.

Имена

Двадцатилетняя Марина

Грустила в памяти моей.

Склонилась юная Алина

Над математикой своей.

Мы на обои лепим лапы -

Мы с Аней украшаем дом.

Ко мне бежит щенок кудлатый,

Его мы Бимкою зовем.

Ирина промелькнула хмуро

С катаной вечной за спиной.

Диана говорит мне - дура!

Она смеется надо мной.

Вновь Ольга, с кем-то гневно споря,

Не завершает разговор.

Она летит по коридору

В накидке из облезлых штор.

Десятки вас, имен нетленных,

Я рада, что мы были тут.

Мы одиноки во вселенной

Всего лишь несколько минут.

2009 год

Мадригал Марине

С небес спускается богиня

На колеснице золотой.

Плащ за плечами бьется синий,

Лицо за черною фатой.

Внизу, в унылом полумраке,

Разбитом тысячей зеркал,

Сидят угрюмые собаки

И сочиняют мадригал.

Он посвящается Марине,

Она, прочтя сей жуткий бред,

На миг забудет об уныньи,

И что-то черканет в ответ

Я одна, одна на свете

Я одна, одна на свете,

В темноте ночной плыву.

Просыпаюсь на рассвете -

Я неправильно живу?

С этой звонкой темнотою

На свидания хожу.

Говорю сама с собою

И сама себя сужу.

Провалившись в ночи яму,

Я опять в волнах плыву.

И, наверно, скоро стану

Горько бредить наяву.

И стучит ночная птица,

Прутья клетки теребя.

Ночи длинной вереницей

Пропускаю сквозь себя.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге