Мир любовного затишья или ошибки правописанья.

Глава 1

" Как Аристотель на дне колодца... "

Опасный предсказанья дар,

он иссушает душу, её когда, как кожу ждут

все музы Мнемосины.

Не хватает слов убежденья?

Отделение юных, вроде вызова

от матримониальных искусов,

вполне само объяснимо. Но всё же

жизнь больше, чем поле брани.

Плохо одно, но и оно преодолимо,

именно этим, любовью к ближнему.

Или... смертью врага?

Всё, в итоге, кончается ... Памятью,

что началось с серьёзного воспоминания.

Мир мы защитим тогда, когда алыми

цветами Фемиды защищены станут наши

молодые дети.

... сохнущими лежат на щитах они,

только теперь Дамоклу, его собрату "Гераклу" нужны они.

Земля под ногами из ваты. Она ещё

держит нас.

Если нас предают ближние,

то мы не достойны этого мира.

Юным кажется, форма защиты.

Прикасаемся сердцами, первое - из любви

преткновения?

Кто же знает, во-вторых, об её начале.

То ли она, которая предназначена,

либо попутно дорогой кем-то схвачена.

Мир ли это любовного затишья;или

свет из тайного её названия?

Он же, мир юных,читающий их, и от этого

ранимый - боги, спруты, эпатажи, и

множество вериг взамен любви - боли,а нашедшего их... казнят,

это не его роли.

Богов любили бы до крайности,

но их божества этого не позволяют.

(Кто в любви прошёл мимо

"рыбы" в домино, тот

разбудил в себе чёрного кота.

Того не научил век видеть братство,

а выжимать учил от этого, из отстрадавшегося

последнюю каплю оправданья.

Настолько ли они высокие, тем напротив

человека, эхо их,

либо низменные они приложеньем

с песней од?Они читать

решились судьбы, они плеяд дёргали

за косы?!А я поливал время-

из лейки у Неизвестного героя - первые цветы.

И алгеброй лирику создал:

Отцово повторенье вышло "притчей во языцах",

якобы, в жизни всё когда-нибудь, да, пригодится, все познания:

людей через себя.Когда есть в мире

подлинная человечность.

Что было б по обязанности, то здесь вышло по уму,-

эти высоты ... ждут серебряные дожди, и Селены серп.

Когда ты знаешь, что, это,именно, твой пример,

то не услышишь стука дверью в миру от лебедя, рака и щуки.

Восточная мудрость нам ближе, чем подлиная своя,

выдержкой, яростью, и там, где крестом считается якорь-

"когда делаешь добро", другой мир становится чище;

и в обречённость свою уже не кинешь камень, входит скрипка:

Завтра снимут повязку на глазах.

Когда делаешь! добро, тысячу и одну ночь,

сказку, которую повторяла Шахерезада.

И в блеске дел унылых прежде,

со мною прежде были вместе герои книг

в крови, и во плоти.

И не было средь них, среди прочитанных книг ни одной,

чтобы кому-то зло в ней

помогало без маски

Овода иль Вия.

Про ностальгию "лишних людей",

сделанных под героев Печорина, лучше читать у Байрона,

чем у Бродского стихи.Что бы расширить

выбор Кая и Герды.

... ... От долгого прощания детей

с тем, что они простили и так,

разрывая вериги сна за белых лебедей.

Когда другая жизнь даёт надежду, то это,- точнее, слабость её

тому, кто по сути узнал на себе

различия между двух абсолютно различных миров.

... кто грех свой признал, украсив оправание защитой!

И это оценят со скрипом люди, не 12-ть присяжных,птенцов Фемиды;

когда примут, но

так и не сделав вывод во множестве своих,

не на досуге между,в промежуток между

чучелом и принцессой.

Словно ответ держат не перед собой, а перед Сатаною,

которая ... с совестью

плотской слабостью разлучена.

Как же беззащитны рыцари;

когда на остановке под зонтом из осенних листьев плюща

злая девочка рыдает.

И одиночество, напрасно, ей росы белые вытирает.

Жизнь больше, чем поле брани.

Наверное, это было предательство ценою

из казны Тиберия того серебра,того,..

которому не мстят.

Когда они выпячивают заслуги, которые хотят;

и не ценят за молчание трибун солдат.

P.S.

На тюремных стенах ущербной луны

отражения одиночества выглядят

больше, чем на сцене-в жизни.