Мир, дружба и всякое

Мир

А помнишь, был когда-то мир?

Не помнишь? Ну и ладно.

Я тоже пробовал во сне

Его восстановить -

Не смог, хотя прочел до дыр

Туда, потом обратно

Все книги, что попались мне...

Не помню, стало быть.

Дружба

Наша дружба - лишь предлог

Чтоб дизлайкнуть скрытый блог!

***

Добавить тысячу в друзья?

Не прочитаю столько я!

***

Мы дружим лишь наполовинку:

Я от себя, а ты - от твинка.

Друг

Двадцать лет, как тебя нашли

И записку в кармане брюк.

Эти годы уже прошли,

Только ты их не видел, друг.

Эти годы прошли быстрей,

Чем записку ты дописал.

Ты был старше, умней, мудрей,

А теперь ты совсем пацан.

Осень

Утекают осенние дни, как минуты у партии,

Я над ходом задумался, тщась разгадать твои хитрости.

Уменьшается светлое время, и сумма на карте, и

Что-то важное где-то в мозгу - по сусекам не выскрести.

Любовь

Напитков всех не перепробовать

Всех дам нам не перелюбить.

Так выпьем за любовь до гроба мы,

И то, что любим, будем пить!

Голосовые

До чего же мозг мне вые...

Ваши все голосовые...

Трудно быть

Каждый из нас хотел быть бароном Пампой

Ведь благородному дону так мало нужно:

Серости врезать - да так, чтоб повисла на лампе,

И набухаться с друзьями - отвязно и дружно.

Каждый хотел быть, конечно же, доном Руматой,

Только чтоб кончилось все по-другому, конечно.

Чтобы увез он девчонку оттуда куда-то

И чтобы жил с нею счастливо и человечно.

Послезавтра

Ты приедешь послезавтра,

Привезёшь с собой кусочек

Теплоты, что греет лишь.

Улыбнешься мне, сказав, как

Ты скучала все те ночи

По ту сторону земли.

Ты обнимешь и прижмешься,

Вся в объятьях помещаясь,

Сердце к сердцу прислоня.

Послезавтра ты вернёшься,

Своим светом освещая

Землю, город и меня.

Море

Белой ночью от залива тянет йодом,

Для него такое очень необычно.

Мы с собакой по песку кругами ходим,

Йод, собака, круг - все очень символично.

Друг сегодня приезжал, привёз конфеты,

Шоколадные со вкусом ламинарий.

Я забыл, как пахнет море. У планеты

Оказалось слишком много полушарий.

Совершенство

Совершенства не достать

Даже на минуту

Невозможно в мире стать

Самым долбанутым

На дачу

Дети - в лагерь, кошки - дома,

Корм сухой им на неделю,

Ведь они в гробу видали

Наши выезды на дачу.

Я же сяду за рулём, а

Ты на правое сиденье,

Пес на заднем - и педали

В пол - ясна моя задача.

Пробки преодолевая,

Включим аудиокнигу

Или твой плейлист запустим

Я, конечно, потерплю.

Мы давно друг друга знаем,

Двадцать лет слились в два мига,

И хотя ругались, пусть, мы -

Все равно тебя люблю.

Ассоль. Продолжение

Граф Грэй привез свою Ассоль

В родимый Горменгаст,

Провел под своды в мрачный зал,

На троне усадил.

Портвейн допит, оставив боль

В башке. Погасла страсть.

И вековечный Ритуал

Их сказку поглотил.

Цель

В голове как-будто вата,

Мысли будто в киселе.

Ум-то есть, но маловато.

Я опять навеселе.

Я опять как в пластилине

Перекатываю мысль.

Написать чего-то ли? Не.

Посчитаю лучше числь.

Лучше цифры перемножу,

Запихаю их в эксель.

Цифры в столбик, мысли тоже.

С ними сразу видно цель.

Мщение

Я никому не делал зла,

А ты со мной так поступила

Ты меня в ванну принесла

И мыльною водой помыла.

Тебе я это не прощу

Ты не надейся на прощение.

Уснёшь когда - я отомщу.

Не минует тебя отмщение.

Проснёшься утром, и стопой

Ты в тапок ссаный сунешь ногу.

Тогда поймёшь проступок свой,

И мой ответ зеркально строгий.

птицы

За окном моим в кормушке жрут подсолнух воробьи.

Им плевать, каков мой рейтинг, репутации мои.

Главное, чтобы синицы не сожрали семена.

А стихи не интересны этим птицам нихрена.

Небо Севера, Небо Юга

Я спокойно смотрю в это серое небо севера

Усмирив свою совесть словами, что смог не сказать я, но...

То, что было смятением, стало словами мне: се Вера!

Се Надежда, а се... То, что тоже придёт. Обязательно.

Где-то там ты, возможно, подумаешь, глядя в созвездия,

Что немного скучаешь по нашим обыденным ужинам,

По моим глупым шуткам, что часто болтал при отъезде я...

Расстояние - это урок, и он все же был нужен нам.

Южный Крест - он немного иной, чем Большая Медведица.

Ты, наверное, глядя в него, тоже это помыслила.

Мне в ней абрис лица твоего то и дело приведится,

Когда виски, покажется, фляжку собою окислило.

Верлибры

Эмоции ваших верлибров

Фигачат из всех калибров,

Но не пробивают меня:

На сердце моём броня.

Конечно

ну так-то оно,

по-любому, конечно:

рифм, как и нот,

число конечно!

Мир

А я не знаю, как тебе сказать,

Что что-то есть ещё, кроме наших фантазий.

Кроме выдуманных нами миров

Есть мир, который мы предоставить себе не могли.

А надо только открыть широко глаза

И глубоко вдохнуть - и почувствуешь сразу

Этот мир есть, и он таков,

Как этот кофе, что нам уже принесли.

Спаниель

А мне приснился рыжий спаниель

Он мячик мне принёс из Стикса вод.

Не кисни, Бро, сказал он мне, кисель

Иначе будет. Кинь мне мячик. Вот.

Русский лес

Прекрасен старый русский лес,

Сосновый и берёзовый.

Здесь много упаковок есть

Салатовых и розовых.

Ржавеет брошенный мангал

С пластмассовыми вилками

И щерит старческий оскал

Разбитыми бутылками.

Не встретишь зайца и ежа,

Не видно мышь полевку,

Зато какие тут лежат

Цветные упаковки!

Вот кучкой белой пенопласт,

Вот полипропилен -

Прекрасен русский лес, и нас

Поднимет он с колен.

Ложь, Надежда и Варикоз

Была у Наденьки надежда,

А у Варюши - варикоз.

Обеих жаль небось тебе ж? Да.

Обеих жаль тебе небось.

Аврелия приврать любила.

А врать ей было не к лицу.

И Надя Варе говорила,

Что ложь надежду даст глупцу.

Соврет Аврелия Надежде,

На Надин каверзный вопрос.

И только Варю, как и прежде,

Все также мучит варикоз.

Икра

Я готов без конца наблюдать за тобой,

Когда ешь бутерброды ты с красной икрой.

В этот миг забываю, что жизнь это бой,

Жизнь мне кажется милой красивой игрой

Дураки

С дураками спорить бесполезно

Дураков бессмысленно учить.

В душу дураки тебе залезли,

Не хотят оттуда уходить.

Дуракам везде у нас дорога,

Дуракам везде у нас почёт,

Дуракам не свойственна тревога

И ошибки дуракам не в счёт.

Ты их просто потерпи немного,

Им самим такое надоест.

И уйдут туда, где им дорога.

Где-нибудь, но только бы не здесь.

Только вот, без них тебе скучнее.

Только вот, совсем без дураков

Всё не то. А с ними чай вкуснее,

С ними просто, мило и легко.

С дураком вкуснее бутерброды,

С дураком шалаш и во дворце,

С ним твой ум, и так не глупый вроде,

Воссияет звёздочкой в венце.

Но. Точнее Ну

А мы бы хорошо так посидели

За пивом, ну а, может быть, за джином,

На маленьком балкончике чердачном

Смотря на восходящую Луну.

Назавтра б выходной, конец недели,

И все бы было благородно, чинно,

И все могло сложиться бы удачно,

Но есть большое "но". Точнее "ну".

избушка

ты избушка погоди поворачиваться

ты постой пока к лесу передом

знаю-знаю, придется расплачиваться

но пускай всё идёт своим чередом

под законы придется подстраиваться,

в этой сказке мы читаны-взвешены,

но постой пока, не надо расстраиваться:

сколько вёрст отмахал псом я бешеным

ты не спрашивай, куда направляюся,

да какими я занят заботами

дураками мы тут все притворяемся,

а на самом деле все идиоты мы.

Равновесие

Иногда бывают периоды

Очень шаткого равновесия

Когда рано ещё делать выводы,

Здесь ли я.

Слово каждое в этом стишии

Может сбросить весы с обрыва.

Так что тише, родная, тише.

Я счастливый.

Ностальгия

Течет из носа ностальгия

Да в два ручья

Воспоминанья дорогие

Смакую я

В одни ворота ротовирус

Вбивает гол

Из тех времён давно я вырос

Запал прошел.

Твои миры

В твоих мирах опять не хэппи энд.

Опять сумбурно скомканный финал.

И тот давно ожиданный момент

Я пропустил и даже не узнал.

Твои миры ведь без меня пусты,

Как ты фантазиями их ни наполняй.

Зря для меня их закрываешь ты.

Твои миры - они ведь для меня.

Но вот опять завязка и опять

Сквозь щель дверную мир очередной

Я начинаю тайно наблюдать -

И твой сюжет случается со мной.

Усталость металла

Если душу туда-сюда

Постоянно шатать-болтать,

На изломе у ней тогда

Отломается край опять.

Словно провод, душа твоя

Пропускает душевный ток.

Но усталость металла я

Ощутить очень остро смог.

Мне осталось разок-другой

Провод-медь разогнуть-согнуть,

И отломится под рукой

Часть души, её тока путь.

Я конечно его скручу,

Припаяю опять контакт.

Но попробовать я хочу

Сохранить этот провод так.

Песок

С меня сыпется песок в банку.

Через дырку утекает струйкой.

Оголяет на душе ранку.

И звенит моя душа стрункой.

Набирается песок кучей

Там внизу, да этажом ниже.

Я наверное мог быть лучше.

Я наверно мог бы быть ближе.

Но когда песка поток схлынет,

Кто-то там перевернёт банку.

И назад струя его двинет,

И засыплет на душе ранку.

Обидел

А я и не заметил, как обидел.

Я вообще по жизни толстокож.

Ну, а, когда я это всё ж увидел...

Сказать осталось лишь: "А, да? Ну что ж..."

А я и не заметил, сделав больно.

Я вообще в общеньи близорук.

И лишь, услышав вслед: "с меня довольно!"

Я обернусь, скажу: "не злись, мой друг".

Маяк на дне

Представь себе морское дно

Кораллы, ламинарии,

Ракушки - в общем, все одно,

Что в нашем полушарии

На дне положено встречать.

Представила? Теперь опять

Закроем лапками глаза

И мысленно продолжим за

Картины край воображенья

Волшебной камеры движенье.

И вот, когда пол оборота

Наш окулярчик совершит,

Увидим мы в кораллы вшит

Маяк, погруженный в дремоту.

Теперь погодь, не прекращай

Воображать. К его остову

Ты потихоньку подплывай

И мысленно секретным словом

Ты наш пароль произнеси

И свой фонарик поднеси

К зияющей в боку дыре,

Где некогда огонь горел

И кораблям во тьме тогда

Путь верный освещал сюда.

И вот, в ответ на наш пароль

Маяк спросонья встрепенется,

И свет таинственный зажжется,

Забытую играя роль.

Хэппи энд

Ну вот и славно. Все кончилось хорошо.

Герой всех спас и, конечно, женат на ней.

И нет причин, чтоб чего-то нам ждать ещё,

Все, что потом - это счастье на много дней.

А что о счастье скажешь? Оно всегда

Невыразимо средствами языка.

Когда сказал - и в ответ получаешь "да",

Острее слова не выдумали пока.

И дальше просто катишься вдоль всего,

И все укладывается вновь в "просто жить",

А где же то, про что все говорят "ого!"?

Где это счастье, которым оправдан быт?

Оно с тобою, но видимо лишь тогда,

Когда на него посмотришь через плечо,

Взглянув назад, на все прожитые года.

И нет причин, чтоб чего-то нам ждать ещё.

Шаман

Антрацитовый шаман над землёю

Рыбьей костью исколол покрывало.

Ходит с бубном и звенит тишиною,

Чтоб гордыня на снегу замерзала.

Ходит где-то там с лампадой и светит

Через дырки в покрывале снаружи,

Чтобы злоба не дожила до лета,

Чтоб осталась она тут, в зимней стуже.

Посмотри на это чёрное небо,

Видишь в дырках свет в ночном покрывале?

Я с шаманом был знаком - или не был?

Но теперь уж познакомлюсь едва ли.

Мне до туда - нет, уже не добраться,

Чересчур во мне гордыни и злости.

Я останусь тут. И буду стараться,

Разглядеть во тьме следы рыбьей кости.

Синяя борода

Твое проклятье никуда не делось

Оно, похоже, все же навсегда.

Синеет снова, хоть и поседела,

Моя по-хипстерски витая борода.

Кого б ни сделал новой королевой,

Кого б ни ввёл хозяйкой в старый дом,

Никто не может стать мудрее Евы,

Всех манит ключ и тот дверной проём.

А я опять иду к тебе на вечер.

Несу портвейн - из наших погребов.

Опять в огне зажжешь каминном свечи.

Опять болтаем - снова про любовь.

Скажи. Послушай. Ты ж не злая фея.

Сними его. Возьми слова назад.

Ты видишь - снова борода синеет.

Вернись. Вот то, что я хочу сказать.

Порталы

Мне открылся портал в юность -

Я закрыл его, не заглядывая.

Лишь поправил чуть местных Лун ось,

Себе к старости мир загадывая.

Мне открылся портал в радость,

Отвернулся я, мимо следуя.

Лишь подёргал чудовищ за ус,

Их реакцию так исследуя.

Мне открылся портал в детство,

Но не смею туда ступить я.

Лишь от лунного света средство

Продолжаю запоем пить я

Эти луны и монстры - это

Неприятно, но так привык я.

И в зелёные двери в лето

Не пойду, ведь почти старик я.

Я учусь находить опалы

В завихреньях болотной мути.

А порталы... Да что порталы?

Это дырки в душе по сути.

Спаниель и чайки

Из гавани нашей не ходят суда

Причалы пусты и унылы.

Никто не плывёт и не едет сюда

Из дальних заморских земель.

Мы со спаниелем выходим на пирс

И ветер глотаем мы стылый

И слушаем чаек, их маятный пир -

Как средство и как самоцель.

Давай-ка повоем, ушастый мой друг,

Полаем на чаек и ветер.

Пустынному пирсу наш суетный звук

Ни грамма не даст полноты.

Из гавани нашей не ходят суда,

Но день незатейлив и светел.

Мы со спаниелем вернёмся сюда,

Намеренья наши просты.

Бисер и пятак

Жемчужин россыпи метали

Перед моим вы пятаком.

Друг друга мы не понимали,

Мы так по-разному мечтали -

Вы обо мне, я ни о ком.

Вы бисер к бисеру на лесу

Всё наживляли, ну а мне

Смотреть хотелось только к лесу

И вашу искреннюю мессу

Я не прочувствовал вполне.

Ваш жемчуг монотонным звуком

Звенел под нашим потолком,

А я смотрел - и только хрюком

Ознаменовывал, и стуком

Своих копыт, и пятаком.

Санчо

А знаешь, Санчо, пожалуй, хватит, иди домой.

Не дон Кихот я, не дон Румата, не Дон Жуан,

Наш путь окончен, по крайней мере, окончен мой.

Ты скажешь, Санчо, я не безумен, и я не пьян.

У нас с тобою одно безумие на двоих

Ты знаешь, Санчо, вдвоём ведь легче с ума сходить

Давай попробуем насвистеть тот нелепый стих

Что пел Медведев Олег. Ты сбился, тебе водить!

Садись за руль и веди машину в родной Ламанч,

Мне пел шаман, что уже двенадцать, пора домой.

Шаман - он старый, он уважаем среди команч

Наш путь окончен, по крайней мере, окончен мой.

Уже все мельницы обратилися в кабачки

И тарабарское войско стало толпой овец,

И ноги стёрли мне хрустальные башмачки,

И медным тазом стал королевский златой венец.

Часы на башне пробили марш идиотских войск.

Бросай винтовку, нас ждут гитары, и бабы ждут!

Ты знаешь, Санчо, мой путь окончен, окончен твой,

Роман наш рыцарский плутовской оказался крут!

Герой

Что пишу я про малых милых?

Это скучно и старомодно.

Соберусь я, пожалуй, с силой,

Чтоб придумать злодея годно.

Помесь Карлы и Урьи Хипа,

Смердякова и Гнилоуста,

Воплотит в себе Архетипа,

От какого всем станет пусто.

Перечту всю литературу -

Не найти мне подстать злодея.

Подлой низости сверхнатура,

Низкой подлости сверхидея.

Карабас-Барабас поблекнет,

Барри Линдон пусть отдыхает.

Мой герой ещё человек? Нет!

Средь людей таких не бывает!

Если он абсолютно гадок,

Если все в нем антипатично,

Чую я, что придёт в упадок

Вдохновенье моё критично.

Я придам ему черт забавных,

И мотивов таких, чтоб сам бы

Мог признать, что героев главных

Он не зря обижал-кусал бы!

Совок и Веник

Забыл совок, сломался веник.

Пришлите мне поесть и денег.

Дух

Дух прошедших Святок, возьми меня с собой,

Погулять по парку памяти моей.

Где волшебных елок сень над головой

Помогает вспомнить, как я был живей.

Памяти аллеи - сапоги в листве

Палой, погружаясь, шорох издают.

Я не сожалею, ясность в голове,

Я ещё хороший и наивный тут.

Все друзья живые, бабушка и дед,

Все мои собаки, кошки и коты.

Я ещё не слышал разрывное "нет",

Мне ещё не встретилась на дороге ты.

Дух прошедших Святок, руку мне сожми,

Да в окне раскрытом укажи мне путь.

На прогулку в парке ты меня возьми,

Может повстречаем там кого-нибудь.

Сандалики

А помнишь те сандалики, что мы тебе купили

На Родосе у грека за десять рваных драхм?

Они малы давно, но мы в шкафу их сохранили,

Они прошли сквозь все года и сотни наших драм.

Ты выросла в красавицу и умницу, и всё же

Былая хохотунья и затейница в тебе

Сквозит через улыбку и, на солнышко похожа,

В чуть вьющих кончиках волос играет при ходьбе.

А кожаных сандаликов малюсенькая пара

Под руку попадается, даря улыбку мне,

Когда я обувь зимнюю укладываю в старый

Наш шкаф и обувь летнюю достану по весне.

Не думать

Голова, привыкшая не думать,

Тело, приспособленное плыть

По течению без плеска-шума,

И душа, привыкшая хандрить -

Все приборы разом отключились,

Не сработал мой автопилот.

И вопрос невольный: друг мой, ты ли? -

Мне покою снова не даёт.

Я берусь руками, что забыли,

Ощущенье крепкого весла,

За вопрос невольный: ты ли? ты ли?

Что река событий принесла,

И гребу, не зная направленья,

Лишь усилье вкладывая в путь,

Лишь бы против мощного теченья,

Лишь бы в берег голову воткнуть.

Голова, привыкшая не думать,

Тело, приспособленное плыть,

И душа, отвыкшая от шума -

Есть с тобой о чем поговорить.

Перестать

Чтобы думать перестать,

Надо с думой переспать.

Дума с этого спокойней:

Перестанет доставать.

Спор

Дурак поспорил с подлецом

И дело, в общем то, с концом.

Дурак проспорил подлецу,

Решив, что спорить не к лицу.

Кто переспорит подлеца,

Способен спорить без конца.

Кто переспорит дурака...

Таких не видели пока.

Селфи

Влез Ашот на эшафот

Чтобы сделать селфи фот

Сунул бошку во дупло,

Бошку рраз - и отсекло.

Общага

А ты попробуй слажать по-летовски

А ты попробуй слетать по-пеновски

А ты попробуй запомнить эти простые слова.

Сосед в общаге струна гитарная

Стена и лестница в ней пожарная

И лезет в гости по ней шальная братва.

Три литра рома запить девяткою

И к туалету пройти украдкою

Чтоб там орать в очко халява приди

А ты попробуй такой романтики

Снимайте девушки пьяны бантики,

Любите девушки ведь вся жизнь впереди.

Фарш

Мы провернули фарш назад

И сделали, как так и было.

Дела опять идут на лад,

Я полюбил, ты полюбила.

И совесть, стискивая грудь,

Уже не рвёт её кусками.

Фарш тоже можно провернуть

Когда того хотим мы сами.

А то, что нет той красоты,

До мясорубки той что была,

Так наши действия просты:

Я полюбил, ты полюбила.

Часы

Ты подходишь, берёшь мою руку

И кладёшь её на циферблат.

Я притих, но не слышу ни звука,

Но, пожалуй, так лучше, я рад.

Эти стрелки стоят, и секунды

Как на паузе фильма о нас

Позволяют прочувствовать струн дым,

Слезоточной мелодии газ,

Я молчу, чтоб казаться умнее,

Ты молчишь, потому что умна,

Сделал дым все секунды длиннее

В обонянии музыки сна.

Ты, вздохнув, убрала свои руки,

И помчались секунды гурьбой.

Я вдохнул эти дымные звуки

И кивнул, попрощавшись с тобой.

Кладбище

Я иду по кладбищу

Утром в воскресенье.

Ждет меня на кладбище

Раба Божья Ксенья.

Прикоснусь ладошкою

Ко стене холодной.

Грустно мне немножко и

В сердце несвободно.

Обойду часовенку

Против хода стрелок

До исходной вновь дойду

Точки - жалок, мелок,

Но зачем-то вверх мой взгляд

Исподлобья щерит.

Тут, попросишь - говорят -

Надо только верить.

Половинка луны

Половинка Луны на ещё не стемневшем небе

Улыбается мне, как чеширский кот-хитрожоп.

Я тебе бы сказал, и ты тоже сказала мне бы,

Но как вовремя кто-то на небе нажал на "стоп".

У кота на уме только сало и корм с лососем,

Ночь от ночи всё шире хитрая его пасть.

Мне не нужен ответ, я готов упиваться вопросом,

Мне в вопросе возможность выжить и не пропасть.

Этот месяц прошел под знаком чеширских рожиц:

Начался с улыбки, но вылился в грустный смайл.

Я тебе ничего не скажу, ты не скажешь тоже.

Вот такой тут у нас сложился с тобой лайфстайл

Разучились

Мы разучились писать прозой.

Мы разучились играть в прятки.

Мы разучились растить розы.

Мы разучились копать грядки.

Мы разучились смотреть фильмы.

Мы разучились читать книги.

Мы разучились любить сильно.

Мы разучились миры двигать.

Мы разучились смотреть прямо.

Мы разучились смирять гордость.

Мы разучились шептать "мама".

Мы разучились стоять твёрдо.

Мы разучились слагать песни,

Мы разучились писать письма.

И, даже вспомнишь меня если,

Я в этом больше не вижу смысла.

Фенька

Парни тут носят хаер до плеч,

Девушки гривы по пояс.

Весело льётся гитарная речь

Рифами, не успокоясь.

Ты добиралась сюда пять недель

Зайцем и автостопом.

Что было главным - путь или цель -

Скажут усталые стопы.

Феньки и бусы, гитара и клёш,

Глазки зажмурив на лучик,

Кажется, ты никогда не умрёшь,

Будет лишь лучше и лучше.

Утро

Крепкий кофе, сытный киш

Из кафешки у парадной

С добрым утром, солнце, слышь?

Нет? Ну ладно. Ну и ладно.

Луна

Я не вижу Луны пятый день.

Я не вижу Луны пятый день!

Может быть, её съели

Мы на прошлой неделе,

Когда пили какую-то хрень?

Я смотрю в небосвод и дрожу.

Я смотрю в небосвод и дрожу!

Ну зачем её съели

Мы на прошлой неделе?

Я ответа не нахожу.

Без Луны небосвод опустел.

Без Луны небосвод опустел!

Что за хрень мы там пили,

Что Луной закусили?

Я бы вспомнить то очень хотел!

Нет, была б она очень вкусна!

Нет, была б она очень вкусна,

То не так бы обидно,

Что пять дней уж не видно,

Как сияет на небе Луна!

Так ведь вкуса не помню, увы!

Так ведь вкуса не помню! Увы!

Так на что же похоже?

Нет? Не помните тоже?

Нет. Не помните вкуса и вы.

Тропинка

Та лесная тропа, что мелькнула в вагонном окне,

Зацепилась за мысленный взор и не хочет забыться.

Я давно уже еду и ехать ещё долго мне,

И понятно, что не суждено никогда убедиться,

Что у этой тропы есть начало и некий конец,

И что там, в том конце, не ждало меня некое счастье.

Я лежу в своём душном купе, и колесных сердец

Мерный слушаю стук, что баюкает мелкие страсти.

Танцы и поцелуи

А мы с тобою не танцевали пятнадцать лет

Возможно, в этом есть и немножко моей вины.

Купил билеты, пойдём посмотрим с тобой балет.

Посмотрим сидя, как там танцуют, со стороны.

А мы с тобою не целовались давно в метро

На эскалаторе, три минуты, спускаясь вниз.

И с моих шуток ты не смеялась давно. Старо

Все, что шучу я, но ты мне все-таки улыбнись.

Ведь всё же танец, что отожгли мы с тобой тогда,

Под рокабилли, ты помнишь? Был он весьма хорош!

Не танцевали с тобой с тех пор мы, но не беда.

Не целовались в метро давно мы, да ну и что ж.

Прогулка

По району три часа ты со мной гуляла.

Все достопримечатель-ности показала.

Разговор стих сам собой, паузы повисли.

Надо главное сказать. Утекают мысли.

Вот берёза впереди. Как её пройдём,

Я себе даю зарок: всё скажу о том,

Что уже четыре дня чувствую внутри.

Миновали. Не сказал. Дальше клён, смотри!

Вот дойдём мы до него - сразу объявлю

Эти самые слова - мол... Себя ловлю,

Что прошли и клён, а я, как молчал, молчу.

Дуб по ходу впереди, у него хочу

Я сказать свои слова. Но не буду ждать...

Говорю: ну всё, пока, завтра в рань вставать.

Я не знаю

Я не знаю, до скольки хочу прожить.

Мне пророчить никогда не удавалось.

Мне не впрок ни сторожить, ни ворожить,

И желать не впрок, хоть всё всегда сбывалось.

Я не знаю, до скольки мне не заснуть,

Если снова на душе звенят осколки.

Мне не впрок ни расстояние, ни путь.

Я дойду, куда хочу - да всё без толку.

Я не знаю, со скольки обратный счёт

Начинать: не накукует мне кукушка.

Я прошу лишь об одном тебя. Насчет...

Наклонись, я прошепчу тебе на ушко.

Башня

Слипающихся глаз не удержать уже.

Я ухожу туда, где был не так давно.

Усну во сне, чтоб там, на третьем этаже

Уютной башни снов остаться до утра.

Потом придётся вновь решать - наверх иль вниз -

Туда, где выход в явь, иль выше, где окно,

Где вид на океан и знобкий свежий бриз -

И может, там вдали... Но нет, вставать пора.

Персонаж

Опишу я персонажа

Своего романа

Он в ах*е. У меня же

В целом всё намана

Домик

Там, на том берегу реки,

Посреди ледяных гор,

Стоит домик моей тоски,

Ждёт меня он до сих пор.

Там застелена мне постель.

Там парит на столе чай.

И мой рыжий там спаниель

Для меня приберёг лай.

Там на блюдце два пирожка:

Один мясо, другой мак.

Там утихнет моя тоска,

Там рассеется мой мрак.

Там в печи будет треск дров,

Там в окне будет вой вьюг.

Постучится там в мой кров

Мой покойный давно друг.

Спаниеля шальной лай

Нашей встрече подаст знак

Я впущу - и налью чай.

Предложу пирожок - мак.

Бэнд

Есть дружба, есть отношения, а есть бэнд.

Это когда гитары, драмсы и бас,

Четверо разных людей в какой-то момент

Из непонятно кого превращаются в нас.

Парни, мы были вместе в тот яркий год,

Что промелькнул как сон четверть века назад.

Мы разбежались, а Славка уж помер. Вот

Только нам есть, что вспомнить, о чем писать.

Все наши пять концертов и фестиваль,

Месяцы репетиций в том гараже,

Залы не собирали, но то не жаль:

Жаль, что не сохранилось кассет уже.

Небо в городе

А небо в городе мутное,

Мукой как будто засыпано.

И звезды в тесто закатаны,

Как тот сюрприз в пироге.

Но муть такая уютная,

И мы с тобой под носы поём

Мотив тот самый, закадровый,

Что в каждом был утюге,

Когда мы были зелёные,

Когда мы были счастливые,

Когда мы пели и слушали

И пили ночь до утра.

И небо мутью креплёною

Вращает неторопливое,

И снова нашими душами

Идёт шальная игра.

И я поставлю на чёрное,

А ты поставишь на красное,

А небо хитрое мутное

Поставит нас на зеро.

А наша песня задорная,

Дурная и лоботрясная,

И ностальгия минутная

О том, что слишком старо,

Все вдруг покажется шуткою,

Пусть не смешной, но по-доброму,

Как с тем секретом украдкою

Счастливый кус пирога.

И этой краткой минуткою,

Прервав мотив тот подобранный,

Вдруг замолчим для порядку мы,

Друг другу скажем "ага!"

Молитва

Я люблю молиться в морось.

Мне так кажется честней.

Серость, сырость - в эту пору

Резонирую я с ней.

Серость, сырость лезет в душу,

Испаряясь от жары

Тех страстей, что совесть глушат,

Совесть глушат до поры.

Сырость вовсе не святая,

Серость вовсе не глуха.

Пусть слова не долетают,

Вязнут - это от греха.

Но как будто непогода

Часть вины себе берёт.

Я люблю такую воду -

С ней душа чуть меньше врёт.

С ней слова, что вязнут в тучах,

Лучше мне ложатся в ум.

Ведь в молитве, может, лучше

Так, чем просто белый шум.

Средний

Мой талант довольно средний.

Я пишу такие бредни.

Творчество

Я купил рулон бумаги

По объему алок пять.

Будет чем теперь в овраге

Вдохновенье подтирать

Газон

Насрёт собака на газоне -

Так я за нею уберу.

На сайте же за мной никто не

Спешит убрать, коль я насру

Табуретка

Я сижу на табуретке

И смотрю на потолок

Чтобы эту табуретку

Потолок не уволок.

Потолок же смотрит прямо,

В пол свой мутный взор вперил.

Он внимания упрямо

На меня не обратил.

На всю комнатную клетку

Он чихает свысока.

Встану я на табуретку,

Дотянусь до потлока.

Нарисую мокрой тряпкой

Я на потолке портрет.

И пристукну грязной тапкой

Таракана рыжий след.

С чувством сполненного долга

Сяду вновь на табурет.

Меня хватит ненадолго.

Да уже, по сути, нет.

Алка и палка

Рейтинг авторский растёт

С каждой новой алкой.

Спаниель мой кость грызёт

Бегает за палкой.

Чьё занятие важней -

Сразу и не скажешь.

Алка клёвая, но с ней

На траву не ляжешь.

Палка тоже ничего,

Но не почитаешь.

Рейтинг не растёт с того.

Тоже так считаешь?

Сдался

Глаза устали от экрана

Не видят букв.

Увы, я сдался очень рано,

Как только стук в

Калитку тихий вдруг раздался,

И голос твой

Мне прошептал: пусть рано сдался,

Ты мой герой.

Прошлепаю я в старых сланцах

К калитке, пьян.

Я так привык уже сдаваться

Без тяжких ран.

А за калиткой пуст проулок.

Фонарь горит.

И эха звон - уныл и гулок -

Мне говорит.